Annotation

Philip K. Dick The Infinites ’53 Planet Stones, May 1953.

Филип К. Дик «Бесконечные» // Бегущий по лезвию бритвы: Фантастические романы, рассказ/Пер. с англ. — М: Топикал, 1992 г. — 640 е., илл. — (Клуб «Золотое перо»: Любителям фантаст.; Вып. 7).

- Филип К. Дик

Филип К. Дик

«Бесконечные»

— Мне это не нравится, — сказал майор Криспен Эллер.

Нахмурившись, он смотрел в иллюминатор. Астероид как астероид, вода в изобилии, умеренная температура, кислородно-азотная атмосфера земного типа…

— И никаких следов жизни. — Гаррисон Блейк, помощник командира, присоединился к Эллеру. — Никакой жизни, несмотря на идеальные условия. Воздух, вода, хорошая температура. В чем дело?

Они переглянулись. Под килем крейсера IX43 простиралась однообразная и бесплодная поверхность астероида. IX43 находился далеко от своей базы, на полпути через Галактику. Соперничество с триумвиратом Марс — Венера — Юпитер привело Землю к поискам и разведке каждого камешка в Галактике, чтобы заявить свои права на рудные концессии. Маленькие изыскательские корабли вели кочевую жизнь, прокладывая себе путь через периферию Солнечной системы, постоянно подвергаясь опасности встречи то с метеоритом, то с облаком бактерий, то с космическими пиратами. Вот уже почти год крейсер IX43 втыкал то тут, то там свой бело-голубой флаг. Три члена экипажа вполне заслужили отдых, отпуск на Земле и возможность истратить свои сбережения.

— Вы только взгляните! — воскликнул Эллер. — Идеальные условия для жизни — и ничего, кроме голых скал!

— Мог быть несчастный случай. — Блейк пожал плечами.

— Должна же быть причина, отчего этот астероид бесплодный. У меня предчувствие, что тут что-то не так.

— Вот как? И что же мы будем делать? — спросил Блейк, криво улыбнувшись. — Вы — капитан. По инструкции нам положено высаживаться на любом астероиде, диаметром не ниже класса Д, и составлять карту. Этот астероид — класса С. Так мы выходим или нет?

Эллер колебался.

— Не нравится мне это. Никто не знает всех смертельных факторов, которые могут быть в глубинах космоса. Может быть…

— Вы случайно не собираетесь повернуть прямо к Земле? — поинтересовался Блейк. — Подумайте вот о чем: никто не узнает, что мы пренебрегли этим последним куском скалы. Я, во всяком случае, не стану об этом докладывать, Эллер.

— Дело не в этом! Я имею в виду нашу безопасность, только и всего. А вас волнует возвращение на Землю. — Эллер изучал экран. — Эх, кабы знать…

— Выпустим хомяков и посмотрим, что это даст. Когда они там побегают, мы уже будем знать кое-что.

— Я даже жалею, что мы вообще приземлились.

Лицо Блейка приняло презрительное выражение.

— Вы становитесь чересчур осторожным как раз тогда, когда мы почти вернулись домой.

Эллер угрюмо смотрел на серую, бесплодную скалу, на тихо текущую воду. Вода, скалы, несколько облачков, ровная температура. Идеальное место для жизни. Но ее-то как раз и не было. Чистая, однообразная скала, абсолютно бесплодная, без какой-либо растительности. Спектроскоп ничего не показывал.

— Ну, ладно, — сказал Эллер, — откройте один из шлюзов. Я сейчас скажу Сильвии, чтобы она выпустила хомяков.

Он набрал номер лаборатории. Под ним, внутри корабля, Сильвия Саймонc работала в окружении реторт и измерительных приборов.

— Сильв! — обратился Эллер.

На экране показалось лицо Сильвии.

— Да.

— Выпустите-ка хомяков на небольшую прогулку, примерно на полчаса. С поводком и ошейником, конечно. Этот астероид меня беспокоит. Тут могут быть ядовитые газы или радиация. Когда животные вернутся, тщательно проверьте их.

— Хорошо, Крис, — улыбаясь, сказала Сильвия. — Нельзя ли выйти и нам на минутку, размять ноги?

— Сообщите мне результаты обследования как можно скорее. — Эллер выключил видео и обернулся к Блейку. — Думаю, что вы удовлетворены.

Блейк слабо улыбнулся.

— Я буду счастлив, когда мы повернем к Земле. Путешествие с вами в качестве капитана — это почти максимум того, что я могу выдержать.

— Удивительно, — сказал Эллер, — что за тридцать лет службы вы не научились хоть сколько-нибудь сдерживаться. Вы никак не можете примириться с тем, что капитанские нашивки достались не вам.

— Послушайте, Эллер! Я на десять лет старше вас. Я уже служил, когда вы были еще мальчишкой. И вы всегда будете для меня сопляком. В следующий раз…

— Крис!

Экран осветился. Появилось лицо Сильвии, охваченное страшной паникой.

— Да, — сказал он. — Что случилось?

— Крис, я у клеток. Хомяки… Хомяки в каталепсии. Совершенно твердые и неподвижные…

— Блейк, поднимайте корабль, — сказал Эллер.

— Как? — пробормотал Блейк. — Мы же…

— Поднимайте корабль! Торопитесь! — Эллер подбежал к панелям управления. — Нам нужно удирать отсюда!

Блейк пошел за ним.

— Разве что-нибудь… — начал он, но вдруг ошеломленно замолчал.

Лицо вытянулось, челюсть отвисла, и он медленно, как пустой мешок, стал падать на металлический пол. Эллер растерянно смотрел на него. Наконец он подошел к пульту управления. Тут же у него в голове возник аннигилирующий огонь. Тысячи сверкающих лучей взорвались в глазах и ослепили его. Он качнулся, нащупывая переключатели. В тот момент, когда его охватила полная тьма, пальцы его сомкнулись на переключателе автопилота, который поднял корабль в воздух.

Эллер упал, погрузившись в ночь и беспамятство.

Корабль поднялся в космос, автоматические аппараты работали четко, но внутри корабля никто не шевелился.

* * *

Эллер открыл глаза и тяжело поднялся, помогая себе трясущимися руками. Гаррисон Блейк тоже пришел в себя и застонал, пытаясь встать. Его матовое лицо стало болезненно-желтым, глаза налились кровью, на губах выступила пена. Он вытер лоб дрожащей рукой и посмотрел на Криса Эллера.

— Выбрались, — сказал Эллер, помогая Блейку сесть в командирское кресло.

— Спасибо. — Он потряс головой. — Что… что произошло?

— Не знаю. Сейчас пойду в лабораторию, посмотрю, как там Сильв.

— Хотите, чтобы я пошел с вами? — пробормотал Блейк.

— Нет. Сидите спокойно. Не напрягайте сердце. Понимаете? Поменьше шевелитесь.

Блейк кивнул. Эллер пересек рубку управления и пошел по коридору. Он воспользовался лифтом и уже через минуту входил в лабораторию.

Сильвия неподвижно лежала на столе.

— Сильв!

Эллер подбежал к ней, поднял ее, усадил на стул и потряс. Она была одеревеневшей и холодной, но слабо шевельнулась.

Эллер достал из шкафчика ампулу со стимулятором и, разбив ее, дал Сильвии вдохнуть. Сильвия застонала.

— Крис? — прошептала она слабым голосом. — Это вы? Что случилось? Все в порядке? — Она подняла голову, моргая. — Я говорила с вами, потом наклонилась над столом и вдруг…

— Все в порядке. — Эллер нахмурился, погрузившись в размышления. — Что же это могло быть? Какая-нибудь радиация с астероида? — Он бросил взгляд на часы. — О, Господи!

— Что такое? — Сильвия выпрямилась на стуле. — Что происходит, Крис?

— Без сознания мы были целых два дня, — ответил Эллер, не спуская глаз с часов. — Тоща понятно и это. — Он провел рукой по щетине на подбородке.

— Но теперь с нами все в порядке, правда? — Сильвия показала на клетки с хомяками. — Вот и они пришли в себя и начали ходить по кругу.

— Пойдемте, — Эллер протянул ей руку. — Нам надо подняться наверх и посоветоваться. Надо проверить все приборы. Я хочу знать, что случилось!

— Должен признаться, — угрюмо сказал Блейк, когда они вошли в рубку, — что я ошибся. Нам не следовало приземляться.

— По-видимому, радиация шла из центра астероида. — Эллер начертил на карте линию. — Это, видите, волна, быстро формирующаяся и затем спадающая. Нечто вроде пульсации, зарождающейся внутри астероида.

— Если бы мы не взлетели, нас затронуло бы второй волной, — сказала Сильвия.

— Приборы зарегистрировали вторую волну приблизительно через четырнадцать часов после первой. По-видимому, астероид содержит залежи минералов, которые излучают радиацию через определенные промежутки времени. Видите, какие короткие волны. Близкие к космическим лучам.

— Но совсем другие, если они прошли через наш экран.

— Согласен. Эта волна ударила нас в полную силу. Теперь понятно, почему на астероиде нет жизни. Там ничего не может существовать.

— Крис! — обратилась Сильвия. — Да.

— Крис, как вы думаете, может нам повредить эта радиация? Грозит ли это нам чем-нибудь? Или…

— Я не уверен, что мы вне опасности. Посмотрите сюда, — он протянул график на миллиметровке. — Заметьте, что если наша кровеносная система полностью восстановилась, то наши нейрологические показатели не совсем такие же, как были. Есть изменения.

— В каком смысле?

— Не знаю. Я не нейролог. Я только ясно вижу различия между этими линиями и теми, которые были сделаны месяц или два назад, но я не знаю, что все это означает.

— Как вы думаете, это серьезно?

— Время покажет. Наши организмы были сильно поражены волной неизвестной радиации, которой мы подвергались в течение десяти часов. Какой след она могла оставить, я не могу сказать. Сейчас я чувствую себя хорошо. А вы?

— Очень хорошо, — ответила Сильвия, глядя в иллюминатор на черную пустоту космоса. — Во всяком случае, мы направляемся к Земле. Мне так хочется вернуться домой. И пусть там нас немедленно проверят.

— Хорошо, что наша сердечно-сосудистая система вынесла этот удар без видимого урона: ни тромбов, ни разрушения клеток. Это меня беспокоило в первую очередь…

— Когда мы достигнем Солнечной системы? — спросил Блейк.

— Через неделю.

— Не так уж скоро, — сказал Блейк, поджав губы. — Надеюсь, что мы будем еще живы к тому времени.

— Я предупреждаю вас против всяких эксцессов, — сказал Эллер. — Мы будем вести себя спокойно весь остаток нашего путешествия. Надеюсь, что, какой бы неприятности мы ни подверглись, на Земле нас вылечат.

— Я думаю, что мы еще сравнительно удачно вышли из этого дела. — Сильвия зевнула. — Господи, как мне хочется спать! — Она встала. — Пожалуй, я пойду лягу. Возражений нет?

— Идите, — сказал Эллер. — Блейк, не сыграть ли нам в карты? Надо рассеяться. В «червонного валета»?

— Конечно, — согласился Блейк. — Почему бы не сыграть? — Он вытащил карты из кармана куртки. — По крайней мере проведем время.

— Вот и хорошо.

Эллер начал игру. Он срезал колоду и вытащил семерку треф. Блейк взял ее червонным валетом. Играли они довольно небрежно, без особого интереса. Блейк был угрюм и злился, что Эллер оказался прав. Сам Эллер чувствовал себя уставшим и не в духе. У него болела голова, несмотря на то, что он принял болеутоляющее. Он потер лоб.

— Играйте, — пробормотал Блейк.

Под их ногами ворчали реакторы. Через неделю они будут в Солнечной системе. Уже больше года они не видели Земли. Какой она им покажется? Такой же, как всегда? Огромный зеленый шар с большими океанами и крошечными островками. А затем они прибудут в космопорт Нью-Йорка. Как приятно! Толпы землян, этих милых старых легкомысленных землян, глупых, не беспокоящихся о том, что происходит в мире. Эллер улыбнулся, но тут же нахмурился.

Голова Блейка склонилась, глаза медленно закрывались. Он засыпал.

— Проснитесь, — сказал Эллер. — Что с вами?

Блейк вздохнул, выпрямился и стал сдавать карты, но голова его снова упала.

— Простите, — пробормотал он и протянул руку к мизеру.

Эллер стал рыться в кармане, потом поднял глаза и увидел, что Блейк спит.

— Чтоб мне пропасть! — Эллер встал. Блейк дышал спокойно и даже похрапывал. Эллер выключил свет и пошел к двери. Он устал и тоже хотел спать. Войдя в туалетную кабину, он снял куртку и открыл кран с горячей водой. Как приятно будет улечься в постель, забыть обо всем случившемся, об этом неожиданном излучении, о тяжком пробуждении, о мучительном страхе. Господи, как шумит в голове!

До конца умывания он ничего не замечал. Но вот остановился и долго смотрел, как вода течет по рукам. Он молчал, не в силах произнести хоть одно слово.

Его ногти исчезли!

Задыхаясь, он поднял голову и посмотрел на себя в зеркало. Потом запустил руку в волосы. Они выпадали горстями, большими прядями. Волосы и ногти…

Он вздрогнул, но попытался успокоиться. Волосы и ногти. Радиация. Ну, конечно, радиация. Он осмотрел руки.

Ногтей не было и следа. Он вертел руками, осматривая пальцы. Концы их стали гладкими и заостренными: Его охватила паника.

Мелькнула мысль: только ли у него? А у Сильвии?

Он надел куртку и снова взглянул в зеркало.

Что с головой? Он приложил руку к вискам. Что-то не так.

Ужасно плохо. Он глядел на себя, вытаращив глаза. Теперь он стал почти лысым. Плечи его куртки были покрыты волосами, а лысый розовый череп блестел. Лысый, непристойно розовый.

И не только это.

Его голова начала растягиваться и приняла форму шара. Уши и нос сморщились. Ноздри уменьшились и оказались под глазами. Он изменялся все быстрее и быстрее.

Дрожащей рукой он коснулся рта. Зубы качались. Он дотронулся до них, и многие выпали. Что происходит? Смерть? Только с ним? Что с другими?

Эллер выскочил из туалетной. Его дыхание стало болезненным, скрипучим, он задыхался, как будто ему сдавило грудь. Сердце болело и билось неритмично. Ноги ослабли. Он вошел в лифт. До него донесся звук: низкое мычание быка. Голос Блейка, охваченного ужасом и тревогой.

«Вот и ответ, — сказал себе Эллер, поднимаясь в лифте. — По крайней мере, я не один!»

Гаррисон Блейк смотрел на него испуганно и ошалело. Блейк, без волос, с лысым розовым черепом, тоже выглядел не слишком привлекательно. Голова его тоже распухла, ногтей не было. Он стоял рядом с пультом, то глядя на Эллера, то ощупывая себя. Униформа сидела мешком на его уменьшившемся теле.

— Ну, — сказал Эллер, — нам повезет, если мы останемся живы. У космической радиации странные эффекты. Это был черный для нас день, когда мы сели на этот…

— Эллер, — прошептал Блейк, — что мы будем делать? Мы же не можем жить такими, как сейчас! Вы только взгляните!

— Знаю.

Эллер сжал губы. Ему трудно было говорить, поскольку он потерял почти все зубы. Внезапно он почувствовал себя младенцем — без зубов, без волос, с бессильным телом. Когда же это остановится?

— Мы не можем вернуться в таком виде! — закричал Блейк. — Боже мой, Эллер, мы не можем вернуться на Землю! Мы чудовища! Мутанты! Нас посадят в клетку, как животных. Люди…

— Замолчите, — перебил его Эллер. — У нас есть шанс выжить. Садитесь. Я думаю, что следует поберечь ноги.

Они сели. Блейк тяжело дышал и часто вытирал лоб.

— В данный момент я беспокоюсь не за нас, — сказал Эллер, — а за Сильвию. Она страдает от этого больше. Вот я и думаю: спуститься к ней или нет? Но если мы спустимся, она может…

Вдруг засветился экран, на нем были видны белые стены лаборатории.

— Крис! — донесся до них полный ужаса голос Сильвии. На экране она не появилась — по-видимому, держалась в стороне.

— Да. Как вы там?

— Как я? — В голосе девушки слышалась истерическая дрожь. — Крис, вас тоже коснулось? Я боюсь смотреть. — Она помолчала. — Ведь это вы, не так ли? Я боюсь смотреть на вас, и вы не пытайтесь меня увидеть. Я не хочу, чтобы вы меня видели. Это… Это ужасно! Что нам делать?

— Не знаю! Блейк говорит, что в таком виде он не хочет возвращаться на Землю.

— Да, мы не можем вернуться! Не можем!

— Об этом мы поговорим позднее, — сказал наконец Эллер. — Сейчас нет необходимости обсуждать этот вопрос. Этим переменам в наших организмах мы обязаны радиации, они могут быть временными. Думаю, нам смогут помочь хирурги. Не стоит пока думать об этом.

— Не думать? Ну, конечно! Стоит ли беспокоиться из- за такого пустяка! Крис, неужели вы не понимаете? Мы стали чудовищами, лысыми чудовищами. Ни волос, ни зубов, ни ногтей… А наши головы…

— Я понимаю… Оставайтесь внизу, в лаборатории. Блейк и я будем разговаривать с вами по видео. Вам не обязательно показываться нам.

Сильвия глубоко вздохнула.

— Как скажете. Вы по-прежнему капитан.

Она выключила экран.

— Ну, Блейк, достаточно ли хорошо вы себя чувствуете, чтобы поговорить?

Силуэт, увенчанный чем-то вроде купола, кивнул. Громадный лысый череп слегка качнулся. Тело Блейка, когда-то такое крупное, теперь усохло, сгорбилось. Руки — палочки, грудь впалая и болезненная. Эллер оглядел его.

— В чем дело? — спросил Блейк.

— Ничего. Просто хотел посмотреть на вас.

— На вас тоже не слишком-то приятно смотреть.

— Не сомневаюсь. — Эллер сел в другом углу рубки. Сердце колотилось, дышать было трудно. — Бедная Сильв! Ей хуже, чем нам.

— Бедная Сильв, — согласился Блейк. — Нас всех стоит пожалеть. Она права, Эллер: мы чудовища, нас уничтожат. Или запрут. Наверное, быстрая смерть предпочтительнее. Чудовища, феномены, гидроцефалы!

— Нет, не гидроцефалы, — сказал Эллер. — Наш мозг не затронут. И этим нужно пользоваться. Мы еще можем думать.

— Во всяком случае, теперь мы знаем, почему на астероиде нет жизни, — произнес с иронией Блейк. — Нашей экспедиции повезло. У нас есть сведения. Радиация, смертельная радиация, разрушающая органические ткани. Она дает мутации и изменения в развитии клеток, а также перемены в структуре и функционировании органов.

Эллер задумчиво смотрел на него.

— Этот язык слишком учен для вас, Блейк.

— Это точное описание. — Блейк поднял голову. — Давайте смотреть правде в глаза: мы чудовищные крабы, сожженные сильной радиацией. Мы больше не люди, не человеческие существа… Мы…

— Кто мы?

— Не знаю.

— Странно, — сказал Эллер.

Он меланхолически рассматривал свои пальцы. Шевелил ими. Длинные и тонкие. Провел ими по поверхности стола. Кожа чувствительна. Он ощущал каждую шероховатость, каждую царапину.

— Что вы делаете? — спросил Блейк.

— Я любопытен.

Эллер поднес пальцы к глазам. Его зрение ухудшилось. Все стало смутным и воспринималось как бы в тумане. Глаза Блейка, сидевшего напротив него, начали втягиваться внутрь черепа. Эллер внезапно понял, что они теряют зрение. Слепнут. И запаниковал.

— Блейк! — воскликнул он. — Мы слепнем! Прогрессирующее уничтожение наших глаз, зрения и мускулов?

— Я не знаю, — отозвался Блейк.

— Но почему мы теряем не только зрение, но и глаза?! Они исчезают, высыхают. Почему?

— Атрофируются, — сказал Блейк.

— Возможно.

Эллер взял бортовой журнал и начертил несколько знаков трассирующим лучом. Зрение становилось все слабее. Пальцы же становились все более чувствительными. Необычная реакция кожи.

— Что вы об этом думаете? — спросил Эллер. — Мы теряем одни функции и приобретаем другие.

— В руках? — Блейк тоже изучал собственные руки. — Потеря ногтей делает возможным новое применение пальцев. — Он потер пальцами ткань своей формы. — Я чувствую каждую нитку, чего не было раньше.

— Значит, потеря ногтей имела цель!

— Вы думаете?

— Мы считали, что все это бесцельно. Случайный ожог, разрушение клеток, изменения… Я вот думаю… — Эллер перевел трассирующий луч с обложки журнала на лист. — Пальцы — новые органы чувств. Улучшенное осязание. Но зрение затуманивается.

— Крис! — раздался с экрана ломающийся, перепуганный голос Сильвии.

— Что случилось?

— Я теряю зрение! Я ничего не вижу!

— Не тревожьтесь.

— Я… я боюсь.

Эллер направился к экрану.

— Сильв, я думаю, что мы теряем некоторые чувства, но приобретаем другие. Осмотрите свои пальцы. Вы ничего не замечаете? Коснитесь чего-нибудь.

Тревожное молчание.

— У меня впечатление, что я способна очень хорошо чувствовать предметы.

— Вот для чего мы потеряли ногти.

— Что это означает?

Эллер потрогал свой выпуклый череп, исследовал поверхность гладкой кожи и, внезапно сжав пальцы, закричал:

— Сильв! Вы еще можете включить рентгеновский аппарат? Вы еще можете ходить по лаборатории?

— Да, как будто.

— Тогда сделайте снимок! Сейчас же! Как только будет готово, дайте мне знать.

— Снимок чего?

— Своего собственного черепа. Я хочу знать, каким изменениям подвергся наш мозг. Мне кажется, я начал понимать.

— Что?

— Скажу, когда увижу снимок.

Легкая улыбка показалась на тонких губах Эллера.

— Если я прав, то мы полностью ошибались насчет случившегося.

Эллер долго изучал снимок, который появился на экране. Он смутно различал линии черепа, потому что зрение сильно ослабло. К тому же снимок дрожал в руках Сильвии.

— Что вы видите? — прошептала она.

— Я прав, Блейк, посмотрите на это, если можете.

Блейк медленно подошел.

— Что это такое? — Подслеповато моргая, он разглядывал снимок. — Я едва вижу.

— Мозг сильно изменился. Взгляните на это увеличение, вот здесь. — Эллер обвел контуры лобной части. — Как вы думаете, что это может быть?

— Не представляю, — ответил Блейк. — Ведь эта область регулирует в основном высшие процессы мышления?

— Наиболее развитые способности познания сконцентрированы здесь. И именно здесь происходит наиболее значительное увеличение.

— И какие из этого вы делаете выводы? — спросила Сильвия.

— У меня возникла гипотеза. Может быть, она и неправильная, но уж очень хорошо подходит. Я подумал об этом почти сразу же, когда увидел, что потерял ногти.

— Ну?

Эллер сел за пульт.

— Лучше не стоять, Блейк. Я не думаю, что наше сердце слишком мощное. Масса нашего тела уменьшилась, так что может быть, позднее…

— Так что за гипотеза? Какая она?

— Мы эволюционировали, — сказал Эллер. — Радиация астероида увеличила рост клеток, как раковая опухоль. Но в этих изменениях есть цель и смысл, Блейк. Мы изменялись быстро, мы за несколько секунд проходили через века. Я уверен в этом. Увеличившийся в объеме мозг, уменьшение остроты зрения, выпадение волос и зубов. Наши тела стали хилыми, но мозг прогрессировал. У нас развиваются высшие познавательные области, величайшие способности понимания. Наш мозг шагнул в будущее. Он эволюционировал.

— Эволюционировал! — Блейк медленно опустился на стул. — Вполне возможно, что и так.

— Я в этом уверен. Конечно, мы сделаем еще снимки. Я жажду увидеть изменения внутренних органов: почек, желудка… Я думаю, что мы потеряли часть…

— Эволюция! — перебил его Блейк. — Это означает, что эволюция не есть результат случайных внешних агрессий. Это значит, что наш организм содержит в себе нить, ведущую его к эволюции. Значит, эволюция теологична, она имеет цель и не определяется случаем.

— Наша эволюция, — ответил Эллер, соглашаясь, — похоже, пойдет дальше в смысле внутреннего роста и последующей смены различных линий. Интересно знать, какова ведущая сила.

— Это бросает новый свет на все, — пробормотал Блейк. — Прежде всего, это означает, что мы не монстры. Мы… мы — люди будущего.

Эллер быстро взглянул на него. Что-то странное чувствовалось в голосе Блейка.

— Да, можно сказать и так, — согласился Эллер, — но, конечно, на Земле все равно нас будут считать чудовищами.

— И промахнутся, — торжествующе произнес Блейк. — Да, они скажут, что мы чудовища. Но мы вовсе не чудовища. Через несколько миллионов лет человечество нас догонит. Мы в авангарде нашего времени, Эллер.

Эллер изучал огромную круглую голову Блейка. Он только смутно различал ее контуры. Хотя рубка управления была хорошо освещена, ему казалось, что тут почти темно. Вероятно, зрение почти пропало. Теперь он мог различать только тени, и ничего больше.

— Люди будущего, — повторил Блейк. — Да, это, бесспорно, бросает новый свет на вещи. — Он нервно рассмеялся. — А всего несколько минут назад я стыдился своего вида! Но теперь…

— А что теперь?

— Теперь я не уверен в этом.

— Что вы хотите сказать?

Блейк не ответил и с трудом поднялся.

— Куда вы? — спросил Эллер.

— Я должен обдумать все это. Есть новые, удивительные элементы, которые надо рассмотреть. Я согласен, Эллер, вы правы: мы эволюционировали. Наши способности к «познанию улучшились. Я думаю, что мы здорово выиграли. — Он осторожно коснулся своего большого черепа. — Думаю, что выиграем и в дальнейшем. Мы будем считать это путешествие великим, Эллер. Я уверен в точности вашей гипотезы. По мере того как процесс продолжается, я чувствую перемены в моих способностях к выработке концепций. Способность к этому изумительно возрастает. Я могу вывести некоторые соотношения, которые…

Блейк тяжело пересек зал и ощупью нашел дверь.

— Стойте, — сказал Эллер. — Куда вы? Ответьте мне. Я пока еще капитан этого корабля.

— Куда я иду? В свою каюту. Мне надо отдохнуть. Это тело очень неадекватно окружающему. Вероятно, придется придумать маленькие машины и, может быть, даже органы, например искусственные легкие или сердце. Я уверен, что дыхательная и сосудистая системы долго не продержатся. Надежда выжить, таким образом, заметно уменьшается. Мы увидимся. До свидания, майор Эллер. Хотя, вероятно, я не должен пользоваться словом «видеть». — Он слабо улыбнулся. — Увидеться нам больше не придется, но ЭТО, — он поднял руки, — займет место глаз. И ЭТО займет место многого, многого другого.

Он закрыл за собой дверь. Эллер слышал, как Блейк медленно шел по коридору осторожным, колеблющимся шагом.

Он подошел к экрану.

— Сильв! Вы меня слышите? Вы слышали наш разговор?

— Да.

— Значит, вы знаете, что с нами случилось.

— Да, знаю, Крис, я почти полностью ослепла. Я практически ничего не вижу.

Эллер вздохнул, вспомнив живые, блестящие глаза Сильвии.

— Мне очень жаль, Сильв. Я хотел бы, чтобы этого не случилось. Я хотел бы, чтобы мы снова стали прежними. Впрочем, все это ни к чему.

— А Блейк, наоборот, считает, что очень даже к чему.

— Я знаю. Послушайте, Сильв. Я хотел бы, чтобы вы пришли сюда, в рубку, если можете. Я беспокоюсь насчет Блейка и хотел бы, чтобы вы были со мной.

— Беспокоитесь? Почему?

— У него есть какая-то тревожащая меня мысль. Он пошел к себе не только для отдыха. Приходите, и мы решим, что делать. Всего несколько минут назад я говорил, что мы должны вернуться на Землю. Но сейчас мне кажется, что я готов изменить решение.

— Почему? Из-за Блейка? Вы думаете, что Блейк…

— Поговорим, когда будете здесь. Идите ощупью. Вполне возможно, что нам не придется возвращаться на Землю. Но я хочу объяснить вам причину.

— Я приду, как только смогу, — сказала Сильв. — Имейте терпение. И потом, Крис… не смотрите на меня. Я не хочу, чтобы вы меня видели такой.

— Я не вижу вас, — сказал Эллер. — Я, вероятно, больше ничего не увижу.

* * *

Сильвия сидела у пульта. Она надела один из космических костюмов, находившихся в шкафу лаборатории. Костюм из пластика и металла скрывал ее тело. Эллер дал ей время отдышаться.

— Начинайте, — сказала она.

— Первое, что мы должны сделать, это собрать все оружие, которое имеется у нас на борту. Когда Блейк вернется, я скажу ему, что на Землю мы не вернемся. Я думаю, он разозлится и может наделать глупостей. Если я не ошибаюсь, он рассчитывает вернуться на Землю, потому что он начал понимать значение перемен, которым мы подверглись.

— А вы не хотите на Землю…

— Мы не должны. Это опасно. Очень опасно.

— Блейк очарован новыми возможностями, — задумчиво проговорила Сильвия. — Мы опередили людей на много миллионов лет. И продолжаем эволюционировать.

— Блейк хочет вернуться на Землю не как обычный человек, а как человек будущего. У нас может создаться впечатление, что мы гении, а они — идиоты. Если процесс изменений будет продолжаться, нам покажется, что они — приматы, животные.

Оба некоторое время молчали.

— В этих условиях для нас будет наиболее естественным помочь им, определить их путь в будущее. В конце концов, мы опередили их на много миллионов лет. Мы сможем многое для них сделать, если они позволят управлять ими.

— А если они воспротивятся, у нас, вероятно, будут средства обеспечить наше господство, — сказала Сильвия. — И, конечно, все это для их блага. Вы правы, Крис. Если мы вернемся на Землю, мы станем презирать нынешних людей. Мы захотим руководить ими, учить их жить — добровольно или силой. Да, искушение будет велико.

Эллер направился к шкафу с оружием, вытащил оттуда ружья большой мощности и положил их на стол.

— Первое, что теперь надо сделать, — разрушить это оружие. Будем следить, вы и я, чтобы Блейк держался подальше от рубки управления. Я переделаю программу пути. Мы будем удаляться от Солнечной системы, направляясь к какому-нибудь отдаленному району. Это единственное средство.

Он извлек стреляющее устройство и раздавил все эти механизмы по одному.

Раздался шум. Они обернулись, стараясь разглядеть.

— Блейк, это вы? — спросил Эллер. — Я не вижу вас, но…

— Вы правы, — произнес голос Блейка. — Мы все слепые, Эллер, или почти слепые. Итак, вы разрушили оружие! Боюсь, что это не помешает нам вернуться на Землю!

— Возвращайтесь в свою каюту, — твердо сказал Эллер. — Я капитан, и это мой приказ…

Блейк захохотал.

— Вы приказываете? Вы почти слепы, Эллер, но я думаю, что ЭТО вы все-таки способны увидеть.

Что-то поднялось в воздухе вокруг Блейка — бледно- голубое облако. Эллер вскочил, а облако закружилось вокруг него. Эллеру показалось, что он растворяется, разлетается на бесчисленные осколки…

Блейк вернул облако в крошечный диск, который держал в руке.

— Если вы помните, — спокойно начал он, — я первый попал под излучение. Поэтому я чуть-чуть впереди вас. Во всяком случае, оружие — пустяки по сравнению с тем, чем я располагаю. Вспомните, все, что находится на этом корабле, устарело на миллион лет. А то, что я держу в руках…

— Где вы взяли этот диск?

— Нище, я сконструировал его, как только понял, что вы намерены направить корабль в сторону от Земли. Очень скоро вы оба начнете реализовывать свои новые возможности. Но в настоящий момент, боюсь, вы немного опоздали.

Эллер и Сильвия старались отдышаться. Эллер откинулся на поручни, измученный, с ослабевшим сердцем, он не сводил глаз с диска, который был в руке Блейка.

— Мы направим корабль к Земле, — продолжал Блейк. — Вы ничего не измените в программе. Мы идем прямо в космопорт Нью-Йорка, и там вы оба посмотрите на вещи по-другому. Мы должны вернуться, Эллер. Это наш долг перед человечеством.

— Наш долг?

— Конечно, наш долг! — с легкой усмешкой ответил Блейк. — Человечество нуждается в нас. Мы очень многое можем сделать для Земли. Как видите, я оказался способным уловить некоторые ваши мысли. Не все, но достаточно для того, чтобы знать, что вы задумали. Вы скоро заметите, что мы начнем терять речь как средство общения и будем подключаться непосредственно к…

— Если вы можете читать мои мысли, тоща вы знаете, почему мы не должны возвращаться на Землю.

— Я могу читать ваши мысли на расстоянии, но вы ошибаетесь. Мы должны вернуться для их блага. — Блейк тихо рассмеялся. — Мы можем сделать для них очень многое. В наших руках наука изменится, мы ее модифицируем. Мы переделаем Землю, укрепим ее. Триумвират будет бессилен перед этой новой Землей. Мы, трое, переделаем расу, она расселится по всей Галактике. Бело-голубой флаг будет развеваться всюду. Мы сделаем Землю сильной, Эллер! Земля будет править Вселенной.

— Значит, вот что вы имеете в виду! А если Земля откажется следовать за нами? Что тогда?

— Возможно, что земляне не поймут, — согласился Блейк, — но приказы должны выполняться, даже если их смысл и не понятен. Вы сами командуете кораблем и знаете это. Для блага Земли и для…

Эллер вскочил. Но хрупкое тело подвело его: не добежав до Блейка, он качнулся и упал, тяжело дыша и пытаясь нащупать противника. Блейк с ругательствами отступил.

— Идиот! Не хотите ли вы…

Диск осветился. Голубое облако брызнуло в лицо Эл- лера. Сильвия встала и медленно пошла на Блейка, чужая в своем космическом костюме. Блейк повернулся к ней и взмахнул диском. Вылетело второе облако. Сильвия закричала. Облако пожирало ее.

— Блейк! — Покачнувшийся силуэт Сильвии упал.

Эллер тяжело поднялся на колени и схватил Блейка за руку. Оба зашатались. Блейк пытался вырваться. Внезапно Эллер почувствовал, что силы покинули его. Он скользнул на пол и ударился головой.

Рядом с ним лежала молчаливая, неподвижная Сильвия.

— Отойдите от меня, — проворчал Блейк, поводя диском. — Я могу разрушить вас точно так же, как и ее. Понятно?

— Вы ее убили! — зарычал Эллер.

— Это ваша вина. Видите, что вы выиграли в этой драке? Отойдите! Если вы подойдете ко мне, я снова брошу на вас облако — и с вами будет покончено.

Эллер не шевелился, но не спускал глаз с молчаливой фигуры.

— Отлично, — сказал Блейк, видимо, отошедший на большое расстояние. — Теперь слушайте. Мы летим на Землю. Вы будете вести корабль, пока я буду работать в лаборатории. Я читаю ваши мысли, так что, если вы попробуете изменить курс, я тотчас же об этом узнаю. Забудьте о Сильвии! Теперь мы только вдвоем, и этого достаточно, чтобы сделать то, что нужно. Через несколько дней мы будем в Солнечной системе, и тоща много чего придется делать… Вы можете встать?

Эллер медленно поднялся, держась за поручни.

— Хорошо, — продолжал Блейк. — Мы должны тщательно подготовиться. Возможно, что вначале нас ожидают затруднения с землянами. Мы должны быть готовы к этому. Я думаю, что между делом я сконструирую материал, который нам понадобится. Позднее, когда ваше развитие приблизится к моему, мы сможем работать вместе над нужными изделиями.

Эллер посмотрел на него.

— Неужели вы думаете, что я буду с вами? — спросил он, и его взгляд вернулся к неподвижно лежащей на полу фигуре. — Неужели вы полагаете, что после этого я когда- нибудь смогу…

— Ну-ну, Эллер, — нетерпеливо проговорил Блейк, — вы меня удивляете. Вам уже пора видеть вещи под другим углом зрения. На карту поставлено слишком многое.

— Значит, вот как вы собираетесь обращаться с человечеством! И подобными средствами вы думаете его спасти?

— Вы займете более реалистическую позицию, когда поймете, что в качестве людей будущего…

— Значит, вы действительно верите в это?

Мужчины стояли лицом к лицу.

Выражение сомнения мелькнуло в лице Блейка.

— Это же факт, Эллер! И вы обязаны смотреть на вещи по-новому. Естественно, так вы и сделаете. — Он нахмурился и слегка приподнял диск. — Какие тут могут быть сомнения?

Эллер не ответил.

— Может быть, — задумчиво произнес Блейк, — вы затаили на меня зло. Может быть, этот инцидент затемнил ваше видение. В таком случае мне придется прийти к мысли, что я обойдусь и один. Если вы не хотите присоединиться ко мне, я перешагну через ваш труп. Я сделаю все и один, Эллер. Пожалуй, так будет даже лучше. Рано или поздно такой момент наступит, и для меня лучше, если…

Внезапно Блейк закричал. Крупная просвечивающая фигура отделилась от стены, медленно, не спеша двинулась по рубке. Позади виднелась другая фигура, за ней третья… Всего их было пять, они слегка трепетали каким- то внутренним светом и были совершенно одинаковы, без каких-либо характерных черт.

Фигуры остановились в центре рубки управления, бесшумно паря чуть выше пола и как бы выжидая.

Эллер смотрел на них, широко открыв глаза. Блейк, опустив свой диск, стоял неподвижно, бледный, раскрыв от изумления рот. Внезапная мысль мелькнула в голове Эллера, и он вздрогнул от ужаса. Он не видел фигур, он был почти слеп, но чувствовал их каким-то новым способом, новым видом восприятия. Он сразу все понял. Он знал, почему эти фигуры не были отчетливыми, почему не имели особых черт.

Это была энергия в чистом виде.

Блейк пришел в себя.

— Как… — заикался он, двигая диском. — Кто…

Откуда-то возникла мысль и перебила Блейка. Потом она проникла в разум Эллера, твердая и отчетливая, холодная и безличная, равнодушная и далекая:

«Сначала девушку».

Две фигуры направились к безжизненному телу девушки, которое лежало недалеко от Эллера, и зависли над ней, блестящие и трепещущие. Часть сверкающей короны отделилась, опустилась на тело и затопила его отраженным огнем.

«Этого достаточно, — пришла вторая мысль через несколько секунд. Корона поднялась. — Теперь того, кто с оружием».

Фигура двинулась на Блейка.

Блейк сделал движение к двери, находившейся позади него, дрожа всем телом.

— Кто вы? — спросил он, поднимая диск. — Откуда вы?

Фигура продолжала надвигаться на него.

— Остановитесь! — закричал Блейк. — Иначе…

Голубое облако проникло в фигуру, она чуть вздрогнула и поглотила облако, а затем двинулась снова. Челюсть Блейка отвисла. Шатаясь, он отступил в коридор. Фигура в нерешительности остановилась перед дверью. К ней приблизилась вторая.

Светящийся шар вышел из первой фигуры и покатился за Блейком. Он окутал Блейка, и свет погас. Там, где был Блейк, не было ничего. Вообще ничего.

«Неприятно, — передала мысль, — но необходимо. Девушка ожила?»

— Да.

«Хорошо».

— Кто вы? — спросил Эллер. — А как Сильв? Она жива?

«Девушка поправится. — Фигуры собрались вокруг Эллера. — Мы, вероятно, могли бы вмешаться до того, как ее ранило, но мы предпочли подождать, пока тот, кто держал оружие, овладеет ситуацией».

— Значит, вы знали, что происходит?

«Мы все видели».

— Но кто вы? Откуда? Как вы попали сюда?

«Мы были здесь все время…»

— Здесь?

«На борту корабля. Мы здесь с самого отъезда. Знаете, первыми получили облучение МЫ. Блейк ошибся. Так что наша метаморфоза началась раньше, чем его. Кроме того, нам надо было пройти гораздо больший путь. Вы, люди, сравнительно мало эволюционировали: чуть больше череп, чуть поменьше волос, но, по сути, не так уж и много. Нам же пришлось начать с начала».

— Вам? Вы первые подверглись радиации? — Эллер оглянулся вокруг: он начал понимать. — Значит, вы…

«Да, — пришла спокойная, твердая мысль, — вы правы. Мы хомяки из лаборатории. Животные, которых вы взяли с собой для опытов. — В мысли был какой-то оттенок юмора. — Мы на вас не в обиде, уверяю вас. В сущности, вы нас почти не интересуете, но в известной степени мы обязаны вам, так как вы помогли нам найти свой путь и мы увидели наше предназначение за несколько коротких мгновений, как не могли бы увидеть за пятьдесят миллионов лет. Вот за это мы вам признательны и думаем, что мы уже расплатились: девушка поправляется, Блейк исчез. Вам разрешается продолжать свой путь и вернуться на вашу планету».

— Вернуться на Землю? — Эллер нахмурился. — Но…

«Нам осталось кое-что сделать, прежде чем уйдем. Мы обсудили этот вопрос и пришли к единому мнению. В дальнейшем человеческий род достигнет надлежащей стадии в естественном ходе развития, и нет никакого смысла в том, чтобы ускорять события. Для блага вашей цивилизации и для вас обоих мы сделаем кое-что перед тем, как покинем вас. Сейчас поймете».

Из первой фигуры быстро вылетел огненный шар и повис над Эллером, затем коснулся его и перелетел к Сильвии.

«Так лучше, — констатировала мысль, — вне всякого сомнения».

* * *

Они смотрели в иллюминатор. Первый световой шар отделился от стенки корабля и поднялся в пространство.

— Смотрите! — вскричала Сильвия.

Шар света набирал скорость и удалялся от корабля с невероятной быстротой. Вслед за ним пустился второй шар. Затем последовали третий, четвертый и, наконец, пятый. Все они погрузились в глубины космоса.

Когда они исчезли, Сильвия повернулась к Эллеру, глаза ее блестели.

— Вот и все. Куда они полетели?

— Кто знает? Наверное, далеко. Куда-нибудь в самое отдаленное место этой Галактики. — Эллер протянул руку и коснулся волос Сильвии. — Вы знаете, — сказал он, широко улыбаясь, — ваши волосы стоят того, чтобы их видеть. Самые прекрасные волосы во Вселенной.

— Сейчас нам любые волосы покажутся прекрасными. Даже ваши, Крис. — И она улыбнулась ему красивыми горячими губами.

Эллер долго смотрел на нее.

— Они правы, — сказал он наконец.

— А именно?

— Так гораздо лучше. — Эллер смотрел на девушку, на ее волосы, темные глаза, на знакомый стройный силуэт. — Я согласен… Тут нет никаких сомнений.

* * *

Table of Contents

Филип К. Дик «Бесконечные»