Annotation

Публикуемые рассказы извлечены из разных рукописных сборников и сочинений, но все они – читатель легко это заметит – представляют народную литературу. В них много искрометного народного юмора и народного здравого смысла, фантазии и наблюдательности. Множество различных тем, пестрая вереница персонажей, целый хор голосов – все это вместила в себя средневековая прозаическая литература на персидском языке, многоликая и разнообразная, широко отразившая жизнь общества своего времени.

- Без автора

- Словарь непереведенных слов и терминов [2]

- notes

- 1

- 2

Без автора

Плутовка из Багдада

Рассказчики историй и хранители преданий, подбирающие колосья на ниве слова, передают, что жил в городе Багдаде богатый и почтенный купец. У него было много золота, и он ни в чем не испытывал нужды. Была у него также жена, с которой никто не мог сравниться по хитрости и коварству. Звали ее Дале Мохтар. Но вот однажды пришлось купцу собрать пожитки и переселиться из мира жизни в обитель небытия – ведь никому на свете не избежать этого. После него остались несметные богатства. Жена его, как было принято в то время, несколько дней носила траур, но время шло, и она понемногу утешилась. В один прекрасный день она решила отправиться в баню. По пути она встретила одного юношу, и он безумно влюбился в Дале Мохтар. Мало ли, много ли времени спустя – только он рассказал Дале Мохтар о том, что творится в его душе. А это был красивый и ладный юноша, и она подумала: «Мне не найти человека лучше. С ним я была бы счастлива всю жизнь. Выйду-ка я за него замуж».

Они пошли к кадию, и тот соединил их на всю жизнь. И тут Дале Мохтар сказала своему новому мужу:

– О возлюбленный, как тебя зовут? Чем ты занимаешься?

– О моя любимая, – ответил он, – меня звать Селим, я – чужестранец, в вашем городе меня никто не знает. Нет человека, равного мне по мужеству. Я – ночной грабитель.

– Да, это видно, – сказала Дале Мохтар, а сама подумала: «Я поживу с ним недолго, а потом разведусь». Вслух же она сказала:

– А разве муж не должен обеспечивать свою жену?

– Правильно говоришь, о моя госпожа, – ответил Селим, – днем я буду служить тебе, а по ночам – разбойничать и приносить тебе деньги, чтобы ты не горевала:

Они провели весь день в наслаждениях и утехах. А когда настала ночь, Селим отправился грабить дома мусульман. Он поджег чей-то дом и украл все имущество. Утром он принес украденное добро домой и сказал своей жене Дале Мохтар:

– На, забирай, я принес это тебе.

На другой день Дале Мохтар пошла на базар и встретила там другого красивого юношу. Она стала кокетничать с ним, строить ему глазки, и юноша безумно влюбился в нее и признался ей в этом.

– Как тебя зовут, о юноша, и чем ты занимаешься? – спросила она.

– Зовут меня Салем, а по ремеслу я – грабитель и мастер поножовщины, и никто не может сравниться со мной в этом деле. Все боятся даже пальцем меня тронуть.

Тут Дале Мохтар подумала: «Пусть Салем будет мне мужем по ночам, а Селим – днем. Надо и с ним заключить брачный контракт». И она предложила Салему:

– О юноша, у меня нет мужа. Если ты любишь меня, то я буду твоей женой.

– Спасибо тебе, о моя жизнь! – воскликнул юноша.

И вот они вдвоем пришли к кадию, и он освятил их союз.

Итак, Дале Мохтар в течение целого года дни проводила в любовных утехах с Селимом, а ночи – с Салемом.

А халифу в то время вздумалось осмотреть свою страну, и он выехал из столицы, оставив править вместо себя Мусу Бармака [1]. Как только халиф выехал из столицы, Муса Бармак решил: «До его возвращения я постараюсь сделать так, чтобы вся страна и все подданные жили в покосе и благоденствии». И он велел глашатаям во всеуслышание объявить, что теперь будут казнить всех воров и разбойников. Тогда вор, по имени Селим, пришел к своей жене и говорит:

– О любимая, правитель Муса Бармак приказал казнить всех воров и разбойников. Мне лучше уехать отсюда куда-нибудь, а не то мне придется плохо.

– Хорошо, – ответила Дале Мохтар, испекла лепешку, разломила ее пополам, одну половину дала Селиму, простилась с ним ласково и проводила его.

А Салем, который воровал днем, тоже решил сбежать из города. Дале Мохтар дала ему на дорогу другую половину лепешки и простилась с ним.

Шел Селим, шел и увидел родник. Ему захотелось отдохнуть немного, и вдруг он заметил, что кто-то идет следом за ним. Этот человек догнал его и остановился. Селим обрадовался и возблагодарил всевышнего бога за то, что тот ниспослал ему попутчика. Они стали расспрашивать друг друга:

– О дорогой брат, откуда ты? – спросил Селим. – Как тебя зовут?

– О брат, – отвечал Салем, – я из Багдада. Так как Муса Бармак, правитель города, объявил, что теперь будут казнить всех воров и разбойников, мне не оставалось ничего, как покинуть город. Вот почему я оказался здесь. А теперь назови ты свое имя и скажи, чем занимаешься.

– О несправедливо обиженный брат мой, – воскликнул Селим, – судьба наложила и на меня то же самое бремя! Расскажи-ка мне, как ты воруешь.

– Я ворую днем, – ответил Салем.

– А я – по ночам.

И они рассказали друг другу о том, как они промышляют, и решили впредь действовать сообща. Потом каждый из них вытащил по половине лепешки и положил перед новым приятелем. Нечаянно они сложили половинки вместе и вдруг увидели, что это одна лепешка!

– Где ты взял эту половину лепешки? – заинтересовался Селим.

– Жена дала мне в дорогу. А ты где взял?

– И мне жена дала в дорогу.

– Как зовут твою жену? – спросил Селим. – На какой улице она живет?

Салем стал рассказывать, и Селим все больше убеждался, что речь идет о его жене. А потом Салем стал расспрашивать Селима и тоже убедился, что тот рассказывает о его жене.

– Да как же это может быть! – воскликнул Салем. – Это же мой дом и моя жена!

И вот они стали спорить друг с другом и подняли такой шум, что и пером не описать. Они вернулись в Багдад и пошли прямо к дому Дале Мохтар. Салем хотел войти в дом, но Селим не пустил его, восклицая:

– Эй, мошенник! Господь запретил силой врываться в чужой дом!

Они с криком вцепились друг в друга, но на шум выбежала Дале Мохтар и сказала:

– Не деритесь, мужчины! Я сама скажу, чья я жена.

Они отпустили друг друга, а Дале Мохтар продолжала:

– Я могу в любом деле превзойти тысячу таких, как вы.

– О женщина, – ответил Салем, – мы не спорим о твоих способностях по части хитрости. Ты лучше скажи, кто из нас твой муж!

– Друзья мои, – ответила Дале Мохтар, – я жена самого хитрого и ловкого в воровском ремесле. Вы прожили у меня около года, но я так и не определила, кто из вас хитрее. Теперь пусть каждый из вас покажет себя на деле.

Салем, вор дневной, сказал Селиму:

– Побудь со мной, Селим, некоторое время, и увидишь, как ловко я промышляю.

И вот пошли они вдвоем на багдадский базар. Тут Салем увидел менялу, который был поглощен своим делом. Салем подошел к нему, стал торговаться и незаметно взял с его колен кошелек с деньгами. Потом отошел в сторону, вытащил из кошелька монеты и пересчитал их. Там оказалась тысяча золотых. Тогда он снова всыпал монеты в кошелек, положил туда еще одну золотую монету, а также свой перстень с дешевым камнем и тихонько опустил кошелек на колени к меняле, так что тот не заметил. Потом он ушел, но вскоре возвратился и заявил меняле:

– Верни мне кошелек с деньгами, который я оставил у тебя.

– Какой кошелек? Какие такие деньги? – удивился меняла.

– А тот самый кошелек, что лежит у тебя на коленях.

– Ступай, братец, – сказал меняла, – ты ошибся. Но Салем стал шуметь и кричать:

– О братья-мусульмане! Это, оказывается, мошенник! Он хочет присвоить мой кошелек с деньгами! Я вот только что дал ему подержать мой кошелек, а теперь он отказывается вернуть его.

На шум сбежался весь базар, и люди подняли крик:

– Эй, меняла! Почему ты не отдаешь ему деньги?

– Врет он, друзья мои! – воскликнул меняла.

– А что же это лежит у тебя на коленях? – спросил Салем.

– Кошелек с моими деньгами, – ответил меняла.

– Тогда скажи, сколько там монет? – спросили люди менялу. Меняла поднял кошелек с деньгами и воскликнул:

– О братья мои, в этом кошельке тысяча золотых монет.

– О друзья мои, – перебил его Салем, – в этом кошельке тысяча и одна монета да еще мой перстень с простым камнем.

Содержимое кошелька высыпали на землю, пересчитали, и там действительно оказалась тысяча и одна золотая монета да еще и перстень с простым камнем. Народ возмутился, у менялы отобрали кошелек и отдали Салему. Салем и Селим ушли с базара, и Салем воскликнул:

– Ну брат, видел, какие я творю дела?

– Да, брат, – ответил Селим, – а теперь ты побудь со мной одну ночь и делай все так, как я скажу.

Когда настала ночь, Селим взял с собой Салема и повел его к дворцу халифа. Он забросил аркан, и они поднялись с его помощью на крышу, потом опустились во двор и направились прямо в кухню халифа. Там они отрубили поварам головы, зажгли светильник и наполнили котлы продуктами. Селим же приказал Салему:

– Держи светильник.

– Селим стал варить, а Салем ему помогать. И кто бы из дворцовой стражи ни заходил на кухню, всем казалось, что это готовятся яства по приказу Мусы Бармак Они только удивлялись, возвращались к себе и снова ложились спать.

Как раз в это время от шума проснулся Муса Бармак и приказал:

– А ну ступайте посмотрите, что там варят на кухне. Слуги пришли на кухню, посмотрели и доложи

Мусе:

– Там жарят рыбу.

– Ступай и прикажи им подать мне жареной рыбы. Слуга пошел на кухню и говорит:

– Эй, повара! Муса Бармак велел послать ему жареной рыбы, так как он уже давно ее не ел.

Одним словом, в полночь Селим положил на тарелку кусок жареной рыбы и отнес Мусе Бармаку. Тот съел ее с большим удовольствием, а потом спросил Селима:

– Ну, повар, проси у меня, чего пожелаешь, очень мне понравилась твоя рыба.

– О средоточие вселенной, – ответил Селим, – я желаю только здоровья вашему высочеству на радость подданным. Разрешите мне быть вашим слугой.

– Хорошо, – ответил Муса Бармак. Тут его стало клонить ко сну, и он спросил Селима:

– А не можешь ли ты рассказать мне забавную историю?

– Хорошо, – ответил Селим, – я расскажу вам сказку.

– Ну рассказывай.

– Так вот, – начал Селим, – жил на свете вор, по имени Селим. В один прекрасный день он женился в городе Багдаде и думал, что его жена принадлежит только ему. Но у нее, оказывается, был еще один супруг, и она в течение целого года жила с двумя мужьями, они же и не ведали об этом. А меж тем правитель города приказал изгнать всех воров и грабителей, и оба вора покинули город.

И Селим выложил ему всю историю и закончил так:

– И вот Селим изжарил рыбу и принес ее к Мусе Бармаку, и тот поел с удовольствием. И тут Селиму захотелось вытащить кинжал и убить Мусу.

При этих словах Муса Бармак встал с места и спросил:

– Чего же ты просишь?

– Я прошу, – сказал Селим, – оставить в покое воров и не трогать их, пока не вернется халиф. Когда же вернется халиф, не говори ему ничего дурного о нас.

Муса согласился и поклялся, что он так и сделает, а Селим потребовал:

– Напиши расписку.

– У меня нет чернил, – ответил Муса.

– Я принесу тебе чернила и бумагу, – сказал Селим.

Мусе ничего не оставалось, как подписью подтвердить свои слова. Затем он приложил печать к расписке и отдал ее Селиму.

– У меня есть небольшой должок, – намекнул Селим, и Муса дал ему сто золотых монет.

Селим вышел от него, взял за руку Салема, они покинули дворец, и тогда Селим спросил:

– Ну братец, видел, как я работаю?

Салем похвалил его, и они пошли к Дале Мохтар и рассказали ей о своих подвигах, она же только засмеялась:

– Да разве это ловкость? Вот посмотрите, что я натворю.

И вот Дале Мохтар набросила на голову чадру, отправилась на базар и стала думать о том, что бы ей такое устроить. Она вошла в дом одного купца и там увидела красивую женщину. Дале Мохтар подошла, села рядом с красавицей и стала болтать о том, о сем.

Потом она вдруг заплакала и обратилась к женщине

с такими словами:

– О красавица, – сказала она, – у меня есть сын, он безумно влюблен в тебя, из-за своей любви он наделал много глупостей. Я не знаю, что с ним дальше будет. Послушай меня: собери свои вещи, сложи их в сумочку и пойдем вдвоем в его лавку, посмотрим, какие он тебе сделает подарки. Если ты согласна, то посиди с ним часок, побеседуй, а если он тебе не понравится, ты вернешься к себе.

Одним словом, Дале Мохтар наговорила ей с три короба, и жена купца поверила ей и согласилась. Она надела свое лучшее платье и пошла вслед за Дале Мохтар. По пути Дале Мохтар сказала:

– Дочь моя, не надрывайся, отдай мне твою сумочку, я понесу ее.

Жена купца отдала ей сумку.

Они вдвоем пришли в лавку одного молодого торговца тканями. Лавка была богатая, и в ней было много товаров. Дале Мохтар сказала той женщине:

– Дочь моя, посиди здесь немного.

А сама она подошла к юноше, хозяину лавки, и сказала:

– О юноша, вон там сидит красавица – это моя дочь, вдова одного купца, ее муж был очень богат. Она хочет выйти замуж и просит тканей на десять тысяч золотых.

Дале Мохтар взяла у него самых красивых тканей на десять тысяч золотых, сложила их в другую сумку и пошла дальше. Торговец тканями и жена купца шли следом за ней. Все они пришли к лавке стиральщика белья, и Дале Мохтар сказала стиральщику:

– Мы хотим побыть у тебя немного и отдохнуть.

А этот стиральщик очень любил молодого торговца тканями и поэтому ответил:

– Очень хорошо.

Дале Мохтар положила в лавке обе сумки и сказала торговцу тканями:

– Оставайтесь здесь, а я отнесу ткани. Ты не говори этим людям ни слова, я скоро вернусь.

Бедная женщина сидела там и ждала, а в это время стиральщик. вдруг сказал Дале Мохтар:

– Я принесу с базара чего-нибудь поесть, ведь этот юноша сегодня – мой гость.

– Хорошо, – ответила Дале Мохтар, – пусть будет так. Стиральщик ушел за едой, и как раз в это время

подъехал гулям верхом на верблюде и спросил:

– Где стиральщик?

– Ты спрашиваешь про моего брата? – спросила

Дале Мохтар.

– Да, – ответил гулям.

– Брат пошел стирать кому-то, – сказала Дале Мохтар. – Что тебе нужно?

– Я привез белье для стирки, – сказал гулям.

– Сейчас я пойду к брату, – сказала Дале Мохтар, – давай мне своего верблюда, я нагружу на него еще свои вещи и отвезу все вместе к нему.

Гулям отдал ей верблюда и похвалил ее за расторопность. Дале Мохтар погрузила на верблюда все, что было в лавке стиральщика, и сказала гуляму:

– Эй, братец, сними с себя одежду, я и ее постираю заодно и привезу.

Гулям поблагодарил ее, снял все, что было на нем, и отдал ей.

Короче говоря, Дале Мохтар взяла всю одежду из лавки стиральщика, ткани торговца и сумку жены купца, навьючила все на верблюда и ушла. Спустя час, видя, что она не возвращается, торговец тканями сказал:

– О красавица, где же твоя мать? Я и так потратил много времени.

А жена купца стала кокетничать с ним и строить ему глазки. Как раз в это время вернулся стиральщик, и торговец сказал ему:

– О брат мой, где же твоя сестра? Она унесла все мои ткани и не возвращается.

А стиральщик спросил его в свою очередь:

– О брат, где же одежка, которая была в 'моей лавке?

А та женщина воскликнула:

– А ведь она унесла и мою сумку!

– Она увезла на моем верблюде все вещи! – воскликнул гулям. – Обещала скоро вернуться.

– О женщина, – спросил торговец тканями жену купца, – она – твоя мать?

– Нет, – отвечала она. – Я ее даже не знаю.

Гулям воскликнул:

– Эй, стиральщик, где твоя сестра? Она увезла на моем верблюде мои вещи и до сих пор не возвращается.

Тут поднялся шум, все стали требовать кто сестру, кто мать, желая вернуть свое добро. Наконец стиралыцик сказал:

– Если я найду ее, то несдобровать ей.

И вот стиральщик, торговец тканями и гулям взялись за руки, побежали на базар, стали, громко крича, разыскивать Дале Мохтар.

На другой день Дале Мохтар принарядилась, вышла из дому и отправилась в лавку менялы. Она стала с ним заигрывать, и бедный меняла уже готов был отдать ей свою жизнь. Он умолял ее:

– О возлюбленная, о та, что краше всех на свете! Побудь со мной хоть миг.

Дале Мохтар предложила ему:

– Закрой свою лавку и пойдем ко мне.

Бедный меняла обрадовался, закрыл лавку, забрал с собой все деньги, которые были у него, и пошел вслед за Дале Мохтар. Когда прошли часть пути, она сказала:

– О юноша, ты идешь ко мне в гости, мне не пристало ничего просить у тебя. Вот возьми эту монету и купи лепешек, халвы и всяких фруктов, в общем, все, что нужно для пира. Ведь ты – мужчина, знаешь торговое дело и знаешь, как покупать.

Меняла взял монету, оставил у Дале Мохтар кошелек с деньгами, а сам пошел по ее поручению. Когда он ушел, Дале Мохтар спрятала кошелек и пошла в другую сторону.

Вернувшись с базара, меняла не нашел Дале Мохтар, понял, что она его обманула, и начал, крича, бить себя в грудь и искать ловкую женщину.

Однажды Дале Мохтар пришла на базар, и ее увидел стиральщик. Он схватил ее и поднял крик. Собралась толпа, и тут Дале Мохтар воскликнула:

– О боже, избавь меня от моего негодного сына, который опозорил меня перед всеми людьми на базаре!

Люди пытались успокоить стиральщика, но тот от гнева и возмущения не мог ничего объяснить. Тогда люди схватили его и избили так, что он свалился замертво. А Дале Мохтар приговаривала:

– О мусульмане, этот мой сын сошел с ума. Если вы добрые люди, то успокойте его, он все время обижает меня.

Выслушав Дале Мохтар, люди стали стыдить стиральщика. А Дале Мохтар тем временем собрала все вещи этих людей и, улучив момент, скрылась. Собравшиеся все еще упрекали стиральщика, потом надели на него цепи, сочтя, что он лишился разума, связали ему руки. Бедный человек кричал: «Я не безумец!» – но они и слушать его не хотели. Потом принесли отвар из горькой травы.

– Выпей, – сказали ему, – это излечивает безумие.

А он только твердил:

– Я не безумец. От такой травы люди умирают.

Но его избили палками и заставили выпить, а он все повторял:

– О Аллах! Что это за напасть! Имущества я лишился, и палками меня бьют…

Напрасно уговаривал он толпу:

– О друзья, она не мать мне, она главарь всех воров и обманула сто тысяч человек! – его никто не слушал.

Но когда они увидели, что пропали все их вещи, то поверили, что стиральщик говорит правду, и освободили его.

На другой день Дале Мохтар опять пришла на базар и случайно встретилась с гулямом. Он хотел было закричать; она опередила его, говоря:

– Молчи, я сделаю все, чего ты ни захочешь. Забирай или верблюда, или деньги.

– Мой верблюд стоит пятьсот золотых.

– Я предложу тебе четыреста, – сказала Дале Мохтар, – но ты не соглашайся и требуй пятьсот, и тогда я тебе дам пятьсот.

Гулям поверил ей и обрадовался: «Этого верблюда я купил за двести золотых. У меня будет триста золотых прибыли». И он обратился к ней:

– Давай деньги.

– Ступай за мной, получишь свои деньги.

Гулям пошел вместе с Дале Мохтар, и они пришли к месту, где сидел подмастерье цирюльника. Дале Мохтар направилась к нему, а гуляму сказала:

– Ты посиди здесь, а я пойду скажу брату, чтобы он отдал тебе верблюда.

Гулям сел, а Дале Мохтар подошла к цирюльнику, дала ему золотую монету и сказала:

– Ради бога, вырви зуб моему брату! Вот уже несколько дней, как у него болит зуб и он не дает мне покою ни днем ни ночью. Я посылала его вырвать зуб, но он боится и не хочет. Ты сначала найди несколько человек, чтобы держали его. Сколько бы он ни бился, пусть они не отпускают его, а ты тащи зуб, избавь меня от этой беды.

Выслушав жалобы Дале Мохтар, цирюльник посмотрел на гуляма, потом поклонился Дале Мохтар и ответил:

– Хорошо, будет сделано.

А гулям радовался, ничего не подозревая, думая, что ему вернут верблюда.

Цирюльник меж тем привел четырех рослых работников, и те внезапно набросились на гуляма, повалили его на землю, связали ему руки и ноги. Цирюльник взял щипцы и приказал:

– Открой рот, покажи, какой зуб у тебя болит.

Гулям только плакал и кричал, а Дале Мохтар говорила:

– Эй, цирюльник, не обращай внимания, вырви ему верхний зуб.

Гулям от страха плотно сжал челюсти и не мог вымолвить ни слова. Работники старались силой открыть ему рот. На крики сбежались люди, сняли чалмы, халаты, сложили их в лавке цирюльника и стали ему помогать. Цирюльник начал рвать зуб гуляму, а Дале Мохтар, улучив момент, собрала халаты и чалмы и скрылась. Наконец цирюльнику удалось вырвать несколько верхних и нижних зубов. Бедный гулям, обессилев, повалился на землю, а люди стали спрашивать цирюльника:

– Эй, мастер, где наши халаты и чалмы?

– А где мои инструменты? – спросил, в свою очередь, цирюльник.

Тут к гуляму вернулся дар речи:

– Эй, вы, насильники, безбожники! Эта женщина украла моего верблюда и привела меня сюда, чтобы уплатить за него. Вы же схватили меня и вырвали мои зубы.

В это время подоспел стиральщик и сказал:

– О друзья, эту женщину зовут Дале Мохтар. Она со мной сыграла шутку еще похуже этого.

Люди были поражены тем, что услышали, а стиральцик сказал гуляму:

– Брат мой, будем действовать сообща, поймаем эту мерзавку и накажем ее как следует.

На другой день Дале Мохтар снова вышла из дому и пошла на базар. Меняла, как только увидел ее, сразу узнал и подбежал, чтобы схватить. А Дале Мохтар говорит ему:

– О благородный муж, я пришла на базар, чтобы возместить твои убытки. Мне стыдно за муки, которые я тебе причинила. Пойдем со мной.

Меняла пошел за Дале Мохтар. Вдруг навстречу им попались стиральщик и гулям, они побежали к Дале Мохтар и вцепились в нее.

– О друзья мои, – сказала, им Дале Мохтар, – что с вами случилось? Пойдемте со мной, и вы получите свое добро или же лишите меня жизни.

– Сначала мы получим свое добро, – сказал гулям, – а потом уж лишим тебя жизни.

– Сначала получите свое добро, – согласилась Дале Мохтар, – а потом делайте все, что хотите.

Дале Мохтар пошла по дороге, а вслед за ней отправились меняла, стиральщик и гулям. Они дошли до дворца халифа. Дале Мохтар сказала:

– О друзья мои, вы посидите здесь, а я пойду попрошу халифа вернуть вам ваше добро.

Те трое были поражены, – неужели она знакома с халифом? Они сели перед воротами халифского дворца и стали ждать. А Дале Мохтар вошла к халифу, поклонилась, вознесла хвалу и изложила свою просьбу:

– О средоточие вселенной, – сказала она, – я бедная, несчастная женщина, за мной числятся долги, так как я поручилась за своего мужа. Ради бога, помоги мне. У меня есть три невольника, купи их у меня. Один невольник – стиральщик, другой – караванщик, третий – меняла. Я хочу продать их и уплатить свои долги.

– Где же твои невольники? – спросил халиф.

– Они у ворот твоего дворца, – ответила Дале Мохтар.

Тогда халиф вызвал везира и приказал:

– Ступай, посмотри, какие там невольники.

А Дале Мохтар при этом сказала:

– Нет надобности говорить им, что их продают. Вы их только спросите, кто из них стиральщик, кто меняла, а кто караванщик.

Везир вышел из дворца, увидел троих людей и спросил, кто они такие. Они низко поклонились и ответили, думая, что им сейчас вернут их добро. Потом везир вернулся во дворец и доложил халифу:

– Все трое здесь.

Дале Мохтар получила за трех невольников по три тысячи динаров, набросила на голову чадру, вошла в покои жены халифа и сказала:

– О повелительница, у меня было много богатств и невольников, но я лишилась всего, и вот привела халифу трех невольников и продала ему, чтобы рассчитаться с долгами. Невольники сидят у ворот, и я боюсь пройти мимо них, так как они начнут плакать и упрашивать меня оставить их у себя. Разреши мне покинуть дворец через твои покои.

– Это все, о чем ты просишь? – спросила жена халифа.

– Еще я прошу тебя дать мне надеть твое драгоценное платье, я надену его, и они не узнают меня, если все-таки увидят.

Жена халифа дала ей свое платье и приказала служанке:

– Проводи ее и принеси назад мое платье.

Дале Мохтар покинула жену халифа и важно прошла мимо стиралыцика, караванщика и менялы, а они не узнали ее. По дороге Дале Мохтар сказала служанке:

– О красавица, скажи мне, счастлива ты или нет? При твоей красоте тебе нужен красивый юноша, который ласкал бы тебя каждую ночь и веселил бы тебя.

– Все, что ты говоришь, невозможно, – ответила служанка.

– Если ты согласна, – предложила Дале Мохтар, – то я устрою тебе свидание с юношей, который понравится тебе.

– Хорошо, – согласилась служанка.

– Так ступай со мной, – предложила Дале Мохтар, – я выдам тебя за купца, у него нет жены, зато у него много денег.

Бедная служанка тоже попала в сети к Дале Мохтар. Она вошла вслед за ней в какой-то дом, а дом этот принадлежал одному молодому купцу. Он посмотрел на красивую служанку, и ее пленительные локоны поймали его сердце.

Он спросил Дале Мохтар:

– Эй, женщина, ты продаешь эту невольницу?

– Да, – ответила она, – это молодая девушка, мне не пристало держать ее у себя.

– А у меня нет жены, – сказал купец, – если она останется у меня, то будет довольна.

Дале Мохтар продала служанку за полную цену, получила деньги, а на прощание сказала ей:

– Смотри, служи своему хозяину хорошо. Она дала служанке немного денег и сказала:

– Это тебе. Если он разонравится тебе, то верни ему деньги и иди куда тебе захочется.

После этого Дале Мохтар пошла к себе домой. А теперь вернемся к халифу. Прошло какое-то время, и он приказал привести новых невольников.

– Не горюйте, невольники! Таков закон этого светлого мира. Теперь вы мои рабы.

– О средоточие вселенной, – сказал стиральщик, – мы пришли, чтобы получить свои деньги, а не для того, чтобы быть твоими рабами.

– Какие такие деньги? – удивился халиф.

Тогда стиральщик, меняла и караванщик рассказали ему о том, как их провела Дале Мохтар.

Халиф был поражен и только промолвил:

– Она ведь назвала вас своими рабами и продала мне.

– Как же нам быть? – спросили меняла, стиральщик и караванщик.

– Ищите ее, – ответил халиф. – Если вам удастся ее поймать, то я знаю, как мне с ней поступить.

Потом халиф пошел в гарем к своей жене, и она стала жаловаться ему:

– Вошла ко мне одна женщина и попросила мое платье. Я отдала ей платье и послала с ней служанку. А она до сих пор не вернулась.

Халиф ударил рукой себя по голове и воскликнул:

– Так она и вас надула!

И он рассказал жене о проделках Дале Мохтар, и они оба были несказанно поражены всем этим.

На другой день Дале Мохтар вышла из дому и увидела стиральщика, менялу и караванщика. Она хотела убежать, но они узнали Дале Мохтар, схватили ее за руки и с бранью повели к халифу.

– Эй, проклятая, – закричал на нее халиф, – когда ты совершала все эти подлые поступки, думала ли ты обо мне?

– Не знаю, о чем идет речь, – сказала Дале Мохтар.

– Ты продала мне этих трех рабов, – сказал ей халиф.

– Слава Аллаху, – возразила она, – да избавит он всех мусульман от клеветы ненавистников.

Короче говоря, халиф велел подвесить ее к виселице и оставить до утра, надеясь, что она сознается и вернет людям их добро. Дале Мохтар отвезли на окраину города и подвесили на виселице.

Когда настала полночь, в город вошел караван, а с ним ехал какой-то юноша верхом на верблюде. Услышав голоса караванщиков, Дале Мохтар стала громко плакать и молиться:

– О великий Аллах, ты сам знаешь, что за мной нет вины, так помоги же мне в эту ночь!

Юный караванщик услышал ее молитвы и спросил:

– О женщина, чем ты провинилась, за что тебя так жестоко наказали?

– Я добродетельная женщина, – отвечала Дале Мохтар, – а по соседству со мной живет один еврей, он приходил ко мне с несколькими друзьями и пил вино, а в последнюю ночь они хотели изнасиловать меня. Но я, клянусь Аллахом, не далась им, и они вот подвесили меня на виселице. И нет человека, который спас бы меня.

Юноша пожалел ее и снял с виселицы.

– О юноша, – сказала она, – пойдем со мной, я дам тебе немного денег.

Караванщик позарился на ее посулы и пошел за ней. Они пришли к мечети, здесь Дале Мохтар предложила ему:

– Привяжи верблюда около мечети, а сам ступай со мной.

Он сошел с верблюда, привязал его, вошел внутрь мечети и видит, что Дале Мохтар что-то ищет в земле.

– О брат, – обратилась она к нему, – у тебя есть нож?

– Да, есть.

– Тогда копай здесь, у меня тут зарыты деньги.

Юноша достал нож и стал копать, а Дале Мохтар, улучив момент, потихоньку вышла из мечети, отвязала верблюда и скрылась. Юноша копал, копал, ничего не нашел, вышел из мечети и видит, что верблюда давно и след простыл. Пораженный и удивленный, он стал бегать по улице и кричать. На крыше одного дома он увидел человека и спросил:

– Эй, отец, не видел ли верблюда?

– Сын мой, – ответил старик, – только что здесь проехала на верблюде одна женщина. Кто она такая?

– Не знаю, – ответил юноша. – Знаю только, что она была подвешена на виселице, а я проезжал мимо. Она горько рыдала, говорила, что невиновна. Мне стало жаль ее, и я снял ее с виселицы. Она пообещала дать мне денег в благодарность за оказанное мной добро и повела меня с собой. Мы пришли в эту мечеть, она заставила меня копать землю, сама же забрала верблюда и исчезла.

– О сын мой, – сказал старик, – ты лучше скройся. Эту женщину зовут Дале Мохтар, и халиф велел подвесить ее к виселице, чтобы она созналась в преступлениях. А потом ее должны были побить камнями, чтобы впредь другим неповадно было так поступать. Торопись, юноша, беги, если стражники халифа узнают, что ты освободил ее, то повесят вместо нее тебя.

Бедный юноша от страха забыл о верблюде и пустился бежать.

На другой день Дале Мохтар вышла из дому и увидела на улице нищего, который считал золотые монеты, перебрасывая их из руки в руку. Догадавшись, что он слепой, она подошла к нему и сказала:

– О человек, что ты сидишь здесь? Ступай к себе домой: дочь ждет тебя, она сбилась с ног, разыскивая тебя.

– Эй, женщина, – ответил ей слепец, – ты что, спятила? У меня нет ни жены, ни детей, ты спутала меня с кем-то.

– Зря ты споришь, – возразила ему Дале Мохтар. – Ты не отделаешься от меня такими словами.

Пока они так препирались, к ним подошел какой-то человек. Дале Мохтар стала жаловаться этому ученому мужу:

– О ахунд, скажи ему, пусть он пойдет к себе домой, его дочь убивается из-за него, а он и слушать не хочет.

И вот бедняга был вынужден отправиться вместе с Дале Мохтар. Когда они вошли в дом, Дале Мохтар сказала своей дочери:

– Вставай, я привела твоего отца.

Девушка поднялась с места, повисла на шее у нищего и стала благодарить бога.

Вскоре слуги принесли для слепца блюдо с разными яствами. Слуги усердно служили ему. Ему оказывали такие почести, что нищий только удивлялся и думал: «О великий Аллах, в чем же тут дело? Я, простой нищий, стал чуть ли не падишахом». Когда он лег отдохнуть, слуги с него сняли лохмотья, бросили их в сундук, закрыли его на замок, а ключ отдали слепому и наказали:

– Береги ключ до утра.

А Дале Мохтар не оставляла своих коварных замыслов. Она вошла к старику и сказала:

– Эй, хозяин, твоя дочь уже выросла, ей нужны хорошие наряды, давай пойдем вдвоем в лавку ювелира и купим драгоценные украшения для нашей дочери.

Слепец согласился. Его посадили на арабского коня, а впереди, держа повод в руке, шел мальчик слуга. Так они прибыли к лавке ювелира. Там было много всяких драгоценных каменьев, золотых и серебряных украшений. Слепой повязал свои глаза желтым платком и сошел с коня. А Дале Мохтар выбрала самые дорогие украшения на десять тысяч золотых и сказала слепцу:

– Ты посиди здесь, а я пойду покажу украшения твоей дочери. Я скоро вернусь.

Слепец кивнул головой в знак согласия, а Дале Мохтар преспокойно отправилась к себе домой. Не успела Дале Мохтар еще уйти с базара, как ювелир спросил слепого:

– О ходжа, богат ли ты?

– Когда я торговал, то у меня было не более пятисот динаров, а теперь, слава Аллаху, я не знаю счета своим деньгам, ибо всевышний бог отобрал у меня лишнее.

Потом его спросили, сколько лет его дочери.

– В этом году ей пошел четырнадцатый, – ответил слепец. – Мы собираемся выдать ее замуж и сыграть свадьбу.

Ювелир обрадовался, а потом вдруг пристал к слепцу:

Когда об этом прослышала Дале Мохтар, она позвала своих мужей и спросила их:

– Ну, друзья, что вы скажете на это? Этот приказ халифа касается меня.

– Нам не сравниться по хитрости с тобой, ты сама знаешь, что тебе предпринять, – ответили ей мужья.

– О друзья мои, – сказала она им, – если я буду еще плутовать, то меня уж наверняка казнят. Я собрала много богатств, мне хватит и на сто лет. Пора мне раскаяться в своих поступках.

Дале Мохтар дала своему второму мужу много денег и сказала:

– Эй, Салем, бери эти деньги и ступай, так как наш брак с тобой незаконный, пусть моим мужем будет Селим.

Салем простился с ними и отправился торговать в дальние страны. А Дале Мохтар и Селим раскаялись в своих поступках и стали жить праведниками.

Вот и весь наш рассказ, пусть он послужит назиданием, чтобы ты, читатель, остерегался хитрости женщин.

– А ну живо, выкладывай деньги.

Слепец клялся, что у него нет денег, но ювелир не хотел его и слушать. Собрались люди, стали ругать и бить слепого ногами, а он только кричал:

– О друзья, я невиновен! Теперь я понял, меня, как и вас, ограбила эта женщина. Я нищий слепец, собирал подаяние у себя на улице. И вот вдруг явилась эта дьяволица и заявила, что меня ждет моя дочь. Как я ни пытался отвертеться от нее, она силой потащила меня к себе домой и принимала два дня как падишаха. Она отобрала у меня пятьсот золотых монет и повергла меня в такую беду.

Люди убедились, что слепец говорит правду, и отпустили его. Сами же они пошли жаловаться халифу и рассказали ему все, что случилось. Халиф ответил им на это:

– Я не знаю, что делать с женщиной, которая принесла столько зла. Найдите ее, приведите ко мне, я ее накажу.

Спустя несколько дней Дале Мохтар сделала из теста куклу, завернула ее, как ребенка, надела свое лучшее платье, вышла из дому и пошла в караван-сарай. А в том караван-сарае один купец занимал комнату под лавку. Она вошла внутрь, прижав к груди ребенка.

– О хозяин, – обратилась она к купцу, – мне нужна парчовая ткань стоимостью в десять тысяч золотых.

Купец встал, подошел к полке и стал показывать ей самые дорогие ткани. Дале Мохтар дала ребенка подержать какой-то женщине, которая была в лавке. Потом она взяла ткани и ушла, а купец подумал, что она оставила служанку с ребенком и скоро вернется. А та женщина вышла из комнаты будто по надобности, положила осторожно ребенка на пол и скрылась.

Много ли, мало времени прошло, но ни хозяйка, ни служанка не вернулись. Купец заподозрил что-то неладное и подошел к ребенку, удивляясь, почему он не плачет. Смотрит, а это, оказывается, кукла из теста. Купец закричал, стал рыдать и рвать на себе волосы.

– Мой дом разорили, я разорен! – кричал он.

На его крики со всех сторон сбежались люди и стали его спрашивать:

– О купец, что с тобой случилось?

– Вот посмотрите, как меня обманули. Хозяйка и служанка оставили здесь ребенка, а он, оказывается, из теста. А сами скрылись, взяв у меня товара на десять тысяч.

Тогда люди отправились к халифу, взяв с собой купца. Халиф пришел в сильный гнев и спросил начальника стражи:

– Что мы можем предпринять?

А у халифа был везир, и он посоветовал:

– О халиф, прикажи объявить, чтобы хватали каждую женщину, которая выйдет из дому.

Словарь непереведенных слов и терминов [2]

Абу-Бакр – первый халиф (632 – 634), унаследовавший власть Мохаммада.

Адаб – совокупность знаний, которыми в средневековых мусульманских странах полагалось обладать образованному человеку: познания в литературе, поэтике и истории, знание Корана, обладание каллиграфическим почерком и хорошими манерами.

Аджабруд – см. руд.

Аджам – арабское название всех чужеземных стран, завоеванных арабами; в персидской литературе – обозначение Ирана.

Азра – героиня восходящего к античности предания о влюбленной паре, Вамике и Азре. Их красота и любовь вошли в литературную традицию.

Аиша – дочь Абу-Бакра и младшая жена пророка Мохаммада.

Айяры – средневековые воры-разбойники, объединявшиеся в своеобразные «братства», наподобие ремесленных цехов, и зачастую сочетавшие воровское ремесло со службой правителям и их сановникам.

Аййуб – кораническая форма имени библейского Иова, по преданию, отличавшегося долготерпением.

Аммар Ясмр – один из сподвижников пророка Мохаммада, впоследствии ярый приверженец халифа Али, убит в битве при Сиффине (657 г.). В литературе олицетворяет верность и преданность.

Анка – легендарная птица, недоступная взорам смертных и обитающая, по мусульманским преданиям, на краю света.

Аргаван – багряник, иудино дерево, цветущее ярко-розовыми цветами. В литературе символизирует красный цвет.

Аят – букв, «чудо» (араб.), название ритмических периодов (стихов) Корана.

Бану Амир – арабское бедуинское племя, к которому, по преданию, принадлежал Маджнун.

Барбат – струнный музыкальный инструмент, род лютни.

Бейт – двустишие, единица стиха в арабской и персидской поэзии.

Бехруз – букв, «счастливый».

Вали – градоправитель.

Вамик – герой романтического предания «Вамик и Азра».

Газель – лирическое стихотворение – песня.

Галие – душистая косметическая мазь, употреблявшаяся в средние века на Востоке.

Гам – старинная мера длины, букв. «шаг».

Гулямы – малолетние пленники (часто из тюркских племен), которых специально обучали, чтобы затем формировать из них дворцовую гвардию. Гулямом называли также мальчика-слугу вроде пажа.

Гуль – оборотень, злой дух, враждебный человеку. По преданиям, гули в образе женщин сбивали с пути странников, а затем пожирали их.

Гурии – по коранической легенде, прекрасные черноокие девы, которые будут в раю ублажать праведников.

Гяз – иранская мера длины, около метра.

Дабир – писец, письмоводитель, зачастую исполнявший обязанности советника-секретаря при важных особах.

Дайрэ – бубен, распространенный музыкальный инструмент.

Даник – 1/4 часть дирхема, мелкая монета.

Дей – название зимнего месяца (22 декабря – 20 января) по иранскому календарю.

Джабраил – архангел Гавриил, в мусульманских преданиях – добрый вестник.

Джамшид – легендарный царь иранского эпоса, в его правление на земле царило благоденствие, золотой век.

Джиббе – просторная верхняя одежда.

Джинн – в арабской демонологии дух, который может быть как злым, так и добрым.

Див – злой дух в персидской демонологии страшной и отвратительной наружности.

Динар – старинная золотая монета, около 4,25 г.

Дирхем – старинная серебряная монета, около 3 г.

Дихкан – представитель полупатриархальной-полуфеодальной домусульманской знати в Иране и Средней Азии.

Закария – библейский персонаж, перешедший в коранические предания, олицетворение мудрости.

Зелиха – по Корану, имя жены египетского вельможи, пытавшейся соблазнить Юсуфа (Иосифа Прекрасного); в мусульманской литературной традиции символизирует женскую красоту и неудержимую любовь.

Зохаль – арабское название Сатурна, планеты, которая, по мнению средневековых астрологов, приносит беду.

Зохра – арабское название планеты Венеры. По преданию, Зохра была прекрасной земной женщиной, пленившей двух ангелов небесных, Харута и Марута. Влюбленные ангелы открыли красавице магическое тайное имя бога, а она, произнеся это имя, тут же вознеслась на небо, где была причислена к бессмертным и стала небесным музыкантом, аккомпанирующим хору светил.

Зуннар – пояс из цветной шерсти, которым в мусульманских странах должны были подвязываться иноверцы.

Иклим – географический пояс; по представлениям средневековых географов, к северу от экватора земля делится на семь таких поясов.

Исфахсалар – крупный военачальник, главнокомандующий.

Ифрит – в арабской демонологии безобразный злой дух

Кааба – мечеть в Мекке, где находится священный Черный камень, главная мусульманская святыня.

Кадий – мусульманский судья, который судит по шариату.

Кайсар – арабизованная форма от Цезарь (Кесарь). В мусульманской литературной традиции это слово превратилось в обозначение римских и византийских императоров.

Калам – тростниковая палочка с заостренным концом, которой писали на мусульманском Востоке.

Кебаб – крупные куски мяса, жаренные на вертеле.

Колах – высокая войлочная шапка, средневековый головной убор в Иране.

Кусаййир – герой любовно-романтической истории.

Кутваль – начальник гарнизона, комендант крепости.

Кыбла – направление на Мекку, куда мусульманам следует обращаться лицом во время молитвы.

Лак – мера исчисления, сто тысяч.

Mагриб – букв, «запад» (араб.), средневековое название стран Северной Африки (совр. Марокко, Алжир, Тунис).

Маджнун – юноша из арабского племени Бану Амир, которого звали Кайс. Еще в детстве он влюбился в девочку Лейли, затем любовь полностью захватила его и он прослыл одержимым (по-арабски – «маджнун»). История несчастной любви Маджнуна и Лейли приобрела широкую популярность в литературе и фольклоре, а их имена превратились в символы любви и верности.

Maдир – имя араба-бедуина, вошедшего в предание своей скупостью и своекорыстием: напоив своего верблюда из колодца в пустыне, он затем осквернил его испражнениями, дабы никто другой не смог воспользоваться водой.

Mамдух – букв, «восхваляемый», объект панегирика.

Mан – мера веса в средние века около 6 кг.

Ман ибн 3аида – арабский полководец VII в., знаменитый храбрец, известный также благородством и щедростью.

Mашатэ – профессия женщины, наряжающей и украшающей невесту перед свадьбой.

Mей дан – ристалище, городская площадь, где происходили состязания, воинские смотры, народные собрания.

Mиррих – арабское название планеты Марс; по представлениям средневековых астрологов, Марс приносит несчастье.

Мискаль – малая мера веса в средневековом Иране около 4,6 г.

Mиср – арабское название Египта, букв, «город», «страна».

Mихраб – ниша в стене мечети, обозначающая Кыблу, т. е. направление на Мекку.

Моштари – арабское название планеты Юпитер, которая, по утверждениям средневековых астрологов, предвещала счастливую судьбу.

Муса – библейский Моисей, играющий большую роль в мусульманских преданиях.

Муфтий – мусульманское духовное лицо, выносящее решения в соответствии с религиозным правом.

Мухалаб – крупный полководец, руководивший арабскими войсками при завоевании Ирана и Средней Азии (ум. в 702 г.)

Haдим – «собеседник», приближенный шаха или вельможи, помогающий ему коротать свободное время.

Намаз – мусульманский молитвенный обряд, который надлежит совершать пять раз в сутки в соответствии с религиозными правилами.

Haт – кожаная подстилка, которую расстилали при совершении казни, если она происходила прямо во дворце, чтобы кровь не пачкала паласов и ковров.

Hебат – вид кристаллического сахара.

Hоуруз – иранский Новый год, древний праздник, приходящийся ' на весеннее равноденствие.

Парвиз – сасанидский шах Хосров Парвиз (590 – 628); в литературу вошел и как олицетворение царской власти, и как романтический герой, влюбленный в красавицу Ширин.

Пахлаван – богатырь, витязь.

Пери – в персидской демонологии дух, который может быть и добрым, и враждебным человеку; в литературе – олицетворение прекрасной женщины.

Раджаб – название седьмого месяца мусульманского лунного календаря. Пословица «Проживи раджаб и увидишь диво» примерно соответствует русскому «Поживем – увидим».

Ребаб (рубаб) – старинный смычковый инструмент с одной или двумя струнами.

Рейхани – сорт белого вина.

Рузбех – букв, «счастливый».

Руд – (также аджабруд) струнный музыкальный инструмент.

Рум – арабо-мусульманское название Рима и Византии, а впоследствии и Малой Азии.

Рустам сын Заля – главный герой «Шах-наме», иранского национального эпоса.

Сарханг – средневековое воинское звание, младший офицер.

Сабур – лекарственное растение, идущее на приготовление горького на вкус слабительного.

Сальма – героиня арабских любовных сказаний, красавица.

Сальсабиль – по Корану, название райского источника.

Сахбан Ваиль – знаменитый арабский оратор, образец красноречия (ум. в 684 г.).

Систан – древняя иранская область на границе с Афганистаном.

Солейман – библейский царь Соломон, широко известный в мусульманской литературе и фольклоре, где он показан могущественным властелином, повелевающим людьми и духами, понимающим язык зверей и птиц.

Сохейль – звезда Канопус (главная звезда созвездия Корабль Арго), хорошо видная в южных странах, в частности в Йемене, символ блеска.

Суфа – род лежанки (но без печки), глинобитное или каменное возвышение, на котором сидят или лежат.

Суфий – последователь религиозно-мистического направления, возникшего в средневековом исламе.

Табаристан – прикаспийская провинция Ирана, в средние века пользовавшаяся относительной независимостью.

Таммуз – название первого летнего месяца (21 июня – 21 июля) по сирийскому календарю, имевшему распространение и в Иране.

Тарабруд – старинный музыкальный инструмент, род лютни.

Тасу – очень мелкая мера веса (2 – 4 ячменных зерна), которая в старину служила также денежной единицей.

Тахт – возвышение (большей частью деревянное), на котором сидят, род невысокого помоста с резными спинками-загородками с трех сторон.

Терьяк – наркотик, одна из модификаций опиума; известен в Иране очень давно.

Фагфур – букв, «сын бога», персидское название титула китайского императора; в фольклоре часто персонифицировано и приобрело значение собственного имени.

Фараон – титул правителей Древнего Египта; в Коране употребляется как собственное имя царя, правившего в Египте во время жизни Мусы.

Фарр – по древним иранским поверьям, таинственный знак царского происхождения и власти, чаще всего принимающий вид ореола, но иногда являющийся и в других формах.

Фарсанг – мера длины, около 6 км.

Фархад – герой романтических легенд, влюбленный в красавицу Ширин, жену Хосрова Парвиза; символ самозабвенной любви.

Фуркан – одно из названий Корана.

Xаджиб – церемониймейстер при шахском дворце.

Xарадж – подушная подать, налог, дань.

Xарвар – старинная иранская мера веса, около 300 кг.

Хатем Таи – арабский князь и поэт (ум. в 605 г.), вошедший в легенду своей щедростью и великодушием.

Xашар – букв, «сбор» (араб.), обозначение коллективного участия населения в каких-нибудь общественных или государственных мероприятиях в мусульманских странах.

Xотан – древний город и область в Синьцзяне; в литературной традиции известен красавицами и добычей мускуса.

Xомай – мифическая вещая птица, приносящая счастье:по иранскому преданию, тот, на кого упадет тень птицы Хомай, станет царем.

Хумаира – ласкательное прозвище Аиши, с которым к ней обращался Мохаммад.

Xутба – проповедь, которую читают в пятницу в мечети, содержащая упоминание имени правящего государя.

Чанг – струнный музыкальный инструмент.

Чароки – обувь из сыромятной кожи с длинными завязками вокруг голени.

Чин – средневековое название Китая в мусульманских странах.

Чоуган – поло, конная игра в мяч клюшками, распространенная в средневековом Иране, а также сама клюшка. В литературе с клюшкой-чоуганом часто сравнивают изогнутые локоны красавицы.

Шам – арабское название Сирии.

Шариат – совокупность мусульманских религиозных и правовых норм.

Шахзаде – царевич, сын шаха.

Шахид – воин, погибший в войне «за веру»; по мусульманским верованиям, шахиды после смерти попадают прямо в рай.

Ширин – красавица-царевна, героиня романтических преданий, верная возлюбленная Хосрова Парвиза.

Эйван – крытая терраса с поддерживающими кровлю колоннами, обычно прилегает к дому или к дворцу.

Эльборз – горная.цепь на севере Ирана.

Эсфандияр – один из центральных персонажей «Шах-наме», богатырь, соперничающий с Рустамом.

Юсуф – библейский Иосиф Прекрасный, легенда о котором вошла в Коран и получила широкую известность в фольклоре и литературе Ближнего Востока.

Якуб – библейский Иаков, отец Юсуфа. По преданию, лишившись любимого сына (проданного коварными братьями в Египет), он ослеп с горя. Но зрение вернулось к нему, едва он коснулся рубашки Юсуфа, доставленной из Египта.

Ятриб – старое название Медины.

notes

Примечания

1

Муса Бармак – один из представителей знатного персидского рода Бармакидов, из которого вышли первые везиры аббасидского халифата (в VIII в.). Муса играл видную роль при дворе халифа, прославился отвагою в битвах. В 792 г. был правителем Сирии; в 803 г. арестован, но вскоре освобожден и вновь занимал крупные должности. Умер в 835 г.

2

составлен H Б. Кондыревой.

Table of Contents

Без автора Плутовка из Багдада

Словарь непереведенных слов и терминов [2]

Примечания

1

2