Annotation

Русская волшебная богатырская сказка, восходящая к европейскому рыцарскому роману. Время создания третьей редакции повести о Бове Королевиче — XVIII век.

Не в коем было царстве, в великом государстве, в славном граде во Антоне жил был славный король Гвидон. И проведал в славном граде Дементияне у славного короля Кирбита Верзауловича дочь, прекрасную королевну Милитрису. И призвал к себе любимого слугу именем Личарду и почал говорить: «Ой еси, слуга Личарда! Служи ты мне верою и правдою, поди ты во град Дементиян посольствовать, а от меня свататься». И слуга Личарда государя своего не ослушался, грамоту принял и челом ударил и поехал во град Дементиян к доброму и славному королю Кирбиту Верзауловичу.

И как будет слуга Личарда во граде Дементияне у славного и доброго короля Кирбита Верзауловича и вошел в королевские хоромы и грамоту положил перед королем на стол. И король Кирбит Верзаулович грамоту распечатывал и прочитал. И пошел в задние хоромы к прекрасной королевне Милитрисе и почал говорить любезные словеса: «Дочи моя прекрасная королевна Милитриса! Приехал в наш град Дементиян человек от славного и доброго короля Гвидона посольствовать, а на тебе свататься. И я не могу против такового славного короля стоять, потому что у него войска соберется много, наш град огнем пожжет и головнею покатит, и тебя с нелюбви возмет».

И прекрасная королевна Милитриса пала на колени пред отцом своим и почала говорить: «Государь мой батюшка, славный король Кирбит Верзаулович! Когда я была млада, король Додон сватался у тебя за меня. И ты, государь мой батюшка, не давай меня за короля Гвидона, дай меня за короля Додона. Тот король Додон будет нашему граду сдержатель и ото всех стран оберегатель».

И славный король Кирбит Верзаулович от такового славного короля Гвидона отстояться не мог и отдал дочь свою, прекрасную королевну Милитрису, за славного короля Гвидона.

И жил он с нею три года и прижил младое детище, храброго витязя Бову королевича. И прекрасная королевна Милитриса призвала к себе любимого слугу именем Личарду и написала грамоту государю доброму и славному королю Додону, пожаловать бы: «Добрый и славный король Додон! Приехал бы под наш град под Антон и моего бы короля Гвидона извел, а меня б взял вместо жены». «И буде ты, слуга Личарда, государыни своей ослушаешься и не поедешь к королю Додону и от меня грамоты не отвезешь, я тебя оболгу государю своему королю Гвидону небывалыми словесы, и он тебя скоро велит злою смертию казнить». И слуга Личарда государыни своей не ослушался, грамоту принял и челом ударил и поехал к королю Додону.

И как будет слуга Личарда у короля Додона и вошел в королевские палаты и положил грамоту на стол пред короля Додона. И король Додон грамоту принял, и распечатывал, и прочитал, и покивал главою, и рассмеялся, и почал говорить: «О слуга Личарда! Что государыня ваша меня смущает? А уже она с королем Гвидоном и детище прижила, храброго витязя Бову королевича». И слуга Личарда почал говорить: «Государь добрый король Додон! Вели меня посадить в темницу накрепко и поить и кормить довольно. А ты, государь, поезжай под наш град Антон, и буде словеса мои не сбудутся, ты меня вели злою смертию казнить». И королю то слово полюбилось и почал король Додон говорить: «О слуга Личарда, словеса твоя паче меда устам моим, а буде словеса твои сбудутся, я тебя пожалую».

И король Додон радостен был и повелел в рог трубить. И собрал войска 37 000 и поехал под град Антон и, пришед, стал в королевском лугу и велел шатры расставить. И узрила из задних хором своих прекрасная королевна Милитриса и надела на себя драгоценные платья, пошла в королевские палаты и почала говорить: «Государь мой добрый король Гвидон, понесла я второе чрево, не вем сын, не вем дщерь. И захотелось мне зверина мяса, и накорми меня дикого вепря свежим мясом, от своей руки убиенного». И король Гвидон радостен был, не слыхал таковых печей и в три года от своей прекрасной королевны Милитрисы. И король повелел оседлать осла и сел на осла и взял в руки копие и поехал в чистое поле за диким вепрем.

И прекрасная королевна Милитриса поднялась и градные врата отворила и встретила короля Додона с великою радостию во вратах градных. И взяла его за белые руки и любезно во уста целовала и повела его в королевские палаты. И почали пити и ясти и веселитися. И в те поры храбрый витязь Бова королевич, еще детище младо и несмысленно, ушел на конюшню и ухоронился под ясли. И был у Бовы дядька Симбалда и пошел на конюшню и нашел Бову под яслями и сам прослезился и почал говорить: «Государь мой храбрый витязь Бова королевич! Мати твоя злодей, прекрасная королевна Милитриса. С королем Додоном извела она, злодей, государя моего, а батюшку твоего, доброго и славного короля Гвидона. А ты еще детище младо, не можешь отмстити смерти отца своего. Побежим мы, государь, во град Сумин, которым градом пожаловал меня государь мой, а батюшка твой славный король Гвидон; а тот град вельми крепок». И рече Бова дядьке Симбалде: «Государь мой дядька Симбалда! Я еще детище младо и несмысленно и не могу я на добром коне сидеть и во всю конскую пору скакать». И дядька Симбалда оседлал себе доброго коня, а под Бову иноходца и призвал к себе тридцать юношей и побежал во град Сумин.

И были во граде изменники, и сказали королю Додону и прекрасной королевне Милитрисе, что дядька Симбалда побежал во град Сумин и увез с собою Бову королевича. И король Додон повелел в рог трубить и собрал войска 40 000 и погнался за дядькою Симбалдою и за Бовою королевичем. И послал загонщиков за дядькою Симбалдою и за Бовою. И загонщики догнали дядьку Симбалду и Бову королевича. И оглянулся дядька и увидел загонщиков, и почал во всю конскую пору скакать и убежал во град Сумин и затворился накрепко. А Бова королевич не мог ускакать, и свалился Бова с коня на землю. И загонщики Бову взяли и привезли к королю Додону. И король Додон послал Бову к матери его, к прекрасной королевне Милитрисе.

И пошел король Додон под град Сумин, стал в лугу и расставил королевские шатры. И спал тут и видел сон вельми страшен, кабы ездит Бова королевич на добром коне, в руке держит копие и прободает королю Додону утробу и сердце. И король Додон восстал от сна своего и призвал к себе брата своего именем Обросима и почал сон свой сказывать и посылал брата своего Обросима во град Антон к прекрасной королевне Милитрисе лепо поздравити[1] и сон сказати и просить, чтобы Бову королевича за тот сон предать злой смерти.

И Обросим поехал во град Антон к прекрасной королевне Милитрисе лепо поздравити и сон сказати и просить Бову королевича, чтобы его за тот сон предать смерти. И прекрасна и королевна Милитриса почала говорить: «Могу я и сама Бову смерти предати. Посажу его в темницу и не дам ему ни пити, ни ясти, та же ему смерть будет».

И король Додон стоял под градом Суминым 6 месяцев и не мог взять града Сумина и пошел во град во Антон. И дядька Симбалда повелел в рог трубить и собрал войска 15 000 и пошел под град Антон и начал в городовую стену бити безотступно и кричать и прошать из города государя своего Бову королевича: «А не сдадите мне государя моего Бову королевича, я жив не могу от града отойти». И прекрасная королевна Милитриса почала говорить королю Додону: «Государь мой король Додон, что злодей наш не даст нам упокою ни в день, ни в ночь». И король Додон повелел в рог трубити и собрал войска 30 000 и погнался за дядькою Симбалдою. И дядька Симбалда не может стоять против короля Додона и убежал во град Сумин и затворился накрепко. И прекрасная королевна Милитриса велела Бову посадить в темницу и доскою железною задернуть и песком засыпать и не давать Бове пити и ясти пять дней и пять ночей. И Бове по младости ясти добре хочется. И прекрасная королевна Милитриса надела на себя драгоценное платье и пошла по королевскому двоpy. И Бова увидел из темницы и закричал Бова зычно гласом: «Государыня моя матушка, прекрасная королевна Милитриса! Что ты, государыня моя, воскручинилася на меня! Не пришлешь со мне ни пити, ни ясти! Уже ко мне приближается голодная смерть!» И прекрасная королевна Милитриса почала говорить: «Чадо мое милое, Бова королевич! Воистину я тебя забыла с кручины. Тужу по отце твоем, а по государе своем по добром короле Гвидоне. Ужо я тебе пришлю много пити и ясти, и ты напитай свою душу». И прекрасная королевна Милитриса, уйдя в королевские палаты, почала месить два хлебца своими руками на змеином сале во пшеничном тесте. Испекла два хлебца и послала с девкою к Бове в темницу. Да за тою ж девкою пришли два выжлеца и сели у темницы под окошком. И девка дала Бове два хлебца, и Бова хочет хлебцы ясти. И девка прослезилася и почала говорить: «Государь храбрый витязь Бова королевич! Не моги ты, государь, те хлебцы скоро съести, а скорее того умрешь. Мати твоя, а государыня моя прекрасная королевна Милитриса, месила она те хлебцы своими руками во пшеничном тесте на змеином сале». И Бова взял хлебец, да бросил выжлецу, а другой другому, и сколь скоро выжлецы хлебцы съели, и скорее того их разорвало по макову зерну.  И Бова прослезился:   «Милостивый Спас и пречистая богородица! За что меня государыня мати моя хотела злой смерти предать?» И девка дала Бове своего хлебца ясти, и Бова наелся и напился.

И девка, пошедши из темницы, не затворила и доски железной не задернула. И Бова вышел из темницы и побежал из града через городовую стену. И соскочил Бова с городовой стены и отшиб Бова себе ноги и лежал за градом три дня и три ночи. И встал Бова и пошел куда очи несут. И пришел Бова на край моря и увидел Бова корабль на море. И закричал Бова громко гласом. И от Бовина гласу на море волны восстали и корабль потрясся. И гости-корабельщики дивилися, что детище младо кричит громким гласом. И гости-корабельщики послали ярышков[2] в подъездке и велели спросить: «Христианского ли ты роду или татарского? И буде христианского, вы его возьмите на корабль». И ярыжные приехали к берегу и почали спрашивать: «Христианского ли ты роду или татарского? Имя твое как?» И рече Бова: «Я роду не татарского, я роду христианского, пономарев сын, а матушка моя была убогая жена, на добрых жен платья мыла, тем свою голову кормила». И ярыжные взяли Бову в подъездок и повезли на корабль.

И почал Бова по кораблю похаживать. И гости-корабельщики промеж собою дивятся, не могут на Бовину красоту насмотретися, что не видали такого отрока: вельми лепообразен. И лег Бова спать, и гости-корабельщики промеж собою хотят смертныя чаши пити[3] о Бове. И Бова встал от сна своего и почал говорить: «Гости-корабельщики, не бранитеся и не деритеся обо мне. Я вам служу по росчету: который меня увидел раньше на берегу, я тому служу до обеда, а который увидел после, я тому служу после обеда до вечера». И гостям то слово полюбилось, вынимали якори, подымали парусы и бежали по морю год и три месяца и прибежали под Арменское царство, а во Арменском царстве король Зензевей Айдарович. И метали гости-корабельщики сход на берег, и Бова почал по кораблю ходить.

И король Зензевей Айдарович послал юношей и подьячих и велел спросить, коего царства корабль прибежал, и коего града гости, и с какими товарами. И юноши и подьячие, пришедши на корабль, увидели Бову на корабле, и не могли на Бовину красоту насмотреться и забыли во уме своем спросить, коего царства корабль прибежал, и которого града гости, и с какими товарами. И король Зензевей Айдарович спрашивает юношей и подьячих, коего царства корабль, и коего града гости, и с какими товарами. Они ж ему ничего не сказали, только сказали, что видели на корабле юношу. И король Зензевей скоро повелел осла подвести и поехал к кораблю и увидел:  на корабле ходит отрок вельми лепообразен.   И забыл во уме своем спросить,  коего царства корабль и с какими товарами. И король Зензевей Айдарович почал у гостей торговать отрока: «Гости-корабельщики, продайте   мне  отрока,  возьмите у меня  300  литр  злата».   И  гости-корабельщики говорили: «Государь король Зензевей Айдарович! Нельзя нам того отрока продать, у нас тот рабич общий, а взят на краю моря на берегу». И король Зензевей Айдарович говорил гостям:   «А коли у вас тот рабич общий, вы его продайте, а возьмите у меня 300 литр злата, да торгуйте в моем царстве безданно и беспошлинно. А не продадите мне общего рабича, вам из моего царства живыми не выехать и впредь мимо моего царства кораблям не хаживать». И гости-корабельщики Бову продали, а взяли за него 300 литр злата.

И король Зензевей Айдарович посадил Бову на осла и поехал во Арменское царство и почал у Бовы спрашивать: «Бова, какого ты роду, царского или королевского?» И Бова рече: «Государь мой король Зензевей Айдарович! Я роду не царского и не королевского, а роду христианского, пономарев сын. А мати моя, убогая жена, на добрых жен платья мыла, тем свою голову кормила». И король Зензевей Айдарович почал говорить: «А коли ты, Бова, такого худого роду, и ты у меня служи на конюшне и будь над конюхами большой». И Бова, государю своему ударя челом, пошел на конюшню; а от роду Бове семь лет. И Бова почал на конюшне служить.

И у того короля Зензевея Айдаровича была дочь, прекрасная королевна Дружневна. И узрила из своих хором Бову на конюшне вельми   лепообразна,   а   от   Бовиной   красоты   всю  конюшню осветило. И прекрасная королевна Дружневна надела на себя драгоценное платье и пошла в королевские палаты ко отцу своему и, пришедши, почала говорить: «Государь мой батюшка, король Зензевей Айдарович! Много, государь, у меня нянек и мамок и красных девиц, а нет у меня ни единого слуги. Завтра, государь, у меня пир на нянек и на мамок, а некому у меня постряпать, еств роздать и у поставца постоять. Пожалуй, государь батюшка, тем меня холопом, которого купил у гостей, а дал 300 литр злата». И у короля Зензевея Айдаровича дочь была в любови. «Дочь моя, прекрасная королевна Дружневна! Буди на твоей воли». И велел позвать Бову. И Бова пришел в королевскую палату, государю своему челом ударил. И король Зензевей Айдарович почал говорить: «Бова! Завтра у Дружневны постряпай и ествы роздай и у поставца постой. А еще, Бова, послушай моего наказу и по все дни буди у Дружневны». И Бова, челом ударя, пошел на конюшню. И Дружневна, челом ударя отцу своему, пошла в задние хоромы.

И как ночь проходит, а день настает, Дружневна ествою спешит. А как ества поспевает, прекрасная королевна Дружневна послала девку на конюшню. И девка, пришедши на конюшню: «Поди, Бова, королевна тебя зовет». И Бова оделся и пришел в задние хоромы, и прекрасная королевна Дружневна перед Бовой не усидела и встала. И Бова почал говорить: «Прекрасная государыня, прекрасная королевна! Не гораздо делаешь, передо мной, холопом, встаешь». И королевна на Бову досады никакие не держит. И как пошел пир и пировая ества, поспела лебедь, и Бова лебедь принес. И прекрасная королевна лебедь рушила и уронила нож под стол. И Бова кинулся под стол. И прекрасная королевна, подклоня главу под стол, не хватала за нож, хватала Бовину главу и целовала его во уста, и во очи, и во уши. И Бова вырвался и опять стал у поставца и почал государыню свою бесчестить. «Государыня прекрасная королевна Дружневна! Не пригоже тебе меня, холопа своего, целовать во уста, и во уши, и во очи!» И как пированье отошло, Бова почал говорить: «Прекрасная королевна Дружневна! Отпусти меня на конюшню к товарищам». И Бова пошел на конюшню, и прекрасная королевна на Бовин следне могла насмотреться. И Бова, пришедши на конюшню, лег спать и спал 5 дней и 5 ночей. Конюхи разбудить не могли и поехали по траву и Бовин урок накосили и в розвези связали. И Бова встал, да по траву поехал и встретил конюхов, урок свой взял да выбрал разных цветов и сплел травяной венец и положил себе на главу. И приехал на конюшню. И прекрасная королевна усмотрела у Бовы на главе травяной венец в разных цветах и послала девку на конюшню. И девка, пришедши: «Поди, Бова, Дружневна тебя зовет».

И Бова пришел в задние хоромы. И прекрасная королевна не усидела и встала перед Бовой и почала говорить: «Бова, сыми с своей главы венец своими руками да положи венец на мою главу». И Бова почал говорить: «Государыня прекрасная королевна Дружневна! Не пригоже холопу с своей главы своими руками да класть на твою главу». И Дружневна почала говорить: «А буде ты, Бова, не сымешь венца с своей главы своими руками да не положишь на мою главу, я тебя оболгу батюшке небылыми словесы. И батюшка тебя велит скоро злою смертию казнить». И Бова схватил венец да ударил о кирпичную середу. И королевна венец подняла и к сердцу прижала и учала любовать паче златого и жемчужного. И пошел Бова из палаты, ударил дверьми, и выпал кирпич из стены и прошибло Бове голову. И прекрасная королевна лечиласвоими угодьями. И Бова пришел на конюшню и лег спать и спал 9 дней и 9 ночей.

И приехал из Задонского царства король Маркобрун, а с ним войска 40 000. И стал в лугу шатры расставливать и писал грамоту королю Зензевею Айдаровичу: «Дай свою дочь за меня с любви, а нe дашь с любви,— я твое царство огнем пожгу и головнею покачу,а дочь твою с нелюбви возьму». И король Зензевей Айдарович от такового короля отстояться не мог и встречал его в городовых воротах и брал его за белые руки и целовал в сахарные уста и называл его любимым зятем. И пошли в королевские палаты и почали пити и ясти на радостях.

И Маркобруновы дворяне почали за городом тешиться на добрых конях. И Бова встал и услышал конское ржание и пошел в задние хоромы и почал говорить: «Государыня прекрасная королевна Дружневна! Что за нашим царством за шум и конское ржание?» И прекрасная королевна почала говорить: «Бова, долго спишь, ничего не ведаешь! Приехал из Задонского царства король Маркобрун, а с ним войска 40 000, и наше царство осадил. А батюшка мой не мог отстояться от такого короля и встречал его в городовых воротах и называл его любимым зятем, а мне муж он». И Бова почал говорить: «Государыня прекрасная королевна Дружневна!    Не   на   чем   мне   выехать   с   Маркобруновыми дворянами потешиться. Добудь ты мне доброго коня и меч-кладенец, и палицу железную, и доспех крепкий, и щит». И прекрасная королевна почала говорить: «Еще ты детище младо, только отроду семь лет, и добрым конем владеть не умеешь и во всю конскую пору скакать и палицею железною махать».

И Бова пошел на конюшню да оседлал иноходца — за город к Маркобруновым дворянам тешиться. И не случилось у него ни меча-кладенца, ни копия, лишь взял метлу да выехал за город. И Маркобруновы дворяне рассмеялися и почали на Бову напускаться человек по пяти и по шести. И Бова почал скакать, а метлою махать, и прибил Бова 15 000. И прекрасная королевна увидела, что Бова один скачет, и ей стало жаль: убьют его. И надела на себя драгоценное платье и пошла ко отцу своему и почала говорить: «Государь мой батюшка король Зензевей Айдарович! Вели Бову унять, что ему за честь с Маркобруновыми дворянами тешиться?» И король Зензевей послал по Бову юношей, и юноши, пришедши, говорили: «Бова! Государь король на тебя кручинится. Что тебе за честь с Маркобруновыми дворянами тешиться?» И Бова приехал на конюшню да лег спать и спал 9 дней и 9 ночей.

И в то время под Арменское царство приехал из Рахленского царства царь Салтан Салтанович и сын его Лукопер, славный богатырь. Глава у него аки пивной котел, а промеж очами добра мужа пядь, а промеж ушами каленая стрела ляжет, а промеж плечами мерная сажень. И нет такого сильного и славного богатыря во всей подселенной. И Арменское царство осадил и писал грамоту королю Зензевею Айдаровичу от славного богатыря Лукопера, чтоб король Зензевей Айдарович «дал бы за меня дочь свою прекрасную королевну Дружневну с любви. А буде не даст, я его царство огнем пожгу и головнею покачу, а дочь его с нелюбви возьму».

И король Зензевей Айдарович почал говорить королю Маркобруну: «У тебя войска 40 000, а у меня соберется 40 000 же. И сами два короля, а войска у нас по 40 000, да выйдем против сильного богатыря Лукопера». И король Зензевей Айдарович повелел в рог трубить и собрал войска 40 000, а Маркобрунова войска 40 000 же. И два короля с двумя войсками выехали против сильного богатыря Лукопера. И Лукопер направил копие на двух королем глухим концом и двух королей сшиб, что снопы, и два войска побил. А двух королей, короля Зензевея Айдаровича да короля Маркобруна, связал да на морское пристанище отослал ко отцу своему царю Салтану Салтановичу.

И Бова встал от сна своего, а за городом шум велик и конское ржание. И пошел Бова в задние хоромы к прекрасной королевне Дружневне. И вошел в палату и почал Бова спрашивать: «Государыня королевна Дружневна! Что за городом шум велик и конское ржание?»  И прекрасная королевна Дружневна почала говорить: «Государь Бова! Долго спишь, ничего не ведаешь, что приехал из Рахленского царства царь Салтан Салтанович и сын его Лукопер, славный   богатырь.   И   батюшка   мой   собрал   войска   40 000, а Маркобрунова войска 40 000 же. И два короля с двумя войсками выехали против сильного богатыря Лукопера. И Лукопер направил на двух королей копие глухим концом и шиб двух королей с коней, что снопы, и два войска побил и двух королей связал и на морское пристанище отослал ко отцу своему царюСалтану Салтановичу». И рече Бова: «Государыня прекрасная королевна Дружневна! Не на чем мне выехать против сильного богатыря Лукопера. Нет у меня ни доброго коня богатырского, ни доспеха крепкого, ни меча-кладенца, ни копия острого, ни сбруи богатырской». И рече прекрасная королевна Дружневна: «Государь Бова! Ты еще детище младо и не можешь на добром коне сидеть и во всю конскую пору скакать. И уже мне отцу своему не пособить! А ты, государь Бова, возьми меня себе заместо жены, а будь нашему царству сдержатель и ото всех стран оберегатель». И рече Бова: «Если государь купит холопа доброго, то холоп хочет выслужиться. Да не на чем мне выехать против сильного богатыря Лукопера: нет у меня ни доброго коня богатырского, ни сбруи ратной».

И рече прекрасная королевна Дружневна: «Есть у государя моего батюшки добрый конь богатырский: стоит на 12 цепях, по колени в землю вкопан, и за 12 дверьми. И есть у батюшки моего в казне 30 доспехов старых богатырей и меч-кладенец». И Бова был радостен и пошел на конюшню, и добрый конь богатырский с 12  цепей сбился и уже пробивает последние двери. И Дружневна побежала за Бовою на конюшню и почала говорить: «Есть ли во Арменском царстве юноши храбрые витязи? Подите за мною на конюшню!» И добрый конь богатырский охапил Бову передними ногами и почал во уста целовать, аки человек, и Бова почал доброго коня богатырского по шерсти гладить и скоро утешил доброго коня богатырского. И Дружневна послала в казну по доспех богатырский и по меч-кладенец: 12 человек на носилках несли. И Бова был радостен и хочет садиться на доброго коня богатырского и ехать на дело ратное и смертное. И прекрасная королевна Дружневна почала говорить: «Государь мой Бова! идешь ты на дело ратное и смертное, либо будешь жив, либо нет, а богу ты не помолился и со мною не простился». И Бове то слово полюбилось, и пошел к Дружневне в палату и помолился богу и взял себе Спаса на помощь и пречистую богородицу и с Дружневною простился и пошел на дело ратное и смертное.

И Дружневна Бову провожала. И отпущает на дело ратное и смертное и подпоясывала Бове меч-кладенец своими руками. И Бова садился на доброго коня богатырского, в стремя ногою не вступаючи. И прекрасная королевна Дружневна ухватила Бовину ногу и ставила в стремя своими руками и принимала Бову за буйную главу и целовала его во уста, и во очи, и во уши. И рече прекрасная королевна Дружневна: «Государь мой Бова! Едешь ты на дело ратное и смертное, либо будешь жив, либо нет. И я тому веры не имею, что ты пономарева роду. Поведай мне истинную правду свою, царского ли ты роду или королевского?» И рече Бова прекрасной королевне: «Еду я на дело ратное и смертное, либо буду жив, либо нет. Скажу я тебе истинную правду. Не пономарева я роду, а роду королевского, славного короля сын Гвидона, а матушка моя, прекрасная королевна Милитриса, доброго и славного короля Кирбита Верзауловича дочь». И Бова вдосталь Дружневне песку к сердцу присыпал[4].

И был у того короля Зензевея Айдаровича дворецкий. И почал говорить, а государыню свою бесчестить: «Государыня прекрасная королевна Дружневна! Не прилично тебе холопу своему своими руками меч-кладенец опоясывать, и не прилично тебе холопьи ноги в стремя ставить своими руками, и не прилично тебе целовать холопа своего во уста, и во очи, и во уши и провожать и отпущать на дело ратное и смертное». И Бова ударил дворецкого копием, глухим концом, и дворецкий пал на землю замертво и лежал три часа, едва встал.

И Бова поехал на дело ратное и смертное. И скочил Бова прямо через городовую стену, и увидел славный богатырь Лукопер, что выскочил из Арменского царства храбрый витязь через городовую стену, и стали на поле съезжаться два сильные богатыря. И Лукопер на Бову направил копие вострым концом, и Бова на Лукопера вострым же концом. И ударились два сильные богатыря промеж собою вострыми копьями, что сильный гром грянул пред тучею. И Лукопер на Бове не мог доспеха пробить, аБова на Лукопере доспех пробил на обе стороны, и Лукопер свалился с коня мертв. И Бова почал Лукоперово войско бить, и бился Бова 5 дней и 5 ночей, не столько бил копием — конем топтал и побил войска 100 000 и немного людей ушло на морское пристанище ко царю Салтану Салтановичу. И почали говорить: «Государь царь Салтан Салтанович! Выехал из Арменского царства храбрый витязь, скоро будет на морском пристанище». И царь Салтан Салтанович не поспел царских шатров посымать и скочил на корабль с немногими людьми и побежал во Рахленское царство.

И Бова приехал на морское пристанище и скочил в шатер, а два короля связаны под лавкою лежат, король Зензевей Айдарович да король Маркобрун. И Бова двух королей развязал и на коней посадил. И ехали во Арменское царство 3 дня и 3 ночи по трупам человеческим, едва добрый конь скачет в крови по колени.

И рече Бова государю своему Зензевею Айдаровичу да королю Маркобруну: «Если государь доброго холопа купит, то холоп государю своему выслужится». И король Маркобрун почал говорить королю Зензевею Айдаровичу: «Слыхал я у старых людей: если государь доброго холопа купит, а холоп государю своему выслужится, того холопа наделяют да отпущают». И король Зензевей Айдарович почал говорить: «Я слыхал у старых же людей, что такого холопа годно наделять да к себе призывать». И приехали два короля во Арменское царство и пошли в королевские палаты и почали пити и ясти и веселитися. И Бова пошел на конюшню и лег спать и спал 9 дней и 9 ночей.

И в те поры два короля, король Зензевей Айдарович да король Маркобрун, выехали с ястребами на заводи тешиться. И в те поры дворецкий призвал к себе 30 юношей, храбрых витязей, и почал говорить: «Подите, юноши, и убейте Бову на конюшне сонного, а я вам дам много злата и сребра». А всякому корысти хочется. И кинулись 30 юношей к Бове на конюшню, а Бова крепко спит. И среди тех 30 юношей был один разумный. И почал говорить: «А только мы не можем Бову сонного убить. А Бова пробудится, что нам будет? Бова — храбрый витязь, убил Бова сильного и славного богатыря Лукопера и 100 000 войска побил. Пойдем мы к дворецкому! А дворецкий таков же, что и наш государь Зензевей Айдарович, и напишет дворецкий грамоту королевским именем и пошлет Бову во Рахленское царство, а Бова со сна его не узнает». И дворецкому то слово полюбилось. И пошел дворецкий в королевскую палату и грамоту написал от короля Зензевея царю Салтану Салтановичу, чтоб царь Салтан Салтанович «на меня не кручинился, не я убил Лукопера, сына твоего и 100 000 войска побил. Имя ему Бова, а я его послал к тебе головою на смерть». И дворецкий грамоту написал и запечатал, а сам лег на королевскую кровать и одевался королевским одеялом и послал по Бову на конюшню. И Бова пришел в королевскую палату и не узнал Бова дворецкого. И почал тот говорить королевским именем: «Бова, служи ты мне верою и правдою. Поди ты во Рахленское царство, отнеси от меня челобитье царю Салтану Салтановичу». И Бова грамоту принял и челом ударил и пошел на конюшню. И не оседлал коня богатырского, оседлал Бова иноходца и поехал во Рахленское царство.

И едет Бова 9 дней и 9 ночей и не может Бова наехать ни реки, ни ручья, а пити Бове добре хочется. И увидел Бова: от дороги с версту стоит дуб, а под дубом стоит черноризец. И поехал Бова. И рече пилигрим: «Государь мой, храбрый витязь Бова королевич! Я пью, а тебе, государь, дам тож». И старец почерпнул чашу и всыпал усыпляющего зелья и дал Бове. И Бова выпил, и упал Бова с коня на землю и спал 9 дней и 9 ночей. А старец пилигрим унес у Бовы меч-кладенец и увел доброго коня. И Бова встал от сна, а нет у него ни доброго коня-иноходца, ни меча-кладенца. И Бова прослезился: «Милостивый Спас и пречистая богородица! Уж меня изобидел старец, а государь меня послал на смерть». И пошел Бова, куды очи несут. И Бове господь путь правит. И пришел Бова во Рахленское царство и вошел в царские палаты и грамоту положил на стол. И царь Салтан Салтанович грамоту принял и распечатал и прочитал. И закричал царь Салтан Салтанович: «О злодей Бова, ныне ты сам ко мне на смерть пришел, могу тебя повесить!» И закричал царь Салтан Салтанович: «Есть ли у меня юноши, храбрые витязи? Возьмите Бову и поведите на повешенье». И скоро рели поставили, котлы приготовили, и взяли Бову 30 юношей под правую руку, а другие 30 юношей под левую руку и повели Бову на повешенье. И увидел Бова рели и прослезился Бова: «Милостивый Спас и пречистая богородица! Что моя вина, что моя неправда, за что я погибаю?» И взложил бог Бове на разум, что Бова сильный богатырь. И тряхнул Бова правою рукою и 30 юношей сшиб, и тряхнул Бова левою рукою и другие 30 юношей убил. И побежал Бова из Рахленского царства.

И увидел царь Салтан Салтанович и повелел в рог трубить и собрал двора своего 5 тысяч и погнался за Бовою. И догнали и поймали и привезли ко царю Салтану Салтановичу. И царь Салтан Салтанович почал говорить, аки в трубу трубить: «Уж ты, злодей Бова, хочешь от смерти уйти. Могу тебя повесить!»

И была у того царя Салтана дочь прекрасная королевна Минчитрия. И надела на себя драгоценное платье и пошла ко отцу своему в палату и почала говорить: «Государь мой батюшка, царь Салтан Салтанович! Уж тебе сына своего, а брата моего не поднять и 100 000 войска не поднять же, а такого сильного богатыря изведешь. А ты, государь батюшка, дай его мне на руки, и я его обращу в свою веру латынскую и в нашего бога Ахмета, а меня он возьмет заместо жены и будет нашему царству сдержатель и ото всех стран оберегатель». И у царя Салтана дочь прекрасная царевна Минчитрия была в любви. И царь Салтан говорит: «Чадо мое милое, прекрасная царевна Минчитрия, будь по твоей воле».

И царевна Минчитрия челом ударила отцу своему, и пошла во свои хоромы и дала Бове много пити и ясти различных еств и почала говорить: «Бова, забудь свою веру православную христианскую и возьми меня заместо жены. А не станешь нашу латынскую веру веровать и не возьмешь меня себе заместо жены, батюшка мой может тебя повесить или на кол посадит». И рече Бова: «Хоть мне повешену быть или на кол посажену быть, а не верую я вашу латынскую веру и не могу я забыть своей истинной». И царевна Минчитрия велела Бову посадить в темницу накрепко и доскою железною задернуть и песком засыпать и не дала Бове пити, ни ясти 5 дней и 5 ночей. И Бове пити и ясти добре хочется.

И прекрасная царевна Минчитрия надела на себя драгоценное платье и пошла к Бове в темницу и велела песку отгрести и доску железную открыть. И вошла к Бове в темницу и не могла на Бовину красоту насмотретися 3 часа. «Бова! Лучше ли тебе умереть голодною смертью или повешену быть или на кол посажену быть? Веруй нашу латынскую веру и возьми меня себе заместо жены».— «Уже мне и так голодная смерть приближается. А хошь мне повешену быть или на кол посажену быть, а не верую я вашу латынскую веру и не могу забыть православную христианскую веру».

И царевна Минчитрия не дала Бове ни пити, ни ясти и пошла ко отцу своему в палату и почала говорить: «Государь мой батюшка, царь Салтан Салтанович! Не могла я Бовы прельстить. Хошь его повесь, хошь на кол посади». И царь Салтан Салтанович почал говорить: «Есть ли у меня 30 юношей? Подите в темницу и возьмите Бову и приведите его ко мне, я могу Бову повесить». И стали 30 юношей и пошли к Бове в темницу и не могли песку отгрести и доски железные открыти и почали кровлю ломать. И закручинился Бова: «Нет у меня меча-кладенца, нечем мне противиться против 30 юношей». И увидел Бова в углу в темнице меч-кладенец, и взял Бова меч-кладенец, был Бова радостен. И юноши почали к Бове в темницу спущаться человека по два и по три и по пяти и по шести. И Бова их сечет да лестницей кладет. И 30 юношей всех присек да и лестницей склал. И царь Салтан на тех юношей разозлился: «Пошли да с Бовою беседуют». И послал других 30 юношей и велел тотчас Бову привесть. И пришли 30 юношей и стали к Бове в темницу спущаться. А Бова сечет да лестницей кладет. И вышел Бова из темницы да и побежал из Рахленского царства. И царь Салтан Салтанович повелел в рог трубить и собрал войска 30 000 да погнался за Бовою.

И Бова прибежал на морское пристанище, и увидел Бова корабль и скочил на корабль, от берегу отвалил. И закричал царь Салтан Салтанович зычно гласом: «Гости-корабельщики, отдайте с корабля моего изменника, который у меня из темницы ушел, а имя ему Бова. И буде вы не отдадите моего изменника, впредь мимо моего царства кораблям не хаживать и в моем царстве не торговать». И мужики-корабельщики хотят Бову с корабля отдать. И Бова вынул из подпазушья меч-кладенец и мужиков присек да и в море пометал. И ярыжные на корабле ухоронились и почали говорить: «Государь храбрый витязь, не моги ты нас погубить,   а  мы  тебе,   государь,  побежим   куды   тебе надобе.

И ярыжные подымали парусы и бежали по морю год и три месяца и подбежали под Задонское царство и увидели три терема златоверхих, а отнесло их погодою от пути верст за 100. И Бова велел парусы опустить и якори в воду пометать. И почал Бова по кораблю ходить и на все стороны смотрит. И увидел на берегу моря  рыболова.   И  закричал  Бова  зычно гласом:   «Пожалуй, рыболов, не ослушайся, подъедь на корабль!»  И рыболов не ослушался,  приехал,  и Бова почал рыболова расспрашивать: «Пожалуй, рыболов, скажи мне: это царство ли, или орда, царь ли живет    или    король?»    И    рече    рыболов:    «Государь    гость-корабельщик! Стоит то наше царство Задонское, а живет государь наш король Маркобрун». И Бове пошло на разум, и рече Бова: «Не тот ли король Маркобрун, что сватался во Арменском царстве у короля Зензевея Айдаровича на прекрасной королевне Дружневне?» И рече рыболов: «Государь гость -корабельщик, тот. А ныне королевна Дружневна у нашего государя короля Маркобруна умолила на год, а все проведывает про храброго витязя про Бову королевича. У нашего государя Маркобруна радость будет, свадьба, женится на прекрасной королевне Дружневне». И рыболов Бове  песку к сердцу присыпал.  И Бова рече рыболову: «Пожалуй, рыболов, продай рыбы ярыжным». И рыболов кинул пять  осетров   на   корабль.   «Вот,   государь,   тебе   рыбы  и  без продажи». И Бова взял злата и сребра и покрывал камками и бархатами, да и бросил рыболову в подъездок. И рыболов почал говорить Бове: «Государь гость-корабельщик, дал ты мне много живота[5], ни пропить, ни проесть ни детям моим, ни внучатам». И   Бова   рече:    «Пожалуй,   рыболов,   свези   меня   на   берег». И рыболов не ослушался, взял Бову в подъездок и привез на берег. И Бова почал ярыжным наказывать: «Ярыжные, вот вам весь корабль и с животом. Делите поровну, а не бранитеся и не деритеся ». И пошел Бова к Задонскому царству, и шел Бова 5 дней и 5 ночей и нашел старца пилигрима, который его ограбил и взял у него меч-кладенец и доброго коня-иноходца. И Бова почал пилигрима бить. И пилигрим почал молить: «Не убей меня, храбрый витязь Бова королевич! Я тебе отдам доброго коня-иноходца и меч-кладенец и дам тебе три зелья: усыпляющее да зелье белое, а третье черное». И взял Бова три зелья да меч-кладенец да и пошел. Идет Бова 6 дней к Задонскому царству. И увидел Бова старца — на улице щепы гребет. И рече Бова старцу: «Дай мне с себя черное платье, а возьми мое цветное». И старец почал говорить: «Государь храбрый витязь, не годится мое тебе платье, а твое цветное мне: милостыни не дадут». И Бова старца ударил о землю и снял со старца черное платье, а свое цветное платье покинул. И надел на себя Бова черное платье и пошел на королевский двор и пришел на поварню, а повары ествы варят. И пришел Бова и почал есть просить: «Государи королевские повары, напойте-накормите прохожего старца ради Спаса и пречистой богородицы и ради храброго витязя Бовы королевича». И повары закричали: «О злодей старец, что ты ради Бовы милостыню просишь? У нашего государя про Бову заповедано: кто про Бову помянет, того казнить смертью без королевского ведома». И кинулся повар, выхватил из-под котла головню и ударил старца, и старец на месте не тряхнулся и ухватил ту же головню, и ударил старец повара и зашиб до смерти. И побежали повары к дворецкому: «Дворецкий, поди на поварню. Пришел старец на поварню да лучшего повара зашиб до смерти». И дворецкий пришел на поварню. И рече Бова: «Государь дворецкий, не вели меня, старца, убить, я старец прохожий и заповеди вашей не слыхал». И дворецкий рече: «Поди, старец, на задний двор, там королевна Дружневна нищих златом оделяет. Завтра у нашего государя радость будет: женится наш государь король Маркобрун на прекрасной королевне Дружневне».И старец пошел на задний двор, а на заднем дворе нищих великое множество. И старец пошел промеж нищих, и нищие старцу пути не дают и почали старца клюками бить. И старец почал на обе стороны нищих толкать, и за старцем много мертвых лежит.  И нищие почали старца пускать. И старец дошел до прекрасной королевны Дружневны, и закричал старец зычно гласом: «Государыня прекрасная королевна Дружневна! Дай мне, старцу, милостыню ради Спаса и пречистой богородицы и ради храброго витязя Бовы королевича». У Дружневны миса из рук со златом вывалилась. И добрый конь богатырский услышал всадника   своего   храброго   витязя   Бову   королевича   и   почал на конюшне   ржать.   И   королевна   Дружневна  почала   говорить «Подите, няньки, раздавайте злато нищим». А сама взяла старца и пошла в задние хоромы и почала спрашивать: «Старец, что ты ради Бовы милостыню просишь? Где ты слыхал про государя моего храброго витязя Бову королевича?» И рече старец: «Государыня королевна! Я с Бовою в одной темнице сидел во Рахленском царстве, да мы с Бовою одною дорогою шли. Бова пошел налево, а я   пошел   направо».   И   рече   старец:   «Государыня   королевне Дружневна! А как Бова ныне придет, что ты над ним учинишь? И прекрасная королевна Дружневна прослезилась: «Кабы я проведала,  что  государь  Бова  в  тридесятом царстве на тридесятой земле, я бы и туда к нему пошла!»

И в те поры пришел король Маркобрун к прекрасной королевне Дружневне, а старец сидит, а Дружневна перед старцем стоит. А король Маркобрун почал говорить: «Что ты, Дружневна, перед старцем стоишь, а слезы у тебя по лицу каплют?» И королевна Дружневна почала говорить: «Государь мой король Маркобрун, как мне не плакать? Пришел тот старец из нашего из Арменского царства и сказывает: батюшка и матушка мои умерли, и я по них плачу». И король Маркобрун почал говорить: «Государыня прекрасная королевна Дружневна! Уже тебе отцу своему и матери своей не пособить. А тужишь, лишь жизнь свою укорачиваешь. Хуже всего, что добрый конь богатырский сбился с 12 цепей, уже последние двери пробивает. А как последние двери пробьет, в городе много мертвых будет». И рече старец: «Государь король Маркобрун! Я укрощу доброго коня, так что станет трех лет младенец ездить». И король Маркобрун рече старцу то: «Коль ты, старец, укротишь доброго коня, я тебя пожалую, дам тебе много злата». И старец пошел на конюшню, и Дружневна пошла за старцем. И добрый конь богатырский услышал всадника своего и последние двери пробил и стал на задние ноги, и передними ногами охапил, почал во уста целовать аки человек. И увидел то король Маркобрун, пошел в палату и заперся: «Уж коли добрый конь последние двери пробил и старца смял, то много в городе мертвых людей будет».

И прекрасная королевна Дружневна почала говорить: «Что ты, старец, так скоро укротил?» И старец рече: «Государыня прекрасная королевна Дружневна! И сам я тому дивлюся, что добрый конь меня скоро узнал, а ты меня долго не узнаешь. А я истинный сам Бова королевич». И Дружневна рече старцу: «Что ты, старец, меня смущаешь! Государь был Бова вельми лепообразен, от Бовиной бы красоты всю конюшню осветило». И старец вынул из подпазушья меч-кладенец, и Дружневна меч к сердцу прижала: «Истинно меч государя моего Бовы королевича! А ты, старец, черн и дурен, а шел ты с Бовою одною дорогою, и ты у него меч украл. А кабы тот меч был у государя моего Бовы королевича, умел бы он тем мечом владеть. А была у государя моего у Бовы на главе рана, а в рану палец ляжет. Когда он служил во Арменском царстве у государя моего батюшки у короля Зензевея Айдаровича, пошел Бова из палаты и ударил дверьми, и свалился кирпич сверху и расшиб у Бовы голову. И я лечила Бову своими руками, и я знаю Бовину рану». И старец снял с главы клобук и показал рану. И Дружневна рану осмотрела и поцеловала: «Истинная рана государя моего Бовы, а ты, старец, дурен и черн». И рече старец: «Истинный я сам Бова. А ты, Дружневна, вели воды принести, и я умоюсь белым зельем». И Дружневна побежала сама по воду и принесла воды в сребряном рукомойце. И Бова умылся белым зельем, и осветил Бова всю конюшню. И Дружневна пала в ноги Бове и почала говорить: «Государь мой храбрый витязь Бова королевич! Не покинь меня, побежим с тобою от короля Маркобруна». И рече Бова: «Ты, Дружневна, поди к королю Маркобруну и дай ему пить и всыпь в кубок усыпляющего зелья, и пусть он спит 9 дней и 9 ночей, а мы в те поры убежим». И Бова дал усыпляющего зелья, и Дружневна зелье взяла да и за рукав завернула и пошла в свои хоромы и надела на себя драгоценное платье и почала говорить: «Государь мой король Маркобрун! Завтра у нас с тобою радость будет: тебе, государь, меня за себя взять. А ты, государь, со мною изопьем по кубку меду, чтобы мне не тужить по батюшке и по матушке». И у короля Маркобруна Дружневна была в любви. И скоро велел принести крепкого меду, и Дружневна, отвернувшись, всыпала из рукава усыпляющего зелья и поднесла королю Маркобруну. И у короля Дружневна была в любви и велел ей наперед пить. И Дружневна начала перед ним уничижаться: «Государь мой король Маркобрун! Не прилично мне, девке страднице, прежде тебя пити. Выпей, государь, тот кубок ты, а я по другой пошлю». И король Маркобрун выпил кубок меду и свалился спать. И королевна Дружневна побежала к Бове на конюшню и почала говорить: «Государь мой храбрый витязь Бова королевич! Уже король Маркобрун крепко спит».

И Бова оседлал под себя доброго коня богатырского, а под Дружневну иноходца. И Дружневна взяла из казны 2 шатра езжалых. И садился Бова на добра коня, а Дружневна на иноходца, и поехали из Задонского царства. И ехал Бова с Дружневною 9 дней и 9 ночей, и стал Бова в поле и расставил белые шатры и добрых коней стреножил. И пошел с Дружневною в шатер. И король Маркобрун встал от сна своего, а нет у него ни прекрасной королевны Дружневны, ни доброго коня богатырского. И почал король Маркобрун говорить: «Не старец злодей был, был истинный сам Бова королевич. Увел у меня, злодей, прекрасную королевну Дружневну и доброго коня богатырского». И повелел в рог трубить и собрал войска 30 000 и послал за Бовою и за Дружневною.

И Бова вышел из шатра прохладиться. И как услышал Бова конскую потопь и людскую молву, пошел в шатер и почал говорить: «Государыня прекрасная королевна Дружневна! Идет погоня от короля Маркобруна». И прекрасная королевна Дружневна почала говорить: «Государь мой ласковый, храбрый витязь Бова королевич! А если нас поймают, уж нам от короля Маркобруна живым не быть». И Бова рече: «Государыня прекрасная королевна Дружневна! Молися богу, бог с нами».

И взял Бова меч-кладенец и сел на доброго коня и без седла и поехал против погони и побил погоню 30 000, только оставил 3 человека, да и отпустил к королю Маркобруну, приказав передать: «Что король Маркобрун за мною посылает, только войско теряет! А знает он, что я сильный богатырь, храбрый витязь Бова королевич? Убил я сильного богатыря Лукопера и 9000 войска побил». И пришли 3 человека к королю Маркобруну и почали говорить: «Государь король Маркобрун! Бова все войско побил, а нас трех отпустил и не велел за собою гоняться: что он посылает за мною, только войско теряет!»

И король Маркобрун повелел в рог трубить и собрал войска 40 000 и посылает за Бовою и за Дружневною. И те юноши почали говорить: «Государь наш король Маркобрун! Что нам за Бовою идти? А Бовы нам не взять, только нам головы свои положить. Есть, государь, у тебя сильный богатырь, а имя ему Полкан, по пояс песьи ноги, а от пояса что и прочий человек, а скачет он по 7 верст. Тот может Бову догнать и поймать, а сидит он у тебя в  темнице за 30 замками и 30 мостами». И король Маркобрун велел Полкана из темницы выпустить и послал за Бовою. И Полкан почал скакать по семи верст.

И Бова вышел из шатра, и услышал Бова, что Полкан-богатырь скачет. И Бова взял меч и сел на доброго коня и без седла и поехал против сильного богатыря Полкана. И съезжаются два сильных богатыря, и Бова махнул Полкана мечом, и у Бовы меч из рук вырвался и ушел до половины в землю. И Полкан Бову ударил палицею, и Бова свалился с коня на землю замертво. И Полкан вскочил на Бовина коня, и добрый конь Бовин увидел Полкана и закусил муштук и почал носить по лесам и по заразам и по кустам и ободрал по пояс ноги и мясо до костей. И Бова лежал замертво три часа и встал, как ни в чем не бывало, и пришел к Дружневне в шатер и лег на кровать. И добрый конь носил Полкана и примчал к шатру, и Полкан свалился на землю. И Дружневна из шатра вышла и почала говорить: «Полкан, помирися с Бовою, и вам не будет супротивника на сем свете». И рече Полкан: «Я бы рад с Бовою помириться, лишь бы Бова помирился». И Дружневна, пришедши в шатер, почала говорить: «Государь  храбрый витязь  Бова  королевич!   Помирися  ты  с Полканом, и вам не будет на сем свету супротивника». И рече Бова:    «Я рад с Полканом помириться, а не помирится Полкан, я егоубью». И Бова с Полканом помирился. Полкан Бову брал за белые руки и целовал во уста и называл его большим братом.

И сел Бова на доброго коня,  а Дружневна на иноходца, а Полкан за ними почал скакать. И приехали во град Костел, а во граде нет ни царя, ни короля, только мужик посадский, а имя ему Орел. И Бова королевич да Полкан стали на подворье, и Бова лег с Дружневною спать. А в те поры пришел король Маркобрун под град Костел, а войска с ним 50 000, и Костел град осадил и почал грамоты к мужику посадскому писать и просить из города Бову с Полканом: «А не отдадите из города моих изменников, я ваш град Костел огнем пожгу и головнею покачу!» И мужик посадский велел мужикам собраться в земскую избу, и мужикам грамоту прочел и почал говорить мужикам: «Пойдем мы против короля Маркобруна!  И я сам пойду и двух сынов с собою возьму». И мужики собрались да и выехали против короля Маркобруна. И король Маркобрун мужика-посадника и с детьми полонил. А двух сыновей взял заложниками, а велел выдать из города Бову да Полкана да прекрасную королевну Дружневну.

И мужик пришел в город и почал говорить: «Выдать ли нам из города приезжих людей или не выдавать?» И выступала Орлова жена и почала говорить: «Приезжих людей из города не выдавать, а уже детям своим нам не пособить». И мужик Орел почал говорить: «У всякой жены волосы долги, да ум короток». И присоветовали мужики, что Бову из города выдать. И пошел Полкан к Бове: «Брат Бова, долго спишь, ничего не ведаешь: хотят нас мужики из города выдать». И рече Бова: «Злодеи-мужики, что они за думу не гораздо удумали! Не гораздо и им будет!» И вскочил Бова скоро с кровати и опахнул на себя шубу одевальную. И взял под пазуху меч-кладенец и пошел в земскую избу и почал мужиков рубить от дверей и до куту. Мужиков порубил да и вон пометал, а Орлова жена побежала с коника к печи и почала говорить: «Государь храбрый витязь, не моги меня, горькую вдову, погубить!» И рече Бова: «Матушка государыня, не бойся. Дай мне до утра  сроку,  я и детей твоих отполоню». И выехали Бова да Полкан против короля Маркобруна, и Бова ехал с правой руки, а Полкан заскочил с левой руки. И почали Маркобруново войско бить, аки животину отогнали и Орловых детей отполонили.

И король Маркобрун ушел в Задонское царство с немногими людьми и положил на себя клятву, что «не гоняться за Бовою ни детям моим, ни внучатам, ни правнучатам». И Бова пришел в город Костел и, пришедши к Орловой жене, сказал: «Вот, государыня-матушка, дети твои». И посадил править Орловых детей да и поехал из города Костела спрекрасною королевною Дружневною, а Полкан за ними пеш поскакал.

И едучи Дружневна почала говорить: «Государь мой храбрый витязь Бова королевич! Уже приходит мне время, как добры жены детей рождают». И Бова стал на стан и шатры расставил, и рече Бова Полкану: «Брат Полкан, стань подале: Дружневна у меня недомогает». И Полкан отошел подале да стал под дуб. И Дружневна родила два сына, и Бова нарек имя им: одному имя Симбалда, а другому Личарда. И Полкан встал от сна своего и услышал конскую потопь и людскую молву, и пришел Полкан к Бовину шатру, и рече Полкан: «Брат Бова! Идет рать великая, невесть идет царь, невесть король. Сам ли ты идешь проведать или меня пошлешь?» И рече Бова: «Поди ты, а мне ныне нельзя: Дружневна родила два сына — Симбалду и Личарду». И Полкан поскакал, и много людей он похватал да и к Бове привел.

И Бова почал языков спрашивать: «Сказывайте вы, добрые люди, не испорчены, коего царства рать идет? Царь ли идет или король?» И языки почали рассказывать: «Государь храбрый витязь! Идут то, государь, воеводы от нашего государя Додона во Арменское царство. Сказывают, что будто во Арменском царстве у короля Зензевея Айдаровича служит Бова королевич. И король Додон велел его, Бову, взять да к себе привесть во царство». И у Бовы разгорелося богатырское сердце, и не мог Бова утерпеть и предал их смерти. И оседлал себе доброго коня своего богатырского и взял с собою меч-кладенец, и почал Бова брату своему Полкану наказывать: «Брат мой Полкан! Не покинь ты Дружневны моей и двух детей моих. А я поеду во Арменское царство на дело ратное, а сам ты, брат, не ходи близко к лесу». И простился Бова с Полканом, да и с Дружневною и с детьми своими, и поехал Бова на ратное дело.

А Полкан после отошел к лесу спать, и в ту же пору вышли львы к Полкану сонному, и богатыря того Полкана съели всего, только  оставили  одни плесны ножные.  И после того вышла Дружневна из шатра своего и посмотрела под дубом, где Полкан спал, а Полкана львы съели, только лежат плесны одни ножные. И Дружневна вельми по нем  потужила, по Полкане, и взяла детей своих и посадила за пазуху и села на иноходца и поехала, куды ее очи несут.

И   приехала   Дружневна  под  Арменское  царство и взяла с собою только плеть одну и пустила доброго своего коня-иноходца в чистое поле и рече ему: «Поди ты, добрый конь, ищи себе государя ласкового». И пришла Дружневна к реке и умылась черным зельем и стала черна, что уголь. И пришла Дружневна в Рахленское царство и стала у вдовы на подворье. А в Рахленском царстве царевна Минчитрия. И Дружневна почала на добрых жен сорочки шить, тем свою голову кормила и детей своих.

И Бова королевич силу побил и приехал к шатру, а нет в шатре ни королевны Дружневны, ни детей его. И Бова посмотрел под дуб, а Полкана львы съели, только лежат плесны ножные. И Бова растужился: «Уж коли такого сильного богатыря львы съели, то и Дружневну и детей моих». И похоронил Бова Полкановы плесны и сам расплакался горько: «Милостивый Спас и пречистая богородица! Дали вы мне ладо поноровное, и не дали вы мне с нею пожить от младости и до старости». И пошел Бова на заводи тешиться и настрелял гусей и лебедей, и наварил Бова ествы, да наелся и напился. Да и поехал Бова во Арменское царство, чтобы ему дворецкого убить, который дворецкий послал его на смерть.

И приехал Бова во Арменское царство в воскресный день, а король Зензевей Айдарович стоит у церковного пения. И пошел король Зензевей от пения, и Бова королю Зензевею Айдаровичу челом ударил. И король Зензевей почал спрашивать: «Имя твое как и коего града и куды идешь?» И рече Бова: «Имя мне Август, ищу себе государя ласкового, чтобы меня приголубил». И рече король: «Мне такие люди надобны. Пожалуй, Август, служи ты мне». И Август, челом ударя, пошел на королевский двор и дворецкого убил.

И приехали послы из Рахленского царства. И Август подвернулся к послам и почал спрашивать: «Коего царства послы и почто приехали?» И почали говорить: «Мы, государь, пришли из Рахленского царства проведать про храброго витязя Бову королевича: послала нас царевна Минчитрия, а хочет она за Бову замуж идти». И Август рече: «Пойдите вы, послы, в Рахленское царство, а Бова будет у вас».

И поехал Бова в Рахленское царство. И приехал Бова в Рахленское царство и въехал Бова на королевский двор безобсылочно[6]. И встречает Бову прекрасная царевна Минчитрия, и повела Бову в королевские палаты, и почали пити и ясти и веселитися. И царевна Минчитрия почала говорить: «Государь храбрый витязь Бова королевич! Крести ты, государь, меня да возьми себе заместо жены, и будь нашему царству сдержатель и ото всех стран оберегатель». И Бова Минчитрию крестил, да и положили промеж собою на слове до воскресного дня.

И у Дружневны дети уже на разуме. Симбалда играет на гуслях, а Личарда на домре. И Дружневна почала посылать детей своих на королевский двор: «Подите, детушки, на королевский двор, и вас возьмут в королевскую палату, и вы играйте наигрыши добрые и тонцы водите хорошие, да во всякой песне пойте про храброго витязя Бову королевича». И Бовины дети пошли на королевский двор и в королевские палаты и почали наигрыши играть и тонцы водить и во всякой песне поют про храброго витязя Бову королевича. И Бова рече: «Что вы поете во всякой песне про Бову королевича? А я много хожу, а Бовы в песнях не слыхал». И Бовины дети почали говорить: «Поем мы в песнях про государя своего батюшку Бову королевича, а велела нам государыня наша матушка прекрасная королевна Дружневна». И Бова велел их напоить и накормить и дал им злата и сребра много, едва можно донести, а сам пошел за ними. И пришли Бовины дети на двор, и мати их встречает: «Пойдите, детушки!», и берет за белые руки и целует их во уста. Увидел Бова, что встречает баба дурна и черна, плюнул Бова и прочь пошел: «Сказали, у них мати Дружневна, а она баба дурна и черна, что уголь».

И как ночь проходит, а день настает, Дружневна посылает детей своих на королевский двор.  И Бовины дети пришли в королевские палаты и почали игрища играть добрые, а тонцы водить хорошие, и во всякой песне поют про Бову королевича. И Бова велел их напоить и накормить и дал им злата и сребра и того больше и пошел за ними. И королевна Дружневна умылась белым зельем и вышла встречать детей своих. И Бова увидел Дружневну и вбежал на двор. И хватает Дружневну за белые руки и   целует  в   сахарные  уста.  И  Дружневна  пала  ему  в  ноги: «Государь мой храбрый витязь Бова королевич! Не покинь меня и детей своих!» И Бова взял Дружневну и детей своих и пошел на конюшню и выбрал добрых коней-иноходцев под Дружневну и под детей своих. И царевна Минчитрия пала Бове в ноги и почала говорить: «Государь храбрый витязь Бова королевич! Коли ты, государь, меня за себя не взял, я буду твоя закладчица[7]». И рече Бова: «А коли ты за меня заложилась, тебя не изобидит ни царь ни король, слышучи мою грозу, храброго витязя Бовы королевича». И поехал Бова с Дружневною и с детьми своими во град Сумин к дядьке Симбалде.

И дядька Симбалда встречал приезжего человека Августа и двор ему отвел. И назавтра дядька Симбалда в честь приезжего человека Августа пир рядил. И пришел Август на пир, и дядька Симмбалда велел ему место дать. И как пошел пир навесело, Август почал говорить: «Государь дядька Симбалда! Кто близ тебя живет и нет ли какой обиды?» И говорил дядька Симбалда: «Есть, государь! Близ меня живет злодей король Додон. Убил он, злодей, царя моего, доброго и славного короля Гвидона и все годы животину от града отгоняет, а я против его стоять не могу». И Август рече: «Я могу ту обиду отмстить. Собери войска, сколько можешь».

И Симбалда повелел в рог трубить и собрал войска 15 000. И Август поехал воеводою и взял с собою дядькина сына именем Дмитрия. И пришел под град под Антон и животину отгнал и посады пожег. И где лежит король Гвидон, а над могилою стоит столп, и Август ходил три дня на могилу прощаться, а сам горько плакал. И увидел король Додон, что пришло под град немного людей и животину отгнали и посады пожгли. И повелел в рог трубить и собрал войска 40 000 и вышел против Августа. И Август аки животину отгнал их от града и ударил копием короля Додона и дал ему сердечную рану. И поехал Август во град Сумин, и дядька Симбалда на радостях велел в колокола звонить и молебны служить и взял Августа к себе. И дядькин сын Дмитрий почал отцу своему сказывать, что Август ходил на могилу три дня прощаться, а сам горько плакал: «Не государь ли наш храбрый витязь Бова королевич?» И дядька Симбалда почал говорить: «Государь наш был Бова королевич вельми лепообразен, и от Бовины красоты нельзя на месте сидеть». И Бова услышал те речи и вышел на крыльцо и умылся белым зельем и вошел в палату. И осветил всю палату Бова своею красотою. И дядька Симбалда пал в ноги: «Государь мой храбрый витязь Бова королевич! Моги отмстить смерть отца своего!»

И приехал посол из града из Антона во град Сумин лекаря спрашивать. И Бова умылся черным зельем и назвался лекарем:

«Я-де могу вашего короля Додона излечить от раны сердечной». И взял Бова с собою дядькина сына Дмитрия да и пошел во град во Антотлечить Додона. И посол пришел и обвестил королю Додону:

«Государь король Додон, я тебе лекаря привез из Сумина града». И король Додон велел идти лекарю в палату, а там много князей и бояр. И лекарь почал говорить: «Государь король Додон! То дело упорливо; чтоб не было никого в палате!» И король Додон выслал из палаты всех, и Бова палату запер и приставил у крюка дядькина сына. И вынимал Бова из подпазушья меч-кладенец и почал говорить королю Додону: «За то б я тебе головы не отсек, что ты государя  моего  батюшку, доброго  и  славного  короля Гвидона извел. И я за то тебе отсеку голову, что ты послушал женского разума».

И отсек Бова голову королю Додону и положил на блюдо да ширинкою покрыл. И пошел Бова в задние хоромы к прекрасной королевне Милитрисе и почал говорить: «Вот, государыня, дары от короля Додона. Я излечил твоего короля Додона от раны сердечной». И королевна Милитриса дары приняла и открыла, а голова Додонова лежит на блюде. И сама закрылася: «О злодей лекарь, что ты? Уж я тебя скоро велю злою смертию казнить!» И рече Бова: «Стой, не торопися, государыня матушка моя!» Прекрасная королевна Милитриса почала говорить: «О злодей лекарь! Бова королевич был вельми лепообразен, от Бовиной красоты всю палату освещало, а ты, лекарь, черен и дурен, что уголь». И Бова вышел на крыльцо и умылся белым зельем и пришел в палату, и осветило всю палату Бовиною красотою. И прекрасная королевна Милитриса пала Бове в ноги. И Бова почал говорить: «Государыня матушка, не уничижайся предо мною!» И велел Бова гроб сделать, мать свою — живу во гроб, и одевал гроб камками и бархатами. Погреб Бова мать свою живу в землю и по ней сорокоусты раздал. И пошел Бова в темницу, где прежде сам сидел, а девка та сидит вместо Бовы. И Бова темницу разломал, а девку выпустил, а у девки власы до пят отросли. И девка рече: «Государь мой храбрый витязь Бова королевич! Я сижу в темнице с той поры, как тебя, государя, из темницы выпустила». И Бова рече девке: «Государыня девица, потерпела бедности, и ты ныне возрадуйся». И выбрал князя и отдал девку за князя замуж. И пошел Бова в Рахленское царство и женил дядькина сына Дмитрия на прекрасной царевне Минчитрии.

И пошел Бова на старину[8], и почал Бова жить на старине с Дружневною и с детьми своими, лиха избывать, а добра наживать. И Бове слава не минется отныне и до века.

[1] Любезно приветствовать.

[2] Здесь: матросы.

[3] Хотят биться насмерть.

[4] Огорчил

[5] Здесь: имущества, добра.

[6] Без предупреждения.

[7] Здесь: подданная.

[8] В свою вотчину.

Table of Contents

[1]

[2]

[3]

[4]

[5]

[6]

[7]

[8]