- Айзек Азимов

Айзек Азимов

Что это за штука - любовь?

– Два совершенно разных вида! - настаивал капитан Гарм, пристально рассматривая доставленные на корабль создания. Его оптические органы выдвинулись далеко вперед, обеспечивая максимальную контрастность.

Проведя месяц на планете в тесной шпионской капсуле, Ботакс, наконец, блаженно расслабился.

– Не два вида, - возразил он, - а две формы одного вида.

– Чепуха! Между ними нет никакого сходства. Благодарение Вечности, внешне они не так мерзки, как многие обитатели Вселенной. Разумный размер различимые члены... У них есть речь?

– Да, капитан, - ответил Ботакс, меняя окраску глаз. Мой рапорт описывает все детально. Эти существа создают звуковые волны при помощи горла и рта, - что-то вроде сложного кашля. Я и сам научился. Это очень трудно.

– Так вот отчего у них такие невыразительные глаза. Однако почему вы настаиваете, что они принадлежат к одному виду? Смотрите: у того, что слева, усики длиннее, и само оно меньше и по-другому сложено. В верхней части у него выпирает что-то чего, нет у того, что справа. Они живы?

– Живы, но без сознания, - прошли курс психолечения для подавления страха. Так будет проще изучать их поведение.

– А стоит изучать? Мы и так не укладываемся в сроки, а нам нужно исследовать еще пять миров большего значения, чем этот. Кроме того, трудно поддерживать Временной Стасис, я бы хотел вернуть их и продолжать...

Веретенчатое тело Ботакса даже завибрировало от возмущения. Скошенная трехпалая рука качнулась в отрицательном жесте, а глаза перевели спектр беседы целиком в красный свет.

– Спаси нас Вечность, капитан! Мы стоим перед серьезнейшим кризисом. Эти создания могут оказаться самыми опасными в галактике - именно потому, что у них две формы.

– Не понимаю.

– Капитан, планета уникальна. Она настолько уникальна, что я сам не в состоянии осознать все последствия. Например, почти все виды представлены в двух формах. Если позволите употребить их звуки, то первая меньшая называется "женской" а вторая - "мужской", они то сознают разницу.

Гарм мигнул.

– Какое отвратительное средство связи.

– Чтобы оставить потомство, эти две формы должны сотрудничать.

Капитан с любопытством разглядывавший пленников, резко выпрямился.

– Сотрудничать? Что за чепуха? Самый фундаментальный закон жизни - каждое существо приносит потомство в глубочайшем и сокровенном общении с собой. Что же еще делает жизненные формы жизненными?

– Чтобы одна форма произвела потомство, другая должна участвовать в этом, - упрямо повторил Ботакс.

– Каким образом?

– Очень трудно выяснить. Эта процедура считается у аборигенов интимной. В местной литературе я не мог найти точного и исчерпывающего описания. Но мне удалось вывести кое-какие разумные заключения.

Гарм покачал головой.

– Нелепо. Почкование является священнейшим, самым интимным процессом на десятках тысяч планет.

Как сказал великий фотобард Левуллин: "Во время почкования, во время почкования, в то самое прекрасное мгновение, когда..."

– Капитан, вы не поняли. Это сотрудничество между формами приводит к рекомбинации генов. Таким образом, в каждом поколении осуществляются новые варианты. Они развиваются в тысячи раз быстрее нас!

– Вы хотите сказать, что гены одного индивидуума могут комбинироваться с генами другого? Вы понимаете, насколько это смехотворно с точки зрения физиологии клетки?

– И все же, - нервно произнес Ботакс под тяжелым взглядом капитана, - эволюция ускоряется. Это просто мир разгула видов их здесь миллион с четвертью.

– Двенадцать с четвертью будет ближе к истине. Не стоит принимать на веру то, что написано в туземной литературе.

– Я сам видел в очень маленьком регионе сотни различных видов. Говорю вам, капитан, дайте им время, и они разовьются в расу, способную превзойти нас и править галактикой.

– Докажите, что сотрудничество, о котором вы ведете речь, имеет место, и я рассмотрю ваши предложения. В противном случае я сочту ваши фантазии нелепыми, и мы двинемся дальше.

– Докажу! - Глаза Ботакса засверкали ярким желтым огнем. - Обитатели этого мира уникальны еще и в другом отношении. Они предвидят достижения, которых пока не добились. Вероятно, это следствие их веры в быстрое развитие Я перевел их термин для такой литературы как "научная фантастика". И читал почти исключительно научную фантастику, потому что считаю, что в своих мечтах они ярче выразят себя и свою угрозу нам. И именно из научной фантастики я вывел метод их сотрудничества.

– Как вам это удалось?

– У них есть периодическое издание, которое иногда публикует научную фантастику, полностью посвященную разнообразным аспектам этого сотрудничества. Его название звучит приблизительно так "Плейбой". Там не выражаются абсолютно ясно, что весьма раздражает, но допускаются прозрачные намеки. Очевидно, существо, подбирающее рассказы для издания, только этой темой и интересуется. Отсюда я и знаю, как все происходит. Капитан, после того как на наших глазах появится молодняк, умоляю вас: прикажите развеять эту планету на атомы!

– Ладно, - утомленно согласился капитан Гарм. Приведите их в сознание и делайте свое дело.

Мардж Скидмор неожиданно осознала, где находится. Она отчетливо вспомнила перрон в сгущающихся сумерках; перрон был почти пуст, - один мужчина стоял рядом с ней, другой - в противоположной стороне. Уже слышался шум подходящего поезда.

Затем - вспышка, ощущение, будто тебя выворачивают наизнанку, и полуиллюзорное видение какого-то тонкого существа покрытого слизью, и...

– О боже, - простонала Мардж - я все еще здесь. Она чувствовала слабое отвращение, но не страх и была почти горда, что не чувствует страха. Тут же стоял мужчина - тот самый, что был рядом на платформе.

– Вас они тоже прихватили? - спросила Мардж. - Кого еще?

Чарли Гримвольд попытался поднять руку, чтобы снять шляпу и пригладить волосы, но не сумел пошевельнуть пальцем, что-то мешало, казалось тело стягивает резиновый кокон. Чарли посмотрел на тонколицую женщину - лет за тридцать, отметил он, но довольно привлекательная. В данных обстоятельствах ему хотелось очутиться подальше отсюда, даже общество очаровательной женщины его не утешало.

– Не знаю мадам. Я стоял на платформе.

– Я тоже.

– Потом увидел вспышку и... Это, наверное, марсиане.

Мардж энергично кивнула.

– И я так думаю. Вы боитесь?

– Как ни странно, нет.

– Я тоже не боюсь. Удивительно, правда? О боже, одно из них подходит!.. Если эта тварь коснется меня, я закричу. Посмотрите на его кожу - вся в слизи! Меня тошнит.

Ботакс приблизился и, как можно тщательнее выговаривая слова, произнес:

– Создания! Мы не причиним вам вреда. Мы только попросим показать ваше сотрудничество.

– Э да оно разговаривает! - удивился Чарли. - Что ты имеешь в виду под "сотрудничеством"?

– Оба. Друг с другом, - пояснил Ботакс.

– Вы понимаете, что он хочет сказать? - Чарли вопросительно посмотрел на Мардж.

– Не имею понятия, - надменно бросила она.

– Я имею в виду... - Ботакс употребил короткий термин никогда не попадавшийся ему в литературе, но встречающийся в устной речи как синоним искомой процедуры.

Мардж залилась краской и воскликнула.

– Что?!

Ботакс и капитан Гарм в ужасе заткнули слуховые отверстия и болезненно задрожали.

Мардж яростно и неразборчиво продолжала:

– Какая наглость! Я замужняя женщина. О, если бы мой Эд был здесь... А вы, умник, - она повернулась к Чарли, преодолевая резиновое сопротивление, - кем бы вы ни были, если думаете...

– Мадам, мадам! - взмолился в отчаянии Чарли. - Это не моя идея, клянусь вам! Поверьте, я не такой человек. Я тоже женат. У меня трое детей! Послушайте...

Капитан Гарм был недоволен.

– Что происходит, исследователь Ботакс? Я не намерен слушать эту какофонию.

Ботакс сверкнул багряной краской смущения.

– Видите ли, ритуал весьма сложен. Они обязаны выказывать сперва признаки нерасположения, как я понял для улучшения результата. После этой начальной стадии должны быть удалены кожи.

– Они свежуются?!

– Нет, это у них искусственные кожи, которые снимаются безболезненно. Снятие кожи особенно необходимо для меньшей формы.

– Ну ладно, велите им снять кожи. Честное слово, Ботакс, я не нахожу это приятным...

– Пожалуй, мне не стоит просить меньшую форму удалить кожу. Думаю, нам следует точно придерживаться ритуала. Я прихватил с собой экземпляр издания "Плейбой", здесь кожи удаляются насильственно. Например "...грубо сорвав одежду с ее стройного тела, он ощутил теплую упругость ее груди..." и дальше в том же духе.

– Грудь? - переспросил капитан. - Я не разобрал вашей вспышки.

– Мне пришлось ввести ее для обозначения термина, относящегося к двум выпуклостям в верхней части меньшей формы.

– Понимаю, понимаю. Ну, скажите большему, чтобы он удалил кожу меньшего. Что за отвратительная процедура!..

Ботакс повернулся к Чарли.

– Сэр, - произнес он, - не будете ли вы так любезны сорвать одежду с ее стройного тела? Я выпущу вас для этой цели.

Глаза Мардж расширились, и она в ярости обернулась к Чарли.

– Не смейте! Не прикасайтесь ко мне, вы слышите сексуальный маньяк!

– Я? - жалобно запричитал Чарли. - Мадам я тут ни при чем! Послушайте, - повернулся он к Ботаксу, у меня трое детей и жена. Узнай она только, что меня подозревают в том, что я срываю, понимаете ли платья, - и мне придется несладко. Вы знаете, что делает моя жена, заметив, что я просто взглянул на какую-нибудь женщину? Она...

– Он все еще не расположен? - нетерпеливо спросил капитан.

– Очевидно, - признал Ботакс. - Непривычная обстановка может продлить данную стадию. Так как я знаю, что вам это было бы неприятно, эту часть ритуала я выполню сам. В космических рассказах часто описывается, как с делом справляются существа из других миров. Например, здесь - он покопался в своих записках, - действует совершенно омерзительное создание! Они не могли себе даже представить таких красавцев как мы.

– Продолжайте, продолжайте! Не тяните время! приказал капитан.

– Да... Вот "Чудовище ринулось к девушке. 3аливаясь слезами и отчаянно крича, она оказалась в объятиях монстра. Когти проскребли по ее трепещущему телу, сдирая юбку лохмотьями". Видите, туземное существо кричит от возбуждения, ощущая удаление покровов.

– Тогда действуйте, Ботакс! Только, пожалуйста, не допускайте визгов. Я весь дрожу от этих звуковых волн.

Ботакс вежливо обратился к Мардж:

– Если вы не возражаете...

Мардж скверно выругалась.

– Не прикасайся! Не прикасайся мерзкая тварь! Ты испачкаешь мне платье! А оно стоит двадцать четыре доллара. Отойди чудовище! - Она отчаянно пыталась защититься от непрошеных рук. - Ладно, я сама сниму его.

Мардж потянула молнию и бросила гордый взгляд на Чарли.

– Не смейте глядеть!

Чарли пожал плечами и закрыл глаза. Мардж сняла платье.

– Ну, хорошо? Вы довольны?

Капитан Гарм недоуменно постукивал пальцами по столу.

– Это и есть грудь? А почему другое создание отвернуло голову?

– Нерасположение. Нерасположение! - уверенно заявил Ботакс. - Кроме того, нужно удалить и другие кожи. Обнаженную грудь постоянно описывают в виде шаров цвета слоновой кости. Вот у меня здесь рисунки из этих фантастических рассказов.

Капитан задумчиво переводил взгляд с иллюстрации на Мардж и обратно.

– Что такое "слоновая кость"?

– Вещество, из которого состоят клыки одного большого животного.

– Ага! - Капитан Гарм залился зеленым светом удовольствия. - Теперь все ясно. Меньшая форма принадлежит к воинственной секте, а выпуклости являются оружием, которым она сокрушает врага!

– Нет-нет, они, как я понимаю, мягкие.

Маленькая коричневая рука Ботакса скользнула в направлении объекта разговора; Мардж взвизгнула и отпрянула.

– Какое же тогда у них назначение?

– Мне кажется, - произнес Ботакс с некоторым сомнением, - что они используются для кормления молоди.

– Молодняк их съедает?! - воскликнул ошеломленный капитан.

– Не совсем так. Эти объекты выделяют жидкость, потребляемую молодью.

Капитан страдальчески закрыл голову всеми тремя руками.

– Трехрукое, скользкое, пучеглазое чудовище, - сказала Мардж.

– Верно, - согласился Чарли.

– Ладно, ладно, бесстыдник. Побольше следите за своими глазами!

– Поверьте, я стараюсь не смотреть...

Ботакс вновь приблизился.

– Мадам, не могли бы вы снять все остальное?

Мардж сжалась.

– Никогда!

– В таком случае это сделаю, я если позволите.

– Не прикасайтесь! О боже, боже... Хорошо сама сниму.

Делая то, что обещала, Мардж бормотала себе под нос и бросала в сторону Чарли гневные взгляды.

– Ничего не происходит, - заметил капитан в глубоком разочаровании. - Это, должно быть, бракованный экземпляр.

Ботакс принял реплику на свой счет.

– Сэр!

– Но грудь этого создания вовсе не похожа на шары, кроме того, она почти бесцветна.

– Ерунда, - возразил Ботакс. - Надо считаться с возможностью естественных отклонений. Впрочем, мы спросим у самого существа. - Он повернулся к Мардж. - Мадам, с вашей грудью все в порядке?

Глаза Мардж широко раскрылись, и некоторое время она не могла даже дышать.

– Вот уж, - наконец проговорила она. - Может, я и не Джина Лоллобриджида и не Анита Экберг, но у меня все в порядке, благодарю вас... О-о, если бы Эд был здесь! - Она повернулась к Чарли. - Эй, скажите этому пучеглазому чудовищу, что я вполне развита!

– Э-э, - осмелился заметить Чарли. - Вы забываете, что я не смотрю.

– О да, вы уж не смотрите. Такие типы только и знают, что похотливо глазеть на женщин. Можете чуть-чуть взглянуть, но не больше, если в вас есть хоть что-то от джентльмена, чему я, разумеется, не верю.

– Ну, - промолвил Чарли, - я не хотел бы оказаться замешанным в таком деликатном деле, но полагаю, что у вас все в норме.

– Полагаете?! Вы что, слепой? К вашему сведению, я однажды была претенденткой на звание Мисс Бруклин, и если проигрывала, так это - линия талии, а не..

– Конечно, конечно... Грудь восхитительна, честно. Чарли энергично кивнул Ботаксу. - В полном порядке. Я не специалист, вы понимаете, но по мне она хороша.

Мардж успокоилась.

Ботакс почувствовал прилив сил.

– Большая форма проявляет интерес, капитан. Стимул работает. Теперь - последняя стадия.

– В чем она заключается?

– Сущность ее состоит в том, что аппарат речи и поглощения пищи одного существа накладывается на аналогичный аппарат другого. Позвольте мне для этого процесса ввести такую вспышку: "поцелуй".

– Меня тошнит от этой мерзости... - простонал капитан.

– Это кульминация. Во всех историях после того, как кожи удалены, формы обхватывают друг друга конечностями и предаются горячим поцелуям. Вот один пример, взятый наугад. "Он схватил девушку и жадно приник к ее пылающим губам".

– Может быть, одно существо пожирает другое? предположил капитан.

– Ничего подобного,- нетерпеливо возразил Ботакс, - Это жгучие поцелуи.

– Жгучие? Происходит сгорание?

– Очевидно, нет. Тут, вероятно, подчеркивается факт повышения температуры. Чем выше температура, тем успешнее, надо полагать, происходит производство молоди. Без этой ступени потомство получить невозможно. Это и есть сотрудничество, о котором я говорил.

– И все?

– Все, - подтвердил Ботакс. - Ни в одном из рассказов, даже в тех, что печатаются в "Плейбое", я не нашел описания какой-либо дальнейшей активности, связанной с детопроизводством. Иногда описание поцелуев завершают серией точек, но, я полагаю, что это обозначает просто большее число поцелуев. Один поцелуй на каждую точку, когда хотят произвести целое множество молоди.

– Только одного, пожалуйста, и немедленно.

– Разумеется, капитан.

Ботакс торжественно произнес.

– Сэр, поцелуйте, пожалуйста, леди.

– Послушайте, я не могу двинуться, - сказал Чарли.

– Конечно, я освобожу вас.

– Леди это может не понравиться.

– Уж будьте уверены, мне это не понравится! Держитесь от меня подальше! - прошипела Мардж.

– Мадам, может, не стоит их сердить? Мы можем.., ну... только сделать вид.

Она колебалась, сознавая справедливость опасения.

– Ну, ладно. Но чтоб без всяких штучек! Я не привыкла целоваться с каждым встречным!

– Разумеется, мадам. Уверяю вас, это не моя затея.

Мардж сердито бормотала.

– Гадкие чудовища! Ишь...

Чарли приблизился, смущенно положил руки на голые плечи Мардж, и их губы встретились.

Капитан Гарм раздраженно вспыхнул:

– Я не чувствую повышения температуры.

Его тепловоспринимающие усики полностью распрямились и дрожали на голове.

– Я тоже - растерянно признался Ботакс. - Но мы все делали в точности как написано в - этих историях.

Пожалуй, его конечности должны быть более распростертыми. О, вот так... Смотрите, действует!

Почти случайно рука Чарли скользнула вдоль мягкого обнаженного торса Мардж. На миг она, казалось, приникла к нему, затем внезапно отдернулась.

– Отпустите! - прошипела Мардж. Неожиданно она сжала зубы, и Чарли с диким криком отскочил в сторону, зализывая кровоточащую нижнюю губу.

– За что, мадам? - воскликнул он жалобно.

– Мы договорились только делать вид. Что вы на меня уставились? Господи, ну и в компанию я попала!

Капитан Гарм быстро засиял голубым и желтым.

– Все закончено? Сколько теперь нужно ждать?

– Мне кажется, это происходит сразу. Сами знаете, когда вы почкуетесь - вы почкуетесь.

– Да? После всего того, что я здесь видел, не думаю, что когда-нибудь смогу почковаться. Пожалуйста, заканчивайте побыстрее.

– Один момент, капитан.

Однако время шло, и сияние капитана медленно становилось мрачно-оранжевым, а Ботакс почти угас. Наконец Ботакс спросил:

– Простите, мадам, когда вы будете почковаться?

– Когда я буду что?

– Производить потомство.

– У меня уже есть ребенок.

– Я имею в виду производить потомство сейчас.

– Но я еще не готова для другого ребенка.

– Что, что? - потребовал капитан. - Что она говорит?

– Кажется, - слабо произнес Ботакс, - пока она не намерена иметь маленького.

Капитан яростно вспыхнул всеми цветами радуги.

– Вы знаете, что я думаю, Исследователь? Я думаю, что у вас больное извращенное мышление. С этими существами ничего не происходит. Между ними нет никакого сотрудничества, и не появляется никакая молодь. Я думаю, что это два разных вида, а вы валяете со мной дурака!

– Но капитан, - начал Ботакс.

– Молчать! - рявкнул Гарм. - Не спорьте со мной. С меня достаточно. Вы домогались личной славы и наград, и я позабочусь, чтобы вы их не получили. Немедленно избавьтесь от этих созданий! Отдайте им их кожи и верните на то место, откуда взяли. Все расходы, связанные с поддержанием Временного Стасиса будут вычтены из вашей зарплаты.

– Но капитан...

– Это приказ! - Гарм метнул на Ботакса испепеляющий взгляд. Один вид, две формы, груди, поцелуи, сотрудничество. Вы болван, Исследователь, извращенное и больное - да-да- больное существо! Дрожа всеми членами, Ботакс стал настраивать приборы.

Они стояли на пустынном перроне, дико озираясь по сторонам. Сгущались сумерки, и подходящий поезд давал знать о себе приближающимся гулом.

– Неужели все это на самом деле было? - неожиданно спросила Мардж.

Чарли кивнул.

– Отчетливо помню.

– Нам никто не поверит.

– Послушайте, я сожалею, что вы были поставлены в неловкое положение. Это не моя вина.

– Конечно, понимаю.

Мардж, потупившись, изучала деревянную платформу под ногами. Поезд приближался.

– Э-э... Вы вовсе не были плохи. То есть вы были изумительны, только я не решался вам сказать.

– Может, не откажетесь выпить со мной чашечку кофе для успокоения? Моя жена ее пока нет.

– Правда?! И Эд уехал за город на уик-энд, так что меня ждет пустая квартира. Наш мальчик у моей мамы, - пояснила Мардж.

Поезд подъехал, но они уже шли по улице. В баре они позволили себе чуть-чуть выпить, а потом Чарли не мог отпустить ее одну в темноте и, естественно, проводил домой. Конечно, Мардж была обязана пригласить его зайти.

Тем временем в космическом корабле несчастный Ботакс предпринимал последнюю попытку доказать свою правоту. Пока Гарм готовил корабль к отлету, Ботакс торопливо установил узколучевой видеоэкран. Он сфокусировал луч на Чарли и

Мардж в ее квартире. Усики Ботаса напряглись, а глаза засияли переливчатым светом.

– Капитан Гарм! Капитан! Посмотрите, что они сейчас делают!

Но в это мгновение корабль вышел из Временного Стасиса.

Table of Contents

Айзек Азимов Что это за штука - любовь?