Пролог

Готовый перевод 境界の彼方 / За гранью: Том1. Пролог

Курияма Мирай. Она странная девушка...

На вид - самая обыкновенная тихоня. Её отличительными чертами можно назвать светлые волосы, доходящие до хрупких плеч, и очки в красной оправе. Низкий рост. Худая фигура. Небольшая грудь - не как у девушек её возраста. Сама она - новенькая, на год младше меня. И если у неё ещё не наступил день рождения в этом году, то должно быть ей пятнадцать лет. Нет ничего удивительного в том, чтобы я, ученик старшей школы, решил познакомится с девушкой на год младше меня, но такого знакомства, как у меня, вероятно не было ни у кого.

Помнится, в то время я ещё не привык к новому классу после весенних каникул. Короче говоря было начало апреля, и всё произошедшее должно быть было совпадением.

После занятий я, как обычно, отправился в литературный клуб, пробыл там около часа и стал собираться домой. Помедли я чуть подольше и возможно на следующий день в газете появился бы заголовок: “Старшеклассница покончила жизнь самоубийством”. А моя реакция на эту новость возможно была бы такой: “Суицид в нашей школе? Надеюсь они не раздуют из этого новость. Ещё и свидетелей будут опрашивать”. Собственно на этом всё. Вряд ли бы была причина мне об этом больше беспокоиться.

Суицид. Толковый словарь даёт этому слову такое определение: “Преднамеренное лишение себя жизни”. Я никогда не думал о суициде. И дело здесь не в каких-то моральных идеалах. Нет. Всё намного глубже. Попытка самоубийства несомненно отразилась бы на моём будущем, но для меня самоубийство прежде всего было бы абсолютно бессмысленным.

Тот день. Тот ясный день. Красивая девушка в очках стояла на крыше нового здания школы. По цвету ленточки на её форме было понятно, что она первогодка; стояла прямо за забором, который, к слову, нужен был, чтобы никто не мог случайно упасть вниз. Лицо её было растерянным. Ей стоило сделать всего шаг и гравитация сделала бы своё дело.

Теперь обратим внимание на возможные варианты развития событий истории. Их всего два. В первом варианте протагонист активно принимает участие в истории. А во втором - пускает всё на самотёк. Если бы я был протагонистом этой истории, то определённо бы выбрал второе, но мне всё же не хватило хладнокровия, чтобы остаться в стороне, и, бросив свой рюкзак, я побежал на крышу. Это заняло примерно пять минут, и, открыв дверь с надписью “Вход воспрещён”, я буквально влетел на крышу и успел ухватить девушку за спину.

Она не успела прыгнуть. Отдышавшись, я сказал ей… Неважно собственно, какие слова я подобрал, чтобы отговорить её от суицида. Опустим это. Важно другое.

- Девушки, которым так идут очки, не должны умирать!

Да. Эту фразу я хорошо помню. Ещё я рассказал ей историю изобретения очков и в конце добавил.

- В общем, мне нравятся твои очки.

- Раздражаешь, - всё, что получил я в ответ.

Девушка перепрыгнула через забор, который вообще-то был намного выше её роста. Этот прыжок точно нарушал законы физики. Почти в мгновение что-то похожее на тёмно-красный клинок материализовалось у девушки в правой руке. Я ничего не мог понять и просто наблюдал за происходящим.

В следующее мгновение копьеобразный тёмно-красный клинок пронзил мой живот. Всё случилось так быстро, что я не успел даже моргнуть. Должно быть она повредила мою пищеварительную систему. Эта рана определённо смертельна. Но я просто попытался забыть о боли, чтобы не потерять сознание.

- Ты был слабым противником, - тихо произнесла девушка.

Её глаза были полны злобы и холода. Внезапное нападение. Неожиданно не правда ли? Но только не для меня. Для меня это что-то вроде ежедневной рутины.

Девушка была наготове, ожидая моих действий. Всё больше моей крови, стекая по лезвию клинка, оказывалось на бетонном полу. Необычное получилось зрелище. Особенно для старшей школы. В любом случае девушка передо мной - не обычная. Обычные девушки не могут создавать мечи из воздуха. В этом случае, стоит и отмести вариант, что она искусный фокусник. В этом случае. Другими словами, когда я встречаю кого-то, кто не вписывается в рамки “обычного человека”, передо мной встаёт выбор: проявить враждебность или попытаться познакомиться. И я всегда выбираю второе. Я просто благодарю людей за то, что они есть.

- Я так ра…

Я старался улыбаться как только мог.

- Слушай, можешь вытащить эту штуку?

Я показал пальцем на клинок торчащий у меня из живота и пытался не смотреть вниз, на лужу крови, чтобы моя улыбка не спала.

- А? - произнесла девушка безумным голосом.

Неудивительно. Если бы я был обычным человеком, то уже давно бы потерял сознание. Она удивилась ещё больше, осознав это. Я сделал самый милый взгляд какой только мог.

- Пожалуйста.

- Кто ты? - спросила она через пару секунд.

Девушка, которая стояла здесь вся в моей в крови и нагнетала атмосферу, исказилась в лице.

- Это я тебя хотел спросить.

Вот так я встретил Курияму Мирай. Маловероятно, что два человека, которые вступили в такой первый контакт, сразу закончили бы своё общение. Если так случилось бы, я бы никогда не простил этот мир.

Первая глава

Готовый перевод 境界の彼方 / За гранью: Том1. Первая глава

- Расчленённые трупы, - сказал я лёгким тоном и вздохнул, какой раз уже за сегодня. - Разве не странно думать, что убийства всеми мыслимыми и немыслимыми способами могут привлечь внимание читателя. Для меня вся эта бессмысленная жестокость - просто признак безвкусия.

- И какими тогда должны быть убийства?

- Я просто хочу, чтобы всё было логично. У убийцы должен быть мотив. А эти убийства вопреки всяким смыслам мне уже надоели.

- Понятно.

Мицуки не в духе. И не совсем понятно от чего: от теории ли, которую я только что высказал, или от рассказа про расчленённые трупы. В любом случае - атмосфера в клубной комнате идёт по нисходящей. И мне кажется, что это можно быстро исправить.

- Боже мой!

Я небрежно бросаю журнал на стол и целая стопка таких же разлетается по полу, но собирать их мне не особенно и хочется.

- Акихито, это грубо, так обращаться с рассказами, в которые вложены души наших предшественников.

- Я не испытываю никакого уважения к бумажкам “наполненным душой”, - с горькой улыбкой произнёс я и принялся поднимать, упавшие журнала.

11 апреля, среда, обеденный перерыв.

В литературном клубе особое событие. Клубный журнал «Шибахимэ», который выходит ежеквартально, отпраздновал двухсотый выпуск этой весной. И нам захотелось сделать что-то необычное. Мы пришли к идее выпуска юбилейного номера, в котором будут опубликованы лучшие из ранее вышедших работ. Вот почему президент литературного клуба Мицуки и вице-президент - я, занимались отбором рассказов.

Столы и стулья в литературном клубе отличаются от тех что стоят в классных комнатах. Два больших стола, стоящих посреди комнаты, заняты стопками журналов. Всё это рассказы, некогда опубликованные в «Шибахимэ». Отбором заняты всего два человека. В клубе состоят ещё три, которые никогда не приходят. Да и если бы они пришли, то скорее бы замедлили весь процесс. Хотя отбор и кажется пустой тратой времени, я всё равно с ответственностью подхожу к этому делу.

- Так, а здесь у нас детектив с научной фантастикой. Эх, детективная часть страдает, мотив героев не раскрыт.

- Тогда можешь просто его пропустить, - вздохнул я.

Мицуки опускает свою голову.

- Я думала, что мистика и романы должны были быть нашей сильной стороной. Но ты хочешь сказать, что в них не происходит ничего интересного? И даже в хоррорах и в боевиках?

- Ну, смотри на своё усмотрение.

- Как скажешь, - говорит Мицуки и протягивает мне стопку рассказов. - Вот это сказка и притом весьма интересная.

- И как называется?

- “Красная Шапочка без шапочки”.

- И в чём тогда вообще смысл этой красной шапочки!? - выкрикнул я по неосторожности.

Странно, зачем Красной Шапочке снимать свой самый главный атрибут одежды. Да, таким образом можно создать совершенно нового персонажа, но это будет уже не Красная Шапочка.

- Ты правда всерьёз к этому относишься?

- Да. Я же первый раз этим занимаюсь и ещё не разобрался что к чему.

Мицуки вдруг делает серьёзный вид. Я понял. Я наговорил лишнего. Хотя и не уверен. Конечно, мы оцениваем рассказы по сюжету и писательским навыкам, но судить о книге по названию было слишком. В конце концов мы просто выбираем те, которые нам больше всего нравятся.

- Извини, - произнёс я.

Спустя время я достаю сэндвичи, которые взял сегодня на обед, и теперь просматривать рассказы приходится одной рукой. И всё таки мы не осилим все эти стопки журналов, даже приходя в клуб после занятий.

- Это надо признать новым видом пыток.

Мицуки отбрасывает номер «Шибахимэ», который смотрела, откидывается на спинку стула и начинает смотреть в потолок. Мой взгляд, как человека сидящего прямо напротив, устремляется на грудь Мицуки. Она растянулась по анатомическим причинам, но не потеряла своей округлости. И если честно, всё это странно. Возможно я даже никогда не пойму этого. В любом случае я не разделяю чувств тех, кто превозносит большую грудь в девушках больше всего.

- Эй, Акихито.

Мицуки выпрямляется на стуле и смотрит прямо на меня. Смотрит, как на кучу собачьего говна. Я должен держаться и не подавать виду, что смотрю на её грудь.

- Что это?

Если сейчас убрать свой взгляд, то наказание за такой поступок не заставит себя ждать. Поэтому я продолжаю смотреть на грудь Мицуки.

- Ты извращенец, Акихито.

- Но я же так усердно работаю.

Это была просто шутка. Я пожимаю плечами. Кажется Мицуки больше не хочет прихлопнуть меня.

Давайте ка я лучше расскажу от наших с Мицуки отношениях. Насе Мицуки. Член семьи, которая управляет этими землями. Она ученица второго класса старшей школы. Прежде всего, следует отметить, что достоинство, которое, похоже, воспитывалось знаменитой семьей, вылилось и в повседневную жизнь. Гладкая белая кожа, большие, словно мраморные, глаза и пухлые губы. Блестящие черные волосы, простирающиеся до талии. Это так называемая “красивая девушка”. Отпрыск влиятельнейшей семьи, ученица второго класса старшей школы и глава литературного клуба. Нет конца тем, кто окучивается вокруг клуба ради того, чтобы увидеть её красивую фигуру и большую грудь. Но в роли дворецкого, я выметаю всю эту грязь. Нет, давайте выражусь более точно. Я отпугиваю проходимцев от вступления в клуб, не стесняясь употреблять даже такие слова, которые ученики младших классов средней школы не решаются произносить во время пубертатного периода.

- Я думаю будет лучше, если в клубе появятся новые люди, - пожаловалась Мицуки.

Ну да, эти рассказы сведут нас в могу.

- А как же то, что мы договорились работать вдвоём, не привлекая лишних людей?

- Так в этом и проблема - нас слишком мало.

Наступает тишина. Мицуки не хочет оставлять клуб в нынешнем состоянии. Видимо новых членов не избежать. На моём телефоне начинает звонить будильник. Я достаю его и выключаю. Не хочу говорить правду, поэтому решил просто покинуть комнату.

- Я выйду на минутку.

- Собираешься бросить меня тут одну разбираться с этими журналами?

Мицуки отрывает глаза от книги и смотрит на меня исподлобья. Я встаю и отвечаю ей.

- Нет конечно. Наверстаю упущенное после занятий.

- Не хочу слышать никаких оправданий. Скажи причину, - приказным тоном произнесла темноволосая девушка с совершенно спокойным лицом.

Видимо у меня не получится легко отвязаться и уйти. Нет другого выбора. Пришлось придумать оправдание.

- Ну знаешь. Как их там… физиологические потребности.

- Какая цель? Вместо того, чтобы оправдываться физиологическими потребностями… У тебя уже выработалась привычка. Ты уходишь каждый раз, будто бы тебя приучили, как собаку Павлова.

Конечно физиологический феномен, связанный с собакой Павлова удивителен. Ну знаете. Павлов звонил в звонок каждый раз, когда кормил свою собаку. От еды у неё выделялась слюна. А после вызвать слюну у собаки можно было одним лишь звонком. Но это всё не имеет значения. Во всяком случае, любые средства хороши. Мне нужно покинуть клубную комнату и как можно скорее.

- В любом случае, если я сейчас не пойду, то обмочу всё вокруг. Я думаю, что тебе не хотелось бы, чтобы я обоссался в клубной комнате.

- …

Я чувствовал, что за мной следят и через несколько минут убедился в этом. И правда как только я вышел из клубной комнаты, то сразу почувствовал чьё-то присутствие. Ладно, я правильно сделал, что не рассказал Мицуки правду. Пока буду притворяться, что просто хожу в туалет. Это и выглядит более естественно. Я же выхожу просто по своим потребностям.

Маленькая девушка смотрит на меня из тени лестницы. Может она и хорошо прячется, но меня не проведёшь. Новенькие очки в красной оправе выдают её. В очках я не могу ошибаться. Я могу определить человека лишь завидев его очки. Ну во всяком случае этого человека. Курияма Мирай прицепилась ко мне с того дня. Для меня уже не новость, что она следит за мной.

- Фух, - пробормотал я себе под нос и продолжил идти вперёд, как будто ничего не происходит.

Через некоторое время я неожиданно оборачиваюсь. Реакция девушки оказывается немного запоздавшей. Она была только на полпути от следующего столба, чтобы вновь спрятаться. Вообще не подозрительно. Более того, она уже поняла, что прятаться поздно и смирилась.

- Кажется, это моя вина, - намеренно произнёс я и пошёл дальше по коридору.

Ещё через время - снова оборачиваюсь. Девушка быстро останавливается и делает вид будто всё это время стояла облокотившись об стену. Теперь она даже не пытается скрыться, смотрит на меня словно восковая фигура. Абсолютно безэмоциональный взгляд. Аж до мурашек. Мне даже страшно стало. Меня испугала мысль, что меня пугает маленькая миленькая девушка в очочках.

Пройдя ещё немного, я снова оборачиваюсь. Девушка стоит неподвижно на одной ноге. Она что думает, что я могу видеть только движущиеся вещи? В следующий раз, как я оборачиваюсь она уже просто идёт за мной и смотрит. Она чуть наклоняется и замирает. Страшно, страшно, страшно. Что вообще происходит? Меня испытывают? Испытывают моё терпение?

- …

Минута проходит в состоянии пристального зрительного контакта. О чём она вообще думает? В любом случае, если её что-то напугает на таком близком расстоянии, то всё закончится так же как и на крыше. Не думаю, что было бы хорошо вымазать здесь всё своей кровью, внутри школы, ещё и в дневное время. А что если нас при этом увидят?

Я ищу взглядом безлюдный коридор, в который можно было бы свернуть, чтобы нас не увидели. Пока я отвожу взгляд, девушка открывает технический шкафчик, чтобы спрятаться в нём. Однако, она сразу ступает ногой в ведро, и швабра из шкафчика падает и ударяет её по голове. Она наделала много шума и так ещё и упала в итоге. Другие подростки рефлекторно заглянули бы ей под юбку, но не я. Я смотрю на её большие... очки в красной оправе, чтобы убедиться, что они не сломались. Получилась комичная сцена, но не думаю, что стоит смеяться вслух.

- Ты в порядке?

Она поправляет очки и делает вид, будто ничего не случилось.

- Камбара-семпай, какая неожиданная встреча.

- Неожиданная встреча!? Неожиданно, что ты пыталась спрятаться от меня в шкафчике!? Или “неожиданная встреча” - это популярная фраза у преследователей!?

- Раздражаешь.

Встав на ноги, девушка начинает вытирать пятна на своих очках специальной тряпочкой. Обнадёживает, что она всё-таки заботится о них в такой ситуации. Я наблюдаю за младшеклассницей, так усердно вытирающей свои очки, и кажется она даже не собирается заканчивать. Кажется я понял её.

- Независимо от того, как долго ты будешь вытирать очки - это не даст оправдание твоему странному поведению.

- Д-д-д-д-д-д-а? Я и не думала об этом.

- Твои глаза тебя выдают.

- Семпай говорит какие-то глупости.

Девушка закончила. Не знаю почему я злюсь, но она неплохо выглядит для странной девушки в очках. Курияма наклоняет голову и делает вопросительное выражение лица.

- Ты неправильно всё понял.

- Я всё правильно понял. Я беспокоился о твоих очках.

- Я не об этом. Зачем мне оправдываться?

- То есть теперь у тебя такое оправдание?

- Ха-ха. Прости, прости.

Сказав это, девушка быстро убегает. Я улыбаюсь и провожаю её взглядом. Есть что-то милое в её крайне подозрительном поведении. Думая об этом, я понимаю, что развал, который она устроила в коридоре убирать придётся мне. Ну что ж, поскольку виновник уже ушёл у меня нет выбора, кроме как прибраться. Я вздыхаю и мой вздох хорошо раздаётся в пустом коридоре.

Комната литературного клуба после занятий.

- Мда.

Я бесплодно работал над отбором. Переворачивал страницу. Прочитывал страницу. Переворачивал страницу. Прочитывал страницу. Переворачивал страницу. Прочитывал страницу. Только время зря тратил. В тишине я даже начал слышать слуховую галлюцинацию: секундная стрелка часов тикала хаотично, а не периодично. Меня бесило даже то, что я держал в руке так называемый “рассказ”. Но это же просто словесный понос.

Не думаю, что это правильно, но мы должны кого-нибудь ещё привлечь к этому делу.

- Где остальные трое членов клуба? Чем они занимаются?

- Не знаю, - ответила Мицуки, расчёсывая волосы против корней.

Я смотрю на “Шибахимэ” и думаю: “Зачем я вообще всё это выбираю?” Мне наскучило. Производительность упала из-за отсутствия мотивации. Поэтому пора уже заканчивать. Смотрю на часы. Почти восемь вечера. Я решаю начать собирать свою сумку.

- Акихито, ты понимаешь чувства цундере?

- Ничего себе. А что случилось? Никогда не думал, что услышу это слово в реальном мире.

- Я не понимаю цундере: “Это из-за тебя” или “Я тебя ненавижу”. Это же неприятно. Если тебе такое нравится просто скажи.

У меня нет выбора. Есть границы, через которые переступать не стоит. Вот я и говорю.

- Тебе стоит воздержаться от подобных высказываний, а то наживёшь себе врагов. Если бы ты была известным человеком, то наверняка получила бы всеобщую ненависть.

Черноволосая девушка внезапно затихает. Она выглядит хорошо в этом полумраке. Однако мне жалко, что она так послушно себя ведёт.

- Ну, я не думаю, что тебя это остановит?

- Если я промолчу, то буду популярной?

- Вот это поворот.

Немедленное решение стать союзником, а не врагом, означает лишь, то что в случае с Мицуки персонаж меняется, а не становится цундере. Я рад что мои опасения были напрасны. Не так-то и просто уживаться в клубной комнате вдвоём.

- Ну это ведь нормально, людям иметь разные вкусы, правда?

- Конечно.

Всё время разговора Мицуки читала рассказ из старого выпуска “Шибахимэ”. Там что была история, в которой одна из героинь была цундере? Если так, то это объясняет такую неожиданную тему для разговора. В этот момент я вдруг подумал про Курияму Мирай. Это девушка, которой очень идут очки, напала на меня, не сказав причины. Есть в ней что-то особенное. Нам трудно установить диалог друг с другом. Хоть я и сталкиваюсь с ней каждый день, но заговорить пытаюсь только я. Нет причин, чтобы я не хотел её видеть, но это немного раздражает, особенно когда я спешу.

- Акихито, - внезапно было названо моё имя.

Я перестаю думать и оглядываюсь на Мицуки.

- Если ты не приложишь достаточно усилий, то твоя мечта, что я признаюсь тебе в любви на выпускном так и не сбудется. Или может быть ты влюбился в другую девушку?

Ситуация накаляется. То что я думал о других девушках, было так очевидно? Или это просто написано на моём лице? Во всяком случае, есть вещи, которые я обязан отрицать.

- Когда это у меня была такая мечта?

- Ты хотел признаться сам?

Мицуки делает наиграно вопросительное лицо. Она опустила меня в грязь лицом.

- Нет не хотел. Ответ же был прямо в вопросе.

- А я думала, что ты извращенец, которому нравятся большие сиськи.

- Не надо обо мне так низко думать!

- Ну почему же. А как же любовь к подруге детства?

Лицо её расплывается в лёгкой усмешке. Интересно, это что - поражение? Кстати, мы с Мицуки друзья, но встретил я её только после поступления в старшую школу. У меня не было старых друзей, которые бы меняли своё место жительства.

- У тебя хобби такое - едко шутить надо мной?

- Это скорей просто стиль жизни, чем хобби. И не могу я же обделить своего любимого пёсика.

- Не говори так! Я же не животное тебе какое-то!

После этих слов, она теряет свою задорную эгоистичную улыбку. Мы слишком много наговорили друг другу, хотя и не то чтобы слишком враждебно были настроены. Напротив, у нас всегда были такие необычные отношения между собой. И это здорово, но в то же время всё это может когда-то перерасти в ссору.

- Кстати, Акихито.

- Что?

- Я хочу поговорить про Курияму Мирай, - её лицо резко стало серьёзным.

Я поражён этими словами. Я не ожидал такого. Но если подумать - так должно было случиться. Всё-таки она из семьи Насе. А весь наш разговор возможно был лишь подготовкой к тому, о чём сейчас пойдёт речь.

- … так ты знаешь?

- Всё может быть, Акихито.

Мицуки кладёт выпуск “Шибахимэ” на стол.  Вязкая атмосфера наполнила клубную комнату.

- Она же ничего плохого не замышляет?

- Мы всё ещё в этом не до конца уверены.

- Хм?

- Нет необходимости говорить подобное. Насе - семья, которая ведёт наблюдение за этой территорией, и мы преуспели во многом, поэтому не допустим преступного поведения на нашей территории.

- Но всё же у вас возникли проблемы всего лишь с одной школьницей.

- Ну, мы следим не только же за одной школьницей.

- Это уже следствие.

- Сейчас в этот район прибывает много воинов потустороннего мира. Так что в случившемся нет ничего удивительного, но всё ещё не известно, что же их сюда тянет.

- И один из этих воинов Курияма?

- Да, верно. Но до сих пор не ясно групповое это действие или одиночное.

- А со мной можно о таком говорить?

- Я доверяю тебе, Акихито.

Мицуки редко говорит комплименты. Но в следующий момент она произносит мне механическим голосом.

- Так что не становись нашим врагом.

После этого темноволосая девушка встаёт, берёт свою сумку и элегантно покидает клубную комнату, которую я уже стала считать своим домом. Повсюду разбросаны журналы. У не меня нет выбора - придётся убраться. Необходимо же соблюдать ухоженный вид клуба.

- Ну, в любом случае, отбор продолжим завтра.

Пришло время выключать свет.

- Камбара-сэмпай.

Этот тихий голос донёсся из тёмного пустого коридора у меня за спиной, который вероятно я мог не услышать, так что решил не оборачиваться. Есть только одна младшеклассница, знающая моё имя в этой школе. Конечно же, когда я поворачиваюсь в направлении, из которого был слышен голос, то тут же вижу девушку в красных очках. Когда-то я мечтал, чтобы вот так со мной заговаривали новенькие ученицы, но те времена давно прошли. И сказать честно, сейчас я и вовсе не в восторге от этой ситуации. Не так сложно понять почему. Потому что это Курияма Мирай.

- Разве нельзя встречаться раз в день?

- Ты устроил мне номер во время обеденного перерыва, но сейчас я подготовилась.

Мой вопрос был полностью проигнорирован. И ещё. Никому я никакой номер не устраивал. Она сама себе выкопала яму. Но если я указал бы ей на это, то всё стало бы только хуже. Так что я решаю идти по привычному сценарию.

- И чего ты хочешь?

- Как ты думаешь, разве может тот, кто специализируется на убийстве йому, позволить йому сбежать?

- Я не думаю, что должен быть пойман таким человеком. В моём случае я - не йому, а полукровка - помесь человека и йому. Причём моя йому-половина не взяла надо мной контроль. Во всём остальном я обычный старшеклассник с немного необычным телом. Я думаю такой профессионал, как ты, могла бы просто игнорировать такую мелочь, как я.

- Раздражаешь.

Сказав это, Курияма поднимает свою левую руку, на которую надето множество браслетов вплоть до уровня груди. Затем она снимает все украшения и развязывает окровавленную повязку, спрятанную за ними. Из обнажённой раны начинает течь свежая кровь. Не долго думая, я отворачиваюсь. Однако именно тут и разворачиивается удивительная картина. Во-первых, кажется, что кровь текущая по руке, будто бы живая. Алая жидкость собирается на ладони Куриямы, будто у неё была воля к тому, чтобы двигаться. В конце концов жидкость заполнила всю её ладонь и затем превратилась в тёмно-красно твёрдое вещество. Кристаллизованная кровь - она начинает формировать клинок около метра длиной. Безумное оружие, которое появляется таким же безумным способом. Превращение своей собственной крови в клинок и сражение им - опасный приём даже против полу-йому, который знает, что после всех полученных ран останется в живых.

В той же манере, в какой обычно держат мечи, Курияма держит свой тёмно-красный клинок. По длине он такой же, как бамбуковый синай1, но способен быстро менять свою форму. Трудно будет увеличить дистанцию между нами, к тому же у неё выдающиеся боевые способности, так что мне придётся смириться. Я пожимаю плечами и пытаюсь заговорить.

- О, Курияма, ты начала шоу, хотя и знаешь о моих способностях.

- Бесполезно хвалить.

- Я и не хвалю.

Курияма пальцем поправляет свои очки в красной оправе и корчит неестественно счастливое выражение лица. Я не очень понимаю Мицуки, но в перепады настроения у этой младшеклассницы я и вовсе не втыкаю.

- Во всяком случае, на этом этаже сейчас кроме нас двоих никого нет.

Так вот почему она выглядит так счастливо.

- Давай начнём битву.

Она играет роль того, кто сражается с йому и людьми, одержимыми йому, с древних времён. Они называются воинами потустороннего мира. Хотя со свободой выбора профессии в нынешнее время всё хорошо, число людей, которые могут зарабатывать на жизнь на существах из потустороннего мира крайне ограничено. Курияма похоже происходит из настоящей семьи потусторонцев, члены которой поколениями занимались этим. Она последний член семьи. Да, она рассказывала мне об этом.

Кажется Курияма не может остановить свою способность, когда видит йому. Неясно, была ли она врождённой или приобретённой. Но если она не может сознательно контролировать себя, то это скорее “кровавое проклятие”. И в таком случае это вовсе не шутка. Да это даже не похоже на шутку. Всё потому, что истории о йому и одержимых не всегда весёлые. Было бы ещё хуже, если весёлых историй вовсе не было. В голове один негатив только при мысли об этом. Как будто прочитал плохой рассказ.

Необоснованное нападение потусторонки, нескончаемая погоня и ожесточённая битва с Куриямой, закончились примерно через полчаса. На это даже нельзя пожаловаться. Даже на бег в коридоре, ведь он запрещён и за него могут отстранить от занятий. Я ласково обращаюсь к младшекласснице, которая заметно замедлилась.

- Ты в порядке? Выглядишь бледной.

Отдыхивающаяся Курияма, смотрит на меня.

- Всё потому, что ты, семпай, бегаешь кругами.

- Да, а вот у тебя как-то не особо получается, - произнёс я.

На этот раз юная девушка, на которой так хорошо сидят очки, задаёт мне вопрос.

- Сэмпай, а ты что, почти не устал?

- Не совсем. Просто у меня больше физической силы, чем у обычного человека, - ответил я расплывчатым тоном.

Но ведь была и другая причина, по которой выносливость Куриямы-сан была низкой. Но я опустил её. Мне кажется, что она и не хотела мне навредить.

- …

Маленькая девушка превратила тёмно-красный клинок обратно в жидкость и вернула его в рану на левом запястье. Она завязала повязку и надела браслеты обратно. А я просто наблюдал за ней всё это время.

Способности, лежащие за пределами человеческих возможностей - особенность воинов потустороннего мира, которые существует уже давно. Она - часть клана, члены которого способны превращать свою кровь в клинок, чтобы сражаться с йому. Курияма Мирай - действительно странная девушка. В любом случае, похоже, что конец битвы был ознаменован исчезновением кровавого клинка.

- Впервые вижу бессмертного йому. Как глупо.

- Впервые вижу такого агрессивного и воинственного потусторонца, как Курияма Мирай. И я много раз говорил, что воспринимаю тебя не, как убийцу йому, а просто, как обыкновенную старшеклассницу.

Я пожимаю плечами. Немного необычно. Согласен. Существо, которое не является ни йому, ни человеком. Курияма выглядит озадаченной.

- Тебя что-то волнует?

- Твоё бессмертие - оно ведь не совсем бессмертие, не так ли?

- Да, я не могу умереть от болезней или ран. Но я всё равно старею и когда-нибудь умру.

- Понятно.

На меня произвело впечатление, как Курияма опустила голову после ответа. Всё таки когда она не настроена на битву, каждое её движение выдаёт в ней хрупкую девушку. Это уникальный шанс, я смогу получить ответ на свой вопрос.

- С твоим кланом мне всё понятно. Вы превращаете кровь в клинки, чтобы сражаться с йому. Но что насчёт механизма этой способности. Как тебе удаётся ей управлять?

- Я не знаю. Но кажется, что я могла свободно манипулировать кровью с того момента как узнала, что это вообще можно делать.

Курияма резко подняла взгляд на меня. Слегка сползшие на кончик носа её очки выглядят очень симпатично. Всё же из этой фразы я ничего так и не смог понять, так что остаётся только запастись терпением и ждать продолжения.

- Почему я вообще должна рассказывать это семпаю!?

Девушка убегает с раздраженным видом. Она - младшеклассница с очень трудным чувством расстояния. Мне жаль. И какой уже раз за сегодня я глубоко вздыхаю.

Пойду домой.

12 апреля, четверг обеденный перерыв.

Одно из популярных мест в школе куда можно пойти - это кафетерий. Ничего необычного, просто кафетерий, в котором можно купить поесть. Конечно город у нас не самый большой, и кафетерий не такой большой, как в крупных столичных школах, но весьма приличный. В нём сейчас много народа, словно они пытаются убедить меня в моём же мнении. В живой, но весьма спокойной обстановке ученики из богатых и бедных семей обедают вместе. Я иду с подносом мимо хлеба и гарниров. Сзади находится окно заказа, где можно выбрать блюдо, которое тут же приготовят. В конце стойки стоят четыре кассовых аппарата, где оплачивается заказ.

Я замечаю у окна для лапши младшеклассницу, хорошо выглядящую в очках. Похоже она уже сделала заказ. На её подносе стоит кицунэ удон. Я бы её и не заметил, если бы мы встречались нечасто, но она уже начала вписываться в мою повседневность и не заметить эту девушку было просто невозможно. Я решаю подойти и поздороваться.

- Привет.

Я улыбнулся Курияме, которая подняла поднос и обернулась на меня. Девушка тут же начинает нервничать. Видимо одна подумала, что поднос занимает её руки и у неё не получится защититься, если я проведу атаку. От тряски рук кицунэ удон немного расплёскивается из тарелки. Действительно неудобно, ведь у стойки уже не было места, чтобы поставить поднос, потому что очередь неумолимо двигается. Я нежно спрашиваю, растерянную смотрящую по сторонам Курияму.

- Ты хочешь купить этот удон?

- О, спасибо тебе большое!

Она даёт мне поднос. Сжимает руку в кулак и начинает готовиться к атаке. Однако неоплаченный кицунэ удон теперь лежит уже в моих руках. Она явно разочаровалась и стала недовольно смотреть на меня.

“Нет, я конечно благодарна, но...”

“Я не могу атаковать”

“Блиииин, у него кицунэ удон”

Я понял её и без слов. Тут же Курияма прикусывает губу и быстро скрывается прочь.

- Эй, эй, ты куда!? А как же твой удон?

Но она меня не услышала. Что ж придётся купить этот удон. Хотя он один из самых дешёвых в столовой. Я плачу за него и покидаю прилавок. В кафетерии стоят длинные столы с лавками на два или четыре человека по каждую сторону от стола. Оглядевшись, я замечаю вдалеке знакомую фигуру.

- Не ожидала тебя встретить в кафетерии.

- Звучит так, будто я хожу только в клубную комнату.

- А разве нет?

Не отвечая на её глупый вопрос, я сажусь на место напротив Мицуки. На её подносе лежат спагетти и салат. Странно. Размер её груди не пропорционален количеству съедаемой ею еды. Она вновь начинает говорить с абсолютно невинным взглядом.

- Хорошо, не буду отрицать. В любом случае, у меня очень грустная школьная жизнь, ведь я общаюсь лишь с Акихито, которые поедает рис в туалете.

- Минуточку. В таком контексте это у меня грустная жизнь. В смысле, что может быть печальней чем есть рядом с унитазом? Не думал что кто-то может представлять меня в таком глупом месте.

- Ты притворяешься, что у тебя есть друзья?

Взгляд Мицуки стал похож на взгляд дьявола.

- Разве мы с тобой не друзья, Мицуки?

- Ой, не расслышала. Повтори погромче.

- Разве мы с тобой не друзья Мицуки!?

- Держи себя в руках, Акихито. Тут нельзя так кричать, как ты это обычно делаешь в клубной комнате.

Я смотрю вокруг. Кажется никто и не заметил моего крика. Все заняты своими разговорами. И всё же правда не стоит так сильно шуметь. Но почему бы ей не ответить мне сразу, не принуждая к этому смущающему диалогу?

- Я не могу назвать это настоящей дружбой, потому что ты пытаешься узнать наверняка - друзья ли мы. Иначе получается, что у тебя может быть миллион друзей по всему миру.

Первое - это противоречивая теория. Второе - теория насилия.

- Лучше качество, а не количество.

- Так всегда говорят те, у кого мало друзей.

- Не ты ли была той, кто сама пришла ко мне? В любом случае давай закроем эту тему.

- Да что ты. Я же просто шучу.

- То есть это было преднамеренно?

Вау! Она может быть не такой едкой. Раскрывает себя с разных сторон. Я делаю глоток воды, а затем сыплю на удон шичими. Есть лапшу без приправы не очень то и вкусно.

- Акихито.

- Что?

- Как бы сказать. На бутылке написано, что это шичими, но внутри молотый чёрный перец.

- Да, так и есть.

Чёрные кусочки перца лежат на мясе. Я надеюсь, что не будет слишком перчёно.

- Удон и с перцем тоже едят.

Я разъединяю одноразовые палочки, поднимаю миску и подношу её ко рту. Пить бульон - вкусно. Возможно я никогда для себя бы это не открыл, если бы не встретил Курияму.

- Акихито, а ты не так глуп. Я всё думала, что какой-нибудь идиот скажет: “Ух ты, чёрный перец в бутылке из под шичими! Нет сомнений, никто кроме Мицуки не мог такое сотворить!”

- А под этим идиотом ты представляла меня?

- Ну, это не имеет значения.

Мицуки отклонила мои замечания, как Галилео отклонил гелиоцентризм. Ну и ладно, мне всё равно. Как и всегда. В любом случае, я продолжу ждать, когда она начнёт тему, о которой действительно хотела поговорить. А пока наверну удона. Это должно быть что-то важное, раз она решила сообщить мне об этом в шумной столовой, а не в клубной комнате.

- Я сегодня не приду в клуб. У меня появились срочные дела после школы.

Я замираю с куском тофу между палочек. Причина её пропуска очевидна, исходя из того, что она сказала мне вчера про потусторонцев, прибывающих в город. И одним из этих потусторнцев является Курияма. Теперь то всё понятно. У неё явно нет времени на бесполезные занятия.

- Это связано с тем, о чём мы говорили вчера?

- Возможно. В любом случае, Акихито, ты должен работать над юбилейным выпуском Шибахимэ.

- Может есть что-то, о чём я должен знать?

- Разве я тебе уже не рассказала обо всём?

С подозрительным взглядом Мицуки накручивает на вилку спагетти. Как только она накрутила достаточно, то сразу положила её в рот. Она ест как все, но в её трапезе есть нечто элегантное. И всё же я надеюсь, наш разговор не окончится на этом.

- Ты предложила мне сесть с тобой ведь не ради того, чтобы сказать, что сегодня не придешь в клуб?

- Не очень то мне по душе твоё любопытство, но ты прав. Есть мне, что тебе сказать.

Черноволосая девушка меняется в выражении лица. В этом оживленном кафетерии всё было как всегда, но атмосфера стала тревожной.

- Сейчас я начну рассуждать вслух.

- Хорошо.

- Ты можешь не перебивать когда я рассуждаю вслух!

- …

- Ну и каков ответ?

Ответ на что?

- Понял.

- Я говорила тебе, что в наш город стало прибывать много потусторонцев. Но количество их столь велико, что за каждым не уследить. Да и не нужно здесь их так много. Не странно ли это?

Я сильно задумался, так же сильно, настолько быстро я съел удон с перцем. Почему она замолчала? Пытается подготовиться к тому, что ей предстоит мне сказать? Или просто думает как уйти от этого? Объяснением стало то, что она сказала мне дальше.

- Тебе не стоит совать свой нос в чужие дела, Акихито.

После школы, напротив литературного клуба.

В конце концов, перерывы на обед повторяются регулярно, но поскольку студенты обременены занятиями, то это длится лишь ограниченное время. Вот почему молодёжные романы, героями которых являются ученики старшей школы, происходят преимущественно во время летних каникул и после школы. Пока я представлял себе развитие подобных событий, сзади прозвучал голос.

- Камбара-семпай.

Я посмотрел на юную девушку, которая только, что встретилась мне. Мицуки вероятно предполагала, что так произойдёт. Девушка в очочках стояла настороже, потому что не знала о моих намерениях. Не думаю, что Курияма способна навредить семье Насе. Во всяком случае она должна быть меньшим из зол.

- Семпай?

- Курияма, может поговорим?

С этими словами я показываю девушке на дверь клубной комнаты, потому что не могу оставить это так и не воспользоваться шансом. Мы входим в комнату. Я кладу сумку на стол, куда обычно её и ставил. Курияма, не будучи членом клуба, была поражена высокими книжными шкафами, которые наверно являются единственной собственностью литературного клуба. Эти стеллажи содержат книги, собранные предыдущими поколениями членов клуба без какой либо проверки и забиты произведениями разных жанров от хорошей литературы до развлекательных романов и манги. Конечно ещё есть и большое количество разных сочинений, методичек и специальных книг.

Курияма молча рассматривает книжную полку. На первый взгляд она напоминает книжного червя из-за её хрупкой маленькой фигуры и больших очков. По крайней мере, вы бы даже не подумали, что она может быть воином потусторонненего мира, орудующим кровавым клинком. И мне если честно не нравятся школьницы, которые выглядят как потусторонцы. Несмотря на это, в литературном клубе я впервые нахожусь один на один с девушкой, и притом не с Мицуки. В любом случае, я обращаюсь к девушке, которая не сводит глаз с книг, чтобы перейти к основной теме разговора.

- Курияма.

- Что это?

Отвечая, Курияма протягивает руку и берёт с полки книгу в мягкой обложке. Это дебютная книга одного известного писателя. Не хотелось бы мне отвлекаться на неё в своём разговоре. Но к сожалению, в реальном мире нельзя всё решить волшебной фразой: “Возвращаясь к теме разговора...”.

- Тебе кто-то сказал прийти сюда?

- Э-э-э. Что ты имеешь в виду?

- Мне сказали что я должен держаться от тебя подальше.

Эти слова сорвали ход её мыслей, и она выронила книгу из рук.

- Курияма?

- Я знаю, что ты ненавидишь меня. Никто меня не любят, даже в блоге и в твиттере меня наводнили одни толли.

- Ты чего? Ничего подобного. Я на твоей стороне, - сказал я, пытаясь успокоить её.

Она ведёт указательным пальцем вдоль книг на полке. Вы должно быть подумаете, что она даже не знает, что такое двойной щелчок мыши, но просто посмотрите на неё. Она же ребёнок современности. Интересно почему люди негативно комментируют её блог и твиттер? Ну, учитывая поведение Куриямы - не удивительно. Она хорошая девушка, не грубая или что-то ещё, но ей очень не хватает одного важного качества - здравого смысла, который возможно является самой важной вещью в мире.

- Может вернёмся к теме.

- Только из-за того что ты - семпай, я не дам тебе свой контакт.

- Да не твой контакт я хотел спросить! Я хочу узнать, кто тебе сказал сюда приехать.

Поджав губы, девушка начинает трястись.

- Не правда, не правда! Ты хочешь потом найти мой блог, - а после тихим голосом произносит. - В любом случае это будет забавно.

Что ж, обратно к теме.

- Разве это не чья-то просьба?

- Даже если это была бы чья-то просьба. Ты думаешь, я бы легко в этом призналась?

Настроение Куриямы внезапно изменилось. Обычная девушка вмиг превратилась в потусторонку. Просто беседа - одно дело, но с ней нелегко вести разговор на темы, связанные с йому.

- Если ты меня в это посвятишь, могу предложить тебе классные очки, если твои сломаются.

- У меня есть запасные очки дома.

Есть очки, которых я не видел!? Я продолжил, подавляя навязчивые мысли.

- Курияма, расскажи мне об этих очках побольше.

- Чего?

- Я всего лишь прошу рассказ на триста слов, о красоте очков, которые лежат у тебя дома. Нет, ты права... невозможно описать привлекательность очков двумя листами текста. Ладно, не будет ничего страшного, если ты даже напишешь пять тысяч слов.

- Это просто очки. Их серийно производят.

- Даже обыкновенные очки наделяются собственной индивидуальностью, когда их носят. Я хочу узнать жизнь, которую ты видишь сквозь эти очки.

- Раздражаешь.

У неё действительно странное выражение лица. Не то чтобы мои выходки сильно раздражают её. Скорее, в её прошлом было что-то, чем она не хотела делиться. Ладно, у меня больше нет желания её об этом расспрашивать. Стоит сменить тему.

- Надеюсь, хотя бы не я являюсь твоей целью?

- Да. Меня никто не просил на тебя охотиться, но я не ожидала встретить здесь кого-то подобного тебе.

- А не могла ты не преследовать и не калечить кого-то, кого ты не ожидала?

Ну же. Поставь себя на моё место. Человека, которого постоянно пытаются убить. Но в любом случае, если я правильно истолковал ответ Куриямы, разве это не означало, что её попросили сделать что-то? Она великолепно проигнорировала мой ответ и вернулась к просмотру книжных полок. Может она искала что-то конкретное? Я решил продолжить разговор.

- Могу я задать ещё вопрос?

- Задавай.

- Ты собиралась помочь другим потусторонцам?

- А здесь есть другие потусторнцы?

Курияма повернулась ко мне с удивлённым выражением лица. Насколько же хорошо читаются эмоции на её лице. Я невнятно пожал плечами в ответ. Учитывая удивление на ее лице, казалось, что она не лжёт. Некоторое время спустя, Курияма в конце концов отвечает.

- Разве это не может быть просто совпадением?

По словам осведомлённых, воины потустороннего мира приезжают в этот район уже несколько недель. И, очевидно, они все здесь, потому что ответили на чей-то призыв. Девушка потупила на меня взгляд. Ну, не похожа она на плохого человека.

- Ты действительно ничего об этом не знаешь?

- Я бы не соврала о чём-то таком, - мигом ответила Курияма

Я задал ей последний вопрос, используя более мягкий тон голоса.

- В таком случае у меня есть только один последний вопрос. Почему ты продолжаешь преследовать меня?

- В тебе есть что-то интересное, Камбара-семпай.

- Я тебя заинтересовал? - дрогнул мой голос.

Это первый раз, когда юная девушка в очках говорит мне подобное. Нет, это первый раз когда девушка, младшеклассница, которой идут очки говорит мне подобное. Нет, немного не так. Позвольте мне исправиться. Впервые я услышал что-то подобное от девушки в очках, или от девушки младшекласснице, или от девушки потусторонки. Чёрт, ни одна девушка раньше не говорила мне, что я ей интересен. Даже как-то обидно.

- Что-то случилось, семпай?

- Нет, ничего. Но что тебя заинтересовало во мне?

- Кажется я тебе уже говорила. Я никогда раньше не видела бессмертного человека.

А. Так вот оно что.

- То есть ты нападала на меня, чтобы проверить действительно ли я бессмертен?

- Нападала?

На ее лице снова появилось любопытное выражение. Я вынужден отказать ей, даже при том, что ей идут очки. Всё потому что мне уже надоело мириться с её выходками.

- Ты неосознанно что ли нападала на меня?

- Нет, просто я пыталась познакомиться.

Она была совершенно уверена в этом. Я ломал себе голову, осознавая эту концепцию. Познакомиться… Психологический феномен, при котором повторяющиеся контакты смягчат отношения даже, если первое впечатление было плохим.

- А почему бы просто не познакомиться со мной. Тебе точно не нужно было нападать.

Она вопросительно наклонила голову. Глава клуба, которая психологически унижает меня и младшеклассница стремящаяся вспороть мне живот без всякого на то смысла. С такой командой ничего хорошего не жди. Причём жертва здесь я!

Во всяком случае я понял причину, по которой Курияма нападала на меня. Мне никогда не казалось, что она действительно пыталась убить меня. Если бы она использовала всю свою силу, то моя голова уже давно бы каталась по полу. Правда меня это не убило бы.

- Так что... знаешь, может быть, было бы лучше, если бы мы устраивали имитационные бои?

Курияма с сомнением смотрит на меня, словно говоря: «Определись уже».

- Послушай, у меня есть свои причины. Если ты хочешь узнать больше о моем бессмертии, тебе придется со мной сотрудничать

- А… ладно.

И ещё одна деталь, которую нужно иметь в виду. Я конечно особенный, но не сын миллионера.

- Если ты повредишь мою форму, то мне придётся покупать новую, а денег у меня не очень-то много. У тебя нет какой-нибудь кофты или свитера, которые ты собиралась выбросить?

- Нету. А разве ты не можешь просто заранее снять форму.

- Могут возникнуть некоторые проблемы, если я буду бегать голым по школе.

- А почему обязательно голым?

Правда, в этом не было необходимости. Она таинственно посмотрела на меня и наклонила голову. Я вытираю пот со лба, пытаясь понять, как выйти из этого затруднительного положения. Действительно, когда я использовал слово “голый”, то почувствовал что зашёл в тупик. Я знаю - надо сменить тему.

- Кстати, Курияма, почему бы тебе не вступить в литературный клуб? Мы ищем новых членов.

- Чтобы встречаться чаще?

- И это тоже, но в первую очередь литературный клуб - это пристанище воинов потустороннего мира, - сказал я, указывая на уникальный состав членов клуба.

У всех в клубе какая-то уникальная ситуация. Я очень твердо стою против вступления в клуб обычных людей, и не только потому, что не хочу, чтобы другие парни приближались к Мицуки. Ну и поэтому, скажем на девяносто процентов или около того.

- Посмотри на это так - у тебя будет больше шансов познакомиться со мной.

- Верно. Но я не планирую ни с кем сближаться.

- Но ты ведь не против подружиться со мной?

- Ты относишься ко мне нормально даже после того, как увидел мою силу, так что да.

Я мог бы сказать ей, по сути, то же самое. Многие, многие люди перестают нормально относиться ко мне, как только узнают о моей особенности. То, что Курияма не боится меня, когда узнала, что я бессмертен, должно быть, потому что она и сама была в подобной ситуации. Курияма Мирай знает, что значит быть отвергнутой.

Фигура маленькой девочки, которая опустила голову вниз, выглядит ужасно мучительно. Не потому, что она наконец-то встретила человека, который ее поймет. Нет она как будто говорит, что для нее это конец. Я решил вернуть ей настроение и снова спросил.

- Ну так что? Почему бы тебе не вступить в клуб?

- Нет, спасибо, - сразу ответила она. - Как я и сказала, я не планирую заводить друзей.

Курияму наполняют холодные и тёмные чувства, которые заставляют её отвергать новые знакомства. Всё что я мог сделать - пожать плечами и принять это.

- Хорошо. Но если я тебе понадоблюсь, то приходи.

Моя однокомнатная квартира, с видом из окна на бетонную стену.

Никто не откроет мне дверь. Никто не скажет: “С возвращением”. Так что я сам открываю дверь и вхожу внутрь. На автомате включаю телевизор, из телека раздаётся смех. Вероятно это какое-то шоу. Я переодеваюсь в домашнюю одежду, параллельно слушая телевизор, кладу свою сумку на её обычное место, ставлю набираться ванну и начинаю готовить ужин.

Омурайсу и салат. Идеальный ужин для старшеклассника. Вода в ванне набралась до нужного уровня, поэтому я выключаю воду и принимаюсь есть. Я уже привык к одиночеству. Телевизор помогает мне создать фоновый шум и немного сгладить одиночество, но в конце концов он делает только хуже. Я трачу тридцать минут на то, что мог бы съесть за пятнадцать. Мою посуду и снимаю одежду. Когда я только начал здесь жить, то был вовлечён в неприятный конфликт. Тем не менее, по сравнению с годами моей жизни, которые я провел в качестве кочевника, мое нынешнее положение было совершенно мирным.

- Фух.

Я сижу некоторые время в ванне прежде, чем выйти, быстро вытераюсь и одеваюсь. Нет необходимости иметь пижаму, потому что эту роль может выполнять просто домашняя одежда. Это жизненная мудрость помогает уменьшить количество белья. Я сажусь на кровать в одних трусах, слушаю новости, пока сушу волосы. Видимо, местная бейсбольная команда низшей лиги проиграла первые десять игр сезона.

Слава богу, Мицуки не было дела до бейсбола. Если бы она была фанатом одной из местных команд, чёрт возьми, я не знаю на сколько она была бы зла. Такому бродяге, как я, сложно понять людей, которые чувствуют сильную привязанность к месту, где они родились и выросли.

Внезапно я вспоминаю про Курияму.

“Я не знаю. Но кажется, что я могла свободно манипулировать кровью с того момента как узнала, что это вообще можно делать.”

Для обычного человека это должно быть звучало как слабое объяснение, но для необычного - это было невероятно точное объяснение, что мне даже нечего было сказать в ответ. Насколько она могла помнить, она могла манипулировать этим... Полагаю, она видела в этом совершенно нормальную вещь. Почему бы и нет?

А ведь я такой же. Я был бессмертным с самого рождения и предполагал, что это нормально. Индивидуалист - это нормально, когда он один. Только позже я встретил людей, которые были по-настоящему нормальными, и был вынужден признать, что это я был ненормальным. Мой мир рухнул, всё во что я верил - исчезло. Я всё ещё не забыл о муках, которые я тогда испытывал.

- И что мне делать?

Я перестаю сушить волосы на мгновение.

Курияма Мирай - не просто красотка в очках. Я ведь это знал с самого начала. В тот день, когда она попыталась меня убить - она была абсолютно серьёзна.

“Ты относишься ко мне нормально даже после того, как увидел мою силу…”

Она казалась такой одинокой, когда говорила мне это. Для меня это было достаточной причиной, чтобы захотеть защитить ее. Я бы не хотел, чтобы Курияма однажды взяла и исчезла. Плюс, поскольку Мицуки держит меня на расстоянии, вероятно, это вопрос времени, когда мои отношения с ней окончательно испортятся. Так что мне необходимо действовать. Но считается ли это нарушением моего обещания с Мицуки? Я не знаю. Но я знаю точно: у меня есть плохая привычка совать свой нос туда, куда не следует. И это не потому, что я очень хочу помочь. Просто делая себя незаменимым для других, я чувствую себя собой. И это чувство, которого мне очень не хватает, потому что я не человек и не йому, да и вообще никто. Когда другие люди чувствуют, что они нуждаются во мне, я испытываю чувство, что я кому то нужен.

И тогда мне кажется, что есть смысл жить.

13 апреля, пятница, обеденный перерыв.

Я должен был сразу пойти в клубную комнату, но у меня есть одно дельце. Поэтому я отправляюсь на крышу. Кстати, в школьных романах всегда есть сцены на крыше, именно поэтому похоже в последнее время авторы стараются избежать подобных сцен. Но если правильно использовать крышу, то она получит свою особую, чарующую атмосферу. Вот о чём я думал, поднимаясь по лестнице.

Кстати. Вообще, вход на крышу запрещён. На двери стоит замок с паролем. Но похоже некоторые старшеклассники узнали пароль и рассказали его другим. Кажется кто-то уже зашёл на крышу, потому что замок был открыт. Существует риск, что кто-нибудь запрёт человека на крыше, но ни один студент так не сделает, чтобы руководство школы не сменило замок.

Я нарушаю правила и поднимаюсь на крышу, чтобы встретиться с одним человеком. Если бы не чрезвычайные обстоятельства, в которых я оказался, я бы не удосужился встретиться с ним. Позвольте мне теперь прояснить одну вещь. Хотя я и люблю справедливость, но я человек, который не любит неприятности. Я просто хочу сделать первый шаг. Человека, которого я ищу, я замечаю краем глаза. Сейчас середина апреля, и все же у него на шее завязан причудливый шарф. Он лежит, растянувшись на одном конце крыши. Я зову его по имени.

- Хироми.

- Для тебя - уважаемый Хироми, - ответил парень, поднимаясь.

Он на последнем году обучения, поэтому и сказал мне так к нему обращаться. Лицо, которое я не хотел видеть, поворачивается ко мне. Но у меня всё ещё был разговор к нему.

Насе Хироми - красивый молодой человек и хорошим лицом. Однако для этого разговора не обязательно описывать его внешность, поэтому я её опущу. Как вы могли уже догадаться по фамилии, он - старший брат Мицуки. Богиня судьбы всегда жестока.

- Тебе разве не надо готовиться к экзаменам? А ты тут лежишь.

- Воины потустороннего мира не нуждаются в академических знаниях. Кроме того, меня примут в многие места всего лишь по рекомендации.

Может быть и так, но всё равно это не правильно. Однако я пришёл сюда не для того, чтобы учить жизни Хироми. Во всяком случае, не в этот раз. Лучше вернусь к своей проблеме.

- У меня есть к тебе вопрос, - сказал я Хироми.

- Я уже догадался. Ты бы никогда не пришёл ко мне, чтобы просто поболтать.

- А знаешь почему я так никогда не сделал бы?

- Потому что потусторонцы и йому заклятые враги?

- Нет! Потому что ты дал мне это глупую кличку.

- Акки капризничает. При такой томной погоде и тем более во время обеда люди очень сонливы. А ты единственный, кому хватает сил на крики. Не надо так.

- Мы разговариваем всего полминуты, а я уже сожалею, что начал разговор. Верни мне моё потерянное время!

- Ладно давай к сути.

Хироми хлопает в ладоши и тяжело вздыхает.

- Ты хочешь сунуть свой нос туда, куда не положено?

- Даже если так?

Мне не нужно скрывать свои мотивы от него, но я все равно ответил неоднозначно, чтобы пораздражать его. Старшеклассник лениво встаёт. Он не выглядит особо сильным. Врят ли бы, кто-либо подумал, что он хорош в битве. Но кто как ни я знаю насколько он хороший потусторонец. Наши взгляды встречаются.

- Я не собираюсь тебе помогать, - многозначительно произнёс он. - А ты не лезь куда тебя не просят.

Я никогда не забуду эти слова. Ожесточённая битва между потусторонцем и йому, произошедшая год назад. Ну, то есть первая наша с Хироми встреча. Неважно насколько силён воин потустороннего мира, ему никогда не победить бессмертного йому. Битва, которая длилась долгое время, закончилась перемирием. В то время мы пришли к соглашению, содержание которого Хирооми только что упомянул.

- Ты всё ещё мёрзнешь?

Хироми дышал на свои ладони. На самом деле он просто пытался меня отвлечь.

- Мы бы могли так хорошо поладить?

- …

Я не знал, что ответить. Он что имел в виду: “ Мы бы могли так хорошо поладить?”

- У нашего соглашения ведь нет срока действия.

- Конечно нет. Я бы обеспокоился, если бы такой срок был.

Я сказал правду. Как она есть. Если бы мы не установили тогда соглашение, сейчас бы я не разговаривал с ним. Именно семья Насе признала меня таким, какой я есть и предложила компромисс. Будучи хранителями мира и порядка в этом регионе, невероятно, что они позволили такому опасному элементу, как я, остаться здесь. Момент, когда мы заключили это соглашение, был моментом, когда я наконец нашел место, где я мог бы жить спокойной жизнью. Я перестал кочевать, переходя из одной школы в другую.

- Хм.

Никогда бы я не подумал, что несколько секунд, которые я потратил на воспоминания, окажутся фатальными. К тому времени, когда я понял это, он сунул руки мне под мышки. Я рефлекторно поворачиваю голову, чтобы посмотреть назад. На лице Хироми расплывается довольная ухмылка, как у старого деда пьющего зелёный чай. Как же бесит.

- У тебя особые подмышки, Акки.

- Что ты делаешь!?

Хироми удивлённо посмотрел на меня, когда я попытался вытащить его руки.

- Да ладно тебе. Что такого в том, чтобы парень сунул руки под мышки другого парня?

- Любой бы удивился такому!

- Знаешь, чистота и теплота твоих подмышек - единственное, что я ценю в тебе.

- Я должен этому радоваться!? Если единственное, что ты в мне ценишь, это мои подмышки, почему бы просто не сказать, что ты меня ненавидишь?

- Я заберу твои подмышки силой.

- Ты сумасшедший!

Это не смешно - он действительно выглядел несколько серьезным, когда приблизился ко мне. Прекрасная младшая сестра, которая постоянно меня оскорбляет, и старший брат, который суёт руки в мои подмышки. И что я должен делать с этим?

- В любом случае, не странно ли, что парень так чувствителен к холоду?

- В моём случае это не простая чувствительность к холоду.

С этими словами Хироми суёт руки в карманы. Его необычная чувствительность к холоду должно быть связана с тем, что он потусторонец.

- Обычные средства не работают?

- Верно, Акки. Только твоё тепло может согреть меня.

- Хватит нести чушь!

Какая же двусмысленная получилась фраза. Он мог бы, по крайней мере, уточнить, что это было тепло моих подмышек. Он совсем забыл про мой изначальный вопрос. Надо это исправить и уйти от бесполезного разговора.

- Может вернёмся к сути дела?

- Хм? Ты что хочешь знать, почему чувствительность к холоду чаще встречается у женщин?

- Мне конечно интересно, но я не об этом.

- Хорошо, хорошо. Полагаю, я пока достаточно насладился твоими остроумными возмущениями.

С этими словами его лицо изменяется. Затем он задаёт вопрос.

- Это тебя Мицуки прислала?

- Нет. Нет. Я сам пришёл узнать.

- Если так, то я не могу тебе этого сказать.

Он посмотрел на меня. Его взгляд сдержан. Вероятно у Хироми есть секрет, который он не может разглашать.

- Ты же всё знаешь. Может всё-таки скажешь мне.

- Нет, ты не понимаешь. Мы с тобой ни друзья, ни компаньоны. Мы просто заключили перемирие. Я не хочу, чтобы мы с тобой вдруг подружились. Это создаст вопросы у многих потусторонцев, работающих с кланом Насе.

Я не почувствовал лжи в его словах. Похоже он сказал мне то, что у него было на уме. Вот почему мне нечего сказать в ответ. Такое существо, как я, никогда не сможет быть на равных с людьми, тем более с потусторонцами. Бессмысленно даже надеяться на другой исход.

Полуйому - загадочное существо, которое только одним своим существованием имеет право на человеческую ненависть. Смесь человека и йому точно заставляет людей насторожиться. Будучи полуйому, я являюсь маргинальным элементом, как для людей, так и для йому.

После окончания занятий мы с Мицуки вернулись в камеру пыток, где нас снова подвергли жестокой и необычной задаче отбора рассказов для «Шибахимэ». Мне не удалось встретиться с Куриямой. Когда мы собрали вещи и пошли домой, было уже восемь вечера.

Кстати, я живу один в съёмной квартире в городе. Несмотря на то, что этот жилой комплекс предназначен не только для женщин, он всё равно с хорошей системой безопасности. Дверь открывается по карточке, а почтовый ящик надёжно заперт. Поэтому я не разбираю почту на регулярной основе. Жду пока наполнится, и только потом вытаскиваю всю почту разом.

И вот сегодня один из таких дней. Мне захотелось взглянуть на почту - возможно, потому, что меня соблазнил почтовый демон - поэтому я останавливаюсь у почтовых ящиков по пути в свою комнату, заглядываю внутрь и вытаскиваю содержимое. Квитанции за мои счета за электричество, газ и воду оказались смешаны с кучей рекламной рассылки. Для справки, у меня все мои счета настроены на автоматическое списание со счета, поэтому мне не нужно идти и оплачивать их самостоятельно. Я начинаю выбрасывать все нежелательные письма в мусорное ведро, и в процессе замечаю скрывающуюся в горе бумаги открытку, на которой ничего не написано кроме адреса.

По телу пошли мурашки. Это от моих родителей. Открытка была отправлена в конце марта. Сегодня 13 апреля. Другими словами - ей полмесяца давности. Это конечно связано с моей ленивой натурой, но родители тоже хороши, что шлют мне давно устаревшие открытки. Иногда они отправляют мне их по три раза в месяц, а иногда от них по полгода ни звука, ни слуха. В большей степени эти открытки просто сообщают мне, что с родителями всё хорошо и они живы. Хотя это успокаивает меня лишь на день.

Я кладу открытку в сумку.

«Все еще живы, да?» Так рад, что эти слова просто скользнули по моим губам.

Я выхожу из квартиры и смотрю на небо. Полумесяц и огромное поле звезд заполнили небеса. Благословленный луной и звездами, я отправляюсь в незнакомую ночную дорогу.

Старинный японский кондитерский магазин, расположенный в тихом жилом районе. Выглядит как то место, которое было бы даже дорого сносить, почти как если бы его оставили там в заброшенном состоянии, пока кто-нибудь не выяснит, что ещё можно с ним сделать. Я знаю, почему здесь никого нет рядом, хотя и не так поздно. Я вхожу в кондитерский магазин. Внутри веет атмосферой декаданса.

Сегодня магазин открыт, хотя и не для торговли. Интерьер внутри оформлен в японском стиле с обоями под дерево и перегородками сёдзи. На прилавке стоит звонок и несколько товаров для продажи. Предположительно, идея состоит в том, чтобы покупатели сами тщательно осмотрели товар, прежде чем вызывать продавца.

Я дважды нажимаю на звонок. Вскоре из задней двери выходит загадочная девушка-лавочник. На ней надето чёрное кимоно с цветочными узорами. Её красно-коричневые волосы завязаны за головой и закреплены декоративной малиновой шпилькой. Хотя она очень привлекательна, но находится здесь не просто для вида. То, как она себя ведёт, кажется, что люди к ней могут идти толпами, если ей того захочется. Тем не менее, магазин японских сладостей работает тихо. Конечно, он находится не в лучшем месте, но есть совершенно другая причина, по которой он не популярен. Ну, если быть точным, дело не только в том, что он не популярен - сама хозяйка не хочет, чтобы её магазин был популярным.

Синдо Аяка - самая настоящая потусторонка.

- Ты установила новый барьер? Никого вокруг.

- Да, верно. Он недавно ослаб, и посетителей стало больше. Мне всё-таки хочется находится в одиночестве подальше от всей этой городской суеты. Ты же меня понимаешь Камбара?

Видимо, она не очень-то рада моему визиту.

- Прости. Я не думал, что приведу за собой городскую суету.

- Я не против. Если у тебя возникают какие-то проблемы, ты приходишь ко мне просить совета. Но ведь ты молодой человек и всё не так просто?

- Что ты имеешь в виду?

У меня было плохое предчувствие. Женщина в кимоно наклонила голову.

- Разве ты не фантазируешь постоянно обо мне без одежды?

- Да с чего ты вообще взяла, что я думаю о тебе голой!?

- Так значит я заблуждалась?

Это был глупый вопрос. Настаёт неловкая тишина.

- Ты говоришь, что я фантазирую о голых девушках. Но всё не так просто. На самом деле я специально не использую эротические журналы. Забочусь об экологии знаешь ли.

- Единственный в мире человек который мог бы придумать настолько нелепое оправдание - это ты, Камбара. Или у тебя есть ещё что добавить?

Я уже готов бросить свою затею, развернуться и уйти. Однако, именно в этот момент Аяка бросает на меня внимательный взгляд.

- Кстати, зачем ты пришёл?

Она как будто превратилась в совершенно другого человека на моих глазах. Теперь наверно она стала сама собой. Будучи потусторонцем, её интересует причина, по которой к ней наведался полуйому.

- У меня есть к тебе кое-какой вопрос.

- Хорошо, давай пойдём присядем.

Она ведёт меня в небольшую комнату в японском стиле. Места здесь хватило бы на четыре с половиной татами. В комнате лежит неубранный футон. Аяка приносит чайник с чашками и садится за стол напротив меня. Над свежезаваренным чаем поднимается пар. Девушка в кимоно подаёт мне чашку и первая нарушает тишину.

- Кажется я догадываюсь о чём ты хотел спросить меня. Но всё равно лучше расскажи сам. Только покороче. А то все твои рассказы всегда длинные и скучные.

- Обидно.

Ну в любом случае. Я рассказываю Аяке о воинах потустороннего мира, которые стали прибывать на наш район. А так же упоминаю о Курияме Мирай. В конце моего рассказа она одобрительно кивает головой.

- Камбара, ты не против, я у тебя тоже кое-что спрошу?

- А?

- Возможно я бы даже не спросила, не навести ты меня. Но твои друзья потусторонцы что-нибудь знают об этом?

- Они просто сказали мне не совать свой нос не в свои дела.

- Ясно… прости, это было чисто моё любопытство.

Говоря эти слова, Аяка холодно улыбнулась. Я вероятно приблизился к тому, что пытались скрыть от меня Мицуки и Хироми. Возможно, если я узнаю что это, то смогу понять цель Куриямы.

- Ты знаешь зачем потусторонцы приезжают сюда?

- Скоро наступит затишье.

- Затишье? Типо как когда ветер останавливается и море успокаивается?

- Верно. Только вот это затишье касается йому. На время йому станут значительно менее активными.

Я понимаю о чём она говорит, но всё ещё не понимаю в чём смысл.

- Разве это не хорошо, чтобы йому успокоились?

- Для обычного человека - да. А вот некоторым это выйдет боком.

Я замолчал. Конечно, есть те кому не хотелось бы чтобы йому успокоились. Например, для Аяки, которая сидит передо мной. Синдо Аяка - профессиональный воин потустороннего мира, истребитель йому. Кондитерская - лишь прикрытие, скрывающее настоящее назначение магазина. И конечно в такой ситуации он перестанет приносить ей прибыль. Если потребность в потусторонцах снизится из-за затишья, то ей очевидно станет труднее работать.

- Затишье долго будет длиться?

- Нет, всего около месяца или двух.

- У тебя всё будет в порядке, Аяка?

- Меня не побеспокоят даже два затишья подряд.

Сказав это, она вытаскивает курительную трубку и прикладывает к губам. По её внешнему виду понятно, что она уверена в себе. Аяка выглядит расслабленной перед лицом приближающегося затишья и осознаёт возможное отсутствие работы. Вокруг неё я чувствую особенную атмосферу. Кондитерский магазин действительно прикрытие. Аяка - потусторонка высокого уровня.

- Камбара, ты наверно знаешь, что сладости могут долго храниться. Если я правильно рассчитаю потребление, то мне хватит их на полгода.

- Эй, эй, эй, погоди ка! Ты намереваешься питаться желе и конфетами? Не могу поверить, что мог восхищаться тобой!

- Ты забыл зачем пришёл сюда.

Затем потусторонка закрывает свой левый глаз. Она может видеть истинную форму йому, когда концентрируется, но только правым глазом? Если так, то ей нет смысла смотреть на меня, полуйому, которого она и так хорошо знает. Или быть может что-то ещё? И тут до меня доходит.

- Если йому внутри меня успокоится, то мои сверхъестественные силы ослабнут?

- Скорее всего, но я не могу сказать точно.

- Есть ли ещё что-то, что я должен знать?

Я сглатываю, накопившуюся во рту слюну. Не могу представить ничего более важного для себя, чем моя сила.

- Давай не будем отходить от темы.

Она вытаскивает табличку с надписью «Прайс-лист» и кладёт ее на стол. На табличке написаны все виды услуг: стоимость консультации, цены за убийство йому, разбитые в зависимости от сложности работы, и ещё некоторые пункты.

- Ты собирались взять с меня плату за это? Так вот какие между нами отношения!?

- Моё доброе отношение к тебе - это то, за счёт чего я делаю деньги, Камбара.

Наступает тишина. В “наших отношениях” ей просто нужны деньги.

- Кстати есть возможность вести разговор лёжа.

- Мне это не нужно!

Продолжаем дальше.

- Причина, по которой я всё это рассказываю - я хочу помочь тебе, Камбара, объяснить, что происходит. Хотя потусторонцы и станут испытывать некоторые финансовые трудности из-за затишья. Есть чего ловить и на безрыбье, - говорит Аяка, покуривая трубку.

Я внимательно слушаю, что она скажет дальше.

- Затишье открывает новые возможности для воинов потустороннего мира. В любое другое время сильные йому могут быть слишком опасны, но не в затишье. Для молодых потусторонцев, которые хотят стать знаменитыми, это прекрасная возможность

Аяка сжала правую руку в кулак, когда говорила это. Видимо у неё был подобный опыт. Но надо подчеркнуть не реакцию лавочницы, а тот факт, что затишье - это прекрасная возможность для молодых потусторонцев, которые хотят прославиться.

- То есть это значит, что здесь недалеко появился сильный йому?

- Сложно сказать наверняка. Возможно, причина, по которой потусторонцы собираются здесь, это и правда убийство йому. А может быть их целью являешься ты.

- Это значит, что Курияма тоже прибыла сюда, чтобы убить могущественного йому?

- Я не знаю. Но она же знала, что не одна прибудет сюда?

- Верно.

Аяка кивает.

- Странно думать, что все нацелены на одного йому. Ведь спрос будет слишком велик. В любом случае будь на чеку, пока не узнаешь точно.

- Я не знаю много о способах потусторонцев, так что это может быть глупый вопрос. Но разве не стыдно быть отодвинутым на задний план другими потусторонцами?

- На самом деле есть люди, которые будут использовать затишье, чтобы творить зло, пока внимание усыплено охотой на йому. Так было всегда.

- Вот оно что.

Это объяснило бы, почему семья Насэ с осторожностью относится к потоку приезжающих потусторнцев. Однако, мне всё ещё кое-что не понятно. Зачем сюда приехала Курияма? Чего она добивается?

- В мире много плохих людей.

В её словах явно есть какой-то глубокий смысл. После этого потусторонка в кимоно открывает свой левый глаз. Её взгляд надменен, но вероятно она просто ждёт увидеть мою реакцию.

- Что ты хочешь этим сказать?

- Я имею в виду именно то, что сказала.

Ну, как угодно. В конце концов, я мог бы получить ответ от самой Куриямы, и кто знает, может, она действительно приехала сюда, не зная о ситуации здесь. В настоящее время для меня главное не сомневаться в ней. Этого достаточно.

- Кстати, насколько снизятся характеристики моего бессмертия?

Я наконец поднял вопрос, который был у меня в на языке всё это время: бессмертие. У меня нет подкаченного тела или каких-либо необычных боевых способностей. Мое бессмертие - действительно единственное, что отличает меня от человека.

- Ну, я не знаю. Честно, я даже не могу это представить. В лучшем случае ты всё ещё останешься бессмертным, в худшем - твоё бессмертие пропадёт.

- Понятно.

Даже при всём её опыте, она должно быть раньше никогда не встречала таких, как я. Если бы в мире было слишком много бессмертных йому, то работа потусторонцев была бы бесполезна. Я достаю телефон и проверяю время: 21:05.

Оказалось, я потратил уже около часа на эти разговоры. Если у неё больше нет никакой информации для меня, то смысла оставаться дольше нет. Я попытался встать.

- Кстати, Камбара, нет никаких новостей от твоих родителей?

Она видит меня насквозь. Она действительно невероятна. Недавняя открытка сразу пришла на ум. Однако мне не хочется сразу соглашаться.

- Почему ты спрашиваешь?

- Потусторонцы и йому могут что-то знать о затишьи.

Её мысли вполне обоснованны. Я глубоко вздыхаю, вытаскиваю открытку из своей сумки и кладу её на стол.

- Похоже здесь скрыто какое-то сообщение. Могу я его показать?

Аяка - настоящий эксперт. Она уже рассказывала мне о психо-голограммах, но обычный человек, глядя на открытку, не заметил бы в ней ничего необычного. Аяка, однако, узнала о сообщении в тот момент, когда только увидела открытку - ей даже не потребовался физический контакт с предметом.

- Может быть там есть информация о затишье?

- Я полагаю да.

Аяка, похоже, согласилась с моим предположением. Она переворачивает карточку и кладёт ее обратно на стол. Из пустого белого прямоугольника вспыхивает психо-голограмма. Через несколько секунд всё готово. Изображение реального человека стало ясно видно, хотя он и был уменьшен до высоты тридцати сантиметров. В частности, у рассматриваемого человека оказались кошачьи уши на голове. А также этим человеком оказалась моя мать.

- Япи! ♪ У меня сегодня очень важные новости. Так что я хочу, чтобы ты, лапусик, выслушал меня очень внимательно. ♪

Я быстро переворачиваю открытку. Сторона с моим адресом теперь сверху. Я сижу в маленькой комнате в японском стиле, расположенной позади кондитерской в тихом жилом районе. А напротив меня сидит потусторонка в кимоно. Мне нужно сказать первым.

- Можем ли мы притвориться, что этого никогда не было?

Настаёт мёртвая тишина. Если бы метеорит упал с небес и уничтожил бы сейчас Землю, думаю, я был бы не против. Я стираю холодный пот со лба. Никто из нас не решается заговорить. Но в конце концов, с тяжёлым вздохом Аяка начинает.

- Это твоя мать, Камбара?

- Да! Она всегда была немного странной! На родительский день в начальной школе она была единственной, кто сидел с учениками. Она даже поднимала руку, чтобы отвечать на вопросы! Она действительно нестандартная личность!

- Ты злишься?

Как всегда надменный взгляд. Чтобы сохранить честь семьи Камбара, мне нужно заставить её молчать... но это в другой раз. Гораздо важнее, чтобы я извлек любую полезную информацию о Курияме и затишье. Затыкание рта Аяки - второстепенная задача. Ну, а также это не та ситуация, которая может побудить меня задуматься о том, чтобы осуществить убийство в закрытом помещении. Это скорей то, что однажды выбило меня из конкурса юных писателей в первом же туре.

Я должен очистить честь своей семьи в другой раз.

- Давай продолжим слушать.

- Да. У большинства йому кошачьего типа ветер в голове и вообще они ненадёжны, но не стоит из-за этого упускать ценный источник информации.

- ...Аяка, подожди. Ты видимо немного не правильно поняла.

Казалось, она кое-что неправильно поняла. Это было важным моментом в защите чести семьи Канбара.

- Мой отец - йому, а мать воин потустороннего мира, как ты.

Аяка задумчиво моргает, продолжая покуривать трубку. Через некоторое время она всё же задаёт вопрос.

- Тогда откуда у неё кошачьи ушки?

- Наверно искусственные.

- Почему тогда они выглядят, как настоящие?

- Да откуда же я знаю! Она же потусторонец. Наверняка уже много раз видела настоящие.

- Ну ладно.

Хватило ли ей объяснений или нет, но Аяка без разрешения переворачивает открытку снова. Я утыкаюсь лицом в стол. Хотя я на самом деле не знаю, как выгляжу сейчас, мне кажется, что я стою на краю пропасти.

- Япи! ♪ У меня сегодня очень важные новости. Так что я хочу, чтобы ты, лапусик, выслушал меня очень внимательно. ♪

Вступительная фраза повторилась. Это можно назвать новым типом насилия.

- У твоей мамы весьма нетрадиционные взгляды. Она никогда не задумывалась, что можно победить в прятках просто показав свою задницу?

- Вместо того, чтобы прятаться, просто взять и победить? Не думаю, что моя мама настолько ненормальна, чтобы пойти на такое!

- Ну мне немного завидно. У неё сын в старшей школе, значит ей точно уже за тридцать. А выглядит так молодо. И кошачьи ушки на ней хорошо выглядят в таком возрасте.

- Спасибо конечно за комплимент, но, пожалуйста, давай перестанем обсуждать мою мать.

Аяка выпускает дым и кивает. Она решила убрать трубку, возможно, чтобы указать, что собирается закончить с пустыми разговорами. Я прячу своё смущение и сосредотачиваюсь на открытке.

- Ты хорошо питаешься? Не ешь только одни полуфабрикаты, но и сам готовь здоровую пищу. Ну я думаю ты и сам это понимаешь. А главное не делай ничего противозаконного. Иначе ты рас-стро-и-шь Я-чан. ♪

Фигура с кошачьими ушами на прихо-голограмме сжимала руками свою большую грудь. Я понятия не имею, что могло заставить её сделать это в сообщении, предназначенном для сына. Хотел бы я, чтобы у меня была нора, чтобы спрятаться в ней... или, черт возьми, я бы выкопал её сам, если бы пришлось. Кстати, мою маму зовут Яёй. Камбара Яёй - какой бы странной она ни была, она всё равно хорошо известный воин потустороннего мира.

- Приятно иметь маму с большими сиськами.

- Можно без комментариев!

В течение следующих тридцати минут я подвергался психологическим пыткам со стороны голограммы. Я искренне благодарен за запрет на огнестрельное оружие в Японии. Если бы в моей руке был заряженный пистолет, я бы точно нажал на курок. Без раздумий. Я уверен, что она по-своему заботилась о сыне, живущим совсем в одиночестве. Несмотря на это, способ, которым она показывала свою привязанность, был неприемлем. Даже, если кошачьи уши меня ещё устраивали, смотреть на нее было всё равно, что смотреть шокирующее видео. Я так сильно хотел отвести взгляд. В этом не было ничего милого. Ну во всяком случае. В конце концов она начала говорить о затишье.

- Лапусечка, не влипай ни в какие неприятности, потому что ты там один.

И на самое важное она потратила всего пять минут!

В комнате наступает абсолютная тишина. Аяка начала разговор.

- Не очень то много полезной информации.

- Не говори так цинично! Как мне вообще теперь жить после этих страданий?

- Как потусторонец, мне кажется, что она отлично справилась со всеми важными делами за пять минут, - сказала Аяка. - Информация от Я-чан была бы полезна, если бы ты не узнал ничего от меня.

- Да, но я узнал лишь поверхностно от затишье.

- Скоро начнётся затишье. Куча потусторонцев направляются сюда, чтобы сразиться с сильным йому. Однако их число находится за пределами ожидаемого диапазона. И теперь ты можешь придумать что делать, не так ли?

Действительно, должно быть это правда. Теперь у меня есть информация, которую я не смог добыть от Мицуки и Хироми. Теперь у меня есть чёткое виденье происходящего (потусторонцы прибывают сюда) и того, что в конечном итоге должно произойти (потусторонцы убьют сильного йому).

- Кстати, могу я оставить открытку себе? Если я потрачу немного времени, то смогу узнать больше.

Я подумал, что не могу сказать “нет”. Если есть шанс, что она сможет извлечь из этого больше информации, было бы хорошо, чтобы она более пристально изучила открытку. Когда дело доходит до информации: чем больше, тем лучше.

- Когда ты закончишь с ней, вернёшь мне, хорошо? Я бы действительно предпочел уничтожить открытку прямо сейчас, ну ты понимаешь.

- Конечно.

Аяка холодно кивнула и взяла открытку. Оставим дело мастеру. А я просто буду делать, столько сколько могу. Я беру сумку и собираюсь уходить, но вдруг мне вспоминается фраза проронённая Аякой ранее.

- Ты что-то упоминала про “людей с плохими намерениями”?

- Когда жаждешь стать знаменитым, можно на многое пойти один на один.

- То есть стать знаменитым, не запачкав руки.

- Не знаю. Возможно я чего-то не знаю о тебе Камбара.

После долгой паузы женщина в кимоно холодно улыбнулась мне. Она слишком хитра.

- В любом случае, спасибо за помощь.

Я поклонился и встал. Аяка тоже встала, видимо, чтобы проводить меня.

Я уверен, как всё пойдет, но уверен, куда мне идти дальше. Как узнать, о чём думает плохой человек? Может просто дать ему выговориться. Хм. Есть один, который подходит по всем критериям. Нет смысла отступать только потому, что однажды он угрожал мне. Когда я уже почти выхожу на улицу, Аяка зовёт меня сзади.

- Камбара, погоди минутку.

- Да?

Я оборачиваюсь, чтобы посмотреть на неё, и жду продолжения.

- А. Нет. Забудь.

- Хорошо. Похоже ты хотела сказать, что-то важное. Надеюсь, это будет не последнее, что я услышу от тебя.

- Тебе не стоит об этом беспокоиться.

Все хорошо... Пока хорошо. С другой стороны, это означает, что невозможно сказать, как пойдут дела в будущем. Я отрываю взгляд от Аяки и покидаю кондитерскую. Вокруг никого. Всё благодаря её мощному барьеру. Жаль, что нет никакой гарантии, что потусторонец со столь сильными способностями и впредь будет оставаться на моей стороне.

Вторая глава

Готовый перевод 境界の彼方 / За гранью: Том 1. Вторая глава

16 апреля, понедельник, обеденный перерыв

- Хироми, - я начал разговор с человеком, лежащим на крыше.

- Да, да. Хироми - это я. У меня прямо какое-то чувство дежавю.

Красивый потусторонец поднимает голову и встаёт. С ним трудно иметь дело, но выбора у меня нет.

- Наверно это потому, что я сказал тебе что-то похожее на прошлой неделе.

- А ты помнишь, что ты мне сказал тогда Акки?

Члены семьи Насе настолько заняты, что не могут запомнить недавнего разговора?

- Да, помню, - заявил я.

- Хороший ответ. Ты готов?

- Готов к чему? К тому, что могу умереть во время затишья?

Хироми смотрит на меня с подозрением.

- Тебе кто-то рассказал?

- Не буду этого отрицать. Ты единственный с кем я могу поговорить об этом, Хироми.

- Я полагаю у тебя есть на это свои причины.

Хироми встаёт и на несколько секунд закрывает глаза. Затем открывает их и продолжает.

- Это у тебя еда в руке? Ты купил это себе на бед? Давай в таком случае пойдём в клубную комнату. К тому же здесь наши странные разговоры может кто-нибудь услышать.

- Собираешься пойти в клубную комнату!? Обычно тебя там днём с огнём не сыщешь! - возмутился я.

- Ну не надо так говорить. Уважай старших, - усмехнулся Хироми, направляясь к двери.

Хотя перемирие всё ещё в силе, опрометчиво с его стороны поворачиваться спиной к врагу. Он так доверяет мне? Я пожимаю плечами и уду за ним.

- Ты собираешься привлечь к этому Мицуки тоже?

- Нет, мне не нужна Мицуки для этого. Если я ей скажу, то у тебя появится преимущество.

Видимо, он считает, что Мицуки может стать моим союзником. В моей голове предстаёт картина будущего, где я женюсь на Мицуки. Я не против, чтобы моя жена оскорбляла меня перед уходом на работу, однако мысль о необходимости быть зятем для Хироми меня настораживает. Нет, я бы даже пал ниц, чтобы просить высшие силы освободить меня от подобных мук.

- Всё. Хватит с меня этих мыслей.

- Каких мыслей? Ты о чём?

- Да так. Ничего. Давай просто пойдём уже в клубную комнату.

Не могу понять, что вообще происходит. Старшеклассник молча стоит позади.

- Что-то не так? - невинно спросил Хироми.

- Да! Не так! Убери руки из моих подмышек!

- Ну… Пожалуйста, дай мне согреться.

- Есть проблема с тем, как это могут воспринять люди!

Как Хироми успел незаметно оказаться у меня за спиной? Всё как в прошлый раз. Более того, из-за тесной близости между нами я чувствую его дыхание на моей шее. Отвратительно!

- Можешь идти. А если ты вдруг споткнёшься на лестнице, я тебя удержу.

- Если нас кто-то так увидит, то я упаду в глазах общества, а не с лестницы.

- Может найдём компромисс, Акки?

- Не дыши мне в ухо. Противно же.

- Ну так что?

Компромисс, да. Ну, ладно, есть один вариант.

- Надень хотя бы очки в таком случае.

- …

- Ну что, у тебя нет ни одной пары? Достань у меня из униформы, какие понравятся.

- …

- Ну что опять? Надевай уже.

- Ты жесток.

- Это ты жесток!

- Ты тоже.

В интересах мира во всем мире, я избавлю вас от подробностей того, как именно мы оказались у клубной комнаты. Дверь литературного клуба заперта. Это значит, что Мицуки сегодня не приходила сюда в обеденный перерыв. Конечно, когда Хироми предложил нам пойти в клуб, я должен был предположить, что так и будет. Я отпираю дверь, вхожу и включаю свет. Хироми следует за мной. Я кладу свой обед на стол и делаю глоток чая. Живительная влага распространяется по моему пересохшему горлу.

Внезапно Хироми начинает создавать барьер. Тут же я начинаю чувствовать давление, сжимающее грудь, будто я застрял в заваренной металлической коробке, будто меня отделили от всего внешнего мира. Это одна из способностей клана Насе. С помощью своей силы они могут создавать невидимые барьеры.

- Ты установил барьер?

- Я просил тебя так их не называть. Я создаю клетки, а не барьеры.

Кажется, что барьеры необычайной прочности, не сравнимой с обычными барьерами, называются клетками. Даже будучи полуйому я не очень-то разбираюсь в жаргоне потусторонцев. Закончив своё дело, Хироми садится в кресло Мицуки.

- Прежде всего расскажи мне, всё новое что ты узнал, Акки. Если я буду тебе говорить то, что ты и так уже знаешь, то просто потрачу время попусту. А после я скажу тебе всё стальное.

- Есть явление, называемое “затишьем”. В его время йому ослабевают. Этот момент ждут многие потустронцы, чтобы одолеть сильных йому, которых они не могли бы убить раньше.

- Понятно. Общая ситуация тебе известна, - ответил Хироми.

Он скрещивает руки. Похоже информация Аяки была правдой. Разве что у меня есть ещё один нераскрытый вопрос.

- Ты знаешь девушку, которую зовут Курияма Мирай?

- Курияма Мирай? - повторил потусторонец с суровым взглядом.

Неожиданная реакция. Тем не менее странно, как Хироми может не знать информацию, которую знает Мицуки.

- Не делай вид, что не знаешь, - сказал я, не скрывая своего раздражения.

Кажется мы зашли в тупик. В наступившей тишине слышен лишь звук секундной стрелки часов. Молчание.

- Хорошо. Признаюсь, - громко сказал Хироми, вздохнув.

Секунду спустя его лицо принимает суровое выражение.

- Я абсолютно не имею представления кто она такая.

- Но даже Мицуки знает ней.

- А ты не задавался вопросом почему?

- Всмысле?

- По правде говоря, семья Насе сейчас имеет дело с опасными людьми. Руководящие члены клана, в том числе и я, пытались обнаружить организацию с которой они связаны. Но сейчас дело приняло совсем другие обороты. Вся эта заваруха с убийством сильного йому была лишь прикрытием. Короче говоря, это чрезвычайная ситуация для клана Насе.

- Получается Мицуки не участвовала в ваших расследованиях, а просто вела свою обычную работу по наблюдению и поэтому знала про Курияму Мирай?

- Не слишком далеко от правды. Мы, конечно, беспокоимся о злоумышленниках из других городов, но младшие члены занимаются лишь деталями. Что касается людей, которых мы считаем заслуживающими особого внимания, я знаю имена всех из них. Тот факт, что имя «Курияма» не привлекло моего внимания означает, что в настоящее время она не занимается какой-либо подрывной деятельностью.

Получается я был не прав. Всё это неприятное время я потратил впустую. В любом случае, мне надо выпроводить незваного потусторонца из клубной комнаты. Я не хочу общаться с ним дальше ни единой минуты. Вот поэтому и решаю подвести итоги.

- Я так понимаю, нам больше не о чем с тобой говорить.

- Не делай поспешных выводов. Меня интересует человек, из-за которого ты и начал своё расследование - Курияма Мирай, да? Давай поговорим о ней.

После этих слов Хироми уже не уйдёт. И никак не отговориться, это же я начал этот разговор. У меня нет выбора - придётся рассказать ему обо всём до сегодняшнего дня: о встрече с Куриямой, о её способностях.

- Клан, который манипулирует кровью? - поперхнулся Хироми.

В его голосе чувствовалась встревоженность. Обычно я бы даже не решил поинтересоваться в чём дело, но сейчас я не могу быть просто наблюдателем и упускать шанс. Я посмотрел на него недовольным взглядом.

- Ты что-то знаешь об этом?

- Я не знаю ничего о семье Куриямы, и тем более о самой Курияме Мирай. Но точно знаю, что с древних времён клан крови считался проклятым.

- Какой вздор! - я хлопнул руками по столу и встал.

В глазах хироми я увидел некую печаль. Он продолжил свою фразу.

- Кто как ни ты, Акки, должен знать о необоснованной ненависти и беспочвенном насилии.

Слова Хироми заставили меня внезапно осознать, как я был слеп. Курияма одинока не из-за её потусторонних способностей. В прошлом она столкнулась с куда более страшной бедой, которая могла сломить её. Она отдалилась от других людей, и проводила свои дни в борьбе со злобой на этот мир. В точности как я...

- Итак, а что привело Курияму сюда?

Первоначально я сам хотел задать этот вопрос Хироми. К такому я не привык. Чувствую себя словно клоун. Я думал, что понял Курияму. Думал, что смогу ей помочь. А в итоге оказалось, что ничего я не понял. Я совсем не знаю её.

Я вздыхаю и сажусь на стул. Нет смысла ходить вокруг да около.

- Я сам хотел об этом узнать, поэтому и пришёл к тебе.

- А с чего ты взял, что я должен был о ней что-то знать? И вообще, почему сам не спросил у неё?

Очевидный вопрос. Если бы я мог, давно бы уже спросил.

- Ну, она немного странная и не хочет говорить мне, зачем приехала сюда. Не похоже, что у неё есть какие-то скрытые мотивы, и тем более она явно не связана с другими потусторонцами. Именно поэтому я и хотел узнать, что о ней знает клан Насе.

- Чего? - спросил Хироми абсолютно глупым голосом, но я не понял почему.

- Ты не думал, что она может просто врать!? Понимаешь, я знаю тебя Акки - ты бы никогда не бросил в беде большегрудую девушку.

- Постой, постой! Не могу отрицать, что я не бросил бы девушку, нуждающуюся в помощи, но большая грудь не имеет для меня значения. Что касается девушек, меня больше интересует, идут ли ей очки. Если на ней плохо смотрятся очки, то её сиськи меня не волнуют.

- То есть Курияма хороша в очках?

- Естественно, - уверенно ответил я.

Хироми посмотрел на меня презренным взглядом, будто я - всего лишь пыль на обочине жизни. Как он, так и его сестра не сильно впечатлены моими вкусами. В мире художественной литературы истории про цундере и лоликон не встречают ни единого косого взгляда, а моё невинное увлечение девушками в очках все открыто порицают.

- При обычных обстоятельствах, Акки, я бы поговорил с твоей извращённой стороной, но сейчас у меня нет на это настроения. Я бы сказал, что у меня срочное дело.

- Ты влюблён в свою сестру, Хироми. Думаю, точно не тебе меня судить.

- Моя любовь чиста и последовательна. Но я не думаю, что такой любитель очков, как ты, поймёт меня.

- Ты правда думаешь, что я никогда не заставлял Мицуки надеть очки?

- Ты врёшь... - растерянно произнёс Хироми.

Выражение его лица обескуражено. На моём же лице расплывается демоническая ухмылка.

- Я заставил её надеть пару очков, когда мы были наедине в клубной комнате. А нет, ошибаюсь. Не пару, скажем так, не совсем. Сначала она конечно сопротивлялась, но потом ей даже начало это нравиться. Впрочем, похоже ей действительно понравилось. Не пойми меня неправильно, Хироми, это и есть настоящая сила человека с двадцатью парами очков в сумке.

- Сукин сын! Акки, держи свои грязные руки подальше от моей сестры!

После этого, мы немало времени потратили на оскорбления фетишей друг друга. Наша изначальная тема разговора теперь отошла на второй план: затишье и противники семьи Насе. Мы разбрасывались оскорблениями нижайшего сортирного уровня. Путь обратно к теме был труден. Труден, словно дорога через пустыню или тропический лес. Не могу даже сказать сколько времени мы потратили на это.

- Привет, извращенцы. Вы знаете, что оскорбляете своим разговором комнату литературного клуба, - этот голос привёл нас с Хироми в чувства.

Я, словно рефлекторно, взглянул на часы. Половина четвёртого. Занятия уже закончились. Кажется мы были так увлечены разговором, что потеряли счёт времени и даже не пообедали. Я оборачиваюсь на Хироми, изображая спокойствие.

- Похоже мы слишком увлеклись, - сказал Хироми.

- Мы потратили два часа на обсуждение мужской эстетики. Это говорит лишь о том, что время которое мы могли потратить впустую, было потрачено с пользой.

- Не похоже на время потраченное с пользой.

Все наши обсуждения прекращаются в мгновение. Мицуки даже не даёт нам шанса опровергнуть её заявление.

- И потом, извращенец, ты должен убрать свою клетку.

- Мицуки, сколько раз я просил тебя называть меня “старший братик”?

- Старший братик, пожалуйста... развей эту чёртову клетку!

Я не ожидал, что она будет готова произнести такие слова. Резкость её тона не в счёт. Хироми вздрагивает, чувствуя опасность для своей жизни и немедленно рубящим движением развеивает клетку. Я сразу же чувствую прилив свежего воздуха извне.

- Ну, что ж. Приступим к клубной работе.

Итак, мы приступаем к работе. Мицуки продолжает отбор для юбилейного номера “Шибахимэ” с того, на чём остановилась вчера. Перед Хироми лежит целая стопка рассказов, но его способность отбора сравнима со способностью неработающего металлоискателя находить металл. Эту стопку придётся позже мне перепроверить самому.

- Я не против выбирать, но можно мне истории про младших сестёр или сводных сестёр, ну или те в которых рассказывается про совсем маленьких сестричек. Если у вас есть истории только с младшими сестричками это будет просто идеально!

- Всё нормально? - сказал я со скоростью света.

Губы Мицуки плавно выписывают два слога. Хироми верно подумал о чём-то благоприятным для него.

- Люблю?

- Это было очевидно: “Умри”, - я сказал ему правду.

Не стоит прятаться от реальности. Мицуки продолжает перебирать рукописи, не обращая внимания ни на один из наших вариантов. В этом нет ничего необычного, так что мне всё равно. Президент нашего клуба не девушкой свободных взглядов, а просто свободная девушка.

Пока я бесполезно трачу своё время, вдруг раздаётся стук в дверь. Лицо Мицуки принимает удивлённое выражение. Студенты могли свободно попробовать себя в клубах в начале апреля, но сейчас количество новичков уже резко сократилось. Отсюда и удивление.

Я осторожно подхожу к двери, чтобы наш посетитель не убежал, а затем открываю её. Как и ожидал, там стоит Курияма Мирай. Точнее, там стоит новенькая с обеспокоенным взглядом. Возможно она думала, что в клубе буду лишь я один, или она ошеломлена, что вокруг стола с кучей журналов сидят люди со взглядами мёртвых рыб. Во всяком случае, я насильно затаскиваю девушку в очках внутрь.

- Это - Курияма Мирай, новый член нашего клуба, - признёс я.

Мицуки, Хироми и Курияма ошеломлены, каждый по-своему. Мне надлежит заставить их согласиться до того, как они оправятся от шока, и поэтому я решил рассказать обо всех преимуществах присоединения Куриямы.

- Мицуки, я думаю тебе определённо понравится, что над журналом будет работать больше людей. Её динамическая острота зрения довольно впечатляюща. Как только она освоится, то будет намного полезнее меня.

Мицуки молча смотрит вниз, ничего не говоря. Она видимо таким образом отказывалась от права решать. Обычно одобрения президента было бы достаточно, но в сложившейся ситуации я нуждаюсь в поддержке.

- Хироми.

Я подталкиваю Курияму вперёд, чтобы он смог разглядеть её с головы до ног. Затем пытаюсь убедить этого беззаботного старшеклассника.

- Причёска каре, невинное лицо, детская грудь, девственые бёдра и миниатюрная фигура. Чем не идеальный образ младшей сестры?

Хироми осматривает её взглядом.

- Ты знаешь, Акки, твоя любовь к очкам сначала рождала во мне сомнения. Но теперь, должен признаться, что удивлён. Не ожидал увидеть девушку, так хорошо собравшую в себе сестринские качества.

- Я тоже удивлён Хироми. Не думал, что ты вот так раскроешь все свои фетиши младшекласснице, которую впервые видишь.

Ну что ж. Теперь я обращаюсь к Курияме для окончательного подтверждения.

- Вступишь в клуб?

- Я не собиралась вступать…

Но затем её взгляд привлекает внимание единственное достояние нашего клуба - книжные шкафы. Похоже, её заинтересовала книга, которую она приметила в прошлый раз. Не думаю, что это лучший вариант того, что нужно делать дальше, но выбора у меня нет - надо как-то её завлечь.

- Ты ищешь конкретную книгу?

- …

- Мы не будем заставлять тебя вступить. Просто стало интересно.

Маленькая девушка поспешно берёт книгу с книжной полки. На обложке написано “Садоводство”. Другими словами, это руководство по уходу за растениями.

- Чья это книга?

- Книги оставили выпускники и консультанты клуба, поэтому в отличие от библиотеки, мы не может давать их ученикам нашей школы. Конечно, если это не член литературного клуба.

- Я присоединяюсь.

- Так сразу! Ты интересуешься садоводством, Курияма?

- Что-то вроде того, - сказала она, не выпуская книгу из объятий.

Видимо Курияма действительно интересуется садоводством. Она осторожна с книгой так же, как и со своими очками.

- Ну тогда давайте знакомиться.

- Приятно познакомиться… меня зовут Курияма Мирай.

С этими словами Курияма поспешно поклонилась. Теперь мой черёд.

- Это президент нашего клуба - Насе Мицуки. Сзади, наш вечно заочный участник - Насе Хироми. На самом деле у нас есть ещё два участника, которые никогда не приходят. Собственно как и сейчас.

Я хочу создать гостеприимную атмосферу, но по какой-то причине Мицуки и Хироми не собираются мне подыгрывать. Они обычно остро реагируют на всё, что я делаю, но ничего не поделаешь, придётся продолжать самому.

- Можешь занять любое свободное место, - начал я с очевидного предложения.

Девушка молча садится на свободный стул сзади, со стороны Мицуки. Атмосфера в комнате напряжена, но по крайней мере Курияма не ушла.

- Так ты и есть Мирай-чан, о которой рассказывал Акки? - произнёс Хироми.

Он смотрит на неё, сидя в противоположном углу стола. Его подлый взгляд раздражает меня. Даже не то чтобы взгляд, скорее само его присутствие. Если он её спугнёт своим поведением, то я точно покажу ему, где раки зимуют. Хироми не заставил долго ждать прежде, чем снова заговорить.

- Эти очки в красной оправе хорошо смотрятся на тебе.

- Я знал, что ты оценишь, Хироми, - сказал я навзрыд и подошёл к месту, на котором он сидел.

Мы без умолку стали говорить. Конечно темой разговора были очки. Очки способны сделать девушку невероятно привлекательной и подчеркнуть её интеллект. Более того прозвище “очкарик”, которое часто используют в младшей и средней школах просто абсурдно! Я предложил называть это более элегантно “подставка для очков”, но когда заговорил об этом, то Мицуки сказала мне заткнуться.

- Как насчёт вложить всю эту страсть в процесс отбора?

- Это невозможно, потому что нет никакой связи между очками и процессом отбора, - сказал я честно и открыто.

Я всегда стараюсь быть серьёзным, когда дело заходит об очках.

- Теперь, когда у нас появился новый участник, почему бы не устроить приветственную вечеринку?

- Хорошая идея, Хироми!

Он поднимается со стула и встаёт рядом со мной. Мицуки и Курияма остаются сидеть и смотрят на нас. У меня появляется плохое предчувствие, но уже поздно.

- Хироми?

- Какая же вечеринка без традиций?

Хироми берёт меня за запястья и поднимает мои руки. Не смотря на то, что он не выглядит очень крепким, он держит меня словно в тисках. Я не могу ему сопротивляться сколько бы ни старался. Мицуки пошатывается назад.

- Что ты собираешься делать?

- Подмышки Акки великолепны! Поместите туда руки и сразу почувствуете себя лучше.

- Это только ты такой!

- А что здесь такого?

- Я воздержусь. Не собираюсь пачкать руки.

Обидно. Но в тоже время совершенно нормально. Какая девушка захочет сунуть руки под мышки парня? Однако, видимо Курияму это не смущает. Она встаёт со стула с сосредоточенным видом.

- Зачем ты встала? - с ужасом спросил я.

- Давай, Мирай-чан, иди сюда, - подозвал её Хироми.

Она тянется к моим подмышкам, как бабочка к цветочному нектару.

- Курияма, держи себя в руках! Самое время сказать: “Раздражаешь”, - и прекратить.

- Раздражаешь!

- Да не так!

Она подходит всё ближе и ближе. Сзади я услышал зловещий голос Хироми.

- Ничего страшного, от тебя не убудет.

- Ага, конечно! Она собирается лишить меня моего мужского достоинства!

- Да, да. Не кричи ты так! Просто постой на месте и всё закончится.

- Аааааааааааааааа!

Через мгновение.

- Ах, - пролепетала Курияма милым голосом.

Мицуки встала за спину Куриямы и вставила руки ей под мышки. Итак, теперь в литературном клубе предстала весьма сюрреалистичная картина. Парень третьегодка держит руки парня второгодки. А девушка второгодка держит руки под мышками девушки первогодки. В результате моя мужественность спасена. И всё же что-то меня смущает. Интересно почему?

- Акки, ты не думаешь, что это замечательная композиция? - сказал мне прямо в ухо Хироми.

- Конечно, но я бы хотел приложить свои руки к очкам той красотки.

- Я говорил о тех двух милых дурачищихся сестрёнках.

- Мицуки и отдалённо не похожа на младшую сестрёнку!

- Настоящие маленькие сестры оскорбляют своих братьев так, как будто от этого зависит их жизнь. Чистые, любящие маленькие сестры - это просто фантазия людей, у которых нет сестер.

- …

Тут я не могу не согласиться с этим заносчивым парнем.

- Курияма, не слушай их бредни, - сказала Мицуки, кладя руки на голову младшеклассницы.

Я вижу эту прекрасную картину во всём её великолепии. Говоря честно, они смотрятся, как идеальная пара сестёр лезбиянок. И видимо старшей из сестёр в голову пришла идея.

- Курияма, можешь встать там на секундочку?

Младшая сестричка послушно двигается к месту, хотя и не скрывает раздражения. А Хироми всё ещё держит мои руки, так что я могу только наблюдать. Мицуки внимательно осматривает её с головы до ног, будто проводит осмотр.

- Девушка миниатюрного телосложения, с маленькой грудью, в очках. Кажется это самый популярный тип девушек у скучных парней, которые даже не могут выразить, что они к ним чувствуют.

Мицуки складывает руки. У меня появляется плохое предчувствие, и я решаю вмешаться.

- Ты чего такое говоришь, Мицуки?!

- Как её семпай, я хочу помочь ей произвести хорошее впечатление в старшей школе. К счастью, у Куриямы симпатичное личико. Так что если правильно подобрать причёску и наряд, то у меня получится раскрыть её скрытый потенциал.

Вот это да. Я и не ожидал такого. Я солгу, если скажу, что не хочу увидеть, в кого можно превратить Курияму стараниями Мицуки, но это же её собственное право решать. И мне кажется, что все эти разговоры про произведение впечатления не очень-то ей понравились.

- Что скажешь, Курияма? - произнёс я таким мягким голосом, каким только мог.

Я бы так хотел увидеть её наряженной, но не могу же я заставлять человека. Курияма не может подобрать слов. Она похожа на невинное новорождённое животное, и совершенно не похожа на того человека, который пытался меня убить.

- Я не собираюсь ни с кем сближаться.

Она выбрала своей стратегией - кусать. Я думаю она совсем не привыкла, когда её окружает много людей.

- Тебе не стоит нервничать. Эти два парня - просто конченые извращенцы. Мне и самой стыдно, когда кто-то видит их такими.

Удивительно, что Мицуки решила остановить Курияму, когда та уже была готова просто взять и убежать. Что касается её слов - без комментариев. Мы с Хироми обмениваемся одобрительными взглядами и решаем просто наблюдать.

- Положись на меня, - сказала Мицуки и нежно улыбнулась.

Курияма наклоняет голову. Не ясно одобрительный ли это наклон или порицательный. В любом случае Мицуки интерпретировала его, как сама того хочет.

- Ну тогда приступим к работе.

Мицуки проводит некоторое время, осматривая Курияму спереди и сзади. Этот серьёзный взгляд заставляет меня нервничать. Через некоторое время она многозначительно складывает руки.

- Может тебе стоит отказаться от очков? - предложила Мицуки.

- Нет. нет, нет. Притормози. Есть вещи в которые не должен вмешиваться ни один человек! - прокричал я.

Хироми молча пожимает плечами.

- Акки, научись доверять хоть немного Мицуки.

- Нет, я не успокоюсь. Как же вы не понимаете, что девушки без очков... Они… Они будто клубничный торт, но без клубники.

- Не знаю, о чём ты. Складывается ощущение, что ты очень заинтересован в Курияме.

- Вот ведь заладил!

Наша ссора с Хироми возникает из неожиданного происшествия. В комнате снова встаёт тяжёлая атмосфера. Мицуки смотрит на нас дьявольским взглядом.

- Можете вы уже прекратить свои мерзкие разговоры?! - прорычала она. - На месте Куриямы я бы уже давно заплакала от страха!

Мицуки нежно обнимает младшеклассницу, хотя та и неохотно к этому относится. В любом случае, я не знаю, что сейчас чувствует Курияма. Получившаяся картина - отрада для моих жаждущих глаз. Но почему-то меня что-то тревожит в поведении Мицуки.

- Можешь не смотреть на меня таким глупым взглядом? Я конечно не очень разбираюсь, что делать в такой ситуации, но тебе Акихито точно нужно поучиться о том, что думают девушки.

- …

Я не знаю что сказать в ответ. Увидев ужас в моём взгляде, Мицуки широко улыбается.

- Я просто готовлюсь к тому, когда буду вовлечена в дела семьи, вот и учусь отчитывать людей.

- Вот уж точно девушки не так думают!

Тем не менее. Хорошо, что Мицуки встала на сторону Куриямы. Учитывая то, что Курияма говорила мне на днях, я думал, что она точно откажется от вступления в клуб. В клубной комнате вновь воцаряется спокойствие. Только Хироми выглядит недовольным, но только он.

17 апреля, вторник, после школы.

Мицуки сегодня должна задержаться по личным делам, поэтому в клубной комнате только я и Хироми. Пока я работаю со стопками журналов на столе, Хироми продолжает жаловаться на самые глупые вещи. Я бы предпочел, чтобы он ушёл, а не оставался заниматься вредительством, но, учитывая, что он принимает присутствие Куриямы здесь, я не в состоянии занять агрессивную позицию по отношению к нему.

- Акки, взгляни на это.

Хироми выкладывает на стол несколько DVD-дисков. Я не могу скрыть своего удивления, осознавая, что все они с песнями AKB48. Этот парень, самопровозглашенный любовник сестры, соблазнён популярной группой идолов?

- И что это значит? - произнёс я.

Хироми открывает пакет и вынимает из него содержимое. Это диск, переливающийся всеми цветами радуги. Он разбит ровно посередине, абсолютно симметрично. Такое не могло произойти естественным образом. Другими словами, кто-то сломал его.

- Вот как это произошло, - вздохнул Хироми.

Я поднимаю глаза от журнала, ожидая продолжения.

- Это случилось вчера вечером. Когда я включил свой iPod, чтобы послушать музыку, то обнаружил, что все мои песни AKB, были заменены на K-POP.

- Без сомнения, это сделала Мицуки.

Хироми выглядит обеспокоенным.

- Ты тоже так думаешь?

- Очевидно, нет другого человека в мире кроме Мицуки, который был бы способен изводить людей подобным образом.

На некоторое время воцаряется тишина. Завтра и я могу стать жертвой подобного происшествия.

- Не расстраивайся ты так. Нет ничего плохого в том, чтобы попросить свою сестру возместить стоимость дисков. Если бы кто-нибудь сломал одну из пар моих очков, я точно бы потребовал компенсацию.

- Меня не волнуют диски. Я сожалею о том, что сделал что-то из-за чего она пошла на такой шаг.

Для парня он выглядит хорошо даже в таком раскисшем состоянии. Его любовь к сестре не имеет себе равных. Я просто обязан спросить.

- Что именно ты сделал?

- Я всего лишь подал заявление в AKB от имени Мицуки, не сказав ей об этом.

- И почему ты сначала не спросил её саму?

Теперь я начинаю понимать в чём дело. Хироми заговорил.

- Члены AKB говорили о том, как их заявки в группу были поданы их друзьями без разрешения. Поэтому я подумал, что моя обязанность как брата - подать заявку за Мицуки. Представь себе её на сцене в красивом платье с микрофонной стойкой в руках. Должно быть преступлением не показать миру такое ангельское зрелище.

- Хм… Ты не против если воображаемая Мицуки наденет очки?

- На это раз всё нормально. Меня не волнуют детали.

В тот момент, когда я одевал очки на воображаемую Мицуки, дверь в комнату литературного клуба распахивается. Хироми со скоростью света сметает все DVD диски со стола. Возможно девушки могли услышать наш разговор. К счастью, нам не пришлось об этом беспокоиться.

- Пожалуйста, послушайте. С сегодняшнего дня Курияма официально является членом литературного клуба.

- Спасибо, что приняли меня, - сказала Кирияма и поклонилась.

Это в стиле Мицуки, называть процедуру регистрации члена в клубе “личным делом”. Но и я не спросил, куда она пойдёт. Это было бы лишней тратой времени.

- Акихито, прошу выдели своего времени и объясни Курияме, как мы отбираем рассказы для “Шибахимэ”. Обязательно покажи ей всю комнату и расскажи о правилах клуба. О, и начиная с летнего номера, Курияма станет частью писательского состава, так что покажи ей, что там к чему.

- …

Мицуки пронзает меня недовольным взглядом.

- Ты пригласил её, так что это твоя ответственность.

Вероятно сопротивляться бессмысленно. К тому же не могу же я отказаться после того, как Курияма вступила в клуб. Было бы странно, что я её пригласил, а потом не желаю иметь ничего общего.

- Хорошо. Я помогу ей.

Мицуки занимает своё обычное место и приступает к работе. Как вице-президент клуба я не могу валять дурака в такое время и берусь за отбор всерьёз. Шум голосов снаружи комнаты исчезает. Лишь изредка слышен звук перелистывания страниц. Я оказался в ловушке высоких книжных полок и стопок журналов. Мой взгляд останавливается на окне. Ухоженный бонсай выглядит красиво в закатном свете. От его вида я чувствую себя легче.

Поскольку Курияма - новый член, мы попросили ее прочитать некоторые из наших лучших статей. А в это время Мицуки, Хироми и я продолжаем усердно трудиться, выявляя лучшие истории из тех, которые нам оставили наши бывшие члены клуба. Как бы нам ни хотелось выделить какое-то время, чтобы поприветствовать Курияму в качестве нового члена, корень всего зла - юбилейный выпуск “Шибахимэ” - запрещает нам делать это, пока не закончим. В этой суровой рабочей атмосфере Хироми, главный прогульщик нашего клуба, первым нарушил гнетущее молчание.

- Этот рассказ ни на что не годен. Нигде нет ни единого упоминания о младших сёстрах.

- Оценивай по объективным критериям. Я оцениваю рассказы, невзирая присутствуют ли в них героини в очках или нет. Вместо того, чтобы выносить решение на основе своих увлечений смотри лучше на глубину повествования и общую композицию. Пожалуйста суди, основываясь на этом

- Как это нельзя основывать выбор с точки зрения маленьких сестёр?

Услышав это, Мицуки стала готова извергнуть то, что точно расширит наш словарный запас. И чёрт возьми, она казажется серьёзней некуда. Атмосфера в комнате отнюдь не как при истреблении йому, а куда зловещей, как та, при которой может произойти убийство человека. Надо направить диалог в другое русло. По диагонали от меня сидит Курияма. Я решаю начать с ней разговор без особой на то причины.

- Курияма.

- Что такое?

Она поправила свои красные очки и подняла голову. Судя по тому, что она не закрыла книгу, она ей пришлась по вкусу. С точки зрения знакомства с нашей деятельностью, это наверное последняя достойная работа, которую я могу предложить к прочтению. Можно конечно поговорить о книге, но я думаю, что второго такого удачного шанса мне может не подвернуться, я должен спросить у неё более личный вопрос. Во-первых я хочу посмотреть на реакцию Мицуки и Хироми. А во-вторых хочу узнать, как сама Курияма отреагирует на такой вопрос перед ними.

- Можешь сказать, почему ты приехала сюда?

Воздух в комнате тяжелеет, как будто концентрация кислорода в нём внезапно начала уменьшаться. Глаза и рот младшеклассницы образовывают три больших круга. Я слежу за реакциями Мицуки и Хироми. Да, я не профессионал, и не могу точно понять психическое состояние человека по его лицу. Но всё же.

- Мицуки и Хирооми оба были очень гостеприимны. Думаю, сейчас было бы лучше прояснить ситуацию, чтобы не стало неловко. Кроме того, мы не совсем понимаем, почему ты здесь. Я слышал, ну, ты наверно знаешь, что потусторонцы съезжаются сюда, чтобы одолеть могучего йому и прославиться.

- Твоя цель - Тень Пустоты, верно? - прервал меня Хироми прежде, чем я успел окончить говорить о затишье то, чем со мной поделилась Аяка. Он выглядел необычайно серьёзно, показывая всем своим видом, что хочет получить ответ. Отвратительно, как хорошо он играл жестокого тирана. Когда я посмотрел на лицо Куриямы, оно выглядело неловко.

- Почему ты так думаешь?

- Потому что во время затишья будет идеальный момент, чтобы убить йому и прославиться. Я бы хотел, чтобы всё прошло гладко, поэтому я был бы признателен, если бы ты ответила на мои вопросы честно.

- Да, ты прав, я охочусь на Тень Пустоты.

Курияма сжалась на стуле. Возможно, неожиданностью для неё в клубе было вовсе не количество людей, а трепет перед профессиональными воинами потустороннего мира.

- Ты же понимаешь, что много людей со злыми помыслами только и ждут таких как ты?

Хироми говорил примерно то же самое, что и Аяка. Кажется, что он разговаривал сам с собой, но это не причина игнорировать то, что он сказал. Особенно после того, как я увидел, как выглядит Курияма.

- Что ты имеешь в виду? - задал вопрос я, хотя все взгляды всё так же были прикованы к Хироми.

- В зависимости от ответа, я могу больше никогда не назвать тебя “братиком”, - говорит Мицуки.

Это должно было оказать на него непостижимое давление. Курияма начинает дрожать. Старшеклассник переводит свой грозный взгляд на сестру.

- Я отношусь к тебе с добротой. Ты уверена, что хочешь мне угрожать? Ты хоть представляешь, каких сил мне стоит состоять в управлении клана?

В воздухе моментально возникает напряжение.

- Ты действительно, не собираешься сказать мне?

- Нет значит нет. Я член управления клана и не могу рассказывать конфиденциальную информацию своей сестре даже за милые глазки. Иначе я сильно поплачусь.

Я никогда не видел, чтобы Хироми был таким грубым с его младшей сестрой. Это объясняет, почему Мицуки так озадачена. Это выражение, которое я редко вижу на её лице, и поэтому не могу забыть. Однако, будучи хотя и самой младшей в клане Насе, она не собирается сдаваться.

- Хироми, братик.

- Просто сдайся уже.

- Хироми, милый братик.

- Бесполезно казаться милой.

- Хироми, *п-и-и-и-и-и-п*!

Это был просто звук, который она использует, чтобы высмеивать ненормативную лексику по телевизору. Хитрая улыбка расплывается по лицу Мицуки. Она начинает что-то шептать на ухо Курияме. Кажется, они стали намного ближе. У них был шанс узнать друг друга лучше пока я не видел? Но в любом случае, у меня плохое предчувствие. Я имею в виду, действительно плохое предчувствие.

- Хироми, братик, ты ненавидишь меня? - спросила Курияма дрожащим голосом.

Маленькая девушка складывает руки перед грудью. Мицуки, очевидно, заставила её сказать это, но на самом деле нет ощущения, что её заставляют. Она выглядит немного заплаканой и это придаёт ей сестринского очарования.

- Понятно, теперь у меня есть названная сестрёнка, а не только моя родная с большой грудью.

- Никто такого не говорил.

Я обязан был указать на это. Я не мог ничего с собой поделать. Если он просто говорит о различных сестринских аспектах, хорошо, это одно, но я не могу вынести мысли о том, что мне приходится иметь дело с разговорами о сёстрах названных и родных.

- И эти очки в красной оправе. Они прекрасно смотрятся на ней.

- Да, выглядят замечательно! - согласился я.

Я просто был обязан согласиться. Ничего не мог с собой поделать. Возможно Хироми единственный, кто может меня понять. Часто бывают случаи, когда девушка преображается, снимая очки. Существует мнение, что девушкам, носящим очки, не хватает изысканности. Однако, те кто так думают, граничат в своих мыслях с невежеством. В действительности очки на девушке добавляют ей пикантности. Давайте ка поясню. Это можно объяснить как явление, при котором вы посещаете фестивать и видите как красивая одноклассница надела юкату, а вы никогда раньше её в этом наряде не видели, только в школьной форме, тогда-то прямо на месте вы окончательно и влюбляетесь.

- Другими словами, даже обычная девушка в очках может…

- Заткнись.

Ладно. Это явно не тот случай.

- В любом случае расскажи мне побольше о затишье. В конце концов оно и меня касается тоже. Неприятно, что все за спиной говорят про него, - Мицуки осудила Хироми, не скрывая отвращения.

Старшая большегрудая сестра, как потусторонец, тоже имеет гордость. Поведение Хироми показывает, что он ей не доверяет.

- Если ты собираешься быть таким, ты сам по себе. Я не буду помогать или мешать тебе.

Воздух, кажется, застыл.

- Мне кажется сейчас не время для семейных ссор.

Мне пришлось принять на себя роль миротворца, чтобы помирить эту семейку. Если бы я продолжал молчать, то это было бы своего рода одобрением их поведения. Они встают спинами друг к другу. Я решаюсь предложить компромисс

- Источником ваших разногласий служат две вещи. Мицуки, ты постоянно груба с Хироми и устраиваешь ему подлянки. А ты, Хироми, слишком сильно перегибаешь со своей любовью к сестре. Мицуки, извинись перед братом, признайся, что это ты виновата. Хироми, расскажи ей о затишье хотя бы всё то, что ты рассказал мне. Ну что? Звучит неплохо?

Мицуки поворачивается, чтобы посмотреть на Хироми и поклониться.

- Извини, дорогой брат.

- Нет, нет. Это я был не прав.

Напряжение в воздухе рассеивается. Курияма с беспокойством смотрит на них обоих. Честно говоря подобные ссоры случаются регулярно и не стоит ей о них особенно беспокоиться. В любом случае, нам нужно вернуться к теме. Мы говорили о йому под названием Тень Пустоты. Хироми начал торжественно рассказывать.

- Тень Пустоты - это йому представляющий из себя туман. Так как он бестелесен, его весьма трудно убить. Говорят, что для его убийства необходимо как минимум трое потусторонцев, специализирующихся в разных боевых техниках. Однако они не так опасны, как от них трудно избавиться. Ведь все они бестелесны. Вы возможно подумали, что могли бы просто оставить их в покое, но оказывается, что как только Тень Пустоты станет достаточно сильной, то сможет наносить физический ущерб.

Хироми делает глоток чая из чашки стоящей на столе. Правда это мой чай. Ну да ладно.

- Короче говоря, Тени Пустоты, достигшие конечной фазы взросления и даже те, которые только обрели физическую силу, подлежат немедленному уничтожению. Учитывая, что их трудно убить, плата соответствующая. Во время затишья это беспроигрышный вариант, чтобы прославиться.

Хироми пожимает плечами.

- Разве ты не противоречишь сам себе? Чтобы справиться с Тенью Пустоты необходимы три высококвалифицированных потусторнца. Ведь так? Это значит, что преступникам придётся объединить свои усилия. Так? Но это также значит, что им придётся поделить награду между собой, что явно не входит в планы ни одного из них.

- Мицуки, дорогая, это правда, только если они будут пытаться убить бестелесную Тень Пустоты.

Хироми коварно заулыбался. Есть у него что-то злое на уме. Он будто упрекал свою милую, глупую сестру и в то же время высмеивал. Я никогда раньше не видел, чтобы этот сисконщик так холодно относился к ней.

- Если позволить Тени Пустоты обрести физическую форму, то во время затишья с ней сможет справиться даже человек без сверхъестественных способностей. Конечно с этической точки зрения это очень щепетильная тема. Предполагается, что воины потустороннего мира должны защищать людей от йому. Мы не имеем права подвергать человеческие жизни опасности по собственному желанию. И тем более для убийства йому. Если выяснится, что какой-то потусторонец сделал подобное, то ему обеспечена тёмная слава. К тому же ему запретят работать потусторонцем.

Затишье - период, во время которого йому значительно ослабевают. А также период, когда моральные качества воинов потустороннего мира падают. Во время той невыносимой пытки у Аяки, моя мать говорила более или менее то же самое. Она говорила даже про то, что отец, которого сильно боятся и стараются обходить стороной, может стать целью охоты. Даже если он не делает ничего плохого, всё равно может оказаться их добычей. Кажется, убийство бессмертного йому может стать большим скачком репутации потусторонца. Как Аяка однажды сказала: “Йому злые, потому что это их природа. Если убить йому, то это будет считаться хорошим поступком. Имеет смысл, да? Особенно для коррумпированной верхушки, управляющей организацией воинов потустороннего мира.”

- Но существуют ли на самом деле потустронцы, готовые пойти на такой большой риск ради славы? - я решил вставить своё слово.

Я не понимаю причину гнаться за Тенью Пустоты, если это может привести к изгнанию из потусторонцев. И тем более я не хочу верить, что Курияма может быть связана с чем-то подобным.

- Интересно, а были ли в прошлом инциденты, когда злые потусторонцы пользовались ситуацией при затишье?

Хироми потупил на мгновение и вновь продолжил.

- Конечно, я не говорю, что все потусторонцы замышляют недоброе. Конечно есть те, кто просто борется с йому и всё.

Тем не менее, тех кто захочет воспользоваться затишьем будет сполна. Если так, то всё очень плохо. Возможно они хотят убить Тень Пустоты за счёт кого-то другого. Вернее пожертвовать кем-то ради богатства и славы. Определённо есть кто-то, кто захочет воспользоваться другими.

На ум пришли слова Аяки. Она действительно понимала, что происходит.

- Мирай-чан взялась за истребление и пришла сюда. Она знала, что ее целью является Тень Пустоты. И все же она не знала, что в этом районе есть другие потусторонцы - потусторонцы, с которыми ей придется сотрудничать, чтобы закончить работу. Я прав?

Последующее молчание подтвердило подозрения Хироми.

- Я знал, что что-то не так, когда она подтвердила, что пришла за Тенью Пустоты, но не знала о других потусторонцах. Это значит…

- Воу, воу, воу! - прервал я.

Лицо Хироми принимает озадаченное выражение. Даже если это правда, такое нельзя сейчас говорить. Из его слов уже было понятно, что он хотел сказать. Курияма побледнела и задрожала. Я не знаю предали ли её или обманули. В любом случае, для неё это закончится плохо. Это точно. Убить сильного йому в пользу злодея. Не знаю кто придумал такой план, но в некоторым смысле это логично. Подходящее дело для представителя клана проклятой крови. Я… я так не думаю.

Затем происходит следующее. Окно клубной комнаты разбивается с громким звуком. Все четверо из нас сосредотачиваем внимание на окне, но это оказывается обманным манёвром. Что-то выбивает дверь в комнату. Я еле улавливаю это краем зрения. Мицуки сидит ближе всего к двери из-за того, что Хироми занял её обычное место, поэтому ворвавшаяся фигура в белых одеяниях набрасывается именно на неё. Девушка кажется вот вот закричит.

Нет времени на раздумья. Я инстинктивно пытаюсь встать между Мицуки и существом, чтобы превратить своё тело в живой щит. В момент, когда оно схватывает девушку, сидящий рядом Хироми демонстрирует нечеловеческую реакцию. Способность контролировать пространство. Атака существа направляется прямиком к горлу Мицуки, которая застыла от страха. Однако, когда атака почти достигает цели, то сталкивается с невидимой стеной, созданной Хироми. Трагедии получилось избежать. Существо уже готовит вторую атаку, но Хироми берёт свою сестру и оттаскивает её. В этот момент его спина стала открыта и существо ранит его. Форма на потусторонце теперь разорвана, а из раны хлещет свежая кровь. Чудище планирует продолжать атаку, но Курияма, материализовав свой кровавый клинок, встаёт на его пути. На этот раз её оружие тонкое и острое, как рапира. Кровь образовала и лезвие, и рукоять, защищающую руку.

Я наконец замечаю оружие нападающего. У него на руках есть когти, заточенные, словно ножи. Естественно, я также наконец понял, кто он. Вероятно, это что-то, что вы бы назвали оборотнем - у него голова волка, но тело очень похожее на человеческое. Зверь уставляет взгляд на Курияму и пронзительно рычит.

Даже если мы пережили первую засаду, мы всё ещё в смятении. При количественном соотношении четыре к одному, у него всё ещё остаётся преимущество. Тем не менее зверь решает отступить и убежать. Это на мгновение заставляет нас врасплох, но почти сразу же мы с Куриямой начинаем преследовать оборотня.

- Останьтесь оба! И закройте дверь в клубную комнату!

- Разве мы не должны преследовать его?! В это время дня в здании всё ещё есть учителя и ученики. Может появиться много проблем, если обычные люди пострадают от него, разве нет?

- Я облажался. Никто не может войти или выйти из моей клетки. Я признаю, что есть некоторые исключения, но видимо я некорректно рассчитал силы. И стена клетки упала.

Всем своим видом Хироми показывает, что ему больно. Его лоб обильно покрыт потом. Мицуки дрожит при виде раненого брата. Комната литературного клуба в мгновение ока стала полем битвы. Неудивительно, что потусторонец, занимающийся административной деятельностью, ошеломлён этим. В отличие от Мицуки, Курияма, закалённый в боях потусторонец, совершенно спокойна.

- Мицуки, тебе нужно успокоиться. Послушай меня. Тебе нужно запечатать эту комнату, чтобы обезопасить нас. Думаю, я потратил слишком много сил, чтобы поймать этого йому. Не похоже, что я смогу поддерживать клетку и дальше.

Хироми успокаивает свою растерянную сестру, поглаживая её по голове. Мицуки концентрируется на своей левой руке, как ей показал брат. Затем она начинает рисовать прямоугольник в воздухе. Странная сила охватывает комнату. Возможно, ей не хватает боевого опыта, но её способности всё равно впечатляющи, как и следовало ожидать от потусторонца семьи Насе.

- Как вы считаете, это сделал потусторонец, способный управлять йому? - спросила Курияма себе под нос.

Клинок из крови уже исчез. Она абсолютна собрана с мыслями, возможно потому что полноценной битвы так и не произошло.

- Есть как минимум два или три клана потусторонцев, способных управлять йому. И это не считая одиночек, обладающих подобными способностями.

- Хм, а ты хорошо соображаешь. Поняла, что этим йому кто-то манипулировал, - выразил своё впечатление старший потусторонец .

- Всё было очевидно. Нет никаких сомнений, - ответила она прямо.

- Потусторонец, который на нас напал. Интересно, что вынудило его пойти против семьи Насе, - измученно вздохнул Хироми и начал о чём-то думать.

- Ты делал что-то, чтобы заработать их гнев?

- И ты спрашиваешь об этом потусторонца? Чем известней и умелей ты, тем больше тебя не любят все остальные.

Хотя он говорил спокойным тоном, его лицо всё ещё напряжено.

- Есть столько людей, которые желают, чтобы клан Насе распался. Столько - сколько звезд на небе.

- Это правда, но…

- У нас сейчас есть более важные вещи, о которых стоит беспокоиться, - вставила Мицуки, прерывая Хироми на полуслове. - Ты что-то скрываешь, не так ли? Может объяснишь? Я не знаю, как ты, но я не сделала ничего такого, что заставило бы других потусторонцев нападать на меня. И мы в школе между прочим.

Особый акцент был сделан на словах “в школе”. Ах, верно. Это и есть то, что беспокоило меня. Но пока отложим вопрос о том, кто нападал. Мицуки права - проблема в том, что мы в школе. Школа защищена барьером, установленным семьей Насе. Обычных людей он игнорирует. Тем не менее, если йому или потусторонец пересекают барьер, хозяин барьера немедленно узнаёт о их присутствии. Именно этот барьер привёл к ожесточённой битве между мной и Хироми, а также именно из-за него Мицуки узнала о Курияме. Кроме того, если то потребуется, то барьер может стать непроницаемой клеткой.

Только благодаря своему совершенному барьеру, клан Насе, который специализируется на обороне, а не на атаке, может сохранять власть над этой областью. Поэтому школа, окружённая клеткой, должна быть абсолютно безопасным местом. Возможно невероятно сильный йому, известный во всем мире и мог бы разрушить барьер, но точно никто другой. Тем более тот йому, которым управляет потусторонец. Было бы стыдно за них, если бы йому проник в одну из их неприступных клеток.

В этом и заключается проблема. Что-то пошло не так. Слабый йому проник сквозь клетку. Я не могу подумать, что это связано с упадком клана Насе, скорее за этим скрывается грандиозный заговор среди потусторонцев. Хотя одна вещь мне всё же понятна. Даже если бы я был идеальным подобием главного героя, то не смог бы идти в ногу с этим супер быстрым развитием событий. Подождите ка. Что если я пропустил большое предзнаменование? Точно. В голову пришли слова сказанные сисконщиком. Так, пазл начинает складываться в целостную картину.

- Хироми, ты намеренно снял клетку?

Его лицо принимает интригующее выражение. Я даже не могу представить, о чём он думает.

- Так и есть, Акки.

- Что это значит? Я не прощу тебя. И никакие отговорки не помогут.

С бесстрастным выражением лица Мицуки начинает хлопать своего раненого брата по спине. Он кричит от боли. Похоже она не собирается его щадить.

- Я ничего не успел сказать! Погоди ты! Дай сначала объяснить!

Мицуки останавливает свой акт насилия. Хироми облегчённо вздыхает. Возможно, стоит разобраться, кто нанёс больше вреда: йому или всё же Мицуки?

- Есть люди, которые противостоят Насе.

Он не соходит со своей линии. Ах да, именно об этом мы и говорили прежде, чем отвлеклись на наши “мужские” разговоры. Всё снова стало серьёзным. Хироми делает лицо, подходящее для этого случая.

- Я думал, что они достаточно глупы раз решились идти против нашего клана. К моему удивлению, их действия были пугающе хорошо спланированы.

- Почему я не знаю ничего об этом? - спокойно спросила Мицуки.

В её глазах разгорелась искорка гнева. На лице Хироми появляется улыбка, ни счастливая, ни горькая. Должно быть, он не уверен, что должен чувствовать по этому поводу.

- Во-первых, верхушка клана решила, что ты, Мицуки, никак не сможешь нам помочь. Во-вторых, если бы мы тебя посвятили в дело, то ты бы слишком много говорила и нам бы было намного сложнее их ловить.

Предположительно, последняя причина послужила основанием для первой. Боже мой! Разве не стоило просто солгать? Или найти другое опрадание? Я думал, что Мицуки слетит с катушек, когда услышит ответ Хироми. А получилось наоборот. Она закрыла лицо руками и невнятно произнесла хлюпающими словами.

- Ты имеешь в виду, что я ещё не готова?

- Да.

Он улыбнулся и тепло продолжил.

- Мицуки, ты же можешь быть обычной старшеклассницей.

Видимо, это было то, что он действительно хочет для неё, как старший брат.

- Я так не хочу.

- Подведём итог. Кто-то доставляет неприятности клану Насе. Ты снял барьер со школы, чтобы заманить его в ловушку. План сработал и всё получилось как задумано. Всё правильно, да?

Я невольно посмотрел на неё. Хироми и Мицуки тоже сконцентрировались на том, что она говорила. Слова Куриямы заставили нашу беседу сдвинуться с мёртвой точки.

- В принципе да. Или что-то не так?

Курияма посмотрела на меня и высказала своё недовольство.

- Если они выжидали, чтобы уловить момент, когда можно будет пройти сквозь барьер, разве не было слишком опрометчиво вот так заводить драку? Может быть дело в том, что злоумышленник получил то, что хотел и поэтому скрылся. Может быть исходя из такой логики мы сможем понять, кем был нападающий.

Есть что-то удивительное в ней, когда она в режиме потусторонки. Она настолько уверена в своих способностях в ближнем бою, что даже не растерялась, несмотря на то, что столкнулась с тем чудищем.

- Не волнуйся об этом. Всё станет ясно, когда мы допросим оборотня.

- Того, который сбежал? - вскрикнул я.

Хироми чешет голову.

- Я сказал, что всё идёт по плану. Поверь мне.

Ладно. Дела Насе - это дела Насе. Но вот дела Куриямы по прежнему полны проблем. Было бы неплохо разобраться и с ней. Я начинаю.

- Можно тебя кое о чём спросить?

- Спрашивай?

- Если я стану телохранителем Куриямы, это не нарушит наш договор?

- Ну если так выражаться…

Полагаю, совершенно очевидно, что желание стать телохранителем было просто предлогом, чтобы ухаживать за ней.

- Думаю, всё в порядке. Сейчас сложная ситуация, и у меня нет никаких претензий к Мирай-чан. Но я делаю исключение. Помни об этом. Держи всё под контролем, иначе мне придётся поменять своё мнение.

- Хорошо. Я всё понял.

Он хороший парень, хотя и выглядит грубым. По крайней мере теперь я смогу помогать Курияме. Было бы проблемой, если моё бессмертие полностью бы пропало на время затишья, но пока у меня остаётся хоть капелька силы, из этого можно извлечь некоторую выгоду.

- Знаете, пока мы здесь, я также могу вам сказать, что Мирай-чан в настоящее время подозревается в измене против Насе. Хотя все прибывшие сюда к затишью потусторонцы подозреваются в том же. Не только она.

Затем Хироми вытаскивает небольшое сенсорное устройство и делает движения будто перелистывает страницы. Сначала я подумал, что он просто продолжил клубную работу, но оказалось, что он собирал информацию о Курияме.

- Я не имею к ним никакого отношения.

- Кажется, что так, и ты Мирай-чан ни с кем не связана. По крайней мере сейчас. Мы были бы признательны, чтобы ты воздержалась в будущем от любых действий против нас, моя названная сестра, которую я люблю так же сильно, как и родную.

Курияма одобрительно кивает головой. Опять он завёл свою любимую тему. Мицуки, всем видом показывает, что ей это не нравится, поэтому я, как третья сторона, решаю вмешаться, чтобы клубная комната снова не превратилась в поле битвы.

- Давайте не будем забывать о том йому, хорошо? То, что он убежал из клубной комнаты не решает саму проблему.

- Акки, поверь ты мне уже! Я уже два раза сказал, что всё идёт по плану. Всё ещё не веришь мне? Так вот знай, что им уже занялись. Оставь пожалуйста технические вопросы специалистам.

Это вообще не объяснение, но раз уж он так уверен в себе…

- Теперь осталось только выяснить личность потусторонца, который контролировал этого йому. И наверно стоит собираться домой?

Хироми осторожно встаёт, всё-таки у него травма спины. Мицуки внимательно осматривает его рану и говорит, что всё будет хорошо. Кажется рана неглубокая, судя по количеству крови, которую он потерял. Но формой ему придётся обзавестись новой, как ни крути.

- Им уже занялись? Что ты имеешь в виду, - спросила Курияма у Хироми. Она снова была в режиме потусторонца.

- То и имею в виду. Это значит, что с ним уже разобрались, - ответил он лениво и открыл дверь.

В проходе стоит красивая женщина с волосами цвета льна. Высокого роста. Одета в женский деловой костюм, что подчёркивает её зрелость. Когда она предстала передо мной, то у меня сразу возникло стойкое желание надеть на неё очки.

- Э-э-э… что ты здесь делаешь?

- Учитывая твоё положение, я думаю ответ очевиден.

Она улыбнулась чарующей бесстрашной улыбкой. Мой взгляд опускается вниз к её ногам, где лежит тело юноши-оборотня. Сейчас он выглядит совсем по-другому. Должно быть эта женщина тоже потусторонка, причём весьма сильная в ближнем бою.

- Отличная работа, Нино. Хотя я немного удивлен. Я думал, что ты сможешь захватить его живьем. У волчонка были какие-то карты в рукаве?

- Да. Был у него один трюк. Никогда раньше не встречала такого.

Сказав это, она распускает свои льняные волосы, которые были подвязаны сзади. От них доносится аромат взрослых духов. Её волосы опускаются до уровня талии. Может быть, мне следует сейчас же упасть на колени и попросить её позволить мне надеть на неё очки? Надев очки на взрослую женщину, я далеко уйду на пути к взрослой жизни.

- Йому, совершающий суицид. Когда-нибудь слышал о таком?

- Нет, никогда, - ответил Хироми и пожал плечами.

Их слова вернули меня из мира фантазий. Само собой сейчас не время витать в облаках.

- Я старалась взять его живьём, как и было предписано заданием. Но суицид - это совершенно непредвиденная мера. Я действовала осторожно, чтобы всего лишь вырубить его, но не как не убить, - с сожалением сказала красивая потусторонка и закрыла лицо рукой.

- Понятно. Неожиданный поворот, - с горьким взглядом вздохнул Хироми.

Мицуки и Курияма тоже нахмурились - видимо, они никогда не слышали о таком. Поскольку все потусторонцы говорили о том, кто что знает, пришло время и для меня.

- Хватит уже своих разговоров. Объясните мне, что здесь вообще происходит. И кстати, буду признателен, если ты представишь меня этой прекрасной даме.

- Да, моя оплошность, - сказал Хироми с кривой улыбкой на лице. - Этот парень, Камбара Акихито, он с нами заодно. Всё что для нас считается обычным делом, он воспринимает как что-то необычное. Не могла бы ты сама добавить пару слов о себе?

- Ты… тот парень, - сказала незнакомка, подразумевая некий смысл. - Я Ниномия Шизуку. Можешь называть меня Нино или сестра Шизуку.

Совершенно неформально. Но в любом случае она произвела настолько хорошее первое впечатление, насколько я только мог представить. Она не сделала внезапного покушения на мою жизнь, и при этом не сказала ни слова оскорбления.

- Некоторые потусторонцы могут завладевать разумом йому и контролировать его в течение некоторого периода времени. Это значит, что у этого йому не было особого мотива нападать на вас. Вопрос в том, почему этот йому совершил самоубийство? Ну, даже если у вас есть контроль над разумом йому, ваш контроль ограничен. Кукловод не достаточно силен, чтобы подавить инстинкты самосохранения. Проще говоря, йому просто подчинился приказу и убил себя.

- Проще говоря - вот почему ты здесь.

Хироми пожал плечами. Благодаря объяснениям Нино, у меня было чёткое понимание ситуации. По сути, невозможное произошло. Тогда следующий вопрос: было ли это невозможным, или это просто никогда не случалось раньше? Если бы это было последнее, всё, что нам нужно было сделать, это выяснить, как так произошло.

- Кем бы не был наш враг, он должно быть весьма силён, верно?

- Камбара, да? Я не ошиблась? Ты не правильно думаешь, - мягко заявила Нино. - Такого не происходило раньше. Мы не можем объяснять случившееся силой противника. Случай совершенно беспрецедентный. Если не собрать достаточно информации, то можно заключить ложные выводы.

Действительно такое возможно. Пока я молчал, Хироми потянул руку к телу йому.

- В любом случае, нам придётся найти следы кукловода.

Сразу после его слов что-то начинает шевелиться. Что-то, что не должно было шевелиться. Острые когти направляются в сторону старшеклассника. Он быстро реагирует, хотя, похоже, и не ожидал атаки. Его барьер появляется чуть позже, чем обычно. Мицуки и Курияма рефлекторно поворачиваются. Ситуация плачевная. В следующий момент тело Хироми летит назад. Поняв, что что-то не так Нино была наготове и отбросила его подальше. Мне интересно, если бы не было лучшего способа сделать это, но, учитывая, что пинок спас Хироми от худшего возможного исхода, это не имеет значения. Нино кулаком разбивает голову оборотня.

- Камбара, это ещё не конец, сказала Нино.

Курияма немедленно вновь материализует свой клинок. Мицуки начеку и следит за опасностью. Нино встаёт с корточек и рвётся вперёд, рассекая воздух перед собой. Но её планам не суждено сбыться. Она оборачивается.

- Убежал!

Еще до того, как она закончила, Мицуки и Курияма взлетели в воздух, словно их толкали невидимые силы. Они обе закричали от боли, когда столкнулись со стеной коридора. Я понятия не имею, что происходит.

- Чёрт возьми, что происходит! Мы же не с Тенью Пустоты сражаемся, ведь так?!

- Сохраняйте спокойствие. Тень Пустоты - это не невидимый йому, а просто сгусток материи.

Нино пристально смотрит на пустое место. Там определенно есть кто-то невидимый, йому которого не замечают другие. Только красивая женщина, стоящая рядом, понимает, где он.

- Отойди, - приказала она.

Нино делает шаг вперёд и замахивается ногой. Ее высокий удар с разворота останавливается в воздухе. Она использует отскок, чтобы вернуть ногу обратно, затема хватает невидимого врага обеими руками и проделывает бросок через спину. На первый взгляд может показаться, что она просто сходит с ума. Однако я могу сказать, что у неё развернулась жестокая битва с невидимым врагом. Битва между воином потустороннего мира и йому. После броска она поднимается с пола и отряхивает свой костюм.

- Я обо всём позаботилась.

- Спасибо, Нино.

Его пнули, должно быть, было больно. Несмотря на это, Хироми всё-таки поблагодарил её, прежде, чем сказать что-то ещё. Должно быть, он знает лучше, чем кто-либо другой, насколько серьёзной была опасность, с которой они столкнулись.

- Быть телохранителем тоже часть моей работы.

Выражение её лица смягчается. Но это продолжается недолго. Нино снова возвращается в боевую стойку и поворачивается к задней части коридора. Когда я оборачиваюсь, там уже стоит жуткая фигура в чёрной мантии. На голове у неё надет капюшон, так что я не могу рассмотреть лица. Я не знаю, человек ли это или йому, но позади него два йому: один с огромных глазом и ртом, другой с крыльями, похожий на летучую мышь.

- Хироми, неужели твоя клетка стала слабее?

- Да что такое! Я не мог не заметить их проникновения через клетку.

- Разве это не трансгрессия? Я точно не могу распознать трансгрессию, но я думаю, что они появились здесь только что. Это бы всё объясняло? - сказала Курияма Хироми с озадаченным взглядом.

- О-о-о! А она сообразительна! - с улыбкой сказала Нино.

Я беру Мицуки за руку и отхожу подальше, чтобы не мешать битве. Нино и Курияме предстояло сразиться с незнакомцем в чёрном и двумя йому. К счастью коридор достаточно узок. И это играет нам на руку. Возможно они могли бы обратить на это внимание. Брат и сестра семьи Насе могут создавать непреодолимые барьеры. Ну а я - я бессмертен, так что буду бесполезен даже в качестве заложника. Ладно оставим работу профессионалам своего дела.

- Акки, прости, что впутал в это Мирай-чан. Я редко прибегаю к помощи Нино. Поддержание клетки на этом этаже расходует все мои силы.

- Никогда не думал, что увижу тебя таким слабым, - пошутил я в ответ.

- Я и понятия не имел, когда планировал заманить йому в ловушку, что такое произойдёт. Если быть откровенным, я понятия не имею, что сейчас происходит.

- Пожалуйста, Акихито, помоги нам, - попросила Мицуки

Куда делась её обычная наглость? Она едва заметно дрожит. На самом деле ничего удивительно. На нас свалилась серия невообразимых событий. Особенно плохое предчувствие у меня вызывает этот тип в чёрной мантии.

Вдруг. Одноглазый йому произносит слова не похожие ни на один человеческий язык. В воздухе образуется волшебный круг, и из него появляется странный длинный меч. Окружающее пространство отражается в зеркальном лезвии этого меча. Его рукоять украшена несколькими бумажными полосками, которые можно использовать для магии. Незнакомец в чёрном спокойно берёт длинный меч в руку и взваливает его на плечо. Меч кажется слишком длинным, чтобы оказаться полезным в ограниченном пространстве, в котором мы находимся. Однако, если незнакомец понимает это и всё же выбрал его, в мече должно быть что-то особенное, что заставило его сделать этот выбор.

Нино настороже стоит на месте. Летающий йому призывает ещё несколько магических кругов на полу, из которых появляются четыре оборотня. Кажется это была подготовка. И битва вот вот должна начаться.

Всё начинает, когда Курияма бросается на группу йому, держа свой клинок обеими руками. Она ловко сокращает дистанцию и поражает одного из оборотней, уворачивается от его пасти и, используя полученный импульс, разворачивается. В развороте её клинок отрубает оборотню правую руку.

Одноглазый йому прыгает на неё, но не успев приземлиться оказывается разрезанным надвое. Лицо Куриямы окропляется красновато-чёрной жидкость. Но похоже её это не беспокоит. Она прыгает к своей следующей цели. Может показаться, что её маленькое хрупкое тело не подходит для битв, но не стоит обманываться этим. Потусторонцы ближнего боя имеют нечеловеческую физическую силу.

Строй йому поредел, и они изрядно заволновались. Незнакомец в чёрном с силой делает замах мечом, будто желая одним ударом уничтожить всех своих прихвостней, но резко останавливается. Кажется его оружие в мгновение застыло на месте, указывая на Нино.

- Твой противник - это я.

Нино дьявольски улыбается. Она делает движение, после чего незнакомец взмывает в воздух. Я могу лишь наблюдать за быстрым развитием происходящего.

- Нино может сознательно контролировать любое пространство, которое она видит, и деформировать его так, как ей хочется. Она ориентирована на ближний бой, хотя её способности во многом похожи на наши.

Объяснения Хироми помогли мне лучше понять, что это только что было. Это битва между йому и потусторонцем происходит за пределами человеческого понимания. Незнакомец в чёрном встаёт после того, как его бросили на землю. Он легко поднимает свой меч и разрезает воздух. Происходит вспышка. Нино отпрыгивает назад, чтобы уклониться от удара, но допускает просчёт. Её левое плечо оказывается разорванным, и оттуда течёт свежая кровь. То, как её левая рука болтается на боку, свидетельствует о том, что рана серьезна. Нино находится в положении, в котором не может позволить себе перенести последующую атаку, и поэтому не показывает никаких признаков отступления.

- Забавно. Видимо зрение меня подвело, - иронично пошутила Нино.

Она явно страдает от боли. Неясно, достаточно ли у неё сил. Но если у неё есть контрмеры то, чем быстрее она их применит, тем лучше. Я подаю Хироми знак взглядом и затем двигаюсь вперед, чтобы встать рядом с Нино. Придётся импровизировать.

- Я пойду вперёд и приму удар на себя, а вы, Нино, атакуйте.

- Ты всегда так сражаешься?!

- Конечно, нет - я всё-таки чувствую боль, - ответил я и пожал плечами.

Озорная улыбка пропадает с лица Нино. Внезапно незнакомец в мантии бросается на нас с мечом. Как же эти злодеи не могут понять, что надо подождать пока герои закончат разговор. Я не собираюсь уклоняться от этого удара и поэтому делаю шаг вперёд. Меч идёт в направлении моей ключицы и вонзается прямо в плоть. Чтобы выиграть для Нино как можно больше времени (хотя бы секунду), я берусь руками за лезвие меча. В следующий момент Нино наносит мощный удар в живот типу в чёрном. Сила её атаки заставляет его отпустить свой меч и упасть на пол. Капюшон соскальзывает с его головы и обнажает лицо. Это оказалась молодая девушка с красивыми волосами. Её глаза совершенно безжизненны. Она скорее похожа на труп. Девушка натягивает капюшон обратно на голову.

- Манипулятор, - сказала Нино, нахмурившись.

Манипуляция - поистине отвратительная форма колдовства, позволяющая манипулировать телом мёртвого человека. Но даже если он мертв, то не может регенерировать, как я. Если его тело полностью уничтожить, оно перестанет функционировать. С марионетками не так больно иметь дело, как с людьми, одержимыми могущественными йому, но всё же есть что-то тревожное в нападении чего-то с телом человека.

- Шах и мат, - заявила Нино, стоя перед марионеткой в мантии.

Вероятно из-за накопленного опыта Нино абсолютно спокойна, зная истинную сущность нападавшего. Она делает шаг вперёд. В следующий момент потерпевшая поражение марионетка предпринимает попытку побега. Реакция Нино немного замедлена, вероятно потому что она не понимает, по какой причине кукловоду придёт в голову спасти свою одноразовую марионетку.

- Я не позволю тебе сбежать так легко.

С этими словами Нино хватает рукой воздух. На мгновение незнакомка в пальто останавливается. Рефлекторно я окликаю находящуюся рядом потусторонку.

- Курияма!

Она пронзает клинком оборотня, стоящего перед ней, и переводит взгляд на фигуру в мантии. Курияма выглядит обеспокоенной. Похоже, её оружие застряло в оборотне. Тогда она использует свой второй меч, чтобы прикончить его. Курияма наносит сильный удар по марионетке в чёрном. Та отлетает, разбивая окно, и падает снаружи.

Курияма разжижает свой первый клинок, чтобы втянуть его обратно в руку, и снова материализует. Теперь она вооружена двумя клинками. По сравнению с моментом внезапного нападения ситуация заметно улучшилась.

- Что там с клеткой? - споросила Нино у Хироми.

- Работает на минимальном уровне.

Услышав это, она начинает погоню. Я наблюдаю, как Нино погналась за чёрной мантией. Похоже, ей не нужно, чтобы я защищал её от марионетки, потерявшей желание сражаться. И кроме того, я не в том состоянии, чтобы немедленно следовать за ней. Терпя боль, я вытаскиваю меч из своей плоти и бросаю его на землю. Рана начинает заживать и через некоторое время полностью затягивается.

Наконец я перевожу свой взгляд на Курияму. С помощью своего тёмно-красного клинка, летящего по неестественной траектории, она пронзает насквозь летающего йому. Похоже три оборотня уже убиты, а ещё один потерял левую руку и изрядно ранен. Однако оборотень лежащий позади миниатюрной девушки неожиданно встаёт и начинает атаковать.

- Осторожно! - крикнул я, пока бежал со всех ног, чтобы закрыть Курияму своим телом.

Я собираюсь встать между ней и оборотнем, но неожиданно она хватает меня за шею своей правой рукой и бросает на пол, а левой парирует удар оборотня позади.

- Не беспокойся, семпай.

Её клинок резко меняет свою форму. Кажется её гнев передаётся крови, из которой сделан клинок. Ряд меньших лезвий вырастает на главном и отрезает оборотню голову. Фонтан тёплой крови обливает меня, лежащего на полу. После того, как основная часть крови перестаёт разбрызгиваться вокруг, Курияма поворачивается лицом к последнему выжившему оборотню. Я так полагаю, что они намного слабее того, который напал на нас вначале. В любом случае, они не ровня Курияме и её способностям манипулировать кровью.

Она отталкивается от пола и прыгает вперёд. Скрестив алые клинки, девушка приближается к последнему оборотню. Не имея возможности даже сопротивляться, йому-оборотень оказывается разорванным пополам.

Коридор залит кровью. Повсюду лежат отрубленные конечности и не успевшие остыть внутренности. Мицуки закрыла рот руками и отвернулась от ужасного вида. Закончив битву, Курияма покачивающейся походкой подходит к стене и прислоняется к ней. Её ноги подкашиваются и она падает коленями на пол. Миниатюрная девушка, которая сражается клинками сделанными из её собственной крови. Необычная техника. И я смог в полной мере её лицезреть.

Но по видимому техника очень опасна и для самой Куриямы. Похоже, она перегружала себя, пытаясь стереть все свои негативные впечатления. На неё оказывалось давления большее, чем мог бы выдержать любой человек. Когда я подхожу к девушке, она неловко улыбается.

- Я неплохо справляюсь в быстрых битвах… Но на этот раз я использовала слишком много крови.

У неё бледное лицо. Надо ещё поискать другого такого самоотверженного потусторнца. Она, должно быть, была в такой агонии, что даже не могла стоять - и всё же улыбнулась, чтобы я не беспокоился о ней. Внезапно всё её тело падает на пол и она успевает протянуть руки вперёд, чтобы я успел её поймать. Я чувствую вес её тела. Она ещё раз нежно улыбается и теряет сознание у меня на руках. Именно эта её сторона заставила меня никогда не хотеть бросить её. Я помогу Курияме.

- Кстати, Акки, - внезапно позвал меня Хироми.

Я не могу себе представить, что он посмеет сморозить одну из своих глупых шуток в такой момент. Я оборачиваюсь, чтобы посмотреть на его чёртово лицо, держа Курияму в руках.

- Ты понял, кто был в этом чёрном плаще?

- Да. Это была марионетка.

Мой тон оказался грубым. Думаю лицо тоже приняло кислое выражение.

- Эй, не смотри на меня так. Ничто из этого не оставляет у меня плохого впечатления о тебе, Акки.

Только негодяи пользуются марионетками. И поэтому, даже когда марионетка убивает человека, всегда есть те, кто при этом считает меня, полуйому - опасным. Так было и так будет всегда. Однако этот инцидент оставил у меня неприятное чувство, не связанное с моими личными проблемами.

- Я не беспокоюсь об этом. Но вот ты видишь реальную проблему? Мы имеем дело с потусторонцем трансгрессором и кукловодом йому. Разве потусторонцы и йому не являются антиподами? С кем ведёт борьбу клан Насе?

Это всё, что я хочу знать. Хироми пожимает плечами.

- Ты говоришь какие-то глупости. Именно поэтому мы и поставили ловушку - чтобы выяснить. Если бы мы знали, с кем имеем дело, то всё было бы намного проще.

Хироми смотрит на Мицуки. После переводит взгляд на Курияму.

- Мирай-чан в порядке?

- Кажется да. Но она потеряла сознание от потери крови.

И на этом он оканчивает разговор. Меня это заставляет взволноваться.

- И ты не собираешься мне ничего сказать?

- Нет. По крайней мере не сейчас. Ты не сможешь принять взвешенное решение в таком состоянии. К тому же потребуется время, чтобы ты проанализировал всё случившееся. Как только мы дойдём по правдоподобного предположения, ты услышишь его, хочешь ты того или нет.

После этого Хироми начинает говорить с Мицуки о том, как связаться с их руководством или что-то в этом роде. Я бы потратил впустую своё время, если бы нажал на него ещё больше. Я снова смотрю на Курияму, которая всё ещё находится без сознания. Кажется, что она немного покраснела, по-видимому, потому что вся её кровь вернулась в оборот кровообращения. Я оглядываюсь. Ужасное зрелище передо мной выглядит совершенно непохожим на обычный школьный коридор. Ну, по крайней мере битва закончилась.

- … семпай? - тихим голосом произнесла очнувшаяся Курияма.

- С тобой всё в порядке?

- ... да...

Она встаёт на ноги и облакачивается на стену коридора.

- Зачем ты влез в драку?

- Потому что хотел спасти тебя.

- Но я же воин потустороннего мира, специализирующийся на ближнем бою, верно?

- Да, но это была чрезвычайная ситуация. Когда я увидел, что тебя собираются атаковать, моё тело просто пошло само по себе. Знаешь у меня такая личность, не могу я оставить в беде красавицу в очках.

Курияма, молча, закрывает глаза. А затем тихо, как мышь, произносит:

- Ты добрый, семпай.

- С чего ты взяла?

- Ты хорошо относишься ко мне, несмотря на то, что видел какая я на самом деле.

Девушка в красных очках слабо улыбается. Кажется, эта улыбка может исчезнуть в мгновение. Поэтому я улыбаюсь ей в ответ. Я вижу в ней столько общего с самим собой.

- Семпай.

- А?

- Я похожа на нормального человека?

Что за вопрос? У меня аж сжалось в груди.

- Конечно.

- Но остальной мир так не думает. Люди отказываются принять меня, как одну из них. Поэтому я должна доказать им, что могу быть полезна. Это единственный способ, которым они примут, что моя жизнь что-то значит.

Иными словами, она хочет найти своё место в жизни, доказав свою полезность для других. Я чувствую, что мельком смог увидеть темноту, которую Курияма держит в себе. Она просто хочет, чтобы с ней обращались как с обычным человеком. И всё же, люди вокруг неё не принимают её, как обычного человека.

Она хочет быть обычной. Я понимаю её чувство. Как же ей больно. Кажется, я не смогу оставить эту девушку. Такое ощущение, что есть что-то очень похожее на заклинание, из-за которого она не может игнорировать йому. Как жаль. Я улыбаюсь. Курияма, завидев это, смотрит на меня в замешательстве. Ситуация продолжает оставаться непредсказуемой, поэтому я решаю, что лучше не говорить на серьезные темы.

Нино сан прерывает нашу неловкую беседу. Она закидывает руки за голову, как будто дуется, или, может быть, чем-то недовольна.

- Она сбежала, - первое, что сказала Нино.

Весьма лаконично для отчёта.

- Сбежала? Разве учителя и ученики не будут в опасности?

- Их целью были члены семьи Насе, так что всё в порядке. Я думаю они не будут беспредельничать пока не достигнут своей цели.

Идея имеет смысл. Если бы они начали причинять вред обычным людям, то это бы привлекло внимание других потусторонцев. Если бы их целью на самом деле было внезапное нападение на семью Насе, для них, безусловно, было бы мудрее оставаться в тени. Нет, подождите. То, как шёл разговор, заставило меня упустить кое-что. Для чего они тогда планировали сбегать?

- Я думал йому не могут пройти сквозь клетку, разве не так?

Я перевёл взгляд на причастного потусторонца. Мне кое-что пришло в голову.

- Что если клетка не реагирует на тех, кто когда-то был человеком?

- Клетка не такая глупая, чтобы не заметить ходячий труп.

Я продолжаю задавать вопросы.

- А что тогда случилось?

- Не спрашивай меня об этом. Нино, у тебя есть какие-то мысли по этому поводу?

- В клетке была дыра, диаметром около восьмидесяти сантиметров. Я нашла рядом следы. Это выглядело почти так, как будто клетка была нейтрализована взаимодействием с другим барьером, как у клана Насе.

Красивая сестрица многозначительно пожимает плечами. Когда один барьер сталкивается с другим, то они оба аннигилируются. Это стандартный метод разрушения барьеров. Но постойте. Клетки же - специальность Насе.

- Хироми, не забывай, что мы имеем дело с кем-то, кто владеет манипуляцией. Прежде чем искать предателей в семье, поищите людей, которые пропали без вести. Вполне возможно, что чьим-то трупом манипулировали.

- Да я и без тебя это знаю, Нино.

Он кажется мрачным. Нино хихикнула. Что-то беспокоит меня.

- Точно ли можно использовать манипуляцию, чтобы управлять трупом?

- В принципе, это возможно. Мы имеем дело с нарушителями этических правил.

Она почесала голову, казалось, в замешательстве.

- Кстати, мы весьма жестоко с ними обошлись. Что вы собираетесь теперь делать с коридором?

Я ещё раз осознал, что вся окружающая обстановка является реальностью. Даже в самых страшных домах с привидениями нет такого количества крови. Везде вокруг лежат трупы. Ужасное зрелище.

- Хм… Хороший вопрос. В принципе нужно иногда менять окружение.

- И когда это мы собрались стать героями хоррор манги?

- Это шутка. Если серьезно, об этом позаботятся. В семье Насе есть люди, которые заботятся о таких мелочах. Все, что нам нужно сделать, - это отправиться домой и притвориться, что ничего не произошло.

Он действительно обо всём уже позаботился. Кажется, что всё подошло к концу именно так, как и должно было. Я быстро осматриваю коридор, и одна вещь привлекает моё внимание. Это длинный меч, который чёрная мантия призвала из магического круга. Когда меч ранил Нино... подождите ка, что? Разве она не потянула обе руки над головой минуту назад? Я посмотрел на неё, только чтобы увидеть, что она стоит в глубокой задумчивости со сложенными руками.

- Нино, что случилось с раной на твоём плече?

- Ах, точно.

Она вытаскивает полоску бумаги с надписью из под рубашки.

- Это оберег, способствующий восстановлению ран. Разве могу я позволить себе выйти из боя из-за раны или двух.

Кажется она хороша не только в ближнем бою, но и в поддержке. И вот я подхожу к интересующему меня вопросу.

- А что делать с этим мечом?

Я хватаю его за рукоять и пытаюсь поднять, но теряю равновесие из-за веса. Он оказался даже тяжелее, чем я ожидал от меча такой абсурдной длины. Когда я кладу левую руку на рукоять, то обнаруживаю, что могу удивительно легко его поднять.

- А выглядит тяжёлым, - заметил я.

- Я беспокоилась о его длине. Казалось, его невозможно поднять одной рукой.

Нино проводит рукой по длине лезвия. Затем некоторое время осматривает его. Её отношение было именно такое, какое можно было ожидать от красивой, умной женщины.

- Хироми, не возражаешь если я возьму его для исследований?

- Хорошо. Забирай. Ты лучше разбираешься в таких вещах.

Хироми встаёт и протягивает руку Мицуки. Затем он посмотрел на меня и Курияму.

- За ними уже приехали. И вы вдвоём поедете с нами. Вы не должны выходить на улицу в таком виде. Выглядите, как статисты для фильма ужасов.

Мы с Куриямой переглядывается и смеёмся друг над другом. Лицо, униформа, всё окрашено в алый цвет моей собственной кровью и кровью других. Прямо как в фильме ужасов. На этот раз он прав. Когда мы выходим из здания, то видим три припаркованных роскошных чёрных автомобиля. Нас приветствует пожилой водитель с бесподобными манерами. Мицуки и Хирооми садятся в первую машину; Нино во вторую; а Курияма и я в третью.

Автомобили плавно двинулись в путь. Я наконец могу расслабиться. Гляжу в окно: солнце уже зашло, и окрестности освещаются уличными фонарями. Понятно, что у семьи Насе возникли неприятности. К счастью, ни я, ни Курияма не имеют к этому никакого отношения и мы можем больше в это не ввязываться. Однако если причиной этого беспорядка действительно является семья Насе, то нельзя точно сказать, что нас это больше не коснётся. Поэтому чувство будущих проблем не покидает меня. Как-то печально.

В итоге нас привозят не в поместье Насе, а в небольшую квартиру недалеко от школы. А Нино получается отправилась в другое место, оставив здесь четверых старшеклассников.

- Это комната экстренной эвакуации, - сказала Мицуки. - Здесь есть всё необходимое оборудование для потусторонцев, запасы продовольствия, предметы первой необходимости и запасная униформа. Немного тесновато - всего две спальни, плюс гостиная, столовая и кухня, - закончила она.

Она вернула свою обыкновенную надменность. Обычно, я бы не предпочёл подобное развитие событий, но сегодня это является действительно облегчением. Каждый из нас по очереди принял душ и надел новый комплект школьной формы. Не было никакого смысла слишком долго торчать там, поэтому мы уехали вскоре после того, как все были готовы.

- Обычные люди ничего не заметят, верно? Несмотря на то, что там так много всего произошло? Честно говоря, мне трудно в это поверить. Это только мне так кажется, или всё очень плохо? - пожаловался я прежде чем выйти из квартиры.

- Всё будет хорошо, - усмехнулся Хироми. - Подумай об этом. Ты же смотришь телевизор и знаешь, что существует профессия адвоката. Но ты когда-нибудь видел в жизни адвоката в работе? А их десятки тысяч. А потусторонцев всего пару тысяч. Поэтому неудивительно, что никто не видит нас в работе, кроме других потусторонцев разумеется.

В этом определённо есть смысл. И ответить то нечего.

- Имеет смысл. Итак, мы закончили на сегодня?

- Да. Подробный отчёт будет предоставлен позже. Я думаю пока никто из нас не захочет возвращаться в клубную комнату.

Даже если люди из Насе привели там всё в порядок, у меня пока нет желания возвращаться. Если бы мы вернулись, я не могу представить, что мы смогли бы продолжать отбор. Курияма вежливо отклоняет предложение Хироми проводить её, прощается и отправляется домой.

- Что собираешься делать, Акки?

- Хочу прогуляться и обдумать некоторые вещи.

С этими словами я последовал за Куриямой.

- За тобой здесь присматривают потусторонцы?

- Не то чтобы. Я начал общаться с ними с того момента, как они напали на меня однажды. У меня кстати не было в планах провожать тебя, но после сегодняшнего инцидента у меня плохое предчувствие. Я имею в виду, что подумал, что лучше за тобой приглядеть.

Тихий жилой район. На ночной дороги ни души.

Никакая обыкновенная девушка в здравом уме не будет жить в подобном месте. Она вела меня сюда, и в темноте дорогу я не смог запомнить. Так что вернуться сюда самостоятельно не смог бы.

- Семпай, ты когда-нибудь дрался с йому? - Вдруг задала мне такой вопрос Курияма. Не было смысла прятаться или лгать.

- Да.

- А… зачем?

- Знаешь, мне не хочется отвечать на этот вопрос. Йому непредсказуемые существа. Так что даже тебе не стоит думать обо мне, как о союзнике.

Я - полукровка: не человек и не йому. Вот почему я одинок.

- Извини.

Выражение лица Куриямы стало пасмурным. Неудобным вопросом можно легко испортить разговор. Поэтому я решаю перенаправить его в другое русло.

- Курияма, ты привыкла сражаться с йому?

- Да.

Это был ожидаемый ответ. Вряд ли бы потусторонец с разными способностями мог провести пятнадцать лет как нормальный человек. И не могло случиться то происшествие на крыше с девушкой, у которой не было бы боевого опыта. Несмотря ни на что, первая наша встреча всё ещё заставляет меня чувствовать себя неловко.

- Семпай.

- Да? - произнёс я невнятно.

Мне интересно, что хотела узнать Курияма. Пока я жду вопроса то понимаю, что хочу её поддерживать, а не просто преследовать.

- Ты когда-нибудь убивал йому?

Это наводящий вопрос. И поэтому я отвечаю на него не колеблясь.

- Да.

Слишком большое внимание подобной теме опасно, поэтому стоит увести разговор из этого русла.

- Понятно… Семпай тоже имеет подобный опыт. - проговорила под нос слабым голосом Курияма.

Было ясно, что слово “тоже” здесь неспроста. Обычно глупые разговоры про йому заканчиваются смехом.

- Я - убийца.

- Это не так, - возразил я словам Куриямы.

- Закон этой страны гласит, что нельзя убивать человека, порабощённого йому. Но, понимаешь, иногда приходится уничтожить всё живое вокруг, чтобы победить йому.

- И что с того?

Курияма улыбнулась сама себе. У меня в голове родилась гипотеза.

- Само собой, если оставить йому без присмотра, то он наделает ещё больше ущерба. Если ты проявишь эмоции человеку, который стал злым из-за йому, то попадёшь на его крючок и станешь ещё более человечным. Поэтому надо оставаться…

- … я согласна.

Мне не очень понравилось выражение, с которым она произнесла это. Но всё, что я могу сказать, это то, что это личная проблема Куриямы. И всё же я хочу, чтобы разговор начал идти в позитивном или хотя бы нейтральном русле.

- Разве одержимый всё ещё не желает жить, даже под воздействием йому?

- …да…

Это был еле слышный ответ. Я чувствую странное волнение. Даже если думать здраво, заявление об убийстве от Куриямы - это что-то ненормальное. Если думать об одержимом, как о человеке, то нанести ему удар будет морально трудной задачей. Девушка смотрит на меня задумчиво. Возможно у неё ещё остались вопросы.

- Если у тебя есть какие-то вопросы, то задавай пожалуйста.

- Чем занимаются твои родители?

На этот раз это был прямой вопрос. Редко можно встретить, чтобы человек и йому поженились. Наверное, потому что это немыслимо. чтобы они могли хоть как-то быть связаны.

- Ну, мой отец ушёл в горы, косить траву. А мать ушла на речку стирать бельё.

- Вот как… жестоко.

- Ты что, так просто в это поверишь?

- А это разве ложь?

Это были искренние слова юной девушки. С Мицуки было бы намного сложней.

- Ну если честно, то они пропали бесследно. Так что это не далеко от правды.

Крияма кашляет и сразу же говорит следующее.

- Извини, мне было немного всё равно.

- Ну раз они пропали, то это значит, что они всё ещё могут быть живы.

Давайте-ка передохнём. И закончим с этой историей. Это рассуждение для меня самого. Всё-таки она не взрослый человек, чтобы быть в состоянии разговаривать на такие депрессивные темы подолгу.

И вот мы увидели кондитерский магазин, который выглядит словно храм.

- Это жуткое место, но будь уверена, внутри работает всё-таки человек - женщина.

После оправданий я провожу Курияму внутрь японского кондитерского магазина. Из задней комнаты виден слабый свет, так что в отличие от улицы здесь всё же есть люди, можете быть уверены. Я несколько минут звоню в звонок, стоящий на прилавке, в ожидании Аяки. Женщина-лавочник в кимоно выглявывает из задней комнаты с раздражённым видом.

- Камбара, заходи уже сюда, я тебя приглашаю.

Однако через мгновение она замечает, что я не один.

- А, и ты додумался привести красивую девушку в такое место?

- Это потому, что мы проходили мимо, а здесь не самый приятный район. И вообще, что ты такое говоришь? Неужели ты сегодня в такое время решила напиться?

- Ну, ты всё равно решил зайти сюда. Пришёл по срочному делу и тебе надо посоветоваться? Или ты решил мне представить девушку, с которой начал встречаться? Или есть какой-то особый повод?

Как только я начал это выслушивать, то понял, что шанс представить Курияму Аяке и того меньше, чем шанс выиграть в лотерее сто тысяч йен. Поэтому говорю, что мне нужна срочная консультация. Мы с Куриямой входим в заднюю комнатку, оформленную в японском стиле, и садимся за стол.

- Это Курияма Мирай, о которой я говорил на днях. Я не думал, что её обязательно надо приводить сюда. Но так уж получилось.

- Хм. Ты не против рассказать, что дальше случилось в твоей истории?

- Окей.

Я поочерёдно смотрю то на миниатюрную девушку, то на женщину в кимоно напротив. Думаю сейчас будет лучше, если случившееся объяснит Курияма, как потусторонка она намного лучше в этом разбирается.

- Камбара, может начнёшь?

- Мне кажется Курияма сможет лучше объяснить, чем я.

- А… я?

- Ну я не знаю многих терминов, использующихся потусторонцами.

- Кажется у нас атмосфера слишком официальная? Мирай-чан не может в таком состоянии говорить слишком много?

Аяка сидя на своём месте, улыбнулась Курияме. Девушка в ответ осторожно кланяется и начинает рассказывать о том, что произошло сегодня после школы.

- Вот как. Ну, общая картина мне стала понятна.

Аяка смотрит на меня, почёсывая чёлку. Кажется своим взглядом она намекает мне продолжить разговор. И вот я собираюсь с мыслями, чтобы задать интересующий меня вопрос.

- Эй, Аяка, на этот раз спрошу серьёзно. На кону стоит человеческая жизнь.

- Ну не могу же я так просто изменить себя.

- Я понимаю, но постарайтесь хотя бы на этот раз.

После этих слов продавщица начала смотреть на Курияму. Интересно почему меня стало тошнить от её взгляда? Я не могу это игнорировать и решаю вмешаться.

- Ты что-нибудь поняла?

Опрошенная женщина-потусторонец торжественно начинает говорить.

- Прежде чем я перейду к основному предмету нашего разговора, должна сначала разобраться в истории. Первым появился йому-оборотень, которым манипулировали. Затем случился инцидент с невидимым йому и появилась незнакомка в чёрной мантии?

- Ещё два летающих йому и четыре призванных оборотня.

- Ага, - ответила мне владелица магазина и лукаво улыбнулась.

Курияма молча слушала это. Аяка закрывает рукой левый глаз и сосредоточенно смотрит на меня.

- Кто наш враг: йому или потусторонец? Что нам делать?

Её взгляд угнетает меня. Я чувствую себя словно лягушка, пойманная змеёй.

- … хочешь сказать, что это не имеет значения?

- Я этого не говорила. Просто меня не волнует результат, меня волнует сам процесс.

- Процесс?

- Да, процесс. Побег незнакомки и пробоина в клетке? Необычные события. Хотя это всё и возможно. Но я не буду спешить с выводами. Вам не кажется, что всё это просто ошибка?

- Правда, побег вызывает сомнения. Тот факт, что в клетке была дара, может вероятно объясняться нейтрализацией с помощью другого барьера. Похоже, что кто-то из Насе перешёл на сторону врага.

- Камбара, я вижу ты в этом не очень уверен.

Опустошённый взгляд, смотрящий сквозь всё подряд, вдруг остановливается на мне. Я решаю возразить ей.

- Насе - клан, который удерживает свои позиции только благодаря силе их барьеров. Соответственно, клетка - не та вещь, которую можно легко сломать. Ненормально думать об этом, как о простой нейтрализации препятствия.

- Ну, клетка конечно крепкая, но и её, как видишь, сломали.

- То есть количество помех, способных нейтрализовать клетку, не ограничено?

На этом месте разговор прерывается другим голосом: голосом Куриямы, которая до сих пор молчала и не решалась высказать своё мнение.

- Похоже Мирай-чан намного решительней в своих рассуждениях, чем Камбара.

Я помню, что она когда-то сказала нечто подобное. Странно сравнивать меня с Куриямой, с которой она познакомилась только что.

- Короче говоря, если вы позволяете нейтрализовать защитный барьер, это будет синонимом того, стоит ли пересмотреть вопрос о вашем положении в верхушке Насе. А даже если бы среди своих оказался предатель, то разве информационная сеть Насе не достаточно хороша, чтобы они об этом узнали?

Что ж это может быть правдой. Если пропал пользователь клетки, вы не сможете пропустить его исчезновения. Похоже слова Хироми легко убедили Нино, возможно потому, что это была пьеса, которую я не смог понять. Внутренний конфликт. Тогда я понимаю его чувства, что он не хочет, чтобы Мицуки была втянута в это.

- Это правда. У руководителей много собственных подпольных игр.

- Гениально. Получается ты всё-таки умеешь думать логически.

Это просто ужасно. Аяка зловеще улыбается, закрыв один глаз.

- Есть ещё один вариант. Кто-то мог намеренно отпустить чёрную мантию.

- Нет, - кротко возразил я.

Я начал обдумывать возможность такого варианта. Вот почему я намеренно не обращал внимания на мантию. Первый йому-оборотень был пойман и нанёс себе ущерб. С этим фактом в голове можно забыть о нём, ведь он не играет важной роли. Возможно кукловод каким-то образом следил за здоровьем своих марионеток. Он подумал, что чёрная мантия может иметь некоторую ценность и позволил ей бежать. Хироми мог бы принять такое решение мгновенно. Возможно поэтому он и не стал говорить мне об это прямо там. Но делала ли ему замечание Нино об этом. Нет, следует подчёркивать не реакцию членов Насе, а обстоятельства врага, который пересёк клетку. Всё может быть намного сложнее.

- Кажется на твоём лице написано, что ты до чего-то додумался.

- Нет, это всего лишь мои догадки. Я снова задумался, для чего необходимо спасать марионеток. Я могу понять, если бы они попытались спасти тот таинственный длинный меч, который я подобрал, возможно он весьма ценный. Но я до сих пор не вижу ни одной причины спасать всех тех, кто сбежал от нас. Почему Хироми подумал, что стоит пропустить посланника?

- Ты помнишь как выглядит марионетка?

- Не помню, - сразу ответил я, сопротивляясь давлению лавочницы.

- А какие-то отличительные приметы?

- Ну, длинный меч - вероятно ценный.

- Хм. Что-то ещё?

Аяка старается двигать разговор вперёд. Поэтому я продолжаю рассказывать свою гипотезу.

- Вероятно личность в мантии следует считать бывшим потусторонцем. Если бы я встретил её в жизни, то понял бы, что драка неизбежна. Моя память не настолько плоха, чтобы забыть противника, которого мы пытались убить пару часов назад.

- Хм. Как насчёт Мирай-чан?

- ...я не видела лица чёрной мантии.

Конечно Курияма не видела её лица. Это, потому что марионетка быстро прикрыла своё лицо вновь. Однако почему-то в её заявлении присутствовал лёгкий дискомфорт. Звучит слишком подозрительно, чтобы так решительно это отрицать?

Девушка в кимоно с суровой улыбкой посмотрела на Курияму одним глазом.

- Нет, я не про марионетку. Я хотела узнать видела ли ты тот меч.

Она та ещё злодейка. Возможно она уже заранее подготовила свои вопросы, но я так и не понимаю, что у неё на уме и разговор может пойти по другой колее. Однако, будучи слушателем, я не могу остановить ход рассказа, поэтому решаю помочь ведущему, как будто модератор в чате. У меня появилось сильное чувство, что на этот раз смогу помочь Курияме.

- Курияма, ты же видела тот меч?

- …да.

Она произнесла это едва слышимым писком комара. Она выглядит так, будто всё это время не могла перестать плакать. Аяка вынимает из-за пазухи курительную трубку и решает расслабиться.

- Ты можешь говорить? - мягко спросил я у Куриямы, потому что это я привёл её сюда.

- Меч - это духовная сила.

Духовная сила. Так же как сила йому называется “таинственной силой”, сила потусторонцев называется “духовной силой”. Хотя на самом деле в реальном мире никак эту силу увидеть и почувствовать нельзя, это всего лишь термин используемый потусторонцами.

- Это похоже на силу Куриямы в том смысле, что она тоже материализует свой клинок по сути из ничего.

- Да. У одного из моих знакомых были похожие способности.

Поскольку это необычная способность, вероятно у Куриямы были знакомства со сверстниками со схожими способностями. С давних времён клан крови считается злом. Хироми, конечно, говорил, что никогда не слышал о таком. Поскольку змея всегда остаётся змеёй, то я не могу избавиться от небольшого беспокойства. Какая она, та сторона личности Куриямы Мирай, которую я не знаю?

- В битве я использую духовную силу, чтобы закрепить форму своего клинка. Если я этого не сделаю, то не смогу контролировать форму клинка и мне будет трудно. Поэтому без духовной силы меч не будет работать в полную силу. Курияма кратко пояснила своё мнение о длинном мече. Дама в кимоно, смотря на девушку, выпустила клуб дыма. Было похоже на то, как детектив слушает показания подозреваемого.

- Ты даже не сомневаешься в его природе, верно?

- Ну, что ж. Я не сказала Камбара-семпаю, хотя уже давно поняла, что это за длинный меч на самом деле.

- Аяка. - я повысил тон. Потусторонка в кимоно тяжело вздохнула.

- Я просто хочу, чтобы она рассказала мне всё, что знает.

Хочет знать всё, что она знает. Значит есть какие-то скрытые детали.

- Я не думаю, что это было нападением.

- Тогда что происходит?

- Семпай…

Маленькая ручка потянула меня за рукав. Когда я повернулся, там была дрожащая Курияма. Возможно надо бы спросить, что её встревожило, но, увидев её слабость, я решаю не спрашивать.

- Я знаю, что, Аяка и Курияма, вы знаете много информации. Но разве на этом мы не можем закнчить.

- Всё это неправда. Ведь задача потуссторонца заключается в убийстве, - сказала Аяка и выстрелила в Курияму своим проницательным взглядом. - А зачем тебе вообще нужно придавать форму своей крови в сражении?

- Чтобы использовать её как оружие.

Должны быть области, в которых даже лучшие потусторонцы не очень-то разбираются. Так что я объясняю, что у меня нет претензий к словам Куриямы и Хироми. Потусторонка в кимоно качает головой влево и вправо.

- Нет, нет.

Я бы понял её знак головой и без слов.

- Хорошо, и что тогда?

- Мне интересно почему ты пользуешься таким слабым методом? - Аяка с серьёзным взглядом выразила подозрение.

Атмосфера совсем не шутливая, что меня совсем не радует. В такой ситуации даже не разрядишь обстановку шуткой. Воздух в японской кондитерской стал более напряжённым.

- Что ты имеешь в виду?

- Ты разве не знаешь, что клан крови проклят? - потусторонка в кимоно ответила на вопрос, будто неловко. Далее добавила комментарий. - Разве это не так с незапамятных времён?

Это те же слова, которые я слышал от Хироми. Однако Аяка очень сильно сконцентрировалась на этом. Возможно это и правда весомая причина, но разве стоит её так всерьёз рассматривать.

- Проклятая кровь расплавляет кожу, вторгается в тело, а дальше разъедает внутренние органы и убивает цель. Другими словами клан крови убивает свои цели просто кровью.

- Но это же на самом деле невозможно? - говорю я пронзающим голосом, пытаясь возразить.

- Камбара, ты правда ещё не понял? Способности Марай-чан такие замечательные, что она ожесточает свою кровь и сражается с помощью неё. Но ведь сама кровь тоже является оружием. А ещё она способна принимать любую форму, для удобства убийства цели: меч, клинок или даже копьё. Понимаешь это способности мясника, машины смерти.

Даже если у них проблемы с защитой или выносливостью, этот клан имеет невероятные атакующие способности. Является ли злом эмоция, порожденная страхом? Если так, то даже потусторонец-предатель не так уж и плох.

- Камбара, ты обладаешь способностью переживать любые конфликты, какими бы летальными они не были, поэтому тебе не хватает банального инстинкта самосохранения. Должно быть это пугает идеального убийцу. Как ты себя чувствуешь?

Затем Аяка жалобно смотрит на Курияму.

- Можешь рассказать мне всё, что ты знаешь?

В комнате воцарилось странное напряжение. Рука продавщицы тянется к девушке.

- Подожди! Надень очки и успокойся.

- Расслабься, - раздался странный голос женщины в кимоно, и я почувствовал тьму прямо перед собой.

Кстати чувство темноты - это официальное название одной из моих техник. Причина по которой я об этом говорю, заключается в том, что я не один десяток раз надевал на девушек очки. Это быстрый ход, который приводит к результату и не требует пояснений. Есть легенда, что человек, который пытался в идеале овладеть одной техникой, однажды получил разрушительную силу просто протерев пальцем дыру в алюминиевой банке. И подобным образом я смог исключить все лишние движения и надевать очки со скоростью недоступной другим.

- Посмотри на себя в зеркало, Аяка. Сила очков настолько могущественна, что способна даже грубого человека, заставить выглядеть как миленький щенок.

- Это твоих рук дело, Камбара?

Владелица магазина состроила недовольную гримасу. Но даже такое лицо в очках выглядит красиво.

- В течение десяти лет я оттачивал эту технику надевания очков.

- А… да… конечно… пустая трата времени… целых десять лет… потратил он, - пробормотала Аяка, снимая очки и кладя их на стол. Она даже не попыталась на меня посмотреть. В любом случае, мне удалось хоть немного разрядить обстановку, и я пошёл дальше.

- Что ж. Может закончим пока на сегодня?

- …

После долгой, очень долгой, паузы владелица магазина соглашается.

- Не волнуйся. Я не задумывала ничего плохого.

Я не… в общем я запутался, что это значит. Лишь потом я смогу понять что же это значило. Если бы в тот момент я спросил об этом Курияму, то возможно всё закончилось бы по-другому.

- Я не знаю точно, но разве заклинание на длинном мече предназначено не для того, чтобы контролировать духовную силу. Вероятно заклинание, чтобы запечатать её.

- Почему ты так думаешь?

- Просто логическе заключение. Новичкам, которые не могут поддерживать материализованную субстанцию невозможно сформировать длинный меч, упомянутый в истории. Если так подумать, то тут просто необходимо запечатывающее заклинание. Я всё ещё фулл-тайм потусторонка и пытаюсь понять это.

Ещё один нормальный обмен информацией. Такое ощущение, что всё вдруг переменилось в одночасье. Я смотрю на женщину, выражение лица которой так и не изменилось.

- Вероятно чтобы запечатать духовную силу.

- О, да. В конце концов, если это так, то всё в порядке. Если ты, Камбара, будешь и дальше липнуть к Мирай-чан, я и не знаю, что мне делать дальше.

Нарочно, держась за плечи, Аяка делает неприличное движение. Мы выходим на улицу.

- Разве ты не хотел, чтобы мы вместе любовались ночным небом?

- Я говорю подобное только когда ношу очки. Хотя у меня и есть желание надеть очки, но меня не привлекают женщины, которые этого не делают.

- Нет, Камбара? Не думала, что ты сможешь мне отказать.

Ага. Конечно. И тут мне кое-что приходит в голову.

- Ты же не планируешь прервать наше сотрудничество, если что-то пойдёт не так? Было бы приятно это слышать.

- При предоплате - тридцать процентов скидка.

- Ты собираешься ещё с нас и плату брать?

Аяка же работает воином потустороннего мира в качестве хобби. Я наклоняюсь, чтобы удостовериться?

- Ты же скажешь мне, если чего поймёшь?

- Ну, конечно.

- Тогда, если так, то можешь не торопиться.

Мы с Куриямой покидаем магазинчик сладостей с неприятным осадком на душе.

Третья глава

Готовый перевод 境界の彼方 / За гранью: Том 1. Третья глава

Наступил конец апреля.

Последние несколько дней всё было спокойно. Даже подозрительно спокойно. Учитывая, что затишье должно было начаться как раз в конце этого месяца, мне остаётся только молиться, чтобы это было не затишьем перед бурей. Одним из факторов беспокойства является тот факт, что Хироми так и не рассказал мне ничего о произошедшем. Но поскольку мы лично встречаемся в клубной комнате, можно надеяться, что ему просто требуется время для сбора информации.

Ещё одна проблема - это ситуация с Куриямой. Похоже она планирует победить Тень Пустоты. Но рассказ Хироми не внушает мне надежды на этот счёт. И даже узнав все эти неприятные подробности, Курияма не хочет с кем-нибудь посоветоваться, а просто ждёт начала затишья. Это была ложь, когда мне сказали, что за мою жизнь могут заплатить.

- Фуууу.

Я глубоко вздохнул и помотал головой. К тому же у меня закончились силы думать об этом. Это провал - смотреть в прошлое и отворачиваться от настоящего.

Клубная комната, после школы.

С начала клубной работы прошло четыре с половиной часа. Обычно уже было бы пора идти домой, но из-за того что отбор специального выпуска так и не закончился, то порой приходится задерживаться даже по девяти вечера. В среднем на чтение тридцати-сорока страниц уходит около двадцати минут. Даже если бы мы работали около четырёх часов в день, количество работ, которые мы успевали бы проверить было бы около десятка. За пять будних дней мы прочитываем примерно шестьдесят рассказов. Но количество работ которые надо проверить всё равно превышает тысячу. Поэтому как бы позитивно мы не оценивали наши силы, к публикации в конце мая всё равно не успеем.

Но это не тот случай, когда стоит задумываться. Для меня и Мицуки установлена квота. Курияма, будучи новичком, старается как может, чтобы прочитать побольше историй. К сожалению, Хироми не забыл про свою мечту участвовать в спектакле маленьких сестричек и стал приходить. В любом случае, количество прочитываемых за день работ надо было увеличивать. И такая грубая политика сработала, как и ожидалось.

Само собой разумеется, что президент клуба, Мицуки, и её заместитель, Курияма, которой явно не нравится навязанная должность, показывают лучшие результаты, чем ожидалось. Курияма отбирает рассказы с невообразимой скоростью. Я думаю это потому, что литература не её стезя. Тем не менее время идёт незаметно. Уже за девять вечера. В это время в школе остаётся работать только литературный клуб.

- Мне кажется или от моей усталости у меня в глазах двоится. На подоконнике стало ещё больше бонсая.

- А? Во-первых, у нас в клубной комнате нет бонсая, - ответила Мицуки с усталым видом.

Я сбит с толку. Ухоженный бонсай ровным рядком выстроен на подоконнике. Я тру пальцами переносицу и задумываюсь. Я уверен, что наблюдал за бонсаем в закате прямо перед атакой оборотня. Если подумать, я не помню, чтобы он у нас был до того, как Курияма вступила в клуб.

- Курияма.

- А! Что? - сказала Курияма, вздрогнув от испуга.

- Это… Ты что-нибудь знаешь об этих деревьицах, выстроенных на подоконнике? - спросил я спокойным голосом.

- Ну, разве это не бонсай?

Курияма начинает перевозбуждённо протирать свои очки.

- Поскольку сегодня уже слишком поздно, от усталости ты бы ответила не задумываясь! Но когда ты начала протирать очки, то уже подтвердила свою причастность!

- Раздражаешь, - ответила осуждённая юная девушка и надула щёки.

Вздохнув, я встаю и направляюсь к окну. В тот момент, когда я пытаюсь прикоснуться к ухоженному бонсаю, вдруг слышится голос.

- Семпай, только будь нежен!

Курияма вскакивает со стула и смотрит на меня беспокойным взглядом. Нет никаких сомнений, что Мицуки и Хироми не причастны к этому мини-саду. У меня нет выбора, кроме как поучиться у младшеклассницы, как надо обращаться с бонсаем. Когда я вижу девушку в очках, так живо говорящую про бонсай, меня не волнует, почему она принесла его так много в клубную комнату.

- Семпай, ты позаботишься о них, если я вдруг исчезну?

- Даже не хочу об этом думать.

- … тебе не нравится бонсай?

- Нет, просто совсем не хочу думать о том, что ты вдруг можешь исчезнуть. Но, если что-то пойдёт не так, я найду того кто о них позаботиться. Дать деревьям умереть просто немыслимо.

Я гляжу в окно. Хотя с каждым днём день становится всё длиннее, на улице всё равно уже успело стемнеть.

- Не пора ли закругляться? - предложил я и сел на своё место.

Курияма, которая радостно смотрела на бонсай, вернулась на своё.

- Кажется, что мы только начали. А ведь я впервые за долгое время почувствовала, что мы занялись наконец-то делом. Интересно почему? - закрывая рукопись произнесла Мицуки с поникшей головой.

Курияма и Хироми начинают наводить порядок в клубной комнате. Я решаю попробовать ответить на вопрос черноволосой девушки.

- Разве это не потому, что раньше мы с тобой работали лишь вдвоём?

- Ты думаешь мне было некомфортно в компании послушного пса?

- … это ты так меня назвала?

- Тебя? Ну настолько унизительно я ещё к тебе не относилась.

Это была как всегда острая на язык Мицуки. После жеста рвоты от неё, я посылаю ей сердечко. На стуле, на котором она сидела лежит записка.

- Что это? - рефлекторно спросил я.

Её указательный палец прижимается к моим губам. Я осторожно прочитываю надпись на бумажке. Текст написан кругами:

“041C043E043604350448044C002004370430043404350440043604300442044C0441044F002004320020043A043B04430431043D043E04390020043A043E043C043D0430044204350020043D0435043D04300434043E043B0433043E003F”.

Это какой-то новый способ поиздеваться? Но я сразу отметаю такой вариант. Это шифр, в котором каждый символ заменён шестнадцатиричным кодом. Что касается чтения кодов, то без какой-либо таблицы с расшифровкой, делать это неудобно. Однако в случае с Мицуки, нельзя исключать, что вся эта надпись состоит из ругательств. Несмотря на беспокойство по этому поводу, я всё-таки перевожуу шестнадцатеричный код в символы и получаю фразу: “Можешь задержаться в клубной комнате ненадолго?” Что это? Всё-таки она решила поиздеваться? В любом случае, я кладу бумажку в карман, чтобы спрятать. Не стоит её кто-нибудь видеть.

- Семпай, я хотела взять книги домой почитать. Можешь мне что-нибудь порекомендовать?

- Да, конечно.

Я встаю, чтобы помочь Курияме. Мы с младшеклассницей, которая похоже подсела на чтение, подходим к полке. Я советую ей известные книги разных жанров: мистики, романтики и ужасов. Всего около десяти штук.

- Думаю достаточно.

- Ух, только приспособился к твоей скорости чтения. Я посоветовал самые лучшие из книг, надеюсь это поможет тебе найти любимый жанр.

- Семпай, я вижу ты любишь читать.

- Поскольку у меня не было друзей, я просто нашёл то, чем можно заняться и в одиночестве.

Да, сейчас я настолько счастлив, что даже не мог бы представить этого в прошлом. Всё из-за того, что кто-то есть рядом и готов разговаривать со мной. Я это очень ценю. Совсем не похоже на те дни, когда я скрывал свою личность и постоянно менял место жительства.

- Я пошёл, машина уже приехала.

Хироми первым решает уйти из клубной комнаты. Тут же встаёт Мицуки.

- Я тоже пойду.

- Ты решила поехать домой вместе?

- Нет. Спасибо, - вежливо отказалась она, как настоящая сестра.

Этот ответ был более непредсказуем, чем просто грубый отказ. Спина Хироми была подобна, спине человека потерявшего смысл жить. После небольшой задержки Мицуки действительно покидает клубную комнату. По дороге она мне говорит: “Не забудь. Окей?” Судя по всему уход домой ненастоящий. Я смотрю на Курияму. Маленькая девушка молча рассматривает книжную полку. Очки на ней выглядят так хорошо, что я бы порекомендовал взглянуть на них члену библиотечного комитета прямо сейчас. Книги, очки и читающие девушки - я чувствую, что мог бы написать рассказ с таким названием.

- Завтра снова за работу? Сегодня уже слишком поздно.

- Да, с нетерпением жду завтрашнего дня.

Курияма с радостью кладёт в сумку книгу, одну из тех, что я порекомендовал. Мы вдвоём покидаем комнату. Поскольку мы последние, то выключаем свет и запираем дверь. Ну я бы и в одиночку справился.

- Спасибо. Что ж, я наверное пойду отнесу ключ в учительскую и потом только пойду домой.

- Спасибо за хорошую работу. До завтра.

Мне удалось расстаться с Куриямой под предлогом возвращения ключа в учительскую. Почему-то когда я вспоминаю о записке, то невольно улыбаюсь. Я конечно не жду признания в любви, но когда получил предложение встретиться наедине, то определённо заинтересовался.

Спустя несколько минут я возвращаюсь в литературный клуб, где уже никого нет и сажусь с сумкой за стол. Через пять минут я начинаю уже больше тревожиться, чем радоваться, предвкушая встречу. Разве если меня пригласила на встречу девушка, то не надо просто улыбаться? Ну да ладно.

- Наконец мы можем побыть наедине.

За открытой дверью стоит Мицуки с озорной улыбкой. Как бы то ни было, возможность углубления дружбы исчезла. Вероятность любовного развития событий и того меньше, чем вероятность, что Мицуки перестанет быть со мной грубой. Поэтому я не скрываю своего недовольства.

- Разве ты не хотела поговорить о чём-то? Раз уж нужны были такие сложные методы.

- Речь пойдёт о Курияме Мирай.

Всего одна её фраза заставила меня замолчать. Я не могу поспорить, что это важная тема. Мицуки входит в клубную комнату и садится на своё обычное место. Я бы не избежал этого разговора.

- Есть кое-что странное в том нападении.

- И что же?

Глядя на ситуацию с Мицуки, не думаю, что это преувеличение. На самом деле происходит что-то странное. И что-то странное именно в Курияме.

- Ты можешь найти немного свободного времени в следующее воскресенье?

- Могу, но что ты собираешься делать?

- Не знаю. Не скажу.

Черноволосая девушка надула щёки, как будто бы она была обижена. Видимо на это есть причина. Вроде как предсказуемо и мне не о чем волноваться.

- И?

- Что “и”?

- Ты изолировала клубную комнату, просто спросив, есть ли у меня время на выходных?

- А что? Нельзя? - усмехнулась мне Мицуки.

Я поражён. Это странно и я не могу игнорировать происходящее.

- Ну, можно конечно. Но зачем тогда задавать такой вопрос?

- Мне плохо, когда Акихито, спрашивает зачем я задала такой вопрос.

Да очевидно, это новое приставание. Как скоро я смогу от неё отвертеться?

- Ну почему бы нам тогда не договориться встретиться на выходных?

- Ну, да.

Затем Мицуки подходит ко мне со своим стулом. У меня плохое предчувствие. Я начинаю думать об очках, чтобы попытаться отвлечься, но это бесполезно.

- Иногда можно и расслабиться. - сказала черноволосая девушка вплотную прижавшись ко мне.

В закрытой комнате такое близкое расстояние вызывает напряжение. Я не понимаю, что она намеревается сделать.

- Я сделаю тебя счастливым, ненадолго.

- …

Я действительно не понимаю, что происходит в голове у Мицуки. Она кажется прямой и откровенной. Домогательство - это странный инстинкт, но настоящие чувства намного чище и приятней. Поэтому я решаю действовать напролом.

- Меня?

- Скажи, Акихито, хочешь я сделаю тебя счастливым?

- Но я и так счастлив, когда девушка так близко ко мне.

- А как насчёт чего-то другого?

Это не имеет для меня никакого значения.

- Нет, я действительно счастлив.

- Ну, тогда нет проблем.

Однако, даже если вы намереваетесь насладится подобным, то стоит контролировать тон. Даже в ситуации, когда грудастая девушка вплотную прикасается к вам, счастье может сократиться вдвое от грубого обращения. Кажется, что некоторые люди рады, когда к ним относятся как к свиньям, но я всё же чувствителен к такому и приветствую любую доброту в свою сторону.

Время медленно течёт. Я услышал звук затвора, который больше был похож на беспорядочный треск и встаю, расставив руки, в попытке защитить Мицуки.

- Ты не слышала странных звуков?

- Странных звуков?

- Да, уже же было нападение. Так что есть, о чём побеспокоиться.

Мицуки хватается за мою руку, чтобы встать.

- Я рядом, всё будет хорошо.

Она боится?

- Хм. Ладно. Возможно я чрезмерно чувствителен.

Черноволосая девушка вздыхает с облегчением, когда я сажусь на место. В комнате наступает необычайно уютная атмосфера.

- Ну так что?

- Ты о чём?

- Если ты хочешь сделать меня счастливым, разве тебе не стоит одеть очки?

- А?

Очевидно это обычная Мицуки.

- Ты думаешь это ненормально?

- Да… Стоит ли носить очки в таком месте?

- Ну-ка расскажи мне про клуб, в котором запрещены очки!

- Я ещё не готова к такому.

- Надо быть готовой носить очки! И ни за что не заменять их на линзы!

- Кстати, кажется Курияма решила купить контактные линзы.

- Ты шутишь?

У меня потемнело в глазах, и я почувствовал будто бы в мире исчез объект всемирного наследия.

- Интересно поразит ли тебя факт, что “очки равно непопулярность”?

- Куда смотрит правительство!

- А разве правительство и очки как-то связаны?

- Мм. Что ж, у меня нет выбора кроме, как вступить в партию “Движение очкистов”.

- И где ты такую нашёл?

- У нас в городе нет отделения какой-нибудь подобной, чтобы хвалить на улицах девушек в очках?

- Акихито, это будет выглядеть очень подозрительно.

- … слишком непродуктивно.

Даже если так, я не верю, что Курияма захочет снять свои очки. Темноволосая девушка обращаются ко мне, уже впавшему в депрессию.

- Между прочим то, что Курияма к тебе привязалась, это - неправда.

- Я тебя никогда не прощу!

- Я не думаю, что это послужит тебе заменой, но я буду носить очки вместо неё.

- Это просто несбыточная мечта!

- Хорошо, я подберу себе пару.

- Позволь мне подобрать их тебе самому!

Необходимо решительно действовать. Так или иначе, я выбираю очки для Мицуки. Неплохо бы надеть те, которые мне больше всего нравятся и подходят ей, но всё равно трудно выбрать какие-то одни.

- Трудно быть одновременно интеллектуально привлекательной и милой.

- Я думала, что выбор очков будет скучным, но оказалось очень даже увлекательно.

- Хорошо, что ты поняла.

Сказать по правде, я решаю надеть очки на черноволосую девушку с помощью моей коронной техники. Мицуки не понимает, что произошло, и тупо моргает глазами. Обычное дело для очков, к которым не привыкли глаза.

- Ты быстро привыкнешь.

Черноволосая девушка пристально смотрит на очки на носу, пока осознаёт, что случилось. Было бы нехорошо, если бы вместо очков оказалась рука убийцы. Какое-то время она не может сдержать своих чувств, но в конце концов надетые очки делают своё дело. Источающая прекрасный аромат парфюма, Мицуки задаётся вопросом.

- Ты всегда надеваешь на всех очки, но сам их не носишь?

Такой нерешительный человек, как я, не может носить священные очки. Вот что я по правде думаю. Но я решаю не говорить этого. Даже если я скажу то, меня отвергнут, сказав, что это странно.

- Я тебе как-нибудь позвоню.

- Что-то мне не верится.

Как бы я не ответил, результат не поменялся бы. Однако сегодня Мицуки на удивление приятна для разговора.

- Мне следовало быть более любезной с тобой.

- Я был бы не против.

- Как насчёт добавить “Ня” в мою речь?

- Решительно отказываюсь.

Мне сразу пришло в голову, что она каким-то образом могла наблюдать сцену в кондитерском магазине. В моём сознании оживает образ матери, говорящей “Ня”. Хочется провалиться на месте.

- Ну почему?

- У меня возникают плохие ассоциации с этим.

- Обидно, а я даже успела приготовить кошачьи ушки.

- Что вообще с тобой так резко произошло!

Воскресенье, десять часов утра.

Я стою с зонтом перед железными воротами с красивой табличкой, на которой выгравировано “Насе”. Небо затянуто серыми тучами. Идёт проливной дождь. Прогноз погоды сообщал, что погода будет ухудшаться ещё три дня. Зачем мне понадобилось прийти в такое место, особенно в такой ненастный день, и при том, что я потратил на дорогу полчаса пешком? Настроение ни к чёрту. Я смутно гляжу на закрытые ворота.

- Это дом Насе?

- Ага.

Я посмотрел на Курияму, стоящую рядом. Меня несколько удивляет её повседневная одежда, которую я вижу впервые. Она одета в белую блузку и клетчатую юбку, которые походят на школьную форму. Однако браслеты на левом запястье такие же, как обычно. Очки тоже такие же как и всегда, так что никаких проблем.

- Хороший особняк.

- Да, выглядит богато.

Это просторный особняк, больше напоминающий крепость, со стилем похожим на старые японские дома. Поставьте барьер над особняком и даже, если целая армия йому придёт сюда, то она не сможет прорваться. И вот нас с Куриямой позвали в такое место.

- С нами будут говорить о нападении?

- Думаю да.

- Думаешь что-то важное?

- Возможно.

Маленькая девушка, кажется не хочет говорить, но всё же соглашается. Возможно, погода плохая не только из-за непрекращающегося дождя. Для Куриямы это важное время перед затишьем. Должно быть её раздражает неожиданный вызов.

- Знаешь, ты ведь просто нечаянно оказалась на месте происшествия и ничего не имеешь с ним общего. И в принципе нормально будет отказаться. Не нужно беспокоиться о заморочках клана Насе.

- … Да …

Курияма повернулась и загадочно взглянула на меня. Стрелки часов указывают на десять часов. Богато декорированная калитка открывается с громким скрипом.

- Я проведу тебя. Иди за мной.

Когда мы вхожу во внутренний двор, перед нами предстаёт пожилой мужчина в костюме. Естественно у него идеальная осанка. Но на лице нет даже улыбки. Я мигом почувствовал недружелюбное отношение. Обычно же такие люди играют уважение и искренность, когда встречают гостя.

Мужчина в костюме отворачивается от нас с Куриямой и идёт вперёд по вымощенной дорожке. Мы идём за ним и вскоре достигаем входа в особняк, входим внутрь и ещё несколько минут пробираемся по коридорам. Комната, в которую нас приводят, похожа на просторную приёмную. Там уже сидит три человека.

- Я привёл их.

С этими словами пожилой мужчина покидает комнату. Моё дыхание напряглось, как напрягается натянутая струна. Нервным взглядом я внимательно осматриваю людей перед собой. Первый - Насе Хироми, он выглядит немного раздраженным, хотя выражение его лица отличается от обычного. Я проследил за взглядом Куриямы. Она смотрит на того, кто сидит правее. Там Насе Изуми, кандидатка на следующего главу клана, родная сестра Хироми и Мицуки, высокая и худая, с хорошим вкусом в одежде. У неё длинные блестящие волосы и аккуратный внешний вид. Будучи взрослее нас, её красота отличается от красоты Мицуки.

- Добро пожаловать. Извините, что беспокою вас сегодня. Пожалуйста, садитесь на свободное место, - поприветствовала нас Изуми с нежной улыбкой.

Это может подкупить своей тёплой атмосферой, но я не настолько глуп, чтобы на такое купиться. Я ухмыляюсь, чтобы закончить её приветствие.

- Изуми, кажется это первый раз когда вы назначили мне встречу в таком шикарном месте?

- Мне жаль, что ты подвергся такой опасности.

- Ничего страшного, я ведь бессмертный, так что не волнуйтесь.

По иронии судьбы я сажусь на место, ближе всего к выходу. Курияма садится рядом со мной и чуть пододвигается. Я смотрю на миниатюрную девушку, которая явно выглядит напряжённой. Затем мой взгляд обращается на последнего человека, сидящего здесь, которого я никогда раньше не видел. На нём надет безупречно отглаженный чёрный костюм. Если гулять по городу, то можно встретить клерков в подобной одежде.

- Раз мы все собрались, давайте перейдём к теме.

Изуми обратила свой взгляд на мужчину в костюме. Нет никакого сомнения, что этот незнакомец является ключевым звеном нашего разговора. Неизбежно всё внимание сосредоточилось на нём.

- Господин Масиро, пожалуйста, расскажите о том, что вы уже успели сделать.

- Хорошо.

Мужчина по фамилии Масиро выпрямляет свою спину. Хотя на внешний вид он не похож на боевого эксперта, всегда бывают исключения, как например Курияма, поэтому я не собираюсь судить его по внешнему виду.

- Возможно наших гостей беспокоит, что вы не представились, - сказал Хироми, - Право, стоит представиться перед объяснением.

- Да? - слегка вскрикнул мужчина в деловом костюме.

- Да, будьте так любезны, - произнесла Изуми с немного приказным тоном.

Даже так это выглядело очень элегантно. Если бы она была в кимоно, то была бы похожа на молодую хозяйку старинной гостиницы.

- Господин Масиро, извините за беспокойство, но, пожалуйста, представьтесь сначала.

- Хорошо.

Господин Масиро снова быстро поправляет свою позу.

- Думаю проще будет сказать, что я думаю об этом. Я ответственен за внешние связи в клане Масиро. Других причин сегодня приходить у меня не было. Всё из-за инцидента с нападением на господина Хироми и госпожу Мицуки.

Что это значит? Они пригласили манипулятора йому, из клана который совершил нападение, сюда, в особняк? Я поочерёдно смотрю на Хироми и Изуми. Старшая сестра игнорирует моё беспокойство, но вот брат решает мне ответить.

- Акки, я знаю, что тебе это не нравится. В любом случае, с этого момента господин Масиро занят этим вопросом. Так что успокойся и послушай.

Что ж, верно. Масиро заговаривает после того, как откашливается.

- Прежде всего я хочу, чтобы вы знали, что клан Масиро к этому не причастен.

- Вот как вы заговорили? - решила поставить вопрос ребром Изуми.

Господин Масиро по-актёрски корчит лицо. Это странная пьеса и она мне не нравится.

- Ваша трагедия была вызвана одним предателем.

В зале начал дрейфовать тревожный ветерок. Нам с Куриямой остаётся лишь молча наблюдать.

- Предатель… как зовут этого человека?

Господин Масиро собирается с мыслями, чтобы ответить на вопрос Изуми. После небольшого перерыва его потяжелевший рот произносит слова.

- Масиро Юто.

Хироми, Изуми и Курияма молчат, будто они осознавая важность этого имени. Только я спокойно смотрю на господина Масиро. Мне кажется, что сейчас точно не та ситуация, когда можно спросить: “Кто это?” Судя по всему, нет другого выбора, кроме как молча ждать развития разговора.

- Кажется он был кандидатом на роль главы семьи? - заговорила Изуми.

- Да, так и есть, - согласился господин Масиро.

- Почему он предал свой клан?

- На самом деле у него нет мотива. Однако...

Господин Масиро неестественно прервал свои слова и умолк.

- Однако?

- На данный момент наша организация находится в очень нестабильном состоянии. Проще говоря в клане существует борьба за место следующего главы. Возможно, он пытается уничтожить клан.

- Необычно, что кандидат в главу стремится к краху клана. Может быть здесь как-то замешан предшественник? Может быть произошли какие-то изменения? - произнесла слова Изуми, будто по изученному сценарию.

- Не могу выйти за рамки предположений, но некоторое время назад Масиро Юто предложил уничтожить Тень Пустоты. Конечно же, это предложение было отклонено на собрании руководителей. Они аргументировали это тем, что награда за него не будет достаточно большой, если убить его в тот момент, когда он не сможет нанести хоть какого-то вреда.

Да, воинов потустороннего мира точно не интересует благотворительность. Только дай им дерево, на котором растут деньги, так они его до листика ободрут. Я посмотрел на сидящую рядом Курияму: у неё было озлобленное выражение лица. Возможно, слова “Тень Пустоты” вызвали у неё неприятные воспоминания.

- Предложение отвергли. Человек замкнулся в себе, и в семье появился хоть один человек, претворяющий свои планы в жизнь.

Это была насмешка над кланом Масиро. Однако человек по внешним связям не подаёт вида.

- Не могу этого отрицать, - Господин Масиро взял инициативу на себя. - Это правда, марионетка в капюшоне видимо появилась после конфликта между Юто Масиро и руководителями клана. И с её помощью он начал осуществлять свой план.

- Я понимаю ситуацию в целом. Отложим пока тему убийства Тени Пустоты. Ничего страшного, если вы расскажете мне про то, что случилось с Юто Масиро?

- Конечно, - легко согласился господин Масиро. - Юто Масиро сбежал с тремя йому, которых он захватил, чтобы использовать в бою. Мы предполагаем, что он увеличил их количество для использования в различных областях. Теоретически это возможно, но это всего лишь наши предположения, основанные на показаниях свидетелей.

- И с такой оравой он прошмыгнул мимо вас? - иронично ответила Изуми.

Спокойнее мне не становится. Руководство Масиро не смогло даже схватить одного единственного беглеца. Это всё не похоже на переговоры, скорее просто на предлог для разговора. Сторона Насе похоже не делится информацией и хранит в секрете детали о произошедшем событии. И мне всё ещё кое-что не ясно. Даже если Юто Масиро предал свой клан, зачем нападать на Насе?

- Причина, по которой на нас с Мицуки напали, может быть в том, что Юто Масиро хотел получить себе владельца барьерной клетки, - заметил Хироми с недовольным лицом.

Изуми смотрит на мужчину в костюме, словно ожидая ответа.

- Может быть так, - вздохнул господин Масиро, посмотрев на Хироми с отвращением.

Это наверное самое логичное предположение. Если Юто Масиро хотел заполучить мощь клетки, то тот факт, что он напал на Насе, может быть вполне оправдан. Однако в таком случае предположение, что он смог нейтрализовать барьер другим барьером, теперь полностью бессмысленно. Если бы у него с самого начала были средства для противодействия клетке, это противоречило бы идее, что атаку он произвёл, чтобы заполучить пользователя клетки.

- Тревожные предпосылки, которые я получала в течение последнего месяца - это всего лишь действия Юто Масиро. И вы утверждаете, что причиной его нападения было то, что он хотел заполучить клетку?

- Это всего лишь предположение.

- Ой, извините. Но вы же согласились с таким предположением.

- Сестра Изуми, я пригласил сегодня Акки и Марай-чан, так что я тебя спрошу кое о чём в ближайшее время.

Изуми кивает головой в ответ Хироми. Затем она даёт господину Масиро шанс защитить свои слова.

- Мне очень неловко, что я пошёл на переговоры. В нынешней ситуации, когда клан ослаблен внутренним конфликтом, если я заимею для семьи врага в лице клана Насе, то не смогу за собой закрепить даже звание предателя. Итак, не могли бы вы дать нам немного времени, чтобы избавиться от Юто Масиро?

Это была очень искренняя просьба. Другими словами, атака никак не связана с кланом Масиро. Они не хотят конфликтовать с Насе и пытаются показать свои доброжелательные намерения, изъявив желание поймать преступника. Это уже не переговоры, а просто умоляющие просьбы. И кажется, властные отношения здесь просто очевидны.

- Что ж, ничего страшного. Однако, этот инцидент, вызванный плохим руководством, затронул Хироми и Мицуки. Я надеюсь вы не забудете про это.

- … вы хотите, чтобы мы понесли ответственность?

- Да. Я хочу, чтобы вы понимали, что Насе пострадали из-за неудач Масиро, - тихо прервала господина Масиро Изуми.

Возможно получение крупной компенсации будет невыгодно для будущих отношений. Однако в этой ситуации Масиро не могут отказаться. Такие жёсткие требования вполне понятны.

- В таком случае мне остаётся молча принять это, - легко согласился мужчина в костюме.

- Благодарю.

Учитывая положение клана Масиро, можно было бы установить более неравные условия. Этот мужчина должно быть очень рад такому исходу. Однако у Изуми должно быть есть опасения, что Масиро не исполнят свои обязательства. В конце концов не один человек единолично может принимать такое решение. Ей стоит бы применить меры предосторожности, чтобы такого не случилось.

- Извините, - рядом со мной раздался тихий голос.

- Ты что-то хотела? - с улыбкой на лице ответила Изуми.

- Почему вы позвали нас сюда?

- Чтобы извиниться перед вами за причинённые неудобства, - ответила госпожа Изуми.

Я натягиваю на своё лицо нелепую улыбку и решаю перевести разговор.

- Другими словами, вместо того, чтобы рассказать нам подробности происходящего, вы решили сообщить, что посторонние не должны влезать в ваши дела? Поправьте меня, если я что-то понял не так.

- Нет, всё верно, - равнодушно ответила Изуми.

У меня нет выбора, кроме как принять это. Возможно, если бы я не имел никакого представления о происходящем, то не расстроился бы. Но я думаю, что надо что-то предпринять. Не могу представить, что так ничего и не узнаю. Но давайте продолжим. Я замечаю, что у моей миниатюрной спутницы очень встревоженное лицо.

- Ты в порядке, Курияма? - поинтересовался я.

Встреча окончилась.

- Изуми. Как же я её ненавижу.

- Изуми - заядлый прагматик, поэтому она пытается избавиться от всех проблем на ранней стадии. Не принимай слишком близко к сердцу.

Мы с Хироми выходим из холла и занимаем стол и диван, чтобы насладиться насыщенным вкусом эспрессо. Кислый вкус начинает распространяться по рту, как только я делаю глоток, а носа достигает сладкий аромат. Сэндвичи с салатом и жареным яйцом оказываются намного вкуснее, чем те, что я когда-либо ел.

- Можешь позвонить повару?

- То есть позвонить сестре Изуми?

- Нет, вежливо отказываюсь.

Я вздохнул и понурился. Я же не имел в виду, что это готовила Изуми. Теперь я представляю себе картину, как она выглядит в фартуке. В голову приходит сцена работы на кухне. Возможно, она могла бы неплохо вжиться в роль молодой жены. Хотя на долго её бы не хватило.

- В конце концов вся проблема в очках. Думаю очки в нижней полуоправе подошли бы её чертам лица.

- Акки, ты вообще о чём?

- Об очках. О чём же ещё?

- И почему ты говоришь об очках?

И правда почему? Даже не могу придумать причину.

- Знаешь, на собрании было совсем мало людей.

- Это потому, что господин Масиро находился в клетке. Мы подстраховались на случай его неожиданных действий, - сказал с кокетливой улыбкой Хироми.

За ним, на линии моего взгляда находится Нино, которую тоже вызвали. Она говорит с Куриямой. Я думаю, что с этой парочкой вам точно не захотелось бы завести разговор.

- Значит, вы не можете сейчас никому доверять.

- Да это и не удивительно.

- В любом случае, Курияма сегодня хорошо выглядит в очках.

- А что если ещё и Нино надела бы очки?

- Ты гений! - нечаянно закричал я.

Девушки в очках, перемноженные на красивые очки, слишком хороши. Если и есть проблема, то это: “Как уместить в книгу описание Нино в очках?”

- Если без шуток, то ей для бумажной работы вполне очевидно нужны очки. Кстати, я найму Мирай-чан в качестве бойца ближнего боя. Думаю ей понравится предложение, и она согласится на это в сложившейся суматохе.

- Если ты говоришь о бое, то я в этом деле дилетант.

Я снова смотрю на девушек. Нино в восторге от Куриямы, симпатичной девушки, которую она совсем недавно для себя открыла. Однако сама Курияма выражает неприязнь. Я резко решаю заговорить о произошедшем.

- Когда на нас напали, ты специально избегал чёрной мантии?

- Не могу этого отрицать, - откровенно ответил Хироми с горькой улыбкой.

Его глаза честны. Но если вдруг так, то кто виноват, что чёрная мантия сбежала?

- Откуда такие вопросы?

- Я думал, ты осторожничал, потому что тебе навредил первый йому оборотень. Ты не думал почему всё случилось именно так?

- По крайней мере, тогда я думал только о сдерживании, - сказал симпатичный потусторонец, отведя взгляд.

- Но тогда кто нейтрализовал клетку?

- Я не знаю, - тепло ответил Хироми.

Непонятно насколько скрыта от меня правда.

- Если верить версии стороны Масиро, то для Масиро Юто было бы странно иметь пользователя клетки во время атаки. Вот почему я решил, что ты сознательно дал чёрной мантии сбежать.

- Сложно сказать точно, но я уверен, что наш враг не один.

- А?

- Один потусторнец манипулятор не может охватить все аспекты нейтрализации и перестановки клеток. За кулисами определённо был его соучастник. Даже если слова господина Мисиро верны, помощник всё равно есть. Это факт.

- Дай-ка разобраться. Одно дело когда “ответственный за внешние связи” лжёт, другое - когда Масиро Юто - преступник. В первом случае весь клан Масиро нацелен на Насе, и у них есть сообщники. Во втором, просто есть шанс, что люди из клана помогают Масиро Юто.

- Да нет, ты чего. Но в первом случае, я не совсем понимаю к чему ты клонишь.

- Может быть я пытаюсь вызвать бдительность у Насе и заставить подозревать во мне одного из сообщников?

- Не думаю, что ты можешь оказаться на стороне врага и вот так открыто раскрывать себя.

- Хм. Тогда второе?

- Может да, а может нет.

- Будет жарко.

- О, да, будет очень жарко. Сейчас я не могу сказать против нас они или нет.

Я понимаю, о чём он. Насе получили информацию, о манипуляторе йому, нападение которого провалилась. Сразу после этого появился человек, занимающийся внешними связями в клане Масиро и пошёл на контакт.

- Слушай, можно задать тебе вопрос? - внезапно сменил тему Хироми.

- Отказываюсь, - отрезал я, не дав Хироми задать вопрос.

- Я про Мицуки. Она в депрессии, потому что не смогла присутствовать с нами на встрече.

- Разве я не сказал тебе, что отказываюсь?

- Можешь пока утешить её? Похоже, сестрица Изуми совсем не подумала о её чувствах.

- Было бы неплохо, если бы у тебя, Хироми, были уши, чтобы меня слышать?

Потусторонец, вдохновлённый младшей сестрой, говорит, словно и не слышит моих слов.

- Разве мы можем оставить подавленную Мицуки одну?

Резонно. Даже не поспорить. Я нечаянно попал в эту ситуацию. Возможно мне стоит утешить её и побыстрей. Надеюсь потом мне припомнят об этом?

- Понимаю, - ответил я.

Принять просьбу Хироми будет правильно, Мицуки действительно нужна поддержка. Если вы тоже так думаете, то понимаете что у меня нет выбора.

- Мицуки у себя в комнате? - спросил я, чтобы узнать, где она.

- С самого утра сидит в комнате.

Понятно - это может быть серьёзно. Сзади доносится голос.

- О, и ещё одна вещь, - произнесла лёгким тоном Изуми, будто информационное оповещение. Она сказал мне очень неприятную новость, даже не дав отшутиться в ответ. - Мирай-чан - знакомая Масиро Юто. Похоже у них были очень близкие отношения.

Я перевожу взгляд на говорящего.

- Откуда вы такое взяли?

- Информационная сеть Насе на высочайшем уровне. Я правда должна сейчас это объяснять?

Красивая потусторонка проходит мимо и с серьёзным лицом подходит к кругу девушек. Как клан Насе воспринимает отношения между Куриямой Мирай и Масиро Юто? Полагаю, Курияма стала подозреваемой. Если так, то единственной причиной, по которой меня сегодня пригласили, было предупреждение. Однако я не думаю, что в словах Изуми было хоть какое-нибудь намерение. Однако, если она серьёзна, то это вызывает большие опасения. Другими словами, был ли сегодняшний созыв лишь для допроса Куриямы? Если мыслить позитивно, то пока ещё можно верить Курияме.

Я глубоко вздыхаю и иду в комнату Мицуки. Её комната находится наверху в самом конце коридора. Я останавливаюсь перед дверью. На ней висит табличка с милым круглым персонажем и надписью “Мицуки”. По обычному поведению Мицуки сложно представить, что она может жить в комнате с такой дверью, но похоже, в её личности может быть что-то девчачье. Я ещё раз глубоко вздыхаю и дважды стучу в дверь. Ответа не следует.

- Почему бы тебе немного не поговорить? Ты не занята? - сказал я.

Несколько секунд тишины.

- Дверь открыта, - послышался тихий ответ Мицуки.

Я открываю дверь и вхожу внутрь. Её комната оформлена в западном стиле, чистая и аккуратная. Я не ожидал такого. Думал здесь будет беспорядок, как и в клубной комнате.

- Меня не позвали, а ты, Акихито, был на собрании, - произнесла Мицуки, лежавшая на кровати ничком.

На ней - хорошая розовая пижама. Но к сожалению, её очарование слабо, потому что она не носит очки. В любом случае, по внешнему виду ясно, что у неё была бессонница. Поддержать её может оказаться непростой задачей.

- Ясно.

- Ты пришёл меня позлить? - сказала Мицуки своим обычным скверным тоном.

От этого я наконец успокаиваюсь, но всё равно не хочется, чтобы она начала меня поддевать, как обычно. Мне и так плохо, потому что в голове кружатся мысли о том, что Масиро Юто и Курияма связаны друг с другом.

- Нет конечно. Я пришёл тебя подбодрить.

- Акихито, на тебя-то самого больно смотреть.

- На самом деле, ты возможно знаешь…

- Что произошло?

Мицуки неловко посмотрела на меня. Нет смысла что-то замалчивать. Я решаю ей сказать, то что узнал пару минут назад.

- Похоже, что Курияма и напавший на вас с Хироми якобы знают друг друга.

- То есть…

- То есть Курияма может оказаться врагом Насе, - продолжил я слова Мицуки.

Атмосфера стала напряжённой. Курияма ведь не рассказала нам о мече, который использовала марионетка. Я проматываю в голове худшие из возможных причин. Я не думал об этом в кондитерской, но если она не рассказала о нём, чтобы не выдавать манипулятора, то очевидно, что младшеклассница - враг Насе. Аяка знала, что такое может случиться?

“В мире много плохих людей.”

Я думал, что на Курияму нацелены плохие люди, а она сама оказывается плохой человек?

- Что ты собираешься делать, Акихито?

- Не знаю.

Я совсем раскис. Я правда не знаю. В конце концов я не хочу разрывать отношения с Хироми и Мицуки. Прежде всего я обещал, что не буду лезть в дела потусторонцев. Тем не менее я не могу оставить Курияму в этой ситуации. Возможно потом я пожалею, что не поверил в неё.

Мицуки садится и облокачивает голову на руку.

- Ты не можешь её оставить, потому что ей так идут очки?

Она не пытается меня отговорить?

- Я не могу её оставить, потому что мы с Куриямой похожи.

- Вы похожи?

- Да.

Ей не с кем разделить своё отчаянное одиночество. Уже одно это является поводом защищать её.

- Когда начнётся затишье, всё разрешится.

Эти слова заставили меня почувствовать себя неловко. Есть вероятность, что так не случится, так что я решаю переспросить.

- Затишье начнётся. Но должно ли всё тогда разрешиться?

- Учитывая, что на нас напали заранее, думаю противник хотел закончить свои дела до затишья. Но я конечно не знаю в чём причина, - высказала своё мнение Мицуки, основываясь на предположениях.

А может она что-то знает и основывается на этом?

- Если ты что-то знаешь, скажи мне.

- Это было просто предположение.

Сказав это, Мицуки сделала серьёзное.

- Если ты успокоишься, к затишью Йому потеряют свою силу, и мы возможно сможем узнать что-нибудь новое.

Это было очевидно, но я не замечал такой элементарной вещи, пока она мне не сказала. Я не продумал это. А может быть я слишком мало знаю. Например, в качестве пользователя клетки, Масиро Юто хотел использовать труп сильного потусторонца. Принимая во внимание слова Мицуки, понятно почему он атаковал школу до затишья. И это даже сходится с объяснением стороны клана Масиро. Похоже, что Юто Масиро, которому не удалось реализовать стратегию по заполучению тел брата и сестры Насе, не смог расстаться со своей ценной марионеткой, которую он держал.

- Когда начнётся затишье, трудно будет действовать скрытно. Потусторонец, который произвёл незаконное нападение, отправится на покорение сильного йому. Если появятся люди, действующие неестественно, их будет легко раскрыть.

- Понял.

- Кстати, Акихито, расскажи мне, что было на встрече, - внезапно произнесла Мицуки и бесстрашно улыбнулась.

Я думал, что познакомился с её девичьей стороной, но похоже оказалось, что она - тактичный, хладнокровный, непредсказуемый человек. Я вздыхаю и отрицательно качаю головой.

- Это очень важно.

Девушка с тёмными волосами улыбается. Я задаю очевидный вопрос.

- Мицуки, ты устроила этот спектакль, чтобы поиграться со мной?

- Поиграться? С чего ты взял?

Без сомнений. Это просто спектакль. Действительно, маска, которую надела на себя Мицуки, спала. Однако есть некоторые детали, которые она всё ещё сохраняет. Я не привык к доброте с её стороны и опасаюсь этого. Так было и так будет всегда. Мне не нравится её извращённое отношение ко мне. В любом случае, я рассказываю Мицуки, о чём была встреча. Вскоре она высказывает своё мнение.

- Хм. Хм. Понимаю. Думая о ситуации во время нападения, мне кажется, что Курияма была для нападающего неожиданной персоной. Возможно его сбила с толку такая неожиданность, ведь в план вклинился человек способный его разрушить.

- Если это так, то получается, что нападающий никак не связан с Куриямой.

- А ты хочешь, чтобы был связан?

- Конечно я не хочу, чтобы он был связан!

- Рада это слышать, - ответила девушка, не задумываясь

Это действительно, то что она хотела сказать. Без всяких насмешек и скрытых смыслов. Сейчас Мицуки выглядит для меня словно ангел, спустившийся на землю. Всё-таки есть у меня друг, верящий в Курияму. И это изменило мои чувства. Я должен верить в лучшее.

- ДАМ.

- Что?

Красивая девушка вопросительно наклонила голову. Я объясняю расшифровку сокращения.

- Дорогой ангел Мицуки.

- Наконец выяснилась моя истинная личность. Будь осторожен с руководством, оно может нацелиться и на тебя.

- Но если предположить, что нападавший попал врасплох, почему Курияма не предоставила нам информацию, которая могла бы стать ключом в раскрытии личности врага? - высказал я свою гипотезу.

- Что ты имеешь в виду?

Черноволосая девушка недоумевающе нахмурилась. Я держал это в секрете на встрече, и хорошо бы оставить эту информацию только в стенах этой комнаты. Я беру обещание с Мицуки, что она никому не разболтает об этом, и рассказываю ей о разговоре в кондитерской.

- Она знала не только о Масиро Юто, но и о способностях марионетки в чёрном, которая напала на нас?

- Ну, да. Видимо она знала, что Масиро Юто был тем самым манипулятором.

- И теперь мы можем предполагать самый худший из исходов?

Глаза Мицуки полны печали. Я решаю воспротивиться её словам.

- Я не хочу в это верить, но не могу отрицать, что долго был ослеплён из-за позитивных слов Хироми и присутствия Нино. И теперь я конечно не могу отрицать худших вариантов. Даже твои слова, что всё скоро разрешится, меня не успокоили.

Курияма похожа на агента разведки. Посылать союзников в тыл врага - обычное дело на войне, так что мне тут не до хиханек да хаханек.

- То есть это ложь, что она приехала, чтобы убить Тень Пустоты?

- Это должно оказаться правдой, если моя гипотеза верна. Ведь иначе зачем им понадобилась клетка?

- Разве не логичней оправдывать это не способностью клетки, а трупом могущественного потусторонца?

- Ты думаешь, целью может быть даже не клан Насе?

- Ну, я не знаю. Но точно не думаю, что Курияма может быть врагом.

Хм. Я к прислушался этому.

- Тогда какая у тебя гипотеза?

- Она может быть жестока для тебя, Акихито.

- Разве ты не решила стать моей единственной надеждой, Мицуки?

- Не надеждой, а отчаяньем. Подумай, что общего между Куриямой Мирай и Масиро Юто?

- … Тень Пустоты?

Я сказал первое, что пришло на ум. Мицуки соглашается с моими словами.

- Масиро Юто с энтузиазмом желает уничтожить Тень Пустоты. Курияма тоже приехала сюда ради победы над Тенью Пустоты. Если они чем и связаны, так это Тенью Пустоты. А ты как думаешь?

- Мицуки, если ты что-то поняла, то скажи уже. Я весь в нетерпении.

- Я ничего не поняла, - ответила черноволосая девушка, но после высказала свои мысли. - Однако я точно чувствую, что все эти не сильно взаимосвязанные предположения могут сложиться в одну единую линию. Я думаю Курияма знала о способностях той марионетки. Вероятно, увидев её, она узнала её личность. Или вот. Может она не хотела говорить про это, потому что боялась, что её заподозрят.

Проклятая кровь разъедает кожу и попадает в тело, разрушая внутренние органы и убивая человека. С такой способностью, она могла легко устранить чёрную мантию. Обычно нет причин держать такую способность до крайнего случая. Было бы слишком оптимистично думать, что он сделал свой шаг, после того, как договорился с Хироми (что на самом деле было моим заблуждением) позволить им отступить. Другими словами это говорит о том, что Курияма намеренно проигнорировала чёрную мантию.

- А-а-а-а. Я совсем запутался!

- Курияма Мирай и Масиро Юто не участвуют в сговоре. Что если она всё-таки встретили друг друга уже на месте?

Курияма отступила перед оборотнем, который был первым? Курияма упустила чёрную мантию и сохранила в секрете личность Юто Масиро? “Похоже у Куриямы Мирай и Масиро Юто очень близкие отношения”, - подумал я.

- Всё очень плохо. У меня появилось дело, требующее немедленного решения.

- Это связано с Куриямой Мирай?

- Да.

- Ага, ну, тогда иди помогай.

Мицуки вновь падает на кровать, и ложится в нездоровом для сна положении. Я не знаю, какие слова подобрать для неё. Мне надо рассказать о парадоксе произошедших событий. Это самый верный способ показать, что Юто и Мирай не связаны.

- Ты же пришёл, так сделай меня счастливой?

- Не могу. Такое бывает только в сказках.

Нет смысла озорничать.

- Почему же только в сказках?

- Тебе нужен поцелуй прекрасного принца, который вылечит разбитое сердце прекрасной принцессы.

Да, только в сказках. В любом случае, я не принц из сказки или сёдзе-манги. Наверно это ошибка - не поцеловать её, за которую я поплачусь жизнью. Но я ведь не умру даже, если меня попытаются убить. В любом случае, я решаю добавить ещё слов, прежде чем уйти.

- Попроси Хироми. Он может помочь тебе с эти делом.

- Меня не интересует брат.

Принцесса лежит лицом в подушку, расстроенная. Она поворачивает голову в мою сторону.

- Акихито, а один ты думаешь справишься?

В глазах Мицуки горит ненависть. Мир воинов потустороннего мира держится на строгих законах, так что нарушающих потусторонцев судят. К тому, кто нарушает законы, нет пощады. Поскольку законы существуют для поддержания мира, требуется непоколебимая дисциплина.

- У меня же будут проблемы из-за нарушения договора с Хироми?

- Да. Ты готов? - произнесла Мицуки с болезненным выражением лица.

Она воздействует на меня странной силой, хотя всего лишь лежит на кровати.

- Замораживающий мир. Существует такой тип барьера. Он замораживает время и пространство. Когда всё замирает, остаётся лишь одна вещь - сознание. Сознание терпит невыносимое вечное одиночество. Человек сходит с ума и его психика навсегда разрушается. Это мир, из которого нет выхода. Ты хочешь быть запечатанным в этом месте?

Одиночество - вот чего я боюсь больше всего на свете. Внутри меня что-то сжалось. Тем не менее, я хочу помочь Курияме Мирай. Если моё предположение верно, то я просто не должен оставлять всё, как есть.

- Акки, Мирай-чан вернулась, - послышался голос сзади, ко мне обратился мой глупый спаситель.

У входа появляется Хироми, с бледным лицом. Как и сестра, брат падает на кровать лицом вниз. Он выглядит слабым. Возможно, он потерял сознание, так и не закончив фразу.

- Быстро ушёл отсюда!

- Ну, Мицуки.

- Не Мицукай мне тут!

Это был отказ. Думаю слишком грубый отказ.

- Ну, дорогая Мицуки.

После этих слов, девушка с чёрными волосами встаёт и подходит к двери. Она похожа на демона, поэтому даже я могу понять, что она очень зла.

- Акихито и ты, старший брат, вы должны уйти!

Выгнав нас из комнаты, рассерженная принцесса захлопывает дверь.

- Акки, что ты такого натворил, что она так рассердилась? - с отчаянием спросил Хироми.

Я начинаю идти, подав рукой сигнал, чтобы Хироми шёл за мной. Он с неохотой следует. Я удостовериваюсь, что мы отошли достаточно далеко от комнаты, чтобы нас не услышала Мицуки.

- Я думаю всё плохо. Но в нынешней ситуации она была бы благодарна доброте от любого. Разве сейчас не самый подходящий шанс для брата?

Хироми фыркает на моё предложение. Мне не нравится его жест.

- Меня не интересует такой подлый способ. Моя любовь к сестре более возвышенная.

Я почувствовал истинный дух его слов. Каким бы извращённым он не казался, он искренне уважает Мицуки. Это правда. У меня возникает желание заговорить громче, чтобы было лучше слышно.

- Хироми.

- Что такое, Акки?

Я останавливаюсь и смотрю прямо на Хироми. Я должен ему это сказать.

- Передай спасибо Мицуки от меня.

- Хорошо, передам.

- А я поговорю с Куриямой.

Надо выяснить правду пока не стало слишком поздно.

- Ты всё разузнал? И что будешь делать дальше?

- Не знаю.

Я правда не знаю.

- Вот как? Любовные реакции - своего рода химия. Если они не возникают между вами в те моменты, когда вы видитесь, то всё это не продлится долго. Если ты пропустишь момент сейчас, то следующего может уже не подвернуться. Ты просто должен действовать так, как подсказывает тебе сердце.

- Ты считаешь, что чувства, которые я испытываю к Курияме - это любовь?

- Что ж, я не могу отрицать такую возможность.

Хироми пожал плечами.

- Следуй за мной. Ты готов принять возможную ответственность?

- Конечно.

Если я не решусь, то ничего не изменится.

- Кстати Акки, ты знаешь, где живет Мирай-чан?

- Не знаю.

- Может тогда мне сказать тебе?

- Мне это не нужно.

- Почему? - удивился Хироми.

- Я прочитал много книг, и могу с уверенностью сказать, что не смогу добиться Куриямы в нынешнем положении. Люди называют это очками или силой любви, - пояснил я.

- Акки, ты удивительный романтик. Но лучше не ставить очки и любовь в один ряд.

Старшеклассник пожал плечами.

Что ж, я выбегаю из особняка на манер главных героев из фильмов, но мой энтузиазм быстро угасает во время бега по дождливому городу. Нет, правильнее сказать, я успокаиваюсь. В любом случае, дом Куриямы невозможно найти ни с помощью очков, ни с помощью силы любви. Я направляюсь к месту полагаясь на нарисованную карту и адрес, полученные от Хироми.

Дождь, который начал лить ещё сильнее вызывает во мне беспокойство. Я представляю самые худшие развития событий. Эти мысли поглощают меня и я не могу от них избавиться, ведь возможно в будущем я могу с ними столкнуться, потому что они окажутся правдой. Я трясу головой, пытаясь избавиться от мрачных иллюзий будущего.

Я всё ещё не могу доверять Курияме.

Прошло всего несколько недель с тех пор, как я впервые встретил её. Тем не менее я стал активно вмешиваться в её жизнь. Глубина отношений ведь зависит не от времени проведённого вместе, а от количества воспоминаний, которые мы поделим на двоих.

Я уже не могу отступить назад. Я глубоко вздыхаю и гневно кричу.

- А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!!

Дождь начинает утихать. Резко заболела голова.

В месте, указанном на карте, находится студенческое общежитие с однокомнатными квартирами. Пятиэтажный дом. Как я и ожидал, Курияма похоже живёт отдельно от своих родителей. Я поднимаюсь на третий этаж к комнате, указанной в адресе, и встаю отдышаться перед дверью под номером “35”.

- …Семпай?

Голос раздался сзади. В отражении ручки я увижу Курияму с пакетом из круглосуточного магазина в руках. Очевидно, я обогнал её на пути домой. Это тот редкий момент, когда я стал свидетелем повседневной жизни потусторонца.

- Что ты здесь делаешь?

- Я не могу оставить всё на самотёк.

- Ты… следил за мной?

Голос Куриямы внезапно изменился. Он кажется более враждебным, чем я ожидал.

- Я пришёл услышать правду. Может зайдём поговорить в квартиру?

- Э-э-э-э? - Курияма издала удивлённое мычание.

Её взгляд полон непонимания. Грузный звук дождя создаёт вынужденное молчание и тишину.

- Трудно говорить под таким дождём, и эта тема точно не то, о чём можно говорить на улице.

- Может тогда зайдём ко мне?

- Давай.

- У тебя точно нет других намерений на уме?

- Эй! Если ты так мне не доверяешь, то пойдём ко мне!

- Но ведь и там мы будем наедине друг с другом?

Шум дождя совсем утих. Я в смятении. У меня вдруг возникли ассоциации с Мицуки. Каким-то образом две, непохожие друг на друга, девушки стали частично совпадать.

- Хорошо, будь по твоему.

Я подхожу к лестнице напротив двери с номером “305”. Курияма подходит за мной и подкладывает себе под ноги пакет, чтобы сесть. Здесь никого нет. Кажется, это то место, где никто никогда не ходит. Если вы поднимаетесь на третий этаж, то наверняка воспользуетесь лифтом, а не лестницей. Тем более в такую погоду, в выходной. А если у вас нет никаких срочных дел, то вы вероятно наслаждаетесь послеобеденным перерывом.

Минута тишины. Курияма начинает первая.

- Семпай, ты тоже думаешь, что мы с Масиро Юто пособники?

Видимо слово “тоже” подразумевает, что я испытываю к ней неприязнь, но я думаю немного иначе, и пока лучше двигаться дальше. Прежде всего, надо поговорить о человеке, который заподозрил Курияму первой.

- Что тебе сказала Нино?

- Она не спрашивала напрямую, но задавала очень много наводящих вопросов. Я много раз повторяла, что не нахожусь в сговоре с Масиро Юто.

Что ж, я услышал это. Но пока это неподкреплённое ничем заявление. Если бы они были в сговоре, то точно так же бы отрицали связь. Всё-таки преступники редко признают свою вину до того, как обвиняющие предоставят веские доказательства.

- Я не думаю, что ты, Курияма, связана с нападавшими.

- Почему тогда ты не оставишь меня в покое?

Курияма не пытается скрыть свою враждебность. Это предполагает особый путь диалога, и поэтому я уверен в своей теории будущего развития событий.

- Я думаю, что сам смогу избавиться от такого мнения в твоём отношении. Но ты же и вправду знакома с Масиро Юто? Я боюсь, что этот факт нельзя уже отрицать.

Я старался говорить как можно мягче. Устраивать расспрос в этой ситуации контрпродуктивно. Желательно добиться атмосферы, в которой мы сможем общаться непринуждённо, без угроз раскрытия правды.

- … я и не отрицаю, - виновато промямлила Курияма.

Я не могу упустить эту возможность.

- Можешь рассказать мне как всё есть на самом деле. Может, я смогу тебе помочь.

- Семпай, Насе же рассердятся на тебя?

Лицо Куриямы приняло непонимающее выражение. Мне уже рассказывали о моём положении по отношению к семье Насе, а теперь я получил ещё больше информации о том, что они способны со мной сделать.

- Мне угрожала Мицуки. Курияма, ты же знаешь про замораживающий мир?

- Конечно. Это одна из самых жестоких пыток в долгосрочной перспективе.

- И это всего лишь одна из пыток.

Я глубоко вздыхаю. Не знаю, кто придумал такой ужасный барьер, но клан Насе известен своей изощрённостью.

- Похоже, меня могут запереть в замораживающем мире, если я нарушу обещание, данное Хироми, или просто окончательно испорчу Мицуки настроение, что очень вероятно.

- Семпай, сейчас не время для шуток!

- А я и не шучу!

- Да? Прости, - извинилась Курияма.

У этой девушки тоже есть груз на душе. Если бы я воспринял её слова положительно, то мог бы по ошибке сказать: “Жаль, что тебе не смешно”. Когда разговор прерывается, я начинаю отчётливо слышать звуки ударов капель дождя по земле. От этого мне становится ещё более грустно, потому что это один из выдающихся киноприёмов, используемых в подобных историях.

- Ты можешь мне рассказать что-нибудь о себе?

Проходит парусекундная тишина.

- Семпай, почему ты так добр ко мне? - тихо проговорила маленькая девушка.

Это была эмоция, которую я не понял. Курияма выглядит серьёзно. Не думаю, что она решила передразнить меня, нет причин для шуток. Вот поэтому я выдаю ей свои настоящие чувства.

- Ты же не рассердишься, если я скажу, что мы с тобой похожи?

- Потому… потому что это неправда?

- У тебя какое-то слишком раздражённое лицо? Ты же не дала ответ на вопрос, а лишь задала новый!

Хотя я решил отшутиться, моё сердце уже было разбито. Тем более эта рана так просто не заживёт.

- Раздражаешь.

- Это я должен был так сказать!

- Э-э-э… семпай… что-то не так?

- Я чувствую, что все мои слова просто отвергли.

- Ты не понимаешь, Камбара-семпай.

Курияма сжимает кулак. Я не понимаю? Девушка передо мной только что разбила моё нежное сердце.

- Курияма, ты хочешь сказать, что мы не похожи?

- Мы очень, очень разные.

Она перефразировала меня и стало только хуже.

Это всё очень странно. Её поведение отличается от обычного. Она кажется намного твёрже и сильнее обычного, раз смогла заявить такое. И эта уверенность в ней появилась точно не из-за моего юмора.

- Разве ты не собирался бросить меня?

- Нет конечно.

Курияма неловко отворачивается от меня и начинает тихонько посвистывать. Вдруг мне становится ясно, кто её такому научил. У меня есть только один знакомый человек, который занимается такого рода искусством.

- Тебя Мицуки надоумила?

- Вау… наконец… ты понял?

У Курияма стало скучное выражение лица.

- Насе-семпай сказала: “Акихито получает огромное удовольствие от грубого отношения к нему. Поэтому, когда ты пытаешься выразить свою благодарность, было бы неплохо позволить ему немного пострадать. И кстати. Акихито никогда не признаёт, что ему это нравится и выражает отторжение. Но подумай дважды. Он же даже не пытается уйти, когда с ним так обращаются? В любом случае, лучше позлоупотрелять небрежным отношением к нему.” Так она мне сказала… но похоже это не работает.

- Вот именно!

- А… правда? - продолжила Курияма в том же ключе.

Мицуки перешла уже все границы. Я просто люблю очки и никакого другого параноидального фетиша у меня нет. Придётся исправить это недоразумение прежде, чем мы перейдём к основной теме.

- Забудь всё, что тебе сказала Мицуки.

- Почему?

- Я конечно не взражаю, если ты примешь её слова как есть. Но ты что не веришь мне? Нельзя верить ни единому слову Мицуки.

- Но ведь тебе весело с Насе-семпай, - протвердила, как факт, Курияма.

- Может это и выглядит забавно. Но она не носит очки. Даже если Мицуки научится доставлять мне удовольствие их ношением, ты, Курияма, уже это делаешь. Так что больше же нет причин для беспокойства?

- Нет, есть, - крикнула девушка.

Она смотрит прямо мне в глаза. Дождь, льющийся на землю, ощущается где-то далеко. Вот почему тихий голос Куриямы слышится так отчётливо.

- Потому что мой семпай сейчас здесь.

Именно так. Я здесь. Одно это спасает её. Она может успокоиться, лишь потому что я рядом. Одной ей было бы не просто с этим справиться. Как беглецу, мне это до боли понятно.

Знакомое лицо и спокойное место помогают забыть об одиночестве. С первого взгляда и не поймёшь, что она спасена. Я смотрю на левое запястье девушки с великолепными украшениями. Проклятая способность манипулировать кровью. Для Куриямы, претерпевшей множество преследований, есть одно утешения - я здесь.

- Поскольку ты теперь поняла меня, я надеюсь, Курияма, ты останешься сама собой. Разумеется, беседовать с Мицуки весело, но было бы лучше, если бы она делала так лишь в качестве исключения.

- Правда?

- Правда, - вежливо согласился я.

- Поняла, - ответила Курияма.

Каждое действие убеждает меня в верности моей догадки. Это девушка никогда никого не предаст, даже если предадут её саму. Нет никакой причины, чтобы человек, который боится одиночество больше всего на свете, добровольно навлекал его на себя. Может быть кому-то это и нужно, но точно не ей и не мне.

- Может тогда поговорим?

- Хм, о чём?

- Амнезия. Да к тому же в таком юном возрасте!

- Раздражаешь.

- И это тоже я должен был сказать.

Опять она в том же духе. Это и сейчас она продолжает действовать по советам Мицуки?

- Масиро Юто. Вы же знакомы? - быстро перебиваю её я.

- Да.

Выражение лица Куриямы становится более потусторонним. Здесь и так уже было упомянуто слишком много ненужных деталей, но эту надо запомнить. Это главное, что нельзя упускать.

- Я знаю Юто с детства. Наверное, вернее будет назвать его другом детства.

- Ну да, это не тоже самое, когда я, полуйому, встретил в детстве воина потустороннего мира.

- Семпай! - девушка недовольно надула губки, - Раздражаешь.

- Прошу прощения.

Обычно это я злюсь на долгое вступление. Немного иронично получилось.

- В детстве у нас была компания из трёх человек: я, Юто и Инами Юи, которая на пять лет старше. Возможно мы могли бы продолжать дружить до сих пор.

Судя по словам, Масиро Юто может быть сверстником Куриямы, а Инами Юи на пять лет старше них. Короче говоря, это парочка детей, которые любили свою сестру по соседству.

- Это Юи научила нас с Юто основам техник потусторонцев.

- То есть Инами Юи - ваш с Юто учитель?

- Можно и так сказать.

Взгляд Куриямы был устремлён куда-то вдаль. Возможно потому что она она вспоминала своё прошлое.

Кажется события, которые я считал не связанными, вдруг оказываются связанными совершенно неожиданным способом. Масиро Юто и Курияма, которые, как говорят принимали участие в нападении на Насе, оказываются старыми друзьями. И не только это. Есть ещё общая грань соприкосновения - Тень Пустоты. Нельзя отрицать, что есть ещё какая-то информация.

- Семпай.

Наши с Куриямой взгляды встречаются. У неё бледное лицо.

- Марионеткой в плаще может быть Юи.

Я чувствую, что звук дождя становится всё сильнее. Я могу только ожидать дальнейших следующих. Несомненно, то что сейчас будет сказано, имеет прямое отношение к делу. Поэтому я спокойно слушаю.

- Два года назад я убила Юи, одержимую Тенью Пустоты.

Произнесённые слова открыли мне её тяжёлое прошлое.

- Я - убийца.

Я ничего не могу поделать. Бог - жесток.

Тихий жилой район в сумерках.

Вокруг японской кондитерской никого. Кто бы вообще решил остановиться под дождём? Независимо от обильности садков, птицы на улице чувствуют себя вполне комфортно. Мы с Куриямой идём в магазин. Такое быстрое развитие событий - не что иное, как осуществление моего плана.

- Не думаю, что она мне поможет. Я же молчала до самого конца.

- В любом случае стоит попробовать.

Я тяну, не сопротивляющуюся, Курияму за руку, и захожу в магазин.

На утренней встрече Насе и Масиро подписали договор о ненападении. Это простое решение, которое не мешает ни одной из сторон, но зато снижает стоимость ссуды, которую должны будут получить Насе от Масиро. Поэтому маловероятно, что Насе будут защищать Курияму, пока не получат ссуду. Поэтому количество людей, на которых можно положиться, ограничено.

Я звоню в звонок, и мы проходим в заднюю комнату. Так как в салоне магазина было много света, то заднее помещение в японском стиле оказалось неожиданно светлым даже без освещения.

- Я как раз думала, что самое время вам прийти.

Узнав меня и Курияму, Аяка повела себя так будто ожидала нашего прибытия. По сравнению с Насе, которые на постоянной основе занимаются администрированием близлежащих территорий, женский гений перед нами - загадочное существо. Однако она определённо надёжна и является последним оплотом моей надежды, который я посещаю, когда захожу в тупик.

- Странно конечно просить тебя о предварительном уведомлении, но то что вы посетили меня так внезапно тоже своего рода проблема. И почему вообще в такой дождливый день?

Аяка окончательно просыпается и накидывает на себя кимоно. В основном она спит. Я никогда не видел, чтобы она работала потусторонцем, и даже не знаю каким образом она поддерживает магазин в порядке. Кстати похоже слова о ожидании нашего прибытия оказались случайны.

- У меня есть просьба, - сказала Курияма, не дождавшись моих слов.

Похоже она почувствовала напряжённую обстановку.

- Я вся во внимании.

Мы убираем все вещи вокруг, чтобы сесть так, чтобы каждый мог говорить. Я кладу на стол мороженое, купленное по дороге сюда. Аяка берёт себе клубничное, не спросив разрешения. Затем Курияма берёт ванильное, а мне остаётся шоколадное. Я открываю крышку и зачерпываю немного маленькой ложечкой. Мы объясняем происходящее, параллельно поедая мороженое. Женщина в кимоно поворачивается к нам и с тем же тоном, что и обычно, говорит.

- Могу я услышать историю Мирай-чан прежде, чем начать говорить.

Нет смысла спорить. Я посмотрел на маленькую девушку, чтобы ободрить её. В итоге она начинает говорить.

- Юто слепо любил Юи. Но Юи была подчинена Тенью Пустоты и в результате мне пришлось убить её. Неудивительно, что объектом ненависти для него является не только Тень Пустоты, но и я, - с грустью призналась Курияма.

Юная девушка убила дорогого для Юто человека, за что тот затаил на неё злобу. Я не могу и не хочу верить в это.

Кланы потусторонцев существуют, чтобы уничтожать йому. Совершенно отличный от обычного мир. И как много места в этом мире для Куриямы занимали Инами Юи и Масиро Юто. Они должно быть были фундаментом всего её мира. И когда он рухнул, боль была неизмеримой.

Получается Инами Юи была её учителем по борьбе с йому. И для Масиро Юто тоже. Однако всё изменилось, когда уважение к учителю достигло самой глубокой ячейки в сердце. Беглые отрицательные эмоции могут быть направлены не только на йому, но и на девушку, которая выполняла свои обязанности, как потусторонка.

- Масиро Юто затаил обиду на тебя, Мирай-чан? - неожиданно задала вопрос Аяка.

Возможно у неё уже был подобный опыт с потусторонцами.

- Наверно не совсем. С тех пор я стала реже пересекаться с Юто, потому что он обезумел. Он стал убивать тени и исследовать их.

Возможно ему было сложно сдерживать своё эго, не будучи чем-то поглощённым. И возможно это зависело от Инами Юи. Курияма сейчас спокойно рассказывает об этой ситуации, хотя сама в то время точно не была в надлежащем психическом состоянии после убийства одержимой йому Юи. Преодолеть это было непросто и я считаю чудом, что она хоть как-то справилась.

Я вспоминаю жестокую битву с йому, в которой я победил. Я понял. Я понял, что я никогда не задумывался о смерти, будучи бессмертным. Пренебрегал ею. Пренебрегал самим её существованием. А ведь она может настигнуть кого угодно и когда угодно, и потусторонцы ближе, чем кто-либо знакомы с ней.

Масиро Юто. Когда Курияма убила Юи, что думал об этом Масиро Юто? Клан, манипулирующий кровью, считается злом, распространяющим смерть. Ведь если он в детстве пытался подружиться с Куриямой, то понимал, что возникнут проблемы. И больше чем кто-либо это понимала сама девочка. Возможно она неоднократно отвергала Масиро Юто, потому что их дружбу неправильно бы поняли. На самом деле даже, если он хотел остаться с ней, пришлось бы в конце концов отказаться. Однако я не могу представить как, но Масиро Юто удалось подружиться с Куриямой Мирай. Но у нас есть ещё один персонаж по имени Инами Юто.

Весёлые дни. Обычный мир. Вероятно Курияма не рассказала сразу правду именно из-за таких воспоминаний. Хотя на самом деле, может быть, я всё понимал с самого начала.

- Это Масиро Юто вынудил тебя приехать сюда?

- …

Судя по всему это болезненный вопрос. Поэтому я делаю предположение.

- Может быть Юто пытается подчинить Тень Пустоты, используя Курияму? И к тому же он наверняка был готов оплатить расходы на проживание.

Курияма должно быть понимала, что с ней случится, когда её попросили победить Тень Пустоты. И я готов это принять. И всё же ей стоило раньше попросить о помощи. Она явно не боялась, что её могут превратить в маринетку, и не боялась появления Тени Пустоты, а боялась, что я, брат и сестра Насе узнаем правду и отвернёмся от неё. Думаю это правильный ответ.

В общем, я имею в виду, что моя идея в большинстве своём была неверна. Она не случайная жертва, а девушка, жаждущая реванша. Она пытается спасти Масиро Юто от тьмы, используя свою жизнь, как средство искупления греха. Нелепо. Это никого не спасёт. Если бы таким образом можно было бы кого-то спасти, то для меня было бы высшей иронией не умереть.

- Я не позволю Курияме умереть.

Мой голос дрожал. Это звучало плохо. Как далеко я не зайду, я всё равно не стану главным героем.

- … семпай… но я хочу исполнить желание Юто…

Услышав эти слова, я чуть не поперхнулся. Возможно Масиро Юто не видел, как страдает эта девушка. Вот почему он посвятил себя покорению теней пустоты. Такой человек точно не может думать о мести и использовании Куриямы в качестве средства подчинения Тени Пустоты.

- Это идея слишком слаба. Может быть есть другая причина?

- … семпай?

- В любом случае мы должны действовать согласно плану.

Я одобряю действия Куриямы, затем сменяю тему разговора.

- Аяка?

- Да?

Потусторонка в кимоно посмотрела на меня.

- Можешь мне помочь? Даже если я пойду в назначенное место в назначенный день, то не смогу рассчитывать на многое в одиночку.

- Собираешься победить Тень Пустоты?

- Ну я собираюсь действовать так, как изначально планировалось. Но получится или нет - вот в чём вопрос. Только в случае, если никто не будет стоять на пути.

- Что ж, верно. Будь уверен, ты можешь рассчитывать на меня.

Пока Аяка давала мне тёплый ответ, она также передала мне ту самую открытку от мамы. Я не успеваю понять, что происходит прежде, чем это доходит до меня. Я бы хотел убрать от Куриямы такую опасную вещь, но теперь у меня нет выбора.

- Так, появилась ли новая информация?

- Интересно, поймёшь ли ты.

У меня нет плохих предчувствий, но и оптимизма во мне не прибавилось, так что давайте забудем об этом.

- Это психо-голограмма. Курияма, может обойдёмся без неё?

- Да. Как тебе кажется правильней, семпай.

- Я потрясён. Почему ты доверяешь мне?

- Потому что ты постоянно стараешься помочь мне.

Маленькая девушка тепло смеётся. Вот почему мои догадки точно верны.

Четвёртая глава

Готовый перевод 境界の彼方 / За гранью: Том 1. Четвёртая глава

Мне приснился один старый сон.

Всё тело в холодном поту. Одиночество очень легко выразить словами, но трудно понять. Тем не менее, я думаю, что сейчас должен быть более психологически устойчивым.

Я вздыхаю с облегчением и встаю. Должны быть пределы тому насколько неприятным может быть давний сон. Я снимаю одежду пропитанную потом и надеваю свежую, умываю лицо и выпиваю пачку сока, дающую дневную норму витаминов. Мне стало намного лучше, и на завтрак я завариваю себе лапшу быстрого приготовления.

Изначально я хотел прочитать рассказ в журнале, который принёс из клуба, но не думаю, что смогу адекватно его оценить в моём нынешнем психологическом состоянии. В такой день лучше сходить в магазин очков или хотя бы в книжный, чтобы поднять себе настроение. Недалеко от вокзала как раз есть пару подходящих магазинчиков.

Вот почему я решаю сегодня выйти на улицу, хотя и не совсем понимаю, чего хочу найти. Дорога занимает у меня около получаса пешком. К слову на велосипеде вряд ли получилось бы быстрее: по городским улочкам в будни слишком много людей, поэтому я давно решил пользоваться велосипедом только в выходные. Перед вокзалом много ресторанов, поэтому в выходные от заполнен семьями. Они приходят сюда после завершения покупок на обед, или на обед перед началом покупок.

Во всяком случае, таких учеников старшей школы, как я, тут совсем немного. Они обычно не ходят сюда по выходным, только если вместе семьёй или друзьями. Хотя я вышел из дома, чтобы отвлечься и успокоиться, выход из дома напомнил мне об одиночестве. Может быть всё бесполезно, что бы я не делал.

Меня начинает преследовать желание поскорее вернуться домой, но неожиданно я вижу знакомого человека в неожиданном месте. Изуми примеряет наушники в музыкальном магазине и покачивает головой в ритм музыки. Почему-то её светлая фигура выглядит очень хорошо. Если бы она шла по пляжу в соломенной шляпе, то выглядела бы, как очень привлекательная девушка. Я ошеломлён этой случайной встречей. Вдруг черноволосая девушка внезапно поворачивается ко мне. По её резкому движению понятно, что она обнаружила меня поисковой клеткой.

- Ты хотел со мной поговорить? - крикнула Изуми, снимая наушники.

Я ничего не могу поделать, поэтому подхожу к ней и кланяюсь. Конечно, с Изуми не стоит врать и я решаю ответить на её вопрос честно.

- Нет, я случайно проходил мимо.

- Решил пройтись за покупками?

- Да, пришёл посмотреть очки.

- Вот как. Уделишь мне немного времени?

Сказав это, наследница Насе наклонила голову. Само собой я понимаю, что это значит. Хорошо это или плохо, но у меня появилась возможность поговорить с ней. Нет причин отказываться, поэтому я иду в кафе вместе с этой прекрасной девушкой.

- Кофе со льдом, лесным орехом, ванилью, миндалем, карамелью и сливками? А можно тебе добавить ещё дополнительно сливок?

- Изуми, прекратите. Я закажу что-то попроще, без изысков.

Я выбираю кофе со льдом и говорю свой заказ Изуми. Не сказать, что эта кофейня дешёвая, но всё же здесь более доступные цены, чем в заведениях для семей. Мы сели за двухместный столик лицами друг напротив друга. Если кто-то не знающий ничего увидит нас здесь, то вероятно подумает, что мы пара.

- Ты уверен в своих силах?

Ненавижу тратить время на такие пустые разговоры, ведь мой ответ всё равно очевиден. Прекрасная девушка передо мной проводит языком по губам со странным лицом. Возможно это было сделано намеренно, но я не вижу причин показывать мне подобный жест. Так что, вероятно женщины клана Насе непроизвольно совершают такое откровенное движение.

- Ты что-то узнал? - задала вопрос Изуми.

Она серьёзна и хочет получить ответ. Однако тот факт, что она не знает всей правды был мне очевиден с самого начала.

- Да.

- Лучше знать, чем не знать. - её голос изменился; в нём присутствовала холодность, которая существенно отличается от подобного голоса Мицуки. - Я не такая добрая, как Хироми и Мицуки. Если я посчитаю, что ты мешаешься, то устраню тебя. Я думаю, что ты понял это после посещения особняка Насе. Но мне хотелось бы точно удостовериться, что ты это понял. Поэтому я и позвала тебя. Я хочу, чтобы ты не пытался вмешиваться.

Я не могу пошевелиться, будто лягушка в змеиной пасти. Черноволосая потусторонка злобно улыбается.

- Даже если мы не сможем убить тебя, то просто убьём тех, кто тебе помогает. Будем убивать до тех пор, пока не останется никого.

Я проглотил свой язык. Откровенная жестокость - это тот самый принцип отношения потусторонцев с йому.

- Ты же не хочешь вдруг увидеть труп Шиндо Аяки?

- …

Неожиданно на стол падает тело, будто оно было прикреплёно к потолку всё это время. Оно упало под силой тяжести, сильно ударилось об стол и немного отскочило назад. От него растекалась алая жидкость. Человеческую фигура с разрезанной шеей. Обращённое ко мне лицо знакомо мне. Это жестокая сцена, которую я не хочу принимать как реальность.

Тело принадлежит потусторонке Шиндо Аяке.

Я даже кричать не могу от страха. В мгновение ока стало тихо, будто весь мир замёрз. Мир действительно остановился. Это не сравнение. Я оглядываюсь, наконец зашевелив дрожащим телом. В кофейне, которая всего несколько минут назад была переполнена, никого больше нет.

- Что… что это значит?

- О боже, Хироми же тебе рассказывал.

Насе Изуми переводит взгляд на меня. Шокирующее представление, но я не знаю было ли оно спланировано или оказалось импровизацией. Я вдруг начинаю вспоминать сказанное Хироми. Если вы владеете клеткой, то можете не только управлять пространством, но и создавать само пространство. Другими словами, кажется можно создавать виртуальный мир, подобный реальности.

Мир грёз - конечно, это явление, которое упоминал Хироми. Более того, кажется есть способ изменять этот мир по желанию создателя. Можно создать зарезанного потусторонца или даже гору подобных трупов.

- Это мир грёз?

- Обычно я угрожаю смертью, но в твоём случае такой приём эффективней, - с нежной улыбкой произнесла Изуми.

Я пытаюсь посмеяться над таким чрезмерным поступком, но непроизвольно высказываю эмоции, которые стоило бы держать при себе.

- Я впервые в жизни вижу убийство.

- Вот как.

Наследница клана Насе неспешно встаёт. В следующий момент гаснет свет, как если бы это всё был фильм. Зажигается прожектор. В том месте куда падает его свет, я вижу тело Куриямы Мирай. Я конечно понимаю, что всё это иллюзия, но всё же не могу игнорировать слова маленькой девушки. Не знаю почему.

- Семпай, не вмешивайся.

С этими словами Курияма падает на колени. По уголку её рта начинает течь кровь. Затем один за другим включаются прожекторы и перед моим взором начинают представать люди.

- Япи! ♪ Что ты наделал, лапусик?

И наконец среди людей появилась моя мать, Камбара Яёй, которая сделала своё стыдное приветствие. Я понимаю, что это всё иллюзии. Тем не менее, я не могу убежать от своей матери, которая подходит ко мне.

- Мне жаль, что ты чувствуешь себя таким одиноким.

Сказав это, мама обнимает меня. Я чувствую её тепло, хотя здесь его быть не должно.

- Хотя я далеко, я каждый день думаю о моём лапусике.

Даже иллюзия кажется счастливой. Однако голос моей матери внезапно меняется.

- Ты хочешь, чтобы я это сказала?

Это был жестокий голос, полный ненависти.

- Лапусик, я сожалею, что родила тебя на свет.

Этот мир опорочен и изуродован. Внезапно у меня заболела голова.

- Поэтому я предусмотрела барьер, который всё заморозит.

Тут же всё вокруг начинает покрываться льдом с соответствующим звуком. В итоге я теряю сознание.

Я прихожу в сознание и слышу голос служащего, повторяющего приказы. Очевидно, я не был заперт в замороженном мире. Когда я подношу руку к разболевшейся голове и поднимаю взгляд, то вижу лицо лицо Мицуки.

- Воу, я был без сознания.

- Разве можно быть таким упрямым? Я имею в виду, зачем же действовать именно так! Вдруг это могло привести к худшим последствиям!

Я получил целую гору обвинений после того, как пришёл в сознание. Кто ещё кроме как Мицуки может так меня отчитать. Когда я думаю об этом, мне вдруг становится немного спокойней.

- А где Изуми?

- Её здесь нет.

- А… ты тоже принимала в этом участие?

- Нет, я просто хотела убедиться, что она не навредила тебе, Акихито. Изуми слышала многие варианты событий и ошибочно почувствовала угрозу.

- …Не позволяйте такому опасному человеку брать на себя всю ответственность.

Я сказал правильную мысль. Вот почему Мицуки говорит правду.

- Обычно она такого не делает, но на этот раз сделала исключение.

- Изуми - настоящий демон, который наслаждается мучениями других.

Я заранее знал, что всё происходящее вокруг было подделкой. Если бы я не знал, то возможно сошёл бы с ума.

- Изуми способна убивать людей словами.

- Возможно и так, но не забывай, что я тоже так могу.

Темноволосая девушка заливает мне в рот латте, не обращая внимание на моё сопротивление.

- Я буду говорить серьёзно.

- А до этого ты шутила?

Мицуки холодно посмотрела на меня.

- Прости. Говори пожалуйста, - искренне извинился я.

- Старший брат исследовал затишье и кажется, что твоё бессмертие, Акихито, не будет работать.

- Ты уверена?

- На девяносто процентов.

Черноволосая девушка очень спокойно произнесла это и поставила жирную точку в вопросе.

- Зачем ты мне это говоришь?

- Я ненавижу людей, которые ведут себя беспечно. Твоя смерть, Акихито, - твоё дело, но подумай и обо мне.

В её словах я выгляжу, как эгоист, хотя они и полны доброты. Я и не думал, что нужен кому-то, хотя и всегда мечтал о таком.

- … Прости.

- Если ты действительно сожалеешь, то тебе следует позабыть о Курияме Мирай. Я ничего не могу обещать и не знаю, что на уме у сестры Изуми.

Мицуки серьёзно посмотрела на меня. Её глаза выражали настолько сложную неописуемую эмоцию, будто бы всему пришёл конец. Поэтому я ничего не могу сказать в ответ.

- Ты можешь пообещать мне, что больше никуда не полезешь?

- Не могу.

- Вот как. Тогда одолжи мне свои любимые очки?

- А?

- Мне видимо придётся закончить работу над Шибахимэ в одиночку. А возможно, ты постараешься не умереть, чтобы в конце концов воссоединиться со своими любимыми очками.

Сказав это, черноволосая девушка протягивает ко мне руку. Я со вздохом вновь извиняюсь.

- Мне очень жаль.

- Если ты не вернёшься, я их продам.

- Не продавай! Оставь на память обо мне!

- Хватит уже! Пообещай, что вернёшься.

- Хорошо. Обещаю.

Я вкладываю очки в руку Мицуки. Получившая их, черноволосая девушка встаёт.

- Мицуки.

- Что?

- Спасибо.

- Я не хочу этого слышать.

Мицуки взглянула на меня боком и элегантно ушла.

Шли дни.

Началось затишье.

Конец апреля, десять часов утра.

Мы с Куриямой едем к месту назначения. Из окна - великолепный природный пейзаж. Хотя битвы часто происходят в городе, работа потусторонцев всё равно остаётся за кадром. Мы выходим на пустынной станции, состоящей из одной платформы, и садимся на автобус, который ходит с периодичностью в час.

- Ты нервничаешь?

- Да, - ответила девушка с выражением лица, ничем не отличающимся от обычного.

Если мои догадки верны, или даже если совершенно не верны, Курияме не грозит выпадение несчастливой четвёрки. Нервничать - это естественно. Вскоре автобус доезжает до нашей остановки. Отсюда до пункта назначения можно дойти пешком за пятнадцать минут.

Мы с Куриямой идём по лесной тропинке. Всё вокруг в деревьях и рассмотреть что-то вдалеке проблематично. Я не могу позволить себе наслаждаться природой, потому что есть риск неожиданного происшествия.

- Ты договорился с надёжным потусторонцем? - обратилась ко мне миниатюрная девушка, выражая сомнение в моём выборе помощника.

У меня нет никакого варианта ответа кроме как пожать плечами.

- Аяка посоветовала его, так что я думаю ему можно доверять.

- Хорошо… остальное я возьму на себя.

- Не “я”, а “мы”.

Я поправляю слова девушки. Курияма выглядит очень обеспокоенной. В такой ситуации разве следует показывать такое выражение лица? Однако следующие слова объясняют причину.

- Не переусердствуй, семпай. Возможно у тебя сейчас уже нет бессмертия.

- Я знаю. Я просто постараюсь не умереть.

Упадок таинственных сил из-за затишья. Способность к регенерации у меня осталась, а вот бессмертие возможно - нет. Поскольку нет возможности проверить это точно, то остаётся лишь поверить информации от Насе. Возможно конечно Мицуки солгала мне, чтобы защитить, но теперь она не скажет мне правду пока эта история не закончится.

Так что теперь мне стоит полагать, что я не бессмертен. Это значит, что я не могу использовать те методы боя, которые использовал раньше. И если говорить честно, теперь я обычный старшеклассник, а из оружия у меня лишь кулаки. Однако я не мог рассказать об этом Курияме, иначе эта нежная юная девушка отказалась бы взять меня с собой.

Постепенно впереди начинает проглядываться здание похожее на храм. Дерево храма стало трухлявым и начало гнить, потому что он был покинут и не использовался в течение многих лет. Прекрасное место для йому в период затишья.

- Там, - произнесла Курияма, указывая на здание.

Я следую взглядом по линии её указательного пальца. Миниатюрная девушка указывает на худощавого парня, вышедшего из-за угла.

- … Юто…

Курияма произнесла это имя голосом, по которому казалось будто она вот вот зарыдает. Она рефлекторно встаёт в стойку и прыгает в сторону. Высокий парень молча смотрит на меня. У него печальные мрачные глаза. Миниатюрная девушка сокращает дистанцию с Масиро Юто.

- Курияма?

Я не мог продолжать смотреть на это молча. Похоже сюда пришёл и он. Позиционирования между нами превратилось в равнобедренный треугольник с Масиро Юто в вершине.

- Кто это?

- А… Эм… Мой семпай из литературного клуба.

- Странно он выглядит..

Масиро Юто с большим интересом посмотрел на меня, после представления Куриямы.

- Ой, извини. Сразу не представился. Я - Масиро Юто, друг детства Куриямы Мирай.

Высокий парень на удивление вежливо кланяется. Я не понимаю, что происходит, так что мне потребуется время, чтобы должным образом разобраться в ситуации. Так или иначе, я слишком мало знаю, чтобы понять друг он или враг.

- Прости.

Извинение девушки прервало молчание. Она падает коленями на землю, держась за тело руками, подползает к нему на четвереньках, что выглядит даже более почтительно, чем догэдза. Я не хочу видеть её в таком положении, поэтому прикладываю все усилия, чтобы поднять тело Куриямы. Масиро Юто грустно улыбается.

- Я рад, что ты раскаиваешься, но ты знаешь не всю правду, - милосердным тоном сказал он.

Я не знаю, куда направить свой гнев. В любом случае, мне надо быстро понять: друг он или враг.

- А… что ты имеешь в виду?

- Ты же знаешь Курияму?

Высокий парень смотрит вдаль, вспоминая прошлое. В поле моего зрения возвращается Курияма.

- Клан Масиро и клан Инами были союзниками, но также и давними соперниками. И на самом деле ситуация была намного сложнее. Клан Масиро подчинялся клану Инами. Руководители Масиро не могли этого терпеть и разработали план по устранению влиятельных людей в Инами. Они подстраивали всё, как если бы это были случайные происшествия, а после подчиняли их тела. Этот план убивал двух зайцев одним выстрелом: уменьшал количество влиятельных людей в Инами и давал сильных марионеток для клана Масиро.

Миниатюрная девушка сжимается и обращается к Масиро Юто.

- Это же ложь?

- Нет, это правда. Я случайно узнал правду, - жёстко ответил Масиро Юто девушке, желающей другого ответа.

Я могу лишь слушать. Меня кое-что заинтересовало в их разговоре.

- Поэтому я тоже придумал план, - сказал парень с блеском в тёмных глазах.

Его фигура кажется устрашающей. У меня складывается ощущение, что он - машина без эмоций; что он потерял всё кроме рассудка, уничтожив в себе человечность.

- Причина, по которой я делаю всё это состоит в том, что клан Масиро и так уже силён. Он спокойно может существовать. И поэтому я принял меры, чтобы предотвратить будущие жертвы.

- … Юто? - дрожащим голосом произнесла Курияма.

Масиро Юто не выражает гнева, говоря такие жестокие факты. Но его мягкий тон, напротив, вызвает во мне страх.

- Что мне делать, чтобы не доставлять неудобства другим? Мне потребовалось не так много времени, чтобы дать ответ. Я хочу, чтобы зависть и гнев оставались внутри, а не распространялись наружу. Внутри клана Масиро - раскол. Так почему он выносит соры из избы?

Я смотрю на выражение лица парня, который говорит так, будто он мастер войны. Я вообще без понятия, о чём он думает. Я чувствую слабость в теле, и на лбу проступает холодный пот. Курияма хватает Масиро Юто за руку и спрашивает.

- Юто, неужели это ты стал причиной конфликта внутри клана?

- Так и есть.

- И ты думаешь это правильно?

- Думаю.

Курияма безжалостно даёт ему пощёчину. Сквозь слёзы навзрыд она выдавливает из себя слова.

- Дурак… почему ты мне не сказал?

- Мирай, я не хотел, чтобы ты была моим сообщником.

Лицо девушки принимает смутное выражение, будто она не понимает смысл его слов. Но я понимаю. Я расскажу. Что если Курияма Мирай чувствует ответственность за убийство Инами Юи и ей важна её жизнь? Излишне говорить, что они оба, должно быть прошли через ад. Вот почему парень потусторонец отверг своего друга детства.

Курияма Мирай была отвергнута - Масиро Юто отказался от неё, чтобы быть несчастным. Несчастье, вызванное его добротой. Это цепь плохих событий, которые уже никак не изменить.

Вот полная история Масиро Юто и Куриямы Мирай. И я не вижу причины, по которой должен вмешиваться, если хочу достичь мира. Тем не менее, я не могу оставаться лишь сторонним наблюдателем.

- Привет.

Я вставил очень резкое и неуместное слово. Для них это должно быть подобно рекламе в телевизоре посреди очень напряжённого момента в фильме. Масиро Юто и Курияма Мирай посмотрели на меня. Несмотря на то, что мне немного страшно, я не могу не задать вопрос, который так меня интересует.

- То есть для тебя важнее Инами Юи, которая мертва, а не Курияма, которая жива?

Мой вопрос ничем не отличался от: “Что тебе важнее: я или работа?” Это худшее сравнение, которая не ведёт ни к чему хорошему, что бы он не выбрал.

- Всё дело дело в ситуации. С того дня я думаю только о конце семьи.

Речь идёт не про тот день, когда Курияма Мирай убила Инами Юи, а про день, когда он узнал правду, что её смерть была подстроена кланом Масиро. Я не могу смотреть на лицо Куриямы, стоящей рядом с ним.

У девушки, которой так идут очки, проблемы, а я нахожусь в прострации, но ведь я - единственный, кто может ей помочь. На самом деле моя надежда - не что иное, как отчаяние. История жестока, и как бы герой второго плана не старался, он не сможет превзойти главного героя. Задача вспомогательного героя - довести историю до конца, не взирая на предыдущий прогресс.

Это история Масиро Юто и Куриямы Мирай, в которую я, проходной персонаж, не должен был быть вовлечён. И всё же. Когда я вижу слёзы Куриямы, мне хочется сказать одну из жалобных фраз героев второго плана.

- А как же чувства Куриямы?

Я хватаю за руку Масиро Юто, который непринуждённо закончил говорить. Кажется, его сила невообразимо огромна, намного больше, чем ожидалось. Парень потусторонец слегка удивлённо вскрикивает.

- Семпай! - окликает меня миниатюрная девушка в попытке успокоить.

И всё же мой гнев не может утихнуть.

- Ты же помнишь, зачем мы здесь?

- Я сожалею об этом.

В следующий момент я уже хватаю Масиро Юто за плечи и трясу его изо всех сил.

- Курияма собиралась убить тебя! А ты кидаешься здесь такими дешёвыми словами! Есть ещё, чего сказать!

- Семпай… всё нормально, - попыталась остановить меня девушка.

Теперь я упал из категории второстепенных героев в категорию полных аутсайдеров. И вот, что я понял. Я трясу Масиро Юто лишь потому, что обижен на своих родителей. Меня ведь не волнует моя жизнь, я продолжаю жить несмотря ни на что. Я и никогда не догадывался, почему до сих пор остаюсь жить. Ведь мне всего лишь выпала счастливая восьмёрка.

Я медленно разжимаю руки и отпускаю Масиро Юто.

- И всё равно, объясни мне всё. Я не могу принять нынешнюю ситуацию.

- Я кажется уже объяснил, что являюсь причиной внутреннего конфликта Масиро.

- Да я слышал уже это. Но это не причина вызывать Курияму сюда. И использовать Тень Пустоты для своих целей.

- Разве ты не понимаешь, кого обвинил бы клан Масиро, когда я стал предателем? Я просто попросил Мирай помочь с Тенью Пустоты и заодно перебраться в безопасное место, хотя и не говорил правду.

Я взглянул на миниатюрную девушку. Конечно, если бы он сказал ей честно: “Убегай, потому что можешь оказаться заложником”, то Курияма, попытается узнать правду.

- Подожди минутку. Я хочу разобраться в этой истории. Ты попросил Курияму переехать на территорию, находящуюся под контролем Насе, чтобы обеспечить ей безопасность? Это нормально. Но если твоей целью является клан Масиро, то нет причин нападать на Насе. Не так ли? Так зачем тебе нужно было атаковать?

- Внутренний конфликта клана Масиро был спровоцирован атакой на Насе.

Моя злость понемногу стихает.

- Я думаю, что совершил недоразумение.

- Да?

- Я думал, что клан Масиро может использовать Масиро Юто для подавления конфликта, путём объединения против одного навязчивого врага. Но это не так. Неужели руководители Масиро купились на серию инцидентов?

- Как видишь, - радостно ответил Масиро Юто.

- Ты раскроешь свои секреты, - продолжил я.

- Конечно.

В следующий момент парень произносит слова заклинания, отличные от какого-либо языка. Знакомый магический круг появляется на земле. Оттуда материализуется длинный меч, который использовала фигура в чёрной мантии.

- Этот длинный меч - разве он сейчас не у Насе?

Масиро Юто улыбнулся мне. Я поражён.

- Ты всё ещё не понял?

- Понял, но не совсем.

Я знаю только одного человека на свете, который может претворить в жизнь подобный дьявольский план.

- Первый оборотень, который напал в одиночку, он умышленно провалился?

- Этого оборотня я послал, чтобы повысить вашу бдительность.

Это подтверждает мои догадки.

- Ты был в сговоре с Насе Изуми.

- Я попросил помощи в борьбе против Масиро в обмен на обеспечение безопасности Мирай и оставление мне тела Юи, принадлежащего моему клану. Мы оба получили выгоду. Я ослабил клан Масиро, даже не контактируя с ними. Идеально.

- Так атака на Насе была спланирована, верно?

- Да, было много руководителей, которые долгое время обращали внимание на различные возможности клетки. Планировалось, что если захватить под контроль пользователя барьров, то можно будет совершить атаку на Насе. Не зная, что у меня была поддержка от Насе Изуми, меня похвалили, что я с успехом провёл атаку через клетку. Но даже хотя я покинул клан, план атаки на Насе остался в силе.

- Так это была плановая атака.

- Нет, клан Масиро был удивлён моей атакой.

- … правда?

Я задал вопрос, не скрывая недоверия. Курияма тоже хлопала глазами, пытаясь понять, что это значит.

- Я напал один, но с помощью Насе Изуми.

- Юто?

- Это не удивительно. Агрессия клана Масиро к клану Насе невозможна без средства противодействия клетке.

- Тогда… та марионетка… была Юи? - спросила Курияма.

- Нет. Он же сказал, что объединился с Насе Изуми, чтобы забрать тело Юи у клана Масиро.

После моих слов, Масиро Юто начинает объяснение.

- Я не ожидал, что Мирай будет присутствовать на месте происшествия. Однако, она была, и поэтому я подумал, что если марионетка с длинным мечом примет облик Юи и будет пытаться скрыть свою личность, то идентификация преступника будет ускорена.

- Я подумала, что ты каким образом хотел выместить свою обиду, и никому не сказала правду.

- Мне жаль. Мне очень жаль.

Их сострадание друг к другу может работать для меня в плохом ключе. Они смотрят друг на друга в атмосфере благотворной для поцелуя. Мне стоит оставить их одних и не быть препятствием.

- То что говорил представитель Масиро не было ложью?

- Я не знаю, что там происходило, но если он говорил, что я предатель, то это правда.

- И ты был в сговоре с Насе Изуми.

- Да.

Тогда вопрос существования предателя, о котором беспокоился Хироми, прояснён. Хотя он явно не думал, что это его старшая сестра. Тогда вопрос, как клетка была нейтрализована, отпадает и не является проблемой, ведь у Изуми нет планов против Насе. Я стараюсь сохранять спокойствие.

- Разве новости об атаке не разделили клан Масиро на сторонников атаки и консерваторов?

- Само собой разумеется. Клан распался на тех, кто боится тотальной войны и тех, кто не боится, - лёгкостью описал сложившуюся ситуацию Масиро Юто.

Я понял, какая двойная игра получилась. Другими словами, Изуми сотрудничала с Масиро Юто и разделила клан Масиро надвое, но после предала Юто и предпочла договориться с консерваторами Масиро. В конце концов, Насе выбрали способ обогатиться без усилий.

И кто здесь теперь плохой парень?

- Теперь помимо Насе, тебя хотят убить ещё и консерваторы Масиро.

Клан Масиро никогда не станет столь же сильным, как клан Насе, оставив Масиро Юто в покое. Теперь чтобы вернуть себе прежнюю власть, консерваторы Масиро нацелились на Масиро Юто.

- Так и есть. Вот почему я захотел встретиться с Мирай перед концом.

- … Юто… - дрогнул голос девушки с мечтательной улыбкой.

Сразу после этого Масиро Юто прыгает с длинным мечом. Когда я последовал свой взгляд за ним, то увидел его, взмахивающего мечом. Тело оборотня йому рассекается пополам в воздухе, окропляет всё вокруг биологическими жидкостями и падает на землю. Он погиб, даже не успев приземлиться. Худощавый парень оглядывается.

Я наконец замечаю группу йому-оборотней, прячущихся в лесу. Я не знаю точного числа, но наверное больше тридцати. Более того мы окружены со всех сторон. Однако тот факт, что Масиро Юто пытается защитить Курияму Мирай, теперь подтверждён. Я чувствую, что могу преодолеть любую трудность, просто поняв её. Курияма вытирает слёзы рукавом, материализовывает кровавый клинок и встаёт в стойку.

- Мне очень жаль. Похоже нас выследили пока мы сюда добирались.

- Как нам теперь выйти из этой ситуации?

Несмотря на то, что йому ослабли из-за затишья, они могу взять верх числом. Если я всё ещё бессмертен, то смогу им противостоять, но сейчас я в этом не уверен. Я должен признаться, что ситуация оказалась плачевной. Группа врагов приближается.

- Мы прорвёмся в одном месте, и ты убежишь Мирай, а я отвлеку их, чтобы предотвратить погоню, - заявил Масато Юто, держа длинный меч на плече.

Однако Курияма отказывается от предложения.

- Я не хочу оставлять тебя, Юто, и бежать. Я не позволю тебе отдуваться за всех.

В её словах будно слышался звук: “Не бросай семпая”. Глаза парня были обращены на меня. Нет смысла говорить, что я аутсайдер.

- В этом нет необходимости, если ты волнуешься. Я всё ещё бессмертен.

- Будем надеяться так оно и есть.

Фраза была такой, будто это был сигнал к началу битвы. Масиро Юто влетает в стаю оборотней, низко держа свой длинный меч. Выход из окружения был логичным решением. Он быстро расправляется с тремя йому перед собой, и кольцо окружения прорывается. В следующий момент парень поднимает меч и ударяет по дереву.

- Сволочь!

Мужчина в костюме с глупым криком падает с дерева. Помимо порезов, мужчина сильно ударился о землю. Он начинает умолять жалобным голосом.

- Прости. Не убивай меня! Если ты это сделаешь они выйдут из под контроля.

Прежде, чем он успел договорить, Масиро Юто воткнул меч в левое плечо мужчины. Атмосфера вокруг парня накаляется. Потусторонец движется к цели по кратчайшему пути и избавляется от неё. Возможно, как профессионал манипулятор, он знает, как биться с контролируемыми йому. Другими словами, они не могут сражаться в позиции, в которой не была бы гарантирована их безопасность. Приоритет оборотней явно направлен на Масиро Юто. Возможно, Курияма тоже почувствовала это. Она расправляется с оборотнями перед собой и устремляется к парню потусторонцу. Враги не настолько глупы, поэтому сразу нападают на девушку стаей, блокируя ей путь.

- Не мешайте.

Курияма выкрикнула слова, которые казалось не принадлежали ей. Она снимает браслеты с левой руки, взмахивает ею и врывается в группу оборотней, блокирующих проход. Кровь вытекающая из раны разбрызгивается на врагов. При соприкосновении она начинает разъедать их плоть. Маленькая девушка пробегает сквозь ряд оборотней, которые уже мучаются от боли. Они с жутким визгом дерут свои глотки что есть мочи и скребут шеи пытаясь быстрее умереть.

У клана Масиро нет возможности остановить Курияму, которая владеет исключительными способностями и сражается, словно демон. Девушка благополучно настигает Масиро Юто, который лишь немного ранен. Однако, кажется, что новые оборотни появляются бесконечно, и им нет конца.

- У нас большие проблемы. Что будем делать?

- Нет другого выбора, кроме как заставить кукловода сражаться.

Масиро Юто показывает пальцем в сторону, где находился кукловод. Курияма, подняв голову, ловкими движениями устремляется к месту назначения. Мужчина в костюме упал с дерева при появлении. Хотя он и пытается убежать, похоже раны серьёзны, и он снова падает.

- Пощадите меня! Мне просто приказали!

Этот человек без стыда заявил подобное. Из уст Куриямы вырываются печальные слова.

- Из-за тебя Юи… Из-за тебя Юто… Но ты даже ни о чём не задумываешься. Я… я не могу тебя простить.

Я чувствую назревающую неприятность я подбегаю к Курияме. Девушка с ужасно холодными глазами смотрит на мужчину, потерявшего честь в бою. Она поднимает свой кровавый клинок. То маленькое счастье, которое совсем недавно родилось, разрушено этой битвой. Я толкаю младшеклассницу прямо перед тем, как она успевает обрушить свой клинок вниз.

- Не трать свои силы! - крикнул я, прижимая Курияму к земле, - причина, по которой тебе не говорили правды, заключается в том, что он не хотел, чтобы ты, Курияма, запачкала свои руки чужой кровью.

- … Семпай …

Девушка выдавила из себя слабый голос и вот вот собиралась заплакать. Когда я это услышал, моя кипящая голова успокоилась. Если она, что-то сделает, от чего уже когда-то страдала, то вновь получит неприятные последствия.

- Мне очень жаль, но ты, Курияма, не должна совершать подобного, - извинился я искренним нежным тоном.

Мужчина в костюме, который внезапно оживляется, вынимает из-за пазухи нож и недобро улыбается. Сбив Курияму, я к сожалению потерял бдительность. По какой-то причине ситуация в которой я сбил Курияма была такой, что я не мог видеть противника. Сделал не подумав.

- Умри!

Его правая рука направила нож в сторону миниатюрной девушки, но в следующее мгновение её отрезает чуть выше локтя и она улетает на в яму. Человек в костюме, осознавший ситуацию кричит.

- Чтоб в-а-а-а-а-а-а-а-а-а-с!

Несмотря на такой истошный голос, мужчина с кровоточащей культёй начинает убегать. Вопреки дурацкому крику, сам побег отточен на славу. Однако убежать от Масиро Юто, ставшим демоном мести, нереально. Вторым взмахом меча он отрывает мужчине левую ногу, от чего тот, истекая кровью, обрушивается на землю.

Однако ситуация по прежнему оставляет желать лучшего. Если битва продолжится, то все наши силы истощатся. Такое развитие событий нельзя отрицать. Я встаю и помогаю подняться Курияме.

- Ты ещё можешь сражаться? - спрашиваю я.

- Да.

- Я могу попытаться позвать на помощь Аяку.

- До запланированного времени осталось долго, верно?

- Нет, и это не обнадёживает. Мы отбились от запланированного графика и уже должны были быть внутри храма.

Грохот. Сквозь крышу храма появляется чёрная тень.

- Г-о-о-о-о-о-о-о!

Подобный туману йому кричит, открывая свой разорванный рот. Излишне говорить, что это Тень Пустоты.

- Ты всё ещё думаешь, что всё нормально?

- Ты не можешь сражаться в таком состоянии, - заявил я, усилив тон.

Если придет Аяка, то будет шанс на победу.

- Смелая старшая сестра, - произносит застенчивая девушка в очках.

Может она расстроилась? В любом случае, в этой ситуации сражаться в полную силу может только Масиро. Не важно, было ли появление Тени Пустоты воспринято как сигнал к возобновлению битвы, йому-оборотни переглядываются и вновь начинают атаку. Всей толпой они двигаются одновременно. Курияма рассекает двух прыгнувших йому и забегает в толпу, уничтожая их рубящими ударами. В другом направлении Масиро Юто уничтожает оборотней размашистыми ударами длинного меча.

- Курияма, я отправлюсь за Аякой. Можно оставить вас здесь?

Изначально я хотел играть роль что-то типа: “Оставь меня здесь и убегай сама”. Однако теперь единственное, на что я гожусь - на работу посыльным.

- Без проблем. Мы с Юто продержимся здесь, - решительно ответила миниатюрная девушка, вступая в бой.

Я рад, что мы встретили здесь Масиро Юто. В противном случае ситуация была бы безвыходной.

- Оставляю её на тебя, - сказал я и бросился за подмогой.

Пункт назначения оказался немного дальше, чем я ожидал. Тень Пустоты боятся не только за сверхъестественные способности, но и за его физическую силу. Однако учитывая, что он не проявляет сейчас активности, на него всё таки оказало влияние затишье. И Аяка - единственная, кто сейчас может помочь с ним расправиться.

- Аяка, если ты здесь, откликнись пожалуйста.

Я кричу на бегу. Совершенно неожиданный человек откликается на мой голос.

- Как странно встретиться в таком месте.

Передо мной предстаёт красивая потусторонка с длинными волосами - Шизуку Ниномия. Её женский костюм, как всегда производит впечатление умной статной женщины. Она стоит с огромными чётками в руках и перебирает их. Мысль о том, что Нино и есть тот самый союзник, просто завораживает.

- Нино, это тебя попросили прийти на помощь?

- Ну не сама же я решила прийти сюда, - отвечает потусторонка, не переставая перебирать чётки.

Большой круг диаметром около метра имитирует цифру восемь. Тень Пустоты извивается в попытке вырваться из оков. Мне становится ясно, что Нино остановила этого йому своими способностями. Я задаю ей прямой вопрос.

- Какова ситуация?

- Тень Пустоты очень разгневана, что её схватили. Я пытаюсь сдерживать её с помощью совсем небольших сил, чтобы выиграть вам запланированное время. Она обездвижена и не может сбежать, но честно говоря я не уверена, долго ли смогу её сдерживать до запланированного времени.

Хотя она произносила это непринужденным тоном, по её лицу было видно, что она не шутит.

- А где Аяка?

- Она сдерживала его внутри здания, но не знаю всё ли в порядке. Потолок обрушился, так что возможно она могла оказаться под завалом.

Прекрасная потусторонка указывает мне на храм. Вокруг него разбросаны обломки от рухнувшей крыши. Я благодарю Нино и направляюсь к Аяке. И толпа йому оборотней, с которыми сражается Курияма, и йому-тень, которая может применить большой физический урон, кардинально отличаются от всего того, с чем я сталкивался ранее. Возможно кто-то может даже умереть, если совершит ошибку и будет неосторожен. И на этот раз угроза грозит даже мне. Я даже утомлён сильнее, чем предполагал.

Ситуация с обрушением поясняется при более близком рассмотрении. Кроме крыши обрушились стены и колонны. Я проверяю внутреннюю часть здания через открытый парадный вход.

- … Аяка?

- Сильный враг, даже во время затишья.

Полоска крови идёт по лбу Аяки. Возможно она была ранена во время обвала. Я удивлён, что йому вызвал обвал, но даже не затронул Аяку.

- Я надеюсь у тебя всё под контролем с этим йому.

- Конечно, всё в порядке.

- Рад это слышать.

С ухмылкой Аяка начинает читать заклинание на неизвестном языке. Уже знакомый мне магический круг появляется в воздухе. Возможно именно это заклинание заставило Тень Пустоты в следующий момент вновь закричать.

- Г-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о!

Здание сильно затряслось, вероятно из-за ослабления Нино. Фрагменты стен начинают падать на пол. Если туманный йому продолжит буйствовать, то он обессилит, и его можно будет победить. Я прощаюсь с Аякой и покидаю святыню. Вне храма продолжается борьба на истощение, в которой погибло уже около сотни оборотней. Повсюду на лесной дороге лежат изуродованные разрубленные тела йому-оборотней.

Я бегу к прекрасной потусторнке. Внезапно Нино падает на землю.

- Нино! - прокричал я и ринулся к ней.

Тут же Тень Пустоты вырывается на свободу и двигается сюда. По бокам её тела появляются руки с пятью пальцами. Одним пальцем она замахивается на беззащитную Нино. Я добегаю до потусторонки, падаю и, обняв её, прокатываюсь по земле. Чудом мы избегаем удара. На том месте, где ранее лежала Нино, появилась небольшая воронка. Она могла бы умереть, если бы я опоздал. К тому же я впервые почувствовал страх смерти, который никогда не чувствовал с самого рождения.

Несмотря ни на что, Тень Пустоты не прекращает свою атаку. Я намереваюсь избежать второго удара снова перекатившись. Однако теперь она атакует всеми пальцами и острый, как лезвие, мизинец протыкает мой живот. Мгновенно рана начинает затягиваться, но я не знаю, что будет дальше.

- Будь спокоен!

Пришедшая в сознание, Нино вновь берётся за чётки. Руки Тени Пустоты взмывают вверх. Кажется вряд ли в этот раз Нино сможет долго контролировать её. Освободившись от пальца-лезвия, я встаю, придерживая внутренности вспоротого живота.

- Камбара, пожалуйста, поможешь выиграть время? Будет хорошо, есть ты сможешь снова увернуться перекатом.

Потустронка в кимоно мчится сюда, призывая по пути магический круг. Я проверяю рану на животе - восстанавливается медленнее, чем обычно, но я единственный, кто вообще может двигаться в такой ситуации. Аяка бросает на землю какой-то необработанный камень и подходит к нему.

- Что это?

- Что-то вроде талисмана, который привлекает йому. Когда я подам сигнал - беги!

- А…

- Сейчас! - сразу же крикнула Аяка, практически после объяснения.

Как только она это сказала, цепи Нино снимаются и Тень Пустоты начинает двигаться. Я без ясного понимания, что делать, просто бегу по дороге, по которой пришёл. Чувствую, как туман от йому гонится сзади. Я обеспечил достаточное расстояние, чтобы не оказаться в непосредственной близости. Если Тень Пустоты не в состоянии за мгновение сокращать дистанцию и у неё нет дальних атак, то бег на выносливость - моя стихия. Я могу так продолжать.

На меня совершается атака сбоку от внезапно появившегося оборотня-йому. Я пытаюсь увернуться от его когтей, но в тандеме с силой удара, падаю на землю. Тело оборотня, пытающегося произвести второй удар по мне, разрывается пополам. Брызги свежей крови окрашивают мое лицо и одежду киноварью.

Глядя на направление, из которого прилетела атака, я вижу Масиро Юто, который взмахнул своим длинным мечом. Учитывая то, что однажды произошло с Нино, это вероятно похоже на невидимую волну. Парень потусторнец непрерывно наносит удары.

Тень Пустоты исчезает, когда я оборачиваюсь. Однако, это может оказаться одной из способностей йому, о которой нам неизвестно. Моя израненная рука собирается и заживает. Это вполне соответствует моим ожиданиям. Как бы то ни было, я встаю и возобновляю свой побег, но моё тело начинает сильно качать. Мало того, что заживление ран происходит медленнее, так ещё и кардиореспираторная функция оказалась ниже ожидаемой.

- Семпай!

Курияма привлекает мой взгляд, когда я уже собираюсь рвануть вперёд. Она вся залита кровью, и это создаёт немного жуткую атмосферу. Девушка анализирует и одного за другим уничтожает атакующих йому-оборотней. Капли крови, выпущенные из запястья, пронзают тело жертвы, как если бы это была дробь, выпущенная из огнестрельного оружия. Наступление сильно, но мы всё равно можем победить Тень Пустоты. Так что я бегу со всех сил.

Оборотни отступают, словно их сдувает ветер. Йому оказались слабее, чем ожидалось, или Масиро Юто и Курияма Мирай оказались более сильными, чем казалось. Будучи кукловодами, я не могу отрицать, что клан Масиро был обучен этому. Насколько я слышал от Нино, Тень Пустоты появилась раньше, чем ожидалось. И тут я снова слышу рёв.

- Г-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о!

Тень Пустоты ударяет меня в спину. Рана оказывается меньше, чем та на животе, но я чувствую, будто что-то давит меня вниз. Туманоподобный йому торжественно размахивает своими огромными руками, пока я лежу на земле.

- Семпай!

Курияма, забыв об опасности, с криком подбегает ко мне. Я не уверен, ведёт ли она себя небрежно или расстроена моей раной, но для бойца это безусловно ошибка. Йому подгадывает момент и атакует.

Маленькая девушка переводит взгляд за спину и молниеносно реагирует, чтобы не дать себя поймать. Мои чувства обостряются и начинаю видеть изображение частями, будто фотографии, сделанные непрерывно. На лице Куриямы видно сильнейшее отчаяние. Непосредственно перед тем, как заострённые когти Тени Пустоты достигают девушки, путь к ней преграждается невидимой стеной.

В следующий момент лезвие клинка Куриямы изменяет свою форму и становится кнутом, обвившимся вокруг шеи чудища. Йому вновь попытается выполнить свою первоначальную цель, но его рука отсекается невидимым лезвием Масиро Юто.

К сожалению, физическая атака бессильна для тени, не имеющей материального тела. Новую атаку сразу же возобновляет новообразованная рука. Миниатюрная девушка, чтобы защитить меня, наносит серию неудержимых атак клинком.

- Мирай, бесполезно биться в ближнем бою с Тенью Пустоты! - кричит Масиро Юто, увидев как раз за разом конечности йому регенерируются.

Однако Курияма даже не пытается остановиться, как если бы она совсем потеряла самообладание перед лицом Тени Пустоты. Девушка продолжает размахивать клинком, и пыл битвы накаливается.

- Не бей больше Тень Пустоты!

Тень Пустоты превращается в чёрный туман, как только крик достигает Куриямы. Рефлекторно я встаю и сбиваю с ног девушку. Вдруг я начинаю плохо себя чувствовать - что-то вторгается в моё тело. Моё дыхание, мой пот, они превращаются в чёрный дым. Моё тело взлетает в воздух, будто от удара, и врезается в дерево.

- Она вот вот овладеет им! Мирай, надо выгнать её из тела.

Гневный голос Масиро Юто эхом разносится по лесной дороге. Услышав это, я понимаю, что странный толчок был вызван им. Однако Курияма просто бездействует, будто она выпала из мира сего. Парень потусторонец снова взмахивает длинным мечом. Невидимое лезвие режет моё тело. Из раны струится чёрный дым вместе со свежей кровью. Маленькая девушка кричит - она пришла в сознание.

- Стой, Юто!

- У нас нет другого выбора. Надо отбросить Тень Пустоты, прежде чем она полностью подчинит его.

Разговор между ними кажется мне, чем-то далёким. Неясно является ли причиной этого кровотечение или моё ослабевающее сознание. Но я не унываю. Я не хочу породить бессмертного демона.

- Г-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о!

Моё тело реагирует на борьбу, которая разгорелась внутри меня. Ноги сами направляются к храму. Курияма в отчаянии останавливает попытку атаки Масиро Юто. Даже я понимаю, что это ошибка с её стороны.

- Курияма, задача потусторонцев, уничтожать злых йому.

Кажется, что тело я не контролирую, но всё ещё могу говорить.

- Я никогда не умру! Потому что я бессмертен! Так что не давай слабину перед Тенью Пустоты!

Крича, моё тело направляется к главной святыне. На самом деле моё сознание очень ослабло, и становится ещё хуже после сильного удара сзади. Что-то вроде чёрного тумана выходит из моего тела. Тень Пустоты бежит, почувствовав опасность для своей жизни.

Точно - моё тело пронзено кровавым лезвием. Большое количество крови вытекает из обрубка правой руки и разрубленной груди - настоящий фонтан, окрасивший всё вокруг в ярко-алый цвет. Если бы бессмертие исчезло я бы уже умер. Однако сейчас, когда таинственная сила ослабла из-за затишья, регенерация тела и кровообращение сильно замедлились. Ослабев, я падаю коленями на землю. Я пытаюсь встать, но мои конечности двигаются так, будто они принадлежат не мне.

Моё сознание угасает, а зрение затемняется. Кажется кто-то зовёт меня по имени, но я даже не в состоянии понять взаправду ли это или всего лишь галлюцинация. Чувство беспомощности отличается от обычной боли. Вероятно… это - смерть. Видимо мне не хватает бессмертия, чтобы выйти из этой ситуации.

- Пожалуйста, держись! Держись семпай!

Курияма поддерживает меня криками. Лицо и тело девушки мокрые от крови. Я понимаю, что это всё же реальность.

- Лжец! Ты не бессмертен. Ты умираешь!

И не опровергнуть. Конец настиг меня. Юная девушка в очочках держит меня за руку. Если бы это была прощальная сцена между двумя влюблёнными, то получилась бы замечательная картинка. Но в данном случае, держащая меня, девушка явно интересуется другим парнем. Другими словами она просто прониклась состраданием ко мне, которое не имеет ничего общего с романтическими чувствами.

Какой же я клоун. Как я жалок.

- Я не позволю умереть своему семпаю!

Крикнув это, Курияма обняла меня. Как бы сильно меня не обнимала моя любимая девчонка в очочках, это не поможет. Даже в таком состоянии я понимаю это. Чудеса на то и чудеса, что они случаются редко.

Слух, который всё ещё работал, начинает отказывать. Я даже не понимаю, о чём говорит, обнявшая меня, девушка. Смерть - неведомый для меня мир, но мне не страшно. Даже наоборот, для меня это предмет восхищения, с которым я давно хотел познакомиться, просто потому что не знал.

Когда я впервые встретил Аяку, она отказалась от победной битвы со словами: “Меня не интересует, когда именно ты умрёшь, нет смысла побеждать бессмертного полуйому.”

Значит я живу. Я ничего не могу поделать, ведь я не могу умереть.

Но не сейчас. Ведь сейчас я могу умереть.

Именно эти мысли кружат у меня в голове. Тень Пустоты вышедшая из моего тела, начинает замерзать с кончиков пальцев. Подобное туману тело твердеет с характерным звуком.

- Г-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о!

Это конец для Тени Пустоты. Туманное тело полностью замерзает. Момент и тело полой тени разбивается вдребезги.

- Я умираю в Китае!

Я выкрикнул такое глупое заявление, когда увидел женщину в китайском платье с веером. Аяка, успешно выполнившая трансгрессию и улыбается. Моё сознание окончательно отключается из-за большой потери крови. Последнее воспоминание слишком странное. Женщина в китайском платье смеётся надо мной. Я действительно не могу так умереть.

Впервые в жизни, я не хочу умирать.

◇◇◇

Неясно, являются ли эти события воспоминаниями или галлюцинациями.

В смутном сознании я разобрал образ приближающегося парня.

- Мирай.

- … Юто …

Курияма называет имя парня, обнимая меня.

- Месть свершилась. Мой призрак покорит клан Масиро, и они пойдут по пути самоуничтожения. Тело Юи, с которым они обращались, как с боевой марионеткой, наконец можно будет похоронить…

- Юто… что ты собираешься делать?

- Я исчезну, чтобы довести до логического конца внутренний конфликт Масиро.

Высокий худощавый парень пожал плечами. Затем мой взгляд обратился на Курияму.

- Мирай, а что будешь делать ты?

- … Я …

- Дерево не может вечно жить без корней. Тебе следует присоединиться к какой-нибудь организации, чтобы накапливать знания и опыт, необходимые для воинов потустороннего мира. Ты же не училась ни у кого с момента гибели Юи?

- …

Масиро Юто серьёзно посмотрел на девушку, которая не проронила ни слова.

- Пойдёшь со мной?

- …

Услышав это предложение, Курияма подняла голову. У неё был озадаченный вид, который казался одновременно удивлённым и счастливым. Однако всем ясно, что этот вариант напрямую не связан с счастьем. Вот почему Масиро Юто не произносил следующую фразу до самого конца.

- Я сознаю, что это несовместимо с тем, что я сказал до этого. Но я больше не могу упускать из виду разбитую Мирай. Я обещаю, что никогда не брошу тебя. Если тебе некуда идти можешь пойти со мной.

Их окружала уникальная атмосфера. Возможно предложение, которое сделал Масиро Юто, было будущим, которое Курияма так давно хотела.

- Мне очень жаль. Но я не могу пойти, - прервала заявлением торжественное молчание миниатюрная девушка.

- Да, всё нормально. Я смогу прийти в себя только отомстив. Мирай, цени тех, кто будет рядом с тобой в любой беде.

- Почему ты не винишь меня?

- Виню?

- Я убила Юи! - прокричала она мучительным криком.

Юто погладил Курияму по голове.

- Это клан Масиро подстроил такую ситуацию. Ты должно быть скажешь, что знаешь, что там произошло, но это всего лишь подстроенный инцидент. Юи была порабощена Тенью Пустоты и ты постаралась сделать, как лучше. Я рад, что встретил тебя, Мирай. Я благодарен тебе и мне очень жаль о случившемся.

Потом я полностью потерял сознание.

◇◇◇

- Ллл… ааааннн

Я пришёл в сознание, почувствовав головную боль. Признаю. Я оказался не в аду, а в знакомой японской кондитерской, как в смутном лёгком сне. Рядом Аяка, сидя на кимоно, выполняет дзадзэн в церемониальной манере. Похоже, я так устал, что не заметил, что проснулся.

- … Аяка …

Мне удалось выдавить еле слышный сиплый голос. Женщина смотрит на меня и ехидно улыбается. Обычно в такой момент я вставляю свою шуточку, но на этот раз кажется вряд ли у меня получится её произнести.

- Ты пришёл в себя до такой степени, что твоё сознание вернулось в норму… Теперь ты сможешь восстановиться естественным путём. Я не буду зазря продолжать ритуал, так что на этом закончу.

Сказав это, Аяка надевает своё чёрное кимоно, по котором она сидела. В самом деле, моё сознание потихоньку проясняется. Ситуация стала очевидна, когда я увидел своё тело в бинтах и амулетах.

- … Ты меня спасла Аяка?

- Не я.

- А кто?

- Кто ещё кроме Мирай-чан.

Потусторонка в кимоно указывает своим взглядом в сторону. Там сидят Курияма и Мицуки, по лицам которых читаются все эмоции. Черноволосая девушка задаёт вопрос от имени их двоих, будто бы они представляют друг друга.

- Понимаю, Акихито, тебе пока трудно говорить, но всё же выбери, кто тебя побьёт первым: Курияма в очках или я без очков.

- Мицуки… мне жаль, но я не в состоянии сейчас принять решение. К тому же я не совсем понял суть вопроса.

- Это твоё наказание, за устроенный беспорядок. Ты прекрасно понимаешь, почему нам придётся это сделать. Так что я даю тебе право выбора. Хотя обычно я бы такого не делала. Но этот раз будет исключением.

- Разве нет возможности в этот раз пропустить это?

Я поднимаю тело, которое находится не в идеальном состоянии, пока задаю вопрос. Мицуки сурово смотрит на меня. Черноволосая девушка прекращает свою игру, которой теряла время.

- Это окончательный ответ? Тебе не нужно позвонить своим друзьям, чтобы сказать, что всё в порядке? Ах, да, мне жаль. Независимо от количества жизней, которые остались у Акихито, у него нет друзей, на которых можно положиться.

- Семпай!

Наконец, маленькая девушка вскочила и заплакала, потому что больше не могла этого терпеть. Поддерживая себя одной рукой, другой я ловлю тело очаровательной Куриямы и прижимаю его к себе. Чувство будто она сочувствует тому, что у меня нет друзей, с которыми можно было бы поговорить, от постановки, которую придумала Мицуки. Однако я до сих пор не знаю, как правильно поступить в этой ситуации. У меня было желание вернуться и я смог вернуться, поэтому возможно есть лишь один вариант ответа.

- Я вернулся.

Услышав эти слова, Курияма утыкается лицом в мою грудь и поднимает глаза. Я нежно глажу по голове юную девушку, глаза которой мокрые от слёз. Девушка снова утыкается в меня с лицом, которое выражает то ли счастье, то ли злость. Учитывая слова, которые были сказаны в клочках моих воспоминаний, я уверен, что она беспокоилась обо мне.

- Ты спасла меня, Курияма? Спасибо.

Я слегка глажу маленькую девушку по голове и она крепко обнимает меня. Я не сомневался в Курияме, но потусторонка в кимоно начинает объяснение, будто делая предложение.

- Другая способность обращения с кровью - Мирай-чан временно заблокировала твою рану, Камбара, с помощью своей крови. В обычной ситуации ты спокойно бы пережил такую потерю крови, но сейчас ситуация была НЕ обычной. Я смогла спасти твою жизнь из-за блокировки, поскольку рана перестала быть насталько смертельной. Я не могла сама тебя исцелить, но получилось увеличить твою восстанавливающую способность. То, что я сделала скорее похоже на поддержку.

- Вот как… больше спасибо.

Я поблагодарил свою спасительницу, хозяйку магазина. Аяка выдаёт мне листок, отрицательно качая головой. Там написана сумма, на которую можно купить иномарку класса люкс.

- Что это?

- Я уже получила оплату. Поэтому ты, Камбара, ничего мне не должен. В любом случае, я сделала свою работу, и за неё заплатили.

Поднявшаяся лавочница выдыхает малиновый дым и поправляет волосы. Кто внёс за меня плату? Мне очень неудобно.

- Я устала, поэтому приму ванну и лягу спать.

- Понятно. Я доставил много неудобств.

- Не беспокойся. Ты для меня важный клиент.

Я оставляю Аяку в покое, и она уходит в другую комнату. Конечно я мог бы на этом закончить расспрос, но мне хочется больше узнать об исходе дела. Поэтому я задаю вопрос спасительнице “А”, провожая взглядом спину спасительницы “Б”.

- Курияма, а что с Масиро Юто.

- Акихито, не порть ситуацию, - стройная темноволосая девушка осудила меня.

Конечно, на данном этапе после потери сознания может быть бессмысленно пытаться услышать историю. Даже если он всего лишь пешка, называть имя Масиро Юто было слишком больно.

- Мне противно, когда эгоцентричность мужчины страдает от мнения, что женщина сексуально направлена на другого мужчину, в котором она даже не заинтересована. И я чувствую раздражение, ведь равнодушно здесь относятся лишь к одному человеку. Вот, посмотри, младшеклассница вцепилась в полуобнажённого тебя и плачет. В любом случае мне больно.

Получив замечание, я ещё раз посмотрел на себя. Курияма быстро поднимается и садится. Я всё ещё смотрю на плачущую девушку. Затем мой взгляд привлекает выражение лица Мицуки.

- Жуть, - черноволосая девушка оборвала меня всего одним словом.

Она отвернулась и смотрит на меня в профиль. Курияма поочерёдно смотрит то на меня, то на Мицуки, словно маленькое животное. Возможно Курияме стоило бы возразить и побороться за меня, но сейчас я в её руках, так что она оставляет всё как есть.

- Есть что-нибудь надеть?

- Вон там.

Около постели лежит, приготовленная для меня, юката. Вероятно, экстренная одежда, потому что моя была уничтожена в бою. Мицуки с невинным лицом помогла мне просунуть руки в рукава юкаты. Я решаю заговорить с ней.

- Что случилось с Хироми?

- Я не видела его с тех пор, как накануне он ушёл рано утром из дома. Интересно, ищет ли он несуществующую сестру, которая считает, что они разлучены друг с другом. Или наступила дата выхода игры “Сестра” для портативных консолей, и он не будет спать всю ночь, а сейчас стоит в очереди за игрой.

- Никогда не слышал о такой игре!

- А? Разве ты не знаешь? Это похоже на портативную версию тамагочи, которая существует уже давно. В общем игра для тех, кто хочет найти любовь и друзей в 2D, а не в 3D.

- Хм… так вот за что хвалят технический прогресс? Кажется, я теряю связь с миром технологий.

- Кстати, если в “Сестре” обращаться с ней “плохо”, то она родит.

- Это уже слишком! Хироми же от такого в обморок упадёт!

- Ладно, давай разберёмся с инцидентом, а не с этим.

Черноволосая девушка резко сменила тему разговора. Мицуки, которая не присутствовала там лично, хочет узнать, как близко мы с Куриямой сблизились.

- Вероятно, ты, Акихито, из всех сил пытался показать Курияме свою хорошую сторону, но вдруг вспомнил, что бессилен и бесполезен, как дерьмо, и не смог бы вызвать гордость у младшеклассницы. Попытался сыграть такую роль, но в конце концов побоялся по пути умереть и сказал: “Есть же секретный способ - я могу продемонстрировать будто умираю, а потом меня спасут, вылечат и пожалеют.” Ведь выжил же?

- Ты смешиваешь все мои усилия с грязью!

- Семпай, - маленькая девушка, которая до этого хранила молчание, заговорила серьёзно. - Для Мицуки-семпая естественно злиться.

- Я знаю.

Поскольку я отправился на поле битвы, зная, что у меня нет бессмертия, нет никаких сомнений, что у меня были весомые причины на это. Тот факт, что Мицуки говорит нам, что она будет возражать против этого, был послушно принят, когда младшая девушка, красиво выглядящая в очочках, услышала следующее.

- Если ты ко мне не прислушаешься, и такое снова повторится, то я сниму очки с Куриямы и заморожу руки своему старшему брату.

- Мне всего лишь повезло.

- Это не правда. Похоже, что эффект подавления будет более силён, если я скажу, что убью девушку слева от тебя в случае неповиновения, а не буду угрожать, что убью тебя.

Конечно, никто не захочет, чтобы убили даже случайных незнакомцев из-за их действий. И если так заявить, то можно убить два зайца одним выстрелом, когда заложники угрозы станут следить друг за другом.

- Лишь небольшое количество одноклассников, услышав эти слова, решат, что Мицуки - интриган, а у большинства одноклассников создастся впечатление, что она жестокая девушка. Но нормально ли это?

- Одноклассник, который не поймёт, тоже будет запуган.

- Это уже слишком жестоко! Пожалуйста, будь хоть немного добрее!

- В любом случае, я - второстепенный персонаж. Я буду делать всё, что захочу, чтобы знать хоть чуточку больше, чем должна.

Видимо причина в том, что она не смогла участвовать во встрече с семей Насе и Масиро. Всё должно быть в гармонии и не стоит придерживаться подобных мыслей из-за завышенной самооценки.

- Но ведь запрещено использовать свои потусторонние силы против людей. А моя школьная жизнь очень сильно сосредоточена вокруг Мицуки. Так что просто не контактируй со мной, как потусторонец.

- Ты пытаешься отговориться от меня, потому что тебе стыдно. Ты болен, Акихито.

- Ты просто снова хочешь сравнить меня с дерьмом!

- Похоже ты что-то упустил. На самом деле, я пытаюсь выяснить, смешна ли моя привычка.

С этими словами она закрыла рот. Однако история не продолжится, если она не настоит.

- Может быть это слишком жестоко? Почему бы не придумать что-нибудь новое? Например милую фразу. Как тебе?

- Курияма можешь пожалуйста побить его, но мило?

Сумасшедшая просьба, но Курияма отвечает прежде, чем я успеваю высказаться.

- Что если я не побью его, а сделаю “тыщ тыщ”?

- Как это?

- Не поймёшь пока не увидишь.

Мицуки, похожая на привидение, ударяет меня кулаком. Миниатюрная девушка сжимает кулаки и становится в стойку. Затем она произносит свою фразу, попеременно выставляя вперёд то левый, то правый кулаки.

- Тыщ тыщ, я тебя побью.

- Мило!

- Мило!

- Тыщ тыщ, я тебя побью, тыщ.

- Концовка стала ещё милей!

Действия Куриямы повергают черноволосую девушку в шок, будто она взята врасплох. Есть ли между ними какие-то отношения, о которых я не знаю? Мицуки, которая, кажется, вернулась в чувства, говорит с сожалением.

- Однажды я сформирую тайное общество “Тыщ Тыщ”.

- Как быстро у тебя сменились приоритеты!

- Акихито, я поручаю тебе надеть балаклаву и раздавать женщинам на улице очки.

- То есть ты считаешь, что раздача очков - это преступление!?

- В любом случае, мне не нравится бить людей. Мне больше по душе собирать гербарий.

- Я даже не могу представить, чтобы ты, Мицуки, собирала цветы и листочки!

- Ладно, я больше не могу тут ёрничать, поэтому пойду домой.

Сказав это, Мицуки выходит из комнаты, по пути говоря загадочную фразу: “Если я вдруг завяжу два хвоста на голове - беги.” Мы с Куриямой переглядываемся.

- Пойдут ли ей два хвоста?

- Думаю да.

Исчерпывающе. Нет больше смысла думать об этом, поэтому я меняю тему.

- Видимо нам её не понять.

- Похоже. Можно задать тебе один вопрос?

- А?

Трудно отказать в просьбе младшекласснице, которая так смотрит на меня.

- Да, конечно.

- Ты же меня простишь?

У Куриямы странным образом изменилось отношение ко мне. Поэтому мне становится интересно, не сделает ли она что-нибудь неожиданное. Однако далее я слышу просто слова.

- Семпай, с возвращением.

Я чувствую, что эти слова всё окупили. Я неосознанно ткнулся к маленькой девушке. Я удивлён, что у меня ещё есть желание к ней прикоснуться.

- Гав-гав.

Маленькая девочка выставляет голову вперёд. Пушистый внешний вид, напоминает пёсика, о котором хозяин хочет заботиться. Если бы такое сделала Мицуки, то у меня было бы много вопросов к её скрытой личности, но поскольку это Курияма, то нет необходимости о таком задумываться. Я глажу девушку по голове и задаю простой вопрос.

- Что с тобой не так?

- Я просто решила попробовать.

- А… верно.

Ведь точно. Она странная. Я снова задаю вопрос.

- Ты сегодня свободна? Может сходим куда-нибудь поесть?

- Ты должен сегодня отдохнуть. Давай пригласишь меня позже?

- Может договоримся на конкретную дату?

- Конечно, день и время не имеют значения… Тебя что-то волнует?

Маленькая девушка склоняет надо мной голову и тупо моргает.

- Мицуки говорила мне, что отказ принять решение о дате - это как полный отказ.

- Да? Но я не собираюсь отказываться.

- Хорошо. Тогда я тебе позвоню.

Мы с Куриямой выходим из японского кондитерского магазина. По дороге я пытаюсь позвать Аяку, которая лежит в небольшой комнатке. Она спит на футоне, как модель с обложки журнала для взрослых. Проснувшись потусторонка говорит.

- В момент нашёл совпадение. Ты мастер маджонга.

Я игнорирую её слова.

- Курияма, тебе не стоит этого видеть.

Сказав это, я выхожу из магазина, толкая в спину младшеклассницу, стремящуюся заглянуть внутрь. Я пытаюсь задать вопрос, который меня больше всего волнует.

- Курияма.

- Что?

- Нет, ничего.

Однако я не смог, видя девушку, опустившую взгляд, спросить: “Ты в порядке?” Любой, кто знает Курияму, поймёт, что это не так. Когда она будет одна в комнате, то сможет вдоволь поплакать, думая о Масиро Юто. Поэтому я с лёгкостью прощаюсь и ухожу домой.

По дороге я много думал. Зашёл по пути магазин, купил поесть и попить. Придя к квартире, я открываю дверь и вхожу внутрь. В первую очередь включаю свет и хочу положить купленное в холодильник. Когда я открываю дверцу холодильника, то вижу омурайсу. На нём кетчупом написано “Аккун”. Только моя мать, Камбара Яёй, использует это дурацкое имя.

Я достаю тарелку с омурайсу из холодильника. Непроизвольно я заплакал.

- Если ты считаешь, что можешь пробраться в мой дом и приготовить омурайсу, то будь добра и веди себя, как мать. Могла бы со мной встретиться.

Я должен быть сильным, но меня всё равно переполняют различные эмоции, без какого либо смысла. Я ничего не могу с этим поделать. Я ставлю на стол купленный в магазине чай улун и разогретый в микроволновке омурайсу. Слово “Аккун” написано так небрежно.

Но я не против таких банальных вещей. Я подношу первую порцию ко рту.

- … как всегда не вкусно.

Тем не менее, я насильно съедаю весь пересоленный омурайсу. Внешний вид и вкус вторичны. Но моя мама вспомнила, что моё любимое блюдо - омурайсу. Только от этого беспокойство в моей груди затихло.

В моём сердце одиночество.

Но меня любят. Любят по-настоящему.

Заключительная глава

Готовый перевод 境界の彼方 / За гранью: Том 1. Заключительная глава

Закончился апрель, наступило начало мая. Наступил длительный период каникул, называемый Золотой Неделей, но для работающих, студентов университетов и учеников старшей школы эти каникулы не так полезны, потому что в этом году они выпали на и так выходные дни. Как же я устал.

Сегодня я жду встречи около вокзала в городе. Время ожидания я решил использовать, чтобы прочитать рассказ, который взял с собой. В последнее время даже вне литературного клуба, я выбирал рассказы для памятного выпуска “Шибахимэ”. Большую часть свободного времени я проводил за чтением. Без преувеличения можно сказать, что я больше ничем и не занимался. Однако президент клуба старается изо всех сил и я не могу, будучи вице-президентом, не помочь.

Это мне напомнило о некоторых неожиданным событиях, которые случились недавно.

- Всего лишь второстепенный персонаж.

Я вздыхаю и проверяю время на мобильном телефоне. Время встречи уже прошло и нет никаких гарантий, что тот кого я жду, придёт. Развивая свою теорию важности пунктуальности, я вдруг замечаю среди проходящих мимо людей девушку похожую на Мицуки.

- А?

Она заметила меня оттуда? Красивая девушка в длинном кардигане. Судя по всему, Мицуки уверена в себе. Она подходит ко мне, держа идеальную осанку. Как бы благосклонно я не пытался это интерпретировать, у меня всё равно плохое предчувствие.

Мицуки останавливается в нескольких шагах от меня, поправляя длинные чёрные волосы с плеча. Я боюсь её взгляда. Эта девушка, способна убивать людей взглядом.

- Я что-то сделал не так?

Возможно, она даже не желает дать мне шанса на оправдание. Черноволосая девушка делает шаг вперёд. Она сжимает правую руку в кулак и встряхивает её. Однако свой кулак она спокойно упирает мне в грудь. В момент, когда я произвожу облегчительный вздох, кулак резко летит вверх. Я хватаюсь за свой подбородок и со скрипящим звуком ловко вправляю его. Взгляды прохожих обращаются на нас с Мицуки. Похоже они приняли это за нелепую ссору и решили, что даже не стоит вмешиваться.

- Позавчера меня охватили эмоции, которые я не могла вылить раньше при Курияме.

- Мицуки, похоже тебе захотелось не только вылить свои эмоции, но и размять кулаки, - сказал я, проверяя прикус челюсти.

- … мне действительно было страшно, - произнесла Мицуки с опущенной головой.

Она дрожит, почти плачет. Возможно, эти слова, это всё было связано с решением, которое я предпринял, и с моим обещанием. Это же Хироми и Мицуки протянули мне руку помощи тогда. Кто действительно ужасен так это Изуми. А не семья Масиро. И тем более не младшие брат и сестра Насе.

- Можешь подробно объяснить мне что произошло?

- Ну.

Именно Мицуки увела тогда разговор с Куриямой от темы Масиро Юто. Вот почему я искренне ей благодарен и должен всё объяснить. Я думаю с чего бы стоит начать.

- Ты же помнишь, как Курияма впервые появилась здесь. Она приехала с намерением победить Тень Пустоты.

- Да, да. Курияма хотела одолеть Тень Пустоты.

- Эээ. Потом Курияма рассказала мне, что получила такую просьбу от Масиро Юто. И я заподозрил, что она может оказаться врагом нашего врага.

- До этого момента я всё знаю. А что же дальше? Чем всё закончилось?

- Курияма с самого начала приехала сюда, готовая ко всему. Другими словами, она была готова умереть, но уничтожить Тень Пустоты.

- Да?

Черноволосая девушка побледнела. Я слегка пожимаю плечами и продолжаю говорить.

- Курияма кажется думала, что Масиро Юто хотел ей отомстить за случай, произошедший с их знакомой.

- …

- Но она ошибалась. Масиро Юто хотел краха клана Масиро, и заодно обезопасить Курияму, чтобы она не пострадала от рук клана. Вот

Хотя это и правда, но я всё же не договорил до конца. Ведь в истории ещё фигурирует Изуми, с которой Масиро Юто был в сговоре.

- От этой истории мне снова хочется заплакать. Масиро Юто использовал сложный план, чтобы победить Тень Пустоты и обезопасить Курияму. Если бы он сказал Курияме правду, то она точно бы встала на его сторону. Уверен, что так бы и случилось.

- Ага. А серия инцидентов значит была вызвана его благими намерениями?

- Ну ведь ничего не случилось, потому что мы были осторожны.

- Вот уж с кем точно ничего не случилось бы, так это с тобой, Акихито.

- Да ты чего? Я же просто шучу!

- Как жаль, что ты всё-таки не потерял бессмертие и не сдох, - с лёгким смешком произнесла Мицуки.

- А?

Я повторил про себя “потерял бессмертие”.

- Это не так!

Своим лицом черноволосая девушка будто говорит: “Ага, всё так.”

- Ну, что ты довольна таким объяснением?

- Да. Можно я кое-что скажу?

- Что скажешь?

- Хорошо, что ты вернулся.

Мицуки широко улыбнулась. В любом случае, я должен ответить ей на такие слова.

- Спасибо.

- Не надо меня благодарить. Просто я не хотела, чтобы ты нас покинул, Акихито.

- … Мицуки …

Как и ожидалось у меня наворачиваются слёзы. Мицуки сменяет улыбку на своё безэмоциональное лицо.

- Акихито - единственный человек, которого я знаю, который способен перенести смертельную рану.

- Подожди! Мицуки, что ты собираешься сделать!?

- О, так тебя интересуют детали?

- Не рассказывай слишком подробно! Так будет лучше!

- Кстати, как ты узнал, что я буду здесь?

Конечно, её встреча со мной не была совпадением.

- Разве семья Насе не имеет доступ ко всем передвижениям людей и йому в этом городе?

- Конечно. Но сегодня я хотела бы, чтобы ты называл это силой любви.

Вот сейчас Мицуки заслуженно стала главной героиней.

- А. Ещё кое-что. Чуть не забыла об очках, которые ты мне дал. Я продала их, потому что думала, что ты не вернёшься.

- Хуже и быть уже не может!

- Нет, может с Акихито, который не понял, что я хотела этим сказать. Это намёк на то, что мне нужны очки, чтобы положить их на могилу моего друга, который так и не вернулся с поля битвы.

- Я ещё не умер!

- О, нет.

Черноволосая девушка прикрывает мой рот указательным пальцем левой руки. Как жаль, что оправдание, которое я дал, было вовсе не оправданием.

- Хорошо. Признаюсь честно. Можно мне очки?

- Тебе? Очки?

- Мне очень жаль, что Акихито так одинок.

Она сказала это с серьёзным лицом. Без сомнений она честна.

- Тогда, у тебя есть очки для меня?

- Всегда с собой.

- Хорошо, тогда сделай подарок для меня.

Я чуть поднимаю свой взгляд и замечаю знакомую фигуру на пешеходном мосту, соединяющем станцию и торговый центр. Это Хироми. Лёгким движением руки он показывает мне знак “Стоп!”. Старший брат Насе устраивает мне пантомиму объятия и затем поцелуя, а после складывает руки крестом и проводит большим пальцем вдоль шеи. Это значит, что мне не разрешено даже обняться. Извращённый потусторонец выставляет большой палец вверх и легкомысленно улыбается. Я медленно начинаю двигать ртом, чтобы попытаться прочесть по губам, что он произносит: “Я не прощу, если моя сестра будет плакать из-за тебя. Так что держи руки при себе.”

Я плачу. Вот ведь завело меня. Я нахожусь во власти сестры и брата одновременно. Но всё же мне надо быть благодарным. Я передаю Хироми сообщение тем же способом: “Спасибо, что помог Курияме.” Когда я был на поле боя, то видел как невидимый барьер защитил маленькую девушку от удара. И я знаю только одного человека, кто мог так поступить. Он отвечает: “Не понимаю, за что ты меня благодаришь.” Вот ведь играет в благородство.

- За нами наблюдает извращенец?

Мицуки посмотрела на пешеходный мост, по которому со скоростью света убегал Хироми.

- Кстати, ты здесь кого-то ждёшь?

Не отрывая взгляд от моста, черноволосая девушка задала вопрос. Не стоит скрывать правду.

- Курияму. Мы хотели сходить в книжный магазин.

- Только вдвоём?

Внезапно атмосфера накалилась. Так резко даже погода не умеет меняться.

- Ну да. Мы больше никого не позвали.

- Свидание среди книг?

- Это другое! Если такое свидание возможно, то только с Мицуки и в клубной комнате!

- Ты чего так разнервничался? Мне не важно, с кем ты встречаешься, - искренне сказала Мицуки.

Какая же она всё-таки святая.

- Кстати, Курияма не собирается переезжать куда-то дальше?

- Нет, она ничего такого не говорила.

- Вот как. Ну тогда, если она перейдёт в другую школу, то должна будет понять, что нельзя уходить не попрощавшись.

- … демон.

Я непроизвольно произношу, что думаю о Мицуки. Она настоящий демон или чего ещё хуже. Даже дьявол в глубинах ада должно быть трясётся от одной лишь мысли о Мицуки.

- Ну хорошо. Если она действительно так сделает, то ты наконец усомнишься в её здравомыслии.

- Да хватит уже!

Это действительно уже перебор. В чём причина такой ненависти? Разве что она пытается превзойти все возможные пределы в издевательстве надо мной.

- В любом случае, Акихито, я ещё не прощаюсь.

Темноволосая девушка приближается ко мне вплотную, несмотря на такой разговор. Она даже обнимает меня с милым голосом: “А-а”. Она так близко, что я чувствую её грудь. Понятия не имею почему она это делает. Возможно я никогда не пойму, что в голове у Мицуки.

- Это опять какая-то игра?

- Можешь сам посмотреть. Оглянись назад.

Я нервно оглядываюсь. Там неуклюже стоит девушка. Это Курияма, одетая в чёрно-белую блузу с длинными рукавами и чёрную кюлоту.

- Хотел бы я сейчас провалиться на этом месте.

Мицуки пошла к Курияме, когда та отвернулась. Быстро перекинувшись парочкой слов, она уходит. И ко мне с недовольным лицом подходит девушка в очках.

- Раздражаешь.

- Понимаю. Мне тоже неловко от этой ситуации, - вежливо согласился я.

Выражение лица Куриямы остаётся холодным.

- Я получила фото от старшего брата Мицуки.

- От кого говоришь?

Как глупо. Конечно, я не мог представить, что он такое сделает. Я смотрю на фотографию. Это фото меня и Мицуки, сидящих вместе в её комнате. Других слов кроме как ругательств тут и не подобрать. Я тогда даже не слышал звук затвора.

- А я с таким хорошим настроением шла в книжный магазин!

С чего это вдруг она так сильно злится? Меня даже пугает её лицо! Однако миниатюрная девушка внезапно сменяет выражение лица.

- Я ещё слышала, что семпай очень переживал за меня.

- Ну, немного.

Невольно, на мне поступает застенчивая улыбка. В выходках Мицуки всё же есть что-то положительное.

- Семпай, ты же не исчезнешь внезапно?

Какое значение она вложила в свои слова? С чего бы вдруг? Я произношу, глубоко вздохнув.

- Я полуйому. Я не могу никуда уйти по своей воле.

Будучи полуйому я свободен только благодаря семье Насе.

Я подумал о своих родителях. Йому и потусторонка. Оставили меня и отправились путешествовать.

Так что я всегда был один. Испуганный и беспокойный. Одинокий и бесполезный. Печально. Аж плакать хочется. Я хочу, чтобы мне помогли. Тем не менее, я знаю, что меня любят и поэтому я думаю, что двигаюсь в нужном направлении.

- Семпай, мы же стобой не перестанем общаться?

- Конечно, не перестанем. Однако тебе будет неприятно, если останешься со мной рядом. Тебе следует держаться на определённом расстоянии, как Мицуки и Хироми.

Я сказал слова, которые совсем не были тем, что хотелось сказать. У меня задрожали руки и я сжал их в кулаки. Надо быть честным с самим собой. Если не отказать ей должным образом, то она будет бояться одиночества. Я не хочу, чтобы она меня любила. Я просто хочу, чтобы она оставалась рядом пока ей не надоест.

- Никто так не думает.

Это был пронзительный голос, осуждающий мою трусость. Внезапно тёплые руки Куриямы берут мой кулак. Нежные и мягкие. Я чувстввую, что был вознаграждён этим прикосновением.

- Хироми, Мицуки и я, мы дорожим тобой, семпай!

- Я ценю Мицуки и тебя, Курияма. И я уверен, что понял Хироми и благодарен ему тоже.

Распространённые слова. Такие фразы часто используют в рассказах. Но даже так эти слова показались мне очень чудесными.

- Семпай.

- А?

- Мне нравится твоя привычка поспать.

- Вот уж не думал, что меня за такое похвалят.

- Семпай, ты только и хвалишь меня за очки, поэтому я подумала…

- … не стоит так усердно пытаться переплюнуть Мицуки.

Я пошутил над юной девушкой в очках. Почему-то я не могу не веселиться каждый день. Поэтому я решаю пойти уже немного дальше, на то, на что раньше не решался.

- А теперь давай пойдём? Если ты будешь так долго со мной говорить, то у нас не хватит времени на остальное.

- Согласна.

Теперь это можно сделать. Я достаю из внутреннего кармана очки в чёрной оправе и некоторое время колеблюсь. Дрожащими руками я впервые в жизни надеваю очки.

- Хорошо выглядишь, семпай.

Курияма дружелюбно улыбнулась. Я тоже улыбнулся.

Кажется, что маленькая девушка рядом со мной тоже столкнулась с проблемой, которую долго откладывала. Возможно, она подготовилась к тому, чтобы расстаться с ужасным прошлым и идти вперёд, в будущее.

- Ну что, идём?

- Идём.

Я делаю первый шаг, чтобы разбить раковину одиночества. Мы с Куриямой идём в толпе, и доброта друг друга насыщает наши жаждущие сердца.

Пролог

Готовый перевод 境界の彼方 / За гранью: Том 2. Пролог

Поговорим об одной девушке.

Минегеши Майя – не та, кого воины потустороннего мира смогли бы принять в свои ряды. Кажется она всю жизнь была жертвой издевательств и насмешек из-за своей скромности и нерешительности. Я осмелюсь рассказать вам один конкретный случай. Случай, от которого все ваши сомнения в моих словах отпадут сами собой.

В то время Минегеши Майя училась во втором классе средней школы, и её очень серьёзно задирали три одноклассницы. И дело тут не в том, что они, например, прятали её сменную обувь, как в начальной школе. Нет.

В один из дней эта троица избила Майю за то, что она не принесла им деньги, которые они вымогали. Не обращая внимания на жалобные просьбы остановиться, эти де… эти твари, держа Майю за волосы, продолжали её избивать. Одна из них сказала: “Если у тебя нет денег – так заработай”. На что другие двое посмеялись в ответ и добавили: “Может быть какой-нибудь девственник заплатит за такое убожество”.

Не хочу много говорить об этом случае. Но, как результат, возможно, именно из-за этого, Минегеши Майя связалась с одним мужчиной. Излишне говорить, в каком психическом состоянии она тогда была. Думаю, встретились бы они в любой другой ситуации, подобного сотрудничества не случилось бы.

Впервые этот мужчина появился в парке в общественном туалете, как раз во время очередного окунания головы Минегеши Майи в унитаз. На нём был дорогой чёрный костюм. Завидев незнакомца, троица девушек поспешила выгнать его.

– На что уставился?

Мужчина вынул пистолет, оттолкнул от себя одну из школьниц, потянул затвор и выстрелил в пустую кабинку туалета. Затем он бросил пистолет Майе и заявил: “Если хочешь увидеть мир, который раньше был скрыт от тебя, то действуй”. От такой неожиданности троица замерла, ожидая развития событий.

– Действуй, – вновь повторил мужчина.

Глаза Минегеши Майи почернели от осознания происходящего. Одна из девушек дала ей пощёчину. Неужели она могла подумать, что пистолет ненастоящий? В любом случае, в следующий момент из пистолета, нацеленного на голову школьницы, с вспышкой вылетела пуля. Из-за глушителя выстрел был почти не слышен. На пол упала гильза, в точности как и безмолвное тело девушки с дырой во лбу. Воцарилась тишина, будто это была сцена из фильма.

Пол в туалете окрасился в красный от свежей крови. Минегеши Майя вновь нажала на спусковой крючок, прежде чем оставшиеся девушки успели закричать от страха. Первой девушке пуля попала в грудь, и она упала плашмя на спину. Второй, успевшей начать убегать, – в спину, от чего она, будто в припадочном танце, кубарем прокатилась по полу.

– Она ещё жива.

В затылок корчащейся от боли школьнице прилетела ещё одна пуля. Предсмертный визг завершил кровавое представление. Мужчина в чёрном костюме стал расспрашивать Минегеши Майю. Его голос был полон сострадания. Он рассеял тьму в душе девушки. Поэтому она даже не подумала узнать, как его зовут.

– Как тебя зовут?

– Майя. Минегеши Майя.

– Красивое имя.

Мужчина начал уходить, оставив пистолет девушке.

– Пожалуйста, подождите.

Возможно с этими словами Минегеши Майя и погналась за своей неизбежной судьбой. И от осознания этого у меня вдруг защемило в груди. Что если Масиро Юто не спас Курияму своей заботой, а наоборот стал источником всех её проблем? Может лучше было бы попрощаться и выбрать одиночество, вместо вооружённой помощи, но от всего сердца?

Нет, не стоит сравнивать её с Куриямой. Кому, как не мне, лучше знать. Если бы не Мицуки и Хироми, которые приютили йому “за гранью”, смог бы я сейчас всё это рассказывать?

Не знаю.

Поэтому я не могу осуждать Минегеши Майю. Хотя и её злой умысел нельзя полностью исключать. Я это понимаю и всё равно не могу осудить её. Не хочу говорить причины, но для меня и Курияма Мирай, и Минегеши Майя те, кого я не могу просто так бросить. К ним никогда не относились, как к нормальным людям до этого, или, возможно, я просто хотел показать, что у них есть понимающий их человек.

Но что касается этого случая, то пора уже вернуться обратно, в настоящее.

В тот день, я был занят публикацией клубного журнала “Шибахимэ”. Мы с Хироми отправились в город вместо Мицуки, которая приболела. Там мы встретили сереброволосую девушку, преследуемую незнакомцем. Способности Минегеши Майи сами по себе не представляли особой угрозы, но в сочетании с упорными тренировками и огнестрельным оружием они стали чрезвычайно сильны, даже слишком сильны.

Так что прошу, послушайте печальную историю одной несчастной девушки.

Первая глава

Готовый перевод 境界の彼方 / За гранью: Том 2. Первая глава

– Слишком уж по-модному написано. Тут герой пытается помочь всем, не взирая на свои собственные проблемы и желания. И всё-таки, добавить красивую девушку в рассказ – неплохая идея. Ведь так? В конце концов так можно возбудить читателя или даже довести его до катарсиса.

После сказанных мною слов я бросил журнал на стол. Была середина мая. Уже прошла “Золотая неделя”. Пережить пятницу в школе, и снова можно наслаждаться выходными. Ну, а литературный клуб всё ещё работал над юбилейным выпуском “Шибахимэ”.

– А как ты прикажешь ему действовать? – поинтересовалась Мицуки?

– Да, да, я понимаю почему герой хочет помочь нуждающейся в помощи красивой девушке. Но разве не странно, что для такого поступка нет никаких причин?

– А разве вы, парни, помогаете девушкам не просто за то, что у них красивые глазки и милое личико? Вы же все до единого представляете, как потом будете развлекаться с ними: “О-да-да-да-а-а, – или. – Оу-у-а-а-у-у”. Ну, или какие вы там ещё звуки себе представляете?

Я впервые услышал от девушки подобные стоны. Но всё же стоит лучше вникать в смысл поступков, думаю необходимо набраться терпения. Я имею в виду, что в таком случае причина помощи девушке была бы слишком явной!

– Не буду отрицать, что бывает и такой мотив, но думаю, нам нужна всё-таки более фундаментальная мотивация. Всё же каждый обязательно сталкивается с собственной нерешительностью.

– Например, насколько хорошо на девушке сидят очки? – Мицуки привела конкретный пример.

Я был ошеломлён и подумал, что не стоит ей возражать. Лучше перейду к следующему журналу. Хотя если представлять всё так, то парни и правда помогают девушкам просто так, без всякой на то причины. Большинство действительно волнуют такие банальные вещи, как узкая талия, длинные волосы, красивые очки, большая грудь и конечно же большие бёдра.

– Акки, ну так что насчёт этого?

Старшеклассник вручил мне стопку журналов, которые он уже вроде бы дочитал.

– Ты можешь сказать мне хотя бы названия и вкратце сюжет того, что ты только что прочитал? – в какой уже раз произнёс я заученную наизусть идиому.

– Моя младшая сестра – волшебница.

– А ты я так понимаю  – главный герой! – резко перебил я его слова, не желая слышать продолжения.

Кстати, эти двое – настоящие брат и сестра из клана Насе. Думаю для описания внешности Хироми хватит сказать, что у него чёрные волосы и весьма привлекателен для своего возраста. А вот на описании Мицуки стоит остановиться подольше. Прежде всего она очень элегантна, чего и стоила ожидать от отпрыска богатой семьи. Её кожа белая и гладкая, словно мрамор. У неё большие красивые глаза и пухлые розовые губы. Её блестящие, словно ангельские, чёрные волосы доходят до пояса. В общем она – красивая девушка, обладающая чарующим обаянием старшей сестры,и будучи младшей сестрой.

– Нет, Мицуки всё-таки не волшебница. Я просто осмеливаюсь догадываться, что журнал был не про это.

– Это худшая из возможных догадок!

В нём проснулась худшая из сторон его личности. Теперь он точно не успокоится.

– Ладно, сестра в этом рассказе, который я тебе передал, Акки, не волшебница. Но она поддерживает своего брата и возлюбленного, чтобы они смогли счастливо жить вместе. Но к сожалению, все их дела идут наперекосяк.

– Ага. Это романтическая комедия?

– Нет, это очень драматичный роман.

– Это как?

Старшеклассник скептически смотрит на меня.

– За три года до начала событий книги сестра главного героя погибает в результате несчастного случая. Во второй части рассказа, как раз это раскрывается. И хочу заметить, что это не просто рояль в кустах по типу: “Ну это был её призрак в начале”. Нет. Здесь очень продуманная детективная линия. Я просто восхищаюсь этим рассказом. Он одновременно интересен, глубок и философичен. А стиль повествования и вовсе великолепен: все события можно прочувствовать самому за счёт того, что старший брат как бы рассказывает всё от первого лица.

– Чего я вообще ожидал от этого “драматического романа”?

Я не могу отрицать, что этот рассказ о младшей сестре может оказаться настолько хорошим, насколько его описал Хироми. В конце концов он редко так оживлённо отзывается о прочитанном. Я решил посмотреть на Курияму. Она вся поглощена чтением. Я думаю наш отбор для “Шибахимэ” уже приближается к концу и не стоит отвлекаться на ненужные разговоры. Именно поэтому я сдерживаю себя от разговоров с младшеклассницей, которой так идут очки, насколько это возможно.

– Акихито, не мог бы ты сходить купить сладкого и чего-нибудь попить? Мне вдруг стало плохо. Думаю, стоит сделать перерыв и восполнить недостаток сахара в крови, – неожиданно сделала заявление Мицуки, президент нашего клуба.

И правда, сколько времени мы уже здесь сидим?

– Тебе не кажется странным, что использовать меня, вице-президента клуба, как посыльного, немного неразумно, когда здесь присутствуют ещё вдвое членов клуба?

– Если ты так разочарован, то стань сам президентом. Ещё лет десять, и ты начнёшь понимать смысл принятых президентом решений со своим вице-постом. Возможно пришло самое время для карьерного роста.

– Сколько бы раз я не оставался на второй год, я не думаю, что смогу быть президентом клуба, когда мне будет далеко за двадцать!

– Не ведь это такой шанс, чтобы собрать команду таких же социофобов, как ты сам. Подумай об этом.

– Эй!

– Да, точно. Я совсем забыла, ты ведь берёшь на себя заботу по выносу мусора, уборке комнаты, поливу растений и подготовке материалов для ученического совета. Мне жаль, что я неоправданно недооценивала тебя, Акихито.

Могла бы уже не извиняться.

– Но что ты имеешь в виду под социофобом?

– Что-то не так? Я думала это естественно для тебя.

– Ладно, но почему ты используешь меня в качестве собственного лакея?

– Может я схожу в магазин? – нерешительно сказала Курияма, которая всё время до этого молча работала.

Даже не смотря на то, что я знаю, Мицуки не из злого умысла попросила меня сходить в магазин, я не могу закрыть глаза на скотское обращение ко мне.

– Курияма, тебе не обязательно это делать. Я всё ещё доверяю таланту Акихито выбирать сладости и напитки. Я уверена, он способен самостоятельно выбрать что-нибудь сладкое.

– Это даже на комплимент не похоже.

– Меня не волнует это. Просто пойди и быстрей сходи в магазин. И не забудь забрать чек. В последнее время начали сокращать клубное финансирование, если не подтверждать расходы.

– Да, да, я знаю. Устроим перерыв.

Я снова кладу рукопись на стол и встаю, выхожу из клубной комнаты и иду по коридору, попутно рассуждая. Весьма интересно, как будут развиваться события в клубе без моего присутствия. Действительно загадка. Таким путём в юбилейный выпуск могут попасть истории, которые отберёт Хироми. Кажется, на самом деле всё будет не так и плохо. Сзади доносится девичий голос.

– Семпай, подожди, пожалуйста.

– Курияма? Ты же могла остаться в комнате, я бы сам сходил в магазин.

– Ну я решила, что тоже схожу.

– Тогда пойдём вместе?

Мы пришли в магазин. К слову, он находится всего в трёх минутах ходьбы от школы.

Внутри было относительно пусто: всего несколько студентов и пару работников из офисов неподалёку. Я рассмотрел весь кондитерский уголок в поисках подходящих сладостей. Внезапно мой взгляд привлекли “грибочки” и “бамбуковые палочки”. Многие гурманы спорят о том, что лучше.

Я выбрал “грибочки”. Мне они чем-то напоминают членов нашего клуба. Изначально я думал купить какое-нибудь печенье, но представив, какие лица будут у моих соклубийцев, я не смог не выбрать “грибочки”.

– Как тебе эти?

Но тут я обнаружил, что Курияма, которая всё время была рядом, пропала. Но найти её было не сложно. Я осмотрел магазин и нашёл свою спутницу в канцелярском отделе. Продавец упаковывал ей блоки бумаги в клеточку, конверты и другие мелкие вещи. Судя по всему, Мицуки дополнительно попросила её купить канцелярию для клуба. Я подошёл к младшекласснице и вытащил у неё бумажку со списком покупок.

– Я закончил с своими покупками. Давай заплачу за тебя.

– Нет, нет, Семпай! Это же меня попросила разобраться с этим Мицуки-семпай!

– В любом случае, всё это затраты литературного клуба, и мне одному будет проще потом не делить компенсацию.

Курияма попыталась забрать список обратно. Это выглядело весьма мило. Я поднял руки вверх, и маленькая девушка изо всех сил пыталась дотянуться до них, попутно вплотную прижавшись ко мне. Поняв, что так ей не дотянуться, младшеклассница в очочках прыгнула изо всех сил, пытаясь вернуть бумажку.

– Раздражаешь. Пожалуйста, верни!

– Я верну, только дай посмотреть, что написано в списке.

Я осмотрел и раскрыл сложенный кусочек бумаги. От того, что там написала Мицуки, мои глаза стали круглыми, как две монеты. Нет, я был не удивлён, я был просто шокирован.

– Я же говорила, что сама разберусь!

Курияма покраснела и отняла у меня бумажку. Там было написано название товара “для девушек”. Назову это так. Для тех старшеклассников, которые в своей жизни знают только о циклах смены дня и ночи, возможно это показалось бы смешным.

– Э… семпай.

– Что такое? – немного резко ответил я, потому что мне было не по себе.

– Ну, там дальше написано, что содержание второй части покупок – шутка, и этого не надо покупать.

– Получается, мои действия были предсказуемы! – пожаловался я.

Однако Курияма всё равно вежливо зачитала, что написала Мицуки. Быть верным своей тактичности – это здорово, но хотелось бы, чтобы она хоть немного проявляла характер.

– Получается, нам надо купить ещё заварные булочки. Это всё, что Мицуки написала?

– Хм. Только заварные булочки.

Мы подошли к полке с выпечкой.

– Как вообще они получили название заварные булочки? Их же заполняют заварным кремом, а не сливками. Разве не удобнее было назвать их “сливочные булочки”?

– В самом деле думаешь так было бы удобней?

– Вполне возможно, так что да.

Миниатюрная девушка поморгала глазами и вернулась к записке. Тот текст, что она прочитала дальше, естественно адресовался мне: “Если Акихито начнёт говорить про название заварных булочек, не обращай внимания”.

– Она же чёртов пророк!

– А… может сначала дочитаем записку до конца?

– Нет, нет, увольте. Кажется я уже проиграл, и признаю это. Читать, что дальше – пустая трата времени.

Мы взяли все продукты из списка и направились к кассе. По дороге Курияма приметила игрушку, стоящую на одной из полок. В круглосуточных магазинах всегда продают всякий фанатский мерч рядом с кассой. Этот незамысловатый трюк до сих пор не устарел. Выгоду от него получают все, как магазин, так и компания владеющая правами на продукцию.

– Ты знаешь, что это за персонаж?

– Да, из аниме “Шальная эскадрилья подростков”.

– Хм. Это которое показывают утром по выходным?

– Нет, это ночное аниме.

– Так вот оно в чём дело! Теперь понятно, почему “шальная”!

– Кстати, на этой неделе выходит восьмой эпизод, но в аниме до сих пор не было ни одной драки.

– И какой тогда смысл в слове “эскадрилья” в названии.

Я придираюсь, но ведь это правда. Зритель же может разочароваться от аниме лишь потому, что название не будет никак соотносится с содержанием.

– Но если нет битв, значит нет и злодея?

– Нет, злодей появляется каждую серию. Но когда красный обнаруживает, что злодей вот вот что-нибудь сотворит, то вынимает мобильный телефон и вызывает полицию.

– Хм… ну это скорей похоже на действия обычного гражданина, а не поборника справедливости.

– Ну, поведение красноволосого “я обязан позвонить в полицию” популярна в основном среди мальчиков начальной и средней школы.

– А, ну тогда всё вполне нормально! Шальная эскадрилья подростков!

– А синеволосая не выходит из дома, потому что она замкнут в себе.

– Беру свои слова обратно!

– Почему ты так говоришь, семпай! Можно добиться выдающихся результатов в интернете, даже не выходя из дома! Именно благодаря информации из интернета синяя и красный могут быстро примчаться на место происшествия!

– Разве это не роль поддержки?

– Ты так в самом деле думаешь?

Юная девушка задумчиво наклонила голову. У меня не было выбора, кроме как объяснить, что я имел в виду:

– Ну, например, она может собирать информацию о злодеях и тем самым помогать отряду, не участвуя непосредственно в битве.

– Есть милые персонажи-талисманы, но поддержки не было. Вообще ожидается двадцать четыре эпизода. так что они ещё могут появиться.

Я был впечатлён, что Курияму интересуют другие вещи кроме бонсая, и предложил ей чая. Девушка со счастливым лицом взяла баночку и положила её в корзину.

– Между прочим розовая и жёлтая влюблены в зелёного.

– Ничего хорошего не предвещает!

Я посмотрел на игрушки розового и жёлтого цвета. Они не были одеты, как бойцы из эскадрильи. Это же персонажи ночного аниме, а не боевика. Каждая героиня разного цвета, весьма сильно обнажена и имеет красивое лицо. Женские персонажи становятся привлекательнее, когда их называют волшебницами, а про мужских обычно забывают.

– Мы всё купили?

– Подожди минутку.

Курияма проверяет все товары по списку и одобрительно кивает. У кассы, которая только минуту назад была свободна, выстроилась очередь. Я задал вопрос девушке, смотрящей на игрушку рядом с собой.

– Интересно, что это за феномен, когда все идут к кассе, потому что к ней подошёл один человек, и выстраиваются в очередь, хотя до этого никого здесь не было? Ты не знаешь Курияма?

– Это феномен управления толпой.

– О, интересно звучит!

Меня удивило, что она знала о таком. Курияма не перестаёт меня удивлять. После завершения оплаты мы разделили купленное по двум пакетам.

– Семпай, подождёшь меня минуточку?

– Конечно. Я пойду потихоньку с пакетами, так что ты меня догонишь.

– Поняла.

Курияма пошла в туалет, а я вышел из магазина. По дороге я столкнулся с тем, с кем хотел сейчас встретиться меньше всего. На меня печально смотрел мужчина. Странная аура и неожиданное появление, неподходящее для этого времени суток, заставили меня с первого взгляда признать, что передо мной чужак. Обычно я вздохнул бы со словами: “Боже мой, снова”, – но сейчас я нахожусь совсем иной ситуации, разящейся как небо и земля с теми, когда я раньше встречал незнакомцев.

– Не думал, что йому выйдет на охоту до захода солнца.

Мужчина в японском костюме с серьёзным видом потянулся за мечом на поясе. Судя по всему, мирная жизнь чуть больше года притупила мои инстинкты. Несмотря на то, что эта территория находится под юрисдикцией Насе, всё-таки есть большая вероятность встретить незнакомца, который меня не знает. И почему я забыл об этом?

– Не нападай, – посреди напряжённой атмосферы прозвучал издалека сдержанный голос.

Я посмотрел на мужчину. Он пожал плечами и улыбнулся. Рядом с ним появилась женщина в пышном костюме, напоминающим кукольный, держа чёрный зонтик.

– Вы хотите проигнорировать этого йому?

– Это территория, на которой у вас нет привилегий инспектора. Если хотите сделать так, как желаете, придётся договориться с Насе. Но думаю у нас сейчас, есть более важные проблемы.

– А то, что Насе оставляют без контроля йому, это уже не проблема?

– Не знаю, что ты чувствуешь по этому поводу, но прошу тебя воздержись от глупостей сейчас. К тому же парень перед тобой, кажется, отличается от обычных йому. Избегай, пожалуйста, лишних действий, а то тебя точно обнаружат с помощью клетки. Не хочу никуда впутываться пока мы просто проходим мимо.

– Я доверяю вашим способностям, а вы доверяйте моим.

Сразу после этих слов, потусторонец взмахнул мечом и быстро сократил дистанцию. Он рассёк мой незащищённый лоб, но я успел увернуться и не был серьёзно ранен.

– А?

Несмотря на то, что затишье ещё не полностью прошло, моя способность регенерации почти вернулась в прежнее состояние. Мой треснувший лоб восстановился через пару секунд. Незнакомец  мечом широко улыбнулся.

– Ясно, йому со способностью регенерировать… Если так, что я просто убью тебя быстро.

– Твои удары никогда не смогут убить этого парня.

Ударная волна, полученная резким поворотом тела, пролетела мимо меня, прорезав пустое небо. Обычно невозможно промахнуться с такого близкого расстояния. Похоже человек, который провёл эту атаку, намного лучше понимает ситуацию. Мужчина обратил свой взгляд на свою напарницу сзади.

– Зачем ты мне мешаешь?

– Потому что у меня нет цели бессмысленно здесь всё разрушить.

– Ты хочешь просто отпустить йому, который стоит прямо перед тобой?

– Если мы торопимся, то не надо отвлекаться на мелочи, из-за которых можно упустить свою изначальную цель.

Потусторонец в японской одежде искажается в лице. Не знаю почему, но я начал продумывать варианты развития событий, которые подойдут для меня лучше всего. Я решил немедленно вернуться в магазин. И как можно скорее. Если Курияма объяснит всё незнакомцу, то возможно это его убедит. И тогда прежде всего он не устроит здесь бойню, из-за которой могут пострадать невинные люди.

– Парень, ты не можешь просто убежать в середине истории, – окликнул меня мужчина, завидев, что я пытался вернуться в магазин.

Автоматическая дверь, которая только недавно работала, отказалась открываться. Я почувствовал странное ощущение по всей поверхности моего тела. Никто даже на смотрит, что здесь происходит. Абсолютно всем внутри магазина всё равно.

– …

С следующий момент лезвие упёрлось в моё горло. Глаза мечника были невероятно злы.

– Я пощажу тебя. Но только в этот раз.

Потусторонец вернул свой меч в ножны. К нему подошла девушка в чёрном.

– Надеюсь ты не расстроился?

Молодой человек в японской одежде мягко улыбнулся. Я вздохнул с облегчением, провожая взглядом этих двоих. Бессмертие всё-таки не совершенно. Если на меня нападут сейчас, то, честно говоря, я не уверен, что смогу сбежать. Как ни крути, мой инстинкт самосохранения притупился.

Курияма вернулась из туалета.

– Семпай, прости, что заставила тебя ждать. Эм… Что случилось? – задала мне вопрос девушка, увидев меня ошеломлённым.

– Нет, ничего.

– Так уж и ничего?

Юная девушка материализовала клинок и поочерёдно посмотрела на незнакомца и на меня. Думаю, она поняла, что здесь пахнет неладным, и невинность спала с её лица. После небольшой паузы пошли вопросы.

– Вы знакомы? – спросила Курияма.

– Нет, не знаю. Первый раз его вижу, – ответил я.

– Да расслабься ты. В этом полуйому нет толку.

От этой фразы атмосфера резко ухудшилась. Лицо младшеклассницы стало ещё грозней.

– Откуда ты знаешь секрет моего семпая?

– Откуда я знаю? – молодой человек глумно пожал плечами. – Нет ничего удивительного, ведь это – неконтролируемая вещь.

– Замолчи, – девушка неосознанно выдавила из себя слова.

Всё её тело дрожало от остраха.

– Семпай?

– А… я в порядке.

Миниатюрная девушка с тревогой посмотрела на меня, что явно странно. Молодой человек, которому адресовалась фраза “Замолчи”, не подал виду и вежливо попрощался.

– Извините меня за сегодняшнее.

Незнакомцы быстро уходят. Я чувствую себя растерянно: он знает меня, и даже неизвестно откуда. Раз Курияма его не признала, значит он точно не разговаривал с Мицуки. Миниатюрная девушка снова спрашивает меня, видя, как я дрожу.

– Э… семпай… что случилось?

– Нет… правда… ничего. Давай поскорей вернёмся в клуб.

– Давай.

Младшеклассница прекратила спрашивать меня о произошедшем, но её лицо до сих пор оставалась озадаченным.

Когда мы вернулись в клубную комнату, то застали там незнакомую девушку. Не знаю правильно ли я выразился. Там была школьница того же года обучения что и я. Я видел её всего несколько раз в школе, в коридоре. Её волосы удерживал большой бант так что, даже такой необщительный человек, как я, смог запомнить эту ученицу.

– У меня есть просьба к Насе-семпаю, – мягким тоном произнесла школьница.

С жизнерадостной улыбкой девушка с бантом приближалась к Хироми. А он даже не опешил. Видимо привык, что к нему вот так подходят младшеклассницы. Мы с Куриямой положили пакет с покупками на стол и сели.

– Так что за просьба?

– Я пообещала своему знакомому, что сфотографирую Насе-семпая. Я была бы очень признательна, если ты мне позволишь сделать несколько снимков.

– Тебя Мицуки попросила?

– Мицуки? Нет… моего знакомого по-другому зовут, – ответила девушка.

Видимо Хироми подумал, что Мицуки хочет сфотографировать его, но не может попросить напрямую, поэтому попросила свою знакомую. Но значит ли ответ ученицы, что Мицуки здесь не причём?

– О, совсем забыла!

Школьница улыбнулась мне, и Курияма, будто что-то вспомнила.

– Совсем забыла вам представиться. Меня зовут Шинозаки Нацуна. Я состою в клубе изучения манги неподалёку, поэтому мы могли видеться в коридоре.

– Я Камбара Акихито.

– Курияма Мирай.

Мы с Куриямой кратко представились поклонившейся девушке. К слову, она вновь повернулась к Хироми. Школьница улыбнулась в вытащила небольшого размера гаджет. Это был портативный хранитель информации. На нём можно хранить всё от текста до изображений и видео.

– Конечно, я не хочу сделать фотографии, не отплатив взамен. Не самом деле, у меня есть фотографии моей сестры. Ты же кажется без ума от младших сестёр? На этих фотографиях она ничем не уступает самой Насе-семпаю. Если думаешь, что я вру, можешь проверить прежде, чем я сделаю фото.

Про себя я подумал: “Какого чёрта это сейчас было?”

– Э… тогда можно я посмотрю?

Старшеклассник взял запоминающее устройство и вставил его в свой планшет, чтобы проверить содержимое. Несмотря на его старомодное имя, он хорошо разбирается в современных технологиях. Через некоторое время Хироми раскрыл рот от удивления.

– Это же то самое лицо “Младшая сестра хочет помириться со своим братом после ссоры, но не может быть честна с собой и поэтому жалуется обо всём подруге”. А может она просто хорошая актриса?

– Насе-семпай, так получается у тебя действительно есть младшая сестра!

– Тогда, у тебя получается есть старший брат?

– Конечно. Я обычная ученица, и у меня есть старший брат. Когда меня заинтересовала тематика старших братьев, то я тайно начала делать снимки. Меня разве что испугала твоя наблюдательность по этому поводу.

– Понятно, у тебя действительно есть старший брат.

Хироми перелистывает фотографии на планшете. По его довольному лицу я могу только догадываться, что за фотографии принесла Шинозаки Нацуна. Он точно понимает, что в голове у девушки перед ним?

– О, вот это хорошая. Здесь у неё лицо “Я извинилась перед братом, которого обычно обзываю”. Когда я вижу такое лицо, то прямо чувствую себя братом.

– Насе-семпай, а как насчёт этого изображения?

– Хм. Тут куда лучше обзор на сестру, чем на брата?

– Ты так хорошо это понимаешь? Насе-семпай!

– Ну, с противоположным полом намного проще понять. В этом случае я сказал бы, что он злится от того, что сестра его балует, а ему кажется, что она обращается с ним, как с ребёнком. Но я точно не знаю.

– Хироми, подумай, о чём сейчас думает Мицуки.

Старшеклассник был слишком преисполнен энтузиазмом от разговоров про отношения братьев с младшими сестрами, поэтому я решил вернуть спустить его с неба на землю. Хироми услышал меня и превёл взгляд на свою настоящую сестру.

– Это лицо зависти “Он не может просто так смотреть на других девушек”.

– Как бы не так. Это “Сестра смотрит на брата мёртвыми глазами”.

– Я не хочу, чтобы вы оба ссорились из-за фотографий, которые я принесла. Разве нельзя просто выбрать лучше из них? – прервала нас Шинозаки Нацуна.

Мы с Хироми переглянулись и вместе обратили взгляд на Мицуки. Что вообще происходит? Черноволосая девушка до сих пор просто сидела и ждала. Она оторвала взгляд от журнала и подняла голову.

– Ты кто?

– Стёрла своего брата из памяти!

– Акки, у меня проблемы, ты не представляешь, как мне сейчас плохо. Мне жаль, что я засмотрелся на других девушек. Моя единственная сестра – это Мицуки, – с невозмутимым видом извинился старшеклассник.

– Я не знаю кто вы, но вы верно ошиблись. Мой брат умер на днях из-за тяжёлой болезни.

– Какая жуткая история! – выкрикнул я.

Однако старший брат бесстрашно улыбнулся.

– Акки, моя сестра до сих пор не вспомнила меня.

– Хироми, это совсем по-свински! Ты думаешь, что Мицуки слепая и не обратит внимание на твоё поведение! Посмотри уже на ситуацию со стороны!

– Я показала, что обещала, но ты, Насе-семпай, не исполнил мою просьбу! – пожаловалась Шинозаки Нацуна.

– Какую просьбу?

– Как ужасно! Если я могу поклоняться своей сестре, то больше мне не нужен никто!

Девушка сильно разозлилась, так что даже бант на её голове затрясся. Я подумал, что здесь надо было вставить своё слово.

– Ты права. Хироми, так нельзя поступать. Давай хотя бы выслушаем просьбу Шинозаки.

Хироми понял, что деваться некуда, когда я начал убеждать его выслушать неординарную просьбу школьницы.

– Можешь заново рассказать мне, зачем ты пришла? – произнёс Хироми.

– Ты действительно меня не слушал?

– Образ твоей прекрасной сестры занял меня полностью, Нацуна-чан.

И тут я задумался. Может я неправильно обращаюсь с девушками? Я бы ни за что не смог вот так фамильярно обратиться к девушке, с которой едва знаком. Да, знаю, многим это даже нравится. Завидую, что Хироми способен на такое. Всё-таки меня до сих пор беспокоит расстояние между мной и Куриямой.

– Недавно мы с одноклубниками обсуждали, кто самый классный из семпаев. Когда мы придумали идеальный образ, то я тут же поняла, что ты, Насе-семпай больше всего под него подходишь. Поэтому я предложила, что сделаю несколько снимков семпая, который понравится девочкам.

– Я не хочу больше расстраивать Мицуки, – отрезал Хироми.

– Разве ты не хочешь увидеть другие фотографии моей сестры?

– Я не хочу, чтобы Мицуки обиделась.

– Э-э-э… Я даже не знаю, что на это ответить. По видимому мне придётся понести наказание за мой провал: пробежать пять кругов вокруг школы на четвереньках.

– За что такое суровое наказание!? Зачем водиться с людьми, которые так обращаются с тобой! Литературный клуб готов защитить любого от обнаглевших парней!

– Спасибо, Камбара. Но я уже пообещала.

– Ты не поняла, я настаиваю! Одумайся пожалуйста!

– Нет, я лучше пробегу на четвереньках по школьному двору!

– Тебе не кажется, что это слишком!?

Школьница, которую я пытался защитить от дьявольских проделок парней из её клуба, встала в защиту, состроила недовольное лицо и сделала серьёзный голос. Из образа выбивал её только большой бант на голове.

– Вообще… Я хотел надеть на тебя очки.

– А? Тебе нравятся девушки в очках?

– Дело не в “нравятся” или “не нравятся”. Понимаешь, в мире существуют два основных типа девушек: которым идут очки и которым не идут. И мне интересно знать, к какому относишься ты.

– Если сравнить это с моей сестрой, то можно сказать, что это что-то вроде кровного родства. Оно либо есть, либо его нет, – сложив руки, с серьёзным видом произнёс старшеклассник.

Я жду реакции Шинозаки Нацуны. Если она сейчас откажет мне, то придётся исполнять обещанное. В ином случае, я помогу ей заполучить фотографии Хироми. Школьница, сомневающаяся в том, как поступить, решила высказать своё мнение:

– Ну, можно попробовать.

– Что… правда?

– Только видимо не получится. У меня нет нужды носить с собой очки.

– Хм… Неверно думать, что очки нужны лишь для коррекции зрения, – я начинаю объяснять, попутно вынимая из своей сумки пару очков. – Признайся, ведь не бывает ни дня, чтобы ты не смотрела на экран монитора? Эти очки предназначены для работы за компьютером, а не для коррекции зрения. Тебе известно, что монитор генерирует свет с большим синим спектром? А эти очки поглощают около пятидесяти пяти процентов синего спектра. Синий свет имеет короткую длину волны, поэтому даже в естественном освещении он плохо поглощается роговицей и хрусталиком, достигая сетчатки глаза. При долгой работе за компьютером глаза сушатся и быстро устают. Избежать этого можно, надев эти очки и использовав соответствующие глазные капли. А ещё есть очки, специально обработанные, чтобы предотвратить попадание в глаза чужеродных частиц. Странно, что о защите дыхательной системы думают: надевают медицинские маски; а о защите глаз постоянно забывают.

– О! Эти очки и правда невероятны! – Шинозаки Нацуна с блеском в глазах смотрела на очки.

Школьница показалась мне настоящим ангелом. Бедняжка вероятно привыкла к грубым издёвкам. Девушка с бантом закрыла глаза и устремила лицо в мою сторону.

– Ты же наденешь на меня очки?

– Э? – сумасшедшим голосом выдаю я, ошеломлённый, подобно поцелую.

Меня впервые просят надеть очки. А что касается школьниц, которые вероятно будут хорошо в них выглядеть, то не секрет, что большинство парней не смогут скрыть своего волнения от ожиданий.

– Серьёзно… можешь их надеть?

– Конечно.

Я пытался надеть очки на пододвинувшую ко мне своё личико девушку. Но в моей голове зрел конфликт. Можно ли надевать такие очки на девушку, которую я едва знаю? Я же собираюсь продемонстрировать их перед всеми в литературном клубе. А они их ещё ни разу не видели. Может стоит оставить эти очки на потом?

Стоп. А что тогда делать с Шинозаки Нацуной?

Можно ли надевать очки на школьницу, которая стоит здесь перед Мицуки и Куриямой? Не создастся ли впечатление, что очки может надеть каждый? Однако Шинозаки Нацуна сама попросила меня одеть ей очки. Я же так упаду в её глазах, когда буду извиняться.

– Эй, Мицуки, тебе не кажется, что Акки как-то странно выглядит?

– Внутри него разверзся конфликт. Он попал в мыслительный парадокс, сущность которого нам не под силу понять.

– Вау! Я этого не понял!

Я наконец подавил внутри себя желание надеть очки.

– Я не могу снять или надеть очки на школьницу, с которой только-только познакомился! Шинозаки, ты ведь девушка, будь осторожнее. Мужчина – это волк в овечьей шкуре. Не надо так запросто просить надеть на себя очки!

– Эх… я понимаю, – согласилась со мной Шинозаки Нацуна.

– Эй, Мицуки, почему Акки заплакал? – поинтересовался Хироми.

– Это слёзы победы, понять причину которых может лишь Акихито, сексуально возбуждаемый очками.

В любом случае я наконец пришёл в себя и выложил напитки со сладостями на стол. Мы купили еды не строго на количество членов клуба, поэтому удалось бы даже угостить нашу гостью. Как только я вытащил из пакета игрушку, девушка с бантом замела её:

– Это не из шальной эскадрильи подростков?

– Шинозаки, ты знаешь откуда это? – удивилась Курияма.

– Конечно.

– Хм. А что тебе больше всего нравится?

– Мне очень нравятся сцены, когда раз в неделю красноволосый навещает синеволосую и общается с ней через дверь, потому что её нельзя открыть.

– А мне больше всего нравится, когда жёлтая говорит: “Что это было!?” Она очень воспитанная и умная, поэтому такая чрезмерная реакция выглядит забавно.

– А проблемы в общении между жёлтой и зелёным. Два обходительных аккуратных ботаника, которые сближаются и начинают играть важную роль в истории. И ни добавляют в эту историю градус абсурдности. Они буквально проецируют свою абсурдность на мир.

– Ага. А ещё мне очень нравится сюжетная линия красного.

Словно рыбы в воде, две девушки стали обсуждать “Шальную эскадрилью подростков”. Я начал чувствовать себя некомфортно и импульсивно спросил:

– Погодите! Неужели “Шильная эскадрилья подростков” так популярна?

– Ну, ведь даже в магазинах продают игрушки по ней, – Хироми любознательно осматривал купленную статуэтку.

Мне вдруг стало интересно узнать мнение Мицуки, которая обычна была безразлична к подобным вещам. Почему-то мне показалось, что она стала себя чувствовать, будто потерявшейся в толпе.

– Я сейчас не об игрушках по эскадрильи. Хироми, почему бы тебе не разрешить Шинозаки сделать фотки?

– Ладно. Пусть фотографирует сколько хочет.

– Правда, Насе-семпай? – переспросила гостья.

Шинозаки Нацуна достала зеркальную фотокамеру и с виноватым лицом попросила:

– Мне неудобно просить, но не мог бы ты снять форму. Даже рубашку!

– Я забираю свои слова обратно – иди домой!

– Сердитое лицо тоже подойдёт!

В клубной комнате раздался звук затвора фотоаппарата.

– Камбара, я хочу, чтобы ты сфотографировал меня на мобильный телефон, снимающую Насе-семпая.

– Зачем?

– Я хочу оставить эту фотографию для своих потомков, чтобы они смогли увидеть мою глупую физиономию при виде полуобнажённого парня.

– Не вижу в этом смысла!

– Это нормально! Ведь я буду фотографировать Насе-семпая!

Шинозаки Нацуна с ухмылкой сфотографировала красивого старшеклассника. Я же сфотографировал перевозбуждённую от происходящего девушку.

– Насе-семпай, можешь улыбаться более естественно!

– …

Я смог застать редкую картину, когда Хироми выполнял просьбы кого-то кроме Мицуки. Необычная фотосессия продлилась ещё некоторое время, и вскоре Шинозаки Нацуна покинула нас. Я предложил Хироми, уставшему от позирования, подкрепиться сладким. Мицуки, которая всё это время была занята чтением, отложила журнал и произнесла:

– Мобы закончили со своим делом, давайте уже сделаем перерыв.

– Зачем тебе такое ужасное слово для описания одноклубников!?

– Заткнись, студент “А” мужского пола.

– Незачем называть меня первой буквой алфавита! Если бы я был мобом, любящим очки, то точно бы занял второстепенную роль.

Моя главная слабость в том, что я не могу претендовать на главную роль.

– А этот рассказ оказался интереснее, чем я ожидала.

– Хм?

Я получил в руки увесистый журнал. На обложке было написано название: “Поместье мокрого ворона”. Мицуки коротко обрисовала мне сюжет:

– Это детектив с убийством, место действия которого происходит в особняке на изолированном от мира острове. Все действующие лица – обычные люди. Их детективные методы очень неординарны, на грани с гениальностью. Иногда повествование начинает вестись от третьего лица, показывая происходящее со стороны. Иногда ломается четвёртая стена. А впоследствии оказывается, что это были эпизоды от лица убийцы. Было очень интересно наблюдать за быстрым развитием сюжета с момента обнаружения жертвы убийцы. Если ты не против, я хотела бы поместить этот рассказ в юбилейный выпуск. Что думаешь?

– Если тебе так понравилось, то не вижу причин возражать. Дай угадаю: детективное расследование зашло в тупик, убийца смог избежать наказание, а тот, кого читатель считал с самого начала протагонистом, оказался обычным статистом,

– Не знаю точно, плохой это или хороший рассказ с точки зрения детектива, но уж точно весьма захватывающий. В любом случае, давайте сделаем перерыв. Для решения о публикации в юбилейном номере надо ещё подумать.

Несмотря на то, что разговор только начался, это было неподходящее время. Все устали и хотели отдохнуть. Нужно было поговорить на одну отвлечённую тему, хотя и не на очень приятную.

– Пока здесь нет посторонних, и тем более прошло немного времени, я хочу поговорить о нападении на меня со стороны потусторонцев.

Как только я об этом упомянул, лицо Куриямы приняло тревожный вид. Черноволосая девушка посмотрела на брата и задала вопрос:

– Это случилось, когда он пошёл в магазин?

– А он разве ходил куда-то ещё? Между прочим, это была троица заметно одетых людей. Я внезапно обнаружил их и подумал, что неплохо будет, если кто-то встретится с ними лично.

– И почему ты раньше мне об этом не сообщил!? – возмутилась сестра на своего старшего брата.

Я не мог молча наблюдать за их разговором и вмешался:

– Всё обошлось хорошо, потому что Курияма была поблизости. Я не обижаюсь на то, что Хироми ослабил силу клетки, но всё же не очень хочется ходить с рассечённым лбом.

– В любом случае… ситуация ведь была странной?

– Ну, это не то, о чём стоит сильно волноваться. На самом деле на меня давно не нападали потусторонцы, поэтому возможно я отвык от этого.

– Точно всё нормально?

– В любом случае это когда-нибудь повторилось бы.

– Ну да. Как хорошо, что ты не просто очко-фетишист, а бессмертный очко-фетишист.

– Ну почему ты всегда такая вредная!

– Кстати Акки, твоя история о потусторонцах точно правдива? – получил я неожиданный вопрос от Хироми.

– Ну да. Разве ты сам только что не сказал, что заметил их? Разве ты не наблюдал с помощью клетки за происходящим?

– Поэтому и спрашиваю тебя. Ты считаешь, что клетка недостаточно хороша, чтобы не дать чужакам пройти. К тому же Мирай-чан, которая тебя сопровождала, никакой битвы не видела. Верно?

– Подожди! Ты хочешь сказать, что я вру?!

– Акихито, угомонись на минутку. Это важно, ты ведь находишься под защитой Насе. Курияма, ответь честно. Ты видела, как потусторонцы атаковали Акихито?

– А-а-а… ну в общем… я не видела. Когда я вышла из магазина, снаружи стояли семпай и двое мужчин, немного за двадцать.

– Хм.

Старшеклассник сложил руки у груди и сделал задумчивое лицо. Не то чтобы он не верил мне до конца, но так и не смог развеять свои сомнения. Это потому, что мои показания и данные полученные с помощью клетки разнились. Но в любом случае, стоило оставить на время эту неприятную тему.

– Давайте остановимся на время. Оставим это на потом. Давайте наконец перекусим, – сказал я, раскладывая на стол продукты.

Возможно мы могли бы испачкать журналы, но в этом не было ничего страшного. Я купил в основном конфеты в шоколаде и немного леденцов со снеками. Прежде всего я решил предложить конфеты младшекласснице, которая чувствовала сейчас себя неудобно:

– Курияма, ты же ешь мармелад?

Миниатюрная девушка в очках тупо поморгала. Возможно она не поняла, о чём я. Я беру в руки коробку с мармеладом в глазури и предлагаю ей:

– Попробуй.

Получив от меня несколько мармеладных конфет, Курияма некоторое время разглядывала их, прежде чем положить в рот. Распробовав одну, она вся засияла от необычного вкуса. Видимо внутри мармелада была ещё сладкая жевательная масса, что создавало уникальную текстуру конфеты.

– Ах! – раздался негромкий вздох, после чего миниатюрная девушка закинула оставшиеся конфеты в рот и тут же протянула правую руку, прося о добавке.

Видимо ей понравилось. Курияма была похожа на птенца, с открытым ртом ждущего еды, которую принесли его родители. Для меня она особенный человек, ей очень идут очки, и мне конечно захотелось дать ей ещё мармеладных конфет.

– Да, да.

У меня просто не было причин ей отказывать. Я насыпал в её руку ещё сладостей. Она выглядела, будто миленький зверёк, которого можно, прижав к себе, погладить.

– Можешь дать мне мармелад? Я хочу утолить голод, а не только лимонад пить.

– Сдавайся. Курияма похожа на хомячка, жадно смотрящего на зерно.

– Хм?

Взгляд Хироми после этих слов обратился на Курияму. Я тоже посмотрел на младшеклассницу перед собой. На кого я смотрел вы спросите? Кажется на Мицуки, но не помню почему.

– Ну, Мирай-чан очень милая.

– Эй, Хироми, не смотри на Курияму таким взглядом, – возмутился я.

Курияма сидела и читала один из рассказов. Её миниатюрная фигура была так близка к Хироми. Конечно, он обладает куда большей духовной силой, чем Мицуки и меня это настораживало.

– Твоя сестра рассердится, если ты подвинешься ближе к Курияме.

– Не наговаривай. Меня намного больше интересует Мицуки, чем Мирай-чан.

– Разве ты не просто любуешься девушками в клубе?

– Нет. Просто наблюдение за происходящим – это основа работы воинов потустороннего мира.

– Тогда ты наверно следил и за мной?

– Сегодня в клубе ты двенадцать раз посмотрел на Мицуки: из них восемь раз на лицо, четыре – на грудь. На Мирай-чан ты посмотрел тридцать два раза, включая её очки, и до нынешнего момента внимательно смотрел на неё вместе со мной.

– О… Вот даже как, – растерянно промычал я, осознавая всю силу руководителей Насе.

Хироми наблюдал за мной и подмечал даже такую бесполезную информацию. А ведь он ещё наблюдал и за Мицуки с Куриямой. В тот момент я почувствовал себя неуютно.

– Есть что-то кроме мармелада в глазури?

Я осмотрел сладости, разложенные на столе, а найдя то, что искал, максимально любезно поинтересовался:

– Хироми, тебе же нравятся шоколадные грибочки?

– О, откуда ты узнал?

– Да так, не важно. В любом случае, если они тебе нравятся, то хорошо.

Я ставлю перед старшеклассниками коробку с шоколадными грибочками. Тем не менее обстановка в комнате была не очень. Курияма достала телефон и с удивлением уткнулась в него, обнаружив уйму пропущенных звонков. Возможно это была реакция на увиденное. Дальше я увидел, как постепенно на её лице появилась нежная улыбка. Я был заворожён этой неописуемо сложной эмоцией.

– Мне очень жаль, но не могу ли я пройти домой? У меня появились срочные дела.

– Да, конечно. Ничего страшного не произойдёт. Мы не заставляем тебя работать над отбором.

– Ещё раз извините меня.

Младшеклассница быстро сложила свои вещи и покинула клубную комнату. Дождавшись, когда Курияма уйдёт, Мицуки произнесла:

– Какой бы консервативной она не казалась, кажется её кто-то ждёт.

– Только для Куриямы… Разве не поэтому?(Это заказ для потусторонца)

Хотя я и возразил, избавиться от беспокойства внутри у меня не получилось. Это точно не было связано с потусторонними вопросами. А прежде всего я не мог поверить, что девушка, которая всё своё свободное послешкольное время уделяла клубной деятельности, вот так запросто могла уйти по первому звонку с незнакомого номера.

– Думаю не стоит в это углубляться. Давайте продолжим работу.

Мы продолжили работать. Само собой меня не покидали тревожные мысли, и, не сумев сосредоточиться, я был просто бесполезен. В конце концов мы закончили, Хироми пошёл в магазин посмотреть на фигурки “Шальной эскадрильи подростков”, а мы с Мицуки вдвоём остались закрывать клубную комнату.

– Всё небо в тучах – скоро пойдёт дождь, – произнесла Мицуки, когда мы вышли из школы.

– Стоит поторопиться.

Черноволосая девушка сделала движение, будто только что что-то вспомнила.

– Я совсем забыла. Ты можешь завтра прийти ко мне домой в десять утра?

– Это связано с подготовкой выпуска к печати?

Обычные выпуски “Шибахимэ” изготавливаются вручную путём переплёта всех страниц воедино, но для юбилейного выпуска клубный наставник сказал Мицуки найти подрядчика. Я не знаю, какие были обстоятельства так решить, но меня очень ценили как члена клуба за то, что оформление журнала получалось намного лучше.

– Понимаю. Тебе наверное будет неудобно. Может тогда послезавтра?

– Всё хорошо. Я приду завтра.

– И кстати, Акихито, я ещё свободна в выходные.

– Очень хорошо.

У меня тоже есть пара свободных часов на выходных. В последнее время я тратил уйму времени на “Шибахимэ”, но когда это закончится, я наконец смогу вдоволь начитаться и насмотреться на очки.

– Тогда увидимся завтра, – черноволосая девушка попрощалась и ушла.

В тот момент я и представить не мог во что буду вовлечён. Всё началось с события на следующий день.

12 мая, 11:00

Несмотря на более короткий маршрут, соединяющий центр города с туристической его частью, мы с Хироми по какой-то причине ехали через спальные районы, что составляло около тридцати минут на электричке. К слову мы использовали шесть пересадок, проезжая по несколько однопутных участков.

– Акки, не хмурься ты так. Я знаю, что ты хотел встретиться с Мицуки, но она простудилась, и с этим ничего не поделаешь.

– Я не из-за Мицуки расстроен, а из-за тебя, Хироми!

– Тебе всё равно понадобилась бы подпись ещё одного человека. Я ведь тоже пошёл с тобой, чтобы помочь Мицуки. Хотя меня об этом никто и не просил.

– А ты не мог выбрать маршрут попроще? Я вообще не понимаю, куда ты хочешь нас привезти.

Вскоре вагон заполнился, и стало шумно. В такой обстановке я неосознанно стал слушателем чужой беседы. Это было что-то вроде: “Смотри, смотри! Вот тот в шарфе. Правда красавчик?” Содержание точно было таким, хотя слова может и другие. Если бы я надел шарф, то говорили вероятно бы: “Зачем он в мае носит шарф?” Чувствуете абсурдность этого мира? И я чувствую.

Мы с Хироми прибыли в центр, вышли из поезда и прошли через кассы. Где-то сзади я слышал перешёптывания девушек примерно моего возраста. Думаю нетрудно было догадаться, о чём они говорили.

– Хироми.

– А?

– Нет, ничего, – я отрицательно покачал головой, смотря на красивого потусторонца рядом со мной. Я не хотел сказать, что меня раздражает, что он популярен среди девушек, но это правда. У него настолько приятные черты лица, что он может переплюнуть известных актёров-красавцев, а его внешний вид такой, будто он только что сошёл со страниц модного журнала.

– Ты знаешь, что нам говорить в типографии?

– Мицуки всё подготовила заранее, – я предъявляю ему вверенный мне конверт.

– Тогда всё должно пройти без проблем.

– Ты хочешь сказать, что доверяешь Мицуки, а мне – нет?

– Я хочу сказать, что нахожусь здесь от имени Мицуки и должен выполнять свои обязанности, как заместителя президента литературного клуба.

– И быть таким же непреклонным?

– Я не хочу, чтобы говорил только ты, Акки, любитель очков.

Хироми слегка пожал плечами и отвёл взгляд. Он одарил своим взором окружающих девушек, засмущав их. От этого невероятного зрелища я сморщил лицо.

– Не смотри так. Важно, чтобы ты не стеснялся быть рядом с таким человеком, как мной, старшим братом Мицуки. Я хочу, чтобы люди уважали меня, как порядочного члена семьи.

– Хм...

– Эй, пожалуйста, не порть впечатление обо мне. Разве у меня плохая цель?

– Твой мотив нечист, даже, несмотря на твои честолюбивые рассказы.

– Что такого плохого в том, чтобы меня уважала собственная сестра?

– И какой смысл, если она об этом не узнает?

Я решил помолчать пока мы не дойдём до типографии, потому что скучные разговоры с Хироми кажутся ещё более скучными. Существует теория, согласно которой идеальные отношения – это такие отношения, в которых даже молчание не приносит людям боль, а в общении достаточно глупеньких историй.

Мы без особых проблем сходили в типографии и отправились домой. Пока мы шли к станции, Хироми заговорил на новую тему:

– Акки, смотри, там старшеклассница, которой идут очки.

– Не говори, что ей идут очки. Таких людей, как Курияма, один на миллион. И, как человек часто переезжавший в прошлом, я в этом уверен, – пожаловался я на его шутку.

– Сначала проверь, а потом говори, – получил я в ответ.

– Именно поэтому я и отбрасываю желание проверить, как люди выглядят в очках. Я хвалил девушек в очках используя тысячи слов, но в ответ не мог получить и десятой доли от своих речей. Независимо от того с каким энтузиазмом люди говорят об очках, лишь немногие понимают их истинный смысл.

– Кто знает, не пожалеешь ли ты об этом позже.

– Ты так много об этом говоришь, посмотрим. Но если это окажется не так, то держись.

Я уже повстречал миниатюрную девушка, которой идут очки в красной оправе.

Она идеальна и даже не знает, что такая одна на миллион. Однако, я не мог пережить такую чудесную встречу два раза за такой короткий промежуток времени. А? Что? Он говорил о Курияме Мирай?

– Ну что ты убедился?

Меня даже не волновали эти ироничные слова. Девушка, которой идут очки шла бок о бок с каким-то парнем. У меня сложилось, что он только и говорил, не давая ей ответить, но улыбка, которую она направила на него в ответ, заставила моё сердце сжаться.

– Это потусторонец… они в отношениях… или просто знакомые? – растерянно произнёс я.

– Нет, он обычный человек, – тут же ответил Хироми на мой жалостливый вопрос.

Мне захотелось исчезнуть прямо здесь и сейчас. Ещё более трясущимся голосом я спросил потусторонца рядом со мной:

– Тебе не кажется, что она выглядит намного веселее, чем когда разговаривает со мной?

– Ага. Кажется так.

– Кто… кто он, чёрт возьми?

– Может просто спросишь его?

– Я не смогу сделать этого! Если он ответит мне: “Я парень Куриямы”, – то меня хватит инфаркт! Хироми, ты что хочешь моей смерти? – с ужасом  прокричал я.

– Ладно, зря я так. Успокойся… Ты же понимаешь, что я слежу за всеми вами. А он: что-то я не припомню, чтобы у Мирай-чан был парень. Хотя вполне логично, что она не оставалась в клубе до позднего вечера именно из-за него.

– Мда… похоже на правду.

Я напрягся. Хироми резко подбежал к ним и перекрыл путь.

– Так вот у тебя хватило смелости показаться?

– Чего? Можно мы пройдём?

– А? – удивлённо вскрикнула красивая старшеклассница в очках.

Я потянул Хироми за руку и спрятался с ним за ближайшим телефонным столбом.

– Поскольку Курияма могла поддаться на что-то вроде: “Хочешь дам тебе мармелада в глазури?”, – я должен защитить эту прекрасную девушку в очках от подобных негодяев!

– Не пойму, ты что хочешь её преследовать? Акки, ты думаешь Мирай-чан такое понравится? Слушай, никто даже в начальной школе таким не занимается.

– Ой, вот только не говори мне, что сам не следил за Мицуки, когда она встречалась с кем-нибудь незнакомым тебе.

– Не надо тут приплетать мармеладных негодяев к Мицуки.

– Дело не в модели, которую я тебе описал. Представь, что он похитит её и спрячет в каком-нибудь безлюдном месте… Я бы больше никогда их не увидел… Никогда бы не увидел прекрасные очочки Куриямы… Мне страшно думать о таком. Аж дрожь пробирает!

– Акки, отпусти меня. Только ты один мог бы украсть и спрятать Курияму, чтобы потом пускать слюни на её очки.

– Ты не веришь мне? Ты правда думаешь, что я брежу?

– Просто мне немного некомфортно.

Взгляд неприязни Хироми был направлен на собачьи фекалии, лежащие рядом на обочине.

– Я не смогу тебе лучше объяснить, что задумал, даже если потрачу пару минут на объяснения.

– Ну неважно. Я всё равно бы запутался в твоих словах.

– Надеюсь ты поймёшь. Давай уже начнём.

– Только не зазнавайся, – будто нехотя произнёс Хироми.

– Разве тебя не интересуют люди, которые общаются с Мицуки?

– Мне конечно любопытно, но я не устраиваю за ними слежки. Если бы я так делал, то у Мицуки и Акки вовсе не было бы возможности побыть наедине. Если ты думаешь, что это нормально, то попробуй представить себя на чужом месте. Какое бы у тебя сложилось мнение? Я думаю стоит уважать чужие интересы. Чрезмерное вмешательство в личную жизнь другого человека – это не признак привязанности; это признак паранойи.

– …

И не поспоришь. Не ему конечно говорить о нормальности, но меня это задело. Хотя в тот момент его слова и не смогли меня переубедить.

– Я понял, но всё равно… Может хотя бы в этот раз представим, что это такая форма проявления любви?

– Признайся, ты просто хочешь увидеть то, от чего потом будешь целую неделю плакаться в подушку?

– Может и так… Но иначе меня ещё долго будут терзать сомнения.

Да, я поступал не хорошо. Я бы сказал, что это был жалкий поступок с моей стороны. И даже с осознанием этого я не отступал. От телефонного столба мы переместились в новое укрытие. Хироми кажется уже отказался от идеи отговорить меня и уже не сопротивлялся. Честно говоря, я всё равно был благодарен, что он пошёл со мной. Вдвоём мне было намного лучше.

– Если ты действительно хочешь за ними проследить, то стоит действовать с большей осторожностью. Если они вдруг заметят тебя, то весь план пойдёт прахом.

– Я вижу у тебя хватает опыта в этом деле, – подтрунил я Хироми.

– Ну, бывало у меня в молодые годы.

– Не говори об этом, как о чём-то далёком. Напомни ка мне, кто совсем недавно отправил резюме Мицуки в AKB48?

– Ты чего, это совсем другое. Я совершил доброе дело, рождённое чистейшей любовью к Мицуки. А вот твоя слежка, Акки, – плохой поступок, порождённый ревностью.

– Что то, что то – одно и то же.

Когда мы закончили с разговорами и продолжили слежку, Курияма с этим молодым человеком зашли в бар. Хироми изо всех сил постарался не дать мне войти внутрь:

– Независимо от количества народа внутри, Мирай-чан точно сможет заметить два знакомых лица. Давай лучше понаблюдаем снаружи. К тому же тебе не кажется, что они очень мило болтают. Редкость, чтобы она была так оживлена в клубной комнате.

– Я собираюсь забрать очки у Куриямы. И прямо сейчас! Не хочу видеть, как она в них разговаривает со всякими незнакомцами!

– И зачем это всё? А если на ней не будет очков, то ты разрешишь ей общаться с незнакомцами? Или как?

– Да знаю я, что это бесполезно! Чёрт возьми, о чём я думаю!

– Акки, проснись. Соберись с мыслями пока не совершил большую ошибку.

– Курияма – это в первую очередь Курияма. Она улыбается тому, кто даже не способен оценить её очки по достоинству. А мне она каждый день говорит: “Раздражаешь”.

– Акки, это потому, что ты постоянно говоришь что-нибудь неприятное.

– А я просто хвалю её за очки!

– … не в этом ли причина?

Я посмеялся над наивностью Хироми и дружески похлопал его по плечу.

– Ха-ха, ничего подобного. Нет ни одной девушки, которой бы не нравилось, когда хвалят её очки.

– Ну ты и чудак.

Чудно́ или не чудно́ следить за младшеклассницами, но это всего лишь обычная повседневность. Другое дело, что совершенно неожиданно в соседнем здании произошёл взрыв. На дорогу со звоном попадали осколки стекла. На миг воцарилась тишина и тут же сменилась всеобщей паникой. Когда я поднял голову вверх, то увидел третий этаж дома, охваченный огнём. Из разбитого окна выпрыгнула незнакомая девушка, совершив в воздухе полное сальто. У неё были короткие серебристо-белые волосы.

– Дело плохо, – с хмурым видом прознёс Хироми и сделал шаг вперёд.

Возможно он что-то интуитивно почувствовал. Если в этом взрыве замешан кто-то посторонний, то ничего хорошего это не предвещает.

– Поспешим!

В окне четвёртого этажа показалась ещё одна фигура. Девушка снизу показала ей язык и, встряхнув серебристыми волосами, побежала прочь. Я же просто заворожённо смотрел на них.

Ловкими движениями фигура спрыгнула вниз. Это оказалась красивая женщина в деловом костюме, служащая в Насе, Шизуку Ниномия, внешне напоминающая секретаршу. Она погналась вслед за беглячкой.

– Стой! – выкрикнула Нино, вытягивая руки вперёд, чтобы схватить ими пространство.

Это одна из её способностей, позволяющая искажать пространство. Однако в следующий момент эта красивая женщина потеряла равновесие и упала. На её бледных щеках появилась длинная мясная рытвина, из которой потекла свежая кровь. Некоторое время я не мог понять, что произошло, но, увидев пулевое отверстие в металлическом столбе спереди, догадался, что это был выстрел.

– Это был выстрел?

– Думаешь?

– Ну а что иначе?

Вокруг стало оживлённо. Люди столпились посмотреть на случившееся. Думаю в большинстве своём из-за того, что всё происходящее было для них чем-то нереальным, и никто не понимал, что происходит. Нино встала с раной на щеке и, пробежав сквозь толпу, продолжила преследование.

– Побежали тоже!

– Семпай?

Крик Хироми и знакомый девичий голос прозвучали одновременно. Когда я обернулся, то увидел девушку в очках с красной оправой. Её лицо было тревожным. Видимо она тоже услышала взрыв и вышла проверить, что случилось. Даже сегодня её очки выглядели так же хорошо, как и всегда, как если бы они были самим олицетворением очочного бога. Но тот факт, что сегодня она так весело болтала с кем-то другим затмил всю божественность и не позволил мне восхититься её милотой. Видимо моё сердце измельчало и того меньше, чем лужа, высохшая после дождя.

– Мирай-чан, мне очень жаль, но я объясню всё потом. Самое главное сейчас – преследование беглеца.

– А? Ты о чём?

Возможно, что сейчас в Хироми проснулась вся его потусторонняя натура и он был нагоряче́. Я попытался кратко описать ситуацию:

– В соседнем здании произошёл взрыв, и оттуда выпрыгнула потусторонка. К тому же за ней гналась Нино.

– А, вот оно что, – лицо Куриямы меняется на серьёзное.

Беглица, не пожелав потеряться в толпе, свернула в узкий переулок. Возможно она не хотела подвергать опасности невинных людей, а возможно она просто подумала, что в безлюдном месте скрыться будет проще. В переулке легко потеряться из виду.

– Я не отпущу тебя!

Нино снова попыталась исказить пространство перед беглицей и снова упала как и в прошлый раз, будто видеоролик воспроизвёлся вновь. Единственная разница была в том, что на этот раз Нино осталась цела. Хироми подбежал к ней:

– Ты в порядке?

– Да, всё хорошо. Она смогла так точно стрелять даже не смотря… Такое чувство будто с самого начала погони на мне висела метка.

– Ну да. На первый раз могло повезти, но во второй раз снова так точно выстрелить.

Хироми ещё не успел договорить, как к нам подошли двое мужчин и двое женщин, помощников Нино.

– Куда она убежала?

Нино указала пальцем и все четверо организованным строем начали преследование.

– Ты можешь рассказать мне, что именно случилось? – зайдя в тихий переулок Хироми попросил красивую потусторонку поделиться информацией.

– Имя цели – Минегеши Майя. Согласно информаторам из ассоциации у неё нет боевых способностей, но в реальности она тот ещё монстр.

– Видимо поэтому она тебя и заинтересовала, не так ли?

– Я давно не сражалась ни с кем кроме йому. Двое моих людей провалились с этой девчонкой и я пришла им на замену. Я рада осознавать, что их поражение обосновано.

– Я вижу, ты по прежнему ищешь хорошей драки.

– Конечно. Может быть ты подаришь мне битву, которая будет жарче, чем линия фронта? – Нино расплылась в странной ухмылке.

– Ты не можешь расширить область действия клетки и просто поймать её?

– Поскольку это работа от ассоциации, я не могу выходить за пределы закона.

– У потусторонцев есть моральные нормы в использовании способностей?

Хироми пожал плечами в ответ на мой вопрос. Красивая женщина стала подниматься:

– Я вернусь к погоне, мне очень жаль так быстро вас покидать.

– Может нам помочь тебе? – я задал естественный вопрос, уходящей женщине.

– Я не думаю, что вы сможете мне помочь, тем более это моя работа.

– А разве ты не работаешь на клан Насе?

– Когда происходит что-то непредвиденное мы прибегаем к сотрудничеству, но мне не нравятся скучные миссии на постоянной основе, поэтому в свободное я беру работу от ассоциации потусторонцев.

Похоже я ошибся, что принял её за потусторонку из Насе. Вероятно ситуация с Масиро была чрезвычайна для Насе. Когда на мой вопрос ответили в разговор влезла Курияма:

– По какой причине ты её преследуешь?

– Потому что я никогда не слышала о потусторонке Минегеши Майи.

– Разве не из-за взрыва в здании?

– Не думаю, что это причина. Мне кажется Нино просто не хотела объяснять всю картину целиком. Может позволишь мне выудить всю информацию? – сказал я.

– Это… ну… не имеет значение… не важно.

– Ты конечно крут. Не волнуйся, ничего такого нет, о чём думает Акки. Просто свяжись с ассоциацией по поводу Минегеши Майи, – с этими словами Хироми поднимает правую руку и уходит.

Я дождался пока старшеклассник уйдёт и спросил девушку рядом со мной:

– Курияма, что ты собираешься делать?

– Не знаю, смогу ли я помочь. Может стоит связаться с службой поддержки потусторонцев?

– Я знал, что ты так и скажешь.

Нино с товарищами возможно справились, а возможно и нет. В любом случае, стоит им помочь, неважно как они преуспели в погоне.

Следуя путём побега, мы нашли раненого человека, опёршегося о бетонную стену. Он сидел в луже собственной крови, но похоже его здоровью уже ничего не угрожало – амулет, приложенный к ране, спас его жизнь.

– Вы в порядке?

– О… ребята, которые были с Ниномией… не знаю… вы… вам лучше не лезть в это... боевые способности Минегеши Майи… ожидал меньшего.

– Что случилось? – миниатюрная девушка задала вопрос мужчине, который придерживал свою рану рукой. Поскольку я решил помочь, то надо постараться. Другими словами, нет ошибки в том, чтобы не выпытывать информацию у раненого.

– Ну… я стоял позади, но… напарники уклонялись от выстрелов… и один попал в меня. Я хотел отпрыгнуть… она невероятно меткая… я не знал что делать.

– Спасибо. Семпай, давай поторопимся.

Курияма взяла меня за руку и потянула за собой. Возможно она думала, что он скажет хоть что-нибудь полезное, но ничего кроме жалоб не получила.

– Курияма, ты знаешь что-нибудь о Минегеши Майе?

– Нет. Кстати, за тобой ведь тоже часто раньше вели погоню?

– Меня часто пытались убить разные потусторонцы, но я в первый раз вижу, чтобы они гонялись за ещё одной сереброволосой потусторонкой.

– У неё серебряные волосы? Она иностранка?

– Нет, не похоже.

Во время бега Курияма не забывала осматриваться по сторонам. Завернув в ещё один переулок, миниатюрная девушка обратила внимание на крышу здания и закричала:

– Смотри!

Наверху трое человек окружили Минегеши Майю: Шизуку Ниномия и двое её напарников. В ответ на агрессию седовласая девушка бросила что-то в воздух.

В следующее мгновение происходит ярчайшая вспышка. Минегеши Майя, пользуясь моментом, спрыгивает с крыши на землю. Мы с Куриямой мигом повернулись в сторону места её приземления.

– Зачем надо было рисковать здоровьем и падать с такой высоты?

– Она оказалась целью организации. А это значит, что единственный её шанс выжить – это бежать: бежать, что бы не оказалось препятствием. Так что думаю у неё был план, когда она решила упасть.

Девушка осмотрелась позади себя, удостоверившись, что никто не нападёт сзади. Когда я понял, что происходит, Минегеши Майя держала в руках пистолет, нацелившись на Курияму.

– Ещё одна погоня?

– Только если ты решишь убежать.

– Я действительно не хочу драться, но если это так, то у меня не выбора.

Седовласая девушка начала шаг за шагом сокращать дистанцию, держа в руке пистолет. Я сделал шаг вперёд, чтобы закрыть собой Курияму, но девушка потянула меня за рукав и оттолкнула от себя.

– Что ты делаешь!

– Семпай, ты должен стоять позади. Любящие очки бойцы бесполезны в бою.

Что за!? Это были будто бы слова Мицуки.

В любом случае. Пожалуйста, не пострадай.

– …

Я был удивлён последующим юмористическим развитием происходящего. Минегеши Майя остановилась и начала смеяться. Нить напряжения будто оборвалась в воздухе. Взявшись за живот она чуть ли не начала кататься по земле от смеха

– Ты думаешь, что можешь позволить себе это!? Думаешь, что можешь вот так просто смеяться!?

– Я опасалась комбинации из йому и воина потустороннего мира, но судя по всему комбинация-то на любителя.

Минегеши Майя с расслабленным видом достаёт леденец и кладёт его в рот. Белая палочка от леденца между её губ была похожа на тонкую сигарету. Даже если она была уверена в своих способностях, не слишком ли легкомысленно быть такой спокойной?

– Спасибо, за встречу.

– Что ты имеешь в виду?

– Разве это не обычная вежливость? – произнёс я.

Седовласая девушка резко побежала на Курияму. Я попытался вновь закрыть её собой, но прежде, чем я успел, Минегеши Майя воспарила ввысь. Высота была такой, если бы это был прыжок с шестом. Моя миниатюрная спутница сняла браслеты с левой руки, призвав длинный клинок.

– А вы настырные.

Не похоже, что седовласая девушка просто хороший пользователь пистолета. Курияма пригрозила ей, указав своим клинком на неё:

– Если будешь убегать, то я атакую.

– Мне не нужны твои угрозы. У меня есть свои дела. Если не готова к смерти, не мешай мне. Ты не сможешь победить с такой слабой способностью.

– К смерти? Ну попробуй.

– Так я смотрю ты готова к расстрелу. Тогда я жму на спусковой крючок.

Кинув такое заявление, Минегеши Майя возобновила побег. Немного помедлив Курияма срывается с места, чтобы остановить беглицу. Кровавое лезвие рассекает воздух в попытке остановить выстрел.

– Зачем только мешаетесь.

Слегка подпрыгнув, седовласая девушка нанесла удар с разворота. Её длинные ноги нарисовали дугу в воздухе и нацелились Курияме прямо в висок. Закрыв глаза, миниатюрная девушка воткнула своё оружие в землю и укрылась за ним, избежав удара.

Плавным движением Курияма взялась за руку, в которой Минегеши Майя держала пистолет. Она не только обладает высокой духовной силой, но и незаурядными физическими способностями. Однако её опыт в ближнем бою не помог против седовласой противницы. Чтобы выдернуть руку, Минегеши Майя произвела удар коленом по корпусу. Вместо того, чтобы просто избежать этой контратаки, миниатюрная девушка провернулась вокруг клинка, крепко забитого в землю, в попытке снести Минегеши, стоявшую на одной ноге.

Сереброволосая девушка прыгнула и избежала падения. Однако это была лишь вынужденная мера, потому что возможность падения не предвещала победы в драке. Тем не менее у Минегеши Майи были два пистолета, которыми она могла убить свою цели одним движением пальцев. Курияма, кажется, осознав это, вскочила, чтобы избежать прямого выстрела и запрыгнула за спину противнице. Поскольку целью было поймать Минегеши живой, девушка в прыжке решила ударить ту локтем по затылку.

В тот момент я был уверен в победе Куриямы.

Быстро откинув голову назад, Минешеши Майя ударила Курияму в лоб. Такой неожиданный удар сработал блестяще. Правда в этом не было ничего хорошего для меня, болеющего за Курияму. Меньше чем за секунду ситуация обернулась наоборот.

– Шах и мат.

– Чёрный пистолет, который держала Минегеши, был нацелен в голову Куриямы. На таком близком расстоянии свинцовый шар без шанса убьёт девушку. Курияма была неподвижна после удара. Я и сам оказался в такой же ситуации: не мог двигаться из-за страха и напряжения.

– Она тут!

– Она дерётся с кем-то!

Голос людей развеял моё оцепенение:

– Сука! – крикнул я Минегеши Майе, когда она ударила миниатюрную девушку по голове своим левым пистолетом.

Курияма издала тихий крик и рухнула на землю. Два потусторонца мигом погнались за сереброволосой девушкой, сбежавшей с места преступления. Подбежавшая тут же Нино с суровым лицом бросилась к Курияме.

– Всё будет хорошо.

Женщина в костюме прижала амулет к голове раненой девушки. Я не понимал принципа работы его работы, но меня поразило, что к Курияме даже тут же вернулось сознание. Успокоившись, я подошёл к миниатюрной девушке.

– Я так рад, что с тобой всё в порядке.

– Я хотела остановить её… но она сбежала.

– Эта погоня – не то, о чём тебе стоит заботиться, – сказала Нино и перевела взгляд в сторону, куда убежала Минегеши Майя.

Она была похожа на зверя, загнанного в угол, когда сражалась с Куриямой. На неё по какой-то причине охотилась ассоциация потусторонцев. В этот ужасный день я успел испытать отчаяние и страх остаться в одиночестве.

– Семпай?

– Мозги похоже целы.

– Кстати, что с Хироми? – спросила красивая женщина, осматривая окрестности. – Ты остановилась собрать информацию. Разве тебе не надо преследовать цель?

– Я помогла вам, а вы не можете просто ответить?

– Проблема в том, что ты, Нино, не смогла поймать цель, верно? – я поднял тон.

Дело в том, что факт ранения Курияма никуда не исчез, даже если сейчас всё и обошлось.

– Не надо злиться. Вы сами влезли. Кстати, у вас ведь тоже были причины её поймать?

Не в бровь, а в глаз.

– Тебе действительно не нужно гнаться за ней?

– После вспышки и так было бы трудно определить куда делась Минегеши Майя, а теперь, когда нас осталось совсем мало, не получится обеспечить ей безопасность.

– А… что сделать?

– Не очень здравая мысль стрелять из пистолета посреди дня.

– Так ты об этом? – я сделал неуместное замечание.

В это время девушка рядом задала мне вопрос:

– Скажи, кто я?

– Я отвечу на твой вопрос, но дай мне сначала самому задать пару вопросов.

– Конечно, – весело ответила девушка.

– Сложно правильно сформулировать мысль. Но необходимо ли было нападать?

– В действительности мне так не кажется. Были ли у вас какие-либо опасения?

– Хм, – женщина задумалась, ткнув указательный палец в переносицу. – Мне нужно разобраться, правда ли она ничего больше не умеет или какие-то определённые условия не позволяют ей использовать другие способности, – скрестив руки, произнесла Нино.

Я попытался вернуть её к теме разговора:

– Ты можешь ответить на мой вопрос?

– О, да мне очень жаль. Короче говоря она больше ни на что не способна. Но в последнее время использовала свои способности, чтобы защититься, поэтому её называют “Серебряный бешеный пёс”, в том числе из-за внешности.

– А за что тебе приказали преследовать её?

– Убить потусторонца, – с лёгкостью произнесла Нино.

В тот момент я ещё не понимал всю важность этого дела.

Вторая глава

Готовый перевод 境界の彼方 / За гранью: Том 2. Вторая глава

13 мая, вечер воскресенья.

Неожиданно для себя самого, обычного проводящего свободное время дома за чтением, сегодня я снова отправился в небольшую поездку, как и накануне.

«Приятно ходить в магазины очков. Но разве нельзя, как-то расширить способы продажи? Я конечно пытаюсь себя заставлять ездить в магазины, но это очень неудобно, – думал я, пока шёл в одиночестве на вокзал, чтобы вернуться домой.»

Я проходил мимо мрачных мест под эстакадами и в тёмных переулках. Там стояли люди, которые казалось пытались спрятаться от солнечного света. Я проходил мимо ряда входов в маленькие бары, которые заполняются народом ближе к ночи, как заметил кого-то странного в переулке.

«Хм? – я учуял знакомый специфический запах.»

На земле я заметил капли крови и прошёл вглубь переулка. Кровавый след оборвался.

«Ты остановил кровотечение? – сразу пришло мне на ум.»

Я осматриваюсь вокруг, но не нахожу ничего интересного. В моей памяти мигом ожила картина, которая не раз случалась со мной ещё год назад. На меня нападали воины потустороннего мира и убивали безо всяких угрызений совести. После моё бездыханное тело регенерировало, я вставал и уходил. Это были дни нескончаемого отчаяния и радости, что я остался жив.

«Я испытывал такое счастье будто при покупке очков.»

Я вздохнул и поднял голову. Незнакомый мне человек истекал кровью и пытался сбежать. Убегать ему бесполезно, ведь это не я и даже никто из моих знакомых.

«В таком случае у этого человека должно быть всё рассчитано.»

Я не испытаю угрызений совести, потому что это незнакомый мне человек. Нет, так нельзя. В отличие от прохожих которые закрывают глаза на капли крови, я не могу поступить так же.

Я должен собраться.

«Хуже уже не будет...»

Немного пройдя вперёд, я нашёл раненого. Пострадавшим была девушка. Она лежала на эвакуационной лестнице. Я не рассмотрел издалека лица, но её уникальный цвет волос подсказал мне кто это. Это та потусторонка, за которой вчера гналась Нино. Случайна или не случайна была наша встреча, но теперь встал вопрос, что делать в этой ситуации.

«Ладно… я сделаю это.»

Я подхожу к двери на лестницу. Она оказывается запертой изнутри. Я пытался толкать и тянуть, но ничего не помогало. У меня не осталось выбора. Я перелез через высокие перила и попал внутрь. Поднявшись по лестнице я добрался до Минегеши Майи.

– Гя-я-я! – закричало маленькое животное.

Оно выглядело очень и мило и вряд ли представляло опасность. Оно было покрыто чешуёй и ловко вставало на задние лапы. При крике у существа раздувался воротник, как у ящериц. Я мгновение я подумал, что оно пыталось напасть на сереброволосую девушку, но быстро стало ясно, что оно пыталось защитить её.

– Гя-гя-гя-гя!

– Неужели… это йому? – удивился я таинственным существом, пытающимся напугать меня.

Я попробовал дотронуться до девушки, но животное попыталось укусить меня. Если я оставлю всё так, то ничего хорошего не произойдёт. Но и защищать Минегеши Майю не моя обязанность. Может лучше связаться с Мицуки и пропросить её позвать Нино?

Я достал телефон и задумался об этом.

Однако, когда я вновь посмотрел на Минегеши Майю, лежавшую на земле, то почувствовал жалость к ней. Мне не захотелось, чтобы она умерла. Почему у меня вообще возникли такие чувства к человеку, который чуть не убил вчера Курияму?

– Гя-гя-гя-я-я!

– Пожалуйста, успокойся немного.

Зверёк укусил меня за руку, и с неё начала капать кровь. Я решил показать ему, как затянутся раны на моей руку.

– Если ты хочешь помочь ей, то не мешай, пожалуйста.

– Гия-гия? – маленький йому-зверёк вопросительно наклонил голову.

Я посмотрел на сереброволосую девушку. Вчера я не заметил, что у неё была родинка под левым глазом. В сочетании с цветом её волос выглядит красиво.

– Ты в порядке?

Ответа не последовала даже после некоторого ожидания. Я попытался привести её в норму, потряс за плечи.

– Эй, приди в себя.

– Хм… а… кто ты?

Ошеломлённая Минегеши Майя наставила на меня пистолет. Поскольку я находился на очень близком расстоянии, то вероятно она думала, что сможет легко меня застрелить. Но со мной такое не сработает.

– Не перенапрягайся. Побереги силы, ты и так при смерти. Ответь только на один вопрос: куда ты пошла, когда оторвалась от погони? Или тебе некуда было бежать?

– …

Минегеши Майя посмотрела на зверька беспокойным взглядом. Видимо это её маленький товарищ. Он забеспокоился, что случилось с девушкой и вылез, чтобы помочь.

– Гя! Гя! Гя!

– Эх… Могтан… всё хорошо. Оставь меня… уходи, пожалуйста… потусторонцы… если найдут тебя… то убьют, – сказала сереброволосая девушка и снова потеряла сознание.

Её слова глубоко запали мне в душу. Возможно то, что я пытаюсь сделать, определённо неправильно. Однако, даже осознав это, я не смог сам себя остановить.

– Могтан, если ты знаешь безопасное место, пожалуйста, помоги, – я прошу помощи у маленького йому, пока убираю свой телефон на место.

Кажется зверёк понял мои слова и принялся лазить по карманам одежды девушки, издавая радостные звуки. Он вытащил ключ от квартиры, которая видимо находится в здании, на пожарной лестнице которого мы находимся.

– Так… придётся напрячься.

Я понёс сереброволосую девушку на спине. Она оказалась весьма лёгкой, несмотря на свой высокий рост. Вероятно, она сильно исхудала из-за погонь. Ладно, это явно не то, что стоит описывать в данной ситуации. В любом случае, я шёл следом за йому-зверьком, неся на себе Минегеши Майю, в комнату “307”.

– Здесь есть хотя бы аптечка?

Я положил раненую и оглядел комнату. В углу тёмной комнаты стояли деревянные ящики. Помимо них в комнате стояли кровать и холодильник. Прежде чем я успел начать поиски, зверёк прыгнул на один из ближайших ящиков.

– Что там? – сказал я, открывая крышку ящика.

Там лежали амулеты с письменами на языке отличном от того который использовала Нино и Аяка.

– Гя!

Я услышал крик и обернулся. Зверёк дымился. Судя по всему он попытался вытащить амулет, но обжёгся об его защиту.

– Ты чего творишь! Ты же йому!

Я выхватил у него амулет и почувствовал жгучую боль.

– А! Он и меня жжёт.

Из головы совсем вылетело, что я полу-йому. Я положил амулет и посмотрел на ладонь. У меня был лёгкий ожог, который быстро зажил.

Пора было заняться Минегеши Майей. Я не знал какой эффект давал каждый амулет, поэтому взял сразу несколько видов. Когда я прижал несколько амулетов к ране, началась магическая реакция. Слова на амулетах засияли слабым светом, который окутал рану.

– Тебе лучше?

Минегеши Майя пришла в сознание и сразу же вытащила пистолет. Она посмотрела на меня настороженным взглядом. Однако у меня сложилось впечатление, что она была просто измучена одиночеством, а не напугана. Это не свирепый зверь, а просто бедная девушка, не желающая осознавать, что она уже давно сильно напугана. Поэтому я спокойно сказал ей:

– Это твоя палочка-выручалочка?

– Почему… ты помог мне?

– Сложно было отвернуться от измученного раненого человека.

– …

Немного погодя сереброволосая девушка задала вопрос:

– Ты вчера пытался поймать меня, так ведь?

– Я решил немного помочь, потому что среди твоих преследователей была моя знакомая. Если ты действительно хотела скрыться, почему не попросить у кого-нибудь помощи? Если бы ты реально старалась, то зачем устраивать столько шума?

– …

Йому-зверёк наконец очухался и нарушил долгое молчание:

– Гя-гя-гя… гя-гя… гя!

– Могтан… Я так волновалась.

Минегеши Майя нежно обняла, прыгающего от радости зверька. На её лице проступила невинная улыбка, как у ребёнка, играющего со своим котёнком. Эта сцена проникла глубоко в моё сердце. Она не смогла бы смотреть на йому с такой улыбкой, если бы считала его злым лишь потому, что он существует.

– Это… это разве не настоящий йому?

– Не называй так моего лучшего друга, – подорвалась сереброволосая девушка.

Лучший друг. Вот как.

Я начал всё видеть всё больше самого себя в Минегеши Майе. Чем дольше человек остаётся один, тем больше его поглощает отчаяния. Поэтому девушка решила найти успокоение в дружбе с маленьким йому. А вот был ли мой поступок хорошим определило дальнейшее развитие событий.

– Отдыхай до полного выздоровления. Я вернусь.

Когда я уже собирался выйти из квартиры, то услышал сзади голос:

– Подожди.

Медленно оглянувшись назад, я увидел, что сереброволосая девушка нацелила на меня пистолет.

– Ты не можешь так просто уйти.

– Я никому не скажу, что сегодня произошло. Не волнуйся.

– Я не настолько доверчива, чтобы со мной такое прокатило. Лучше будет избавиться от свидетелей прямо здесь и сейчас.

– Почему бы тебе не проявить немного уважения к своему спасителю.

Я не могу сражаться с ней на равных, но если она не выстрелила мне в спину, то значит, что есть какой-то способ решить всё мирным путём. И мне не хочется её провоцировать, чтобы она не продырявила мне мозги или сердце.

– Почему ты так спокоен?

– Меня много раз пытались убить потусторонцы. Я совсем не удивлён, что ты направила на меня пистолет.

– Ты же йому.

– Будет более точно скачать, что я полу-йому. Так что смех причиняет мне больше страданий, чем любые раны, – я попытался произнести это весёлым тоном.

Маленький йому, лучший друг девушки, закричал посреди этой натянутой сцены:

– Ггя-ггя-ггя!

– Хм. Ну раз Могтан так говорит, то ничего не поделаешь.

Сереброволосая девушка опускает пистолет и встаёт с кровати.

– Привет.

– Чего?

– Он обрисовал мне ситуацию, как она на самом деле.

– Я обязан тебе. Спасибо, Могтан.

Минегеши Майя открывает небольшой холодильник. Еда и вода разложены в нём ровными рядами. Явно видно, что подбирались они по долготе хранения, а не по вкусу. Девушка достала пластиковую бутылку минеральной воды и поднесла её к йому, чтобы тот мог попить.

– Вот даже как.

– Чего тебе ещё? Лучше иди домой, пока я не передумала.

– Разве потусторонцы не должны убивать йому?

– Мне не нравится такое грубое суждение. Какие-то йому действительно злые, а какие-то нет. Неправильно быть убитым лишь потому, что ты таким родился.

– Тем не менее… йому… тебе разве не страшно рядом с ним?

– Этот йому очень даже мил в отличие от человеческой злобы, – произнесла девушка и поднесла бутылку ко рту.

Любители собак и кошек часто обращаются со своими любимцами, как с членами семьи. Минегеши видимо даже не задумывалась, когда так сделала. Йому у её ног начал обвиваться, чтобы выпросить ещё воды. Меня ненавидели только потому, что я полу-йому. То что я увидел, согрело мне душу.

– Ладно. Я пойду домой. Я действительно ничего не расскажу о том, что произошло сегодня.

– Подожди.

– Ты всё таки передумала?

– Я забыла тебе кое-что сказать. Спасибо за помощь…

Йому-зверёк в её руках радостно прокричал: “Гя!”

Я вышел из квартиры, прежде чем она решила передумать.

14 мая, внеклассные занятия в клубной комнате.

– Трудно отмести эту трилогию рассказов об очках. Мне нравятся очки и я просто не способен на такое. Автор задаётся вопросом: “Неужели любому могут идти очки?” Он описал такую жгучую историю любви, что мне даже пришлось задуматься, а не правда ли это?

– Акихито, заткнись, если не хочешь оказаться в луже грязи.

– Хоть убей меня! Но за что я заслужил лужу грязи?

– Так ты всё-таки выбрал грязь?

– Да не об этом я! Я о том, почему ты угрожаешь мне грязью! А скорее даже о том, что ты постоянно угрожаешь мне!

– Ты просто начал говорить свои глупости, а не заниматься отчётом!

– Ты пытаешься сказать, что очки – это глупость? Мой гениальный план состоит в том, чтобы сфотографировать Курияму и выставить её фотографию в магазинах очков по всей стране. Таким образом получится разрушить ошибку среди подростков, что очки – это стрёмно. А в ближайшем будущем появятся очки со встроенным компьютером. С их помощью можно будет делиться тем, что вы видите, со своими друзьями и родственниками.

– Раздражаешь, – сказала Мицуки.

– Не подражай Курияме!

– Раздражаешь, – подключилась Курияма.

– На этот раз владелица фразы! Что я тебе плохого сделал, Курияма!

– Если ты будешь дурака валять, что мы не успеем вовремя опубликовать “Шибахимэ”, верно? – надув щёчки, возразила миниатюрная девушка.

Несмотря на то, что Курияма только недавно вступила в клуб, она очень ответственно отнеслась к своей должности заместителя президента клуба. Думаю излишне упоминать, что даже с сердитым лицом она выглядит очень мило, но в очки ей лучше идут в хорошем настроении. Подчеркиваю, что мой выбор проходит гладко.

– Я хотел бы, чтобы мы опубликовали историю о сестре-волшебнице, которую рекомендовал Хироми. Ты не против? – спросил я у Мицуки.

– Ты прочитал и тебе понравилось? Только не говори, что ты теперь с моим братом идиотом заодно.

– Я прочитал этот рассказ от корки до корки. До этого я не читал ни одного клубного рассказа, который бы заставил меня плакать, поэтому я считаю, что его просто необходимо опубликовать, не смотря ни на что. Почему бы тебе не поверить Хироми, даже если это кажется абсурдным? Почему?

– Атмосфера в клубной комнате стала какой-то унылой. Акихито, можешь как-нибудь нас развеселить?

– Как это вообще связано с предыдущим?

– Тогда я дам тебе решить одну задачку.

– Это же ещё одна ловушка в разговоре! Ты что можешь только сменять тему разговора!?

– Прости. Но все темы, на которые я хочу сменить наш разговор, действительно безумны.

– Безумны? Чего ещё ты придумала!?

– Мы с Мирай-чан сходили в магазин за фруктами.

– И в чём проблема то!

Я попытался вникнуть в грандиозный план Мицуки, но тут встала Курияма, и я решил послушать.

– Мирай-чан  держит в обеих руках арбуз стоимостью восемьсот йен, а я держу яблоко за сто йен в одной руке и мандарин за пятьдесят йен в другой. На вопрос: “Что дальше?” – должен ответить ты. Это бремя ты отдаём тебе, Акихито. Пожалуйста, ответь.

– Это же та самая задача! Я никогда её не забуду! Это ужас из-за проблем с математикой! Верни мне мою доброту, которая была суммой цен на арбуз, яблоко и мандарин! Верни мое счастье, когда я с трудом представлял себе, как делать покупки!

– Пожалуйста, отнесись к этому серьёзно! – запротестовала юная девушка, хорошо выглядящая в очках.

Несмотря на то, что у неё ещё было терпение ко мне, то у Мицуки нет. У Куриямы даже покраснели щёки от смущения.

– Если вы, как новый член клуба, будете всем мешать, то мне придётся снять вас с должности заместителя президента. Акихито, давай закончим общение и продолжим работу. Мне очень жаль Курияма.

– Нет, это мне очень жаль, – извинилась миниатюрная девушка, вероятно испугавшись больше, чем надо.

В клубной комнате воцарилась тишина, так что были слышны лишь звуки перевёртывания страниц. Хироми, который обычно несмешно и глупо шутил, сегодня был подобен молчаливой и невыразительной начитанной девушке. Я глотнул чая из пластиковый бутылки и перевернул страницу левой рукой. Неожиданно Мицуки произнесла нетипичные для литературного клуба слова:

– Я хочу нежно обнять и прижать к себе Курияму.

Мы с Хироми выплюнули чай от неожиданности. Вытерев рот и шею, я наконец смог предъявить черноволосой девушке претензии:

– Ты это серьёзно?

– Курияма, не бойся, просто отдайся в мои объятия.

Она будто не слушала меня. Я попытался остановить её:

– Не делай этого?

– Почему это!?

Я посмотрел на младшеклассницу, которая она недовольно отреагировала. Она решила отомстить мне за слова действиям. Однако проблема была не в реакции девушки.

– Мицуки, ты ведь ещё не до конца выздоровела? Ты можешь заразить окружающих.

– Ты так и не понял, почему я недовольна?

Так это просто была игра? Ну, с самого начала было понятно, что все эти странные действия были вызваны гневом. Я попытался припомнить, что могло произойти и послужило причиной обиды, но ничего не вспомнил.

– В обеденный перерыв всё было, как обычно, а потом в клубе я кажется ничего особого не делал.

– Я получила сообщение от Нино. Ты полез на рожон, пока я отлёживалась дома? Ты точно не забыл своё обещание не влезать в дела потусторонцев? Я, как и обещала, заберу очки с Куриямы и побью Хироми, не досмотревшего за тобой.

– Эй… ты не думаешь, что это несправедливо?

– Мицуки-семпай, только не бей его, он хороший, – Курияма попыталась заступиться, но это не то чего я ожидал.

Мне не хочется, чтобы Хироми избили из-за меня, но видеть Курияму без очков меня совсем не устраивает. Я же обезумлю от такого выбора! Всё-таки есть ощутимая разница между побоем и снятием очков.

– Акихито, я великодушно позволю выбрать тебе, кто станет жертвой твоего наказания: мой старший брат или Курияма.

– Я не могу сделать такой выбор! – выкрикнул я.

Черноволосая девушка злобно улыбнулась.

– Курияма, подойди сюда.

– Пусть это будет Хироми!

– Акки… какой же я дурак, что верил в тебя.

Я почувствовал себя очень виноватым перед Хироми. Я решил попытаться найти решение проблемы словами:

– Мицуки, можно ли погасить твой гнев Мирным путём? Я не смогу перенести тяжести выбора между Куриямой без очков и избитым Хироми.

– Ничего не поделаешь, если ты не хочешь чтобы я забирала очки у Куриямы или избивала своего братца.

– Так ты меня поняла!

– Если сможешь сказать: “Кяри Памю Памю”, – сто раз за минуту, я тебя прощу.

– Ты и не собиралась меня прощать!

– Тогда, если сможешь сказать: “Кяри Памю Памю”, – сто раз за минуту, я тебя поцелую.

Неожиданно старшеклассник начал говорить так быстро, как только мог:

– Кяри Памю Памю Кяри Памю Памю Кяри Памю… Карю… Кяри Памю Памю Кяри Памю Памю Пяри… а-а-а-а… я ни за что не сдамся.

– Успокойся! Прекрати, Хироми!

– Акки… я не могу. В жизни бывают такие моменты, когда мужчина не имеет морального права остановиться.

– Если ты так продолжишь, то умрёшь! У тебя уже кровь изо рта пошла!

– Язык… это лишь мелочи жизни.

– … Хироми…

– Кяри Памю Памю Кяпи… а… Кяри Памю Памю Памю Памю Кяри Памю Кяри Памю Памю Кяпя… запнулся… неужели я выдохся?

Красивый старшеклассник с сожалением сжал кулак. Несмотря на мотив: заставить сестру поцеловать его, это поступок достойный уважения. Поэтому я решил поддержать его, чтобы увидеть становление героя Хироми.

– Конечно, ситуация тяжёлая, но ты ведь не можешь так просто сдаться. Сможешь ли ты гордиться тем, что скажешь Мицуки: “Я сделал всё, что было в моих силах!”

– Если даже Акки говорит так… Нельзя останавливаться пока Мицуки не поцелует меня по собственной воле!

– Вот это настрой, Хироми! – сказал я навзрыд.

– Кяри Памю Памю Кяри Памю Памю Кари Памю!

Хироми прикусил язык и со всей мужественностью зажмурился и замолчал.

Та самая красота, в которую влюблялись все девушки оказалась совсем материальной.

– В конце концов такова жизнь.

Я вздохнул и перевернул страницу.

– Что ты имеешь в виду?

– Вот что, – отвечаю я, передавая Мицуки журнал. – Это рассказ, не такой хороший, как про очки, но его тоже можно опубликовать хоть прямо сейчас. Здесь рассказывается о (бейсбольной) военной королевской школе. Но в любом случае, линия становления героя на праведный путь просто превосходна.

– И о чём оно?

– О превозмогании героя, не смотря ни на какие невзгоды. Даже из проигрыша он делает выводы и совершенствуется. И вот пройдя через все испытания его команда выигрывает. Ещё там описывается весення поезка на горячие источники за выигрыш в лотерею, и даже если я питчер, у которого не было зуба до тех пор, мне обещают хоумран, если я нахожусь в конце девятого иннинга

– Я так понимаю, когда я прочитаю такую историю, то предыдущие сцены королевской дороги, на которых я плакала, заставят меня скорей рассмеяться.

Вдруг в середине своей фразы старшеклассник неожиданно окликнул Курияму:

– Кстати, Мирай-чан, ты же носишь с собой лицензию воина потустороннего мира?

– Конечно. Хм… а к чему этот вопрос? – спросила миниатюрная девушка, не скрывая своего замешательства.

Я не знал, что это за лицензия такая, поэтому стал вопросительно смотреть на Мицуки, но она меня проигнорировала.

– Рекомендации Нино оказали большее влияние на руководство Насе, чем я думала. На собрании много времени заняли руководители клана, но сестра Изуми дала Нино время выступить. Так вы догадываетесь к чему я веду?

– …

Младшеклассница, услышав ответ на свой вопрос, растерялась. Я сразу понял, что должен попытаться развеять сложившуюся напряжённую обстановку.

– Прошу прощения за вопрос: что такое лицензия воина потустороннего мира?

– Если в говорить вкратце, то это документ, подтверждающий, что ты потусторонец. Его выдаёт ассоциация воинов потустороннего мира. Она занимается бюрократией и обрабатывает всю информацию из потустороннего мира. Заниматься охотой на сверхъестественных существ можно и без лицензии, но с лицензией за тебя может поручиться ассоциация, и работу выдать, и частные клиенты так будут в вас более уверены.

– Я так понимаю у незарегистрированных людей возникают проблемы?

– Верно. К незарегистрированным потусторонцам относятся с нелучшими предубеждениями.

– А можно посмотреть, как выглядит эта лицензия?

– Акки, я думаю нам не стоит тебе его показывать.

– Если тебе хочется, вот, можешь посмотреть мою, – Курияма дала мне свою лицензия потусторонца.

В документе были перечислены разные данные и прикреплена фотография. С первого взгляда могу сказать, что Курияма хорошо удалась в очках на фото. Дальше были расписаны следующие графы:

[Имя] Курияма Мирай

[Пол] Женский

[Наступательная сила] 5

[Защита] 3

[Стойкость] 3

[Сила удара] 4

[Выносливость] 2

[Психоустойчивость] 3

[Интелект] 3

[Духовная сила] 5

[Авторитет] 1

– Это какая-то стандартизированная оценка от “пяти” до “одного”?

– Да. Они показывают насколько хороша каждая из характеристик потусторонца.

– Если ты хорош и входишь в пять процентов лучших от зарегистрированных потусторонцев, то тебе присваивают оценку “пять”. Если от шести до двадцати не включительно процентов, то “четыре”. От двадцати до шестидесяти – “три”. От шестидесяти одного до девяносто пяти – “два”. Все, кто ниже – “единица”.

– Ага, то есть оценка относительна.

Предположим, что общее число регистрантов равняется ста. Тогда оценку “пять” имеют пять человек. Оценку “четыре” – пятнадцать. “Три” – шестьдесят. “Два” – пятнадцать. “Единица” – оставшиеся пять. Я снова посмотрел на лицензию Куриямы.

– Хироми, Мицуки, у вас такие же?

– Я не получала никаких заказов на убийство йому, поэтому у меня незаполненная статистика, – сказала черноволосая девушка и показала мне свою лицензию потусторонца.

[Имя] Насе Мицуки

[Пол] Женский

[Наступательная сила] -

[Защита] 5

[Стойкость] -

[Сила удара] -

[Выносливость] -

[Психоустойчивость] -

[Интелект] -

[Духовная сила] -

[Авторитет] 5

Напротив почти каждого пункта стояли прочерки. Однако у двух стояла оценка “пять”.

– А почему у тебя заполнены два пункта?

– Это приблизительный оценочный рейтинг. Мне поставили “пять” в защите, потому что я владею клеткой. Дело в том, что все владельцы клетки входят в лучшие пять процентов. Но это всё конечно условно и зачастую определяется статусом клана и семьи.

– Понял.

Другими словами, Мицуки получила “пять” лишь потому, что она из семьи Насе. Подобно этому, Курияма, происходя из клана проклятой крови, получила авторитет “единицу”. Хироми кажется закончил обдумывать и наконец сказал:

– Нас попросили предоставить отчёт о Мирай-чан. Насе получили запрос от ассоциации и решили пойти на встречу, чтобы не портить с ней отношения.

– А… это… почему?

– Это было решение Изуми. Я не поддерживал его.

– Не думаю, что тебе стоило воздерживаться. Возможно у Изуми есть какой-то план, что она даже решила выделить время для Нино.

Мицуки… ты знала.

– Странно, что я скажу об этом, но мне кажется, что Насе лучше было бы молчать по этому поводу.

– Семпай… ты такой простой: даже не представляешь, к чему это может привести, – девушка в очках пожурила меня, но выглядела при этом невыносимо милой.

В любом случае, мне надо позаботиться о ней сложившейся ситуации.

– Курияма, не хочешь мармелада?

– Хочу.

– Тогда вот, угощайся.

– Э… почему бы тебе не покормить меня! – пожаловалась Курияма и решительно открыла рот.

«Очки на ней выглядят очень мило. Интересно почему многие не понимают, что комплимент к очкам на шаг опережает комплименты к внешности и одежде? Стоп. Что вообще происходит!? Я не готов к такому!»

– Семпай?

На меня смотрела очень привлекательная миниатюрная девушка. Я слишком сильно переволновался и поэтому выпалил какую-то странную фразу:

– Курияма, я вижу, что ты хочешь насладиться мармеладом. Поэтому я дам тебе мармелад и наслажусь этим тоже.

– Что… ты о чем?

– Просто открой рот и скажи: “А!”

– А-а-а-а! – Курияма открыла свой миниатюрный ротик.

Я положил ей на язык конфету. Она закрыла рот и начала жевать. Спустя немного времени девушка расплылась в счастливой улыбке, будто излучающей сияние, и провозгласила:

– Вкусно!

«И вправду мило… сидят на ней очки. Очень миленькие очки», – подумал я.

– Акихито, я тоже так хочу, – попросила Мицуки и выхватила у меня коробку с мармеладом.

Она широко открыла рот, чтобы я мог поместить туда конфету. Видимо у меня получилось отвлечь всех от неприятного разговора. Но меня вдруг посетила мысль о Минегеши Майе.

“Ты полез на рожон, пока я отлёживалась дома?” – я вспомнил слова Мицуки.

Может она права? И я действительно не должен заботиться о чужачке, за которой охотятся потусторонцы. Но я не могу забыть лицо девушки, назвавшей йому своим лучшим другом. Неужели Минегеши Майя в этом маленьком йому нашла смысл жизни, точно как я нашёл свой в помощи важным мне людям?

Ей было так же плохо, как и мне раньше? Аж тошнит, когда вспоминаю. Не хочу ещё хоть раз испытать подобный опыт.

– Семпай? – младшеклассница показала мне, что хочет ещё мармелада.

Похоже стоявшая рядом Мицуки заметила, что я задумался. Беспокойство, тревога и раздражение смешались во мне в соотношении один к одному к восьми.

– Что-то не так?

– Нет, ничего.

– То есть ты задумался о какой-то девушке, которую мы не знаем? – Мицуки, как всегда, попала прямо в яблочко.

Я посмотрел на Курияму, чтобы увидеть её реакцию на слова. Я конечно не увидел ревности на её лице, но она показалась мне обеспокоенной.

– Ты думал о Минегеши?

– А? Что? Нет конечно.

– Пожалуйста, поделись с нами, если тебя что-то волнует.

– …

Разве я мог рассказать им, что вчера помог раненой Минегеши Майе?

И точно нельзя об этом знать. Я просто не хочу разрывать нынешние отношения с Куриямой и Мицуки. Не стоит опрометчивым словом терять окружение.

– Это всё сейчас не важно, – сказал старшеклассник.

Хироми резко встал. На его лице читалось то самое “потустороннее” выражение. Он начал вещать:

– Сюда направляются неприятные личности. Сейчас они в полукилометре отсюда. Цель неизвестна.

– Ты о ком? Это Нино со своими напарниками за кем-то гонится? Или ещё кто-то? – пожаловалась Мицуки со смесью беспокойства и растерянности на лице.

– Не волнуйся. Это йому и не взбунтовавшиеся потусторонцы.

– Прекрати ходить вокруг да около.

– Это инспекторы. Их твое.

После этих слов Мицуки и Курияма были совсем ошарашены. Лишь я, не знающий в чём состоит проблема, оставался спокоен. Через пару секунд Мицуки смогла снова заговорить:

– Это уже совсем не то, когда Изуми говорила с генеральным инспектором ассоциации.

– Именно поэтому я соблюдал сегодня крайнюю бдительность, а расслаблялся, как обычно.

В клубной комнате вновь возникло напряжение. А я как всегда несведуще спросил:

– Я опять не в теме. Можете объяснить, кто это?

– Это люди из верхушки ассоциации воинов потустороннего мира. Они занимаются регулированием соблюдения законов.

Совсем недавно я узнал, что существует организация. Теперь узнаю об инспекторах.

– То есть они как раз из организации, которая выдаёт лицензии?

– Ассоциация была создана, чтобы управлять и регулировать деятельностью потусторонцев. Иногда им приходится вершить правосудие, применяя силу. И поэтому существуют специальные потусторонцы, выполняющие эту работу.

– И это инспекторы?

Хироми одобрительно кивнул мне в ответ. Затем я повернулся к двери. В неё ритмично постучали, будто передавая некий сигнал.

– А вот и они, – только я закончил говорить, как дверь открылась и в комнату вошли трое инспекторов.

Я уже был знаком с первым из вошедших, одетым в пафосную одежду. Нет, я был знаком и с остальными двумя: мужчиной в кимоно и девушкой в чёрном.

– Похоже вы настороже. Планировали драться?

– Может тогда вам не стоило создавать такую сильную ауру? – Мицуки отвечает на иронию инспектора.

Стильный юноша пожимает плечами.

– Такие грубые слова не подходят твоему милому личику. Хотя это наверное нормально для сестры Насе Изуми. Может перейдём к делу и перестанем острить?

– Нельзя же приниматься за дело, не представившись, – заявил Хироми.

– Вы уже знаете, кто я, так что дополнительное представление – не более, чем фарс, – парировал инспектор.

Неужели потусторонцы не могут нормально друг с другом общаться? Не думаю, что у них есть какие-то писаные правила подобного общения.

– Что ж, давайте назовём это данью уважения семье Насе. Меня зовут Фудзима Мироку, я генеральный инспектор ассоциации потусторонцев. Двое позади – Кусуноки Укё и Эйсуй Кикё. Они рядовые инспекторы.

После представления молодой человек в стильно й одежде немного расслабился. Несмотря на то, что никто не вступил в драку и не стал сыпать колкие фразы, в комнате литературного клуба, наполненной семью людьми, царило напряжение. Мицуки под давлением неприятной атмосферы нарушила молчание:

– Скажите, с какой целью вы пришли?

– На днях в городе произошёл взрыв. Похоже на месте происшествия оказались трое из вас. Поэтому мы пришли, чтобы опросить вас по этому поводу.

– Взрыв? Трое? – черноволосая девушка не скрывала своего удивления.

– Нино тебе не сообщила?

– Она была в хорошем настроении, пила Хайбол и просто сказала: “Камбара снова полез туда, куда не надо”. Брат, если ты становишься свидетелем такого события, то, пожалуйста, сообщай мне об этом должным образом.

Хироми начал извиняться перед своей недовольной сестрой:

– Я ничего не сказал, просто потому что не хотел беспокоить тебя лишний раз, Мицуки.

– Я не могу простить тебе то, что ты оправдываешься заботой обо мне. Когда это было, что только вы трое стали свидетелями этого взрыва?

– Это был день, когда ты лежала дома с простудой. Как то так…

– То есть пока я болела, вы втроём веселились на всю катушку?

– Не делай таких заблуждений! – рефлекторно воспротивился я. – Во-первый мы не собирались специально втроём. По дороге домой после типографии мы с Хироми случайно увидели Курияму, гулявшую с каким-то парнем. Я не смог просто пройти мимо и мы с Хироми начали слежку.

– Акки...

– Пока мы следили за ними в кафе, в соседнем здании произошёл взрыв. Собственно так мы и оказались вовлечены в эту перепалку. Так что, Мицуки, как видишь, всё не так, как ты себе надумала.

– Акки.

– Что такое Хироми? Ты хочешь извиниться перед Мицуки за то, что утаил от неё такую новость? Она даже подумала, что у были тайные встречи без неё.

– Посмотри на лица Мицуки и Мирай-чан.

Я взглянул на девушек. Мицуки улыбнулась с усмешкой. Курияма презрительно посмотрела на меня. Несмотря на то, что очки она вей выглядели хорошо, глаза за ними осуждали меня. Этот взгляд ранил меня намного сильней, чем любые язвительные слова Мицуки.

– Курияма, почему у тебя такое злое лицо?

– Потому, что ты раздражаешь.

Мне ранили в самое сердце. Но за что?

– Что я сделал такого?

– Следил за мной, пока я не знала.

– А! Хироми! Это он!

– Успокойся, Акки.

– Вы можете успокоиться!?

– Ну, я скорее был против и пытался отговорить Акки от ошибки. Может тебе напомнить, что ты только что сказал? Если ты ещё не понял, то я напомню.

– А?

– Ты решил сделать благое дело, заступиться за меня, но совершенно перестал контролировать, что говоришь. Ты сам себе же выкопал могилу на словах, что мы следили за парочкой в кафе, когда произошёл взрыв, – разгневанно произнёс Хироми.

– Курияма, всё не так, как ты думаешь!

– Вы можете устроить свою глупую ссору после того, как мы закончим? У нас нет времени на ваши дурачества, – стильный инспектор прервал мой крик.

Когда наконец наступила тишина, я понял, что мы сейчас попали в незавидную ситуацию: к нам в клубную комнату прибыли инспекторы из ассоциации. И у них явно были нешуточные причины. Если выражаться по-другому, то они вероятно пришли кого-то наказать.

– Скажите уже, для чего вы пришли? – спросил Хироми.

– Прошло уже больше года. А вы так и продолжаете скрывать своего полу-йому? Твоя сестра изуми должна была сразу же сообщить от этом в ассоциацию.

– Постойте. Вы пришли сюда упомянув об инциденте в городе.

Я и совсем забыл, я же был на тротуаре, но ведь вся эта суматоха привела тогда к сражению. Хироми был мрачен, он хотел, вернуться к разговору об инциденте. Стильный инспектор кратко обрисовал:

– Возможно у меня есть, что вам рассказать нового, но давайте всё по порядку. Преступницу, которая стала виновницей взрыва, зовут Минегеши Майя. В последнее время ей дали несколько прозвищ, как например “Серебряный бешеный пёс”. Однако её духовные способности весьма слабы в отличие от навыков стрельбы.

Услышав это, Хироми показательно выразил заинтересованность. Мицуки, которая ничего не знала, казалось была удивлена следующим словам инспектора:

– Но причина, по которой мы сегодня пришли, не связана с “Серебряным бешеным псом”, – этими словами мужчина закончил с Минегеши Майей.

В клубной комнате стало душно, но не мог позволить себе расстегнуть больше одной верхней пуговицы рубашки при гостях. Все слушали Фидзиму Мироку с открытими ртами будто под гипнозом.

– Среди жертв был один из руководителей Масиро. Инспекция не исключает возможности того, что инцидент связан с Марирол Юто, который сейчас считается пропавшим без вести.

Я посмотрел на младшеклассницу. Она смутилась после после последних слов. Почему инспектор говорит самые неприятные вещи о всех людях, которые только могут быть к нам причастны? Я взял на себя инициативу спросить самый логичный вопрос:

– Хотя Масиро Юто под подозрением, вы же не собираетесь предъявлять обвинения его подруге детства, Курияме Мирай?

– Знаешь, общество потусторонцев не настолько маленькое, чтобы обвинять каждого знакомого. Но у нас есть некоторые вопросы, поэтому мы задержим и допросим Курияму Мирай.

– Если у вас есть вопросы, то почему бы не задать их прямо здесь и сейчас!?

– Акки, работа инспектора потустороннего мира схожа с работой обычного полицейского, поэтому они не могут так просто нарушать служебный протокол, – красивый потусторонец попытался успокоить меня. Однако Мицуки решила взять это дело на себя. Нет ничего более обнадёживающего, чем человек, который встал на вашу сторону.

– Вы можете назвать вескую причину для задержания?

– Мы знаем, что Курияма Мирай выходила на контакт с Масиро Юто несколько дней назад. Мы знаем, что она также скучала по этому потусторонцу, разыскиваемому ассоциацией. Если по вышеуказанным фактам мы сможем найти свидетеля, то ей придётся понести ответственность за нарушение закона.

– Вы собираетесь задержать её лишь из своих предположений?

– Возможно мы бы и не пришли, если бы всё было именно так. Но у Куриямы Мирай и Масиро Юто кажется очень близкие отношения. Но если окажется, что полагаться на что-то другое у нас не получится, то мы отпустим её. Пока что.

Инспектор в стильной одежде посмотрел на миниатюрную девушку. Почему в мире испытания на свою долю получают только красотки в очках? Я ещё не полностью окреп после предыдущих событий, как уже погнался вступиться за миниатюрную потусторонку.

– Курияма не укрывает Масиро Юто, – на автомате произнёс я.

Стильный инспектор пожал плечами и усмехнулся:

– На каких основания ты это утверждаешь?

– Потому что я считаю, что Масиро Юто не виновен.

– Наша работа – устранять опасность. Мы не можем судить по чьему-то мнению. К тому же ты не потусторонец. Ты суёшь свой нос в чужие дела, даже не зная законов ассоциации.

Я конечно знал, что мои слова будут легко отвергнуты. Однако, не думал, что они так разозлят инспекторов. Если потусторонцы должны сами заниматься своими потусторонними делами, то спором должны заниматься те, кто в него вовлечён.

– Тогда я ещё меньше стала уверена в вашем решении. Я никогда не слышала о законе, который запрещает возможность сокрытия или даже само сокрытие. Если вы намереваетесь взять эту девушку под стражу, то я буду вынуждена обратиться напрямую в ассоциацию. Вы же меня не остановите?

В ответ на замечание от Мицуки, инспектор в кимоно положил руку на рукоять меча. Нить напряжения внезапно натянулась. Сердитые взгляды Фудзимы Мироку и Насе Хироми были направлены друг на друга.

– Успокойся, Мицуки!

– Перестань, Укё!

Два выкрика смогли немного снизить градус напряжения.

Увидев, что инспектор убрал руку с рукояти меча, Хироми выдохнул с облегчением. После такой напряжённой ситуации женщина в чёрном даже не двинула бровью. Неясно, привыкла ли она к подобным выходкам или просто была безэмоциональной.

– Прошу прощения за моих суровых подчинённых. Мы не намерены идти на конфликт с Насе и просим глубочайшее прощение за угрозу вашей сестре. Можете ли вы, Хироми, высказать нам своё мнение об инциденте, как руководитель Насе, или хотя бы, как один из свидетелей?

– У меня есть два мнения, которые я вам сказать: одно дружеское, другое враждебное. Какое из них вы хотите услышать?

– Давайте дружественное.

– Не очень удобно иметь вспыльчивого родственника. Я предлагаю просто забыть о том, что сейчас произошло.

– А что было враждебным?

– Если вы хоть пальцем тронете Мицуки, то это перерастёт в полномаштабную бойню. Живыми из клетки вы не выберетесь, – его голос был спокоен, но в глазах был, будто виден, бог смерти.

Инспектор в стильной одежде без шуток вздохнул, услышав намерения Хироми. Даже я, с которым ничего нельзя сделать, вдруг почувствовал себя в безопасности после его слов.

– Видимо слух оказался правдой.

– Слух?

– Насе Изуми очень волновалась, что мы наведается к вам. Если я правильно помню, Насе Хироми очень дорожит близкими. Но слухи бы не пошли, если бы вы не ставили отдельных личностей выше желаний организации.

– …

Опровергать было нечего. Хироми промолчал. Даже меня и Курияму, с которым он совсем немного знаком, этот идиот поддерживал из тени, игнорируя договор о ненападении между кланами Насе и Масиро.

По сравнению с Насе Изуми, которая ставит интересы клана выше собственных, Хироми кажется очень милым и добрым человеком.

– Всё будет нормально, если я соглашусь с вашими требованиями? – спросила Курияма.

– Конечно, – подтвердил Фудзима Мироку.

Я не мог не окликнуть её:

– Курияма.

– Не волнуйся. Пока они не найдут причастность Юто к произошедшему, меня не тронут.

– Погодите! Это единственный сдерживающий фактор? – черноволосая девушка сурово спросила инспектора.

– Она сама согласилась. Её никто не принуждал.

– Это беспредел! Не молчи, брат, скажи им что-нибудь!

– Мицуки, я ничего не могу сделать, если это добровольное решение.

– А? Добровольное? Если я тебя изобью, и ты мне своими руками отдать все свои деньги, это тоже будет добровольно?

– В любом случае, успокойся.

– Наша задача состоит в том, чтобы обезопасить Курияму Мирай. Нам уже пора идти. У нас нет времени на ваши ссоры.

Трое инспекторов вместе с  миниатюрной девушкой покинули клубную комнату. Мне оставалось только ошеломлённо смотреть в дверь. Через некоторое время Мицуки озвучила гипотезу, которую составила у себя в голове:

– Ассоциация очень хочет, чтобы Минегеши Майя вышла на связь с Куриямой Мирай, потому что не могут её поймать. Они попытались найти её сообщника. Но Курияма естественно не имеет к ней никакого отношения. И вот они задержали Курияму. Надеюсь она прости меня за мою беспомощность. Я не знала, что делать.

– За… что? – я издал голос, который, казалось, исходил из глубин моей души.

– Это было что-то вроде меры предосторожности, но они и правда могут решить, что Курияма сможет связаться с Масиро Юто. Даже если сейчас она пошла с ними добровольно, то после начала расследования она окажется на допросе в тёмной закрытой комнате. И они заставят её говорить. – начала рассуждать Мицуки.

– …

– Вероятно, это может быть намного суровей, чем ты себе представляешь, Акихито. Её могут заставить говорить ложные заявления, угрожая, или того хуже накачать веществами, чтобы под ними она связалась с Масиро Юто.

Когда я это услышал, мои глаза потемнели. Я представил:

«Курияма, связанная по рукам и ногам, сидит на стуле и даже не может двигаться. Инспектор довольно улыбается и снимает с неё очки. Игнорируя девичьи крики, они по очереди надевают их и смеются. Они оскорбили и опорочили её очки в красной оправе!»

–  Её могут пытать в тазике с водой или просто увечить.

– Очки… очки… в очках… в тазике… увечия… что за изуверы!

– Акихито, очки в разговоре не фигурировали.

– Я не хочу этого слышать! Просто скажи мне, ты можешь спасти Курияму?

– Акки, бегство – вот настоящее искусство.

– Важно, насколько болезненно это искусство.

– А… конечно… наверно это важно.

– Кстати, братик…

Мицуки посмотрела на Хироми просящим взглядом. Более того, она выдавила пару слёз, чтобы разжалобить своего брата. Это точно её злодейские замашки.

– Не важно, как сильно ты будешь просить, я не смогу помочь, – отрезал Хироми.

– Знаю я.

– Тогда тебе стоит оставить это.

Я обратился к Мицуки, которую только что отшили:

– Попроси Хироми! Помоги Курияме!

– Акихито, успокойся, – остановила мои крики черноволосая девушка.

Старшеклассник приблизительно обрисовал мне вариант того, что я могу сделать.

– Пройди испытание для воинов потустороннего мира. Если получишь хотя бы такие же оценки, кик у Мицуки, то сможешь оспорить факт заключения Мирай-чан самостоятельно, а не прячась за спиной Насе, – произнёс Хироми, собрал свои вещи и ушёл.

Мицуки достала из своей сумки планшет. Я не видел, чтобы она пользовалась им в повседневной жизни, так что, вероятно, это был рабочий планшет потусторонца.

– Подожди минутку.

Мицуки вставила странный аксессуар в USB порт устройства. На конце аксессуара был разъём, так что в него можно было вставить лицензию воина потустороннего мира, которую она тоже вытащила.

– Я покажу тебе информацию об одном потусторонце.

Как стало понятно из сказанного, на экране отображалась информация похожая на то, что было в бумажной лицензии. Черноволосая девушка отыскала нужного человека.

[Имя] Ниномия Шизуку

[Пол] Женский

[Наступательная сила] 4

[Защита] 4

[Стойкость] 4

[Сила удара] 4

[Выносливость] 4

[Психоустойчивость] 4

[Интелект] 4

[Духовная сила] 4

[Авторитет] 4

– Хм. Все четвёрки?

– Да, в этом вся суть, – радостно вскрикнула девушка и посмотрела прямо на меня. – Ты помнишь, Курияма говорила, что шестьдесят процентов от общего числа потусторонцев имеют третий ранг. Это значит, что между верхней и нижней границей четвёртого ранга очень большой разброс. Это слухи, но по большинству пунктов Нино должна иметь пятый ранг. И лишь по нескольким четвёртый, что уже не выглядело бы так странно. Есть подозрения, что она специально изменила свои всё на четвёрки.

– И что это значит?

– Если у потусторонца есть пятый ранг, то оплата за его работу резко возрастает. Но это также значит, что количество работодателей неизбежно упадёт, хотя работа будет та же самая. Поскольку Нино нравится выполнять разные интересные заказы, с её стороны было верным решением расширить круг запросов, а не размер вознаграждения. Хотя когда потусторонца нанимают, уже предполагают его уровень способностей.

– Хм.

– Что ж. Мне надо было связаться об этом с Нино.

Закончив с рассказом, Мицуки начала что-то писать в планшете. Она вводила что-то вроде серийного номера, указанного в лицензии потусторонцев. После отправки сообщения она рассказала о своих ближайших планах.

– Я собираюсь подать жалобу на Нино. Если всё пойдёт по плану, то я поговорю с ней завтра. Я беспокоюсь за Курияму и не смогу приходмить в клуб пока не разберусь с этим. Поэтому когда с датой и временем будут определены, я свяжусь с тобой.

– Спасибо. Я благодарен.

В конце концов, этот день был одним большим потоком неудач и проблем.

Дата и время: вторник, 10 мая, 15 мая.

Место: восьмое отделение Ассоциации Потусторонцев.

В электронном письме, которое я получил накануне была указана лишь самая необходимая информация. Может быть я так подумал, потому что привык читать напрасно растянутые предложения. Хотелось бы пошутить, но сегодня было не до шуток.

Сообщив в школу о простуде, утром я отправился в отделение Ассоциации Потусторонцев, указанную в письме. Возможно теперь меня можно назвать любителем активного отдыха. Пятиэтажное здание было видно уже издалека. Железными символами было написано: “Восьмое отделение Ассоциации Потусторонцев”.

– Это первый раз, когда йому так открыто пришёл сюда.

Когда я проходим через ворота, ко мне подошла женщина в чёрном. Мне уже было знакомо её лицо, немного прикрытое вышитым чёрным зонтиком. Это теретий из инспекторов – Эйсуй Кикё.

– Обсуждение по новичкам начинается в десять часов. Я слышал, что вы можете присутствовать нём, разве не так?

– Можешь выдохнуть с облегчением, я лишь охраняю вход, чтобы никто чужой не мог войти.

– Это потому, что вы повесили такую большую вывеску, от чего проходящие мимо заходят поинтересоваться?

Люди верят только в то, во что хотят верить, а не в истину. Здесь нет никого, кто не связан с потусторонним миром. Лишь изредка заходят потерявшиеся прохожие.

Здесь нет никого, кто не связан с потусторонним миром! По другому и не скажешь. На самом деле я хорошо знаком с платёжным барьером, который выставили вокруг себя потусторонцы. Чего стоит один прайс-лист у Аяки. Поэтому большие и дорогие знания в городе воспринимаются обычными людьми, как несуществующие.

– Точно.

Ничего плохого не произойдёт, если я буду вести себя дружелюбно. Поэтому я осмелился спросить потусторонку:

– Вы не знаете, где будет проходить дело по Курияме Мирай?

– Ты можешь посмотреть на доске объявлений во дворе. Ну либо посмотреть на новеньком терминале, который стоит рядом. Правда если у тебя его нет, и ты так и не разберёшься, то можешь обратиться к дежурному поблизости.

– Спасибо. Вы очень помогли, – я поблагодарил женщину и пошёл к зданию.

С помощью терминала я нашёл номер нужного мне кабинета и посмотрел, как к нему пройти. Как только я поднялся по лестнице, сзади меня окликнул неожиданный голос:

– Акки.

– Ты что знаешь, где я сегодня нахожусь? – спросил я.

– Проверять, чем занимается Мицуки тоже часть моей работы. И так получилось, она искала информацию по делу Мирай-чан.

– Мне как то уже не по себе от этого.

– Все организации похожи друг на друга. Белое становится чёрным и наобород из-за деловых обстоятельств. Понимание, как устроен делооборот – это ключ к основам управлению организацией.

Несмотря на разницу в возрасте всего лишь в один год, реальная разница между мной и Хироми подобна разности между ребёнком и взрослым. Я не знаю, результат ли это его управленческой практики, но в любом случае я чувствую себя более жалким, чем есть на самом деле.

Внезапно я заметил красивую женщину в костюме, опирающуюся спиной о стену. Я почувствовал, что атмосфера вокруг была не такой, как обычно, но сказать точно, что не не так не смог бы. Надо было поздороваться с потусторонкой, которая по-видимому играла немаловажную роль в спасении Куриямы.

– Нино, спасибо, что решили уделить нам сегодня своё время.

– О, это Камбара и Хироми. Как приятно видеть мальчиков, идущих вместе.

– У тебя есть что-то весомое, что можно им сказать? Какой нибудь козырь в рукаве? Не очень хочется идти туда неподготовленным.

– Хоть иногда доверяй своей сестре! Тебе не стоит волноваться, просто наблюдай, как я их всех вокруг пальца обведу. Счастливый цвет сегодняшнего дня – чёрный, как цвет соевого соуса. Чёрные волосы нам сегодня пригодятся. Представь, Мицуки покрасит Мирай-чан в чёрный цвет, и всё будет хорошо.

Очевидно, что Нино ведёт себя, мягко говоря, странно. Ощущения, что она изрядно выпила сегодня. Хироми, обладая большой проницательностью, похоже тоже пришёл к такому же выводу, что и я.

– Ты пьяна?

– Ничего подобного!

– Хорошо. Кстати, а где Мицуки? – похоже Хироми решил не напирать на Нино.

– Она отошла попросить копию материалов по делу. Думаю она скоро вернётся. Насе ведь не имеют отношения к этому делу?

– Да. Я просто волновался, потому что её здесь нет, – сказал старшеклассник и пожал плечами.

Красивая женщина в костюме вздыхает и отходит от стены. Возможно она решила смириться с чрезмерным волнением Хироми о сестре.

– Нино.

– Что?

Нино оглянулась с раздражённым видом. Хироми указал ей на копну её длинных волос, слипшихся на спине.

– У меня так каждый раз после сна.

– После сна?

Красивая женщина взъерошила свои волосы у себя на голове и как будто так и надо сказала:

– Эта причёска станет популярной в следующем году, ты разве не знаешь?

– А?

– Потому что я сделаю её популярнойю

Оставив такое странное заявление, Нино ушла. Мы с Хироми не нашли слов, чтобы её ответить, поэтому просто проводили её взглядом.

– Давай просто подождём внутри. Чего стоять в коридоре.

Мы с Хироми вошки в кабинет. Зрительские места были выставлены в ряды. Перед ними стояла перегородка. За перегородкой стояли несколько длинным столов и стульев. А за ними чуть возвышающиеся места для членов комиссии по расследованию.

– И где нам можно сесть?

– Можно, где захочешь.

– Тогда давай сюда.

Мы с Хироми заняли места в первом ряду для зрителей. Несмотря на то, что дело было весьма серьёзным, зал оставался пустым до последней минуты. Фудзима Мироку зашёл в зал и сел за длинный стол с левой стороны. Вслед за ним зашли Мицуки с Нино и сели в противоположной правой стороне. Курияма сидела вдали под надзором неизвестной мне потусторонки. Молодой человек, похожий на секретаря, объявил, что комиссию по расследованию возглавит один из старших воинов потустороннего мира.

– С этого момента начинается обсуждение по делу номер двести восемьдесят семь.

Нино, Мицуки и Фудзима Мироку встали и поприветствовали старшего инспектора. Сначала были оглашены все факты по этому делу, а затем вынесен на обсуждение вопрос об обоснованности причин задержания.

– Путём допроса подсудимого я докажу, что обвинения не являются необоснованными.

– А вы будете ответчиками?

Нино и Мицуки одобрительно кивнули в ответ на вопрос старшего инспектора. Курияма и её наблюдательница пересели на места рядом со следственным комитетом. Фудзима Мироку начал задавать вопросы. Началась судебная драма, которую раньше я видел только телесериалах.

– Когда вы познакомились с Масиро Юто?

– Как я помню это произошло ещё до поступления в начальную школу.

– Вы отдалились друг от друга, перейдя в старшую школу?

– Нет. Мы ходили в один класс до середины средней школы.

Это был обычный сеанс вопросов и ответов. Я, насмотревшись фильмов и начитавшись книг, ожидал, что суд окажется более захватывающим. А лучше сказать ужасно скучным.

– Это весьма долгие отношения. В моём окружении есть лишь пару человек, которые сохранили связи с людьми после младшей школы.

– К чему копаться в истории, – возмутилась, нет, не Мицуки, Нино.

– Господин инспектор, вам следует сузить круг вопросов, – незамедлительно заявил член комиссии.

– Слушаюсь.

Стильный инспектор сразу перешёл к основному:

– В таком случае расскажите нам, когда вы потеряли контакт с Масиро Юто. Если бы вы не могли связываться друг с другом, то в ваших давних отношениях всё пошло бы по швам.

– Это… – миниатюрная девушка стала задыхаться во время слов.

Может ей всё это напомнила о смерти Инами Юи в прошлом году? Даже сейчас, когда главный виновник, клан Масиро, перестал творить зло, скорбь, лежащая глубоко внутри, никуда не делась.

– Это?

– Это было около двух лет назад.

– Вы можете назвать конкретную причину? Что побудило вас прервать связь с ним два года назад?

– … – девушка молчала.

Я не мог сидеть молча и смотреть, поэтому я тряхнул плечом сидящего рядом Хироми. Я тихонько, но на эмоциях спросил его:

– Разве мы не должны начать возражать?

Красивый потусторонец покачал головой из стороны в сторону и сказал:

– Это только испортит впечатление у комитета.

– Создаётся впечатление, что Мирай-чан молчит из-за Масиро Юто.

– Курияма… ты же можешь говорить?

Сложилось ощущение, что она вообще перестала думать.

Как объяснить всем этим людям, что эта добрая девушка ни в чём не виновата.

– Акки, Мирай-чан намного сильнее, чем ты думаешь. Так что сиди смирно, будь мужчиной, – Хироми сказал об этом так, будто всё уже знал сам.

Через некоторое время Курияма заговорила виноватым тоном:

– Два года назад мы с Юто были учениками Инами Юи. На нас напала Тень Пустоты. Мне удалось отбиться от неё, но… я не смогла спасти Юи. После этого инцидента мне пришлось прервать отношения с Юто.

– Почему? Разве не было бы правильней поддерживать тесный контакт друг с другом, будучи друзьями, оплакивающими смерть учителя. Почему вы отдалились друг от друга после смерти Инами Юи?

– …

– Что-то не так?

– …

– У тебя будут проблемы, если не ответишь.

– Всë потому, что… я убила Инами Юи, – объявила миниатюрная девушка.

Она не смогла простить себя и забыть прошлое. Она не смогла помочь своей старшей подруге и запечатала память о содеянном глубоко в сердце. Реальность слишком жестока по отношению к ней.

– Вот как. Отношения между вами рухнули после смерти Инами Юи, – наиграно разочаровавшись, сказал Фудзима Мироку.

Он что-то задумал дальше. Нино и Мицуки тоже заметили его игру и стали следить за каждым движением инспектора.

– Тогда почему вы снова вышли на контакт с ним.

– Наши отношения не восстановились.

– Это не ответ.

– …

– Я изменю вопрос. Скажите, зачем вы связались?

– Я получила запрос на выполнение работы от Юто…

– Когда и какой запрос вы получили?

– Уже прошло достаточно времени! – возразила красивая женщина в костюме.

Стильный инспектор тут же ответил:

– Мне необходимо знать причину!

– Я отвечу, – смиренно произнесла Курияма, не смотря на попытки Нино защитить еë. – Этой весной Я получила запрос на усмирение Тени Пустоты.

– Вы были в недоумении, когда с вами связался Масиро Юто, с которым вы не общались уже как два года? И не то что связался, а попросил усмирить Тень Пустоты. Вы не подумали, что это какое-то недоразумение?

– …

Об этом не надо было спрашивать. Это было то время, когда Курияма приехала сюда и думала, что должна умереть. Масиро Юто планировал отомстить руководству своего клана, чтобы отомстить за смерть Инами Юи. А Курияма ничего этого не знала и думала, что это она являлась целью его мести.

– Подсудимая воительница потустороннего мира, ответьте на вопрос, – нарушил долгое молчание пожилой инспектор.

Курияма медленно подняла голову, которую всë это время была опущена.

– Я думала, что Юто хотел меня убить.

– Почему вы так решили?

– Когда он сообщил мне, что йому, с которым мне надо было иметь дело, это Тень Пустоты, я сразу подумала, что это пожалуй самый удобный для мести йому, если он хотел, чтобы я испытала всë то же самое, что и Юи. Ни о чëм другом я не думала.

– Неужели гнев Масиро Юто был направлен не только на Тень Пустоты, но и на вас, убившую Инами Юи?

– Я так и думала, пока не узнала, что всë совсем не так.

– Хм… Я не понимаю. Вы считали, что вас может убить Масиро Юто. Но всë равно приехали сюда в ответ на запрос на Тень Пустоты?

– …

Даже я понял уже, что положение Куриямы стало опасным. Девушка была готова отдать свою жизнь Масиро Юто. И она не отказалась помочь своему другу детства. Если говорить правду, то Курияма очень добрая и самоотверженная девушка.

– Мы можем рассматривать молчание, как невозможность дать ответ? – обратился к комиссии Фудзима Мироку, не дождавшись ответа.

– Можно подвести, что зависимость Куриямы Мира от Масиро Юто может представлять угрозу для общества. Мы вынуждены держать еë под стражей до выяснения подробностей по происшествию со взрывом, – заключил инспектор и сел на своë место.

Нино встала со стула и начала свою линию защиты.

– Самопожертвование и привязанность похожи, и всë же не одно и то же. Курияма Мирай была в особом положении и, возможно, зависела от Масиро Юто, но их отношения иные, чем вы думаете. Они гораздо более конструктивные, – на это красивая женщина прервала свои слова и посмотрела на Курияму. – Масиро Юто убедил еë помочь ему. Но если бы Курияма Мирай захотела, еë бы сейчас здесь не было.

Наверное Нино имела в виду предложение побега от Масиро Юто. Курияма Мирай сделала сложный выбор, дав отрицательный ответ на слова: "Ты пойдëшь со мной?" Точный ответ я не помню, но она всë же здесь.

– Не слишком ли много домыслов?

– Ведь ваша риторика тоже была полна ими?

– Нам просто нужны доказательства возможных подозрений.

Нино вызвала оскал у Фудзимы Мироку. Но он прав. Отрицать правду достаточно легко, в то время как доказать правду весьма трудно. Для отрицания лжи достаточно одного хорошего аргумента, но для его доказательства потребуется с десяток против. И не важно сколько правдивых фактов было сказано.

Другими словами, практически невозможно доказать, что Курияма не в сговоре с Масиро Юто. Но инспектору достаточно доказать возможность еë причастия, чтобы осудить девушку. С самого начала было очевидно, кто находился в невыгодном положении. Красивая женщина растрепала своих волосы от злости.

– Вы не считаете, что любовь к близким – это не товар, который можно купить в круглосуточном магазине?

– И что дальше? – сказал с подозрением стильный инспектор.

– Некоторые люди в первую очередь думают о других, даже после расставания длительностью в два года, в то время как другие, прожив вместе несколько лет, оставляют записку и исчезают без следа!

– Господа адвокат, разберитесь в основных моментах.

– У меня тоже есть планы на жизнь! Если бы они шли по расписанию, то я бы просыпалась каждый день, видя как мой ребëнок спит в обнимку с моим мужем, и я обоих им бужу, щекотя за пятки. А к тридцати годам у меня бы появился второй ребëнок. Вот что я имею в виду. Мои семья и работа шли бы гладко. Но в реальности я пью в одиночестве и жалуюсь на развитие сюжета в вечернем сериале.

Для старшего инспектора это была неожиданность. Он смотрел на происходящее пустым непонимающим взглядом, будто голубь глядящий на горох. Фудзима Мироку тоже был ошарашен странным заявлением.

– Вы когда-нибудь думали о чувствах женщины, которую бросили, оставив записку: "Я отправился путешествовать по миру"? Хороших мужчин быстро разбирают. Если кто и найдëтся потом, то он окажется либо вдовцом, либо геем. И вот когда я подумала, что нашла симпатичного молодого парня, он оказался по уши влюблëн в собственную сестру!

Хироми закрыл рукой лицо.

– Что ж… адвокат… пожалуйста, воздержитесь от заявлений, не связанных с делом.

– Я говорю о том, что действительно имеет значение! У Куриямы Мирай и Масиро Юто была любовь, которой не суждено было существовать. Они оба имитировали ненависть друг к другу, хотя никаких причин для этого не существовало.

Нино, осознавшая, что себя надо контролировать, спросила:

– Дальнейшие высказывания будут восприняты как оскорбления ассоциации?

– Что ты вообще несëшь!

Мицуки подкралась к Нино сзади и приставила нож к еë затылку.

– Госпожа Ниномия не хотела оскорбить ассоциацию. Она хотела показать, как нелепо задержание подсудимой. И теперь я хотела бы представить вам доказательную базу.

Поскольку у Мицуки красивая форма лица, сделав серьëзное выражение и слегка приподняв уголки рта, она производила впечатление умного человека. Лично я предподчëл бы, чтобы она ещë надела очки, но раз на кону стояла судьба Куриямы, то я решил на этом не акцентироваться. Мицуки взяла в руки пачку бумаги, лежавшую на столе.

– Согласно архивным материалам, за последние десять лет было зарегистрировано тысяча двести пятьдесят шесть случаев задержаний. Но поскольку причиной были не действия, произведëнные самим задержанным, их освобождали, не смотря на возможность сокрытия причастия. Решения об освобождении принимались на стадии задержания, без судебной процедуры раскрытия обстоятельств, – черноволосая девушка открыла папку и продолжила говорить, пристально глядя на документы. – За десять лет было фактически задержано только сто двенадцать человек. Но и при том они были в основном иностранцами. Во всех остальных тысяча сто сорока четырёх случаях задержанные были тут же освобождены. К тому же только двенадцать из них были рангом “четыре” и “пять”. Мне не известно присутствует ли в этом некая предвзятость к более высшим рангам, но одно ясно точно: задержание Куриямы Мирай абсолютно точно необосновано.

Вдруг выражение лица инспектора стало мрачным. Это был не гнев по отношению к Мицуки, но беспокойство по поводу тенденции приведённой статистики. Даже если до этого комиссия была настроена на обвинительный приговор, то теперь подобный вариант неожиданно оказался дискриминирован.

– Когда я была маленькой, то постоянно хотела всё, что было у моей сестры. Я хотела её одежду, её куклы и прочие другие безделушки. Однако, если она давала мне что-то из этого, то впоследствии эта вещь оставалась у меня. Но она быстро мне надоедала и я выбрасывала её. И я даже не чувствовала себя виноватой за такое.

Мицуки резко оборвала свои слова и посмотрела прямо на инспектора.

– Сейчас я понимаю, что вела себя нехорошо и даже испытываю чувство вины. Теперь вы понимаете, что все потусторонцы должны иметь право на справедливый суд? Ваши предвзятые обвинения стоит опустить, – черноволосая девушка пожала плечами и покачала головой. – И где справедливость?

Ни старший инспектор, ни стильный инспектор не смогли ничего сказать в ответ.

Комната ожидания после заседания.

– Интересно, поможет ли это?

Мицуки села в кресло и глубоко вздохнула. Она сделала пару глотков чая из пластиковой бутылки и снова вздохнула. Возможно она нервничала больше, чем казалось со стороны.

– Должно сработать. Инспектора явно обеспокоены. Они не смогут признать, что относились с предвзятостью к этому делу. Возможно, они уже сейчас отпустят Мирай-чан, и мы на этом закончим.

Хироми оптимистично обрисовал сложившуюся картину. Однако его сестра решила сгустить краски:

– Не думаете, что это слишком оптимистично? Мы просто использовали документы, которые Нино вообще изначально взяла, чтобы использовать в других целях. Как уже сказал мой брат, я хотела показать инспекторам их собственную предвзятость. Но разве это факт? Существует лишь вероятность, что они были предвзяты, и только тогда они освободят Курияму, признав это, независимо от правдивости моей информации. Вот что будет реально плохо: если они узнают правду, которую им знать не следует.

– Ты обманула  инспекторов, выдирая факты из контекста?

– Твои слова могут ввести в заблуждение. Если бы я была уверена, что они будут судить справедливо, то мне пришлось бы запросить материалы дела и подать заявку на установление фактов. Но в данном случае я решила просто указать на их предвзятость, – призналась Мицуки с лукавым лицом.

Через некоторое время дверь комнаты ожидания открылась.

– Ха-ха! Ниномия Шизуку! Я вернулась, – она безумно поприветствовала нас, подняв одну ногу. Не думаю, что ей было удобно сделать это в юбке.

Хироми чувствовал себя неудобно, поэтому сказал: “Пойдём купим попить”, – и вывел меня из комнаты. По пути красивый потусторонец высказал своё мнение о Нино:

– Из-за своей красоты и потусторонних способностей Нино много думает о себе и ставит себя выше большинства. Можно наверное сказать, что она уважает себя как женщину. Она не может связать себя с кем-то, кто ниже её по статусу. С мужчиной, который не такой же совершенный как она или даже хуже, Нино будет очень трудно построить любовь.

– Разве Нино из тех, кого заботит собственный статус?

– Она конечно не смотрит на окружающих свысока, но она и сама понимает, что у неё получатся долгосрочные отношения с человеком не её рангом. В принципе, все женщины сортируют потенциальных партнёров по статусу. Разве не так?

– Интересная мысль. Она ведь и вправду весьма красивая женщина.

– Акки, ты разве способен хвалить девушек без очков?

– Ну, мне не чуждо чувство эстетичности внешности. Вот ты обычно разве говоришь, что Мицуки красивая и милая? А то что ты начал классифицировать Нино как девушку, не смотря на возраст, это нормально?

– Разве не нормально называть её девушкой, когда она положила на меня взгляд? Я бы мог бросить учёбу и взять ссуду, чтобы купить дом.

Мы купили напитки и, когда уже почти дошли обратно до комнаты ожидания, услышали доносящиеся оттуда голоса. Хироми поднёс к губам палец: “Тихо”.

– Пожалуйста, возьми себя в руки!

– Мицуки-чан, ты всё поймёшь, когда вырастешь. Почему потусторонки вынуждены в итоге оказаться с разбитым сердцем?

– Ты чего? Всё не так.

– Ты правда так думаешь?

В комнате раздался вдохновенные голос:

– Нино, ты смотришь “Шальную эскадрилью подростков”?

– Шальная эскадрилья? Даже не слышала. Это какое-то утреннее аниме?

– Нет, ночное.

– … не ожидала от тебя, – Нино явно подумала о чём-то не очень приличном.

– Жёлтая обычно появляется с фразой: “Что тут происходит?” Она очень красивая и успешная женщина, прямо как ты, Нино. Из всех положительных героев она мне нравится больше всего, и, возможно, она даже списана прямо с тебя.

– Спасибо тебе за поддержку, но, в конце концов, мужчин интересуют только школьницы.

Нино взрослая женщина, но мыслит такими стереотипами.

– Разве это не предубеждение?

– Ты думаешь их интересуют помоложе, из средней школы?

– Нет. Почему ты вообще идёшь на понижение!?

Это было шокирующе. Я не знал, что Нино так зациклена на возрасте.

– Мицуки-чан, я напугана. Будь осторожна, когда тебе попытаются разбить сердце.

– Я не знаю других потусторонцев, которые так же, как ты, разделяют общественную и личную жизнь.

Наступила недолгая тишина. Похоже кому-то из них позвонили на телефон.

– Да. Изуми? – зловещее имя было произнесено устами Нино. – Вечеринка для руководителей? Хм… да… конечно. Завтра вечером? Так скоро? Конечно… Это шутка? Подожди, я обязательно приду! А… моего парня? Ты разве не знаешь, что я одна? А, тот случай? Забудь. Хорошо. Я с нетерпением буду ждать завтрашнего вечера.

Звонок не успел закончиться, как дверь неожиданно открылась, подведя нас. Мы с Хироми упали из дверного проёма в комнату. Но похоже красивой женщине, похоже, было всё равно.

– Я ещё позвоню тебе.

Нино торжественно вышла из комнаты, перешагнув через нас. Хироми встал с пола и спросил Мицуки:

– Что это было?

– Нино говорила с сестрой Изуми. Потом она сказала: “Я позвоню тебе, когда буду одна, отложим это на потом”. Я не уверена, но кажется ситуация не очень хорошая.

– Изуми хочет всё контролировать, – ответил я и пожал плечами.

– Я думаю, мы и так знаем сильные и слабые стороны друг до друга. В конце концов мы часто устраиваем чисто девичьи вечеринки.

– О… Я не знал. Мне казалось, что Изуми это такая одинокая императрица. Не думал, что она с кем-то общается.

– Я опечалена, что вы подслушивали.

– Позволь мне оправдаться.

– Если не сможешь, я тебя накажу.

У меня появилось неприятное предчувствие.

– Только не говори, что ты снимешь очки или убьёшь Курияму.

– Как ты можешь ставить смерть и очки в один ряд?

– Разве не понятно, что мир без очков мёртв?

Мицуки согласилась, но кинула на меня презренный взгляд.

– Хорошо. То есть всё нормально пока я не сниму очки?

– Ты всё-таки собралась снять очки!

Она злодей! Мицуки демонстративно подумала взявшись за подбородок рукой.

– Почему бы мне не сказать Курияме, что ты мне сказал: “Параметры идеальной девушки: девяносто пять, пятьдесят два, семьдесят восемь”?

– Для чего ты так хочешь её расстроить!? Даже если Курияма будет прыгать изо всех сил, не получится разглядеть и малейшего движения её груди! Как тебе в голову вообще пришла такая мысль!?

– Мне кажется, то, что ты только что сказал, звучит намного обиднее для девушки. Курияма очень сильно расстроится, если узнает, что даже такой эксперт как ты не в силах ничего там у неё разглядеть.

– Хватит об этом говорить!

Я сожалел, что сделал по сути аналогичное с Мицуки замечание. Однако тот факт, что мы начали говорить о всяких глупостях, говорил, что, вероятно, Мицуки уже не обижается.

Примерно через пятнадцать минут пришёл работник:

– Комиссия по расследованию вернулась, пожалуйста, пройдёмся обратно в зал заседаний.

– Они так быстро. Может быть решили освободить Мирай-чан из под стражи?

– Мне кажется или ты слишком оптимистичен?

Черноволосая девушка решила объяснить мне оптимизм своего брата:

– Если принимаемый результат как-то наказывает подсудимого потусторонца, то его обычно долго обсуждают, но в ином случае результат оглашают раньше. Особенно в случае, когда принимают решение о заключении, обсуждение проходит долго.

– Ну… тогда всё в порядке.

– Нино успокоилась, и я думаю мы тоже можем немного выдохнуть.

Три человека вышли из кабинета для совещаний. Мы сидели на тех же самых местах, что и в начале заседания, и ждали оглашения результатов. Прежде чем старший инспектор успел открыть рот, Фудзима Мироку провозгласил:

– В результате тщательного изучения приведённых фактов, мы пришли к выводу обратиться за их вещественным подтверждением.

Это был самый ужасный и неожиданный результат. Воздух в комнате застыл.

Третья глава

Готовый перевод 境界の彼方 / За гранью: Том 2. Третья глава

Я делал пересадку на другую электричку, стремясь попасть домой, в комнату, где я привык жить один. Ситуация сложилась так, что поделать с ней сейчас ничего было невозможно. Давайте вспомним на то, что произошло в зале ожидания, чтобы лучше понять произошедшее.

– Что это, чёрт возьми, было! – с этим эмоциональным возгласом Мицуки ворвалась в комнату ожидания, бросившись на Хироми.

– Пожалуйста, не бей меня.

– Я не смогу собрать нужные документы к продолжению заседания в два часа дня.

– Кое-что всё же можно сделать, – произнесла красивая женщина, сидящая в углу комнаты.

Из-за серьёзности сложившейся проблемы на её лице не было обычного легкомыслия. Но и у меня тоже было предложение:

– Мне пришла в голову хорошая идея. Я тоже попробую что-нибудь предпринять.

– Что ты собираешься делать?

– Я знаю одного воина потустороннего мира, на которого можно положиться.

Я специально избежал указания на имя.

Кондитерский магазин японских сладостей в тихом жилом районе. Рядом никого не было из-за поля отпугивающего людей. Приехал я сюда не ради сладкого, а потому что мне нужна была помощь потусторонки. Пока я жил спокойно, у меня не было и мысли сюда приходить. Какое же было счастье.

– Аяка, у меня важное дело!

Я вошёл в магазин и несколько раз позвонил в звонок. Я конечно понимал, что Аяка вряд ли пришла бы быстрее, но зато поняла бы, что мне срочно нужна помощь. Никто не вышел и поэтому я бросился в заднюю комнату магазина.

– Аяка… никого?

На входе была вывеска “Закрыто”, поэтому неудивительно, что её не было на рабочем месте. Однако я всё равно смутился. Шиндо Аяка никогда не отсутствовала, когда я приходил к ней. Я пришёл в магазин и ворвался в комнату Аяки без разрешения. Интересно, совпадение ли это? Сегодня очень необычный странный день. Единственное что мне хотелось узнать: “Почему именно сегодня?”

Я осмотрел комнату и вернулся к прилавку магазина. Я знаю, что спешка делу не поможет, но по реакции Мицуки и Хироми понятно, для Куриямы всё складывается очень плохо. Я хочу хоть что-то сделать, пока не произошло ничего страшного.

– А?

В дверном проходе появилась женщина, одетая в чёрное платье. В руке у неё был чёрный зонтик. Почему она пришла сюда? Появление инспектора из ассоциации только усилило мои опасения.

– Хозяйка отсутствует. Вам что-нибудь известно об этом?

– Известно, – сухим голосом произнесла женщина.

– Где она сейчас?

– Другие инспекторы забрали её в отделение ассоциации. Я и сама планировала вернуться к своей работе, но мне поручили проследить за тобой. И вот ты здесь.

Я показалось, что в её словах чувствовалось раздражение, но из-за абсолютно безэмоционального лица я не мог понять точно. В любом случае, из неё можно извлечь информация об Аяке.

– Почему её забрала ассоциация?

– Шиндо Аяку забрали, хотя и временно, потому что предполагают, что она связывалась с разыскиваемой Камбарой Яёй. Если у неё до сих пор остались каналы связи с ней, то это большая удача.

– Что!

Я был ошарашен. Моё тело перестало слушаться меня, и я не мог сразу собраться с мыслями. Аяка звала мою маму, чтобы усмирить Тень Пустоты? Непонятно, как именно она это сделала, но контакты точно могут выдать её положение. Это резко упростит поиски человека, который скрывается на протяжении многих лет.

– Ну… вы думаете, она сможет связаться с ней?

– Связь невозможна без согласия вызываемое стороны, поэтому нас интересует лишь средство связи.

– Тогда что грозит Аяке, если она и вправду связывалась с ней?

– Это серьёзное преступление – скрывать разыскиваемых потусторонцев. Её осудят, если она не примет условий сотрудничества со следствием в поимке Камбары Яёй.

«Если это так, то я потеряю одного из двух важных мне людей. Конечно её не убьют – это преступление. Но мне от этого не лучше. Они либо поймают мою мать, либо накажут Аяку.»

– Спасибо, что рассказали мне.

Я дал девушке мармеладку в глазури из упаковки, которую хотел подарить Курияме, когда её освободят.

– Бесполезно подкупать меня конфетами.

– Спасибо. Вы много рассказали мне. Не беспокойтесь об этом. Не буду заставлять своих товарищей ждать, так что вернусь поскорее к ним.

Девушка в чёрном схватила меня за руку, когда я уже вышел из магазина. Учитывая, что она столько рассказала мне, маловероятно, что она пришла сюда, чтобы задержать меня. Может ей что-то надо?

– Ты куда?

– Возвращаюсь в ассоциацию?

– Пойдём вместе? – предложила Эйсуй Кикё, прикусив губу.

– Хорошо.

Я хотел вернуться в ассоциацию потусторонцев как можно скорее, но я не мог позволить себе обидеть инспектора, который был так открыт со мной. Услышав моё одобрение, девушка легонько топнула и прыгнула. Сразу после этого мы взлетели. Это было больше похоже на парение в невесомости, чем на полёт в небе.

– Так будет намного быстрее, чем по земле.

– Может и так, но разве мы не слишком заметны?

– Всё нормально. Мы укрыти таким же полем, как магазин Шиндо Аяки, – по прежнему без эмоций произнесла девушка в чёрном.

Она не кажется мне плохой, но, должно быть, она та ещё чудачка. Да и я видимо чудак: меня волнует её безэмоциональность, а не то, что мы парим в небе.

– Как так получилось…

Хотя я и парил в воздухе, смотреть вниз мне не очень-то хотелось. Даже Аяка, у которой я пытался попросить помощи, оказалась задержанной ассоциацией. Получается теперь у нас стало на одну проблему больше. От одной мысли, как рассказать это Мицуки и Хироми, у меня заболела голова.

Мы приземлились на крышу восьмого отделения ассоциации потусторонцев, и я поблагодарил девушку. Когда я вошёл в комнату ожидания я увидел трёх, обсуждающих что-то людей. Нет, это были не Мицуки, Хироми и Нино. Это были Мицуки, Хироми и Фудзима Мироку.

– Что здесь происходит?

– Нам предложили сделку, – ответила мне Мицуки.

Стильный инспектор сразу добавил:

– Не волнуйся. Это предложение Ниномии Шизуку. Но ты в этой сделке лишний.

– То, о чём мы здесь говорим, не предназначено для чужих ушей. Поэтому мне придётся тебя изолировать.

Хироми внезапно изменился в лице и начертил в воздухе квадрат. В следующий момент мою грудь начало что-то сжимать, будто я попал в тесный металлический ящик. К тому же я почувствовал себя отделённым от внешнего мира.

Это полностью непроницаемая клетка, уникальный вид барьеров, с которым я сталкивался уже не раз. Это духовная сила, с помощью которой Насе создают непроходимые препятствия.

– Что это всё значит? Я не понимаю.

– Акки, почему ты думаешь только о себе? Мы не можем допустить, чтобы информация просочилась, – старшеклассник упрекнул меня в эгоизме.

– Может это отчасти и так, буду честен. Похоже, что потусторонка, на которую я хотел положиться, тоже попала в руки ассоциации. Мне кажется, что её попытаются казнить. Уж в такой перспективе и не знаю, что они могут сотворить с Куриямой.

– Акихито, когда я тебя слушаю, складывается ощущение, что катастрофа, в которой принимала участие Нино, была спланирована.

Фудзима Мироку, сохранявший до этого хладнокровие, вдруг пожал плечами.

– Я понимаю, молодой человек хочет воссоединиться со своей девушкой. Но все эти эмоции не могут доказать её невиновность, – по какой-то причине стильный инспектор, который до этого держался, вдруг разразился.

– Инспектор, который был против нас, вдруг решил помочь. Что такого Ниномия Шизуку могла предложить? Я вижу, вы можете договориться и без меня. Тем более я лишний. Может я тогда лучше уйду? У меня как раз есть, чем заняться.

– И ты не хотел бы узнать в чём состоит суть дела? – спросил Хироми, стоявший со скрещенными руками, облокотившись на стену спиной.

Конечно, мне нет смысла пытаться договориться, когда меня уже заперли в клетку. Стильный инспектор, похоже, смирился и продолжил разговор.

– Я хочу, чтобы вы обезопасили Минегеши Майю.

– Я конечно привык к неожиданным поворотам, но на этот раз не совсем понимаю, что вы имеете в виду. Вы хотите, чтобы Насе приютили здесь Минегеши Майю так же как Мирай-чан?

– Поначалу так хотели все инспекторы. Таков результат. Все инспекторы согласились, что должны произвести обмен на Минегеши Майю.

Мицуки подошла ко мне и тихонько спросила:

– С твоей потусторонкой, которую сюда забрали, все нормально?

– Не знаю.

Но я точно знаю, что за ситуация сложилась. В результате взрыва погиб член дома Масиро. Курияма была задержана по совершенно странному подозрению. И Аяка была поймана по сути за сотрудничество со мной. И всё это теперь в руках у Фудзимы Мироку. Вот так совпадение.

– Вы из руководства семьи Насе, вы хорошо знакомы с ассоциацией, её устройством и инспекторами?

– Конечно.

– Тогда вы помните, что Насе Изуми отказалась стать инспектором, верно? Это помешало нашему сотрудничеству. Верхушка ассоциации не хочет официально просить Насе обезопасить Минегеши Майю.

– И поэтому вы пришли к решению использовать Курияму в качестве заложника? – возмутился я.

– Не встревай в разговор.

Фудзима Мироку показательно вздохнул и затем извинился:

– Мне пришлось прибегнуть к подобным методам, чтобы уложиться в установленные сроки и сэкономить и без того небольшой бюджет. О том как извиняться я хотел уже подумать потом. Суровая реальность сотрудников среднего класса. У вас это не вызывает слёз?

– Меня не волнует ваша история. Вы действительно использовали Мирай-чан в интересах ассоциации?

– Неприятно признавать, но это так.

– Подождите минутку. Вы сделали весь этот долгий путь, чтобы защитить честь ассоциации? Не хотелось бы этого говорить, но это неразумно, – на этот раз к Фудзиме Мироку обратилась черноволосая девушка.

– Честно говоря, в этом деле было много деталей, с которыми мне было трудно согласиться. И я не собираюсь отказываться раскрыть причину. Поэтому я и попросил создать изолирующую клетку. Давайте без лишних слов? И я начну объяснение.

– Конечно.

Получив ответ от Мицуки, инспектор сел в кресло. Он достал из кармана сигарету и карманную пепельницу и спросил разрешение закурить. Черноволосая девушка с лицом полным отвращения одобрила просьбу. Фудзима Мироку зажёг сигарету и пустил фиолетовый дым.

– Перво-наперво ассоциация полностью игнорировала способности Минегеши Майи. Вы же слышали, что двое инспекторов, которые были посланы за ней сразу после объявления её в розыск, получили серьёзный отпор. На её поимку пустили ещё больше людей, но так и не поймали. И ещё у нас есть некоторая информация по ней.

– Почему со всей этой информацией, вы просите помощь у Насе таким окольным путём?

– Сейчас всё поймёте. Только, пожалуйста, посмотрите сначала это видео.

Фудзима Мироку поворачивает к девушке ноутбук, который он приготовил заранее. На экране была показаны сцена битвы между Минегеши Майей и потусторонцем. Хотя результат уже известен, её атакующие и защитные навыки впечатляли.

– Вот на что я бы хотел обратить ваше внимание.

Мужчина отмотал видео на момент, когда сереброволосая девушка стреляла в потусторонца, который подобрался к ней вне зоны её прямой видимости. Её левая рука, будто автоматически, направила пистолет прямо на цель и нажала на спусковой крючок. Поняв это Минегеши Майя развернула корпус и выстрельнула уже из пистолета в правой руке.

– И ещё вот это.

Сереброволосая девушка великолепно оглушила напавшего сзади ударом ногой с разворота. Она мгновенно наставила пистолет на голову упавшего, но, удостоверившись, что он потерял сознание, убежала. Уже после начала движения она, не смотря, выстрельнула в лежавшего.

– Это тоже важно.

Правая рука Минегеши Майи внезапно направила пистолет на потолок. Выстрел. Потусторонец на верхнем этаже закричал от боли и упал. Сереброволосая девушка быстро удостоверилась, что угроз больше нет, опустила руку и убежала.

– И ещё вот это.

Минегеши Майя стоит спиной к стене. Она производит шесть выстрелов подряд из револьвера. Только после того как пистолет был убран в кобуру, девушка начала двигаться.

– Если у вас есть какие-то вопросы, то задавайте, – сказал Фудзима Мироку, показав все видео.

Хироми с вдумчивым лицом задал вопрос, который наверное был самым важным и интересным:

– У неё есть несколько интересных приёмов. Но эта стрельба… Похоже на некое бессознательное движение. Может ли это быть связано её духовной силой?

– Способность к контратаке – бессознательная защита.

– Нет, это не контратака. Мы же видели сцены, где её бессознательные атаки были скомбинированы с осознанной атакой, – старший брат мягко развеял сомнения своей сестры.

Инспектор показал анализ видео:

– Первая сцена. Похоже, что левая рука Минегеши Майи держит пистолет и жмёт на курок независимо от намерений девушки. Второй выстрел явно сделан сознательно. Это без сомнений так. Подобное поведение было бы ненужно, если бы это была контратака. Следующая сцена. Удар ногой и выстрел. Предполагается, что выстрел был сделан бессознательно.

Фудзима Мироку положил сигарету в пепельницу.

– Выстрелы, которые она делает, не зависят от пистолетов. К тому же обойму ей приходится заряжать вручную. Это значит, что пистолеты не заряжены духовной силой.

– Если у вас есть информация, то говорите, не тяните. У инспекторов же не так много времени?

На какое-то время наступила тишина. Это не нежелание говорить. Нет. Скорее инспектор хотел повысить напряжение.

– Минегеши Майя всегда успевает использовать свои способности раньше оппонента.

– Это как?

– Все её духовные атаки работают на упреждение. Тем самым вторую и третью атаки она может произвести тоже только в ответ. Вероятно, это связано с техникой её учителя. Но таким образом комбинация стрелковых навыков и духовных способностей Минегеши Майи очень неэффективна.

– Это может привести к низкой оценке со стороны ассоциации, – заключил Хироми.

– Что ты имеешь в виду? – смутившись, Мицуки переспросила брата.

– Она направила пистолет прежде, чем её успели атаковать сзади. Удар со спины должен был быть неожиданным. Ты думаешь она сама догадалась, что кто-то её атакует? А? Если честно ассоциация ошибочно недооценила силу “первого удара”.

– Спасибо за анализ. Но если вы знали об этом, то почему не нашли слабое место?

– Слабое место?

Мы с Мицуки посмотрели друг на друга и тут же опустили глаза в пол. В конце концов такие вопросы надо оставить специалистам.

– Способность Минегеши Майи -это не контратака, а первый удар. Если битва не будет прервана, то она сможет воспользоваться способностью только один раз?

– Да. Именно поэтому клетка идеально подходит для противодействия ей.

Я понял к чему всё идёт и вмешался:

– Вы хотите использовать клетку, чтобы задержать Минегеши Майю? После того, как первая атака будет пережита, не составит труда побороть её в ограниченном пространстве.

– В двух словах именно так.

Это же плёвая работа для Насе. Но они не хотели сотрудничать с кланом официально. Это значит, что ассоциация хотела такую ситуацию, в которой Насе по собственной воле гнались бы за бешеным псом. Однако подобная сложная операция в судебном деле ассоциации не тривиальная задача.

– Неужели вы действительно задержали Курияму и Аяку, только чтобы не обращаться к Насе напрямую?

– Это не необоснованные задержания, если вы ещё не забыли. Всё же есть вероятность, что Масиро Юто снова выйдет на контакт с Куриямой Мирай, а Шиндо Аяка сможет связаться с Камбарой Яёй.

– Но если вы так считаете, не было бы логичным сначала задержать меня, сына Камбары Яёй?

– Мы знаем, что у вас нет возможности связаться со своими родителями. Инспекторы в первую очередь борются с намеренно нарушающими потусторонцами, ну, и йому получается.

– …

С Шиндо Аякой ситуация немного отличается от Куриямы Мирай. Независимо от того, как мы с вами сейчас договоримся, выпустить её немедленно не получится. Ассоциации потребуется гарант вашего добросовестного исполнения работы.

– Короче говоря, если вы не договоритесь с Насе, то на ком станет будущее Аяки?

– Это наихудший из вариантов развития событий. Мы надеемся договориться.

– …

Я поочерёдно посмотрел на Мицуки и Хироми. Первой отреагировала черноволосая девушка:

– Я не против…  но что насчëт тебя, братик?

– Я тоже непротив. К тому же из поимки Минегеши Майи Насе могут извлечь некоторую выгоду.

– Спасибо. Кстати, Хироми, вы не хотели бы стать инспектором?

– Это лишнее, если вы собрались расплатиться со мной таким образом. Я хотел стать к двадцати годам кандидатом в главу клана.

– Э… ты серьëзно? – удивилась девушка.

– А тебя это удивляет?

Мицуки уже ничего не смогла сказать в ответ. От наступившей тишины атмосфера в комнате накалилась, поэтому Хироми решил продолжить.

– Это не та должность, на которую можно баллотироваться. Если ассоциация порекомендует меня, то должно быть приму эту должность. Но я не могу стать инспектором прямо сейчас.

– Старший брат… ты что покинешь руководство семьëй?

– Если я останусь, то в будущем стану вторым человеком в руководстве клана. Сможешь ли ты мной гордиться, Мицуки, если я просто буду плыть по течению? Я вижу свою сестру, стоящую на самой вершине. Как старший брат, я хочу, чтобы это сделала ты. Если ты не сможешь соперничать с сестрой Изуми в виду еë врожденной ушлости, то преодолеешь еë опытом. Ведь так?

– …

– Может мы закрепим на бумаге наш договор, – устав от семейных разборок Насе, вмешался Фудзима Мироку.

– Мой брат безрассуден в своих стремлениях.

Оставив инспектора и Хироми подписывать бумаги, мы с Мицуки заранее направились к Курияме. По пути моя спутница с рерьëзным видом заявила:

– Я конечно являюсь прямой наследницей, но не думаю, что меня смогут признать даже как третьего человека в семье.

– Это правда. Сейчас всë складывается именно так. Но знаешь, как говорят? Под лежачий камень вода не течëт. Мицуки, пока ты не попробуешь, ничего не изменится.

– …Акихито…

– Ладно. У нас сейчас главное – это освободить Курияму.

– Да… я слишком накручиваю себя из-за будущего.

– Точно. Я кое-что забыл тебе сказать.

– Ты о чëм?

– Разве в недавнем взрыве действительно пострадал человек из Масиро?

– Ну он ведь был, когда я лежала дома?

– Но ведь после школы в пятницу у меня были проблемы с тремя инспекторами.

– Где? – раздражённо спросила Мицуки.

– Перед магазином, когда мы с Куриямой ходили за сладким для клуба.

– Это не совсем во власти Насе.

– Разве не странно, что они разгуливали по территории Насе незадолго до инцидента?

– Конечно! Вот только почему ты не сказал мне об этом раньше?

– Разве это не ты мне не поверила, когда я заговорил?

– А, – очевидно мои слова напомнили ей о том, что я тогда говорил.

– И всё же, почему ты не сказал мне об этом снова, когда схватили Курияму?

– Это также касалось и Куриямы.

Тот факт, что целью ареста был не я, а Курияма, тоже был не просто так.

– Кстати, могу я задать тебе вопрос, не связанный с темой?

– Какой вопрос?

– Ты когда-нибудь кому-нибудь признавался, Акихито?

– Ну я… не думал серьёзно об этом, – Это был неожиданный внеконтекстный вопрос для меня. – Я никогда не признался никому, потому что и не задумывался об этом.

– Вот как. Я тоже никому не признавалась.

“Что это значит? Она хочет, чтобы я ей признался. Не пойму,” – пролетело у меня в голове.

– Ну, в случае с тобой Мицуки, ты многое себе позволяешь, даже если никому не признавалась.

– Мне просто неприятно признаваться кому-то, кто сам не разобрался, что он чувствует.

Я почувствовал себя виновато. Я не хочу ей признаваться, остаюсь буквально на грани, потому что знаю, что это напрасно причинит мне боль. Надо отринуть чувства и продолжить.

– Тебе неприятно, что ты кому-то нравишься?

– Вовсе нет. Если кто-то не интересуется тобой как личности, но говорит, что ты ему нравишься, разве это не странно? Складывается ощущение, что ему нравится твоя внешность, а не ты сама. То же самое можно сказать и о статусе девушки. Понимаешь? Мне неприятно будет осознать, что со мной обращались будто с вафлями Баккуриман, в которых людям интересна наклейка, лежащая в упаковке, а не сама вафля.

– Может приведёшь другую аналогию! Сравни это с чем-то более актуальным!

– Прости. Продажа репринтов ведь совсем недавняя тема,не так ли?

– Эм… ты думаешь?

– Между прочим, вафли очень вкусные, если их немного подогреть.

– Не знал, что ты так любишь Баккуриман!

– Слушай, Акихито, не признавайся никому, если не уверен, что тебе нравится внутренний мир человека.

– Ну… может быть, ты права, Мицуки.

– Курияма без очков просто мале… Акихито, почему у тебя такой мёртвый взгляд?

– А? Всё в порядке. Я просто представил Курияму без очков.

Всё то время, что нам удалось провести наедине после выхода из зала ожидания, было потрачено на бесполезный разговор. В итоге к нам присоединились двое из зала, и мы пошли в комнату охраны, где находилась Курияма. Фудзима Мироку объяснил всю ситуацию двум потусторонкам-охранницам.

– Всё в порядке, – когда Курияма медленно приближалась к нам, я забыл о своей тревоге и облегчённо вздохнул.

Мицуки и Хирому взялись за грудь, будто тоже почувствовали облегчение. Понаблюдав за нашим воссоединением Фудзима Мироку внезапно сказал, что мы будем делать дальше:

– Шиндо Аяка содержится в подвальных помещениях. Я устрою вам визит от имени Насе, так что думаю надо пойти договориться об этом как можно скорее.

Красивый потусторонец объяснил миниатюрной девушке условия произошедшего обмена и подчеркнул, что единственный способ помочь Аяке – это продемонстрировать свою полезность в соответствии с условиями договора. Я подумал, что это слишком и обременит девушку.

– Я сделаю это!

– Если ты думаешь, что отблагодаришь нас за помощь, то не надо. Ты нам ничего не должна. Не волнуйся.

– Тебе безразлично, что произойдёт с ней? – угрюмо упрекнула меня Курияма.

«Недавно у меня появилось желание, чтобы меня отругала девушка, которой идут очки, и вот миниатюрная девушка передо мной исполняет его. Но если я сейчас покажу свою довольную ухмылку, то тут же получу на орехи от Мицуки.»

– Семпай?

– Нет, ничего. Я не хочу, чтобы ты, Курияма, делала что-то опасное. Но если я брошу Аяку, у которой я в неоплатном долгу, то всю жизнь буду упрекать себя за это и не смогу с былым энтузиазмом смотреть на очки.

– Ты верно подумал, что это круто звучит, Акихито? Но по общему мнению это звучит скорее кринжово. Разве не должно это решаться крутой фразой, что заставила бы плакать Соединённые Штаты.

– По моему очки более универсальны. И я не доверяю подобным фразам. Если хочешь заставить другого человека плакать, то это его не вдохновит, не воздействует непосредственно на мозг, только на слёзные железы.

– Акихито – непризнанный гений современности.

– Не хочу, чтобы это говорила мне ты, Мицуки!

– Почему бы наш сначала не сходить вниз? В отличие от Мирай-чан, Шиндо Аяка явно нарушила закон. Лучше разобраться с этим быстро, пока это не стало проблемой.

Хироми зрил в корень. Тут нечего было и спорить, ведь он был прав. Мы вчетвером отправились в подвал здания. Там нас встретил дружелюбный на вид мужчина средних лет, который работал местным смотрителем. Я представлял себе более жуткое и антисанитарное место, но тут на удивление оказалось аккуратно и комфортно.

– Я слушаю. Вы из Насе?

– Разве такой способ подтверждения личности подходит?

– Не волнуйтесь, здесь редко бывают незнакомцы.

Мужчина сидел за терминалом, держа одну руку на животе. Нажатия на устройстве сопровождались электронным писком. Круглая дверь впереди медленно открылась.

– Здесь содержатся задержанные, по которым ещё не принято официальное решение. Вы уж не серчайте.

Мы зашли внутрь небольшой тесной белой комнаты. В центре сидела прикреплённая к стулу женщина-потусторонка в смирительной рубашке. Было больше похоже на сцену из фильма. Мои ноги двигались сами по себе. Подойдя, я снял с аяки фиксирующее устройство.

– Аяка.

Она не ответила. Её усыпили лекарством?

– Аяка.

– А… Камбара?

Приоткрыв глаза, она узнала меня. Убедившись, что она пришла в себя, я объяснил ей условия обмена

– Жаль быть у тебя в долгу, Камбара, – пожаловалась Аяка.

– Мы пытались уговорить Курияму не вмешиваться, мы и так выполнили бы условия, чтобы освободить тебя. Но Курияма настояла, что поможет тебе.

Женщина-потусторонка легонько улыбнулась. Я понял, что она пыталась что-то сказать, и дал ей время проговорить:

– Это слишком большая плата. Не думаешь?

– Пожалуй соглашусь. Но спасти тебя можно только поймав Минегеши Майю. Тут уж ничего не поделаешь, даже если она сильно спрятана.

– Нет, нет. Я не о том.

Я объяснил ей чётко все условия, будто как в математике. Поэтому был бы благодарен, если бы она не стала задавать следующие вопросы.

– Ты хочешь, чтобы я рассказал тебе всё сейчас?(Акихито)

– Что ж, не могу же я так быстро избавиться от своих привычек. Ты можешь рассказать мне побольше об инциденте? Я не смогу успокоиться пока всё не узнаю.

– Может лучше я всё расскажу, когда мы тебя освободим?

– Даже не пробуй отвертеться. Я хочу узнать о произошедшем, пока не смешались разные мнения. Ничего ведь страшного не случится, если вы поймаете Минегеши Майю на часик позже?

Я не смог возражать, когда она так настаивала. К тому же, аналитические способности Аяки весьма высоки, если не безграничны, может она чего придумает. Я рассказал ей обо всём со дня, когда я первый раз встретил Минегеши Майю, до настоящего времени во всех подробностях.

– Тебе не кажется это странным?

– Что именно?

– Ты не понял, о чём я?

– Я спросил, потому что не знаю. Можешь мне рассказать, что ты поняла?

– Об этом не стоит говорить в ассоциации потусторонцев.

– А? – удивился я.

– Я говорю не про суд или задержания. Но почему вы не решили вести переговоры уже после того, как схватите Минегеши Майю? Легче было бы навязать им свои требования.

Мысль у Аяки была здравая. Но что я теперь могу сделать, когда мы уже договорились.

– Тебе не кажется что так у нас было больше шансов на сотрудничество?

– Конечно, многие инспекторы соблюдают данное слово. Однако в нынешней ситуации меня задержали, чтобы навязать вам условия обмена. Это нездоровые отношения. И почему вы заключили сделку секретно? Получается обнародование её условий кому-то будет невыгодно, – В раздумьях Аяка начала крутить глазами по кругу. – Если говорить по другому, то видимо есть некий смысл брать под стражу именно нас?

– Может быть и так, а может и нет. Можешь пока запомнить эту мысль?

– Хорошо. Не очень-то я доверяю ассоциации.

Я покинул комнату, оставив Аяку думать над ситуацией. Когда я вышел, Мицуки тут же бросила на меня взгляд, будто спрашивая: “Ну как она?” Хироми и Фудзима Мироку, казалось о чём-то говорили до того, как я вышел.

– Подожди.

Через некоторая время появляется Аяка, одетая в кимоно. Казалось, никто не почувствовал от этого дискомфорта. (Я не чувствую дискомфорта, когда иду на поле битвы, потому что привык к этому.)

– Приятно, что все собрались.

– Расскажите нам, где Минегеши Майя. Как нам к ней подступиться? – красивый потусторонец обратился к Фудзиме Мироку.

Конечно, они вряд ли потратили столько времени на кропотливый анализ и не выяснили самой важной информации. Они только сказали, что когда всё для битвы будет подготовлено, то они свяжутся с нами. Звучало убедительно, несмотря на стремительное развитие.

– Хотя мы собрали весьма много информации, о её местоположении нам не известно. Мы сможем это выяснить, если она даст о себе знать, но такой подход неприемлем для профессионального инспектора.

– У вас даже нет предположений?

– Судя по всему, Минегеши Майя скрывается на съёмных квартирах. Если нам удастся определить её последнее местоположение, то вероятно получится спрогнозировать будущие варианты мест проживания.

После этих слов я вспомнил о недавних событиях. Но нельзя было говорить об этом перед всеми.

– Хироми, можно тебя на минутку?

Мы отошли подальше, и я рассказал, что был дома у Минегеши Майи. Услышав это, Хироми на мгновение готов был ругнуться на меня, но он быстро пришёл в себя, и мы вернулись продолжить разговор

– Я могу действовать в одиночку, пока мы не получим от вас известие?

– Конечно. Но оставайтесь на связи. Хорошо?

– Мицуки я знаю, что ты будешь против, но можно попросить тебя остаться в стороне и в этот раз?

– Ты считаешь, что я буду тебе обузой?

– Нет. Не считаю. Просто есть такие ситуации, в которых нельзя быть вместе с близкими родственниками.

Черноволосая девушка наугрюмилась.

– Акихито ведь тоже не пойдёт?

– Нет. На этот раз я возьму с собой только Акки.

– Ага. Тогда я буду заниматься сбором информации с Куриямой.

Мицуки подошла к младшекласснице и прошептала ей что-то на ухо. Она ведь не собирается снять с неё очки, пока я не вижу? Хотя это и может оказаться весомой проблемой, сейчас главная задача разобраться с Минегеши Майей. Мы покинули ассоциацию, и я возложил на себя роль проводника Хироми.

Чтобы добраться до квартиры, в которой я побывал два дня назад, потребовалось чуть меньше часа.

– Не разочаровывайся, если её здесь не будет.

– Я понимаю. Вполне логично, что за два дня она уже покинула это место.

– Почему тогда ты решил всё-таки пойти?

– Я не могу упустить хотя бы небольшую возможность найти её или её следы.

Мой спутник, убедившись, что дверь в квартиру заперта, пошёл в сторону балкона. Несмотря на то разобьём ли мы стекло или просто вскроем дверь, узнать о состоянии её комнаты будет крупным прогрессом. Мы прошли через балкон соседней комнаты, дверь которой была не заперта, и попали в квартиру триста семь.

– Я ничего не вижу через занавеску, но кажется дверь балкона не заперта.

Хироми, шедший впереди, открыл дверь и зашёл внутрь. Я последовал за ним и осмотрел комнату. Интерьер был такой же мрачный и лишённый красок жизни, как и два дня назад. Однако, поскольку деревянный ящик, стоявший в углу комнаты исчез, можно было судить, что хозяйка тоже исчезла.

– Запасные патроны и амулеты пропали.

– Надо найти какую-нибудь зацепку, – сказал Хироми и начал что-то активно искать.

Из моего опыта кочевой жизни, я могу с уверенностью судить, что Минегеши Майя не оставила следов. Подобно тому, кто пытается избежать смерти и скрыться, разыгрывает суицид, чтобы все знали; что вас здесь нет, не оставляйте сообщений по типу “Ищите меня там”.

Так было и со мной. Когда кто-то пытался меня отыскать, он надеялся найти какую-нибудь зацепку, подсказку. Однако, такие слабые надежды ищущих никогда не оправдывались. Может именно поэтому у меня даже не возникло желания что-либо искать?

– Не оставила ни еды, ни воды. Всё забрала.

– Эй, Хироми.

– Что такое, Акки?

Я разочарованно покачал головой и скеазал:

– Минегеши Майя не оставила никаких следов.

– А я вижу, ты уверен в этом.

– Посмотри на это фото.

Хироми указал мне на пробковую доску, висевшую на кухне. На ней были прикреплены фотографии Минегеши Майи. Хироми пошëл на кухню с лицом полным уверенности.

– А вот и она. Кажется на фотографиях она весьма застенчива?

– Здесь не это важно. Кто еë фотографировал?

– Она могла воспользоваться таймером на фотоаппарате.

– А ей похоже неплохо подойдут очки. Не думаешь странным предполагать, что все эти фотографии Минегеши Майя сделала сама?

– Я понял, о чëм ты, помимо той части с очками.

Красивый потусторонец сложил руки на груди и замер в задумчивой позе. Видимо, он задумался над сказанным мной.

– Значит у неë есть напарник. Он очень осторожен, но старается еë не бросать. Если фотографом окажется Масиро Юто, то тут уж нам будет не до смеха? Мне не хочется об этом думать, но согласись: нацеливаться на бывших руководителей уже после развала организации – распространëнеая методика мести.

– Ты думаешь, эти два человека как-то связаны? Кстати, ты говорил, что раньше собирался договориться о встрече по поводу Минегеши Майи с представителем ассоциации?

– Да, мне рассказали о ней до того, как она занялась потусторонними делами. Над ней издевались, когда она училась в средней школе. Генеральный инспектор тогда обеспечил еë безопасность. По видимому это одна из причин, почему они были так оптимистично настроены.

Это то, что рассказал Фудзима Мироку?

Тем не менее, издевательство – это необоснованная и непостижимая злоба. Меня это потрясло. Сентиментальность – это видимо моя дурная привычка. Я был в похожей ситуации. Я не могу оставить бедную девушку, которой даже не с кем поговорить.

– Я не хотел встречаться с ней лицом к лицу, но видимо ситуация может принять неожиданный поворот.

Я посмотрел моего спутника, который, кажется, что-то задумал.

– Ты что-то придумал?

– Да. И похоже у меня нет другого выбора.

– Могу Я пойти с тобой?

– Только в этот раз.

Мы решили, что в этом деле нам сможет помочь некая Ичиномия. Даже если на то, чтобы встретиться с ней уйдëт уйма времени, это всяко лучше, чем самому начинать поиски с нуля. По пути у нас с Хироми завязался разговор.

– Кстати, какие у тебя отношения с Ичиномией?

– Не очень мне нравится это обсуждать. Если говорить коротко, это даже отношениями не назвать. Будучи из семьи Насе, мы пару раз работали вместе. Все наши контакты подобны контакту интернет-магазина и клиента. Вроде и работаем вместе, но в это строго формально и на расстоянии.

– Хм. Получается, вся работа через компьютер?

– Вроде того. Во всяком случае, электронной почты вполне было достаточно для общения.

– Получается, она своего рода хикикомори, но продвинутая?

– Ну, не далеко от правды.

Моë мнение о Ниномии резко упало. Кажется она похожа на синего из "Шальной эскадрильи подростков".

– Мы пришли.

Похоже, что Нино жила не на территории Насе, мы добрались быстрее, чем я думал. Если описать в двух словах: передо мной предстал элитный кондоминиум. Кажется сейчас это называют дизайнерскими особняками? Мы с Хироми зашли в квартиру. Эстетика здесь видимо ставилась выше функциональности. У входа мы наткнулись на неожиданного человека, девушку с заколками палочками в голове.

– Мицуки?

– Похоже, мы мыслим в одном направлении.

– А где Курияма?

– Она с Нино. Вам не стоило сюда приходить.

– Не стоило сюда приходить именно Мирай-чан. Это не место для таких невинных девушек.

– …

И добавить нечего. Хироми и Мицуки, похоже, были настроены решительно. Мы поднялись наверх. У меня появилось плохое предчувствие, но бежать уже было поздно.

– Добро пожаловать. О! Мицуки, ты не одна? – нежным голосом встретила нас взрослая женщина в очках. Они хорошо сидели на еë носу и подчëркивали еë интеллектуальность. Еë лицо было добрым, в отличие от атмосферы вокруг.

– Пожалуйста, заходите.

Зал был оформлен в западном стиле. Диван, мебель, украшения, развешанные по стенам, имели необычный дизайн. Мы устроились на диване. После непродолжительного ожидания хозяйка подала нам чай. Он был разлит по глиняным чашкам, выставленным в ряд на столе.

– Расскажите, с чем вы пожаловали? – спросила Ичиномия, поднеся чай ко рту.

– Нам нужна информация о потусторонке. О Минегеши Майе, – незамедлительно заявил Хироми.

– Хм. Я в долгу у одного человека, и обещала не помогать вам. Но если вы должным образом заплатите мне, я возьмусь за это.

– Конечно заплатим.

– Хорошо.

Потусторонка встала и покинула комнату. Я незамедлительно задал вопрос:

– Кто-нибудь понимает, что это значит?

– …

– …

– Не молчите, я весь на нервах! Что, мать вашу, здесь происходит!?

Ичиномия вернулась в момент, когда я начал кричать. Мне пришлось сразу успокоиться.

– Кстати, Хироми, ты же умеешь играть на пианино?

– Это имеет какое-то отношение к нашему делу?

– Ты не ответил на мой вопрос.

После недолгого молчания красивый потусторонец ответил:

– Да. Умею.

– Тогда в окажется ещë проще. Можешь ли ты сыграть мне музыку в качестве платы?

– Ничего, что я давно не упражнялся?

– Не беспокойся о таких мелочах.

– Хорошо… тогда я сыграю.

Хироми встал со своего места и направился к пианино, стоявшему в углу зала. Процесс поимки беглянки идëт уж очень маленькими шагами. Похоже Насе уж слишком доверяют почтовой затворнице.

– Что ты собрался делать? – спросила Ичиномия.

– Э-э-э… играть на пианино.

– Хироми, ты что не знаешь таких элементарных вещей? Что надо сделать, прежде чем играть на пианино? – Ичиномия показала головой из стороны в сторону.

Вся эта ситуация оказалась подозрительной. Красивый потусторонец сурово посмотрел на женщину.

– Что я должен сделать в первую очередь?

– Разве ты не знаешь, что надо сначала принять душ?

– Погоди! С каких это пор принятие душа стало необходимой процедурой перед игрой на пианино!?

– Ты чего так заволновался? Я просто хочу, чтобы ты омыл себя перед игрой.

– …

Хироми спросил, где находится ванная комната и смиренно пошëл туда. Видимо спорить дальше он смысла не видел. Ичиномия поднесла чай ко рту и поправила средним пальцем очки. От безупречной элегантности еë движений у меня захватило дыхание, и чуть ли не пошла кровь из носа. Я быстро закрыл рукой нос и рот. Мицуки склонила голову, будто спрашивая: "Что случилось?"

– Кстати, вы знаете что такое мимолëтное искусство?

– Это что-то вроде замка из песка, который неизбежно смоется морем? – за нас двоих ответила черноволосая девушка.

– Верно. Многие женщины хотят вечно оставаться красивыми, но красота мимолëтна. Поэтому каждая хочет хотя бы своего звëздного часа. Именно поэтому я люблю мимолëтное искусство, которое со времени канет в лету… Обратится прахом… вот настоящая ценность. Поэтому я хочу нарисовать тебе шесть кошачьих усов, Мицуки.

– Это какое-то опошленное мимолëтное искусства!

Она просто захотела нарисовать кошачьи усы на лице красивой девушки.

– Давайте побыстрей закончим с усами.

– Это именно тот ответ, что я ждала.

Нониноми вынула чëрный маркер у себя из груди, села на стол и нарисовала кошачьи усы на щеках Мицуки. Менее чем за минуту на свет родилась кошкодевочка. Она выглядела забавно с этими нарисованными усами.

– Всë? Ты довольна?

– Не спеши, Мицуки. Ещë пара деталей.

Ичиномия разделила волосы Мицуки на две части и из каждой завязала по шарику. Причëска и кошачьи усы сделали Мицуки невероятно очаровательной. Я даже удивился, что ей пошëл такой образ. Но в конце концов, она ещë молода и красива.

– Можешь теперь сказать: “Ня”?

Мне показалось, что сейчас Мицуки взорвётся, но на моё удивление она покорно сказала “Ня”, не подав и виду. Именно её покорность заставила меня волноваться, что у Ниномии есть на неё компромат.

– А теперь повтори, но на этот раз выстави руки, как кошачьи лапки.

– …

– Давай быстрее.

– Ня.

Мицуки отчаялась и вела себя, как кошка. Я бы мог заверить вас, что нет ничего, кроме очки, что может меня заворожить, но почему-то я излишне возбудился увидев вживую красивую кошкодевушку. Что это за чувство? Подобно тому, как когда я надевал на девушку очки.

– Ну уж нет.

– Не говори так, когда уже так далеко зашла! Ты же разрушишь всю идиллию!

– Я и так терпела всё, что ты делала, – огрызлась Мицуки.

В этот момент из душа вернулся Хироми. Он вытирал мокрые волосы полотенцем. На нём не было рубашки. Сейчас он был настолько красив, что даже я, будучи парнем, задумался о своей ориентации.

– Хироми, ты такой накачанный и красивый! Теперь можешь приступить к игре на пианино! – безумно восхитилась Ичиномия.

Хироми тихо начал играть музыку. Ичиномия, стоявшая рядом, с серьёзным видом дала ему указание.

– Жми на клавиши сильнее, будто ты бунтуешь, бунтуешь против этого несправедливого мира!

Хироми сильнее ударил по клавишам. Однако Ниномии этого не хватило.

– И по твоему это молодёжный бунт? Это же грубое выражение ненависти и горя, исходящее из самой глубины души! Нет, нет, даже этого недостаточно! Ты должен представить, что разрушаешь саму основу этого прогнившего мира. Сделай, сделай это! – Хироми ещё сильнее ударил по клавишам. – О! Просто потрясающе!

Гнев потусторонца явно был связан не с противостоянием миру, а с необоснованными требованиями женщины. Не только Мицуки оказалась такой послушной, но и Хироми.

– Ой… я совсем забыла о Мицуки с твоим появлением, Хироми.

С этими словами происходящий спектакль стал ещё более жёстким. Ичиномия подошла к черноволосой девушке. Она осмотрела наши лица.

– Мицуки, давай, сделай счастливое лицо.

– Э-э-э… Я уже так много сделала. Почему бы тебе не заставить сделать что-нибудь Акихито.

– Ты же продала меня с потрохами!

Ичиномия очень грубо сказала:

– Акихито, ты можешь встать на четвереньки?

Атмосфера в комнате была такая, что даже Мицуки и Хироми были послушны. Поэтому у меня не было выбора, кроме как встать на четвереньки в обозначенном месте. Похлопав меня по спине, Ичиномия дала следующую инструкцию:

– Мицуки, присядь сюда.

– Акихито, я не хочу тебя поранить, поэтому можешь пожалуйста воздержаться от слов, начинающихся на “п” и заканчивающихся на “о”, – сказала черноволосая девушка и села мне на спину.

Ичиномия посмотрела на меня, терпящего унижения. В этот момент меня беспокоили только требования, которые она ещё предъявит.

– Хм. Похоже для Акихито уже достаточно.

– …

«Какой позор. Как я до такого дошёл? С чего вообще всё началось?»

– У тебя в жизни получится стать девичьим креслом, ну разве что, ещё два раза в жизни. Наслаждайся этим моментом пока можешь.

– Ещё два раза!

– Тебе что, не нравится?

– …

Да, с одной стороны это было унизительно, но с другой: всё было не так плохо, потому что на мне всё-таки сидела Мицуки. Однако, будучи учеником старшей школы, у меня не было подобных фетишей.

– Только посмотрите какая у вас получилась замечательная композиция. Это надо запечатлить.

Мицуки нервно закашляла, увидев, как Ичиномия отошла и взяла фотоаппарат.

– Вы неплохо вписываетесь в золотое сечение.

– Не знал, что ты в таком разбираешься. Ты разбираешься в технических науках? – сказал я на четвереньках. Жаль, но я начал привыкать.

– Не знаю, относится ли это к гуманитарным или техническим наукам, но сама теория абсолютно точно гениальна.

– Ну, тут весьма спорная граница между техническими и гуманитарными науками.

Ичиномия решила высказать свои мысли по этому поводу:

– При словосочетании “гуманитарные науки” у меня в голове возникает образ классного парня хипстера в очках. Он выбрал заниматься гуманитарными науками не потому, что сам так захотел, а потому что ему не давались точные науки, как математика. В общем, он не очень то умён.

– Э-э-э… сложно, но тут и не поспорить. Это всё же правда. Но с другой стороны. Ведь есть люди, которые и вправду занимаются например японским или английским языками. А как же часть людей, которые выбрали гуманитарные науки, потому что занимаются искусством?

– Другими словами, ты, Акихито, идиот, который смешался с людьми, которые действительно заинтересованы в гуманитарных науках. Естественно, тебе кажется, что ты умён. Но вот вопрос: ты разбираешься в математике?

– Зачем так гиперболизировать? Почему вообще есть разделение на гуманитарные и технические? Если всё разделить на более мелкие категории: гуманитарные, естественные, иные, то ценность гуманитарных наук возрастёт.

– А ты получается себя к иным относишь?

– Не записывай меня к иным!

– Тогда к каким ты относишь себя сам?

– К иным! – я сам копал себе могилу. – Если бы у иных наук была своя устоявшаяся за годы школа, то её представители бы точно возглавляли правящую партию в стране. А гуманитарные науки смогли бы модернизироваться и адаптироваться под современные реалии.

– Иные – правящая партия. Какой абсурд.

– Каждый раз мир обречён на то, чтобы меньшинство было уничтожено большинством. Например “Миленькие девушки” или “ношение формы увеличивает привлекательность на треть” считается в обществе нормой. А на того, кому нравятся очки смотрят, как на дурачка.

– Тебе нравятся очки? – перебила меня Ичиномия.

– Только очки мне и нравятся.

– Это провал. Нет и малейшего шанса, что очки станут популярны.

– Не расстраивай меня почём зря!

– Но ведь не так просто поменять мнение людей. Допустим ты откроешь более дешёвый ресторан с более вкусной едой, чем у самого распространённого заведения быстрого питания. Но сможешь ты обойти своего конкурента лишь на ценах и вкусе? Думаю тебе не надо говорить, что это бесполезно. Это лишь иллюзия.

– У тебя есть доказательства экономической теорией?

– Я не хочу заходить в такие сложные дебри. Можно аргументировать даже не экономической теорией, а правилами ведения организаций и политики. Если покороче, то сформированную структуру уже нелегко разрушить. Надеюсь теперь ты понимаешь ситуацию.

– Вот как… но ведь есть какой-то способ поменять чужое восприятие! – закричал я, стоя на четвереньках.

Ичиномия поправила свои очки средним пальцем и посмотрела острым взглядом на меня.

– У меня есть одна идея.

– Скажи какая!

– Необходимо разработать очки, в которых можно похудеть, просто нося их. Тогда женщины будут сами их охотно покупать. А если ещё сделать очки не только для похудения, но и для избавления от похмелья… В общем, это будет лишь вопрос времени, когда женщины в очках засияют новыми красками.

– О-о-о… гениальная идея. Божественный расчёт! Я будто увидел лучик света, просочившийся сквозь густую гряду туч!

– Но можно ли реализовать эту идею очков для похудения.

– Прости, Ичиномия, твои идеалы столь высоки, что даже Боги будут восхищаться ими! Но какими бы не были идеалы, они, к сожалению, не сбудутся! Я хочу, чтобы люди любили очки не из-за мировых трендов. Я просто хочу наполнить их сердца своей верой.

– Ох. Эти чистые невинные глаза… Они думают только об очках, – издала свои восхищения хозяйка, придерживая одной рукой очки.

Хироми, который всё это время играл на пианино, остановился.

– Мицуки, что у них происходит?

– Два извращенца нашли друг друга.

– Кстати, Акихито, ты носишь очки?

– Ну, иногда.

– Это редкость для любителей очков. Видимо, настала моя очередь выполнять обещанное, – сказала Ичиномия и удалилась в соседнюю комнату.

Во время этого недолгого перерыва Хироми оделся, а Мицуки распустила волосы и смыла маркер с лица.

– Я тут полностью пропустила всю основную часть из-за дискомфорта сидения на Акихито. Но не мог бы ты мне пояснить значение словосочетания “любитель очков”, которое ты используешь? – поинтересовалась Мицуки.

– Определение имеет несколько значений и имеет разные проблемные интерпретации. Даже если ты назовёшь меня любителем очков, это будет на удивление глубоким определением. Есть учение, адепты которого предпочитают только смотреть на очки, а есть учение, которое подразумевает ещё и ношение очков. Хотя суть любви к очкам остаётся прежней, между первым и вторым лагерем возникает непреодолимый разрыв, вызывающий вечную борьбу обеих сторон, – я делаю паузу, чтобы перевести дыхание. – Я, кстати, принадлежу к второму лагерю. Я не очень понимаю благородной идеи любви очков на расстоянии, но очень уважаю всех людей, которые носят и заботятся о своих очках. Как пример Курияма, которая заставила меня восхититься красотой её очков. В тот день я побежал на крышу, чтобы спасти незнакомую девушку в очках.

«Девушки, которым так идут очки, не должны умирать!»

– Какая чудесная встреча.

– Прекрасное воспоминание, – восхитилась черноволосая девушка.

– Но я всё равно завидую Ниномии.

– Почему?

– В конце концов, я просто любитель очков. Я любитель, который не знает горя в мире очков. Вот, например, окажись человек на вершине горы, он посмотрит на красивый пейзаж вокруг, насладится им и пойдёт обратно. Я же буду трусить всё время восхождения. Понимаешь, я всего лишь трус по сравнению с настоящим любителем очков. Надеюсь тебе ясно.

– Ну, как-то не очень.

Хозяйка дома вернулась. Через дверной проход было видно, что в комнате, куда она ходила, находились терминалы, подключенные к сети.

– Я запустила несколько программ для взлома. Хочу получить доступ к главному компьютеру ассоциации.

– Ты думаешь, что у ассоциации есть какая-то секретная информация о Минегеши Майе? – спросил старшеклассник.

– Хироми, это было бы неплохо. Но прежде всего я хочу получить информацию об инспекторе.

На экране терминала появились фотографии лиц трёх инспекторов. Ичиномия начинает анализ, только из этих данных.

– Фудзима Мироку – типичный представитель элиты. А вот карьеры других двух более деликатны… Связь с заблудшим потусторонцем, контролирующим искрящийся огонь… Через несколько лет он был назначен инспектором ассоциации. Ещё ему подчиняется йому, статус которого подтверждён.

Последние слова заставили меня вспомнить слова Аяки. А где нахожусь я? Я йому, но благодарен потусторонцам за то, что нахожусь на границе между людьми и йому. У меня даже появились друзья. Я участвую в жизни людей вокруг.

– Есть что-нибудь по Минегеши Майе?

– Здесь есть её контакты, но она не отвечает.

– …

Наши с Хироми и Мицуки лица окрасились удивлением.

– А чего вы удивились? При регистрации в ассоциации обязательно необходимо оставить свои контакты для связи. В ассоциации всё всем известно. Однако если её телефон не включен, то и определить её местонахождение нельзя.

– Ну, как и ожидалось… она же не так глупа.

– Я и так понимала, что вы пришли ко мне за этой информацией, – Ичиномия вздохнула и поправила очки. – Мы можем попробовать определить где она?

– Мы можем определить где сейчас находится Минегеши Майя?

– Ну, если быть точнее, где она находилась тринадцать секунд назад.

На экране появилась карта, на которой подсвечивалась точка.

– А можно както-то передавать информацию отслеживания для Нино?

– Конечно.

После посещения Ичиномии мы решили вернуться в ассоциацию и присоединиться к остальным. Это было моим собственным решением, ведь я пообещал не отслеживать без разрешения.

По пути я решил кое-что спросить:

– Если так подумать, разве не лучше было бы тебе встретиться с Ичиномией наедине?

– Именно так неопытные любители и попадают в беду. Я смог сохранить своё спокойствие только потому, что рядом со мной кто-то был. Если бы меня попросили принять душ перед игрой на пианино при встрече один на один: я бы за себя не отвечал.

Я чуть не заплакал, когда представил, как Хироми полуголый играет на пианино один на один.

– Я слишком поверхностно думал.

– Надеюсь ты меня понял.

Мы вернули в ассоциацию потусторонцев, в зал ожидания.

– Если вы свяжетесь со мной, я его получу.

Стильный инспектор что-то показывал на карте, разложенной на столе. Видимо он решил уйти от бесполезных разговоров к делу. Глаза всех присутствующих были прикованы к месту, куда указывал инспектор. А указывал он на территория, находящуюся под контролем Насе.

– Минегеши Майя практически неуязвима только в боях на открытой местности. Как вы понимаете, в таком случае очень большая вероятность, что она сможет прервать бой и нанести снова предупреждающий удар. Поэтому, если перед ней появится сильный противник, она точно попытается убежать. Скорее всего в это старое здание фабрики, – рассказал Фудзима Мироку и указал пальцем на место на карте.

Видимо он планировал операцию с ловушкой для Майи Минегеши. Оставалось только придумать, как загнать девушку к фабрике. А дальше двое потусторонцев с помощью клетки заперли бы её внутри.

– В таком случае мы с Мицуки должны будем быть по разные стороны клетки. (получается вы хотите подвергнуть Мицуки опасности, Мицики стоит отказаться от участия в этом деле(наверное лучший вариант))

– Эй, только не говори, что ты сейчас резко сольёшься, – резко отреагировал я на слова Хироми.

Этот парень чрезмерно опекает свою сестру. Если Мицуки может быть подвергнута опасности, он скорее всего он откажется от сотрудничества. Но тут Мицуки решила сама поддержать мои слова:

– Я не хочу отказываться от этого дела.

– Я конечно советовал тебе набраться опыта, но не таким же радикальным методом.

– Но ведь у неё всего лишь два пистолета.

Девушка намекала на то, что пистолет не станет для неё угрозой. Члены клана Насе способны создавать практически нерушимые барьеры, так что пуля для них вовсе не угроза.

– Я вряд ли попаду в засаду, так что это неплохой опыт для первого раза. К тому же клетка лучше справляется с физическими атаками, чем с различными способностями.

– И что ты этим хочешь сказать?

– Я хочу, чтобы ты не выбирал, где мне участвовать, а где – нет, и не ставил мою безопасность превыше всего, – заявила Мицуки с раздражённым лицом.

Она, конечно, сейчас не в духе, но всё равно видно: она счастлива, что её взяли поучаствовать в таком задании.

– Как вы распредели нас: Насе Хироми и Курияма Мирай – первая пара; Насе Мицуки и Шиндо Аяка – вторая? – спросил Хироми

– Если разделять на две части, то только так, – подтвердил инспектор.

Удивительно, что Хироми не включил меня в состав, будто так и задумывалось. И тем ироничнее было то, что он обратил внимание на девушек.

– Я бы хотел избежать сочетания Мицуки и Мирай-чан. Ситуация ведь чрезвычайная. Хотите можем выслушать их мнение? – пояснил инспектор.

– Я оставлю весь выбор распределения на ваше усмотрение.

– Я не имею ничего против. Здорово, что меня будет защищать такая симпатичная девушка, – сказала потусторонка в чёрном кимоно, прикрыв один глаз и разглядывая черноволосую девушку.

Хотя Аяка всё время проводит в своём магазинчике сладостей, она весьма общительная. Однако Мицуки на комплимент лишь улыбнулась ей в ответ.

– Разве ассоциация не окажет нам поддержку, пока мы будем добираться до фабрики.

– Конечно, трудно пробраться незамеченными, если не использовать тактику сливания с толпой. Поэтому мы планируем задействовать потусторонцев, нанятых ассоциацией.

– Сделаем работу быстро.

Солнце садилось. Небо залилось алыми красками.

Я посмотрел на закат и опустил взгляд вниз. Готовые к бою потусторонцы вносили последние коррективы в план. Хироми был одет легко по-весеннему, но при этом сменил свою привычную обувь на ботинки, предназначенные для боя. Сложно поверить в то, что происходит, но если подумать трезво, то ничего в этом такого нет.

– Акки, если ты планируешь пробраться на фабрику, то будь готов, что тебя изрешетят пулями.

– Ты это сказал, чтобы всем настроение попортить? Курияма и так волнуется.

– Мне почему-то кажется, что это твоё присутствие её расстраивает.

– Эта… ссора… ни к чему… пожалуйста, прекратите – будто умоляюще произнесла Курияма, смотря на меня и на Хироми.

– Мирай-чан, я не хотел тебя задеть. Проблема в том, что Акки всегда делает то, что от него не просят. Если бы он молчал, я бы ему и слова больше не сказал.

– Ну, знаешь, иногда мне хочется увидеть, как ты, Хироми, играешь главную роль; будто посмотреть со стороны на действие героического сказания, передающегося из поколения в поколение. А потом бы я написал “письмо” о молодом парне, который впечатлил меня своим героизмом. Ты был бы Шерлоком Холмсом, а я твоим доктором Уотсоном.

– Акии, язык у тебя подвешен что надо… Это даже в каком-то смысле талант, наверное, – вздохнул прекрасный потусторонец.

– Кстати, смогут ли Мицуки и Аяка сработаться?

– Ты думаешь, они выльют в работу свои личные неувязки?

– Вполне может быть. Я пытался присоединиться к ним и стать связующим звеном между ними, но Хироми сказал, что это бесполезно.

– Потому что, если ты, не будучи бессмертным, Акки, присоединишься к ним, то лишь увеличишь нагрузку на Мицуки. В реальных сражениях, чудес как в героических журналах не бывает, поэтому я делаю всё чтобы увеличить шанс успеха операции хотя бы на один процент. Я не жалею сил на подготовку и обдумывание мелочей. В этом ключе, твоё отношение к жизни и здоровью отличается от общепринятых. Головой ты можешь понять что такое смерть, но вот инстинкт самосохранения у тебя отсутствует напрочь.

– Ты говоришь прямо как Аяка.

Хироми продолжил:

– И ладно с ней, со смертью. Вот представим, ты подумаешь: “Я пожертвую своей рукой, но зато завоюю для нас победу”. Для обычного человека это роковое решение. Может он и не расстанется с жизнью, но останется инвалидом. Понимаешь, у людей не отрастают конечности.

– …

– Но ведь сейчас я просто буду наблюдать со стороны.

Всё, что мне нужно было сделать в этой операции, это подтвердить, что все потусторонцы на своих позициях и дать отмашку к действиям в момент “икс”. Хироми достал план фабрики и начал объяснять нам с Куриямой своё видение развития событий.

– Пока ты не попадёшь внутрь, придерживайся вот этой позиции. После сориентируешься в зависимости от ситуации. Если обнаружишь Минегеши Майю, то не прячься, но и не атакуй ей. Потому что в долгих сражениях нет гарантии что мы с Мицуки будем достаточно сконцентрированы всё время, чтобы отражать выстрелы пистолета.

– Получается, клетка – лишь инструмент быстрой решающей битвы?

– Я смогу нейтрализовать атаки со всех сторон. Даже если Минегеши Майя решит подорвать здесь всё к чертям, мы останемся в целости и сохранности. Мирай-чан, мы же можем возложить на тебя контроль над целью? Нам в любом случае придётся разделить обязанности.

– Конечно.

– Нам уже не пора? – поинтересовался я, сверив время на телефоне.

Миниатюрная девушка была полна решимости. Хироми не терял своего серьёзного выражения. Хотя предстоящая битва предвещала победу, вокруг царила атмосфера проигрыша.

Телефон Хироми завибрировал. Он ответил на входящий звонок. В тот момент с него можно было писать меланхоличную картину. Меня просто потрясла эстетика человека, идущего на поле боя.

– Значит, вы зашли с востока. Мы зайдём с запада и встретим вас.

Выстроившись в треугольник, мы двинулись к западным воротам. Пройдя внутрь, мы оказались в давно заброшенном здании. Внутри ещё оставалось старое оборудование. По всей длине строения тянулась проржавевшая конвейерная линия, давно сломанная и бесполезная. Хотя мы шли в темпе, конца этого большого зала видно не было.

– Всё хуже, чем я думал.

Старшеклассник пнул какую-то железяку. Лишь один этот звук поднял шум на всю фабрику.

– Поторопимся.

Мы наконец дошли до конца и вышли во внутренний двор. Асфальтовое покрытие было изрядно потрёпано временем и изъедено травой. Дальше мы вошли в помещение, вероятно бывшую столовую. Здесь рядами стояли трухлявые столы, покрытые толстым слоем пыли.

– Ты можешь что-нибудь сделать?

– Нет, я уже не смогу ему помочь.

На фабрике были места, где можно спрятаться, поэтому мы были очень внимательны, чтобы не пропустить цель. Но как давно она сюда вошла? Спереди до нас донеслись два голоса. Мицуки и Аяка должны были прикрывать восточный вход. Поэтому странно, что мы услышали мужские голоса. Когда мы прошли ещё немного вперёд, то обнаружили несколько вооружённых потусторонцев и Фудзиму Мироку.

– Держись!

Хироми бросился навстречу инспектору. Мы с Куриямой всмотрелись в темноту впереди, чтобы удостовериться, что это не враг. Все потусторонцы были живы, хотя и изрядно ранены, так что товарищи помогали им двигаться. Прежде чем я почувствовал облегчение, что-то внутри меня ёкнуло, но я не понял почему.

– Почему вы здесь? Ваша задача – координировать потусторонцев снаружи.

– Меня попросили о помощи… вот и всё.

Разговор, похоже, не складывался.

– Вас ранила Минегеши Майя?

– Нет… нет. Бойцов… бойцов…

Он не смог получить больше информации от Фудзимы Мироку. Инспектор едва держался в сознании. Хироми резко достал из кармана мобильный телефон и проверил его. Удивлённым лицом он посмотрел на чего. На экране было имя, которое он едва слышно произнёс:

– От Нино.

– Не хочу слышать никаких жалоб в этой ситуации.

– Однако это нельзя игнорировать. Я уверен, что они находятся у входа.

Красивый потусторонец набирает номер и прикладывает телефон к уху. Я услышал, как из трубки донёсся громкий голос:

«Я не вижу Кусуноки Укё и Эйсуй Кикё! Где их носит?!»

– Не знаю. У вас там началась паника, не так ли?

«Я даже не могу связаться с Аякой и Мицуки-чан! Что с ними?!»

– Я не получал от них сообщений. Как долго ты поддерживала с ними контакт? – сосредоточенно спросил Хироми.

«До тех пор, пока я не решила связаться с тобой»

– Хорошо. Ты не могла бы прислать мне отряд потусторонцев? Здесь пять серьёзно раненых человек, включая Фудзиму Мироку. Они еле способны двигаться.

Нино ответила, и ещё несколько вопросов от неё Хироми лишь отрицательно промычал.

– Я закончил. Я совершенно не так понял ситуацию.

– Это хорошо, только объясни нам.

– Минегеши Майя тут не при чём.

– Чего?! – безумно удивились мы с Куриямой.

– Возможно всё это было спланировано с самого начала: от задержания Куриямы до просьбы помочь с Минегеши Майей.

– И что это всё значит!

– Похоже, что Кусуноки Укё и Эйсуй Кикё пропали сразу после того, как мы разделились на две группы. Когда я связался с ними, чтобы подтвердить их готовность, то не получил ответа.

– Кусуноки Укё… это тот агрессивный тип?

– Кажется, в детстве его родителей убили йому. Неудивительно, что он стал инспектором, когда вырос.

– И какое это имеет отношение к делу?

– Ты имеешь в виду, что ему не нравится семья Насе, которая приютила у себя семпая? – спросила миниатюрная девушка.

Её слова вернули меня в себя. Ещё когда мы ходили в магазин за сладостями, я испытал на себе всю враждебность Кусуноки Укё. Если бы тогда его не остановил Фудзима Мироку, то моя голова в тот день точно бы покаталась по асфальту.

– Постой… получается Мицуки в опасности из-за меня?

Приносят ли полуйому несчастье? Хироми отрицательно покачал мне головой в ответ.

– Акки, это не твоя вина.

– Если ты пытаешься меня успокоить, то не надо!

– Нет. Их цель – Шиндо Аяка, – заявил Хироми.

Он был так твёрд, что это прозвучало правдоподобно. Однако, я понятия не имел, почему именно Аяка. Если это из-за связи с моей матерью, Камбарой Яёй, то мы, кажется, уже всё уладили в ассоциации. В чём тогда смысл отпускать её, а потом ловить снова?

– Они не смогли простить йому за то, что он назвался потусторонцем.

Тут я не смог подобрать слов, чтобы что-то ему ответить.

У меня в голове сразу возникло много вопросов. Загадочная девушка-лавочница, которая владеет магазином японских сладостей, зарабатывает на жизнь как потусторонка, несмотря на то, что она йому? Получается Хироми всё это время знал, кто она на самом деле? И зачем нужна была такая скрытность?

– Шиндо Аяку практически невозможно заметить за пределами клеток Насе. Поэтому им пришлось создать ситуацию, когда она окажется вне их.

Если что-то произошло бы на территории под юрисдикцией Насе, то получился бы громкий инцидент, и его бы придали огласке. И всё же остаётся много вопросов.

– Если их цель – Аяка, разве им не лучше было бы покончить с ней в ассоциации?

– Скорее всего с ними был Фудзима Мироку и другие инспекторы. У них были бы большие проблемы, если бы потусторонец, взятый под стражу, погиб или пропал без вести. Они доставили её в ассоциацию и дали возможность уйти.

Я почувствовал ужасную злобу.

– Получается, Кусуноки Укё и Эйсуй Кикё составили план по убийству Аяки путём использования усилий ассоциации по поимке Минегеши Майи?

– Нет, в этом случае Минегеши Майе тоже бы досталось. К тому взрыву был причастен член клана Масиро. Это не случайно. В любом случае, Минегеши Майя сейчас направляется сюда, а мы ловим её, как и планировалось.

«Как мне теперь пытаться не думать об этом?»

Я вспомнил, как мы ходили шли в ассоциацию.

– Ни за что… Это всё случилось, потому что я привлёк Аяку к сотрудничеству.

– Может оказаться, что у них другая цель, и они её скоро достигнут. Сейчас я менее насторожен, чем когда получил предложение от инспектора. И поскольку это ты, Акки, могу я попросить тебя помочь Мирай-чан? А?

– Э-э-э… у меня нет слов.

– Семпай… прости.

Я замахал головой из стороны в сторону, глядя на испуганную Курияму.

– Курияма, не извиняйся. Их план просто ужасен. Но я не думаю, что Аяка им так легко дастся… ну… в общем я относительно спокоен за неё.

– Всё могло быть проще, но не думаю что в суматохе Мицуки догадается позвонить мне или в службу экстренной помощи. Те притворялись нам друзьями, неожиданно снимут свои маски доброжелательности.

Учитывая предыдущую атаку от Масиро, мои ожидания от Мицуки невысоки. Возможно она испугается, а то и лишится речи. Явно что Хироми такое тоже предполагает.

– Я никогда не думал, что на школу нападут, поэтому не сильно тренировал Мицуки. Если бы я только знал, то Мицуки была бы моей первоклассной заменой.

– Если бы да кабы.

– А ты так не думаешь?

– М-м-м… может подумаем что делать дальше?

– Да, Курияма права. Давайте обдумаем наш новый план, а не спорить тут будем. Разве Аяка и Мицуки не в опасности в этот самый момент?

Отложив свои чувства в сторону, Хироми сказал:

– Давайте поймаем Минегеши Майю, как изначально планировалось, и выясним её цель как сообщника. Это куда лучше, чем строить догадки.

– Может она уже сбежала с территории фабрики?

– А может все, кто снаружи, как по волшебству, помирились?

– Эм… не думаю…

– Ну, раз так, то сбежать она не смогла, или сбежала и её заметили.

– Ты хочешь сказать, что она до сих пор прячется на фабрике?

– Вероятнее всего.

Вероятнее всего. У меня остался последний вопрос:

– Что, если Минегеши Майя и инспекторы не связаны?

– Не может такого быть. Если так, то как объяснить сильную связь между действиями инспекторов и Минегеши Майи. Я не знаю кто, но кто-то точно дёргает за нити в этом спектакле.

Хироми получил сообщение от Нино, что с Мицуки всё в порядке и неожиданно стал слишком спокоен. Двое девушек до сих пор в опасности, но самого плохого ещё не случилось. Или это эффект от радостной новости, ведь до этого он мне казался более расстроенным.

– И что ты думаешь?

– Я думаю, что надо поймать нашу цель, а дальше станет ясно.

Наши поиски были возобновлены.

Огромная установка стояла в ржавом состоянии. Вокруг неё были разбросаны железные трубы и маленькие детальки. Пол и стены были бетонные, но лестница, поднимающаяся наверх, была железной. Если не пройти по ней осторожно, по звук будет слышен издалека.

– Плохое место. Каждый шаг слышно, – пожаловался Хироми.

Мы с Куриямой осторожно шли позади. Наблюдающему со стороны могло бы показаться, что мы шли некоторым строем, но в реальности все старались просто производить как можно меньше звуков.

– Рядом, – едва слышным шёпотом произнёс Хироми и остановился.

– Вы разве не знаешь точно?

– Это зависит от расстояния. Я не всесилен, Акки.

– А что будем делать, когда встретимся с ней?

Миниатюрная девушка напряглась и закатала рукав на левой руке.

– Мирай-чан, тебе не нужно думать о защите. Иди напролом и целься в ноги.

Похоже Хироми намеревался сделать всё быстро, разделив атаку и защиту, как и планировалось изначально.

На самом деле это достаточно мощная комбинация, поскольку разрушительная сила проклятой крови и абсолютно непроницаемый барьер вместе представляют вместе невероятную опасность. А моя роль – наблюдать за сражением.

– Но как только ты попадёшь в поле зрения Минегеши Майи, я хочу, чтобы ты не начинала сразу драку. Держи расстояние. Если верить информации от Фудзимы Мироку, то “предупреждающий” удар будет первым.

– Разве нам не надо, чтобы “предупреждающий” удар прошёл и можно было бы спокойно вести бой?

– “Предупреждающий” удар должен быть самым первым. Ей надо самой сделать первый удар, чтобы он был не “предупреждающим”. Боюсь, если сработает её способность, то я физически не успею поставить клетку.

– Бессмыслица получается какая-то?

– Это лишь концепция. Но ты ведь понял, о чём я?

В отличие от озадаченного меня, Курияма чётко разъяснила:

– Трудно судить о тонкостях чужих способностей.

– Хм.

Духовная сила не описана в книгах. В конце концов, лишь в реальных битвах можно найти истину. Мы осторожно поднимались по лестнице, как вдруг Хироми наклонился.

– За мной.

Потусторонец взбежал по лестнице, сел за ржавым контейнером и послал нам рукой сигнал “сюда”. Мы с Куриямой послушно пробрались за ним.

– Я хотел бы избежать “предупреждающего” удара, если это возможно. Нужно спровоцировать Минегеши Майю действовать первой.

– Я действительно не понимаю, как ты хочешь этого добиться.

– Тебе и не нужно понимать. Просто будьте осторожны и не активируйте её способность.

– Это не так-то легко.

– Такой полукровка, как ты, Акки, наименее полезен на поле боя. Ты конечно волнуйся, но не делай ничего лишнего.

– Прямо как перед экзаменом.(Акихито)

Курияма спокойным взглядом смотрела на меня. Вроде всё как обычно, но меня всё равно испугал её взгляд.

– Раздражаешь.

– Как я и ожидал.

Возможно, она состроила своё обиженное личико, чтобы разрядить атмосферу. Мне и правда стало легче. Чуть погодя был дан сигнал о начале боя.

– Мирай-чан, ты готова?

– Да.

– Пошли.

Хироми и Курияма устремляются к Минегеши Майе, появившейся спереди.

– Майя-я-я-я-я-я-я-я! – гневный крик Хироми вышел будто из нижней части его живота.

Сереброволосая девушка держала в руках пистолеты, и, заметив потусторонцев, посадила их на мушку. Завидев оружие они даже не стали уклоняться. Прозвучало два выстрела. Минегеши Майя произвева предупредительную стрельбу в пол. Возможно она надеялась, что мои друзья остановятся, но они даже и носом не повели.

– Чёрт!

Минегеши Майя, похоже, осознала, что таким не обойдёшься и нацелилась уже на ноги. Ещё две пули вырвались со свистящим звуком, нацеленные в бёдра молодых людей. Глазом было сложно уловить происходящее, но как я понял, свинцовые пули, почти достигнув цели, отрекошетили из-за столкновения с клеткой.

– Тц!

Девушка с серебряными волосами, кажется, была удивлена этим и снова нажала на спусковые крючки, сделав шаг назад. Выпущенные пули снова ударились о незримый барьер и отрикошетила. Она произвела ещё несколько последовательных выстрелов, но все безуспешно.

– Твою ж...

Минегеши Майя резким ударом выбросила израсходованный магазин.

– Мирай-чан, действуй!

Курияма подпрыгнула по команде Хироми. Когда расстояние до цели сократилось настолько, чтобы можно было провести атаку, лезвие клинка незамедлительно устремилось к ногам девушки. Сереброволосая девушка уклонялась и старалась вставить в пистолет запасной магазин. Неясно, считалась ли перезарядка оружия за прерывание боя, или попытка “предупреждающего” удара была потеряна.

Однако в следующий момент, левая рука Минегеши Майи вытащила револьвер, лежащий в кобуре. Револьвер (глушитель которого не сработал) издал пронзительный звук. Тело миниатюрной девушки, на которую он был направлен, оттолкнуло в противоположную сторону( и покатилось по полу).

– Курияма! – я потерял голову и бросился к девушке.

В момент, когда сереброволосая девушка посмотрела на Курияму, красивый потусторонец сократил дистанцию и нанёс Майе удар в корпус. Получив удар в спину, девушка сделала полный поворот и восстановила равновесие. Она направила заряженный пистолет на Хироми.

– Я не позволю тебе!

Тёмно-красное лезвие созданное Куриямой, оттолкнуло пистолет. Но седовласая девушка воспользовалась пистолетом в другой руке. Курияма рефлекторно попыталась увернуться, но, конечно, пуля отрекошетила от клетки. В тот момент Минегеши Майя, поняла истинную природу этого явления.

– Это барьер… вот дерьмо.

Сереброволосая девушка начала убегать и в спешно перезаряжать своё оружие. Красивый потусторонец и миниатюрная девушка тут же начали преследовать её. Я почувствовал напряжение, отличающееся от того, которое чувствовал во время битвы с йому.

– Мирай-чан, ты можешь действовать жёстче? Не надо снисхождения, от этого зависит безопасность Мицуки.

– Да. Но… меня кое-что беспокоит.

– А?

– Может мне кажется, но… кажется она срезает углы.

– Не буду от тебя скрывать, Мирай-чан: мне тоже так показалось.

Минегеши Майя резко развернулась, заметив, что Хироми отвлечён. Револьвер сорок четвёртого калибра выстреливает несколько раз. Пули долетают до невидимого барьеры, но на этот раз не рекошетят. В воздухе, будто по стеклу, пошли трещины.

– Тц!

– Эти пули пробивают твою клетку.

– Глупости.

Всем телом я отталкиваю Хироми. Последняя пуля действительно пробила клетку, но потеряла всю свою скорость и упала на пол. Миниатюрная девушка провела следующую атаку, чтобы выиграть время для сбитого с ног потусторонца.

Прогремело подряд три выстрела. Пули выпущенные на сверхреакции столкнулись с невидимым барьером и потрескали его. Проскользнув вперёд, Курияма взялась рукой за подбородок Минегеши Майи. Схваченная девушка замотала головой и ударила Курияму коленом в живот, а торцом пистолета ударила маленькую потусторонку в затылок.

Двое девушек отступили друг от друга. Это было странное действие. Я не знаю, почему Курияма не воплотила кровавый клинок, когда приблизилась к горлу Майи. Это был бы прямой способ победить. Но видимо у неё была какая-то другая цель.

– Почему ты не дерёшься всерьёз?

– Мы с тобой похожи.

Сереброволосая девушка вытерла рот, сплюнула и, не скрывая раздражения, спросила:

– И какая у тебя цель? У тебя что есть время, чтобы позволить мне сбежать?

– И всё, что ты скажешь мне в ответ?

– Не самовольничай.(Хироми? нет?)(Не ёрничай)

– Дура.

Минегеши Майя взяла в руки цилиндр, который висел у неё на поясе. Повернувшись к стенке, я закричал:

– Вспышка!

Через пару мгновений комната озарилась ярким светом.

– На слух! За ней! – вопя вскочил Хироми.

Опираясь только на свой слух, я тоже бежал за своими товарищами. Цель Минегеши Майи так и не известна, но точно известно, что она на кого-то работает. Поймав её, мы не только узнаем заказчика, но и сможем обеспечить безопасность Мицуки. Поэтому нельзя позволить ей убежать прямо сейчас. Она нацеливается на стенку впереди и выстреливает всю обойму.

– Ты собиралась сбежать от меня с этой игрушкой?

– А эта способность… искать врагов тоже впечатляюща.

Сереброволосая девушка выкидывает пустые магазины из двух пистолетов. Мгновение перезаряжает оружие и возобновляет стрельбу. Невидимый барьер отбивает пули. Курияма успевает сократить дистанцию, бегя с опущенным корпусом, проводит размашистую атаку снизу вверх. Порез прошёлся от ягодиц до левого плеча. Рана оказалась неглубокой, но свежая кровь обильно потекла наружу.

– Ты не сможешь убежать. Мы тебе ничего не сделаем.

В глазах миниатюрной девушки читалась решимость. Учитывая положение Мицуки и Аяки времени у нас не было.

Скривя лицо от боли, сереброволосая девушка падает. Последние выпущенные пули всё же смогли проделать брешь в клетке. В тот момент, когда Курияма собиралась снова нанести удар из под пиджака девушки вылезло странное существо. (Выстрелы из пистолетов всё же проделали брешь в клетке. Скривя лицо от боли сереброволосая девушка выскакивает наружу через брешь.)

– Гя!

– Нет.

Девушка в очках рефлекторно прекращает атаку. Йому, похожий на ящерицу, упал выпал и покатился по полу. У Минегеши Майит было обречённое выражение лица. Она произвела ещё пару выстрелов в Курияму, но естественно они были отражены клеткой.

– Могтан!

Сереброволосая девушка кричит голосом полным печали и закрывает телом маленького йому. Пуля отрикошетившая от Куриямы попадает в брюшную область Майи. Кровь, струящаяся из раны, окрашивает пол красный цвет. Не беспокоясь о себе, девушка обращается к йому, которого называет своим лучшим другом:

– Зачем… зачем ты вылез?

– Гя-ггя-ггя!

– Спасибо.

– Гу-гя-гя… гя-гя?

– Ничего страшного… беги прочь, Могтан.

Изо всех сил сереброволосая девушка приподнялась и снова взяла в руки два пистолета. Хироми и Курияма ошеломлённо смотрели на случившееся. Я не смог контролировать свои эмоции, увидев эту душераздирающую сцену с прощанием.

– Хватит… прекрати… ты умрёшь, если о тебе не позаботиться.

– Заткнись… я не сдамся!

– И чего ты добьёшься, умерев!? Если тебе есть чего терять, так не разрушай свою жизнь!

– Скажи кто твой заказчик и где заложники. Если скажешь, я попрошу потусторонцев снаружи оказать тебе помощь, – Хироми предъявил девушке условия.

– Гя-гя-гя!

Йому неуклюже угрожал, нависшему над хозяйкой, потусторонцу. Миниатюрная девушка села на коленки рядом и с счастливым взглядом стала гладить ящерку. Её даже не отпугнули угрозы зверька. Может быть она доверяла клетке, а может просто не боялась его укуса.

– Я хочу помочь тебе.

Минегеши Майя скривила лицо. Возможно у нас с Хироми были такие же выражения. Ясно было одно: слова миниатюрной девушки всех шокировали.

– Ты не кажешься мне плохой. Ты же даже не хотела меня убить при первой встрече.

– Не говори, будто знаешь, что я хотела.

– Всё потому что у тебя такие же глаза, как у семпая.

– Не говори чепухи! – сереброволосая девушка всё отрицала.

Она буквально пронзала своим взглядом миниатюрную потусторонку. Курияма решила рассказать ей о своих дрязгах с кланом Масиро. Она пыталась быть максимально дружелюбной. Через некоторое время Минегеши Майя ответила тихим голосом:

– Я просто возвращаю должок.

– Что ты имеешь в виду?

– Я работаю на человека, который мне однажды помог.

Сереброволосая девушка рассказала свою историю встречи с мужчиной, которой дал ей толчок к жизни. Закончив говорить, девушка повторила вновь:

– Я просто делаю то, что он мне велит.

– Это неправильно! – Курияма с грустным лицом осудила сидящую перед ней девушку.

– Хироми-семпай, рассей, пожалуйста, клетку вокруг меня.

– Ни в коем случае. Нет никакой гарантии, что она не попытается тебя пристрелить, – Хироми тут же ответил отказом на просьбу.

Однако целеустремлённости юной девушки можно было позавидовать:

– Пожалуйста! Мои мысли не дойдут до неё, пока их преграждает этот барьер.

– …

Даже в наступившей паузе, девушка будто продолжала стоять на своём. Хироми нужно было лишь согласиться.

– Пожалуйста.

– Будь по-твоему. Но если мне покажется, что тебе может угрожать опасность, я его тут же активирую.

Минегеши Майя направила пистолет на миниатюрную девушку. Я рефлекторно схватил за руку Хироми, который уже хотел восстановить клетку. Красивый потусторонец раздражённо сквозь зубы произнёс произнёс:

– Ты что делаешь?

Таким я его ещё никогда раньше не видел.

– Ты можешь довериться Курияме?

– Я не могу позволить умереть моим друзьям, если у меня есть шанс их спасти.

– Хироми, пожалуйста. Если ты доверишься, то и Минегеши Майя доверится нам.

– Разве нам не проще взять её силой?

– Но тогда мы вряд ли кого-то ещё спасём, – Я ещё сильнее сжал напряжённую руку Хироми. – Иногда нужно доверять словам, сейчас – словам Куриямы.

Сереброволосая девушка немного отступила и бесстрашно улыбнулась.

– Ты же из клана проклятой крови. Даже пару капель с лёгкостью прожгут меня насквозь… Ха-ха-ха… Если я выстрелю с такой короткой дистанции, то мне уже ничего не поможет. Ты решила так меня сдержать?

– Ту умрёшь от моей крови, только если я сниму это кольцо, – Курияма медленно подошла ближе и показала кольцо на мизинце левой руки. Не скрывая своего разочарования, Минегеши Майя заявила:

– Я могу стопроцентно попасть по тебе, даже если ты не нападёшь.

– Это так. Твои способности могут сработать по эффекту “предупреждающего” удара в любой ситуации, как бы это не звучало парадоксально. Ты бессознательно можешь точно выстрелить в цели, полагаясь только на свою удивительную “предупреждающую” атаку, – Курияма раскрыла все секреты Минегеши Майи.

– Если ты всё понимаешь, так не подходи!

– Вот только ты сама не в силах поднять оружие на того, кто даже не сопротивляется.

– Дура! – сереброволосая девушка буквально застыла.

– Как только, угнетаемый человек получает возможность изменить свою жизнь, неудивительно, что он пытается избавиться от источника своей обиды. Но ты ведь на самом деле боишься бурлящей злобы, живущей внутри тебя, – будто не задумываясь произнесла Курияма.

Прозвучал глухой выстрел.

Выпущенная пуля пролетела над левой рукой Куриямы. Похоже пуля и не должна была попасть в цель, лишь запугать. Минегеши Майя слегка затряслась.

– Акки, я больше не могу на это смотреть.

– Потерпи. Дай ещё немного времени Курияме!

– Не хочу распинаться, как Мицуки, но если это связано отсутствием у тебя инстинкта самосохранения, то когда-нибудь из-за тебя кто-нибудь погибнет, Акки. Запомни мои слова, ты об этом ещё будешь жалеть.

В момент нашей с Хироми ссоры, Курияма вплотную подошла к сереброволосой девушке.

– Раньше я терпела всё это в одиночестве, но теперь у меня даже нет сил сдержать слёзы, – Минегеши Майя дрожала, как маленькое дитя, в объятиях Куриямы.

Мне наконец удалось успокоить Хироми. Спустя время сереброволосая девушка заговорила:

– Если не поторопимся… небо упадёт.

– Небо... упадёт? – переспросил я, хотя и у моих друзей на лицах, будто нарисовались вопросительные знаки.

– Моя роль была в том, чтобы… как это сказать… поднять шум… выманить членов Насе и иже с ними с их территории… небо упадёт… я слышала такую фразу… но не знаю, о чём это.

– Нас волнует только то, какую роль в этом плане играют Кусуноки Укё и Эйсуй Кикё. Ты имеешь хоть какое-то представление, что они должны будут сделать? – Хироми задал вопрос; он как всегда невыносим.

– Подвал… ведёт за пределы фабрики… там будет проход, где можно выйти. Если вы… если вы хотите их найти… идите туда…

– Серебряный бешеный пёс совсем потерял боевой настрой, – констатировал Хироми.

Судя по всему, он намеревался доверить девушку ассоциации.

– Ты же поможешь мне спасти Мицуки? – обратился он к Курияме.

– Конечно. Поторопимся!

Четвёртая глава

Готовый перевод 境界の彼方 / За гранью: Том 2. Четвёртая глава

Судя по всему, информация от Минегеши Майи была правдивой. Кусуноки Укё и Эйсуй Кикё мы нашли в подземном тоннеле под фабрикой. Первым заговорил Хироми. Он был зол, что даже вены на его лице налились кровью.

– Где Мицуки?

– Спрашиваешь? Надеешься, что она ещё жива?

– Вы продумали такой хитрый план, что точно не избавились бы от такого ценного заложника в одночасье. Она жива, ведь вы точно посчитали её ценным заложником, – произнёс красивый потусторонец, стискивая зубы на каждом слове.

– Если вы пообещаете безопасность Мицуки, то я прощу грубость, которую имел с вашей стороны до сих пор.

– Ты боишься серьёзного боя? – произнесла напарница инспектора.

– … ты … – Хироми перевёл взгляд на девушку в чёрном кимоно.

– Похоже, что высшее руководство ассоциации смотрит сквозь пальце на то, что Насе скрывают у себя йому. Но я не спущу вам это с рук.

– Тогда тебя ждёт провал.

– Будь терпеливее. Ты ведь хочешь увидеть свою ненаглядную сестрёнку? – инспекторша в кимоно указала на дверь сзади. – Она заперта на складе. Если хочешь её спасти, то придётся победить нас.

– Вот так. Вы верно думаете я побоюсь драться здесь в полную силу. Как бы не так. Да я разнесу это место вместе с вами. Так что будь готова.

Вся эта словесная перепалка навела меня на интересную мысль. Особенно слова Эйсуй Кикё.

– Не биться в полную силу, потому что могут пострадать заложники – умно. Сразу видно, что они это планировали, – тихо высказалась, стоя рядом со мной.

– А тебе не кажется, что они блефуют?

– Что ты имеешь в виду?

– Ну, это спектакль. Они говорят будто заложники находятся на складе рядом, но мы ведь не знаем наверняка. Может они уже мертвы, и, когда мы откроем дверь, то найдём лишь два бездыханных тела?

– Семпай… У тебя плохая привычка. Ты постоянно думаешь о плохом.

– Нет, я просто предположил, что может быть.

– Но ты же не предположил хорошего исхода, потому что уже настроен пессимистично, верно?

По какой-то причине она решила пообвинять меня именно сейчас.

– В любом случае, на нельзя разделяться. Те ведь понимаешь?

– Конечно.

Мы с Куриямой закончили говорить, и я решил поделиться тем, что знал.

– Я не знаю способностей мечника, но кое-что знаю про ту в чёрном кимоно.

– Знаешь? – красивый потусторонец повернулся на меня с удивлённым видом.

– Не то чтобы точно. Она может каким-то образом менять силу тяжести предметов и живых существ.

– Хм. Мирай-чан, можешь взять на себя Кусуноки? Я займусь Эйсуй Кикё.

– Хорошо, – ответила миниатюрная девушка и сняла украшение с левой руки.

В руках Куриямы материализовался тёмно-красный клинок. Он был короче, чем меч в руках мужчины, но у девушки не было ограничения по дальности поражения. Он не в силах противодействовать проклятой крови, которой так боится большинство потусторонцев.

– Давай, нападай.

– Неужели ты хочешь драться со мной?

– Я хочу справедливости.

– Если под справедливостью ты имеешь в виду: “Йому – зло, потому что они существуют”, – то я не приму такую справедливость.

– Это так думают в клане проклятой крови?

– Нет! я просто хочу чтобы каждого рассматривали индивидуально!

– Мне всё равно. Мне всё равно, что ты хочешь!

Инспектор встал в боевую стойку и взялся рукой за рукоять своего меча. Он быстро оборвал разговор и приготовился к бою. Оценить в чём он силён, а в чём слаб довольно трудно на внешний вид. Было бы даже опасно так поступать.

– …

Курияма тоже приняла стойку. Возможно, она подумала, что оказаться без защиты в этом бою чревато. Наверное они оба потусторонцы, специализирующиеся исключительно на атаке. Это значит, что их клинки могут схлестнуться уже через мгновения.

– И почему я не показала тебе свой козырь с самого начала? – миниатюрная девушка слегка поддеть противника.

«Неужели она забеспокоилась размером вражеского оружия?» – подумал я.

– Покажи тогда. Я не люблю сюрпризов, – ответил инспектор.

Если подумать над словами Кусуноки Укё, то он не любит разнообразие чужих техник, способностей и приёмов.

– Вот, смотри.

Кровь из раны на её левом запястье полилась по ладони на клинов, изменив его длину и уравняв с размером меча противника. Получившуюся махину миниатюрной девушке пришлось взять обеими руками. Сейчас должен был начаться бой. Мне оставалось лишь наблюдать, затаив дыхание.

– Не удивила.

– …

Курияма подняла клинок, поставив руки чуть правее лица. Это хассо. Одна из основных стоек кендо. Хотя из такого положения легко отвечать на атаки с любого направления, слабым местом является прореха над левой рукой, очевидная даже для такого дилетанта, как я. Инспектор с ударом оттолкнулся от земли и быстро сократил расстояние.

– Цветок лотоса.

От слов заговора под ногами Кусуноки Укё появляется магический круг с узорами в виде лотоса. Его лепестки тут же разлетаются в стороны, сопровождая всё вспышкой. Почти зажмурив глаза от вспышки девушка всё же отреагировала на выпад со стороны мужчины. Инспектор старается совершить ещё один удар мечом.

– Полёт птицы.

Курияма избегает внезапного удара от противника, что очутился у неё за спиной, уклонившись вперёд, затем запрыгивает на руку инспектора и делает полное сальто назад, чтобы оказаться у него за спиной. Прыжок в воздухе длился достаточно долго, но пикантный видок показался лишь на мгновение в конце. Конечно, если бы я наблюдал за битвой сверху, это был бы другой разговор.

– Перегруппировка.

Инспектор в кимоно, получив ответ на все свои атаки, вернулся в изначальную стойку. Судя по всему, не просто так. В следующий момент появляется узор крыльев птицы. Происходит что-то вроде бурной химической реакции. И во все стороны разлетается ударная волна.

– Сейчас!

Курияма удивлённо раскрывает глаза. Я не сильно разбираюсь в приёмах бойцов ближнего боя, но это не сильно нужно для понимания ситуации. Почти рефлекторно я прокричал, о чём додумался.

– Не связаны ли узоры с его техникой меча?

И правда, его духовные силы разительно отличаются от тех, которые я видел ранее. Обычно потусторонцы использовали в паре с мечом пламя, лёд или молнии. Кусуноки Укё же призывает странные магические пентаграммы, вызывающие различные эффекты. Я никогда не видел чего-то подобного.

– Ты прав. Это способности меча, которые я активирую техниками.

Инспектор дьявольски улыбнулся после пояснения. Траектория его меча изменилась и очертила полукруг на полу.

– Фестиваль ветра.

Новый заговор вызвал пентаграмму серповидной формы. Воздушное лезвие зацепило Курияму. Я незамедлительно помчался к ней. Возможно перед атакой инспектор и не видел перед собой полу-йому, но, когда он её уже совершил, перед ним оказался я и принял удар на себя.

– Семпай!

Миниатюрная девушка рванула в атаку, не обращая внимания на свою рану и порванную одежду. В тот же момент инспектор, вернувшись в стойку, бросил какие-то предметы. Я попытался уклониться, но было бесполезно.

– Ты мешаешься. Уйди.

Тёмно-красный клинок парировал одно из метательных оружий противника, издав пронзительный металлический звон. Но одно из них разрезало мою левую щёку, зацепило за руку и отбросило к стене позади. Всё оказалось ещё хуже, чем мне показалось сначала. Моё левое запястье оказалось прибитым к стене сюрикеном. Мне потребовалось некоторое время, чтобы понять, что вытащить его будет не просто.

Битва между Куриямой и Кусуноки Укё разразилась с новой силой.

– Отлично.

Я посмотрел на то, как идут дела у Хироми. Совсем недале он вёл ожесточённую битву с девушкой в чёрном. Хотя у них не было оружия как такового, их приёмы завораживали. По сравнению с сражением Куриямы и Кусуноки Укё на мечах, битва Хироми и Эйсуй Кикё была похожа на битву двух магов.

Паря над землёй, девушка в чёрном смотрела сверху вниз на красивого потусторонца. Изменив угол наклона своего зонта, девушка изменила силу тяжести около Хироми, от чего пол вокруг него вдавило вниз. Кажется, клетке удавалось свести на нет способности Эйсуй Кикё.

Девушка сложила зонтик и начала падать вниз. Конечно, она стала в несколько раз тяжелее, поэтому её атака должна была быть разрушительной силы, но Хироми спокойно поднял правую руку и принял удар. Вокруг всё затряслось, как при землетрясении.

– Я тебя ненавижу!

Эйсуй Кикё ударила ногой. Конечно, её удар не достиг цели, потому что его заблокировала клетка. Девушка снова взмыла в воздух, изменив гравитацию. Красивый потусторонец взмыл вслед за ней. Его прыжок был за гранью человеческих возможностей, и, казалось, Хироми должен был настичь свою цель, но поскольку девушка в чёрном это предусмотрела, то заранее изменила свою траекторию.

– Поздно! – гневно прокричала девушка и вновь изменила гравитацию.

По полу пошла трещина. Хироми приземлился и прокричал мне:

– Акки, оставь бой на нас с Мирай-чан. Лучше проверь, что с Мицуки!

– Хорошо!

Однако я не мог вытащить сюрикен, которым был прибит к стене. Он был вбит не намертво, но я всё равно не мог что-либо с ним поделать. В любом случае, я единственный, кто здесь может спокойно покинуть поле боя. Мне было необходимо что-то предпринять. Я сделал глубокий вдох, чтобы собраться с мыслями и изо всех сил выдернул руку.

-М-м-м-м-м-м-м-м! – сжав зубы промычал я от жгучей боли.

Я стёр пот со лба и побежал, терпя невыносимую боль, на склад, где должны были сидеть заложники. Там оказались связанная по рукам и ногам Мицуки и Шиндо Аяка, лежащая на полу. Я подбежал и вынул верёвку изо рта черноволосой девушки. Дрожащим голосом она тут же поинтересовалась у меня:

– Акихито… что случилось… с твоей рукой?

– Мне кое-что мешалось… совсем немного… и пришлось с мясом вырвать руку.

– Я не думала… что ты так… будешь жертвовать ради меня.

Со слезами на глазах я заявляю Мицуки:

– Не только Хироми рискует собой ради тебя, Мицуки! Даже я не мог стоять в стороне, когда всё приняло такие обороты!

– Прости, Акихито… Я не понимаю, о чём ты.

– Я не могу позволить делать инспекторам, что вздумается, – сказала, лежащая на полу, девушка в кимоно.

Я испугался от неожиданности и бросился к Аяке.

– Аяка, так ты в порядке!

– Зачем так громко… я и так тебя слышу.

Аяка, кряхтя подняла туловище и вынула из груди что-то вроде грецкого ореха. Она сжала его, разломив скорлупу, и съела находившуюся внутри мякоть. Она совсем другая, не такая как остальные потусторонцы.

– Я не заметила, что потеряла сознание… это было заклятье… возможно, я приду в норму.

– Ты можешь двигаться?

– Чтобы полностью восстановиться может понадобиться около пяти минут.

– Чёрт… Курияма быстро выдыхается, у неё не будет столько времени. Точно. У тебя нет какого-нибудь оружия?

– У меня нет оружия… но могу кое-что попробовать.

Потусторонка произносит слова на непонятном языке. Из появившегося магического круга появляется существо похожее на младшую сестрёнку. Нет особой нужды описывать его, оно было вовсе не милым.

– Что это?

– Это йому паразит, который живёт за счёт поглощения энергии хозяина. Он не реагирует на обычных людей, но ты, Камбара, ведь сможешь его приручить.?

– Подожди, ведь моя способность к регенерации уменьшится, если уменьшится таинственная сила?

– Зато пока ты не исчерпаешь весь запас, этот йому будет сражаться на твоей стороне. Если силы закончатся, то он нападёт на тебя. Но ведь таким образом ты сможешь выиграть пять минут, правда?

– Хорошо, есть ещё что-то что мне надо знать?

– Да, нет. Просто съёшь это, прежде чем уйти.

– А это что? – поинтересовался я о белом фрукте, врученным мне Аякой.

– Этот плод отделит тебя от твоей йому-половины. Если ты исчерпаешь свою таинственную силу, то регенерация не сработает, и ты умрёшь.

– Ты какие-то страшилки рассказываешь.

– Но ты ведь к этому готов? – с хитрой улыбкой произнесла потусторонка.

Я посадил младшую сестрёнку на правую руку. Моя левая рука уже начала приходить в норму.

– Мицуки, если они попытаются взять Аяку в заложники – кричи.

– Поняла. Что-нибудь сделаю.

Когда я вернулся на поле боя, йому сидящий у меня на плече, превратился в большое кольцо, видимо почувствовал опасность.Я поверил в сказанное Аякой и ворвался между двумя бьющимися потусторонцами.

– Ты встал у меня на пути, и я не прощу тебя.

– Семпай, уйди, пожалуйста, – нахально произнесла Курияма, несмотря на то, что вот-вот потеряет сознание. На неё было невыносимо смотреть: она вся была в ссадинах и ранах. Мне было всё равно на е упрёки, поэтому я заявил.

– Сегодня я буду драться.

– Ты решил меня позлить?

– Это я тут должен злиться! Не надо взваливать всё на себя одну! Иногда стоить просить о помощи!

Прежде чем я успел закончить, Кусуноки Укё замахнул меч на меня. Чтобы защитить хозяина, кольцо у меня на руке отбило удар. Ещё несколько быстрых атак, и все отбиты.

– Понятно… у тебя был йому-паразит?

– А ты сразу не понял?

– Очень интересно, как долго ты продержишься.

Кусуноки Укё тут же обрушил на меня шквал рубящих ударов. Я почувствовал лёгкую слабость, вероятно из-за повышенного потребления моих таинственных сил. Хотя на меня не нападали напрямую, держаться на ногах было трудно. Разве не прошло уже пять минут с момента, как я покинул склад? Я посмотрел на девушку, которой идут очки. Я не мог больше стоять и упал на колени, но я не мог упасть в её глазах.

– Сегодня я хочу быть тем, кто защищает девушек в очках!

Может йому ответил на мои эмоции? Кольцо превратилось в нагинату, выбило меч у Кусуноки Укё из рук и направило лезвие на горло упавшего инспектора.

– Ты можешь ненавидеть йому, но что если ты сможешь с ним подружиться? С йому, который говорит человеческим языком, как Аяка, например.

– Ахахахахахахахахахахахахахахахахахахахахахахахахахахаха! – Кусуноки Укё внезапно прервал смех и сделал серьёзное лицо. – Мои родители были съедены йому, который умел общаться. Он убил мою мать прямо на глазах у отца, который молил его: “Пожалуйста, оставь в живых моих детей и жену.” Вы йому… у вас нет права меня поучать.

– …

Я не мог ничего сказать в ответ. Не я единственный оказался в ловушке собственного прошлого.

– Мне не нужны твои печальные истории.

Появилась одетая в кимоно потусторонка. Она выставила правую руку вперёд и прочитала заклинание на неизвестном языке. Вокруг её руки появился алый магический круг.

– Цветок феникса, поглоти духовную силу!

Магический круг откликается на зов. Из него начинает стремительно произрастать плющ и обвивать двух инспекторов. Вскоре растение распустилось красивыми цветами. Это продлилось всего несколько секунд, и цветок феникса исчез.

– Ммм.

– Это… это я сделал?

Они не знали что произошло, их лица были будто их кто-то обманул.

– Ты что устроил?

Красивый потусторонец с подозрением посмотрел на девушку в чёрном. Чтобы уменьшить нагрузку на своё тело, я белый фрукт и отделил себя от йому.

– Это не так. Это желание которое реализовалось в заклятии.

– Это как?

– Ты хочешь сказать, что Кусуноки Укё и Эйсуй Кикё воспользовались своим желанием подчинить йому? – потусторонец, который был более конкретен, задал вопрос.

– Так вот, что это.

– Чёрт! Ты хорошо постарался.

Хироми ударяется об стену и искажает выражение лица. Была предпринята попытка превратить инспектора в вдохновителя, но все вернулось к началу.

– Пожалуйста, скажите что здесь случилось, – Мицуки выскочила со склада, держа мобильный телефон в руках.

– Сейчас не время для этого!

– Но я хочу знать.

Из динамика телефона донёсся голос Ичиномии:

«Почему Минегеши Майя, которая всё время пряталась, вдруг начала двигаться? Я наконец поняла причину. Думаю, она хочет пробудить йому, который появляется в конце затишья».

– Пробудить йому? – повторил красивый потусторонец.

«Ходят слухи, что йому высокого класса поселился в месте, где произошла катастрофа. Вообще, есть очень странная связь между крупным стихийным бедствием и окончанием затишья. В общем, по окончании затишья йому обычно становятся более раздражительными, чем обычно, поэтому вышеупомянутый йому, который, кажется, находится в спячке, будет неистовствовать, если его как следует раздражить».

– Это имеет отношение к фразе “Небо упадёт”? – поинтересовался я.

«Да. во многом. Есть йому высокого класса начнёт буйствовать, то бедствия не избежать. Во время его буйства небо покроется тучами и будет темно как ночью, так и днём. Это явлению называют “падением неба”».

– Что за чертовщина!

– А… какого… и что нам делать?

Ичиномия спокойно ответила на наши с Мицуки тревожные вскрики:

«Единственный вариант – не дать разбудить йому высокого класса».

– Вы можете определить место, где находится этот йому? – поинтересовался Хироми.

После недолгого молчания из динамика доносится ответ:

«Если моя духовная способность не обманывает и нет электромагнитных помех, то я признаки его присутствия идут напрямую с фабрики, где вы сейчас находитесь».

Ситуация тут же обернулась в худшем из возможных вариантов.

Падение неба.

Оно происходит, когда просыпается йому высокого класса. Сейчас единственная контрмера этому – не допустить его пробуждения. Получается, что для нас это будет снова битва со временем? Кому вообще выгодно подобное? Он же будет рушить и убивать всех кого увидит, без разбора.

– Вы же знакомы с Минегеши Майей? – властно спросил Хироми.

– Позвольте я скажу за господина Укё, – вызвалась Эйсуй Кикё. – Конечно, она беглянка, за которой следит даже генеральный инспектор, так что мы знакомы с ней в рамках её дела, но о каких-либо глубоких отношениях, предполагающих заговор, и речи не идёт.

– Что? Значит… это не вы вместе с ней?

Было видно, как со лба Хироми скатилось несколько капель пота. Ситуация, которая казалось была почти под его полным контролем, оказалась в абсолютно бесконтрольном состоянии.

– Вам, инспекторам, следует вернуться в ассоциацию и готовиться к худшему! Мицуки, ты можешь сопроводить их, чтобы удостовериться, что они не сбегут?

– Так не пойдёт. Мне не нравится, что ты ограничиваешь меня в самом интересном.

– Это не тот случай. Тут не получится прохлаждаться!

– Ты даже не мог связаться со мной по мобильному. Это ты тут только и прохлаждаешься!

– Конечно… я понимаю. Но тебе стоит быть подальше от этого места.

Хироми хотел, чтобы Мицуки оказалась как можно дальше от фабрики. Иначе ему пришлось бы всё время оберегать свою сестру, а не заниматься действительно важными делами. Те, кто должны были сопровождать инспекторов ушли.

– Это чёрный ход для побега?

– У меня плохое предчувствие.

Мы шли по дороге к поверхности. В конце путь нам преградили два силуэта.

– Э… что? – удивилась Курияма, увидев Минегеши Майю вместе с Фудзимой Мироку.

Казалось, она была готова к новому сражения, даже не оправившись после предыдущего. Я не мог просто стоять и смотреть на её потуги.

– Курияма.

Я схватил девушку за руку и потянул за собой, небрежно пытаясь сократить расстояние с новыми гостями. В сложившейся ситуации, нем не следовало подходить слишком близко. Курияма не выдержала и начала жаловаться:

– Почему ты это делаешь?! Почему… Я же даже просила тебя… Что на тебя нашло?! Ты не делал так раньше, так почему решил всё поменять именно сегодня?!

– Курияма! – ещё более жёстким тоном я назвал миниатюрную девушку по фамилии.

Помимо непонимания чувств Курияма, я испытывал некую симпатию к выбору Минегеши Майи.

– Я не слышу твоего голоса.

Курияма Мирай в детстве подружилась с Масиро Юто и счастливо жила вплоть до инцидента с Инами Юи два года назад. Но нынешняя жизнь начала выводить яд из её сердца. Тьма в её сердце потихоньку начала исчезать.

Например, меня приютила около года назад семья Насе. Я думал, смог немного понять Минегеши Майю, потому что чувствовал себя похоже до того, как это случилось. Но возможно я ошибался.

Зачем вообще вмешиваться в чужие проблемы?

Может не надо идти на поводу у чувства справедливости.

Не имеет значения, что скажет третья сторона. Мы искали способ выйти из сложившейся ситуации, а не просто тупую драку. Поэтому я не хотел ставить под сомнение решение, принятое сереброволосой девушкой.

Думаю, ммне просто хотелось это признать.

Меня спас Фудзима Мироку, а не кто-то другой.

Другие мне кажутся более плохими вариантами, чем он.

Это немного странный вывод, но его нельзя отрицать.

– Это ведь правда, что к тому взрыву был всё-таки причастен человек из Масиро?

– Хе-хе-хе, – стильный инспектор слегка усмехнулся и разразился улыбкой.

– Когда я рассказал ему о своём плане, он очень быстро согласился. Думаю, он уже давно точил зуб на клан Насе. Конечно, тогда я не думал, что этот взрыв вдруг окажется именно тем самым спусковым крючком для моего плана

– Вы воспользовались привилегиями инспектора, чтобы позволить Масиро учинить взрыв?

– Может быть это в конце концов сделал бы кто-нибудь другой, даже если не я. Само существование клана проклятой крови мерзко. Всегда найдётся кто-то, кто убьёт другого потусторонца, чтобы заработать себе репутацию. Нас около пятидесяти тысяч. Чтобы сохранять гармонию, необходимо кем-то жертвовать.

– Но вы ведь творите то же самое. Разве нет?

– Я?!!! – разразился гневом Фудзима Мироку.

Кажется, в тот момент я понял как именно действовал всё это время инспектор.

– Разве вы не пытались использовать в своих целях беззащитных, мягких и податливых людей, как Минегеши Майя или Курияма Мирай, чтобы зацепиться за тех, кто просто так вам этого бы не позволил?

– Ты… Да что ты знаешь, щенок?! – глаза инспектора налились кровью от ярости; он был взвинчен не на шутку.

– Сегодня всё закончится. Этот долгожданный момент. Когда он наступит, я не буду сожалеть ни о чём. Если небо упадёт, то доверие к Насе Изуми будет потеряно навсегда.

Падение неба – название катастрофы, которая происходит во время пробуждения йому высшего класса.

Но к чему должна привести потеря доверия к Насе Изуми?

– Зачем тебе Изуми?

– Стереть Насе Изуми в пыль – вот моё истинное желание. И сегодня я воплощу его в жизнь.

– И ради этого вы низвергнете небеса?

– Я очень долго к этому готовился.

– Что за глупости! Даже если вы это сделаете, то не сможете отомстить моей сестре Изуми!

– Время Насе будет окончено.

Как глупо.

Его ненависть ничем не заглушить.

Даже интересно, что такого случилось, что он так ненавидит госпожу Изуми.

– Господин Мироку, – с грустным видом обратилась к инспектору сереброволосая девушка.

Эмоции, читаемые на его лице, в его глазах, по ним всё стало понятно. Ненависть – не единственная причина, по которой он не остановится на пути к своей цели.

– Вы любите… её?

Если так, то эту непреодолимую одержимость легко объяснить. Даже если любовь обратится ненавистью, чувства никуда не денутся. Не так легко освободить свой разум, попавший в такую ловушку.

– …Замолчи…

Эти слова были необязательны.

– Этот мир очень несправедлив. Например, когда я ехал на поезде с Хироми, все старшеклассницы вокруг только и шептались о нём: “Какой красивый парень”. Или вот если я вдруг захочу надеть очки, то никто ничего мне не скажет. Но если я захочу надеть очки на девушку, то меня тут же заклеймят извращенцем. А кто-то и вовсе заявит, что я растлитель, и вызовет полицию, – я сделал паузу и продолжил. – Даже у Нино, у которой прекрасная внешность, большой заработок, даже у неё всё в жизни не так, как хотелось бы. Тем не менее, она твёрдо смотрит в будущее и смело встречает все испытания судьбы. А вы зря тратите свою жизнь на месть. Вы посмотрите на людей, которые искренне беспокоятся за вас. Но вы ведь их даже не замечаете. Вы смотрите только в одну сторону. Пора это прекратить! Ваша узколобость точно раздражает всех! Не стройте себе иллюзии по поводу Насе Изуми! Посмотрите лучше вокруг! – я сделал глубокий вдох. – Вы просто круглый идиот!!!

Тут же раздался пронзительный выстрел.

Жгучая боль прошла по моему левому бедру. Я рухнул на землю. Фудзима Мироку сказал, тыча мне в лицо:

– Кажется, сейчас тебя можно убить, но я не буду делать это сию минуту. Я должен заставить тебе выполнить кое-что для меня. А потом ты умрёшь, и никто не поможет тебе.

– Чёрт… что… тебе надо?

– Ты должен будешь узреть мою ярость и ненависть к клану Насе.

Мы все начали корчиться от боли. Голову будто вскрывали огромным зубилом. Даже Хироми не избежал этой участи. Он дико кричал:

– Прекрати-и-и-а-а-а-а-а-а-а!

– Майя, убей тех двух девушек, – холодным голосом скомандовал Фудзима Мироку.

– …

Сереброволосая девушка безразлично посмотрела на Фудзиму Мироку.

– Не волнуйся. Мне потребовалось время, но я нашёл способ, чтобы ненадолго нейтрализовать клетку Насе. Мы с этим разбираемся лишь из-за неудачи Укё и Кикё. Не заморачивайся с незнакомцами.

– Но это не тот случай… Зачем нам их убивать?

– Почему тебя это волнует? Просто следуй моим приказам, как обычно.

– …

– Давай, избавься от них уже скорей! – закричал стильный инспектор, показывая своё истинное лицо.

Я попытался сконцентрироваться, взявшись за голову. Мицуки и Курияма, хотя и были совсем недавно растеряны, уже приготовились к бою.

– Господин Масиро… я не буду выполнять ваш приказ.

– Я же сказал: убей их.

– …

Минегеши Майя поднялась на несколько ступенек, отступив от инспектора и показав свой отказ. Мицуки и Курияма тут же приободрились. Сереброволосая девушка обернулась, она пистолеты повесила пистолеты на пояс.

– Только сегодня… но я не буду выполнять ваши приказы, господин Мироку.

Напряжение в коридоре ослабло. Наверное каждый думал уже о мирном решении конфликта.

– Майя, среляй!

Пуля со свистящим звуком оглушительно пролетела мимо меня.

Будто забыв сопротивляться гравитации, тело миниатюрной девушки плашмя упало на землю. Это было настолько неожиданно, что мне потребовалось немного времени, чтобы осознать произошедшее.

– А… как… как это произошло?

Минегеши Майя вся тряслась. Возможно она стреляла бессознательно. Я не знал, как так могло быть, что здесь сработало, но одно было понятно точно: единственный, кто мог спровоцировать этот непреднамеренный выстрел – это Фудзима Мироку.

– Акки!

Я услышал голос Хироми откуда-то издалека. Моё сознание начало слабнуть и я не понимал ни направления, ни расстояния. Последнее, что я помню, это рыдающую сереброволосую девушку.

◇◇◇

Мной завладело желание разрушать. Только разрушать.

– Г-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о!

От моего тело исходило всё больше дыма по мере того, как оно изменялось. Этот дым – смертельный яд для обычных людей. От обычного замаха рукой в такой форме исходит ударная волна. Она заставляет гнить и разлагаться всё, что встретит на пути. Унаследованная от отца таинственная сила лишь подстёгивала мою свирепость.

Я полу-йому и обычно живу и предстаю перед людьми в своей более человеческой форме. Это же – моя более близкая к йому форма.

Это я и не я одновременно.

Хотя я помню всё, что происходит в этом состоянии, у меня нет воли решать, что делать: даже пальцем не пошевелить.

Это моя настоящая личность, о которой я не хотел, чтобы хоть кто-то знал. Она к тому же забирает на себя все негативные эмоции, от чего я чувствую себя очень умиротворённо. Я будто оказываюсь в месте, где расслабляюсь и забываю о всех беспокойствах, об одиночестве, будто лежу в утробе матери.

– Г-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о!

Как зверь, я начал своё действие, я разрушал. Фудзима Мироку был со всей силы впечатан мною в стену. Он кричал от боли. Но потом выражение еего лица было неожиданно – ненависть. Он был рад, что смог достичь своей цели.

– Хе-хе-хе… грандиозная ярость.

– Камбара, Мирай-чан в порядке.

Потусторонка в кимоно, помогла миниатюрной девушке залатать бок, с которого капало немало крови. Однако Хироми понял, что слова не помогут и поставил вокруг меня корабль, пытаясь сдержать моё тело, всё больше обращающееся зверем.

– Всё уходите! Я не смогу долго его сдерживать!

– Г-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о!

Я слышал его, но не мог ничего поделать с собой. Реакция всех, кому было велено, была очень замедлена. Мицуки кажется обо что-то зацепилась, Минегеши стояла на коленях, она была растеряна, будто потерялась. Жизнь Куриямы, похоже, была спасена, но раны не были излечены полностью, и она изо всех сил пыталась просто встать.

Тем временем Аяка произнесла некоторое заклинание, и из тёмного магического круга на земле появилось щупальце. Оно схватило меня за ноги, не давая разрушить клетку.

– Эй… может поможешь нам?

– Нет. Я просто хочу лично помочь Камбаре.

– Больше чем низвергнуть клан Насе?

– Я не знаю. Я просто не хочу ни о чём сожалеть.

Члены семьи Насе очень сильные. Шиндо Аяка тоже. Но даже силой двух потусторонцев мою йому половину остановить было невозможно.

– Г-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о.

Я изо всех сил напряглся, чтобы разорвать щупальце, а после разрушил клетку. Хироми и Аяка были отброшены ударом от разрушения барьера. Они оба улетели и ударились о стену.

– Если бы я только мог предугадать… кого они хотели призваить… может всё обошлось бы...

– Если у тебяя есть время на нытьё, то бери Мицуки, Марай и беги прочь.

Красивый потусторонец поставил новую клетку, чтобы ещё ненадолго удержать меня.

– Хе-хе-хе… Я победил! Я лучше, чем Насе Изуми!

Фудзима Мироку расплылся в бесстрашной улыбке, будто он уже совсем поехал головой. Ему всё равно, что упадёт небо. Насе Изуми придёся взять ответственность за подопечного клану йому. Нет сомнений, что только на это он и надеялся.

– Тупой… ублюдок… мразь!

– А-ха-ха-ха-ха, справедливость торжествует. А справедлив тот, кто выживет.

– Каккой же ты отвравительный.

Как только этот разговор закончился, на месте происшествия появилась красивая высокая женщина, удивив всех своим присутствием. Элегантным движением руки Насе Изуми поправила чёрные волосы, открыв своё лицо.

– Как глупо считать, что такие трюки  пройдут с кланом Насе. Я постараюсь сделать всё возможное, чтобы остановить его.

– Ты… как ты, чёрт возьми, здесь оказалась, – оскалился Фудзима Мироку.

Насе Изуми посмотрела на своего младшего брата и улыбнулась.

– Хироми, ты сделал всё, что мог. Всё в порядке. Теперь мой черёд.

Я почувствовал, что на моё тело подействовало очень сильное давление. Раненый инспектор улыбнулся. Он вцепился в свою рубашку, набрался сил и громко рявкнул:

– Сволочь!

– Не желаю слышать оскорблений от того, кто не пытается защитить границу с потусторонним миром.

– Я стал инспектором только из-за тебя, Насе Изуми. Только чтобы стать поближе с Насе Изуми… когда Насе Изуми сама стала бы инспектором. Но все мои надежды обернулись прахом… Все мои чувства Насе растоптала… Наплевала на них… Ты даже не можешь понять, как мне было больно!

Фудзима Мироку берёт пистолет, принадлежащий Минегеши Майе и направляет его на женщину.

– Пуля в этом пистолете способна пробить ваш хвалёный барьер.

Даже если Изуми и слышала его слова, она не обратила внимания.

– Жаль, что я видимо не застану крах знаменитой семьи. Умри!

Инспектор выстрелил, но пули даже не попали по клетке. Насе Изуми мгновенно сократила дистанцию и нанесла удар ногой с разворота, прямо как Нино. Она попала инспектору в голову. С ошеломляющей скоростью черноволосая красавица наносит второй удар локтём. От такого Фудзима Мироку падает на месте.

– Кто теперь здесь справедливость?

Инспектор лёжа вытер кровь с губ тыльной стороной ладони и  пошатываясь встал. Его переполняла злоба и ярость.

– Насе… Изуми… ты, наделённая недюжинным талантом, не поймёшь моих чувств. Независимо от всех моих достижений, высшее руководство ассоциации не признаёт меня. Зато они смотрят в сторону говна Насе, просто потому что вы владеете клеткой… Пока вы существуете… я… я… вашу мать… останусь в тени!

Насе Изуми смотрела на покачивающегося инспектора, как на стенку. Через некоторое время она произнесла величественным тоном:

– Вот и ответ, почему тебя не ценят. Потусторонец – это не тот, кто гонится за должностью получше. Это тот, кто показывает результат. Иначе какой из него боец.

– Вот ты глупая. Ассоциация отвернётся от вас, и тогда у вас не получится жить в мире потусторонцев!

– Ты обычная шавка, которая рычит на слабых и трясёт хвостом перед сильными.

– Заткнись!

Инспектор нажал несколько раз на спусковой крючок и выстрелил оставшимися пулями. Все они были отражены барьером клетки. Даже пули, разбившие клетку Хироми, не сработали с тем, который создала Насе Изуми. Может в этом была какая-то другая причина, но мне думается, что способности этой красивой женщины были на совершенно ином уровне.

– Я устала слушать тебя, идиот.

– Насе… Изуми… Я тебе всё припомню.

Фудзима Мироку бросил пистолет на землю и вынул из внутреннего кармана пиджака авторучку. Он обхватил её обеими руками и добавил:

– Это крупнокалиберный пистолет, существующий в другом мире, в котором клетка тебя не спасёт.

Ручку объяли небольшие электрические разряды. Яркий свет обволок её, и после пишущий инструмент поменял свою форму. Я думал, что привык к физически невозможным явлениям, но даже тут не смог скрыть своего удивления.

– Что… это?

– Он изменяет материю с помощью внушения. И это проблема. Он применяет очень сильные техники и заклинания лишь бы достичь своей цели.

– Не нравится мне такое!

Появившийся, чёрный как смоль пистолет дал огонь. Пуля летела прямо в Насе Изуми, но прежде, достичь цели, она поменяла свою траекторию, как будто отскочила.

– Чёрт! Чёрт! Чёрт!

Крича, Фудзима Мироку нажал на спусковой крючок созданного пистолета ещё несколько раз. Однако все пули были неизбежно отражены невидимым барьером. На лице Насе Изуми нарисовалась бесстрашная улыбка.

– Это твой предел.

– Заткнись! Заткнись!

Инспектор нажал ещё на крючок, но пистолет уже не стрелял. Видимо кончились патроны.

– Твой здравый смысл признал, что нет пули, которая смогла бы пробить мою клетку. Ещё интересно явление, что в выдуманном пистолете заканчиваются патроны. Это же то заклинание, которое уничтожает любую цель за семь выстрелов. Даже оно не сработало.

– Невозможно.

– Ты убедился в ограниченностях своих способностей? Фудзима Мироку, ты не ровня мне, Насе Изуми, – утвердила черноволосая женщина.

Стало совсем ясно, что у инспектора не найдётся достаточно мощной способности, чтобы даже ранить Насе Изуми.

– Я убью тебя быстро, так что не бойся, больно не будет.

Женщина проводит перед собой правой рукой. Затем Фудзима Мироку начинает двигаться так, будто он не контролирует свои движения. Он засовывает пистолет себе в рот. Его лицо искажается от страха.

– Пожалуйста, подождите! – прокричала, внезапно пришедшая в себя, Минегеши Майя.

– Г-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о!

На этом мои воспоминания оканчиваются.

◇◇◇

– Изуми.

– Что такое?

Насе Изуми тут же отозвалась. Хотя я и так уже доставил немало неудобств, я всё же осмелился кое-что спросить:

– Есть ли возможность не убивать Фудзиму Мироку?

– А ты сама добродетель, я посмотрю. Стараешься помочь кому угодно, не обращая внимания на то, что произошло, и кем был этот человек. Ты красивый и добрый. Это ценится. Но не стоит перегибать палку. Этот презренный сделал слишком много, чтобы заслужить прощение.

– Неужели вы вообще не видите возможности простить его?

– Я ненавижу, когда меня так открыто оскорбляют. Поэтому сегодня я просто избавлюсь от этого идиота. Перестань пытаться ему помочь…

Я прервал Насе Изуми, потому что не мог дальше держать в себе:

– Я хочу ему помогать. Но Фудзима Мироку единственный, кто протянул руку помощи потерявшейся в жизни Минегеши Майе. Все просто закрывали глаза на страдания человека, но не он. Думаете, он не достоин хотя бы просто жить? По крайней мере, мне так не кажется, – я повысил свой тон и продолжил. – Фудзима Мироку должно быть герой для Минегеши Майи. Он подобно Масиро Юто для Куриямы Мирай. Он тот, кто показал ей другой путь в жизни, лучший путь в сложившейся ситуации, придал ей силы, чтобы жить. Неужели неразумно дать шанс на искупление для мужчины, который не отвернулся от девушки в беде?

– А-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха! – внезапно рассмеялась черноволосая красавица.

Вытирая слёзы левой рукой, правой она вытащила пистолет изо рта Фудзимы Мироку и бросила его мне. Я рефлекторно поймал его.

– Что сделаешь с ним ты?

Я не совершенно не понял намерения Насе Изуми. Черноволосая женщина подошла ко мне с дьявольской улыбкой на лице.

– Ты можешь доказать свою веру в слова. Сейчас в этом револьвере всего три патрона из шести, так что шансы пятьдесят на пятьдесят.

– Вы не зарядили его полностью, потому что времени не хватило?

– Их три и всё. Это вообще разве не обычная авторучка? Ты можешь проконтролировать это, с помощью своего сознания. Поэтому именно тебе решать, умрёт он или нет. Так что сконцентрируйся.

– Что? Как чёрт возьми я могу сконцентрироваться?

– Я просто испытываю тебя.

– Подождите! Почему я стал судьёй?!

– Ты же хочешь его спасти?

– Хочу?

– Если выстрелишь пустышкой, то никто не умрёт. Если выстрелишь пулей, то человек, на которого будет наведён пистолет, умрёт. Ты можешь наставить его себе в голову, и там самым точно спасти Фудзиму Мироку. Но осмелишься ли? Если направишь на меня, то будь готов к последствиям.

Это было условие, чтобы совершить судьбоносное решение. Это не выбор: я или он. В таком случае мы может выжить вдвоём. Если я выстрелю патроном, то жить будет один, если выстрел будет холостым, то выживем мы оба. Было приятно, что мне хотя бы дали шанс спасти Фудзиму Мироку, который две минуту назад был обречён.

Я узнал непостижимую злобу Насе Изуми. Я должен был проверить свою удачу. Я посмотрел на необычно тяжёлый пистолет. Пережив затишье, я смог не только понять концепцию смерти, но и почувствовать тот таинственный трепетный страх перед ней. Даже если бы я был сейчас бессмертным, то не осмелился бы выстрелить себе в голову. Сейчас я лишён части сил, и выстрел в голову мгновенно меня убьёт.

– Не заставляй меня долго ждать, – подогнала меня Насе Изуми.

Я положил палец на спусковой крючок, п поднял пистолет. Я не мог решить, куда направить его. На меня нахлынули эмоции, которые я испытывал, когда защищал Фудзиму Мироку. Я совсем запутался. Меня будто рвало на части.

– А-а-а-а-а-а-а-а-а-а! – закричал я и выпустил пистолет из рук.

Внезапно по моему лицу потекли слёзы. Я смог выговорить просьбу:

– Пожалуйста, сделайте это сами.

Черноволосая женщина подняла упавший на землю пистолет и направила его в лоб Фудзимы Мироку. Я не мог винить её в этом. По крайней мере, она предложила мне способ спасти инспектора, подразумевающий пятидесяти процентную вероятность успеха. Разве стоит благодарить её хотя бы за это?

Нет. Если ничего не сделать, то Насе Изуми будет потом с ухмылкой вспоминать мою робость. Курияма тоже постоянно борется за свою жизнь. Даже если сейчас она выстрелит в Фудзиму Мироку, то это не факт его спасёт.

– Госпожа Изуми, я должен быть целью, – заявил я, положив руку на ствол пистолета.

Насе Изуми с каменным лицом направила дуло мне в голову. По всему телу прошли мурашки. Как я решился на такое?

– Есть чего сказать напоследок?

– Вы правда дадите мне время на такое?

– Нет, я просто люблю убивать людей с надеждой на лице.

Насе Изуми нажала на спусковой крючок.

Пронзительный звук выстрела нарушил тишину. Прежде чем я осознал всю боль, мои глаза лишились зрения. Моё тело с дырой в голове оттолкнуло назад и упало на спину. Я испытывал чувство невероятного дискомфорта, потому что моё чувство пространства абсолютно нарушилось.

Это уже смерть? Я смотрел, на происходящее вокруг будто свысока. Из дула пистолета шёл лёгкий дым. Насе Изуми посмотрела на Фудзиму Мироку.

– Надеюсь ты рад, что нашёлся идиот готовый отдать свою жизнь за тебя.

– …

Стильный инспектор смотрел на мой труп. Возможно, он всё ещё был не в состоянии понять, что произошло. Черерз некоторое время сюда прибежала Курияма.

– Семпай!

Миниатюрная девушка приподняла мой мёртвое тело. Оно успело немного побледнеть и не подавало признаков регенерации. Курияма, вероятно, поняла, что это значит.

– Нет, нет! А-а-а-а-а-а-а-а!

Я теперь даже не мог как-нибудь успокоить девушку, которая кричала и плакала. Я всегда хотел, чтобы Курияма улыбалась, но в итоге каждый раз заставлял её плакать. Я бесполезен. Будь я настоящим главным героем, то непременно смог бы всё воплотить в жизнь.

– Почему… он это сделал? – выдавила сухой голос Минегеши Майя, наблюдавшая за происъодящим.

Миниатюрная девушка всё продолжала плакать, вцепившись в моё безжизненное тело.

– Наверное он не хотел быть лицемером, – предположила Насе Изуми смотря прямо на Минегеши Майю.

– Нет… это же глупость какая-то...

Сереброволосая девушка качала головой из стороны в сторону.

– Глупость или нет, а вся правда прямо перед тобой, – заявила черноволосая женщина.

– Но почему… почему он так поступил?

– Может он хотел доказать, что ты не одинока?

– Но нельзя же ставить на кон свою жизнь!

– Именно поэтому, возможно, он и поставил её. Камбара Акихито, как никто другой знал, что такое одиночество. Он всегда боялся быть отвергнутым. Поэтому уважал того, кто протянул тебе руку.

– Это неправда! Это неправда! Неправда! Неправда! Неправда! Неправда! – кричала Минегеши Майя, держась за голову руками.

Девушка не была в каком-то бешенстве. Она просто не могла поверить в правду. Она определённо пыталась спрятать свой истинный образ хрупкой и ранимой девушки.

– Я дала обещание Камбаре Акихито, и поэтому гарантирую жизнь Фудзиме Мироку и Минегеши Майе. Не тратьте время зря на понимание мыслей человека, который отдал за вас свою жизнь.

Сереброволосая девушка упала на колени. Она не пыталась сбежать. Значит, чего-то да стоил мой поступок.

– Если вы хотели проверить искренность чувств семпая, то почему нельзя было использовать незаряженный пистолет? – задала вопрос заплаканная Курияма.

– Можно было сделать и так, – Насе Изуми согласилась с доводом.

Услышав это, миниатюрная девушка аккуратно положила моё тело на землю и встала. Наружу полез гнев, таящийся в ней.

– Зачем тогда тебе надо было убивать семпая?!

– Потому что у меня плохое настроение.

– Плохое настроение?! – дико переспросила Курияма.

Насе Изуми почесала голову и ответила:

– Если честно, то меня заинтересовала одна из твоих способностей. А именно “кровь демона”. Я дам тебе шанс отомстить. Даже если я умру, мне всё равно любопытно увидеть её в действии.

– Раздражаешь, – с этими словами Курияма материализует свой тёмно-красный клинок.

Я пытался крикнуть ей, но в своём нынешнем состоянии, я не мог никак воздействовать на материальный мир.

– Если ты ещё можешь вернуть семпая к жизни, я отступлю.

– А если не могу?

– Тогда ты пожалеешь, что отняла его у меня.

– Тогда постарайся драться во всю силу.

Миниатюрная девушка направила лезвие на Насе Изуми. Она попыталась сделать удар по горлу, но его заблокировала клетка. Конечно, я ожидал, что так произойдёт, и Курияма не сможет поранить сестру Насе. Курияма не должна этого делать, это было моё решение. Как глупо получилось, я знаю.

– Можешь не подводить меня?

– …

– Я дала тебе причину, чтобы не сдерживаться, так что атакуй меня без сомнений.

– Ты убила семпая, чтобы разозлить меня?

– Ты не угадала, но было близко.

– Да… да, что у тебя в голове!

– Ладно. Ты верно думаешь, что если убьёшь меня, то Камбара Акихито всё равно не спасти. Так вот. Давай так: если ты убьёшь меня, то Камбара Акихито сможет вернуться к жизни.

– Пожалуйста, не шути так! – огрызлась миниатюрная девушка.

По руке девушки стала подниматься кровь. Форма её клинка начала искажаться.

– Так ты всё-таки решилась наконец что-то предпринять. В конце концов твои чувства к Камбаре Акихито были такими же сильными.

Эти слова окончательно отравили разум миниатюрной девушки. В этом бою сошлись двое, которых я и не мог бы никогда представить воюющими друг с другом. Глаза Куриямы горели ярко-красным светом. Возможно это ещё одна особенность представителей клана проклятой крови. Её меч трансформировался в гиганскую косу. Взявшись обеими руками за рукоять и подняв оружие, девушка выглядела, будто одержимая самим богом смерти.

– О, Боже.

Насе Изуми не испугалась, но издала счастливый восклик. Ей явно было любопытно безумное состояние миниатюрной девушки. Несмотря на все усилия, опущенная усилием всего тела коса остановилась в паре сантиметров от черноволосой женщины. Раздался пронзительный звук, как при скрежете металла.

– Твоё оружие не пробивает мою защиту. Ты так и продолжишь биться несерьёзно?

Курияма снова взмахнула косой бога смерти. На этот раз она совершила круговой удар. Разрушительная сила, возникшая при столкновении с барьером, была колоссальна. Мне даже показалось, что клетка исказилась под силой удара.

– Ну, вот. Так уже намного лучше, – с улыбкой сказала невредимая Насе Изуми.

На этом моменте моё сознание ненадолго затуманилось.

– Курияма… я в порядке.

– Сем… пай?

Курияма, стоявшая лицо в лицо с черноволосой женщиной, подошла ко мне с опустевшим взглядом. Фудзима Мироку всё ещё был в шоке. Минегеши Майя, кажется, с облегчением произнесла: “Я так рада”. Это какая-то паранормальщина, но я уже испытывал нечто подобное.

Должно быть это был “Мир грёз” доступный тем, кто владеет клеткой. Я мог бы и заметить его раньше. Вероятно, это был план Насе Изуми. Именно поэтому я до сих пор выглядел как зверь, и меня сдерживала клетка. Я передал управление своим телом другой личности, а сам в образе духа наблюдал за всем со стороны. Тем не менее, я должен поблагодарить Насе Изуми. Фудзима Мироку остался жив, и Минегеши Майе не придётся пройти через порочный круг мести.

Сколько времени уже прошло?

Похоже моё “Я” вернулось на место. Я оглянулся вокруг.

Всё уже закончилось. Бой миновал.

– Акки.

Меня окликнул знакомый голос. Хироми протягивал мне одежду. Моя порвалась, и я не мог бы появиться в общественном месте в таком виде. Когда я вновь посмотрел на красивого потусторонца, черноволосая девушка, стоявшая рядом с ним, спряталась за спиной. Очевидно, она испугалась. Когда я увидел эту сцену, эмоции, спавшие во мне, взорвались.

– А-а-а-а-а-а-а-а-а-а!

– Семпай!

Миниатюрная девушка вцепилась в меня, чтобы удержать от побега. Несмотря ни на что, её маленькая ручка крепко сжала мою. Я не хотел снова испытывать этот болезненный опыт. Моё тело, желающее сбежать, было в объятьях младшеклассницы.

Когда-то я состоял в группе из пяти очень хороших друзей. Мы очень хорошо общались и постоянно обедали вместе. Это было в середине средней школы. Я думал, что даже, когда мы поступим в старшую школу, наши отношения не разрушатся. В то время я не сомневался в будущем. Некоторые девушки знакомы с подобным. Они называют их лучшими подругами. Но моя иллюзия длилась недолго.

Однажды я спас одного из своих друзей от автомобиля на глазах у остальных. Я оттолкнул его, а сам попал под колёса. Все смотрели на то, как на мне заживают раны. Вероятно, никто не понимал, что происходит, включая водителя виновного в аварии. В тот день я так думал.

На следующий день, когда я, как обычно шёл в школу, по дороге увидел друга и окликнул его. Он улыбнулся и тепло поприветствовал меня, но потом сразу ушёл, сказав, что сегодня очень торопится. Ситуация показалась мне странной.

Мои друзья стали шептаться у меня за спиной. Они явно испугались. Это была инстинктивная эмоция. А потом девушка, которой я попытался помочь, задрожала и сказала: “Пожалуйста. Не убивай меня, я ничего никому не скажу”.

Не убивай меня.

Эта фраза говорила обо всём. Я надеялся на благодарность за помощь. Я просто хотел продолжать свои отношения. Но этому не суждено было сбыться. Если бы это был кто-то, кто плохо меня знал, то, вероятно, ничего не изменилось бы. Я понял, что это ненормально, раз отвергает других людей.

– Прости, ты не такой.

Девушка извинилась за то, что не разделяла моих чувств. Было так больно, что я убежал. Тогда я пообещал себе, что никому не покажу свою йому половину.

И факт того, что я скрываю её до сих пор сильно давил на меня.

Причина, по которой Мицуки и Курияма не боялись меня, полу-йому, вероятно, была в том, что потусторонцы, уничтожающие йому. Пока я был просто безобидным человеком и наблюдал за их битвами со стороны им не было причин бояться меня. Но теперь им стало известно, что во мне живёт неконтролируемый монстр. Маловероятно, что у меня получится сохранить прежние отношения.

Я резко осознал это, когда увидел реакцию Насе Мицуки. Девушка тряслась всем телом, испугалась при виде меня – я стал для неё пугающим неизведанным существом. Но я не хочу, чтобы меня разлюбили. Она пообещала мне оставатьсся со мной до того дня, когда возненавидит меня.

Видимо, время пришло.

– Не убегай!

Миниатюрная девушка вложила все силы, чтобы ещё крепче обнять меня. Я был подавлен и выкрикнул:

– Ты ведь тоже видела меня таким, Курияма!

– Да, видела.

– И теперь ты знаешь!

– Что знаю?!

– Если я снова обращусь в зверя, то потеряю контроль над собой, над своими эмоциями. Так я когда-нибудь наврежу тебе или Мицуки, – высказал я то, что лежало на душе. – Я так не хочу. Я не хочу навредить тем, кто близок мне… Мне жаль… мне не хочется видеть как вы будете играть передо мной доброту! Если уж мне будет так больно, то я лучше уйду!

– …Семпай…

– Не останавливай меня… Я хочу остаться один.

– Не хочу. Не хочу тебя отпускать… Если я отпущу тебя, то никогда больше не увижу… Не увижу своего семпая. Я так не хочу!

Курияма была полна желания меня остановить. Но я всё равно хотел сбежать.

– Посмотри на меня! Я не хочу повторять ошибки, которые совершила с Юто! Не выдумывай себе чувства других людей… Я тоже когда-то думала, что знаю всё… Потом будет слишком поздно, чтобы что-то исправлять!

Я остановился и посмотрел на девушку, которая хорошо выглядела в очках. Наши взгляды встретились.

– Ты не боишься меня?

– Мне страшно. Ноги до сих пор трясутся.

Тело Куриямы и правдо всё дрожало. Даже Хироми не смог бы остановить её, если бы она хотела сбежать.

– Если у тебя проблемы, то почему не решить их на месте? Не убегай. Скажи нам всё. Как бы неприятно не было.

– …Курияма…

– Акихито, – черноволосая девушка, стоявшая за Хироми назвала меня по имени. – Я не отрицаю, что боюсь. Но извиняться не буду. Просто знай, Акихито: оставайся таким же хорошим, как и всегда.

– …Мицуки…

Девушка улыбнулась мне как ангел. Её улыбка была очень милой, что даже успокоила меня.

– Погоди… когда это я стал хорошим, если ты меня всегда называла извращенцем?

– Заткнись. Просто относись ко мне как обычно. Если сегодняшнии события заставят тебя вести себя как-то по-другому, я никогда тебя не прощу, – девушка вылезла из-заа Хироми и продолжила. – Конечно, мне было страшно увидеть тебя, Акихито, в изменённой форме, но я не хочу чтобы ты исчез. Не хочется терять свою драгоценную игрушку.

– Мицуки… последнее предложение можно было и опустить.

– Но ведь если я надену очки, то ты не нападёшь?

– Какой простой и дешёвый трюк! – нечаянно вырвалось у меня.

Курияма забавно хихикнула.

– Это правда?

Почему сейчас здесь так много всего, что я хотел отыскать и не мог найти? Черноволосая девушка пожала плечами и сказала:

– Разве ты этого не поняла?

– Семпай, ты был тогда рядом со мной, когда я хотела, чтобы ты был рядом. Так что теперь я хочу быть рядом с тобой, когда ты хочешь, чтобы я была рядом.

– Акихито – дурак.

И правда. Какой же я на самом деле дурак! Хотя меня столько раз спасала моя другая половина, я всё время откладывал разобраться с ней.

– Во-первых, твой образ мышления, Акихито, в корне неверен. Слово “человек” говорит о том, что те кто к ним принадлежит опираются и доверяют друг другу. Но ведь в книгах ты читаешь не только о людях, верно?

– Неужели?

– Это реклама одного писателе. В его книге “люди” говорят друг другу праду, и поэтому между ними даже сравнения не проводится. Конечно, ничего не получилось бы, если бы все говорили “без разницы”. Проницательных людей на удивление мало.

– Эту историю надо напечатать сейчас же!

– Я хотела тебе сказать, Акихито, что мы должны общаться, не скрывая мыслей.

– Но в обществе  это работает не так хорошо!

– Ты будешь со мной честен, семпай?

– Конечно.

– Тогда говори с этого момента всё. И хорошее, и плохое. Я не знаю, о чём ты думал, семпай, но мне было больно, что ты не смог сам раскрыть свой секрет мне. Ты не доверял нам?

Курияма и Мицуки на самом деле честны со мной. Поэтому и я должен ответить им тем же.

– С этого момента я буду честен с вами всеми.

– Пожалуйста, доверься нам.

Миниатюрная девушка, хорошо выглядящая в очках, широко улыбнулась.

– На самом деле, Курияма, ты в последнее время стала жизнерадостней.

– Думаешь?

Курияма загадочно поморгала. Что ж, это трудно заметить. Хироми полностью отрицал, что такое возможно, но разве был у него друг его сердца?

Даже если рассматривать Нино, наличие любимого человека, вероятно, является лучшим транквилизатором. Появляется ощущение, что тебя силой выталкивают из собственной зоны контроля, но именно поэтому я мог задавать такие откровенные вопросы.

– Курияма.

– Что?

– С кем ты тогда гуляла, в прошлые выходные?

– С кем я гуляла?

– Да. Вы ещё заходили в кафе.

– А. Это тот, кто выращивает бонсай.

– Хм, что ты имеешь в виду?

История повернула в неожиданном направлении.

– Я стала посредником между теми, кто не может выращивать бонсай ввиду возраста или травм, но хотел бы себе приобрести, и теми, кто его выращивает. Тогда я нашла как раз одного и договаривалась о передаче.

– Вот оно как.

Я был удивлён. В тот день я был сбит с толку и думал, что Курияма будет держать свою встречу в тайне. Меня, конечно, успокоила правда всей этой истории.

– Я освободил проход, – заявил Хироми и подошёл.

Курияма наконец отпустила меня.

– Тогда пойдём домой?

Как только я попытался пойти, моё сознание ослабло. У меня не было сил стоять, и я упал.

– Превращение в зверя отняло у него много сил. Если после превращения слишком много двигаться, то можно совсем выдохнуться, – Хироми кратко обрисовал ситуацию пока поднимал моё тело.

Его стоило бы поблагодарить. Я в огромном долгу перед этим парнем с тех самых пор, как впервые встретил его. Думаю, мне действительно нужно будет его отблагодарить.

– Брат, что ты думаешь об Акихито, – задала вопрос черноволосая девушка.

Красивый потусторонец, взгромоздивший меня на спину, начинает отвечать:

– Акки – это просто Акки.

Да как можно ненавидеть такого парня?

Последние слова, конечно, могли быть моей галлюцинацией, потому что я вскоре потерял сознание.

Заключительная глава

Готовый перевод 境界の彼方 / За гранью: Том 2. Заключительная глава

– Братик, пора вставать.

Меня трясли за плечи и называли непривычно “братиком”. Кроме того, я почувствовал прикосновение чего-то мягкого, чего я никогда не чувствовал раньше. Я протёр руками глаза, чтобы открыть их, и посмотреть, что происходит.

– Ой!

– Мня-мня, братик Акихито.

Меня обнимала девушка, которая хорошо выглядит в очках. Когда я приподнялся, то увидел смотрящую на меня с широкой улыбкой черноволосую девушку в фартуке.

– Мирай-чан, кто тебе разрешал пробираться на футон братика? Непослушная девочка, ты ещё и заснула. Но я приготовила завтрак, так что вам обоим следует встать.

– У-у-у. Нет!

Курияма вцепилась в меня своими ручками. Судя по всему, этим она показывала, что не хотела вставать. Но что это всё значит?

– Если не будешь слушаться, то не получишь еды.

– Э, подлая сестрица Мицуки.

– Ничего хорошего не будет, если ты монополизируешь братика. Тем более завтрак пропускать нельзя.

Черноволосая девушка вздохнула, положив руки на бёдра. Но она не очень то обиделась на Курияму, которая использовала меня как подушку. Я встал и посмотрел на завтрак. На столе были тосты с ветчиной и яйцом, салат и тарелка с фруктами.

– Мицуки, это ты всё приготовила?

– Да. Но перед завтраком надо умыться, – повелела нам с Куриямой черноволосая девушка.

Я с трудом умудрился умыться вместе с прилипшей ко мне девушкой. Когда мы вернулись в комнату, Мицуки радостно спросила меня:

– Какую пару очков мне купить?

Она провела меня к небольшой полке рядом с зеркалом. Там в ряд стояли около тридцати очков. Я задал вопрос, который сразу пришёл мне в голову:

– Мицуки, разве у тебя есть проблемы со зрением?

– А они обязаны быть, чтобы купить очки? Это очки, которые я буду одевать на свидания со своим братиком.

– А?

– Ну, братик, какие тебе больше нравятся на мне?

Черноволосая девушка жаждуще смотрела на меня. Я присмотрел одну пару и взял её. Я хотел её попробовать, хотя и знал, что это был не лучший вариант, который точно подошёл бы Мицуки.

– Как тебе… эти?

– Наденешь их?

Мицуки закрыла глаза и слегка приподняла подбородок, будто просила поцеловать. Я непроизвольно проглотил слюну. Я пытался надеть на неё очки своими трясущимися руками.

– Снова ты искушаешь братика!

Курияма бросилась ко мне, издав нежный голос. Посколько она вцепилась в мою правую руку, очки я поднял левой. Муцуки помогла мне и быстро одела их на себя.

– Братик.

– Братик.

Две девушка, хорошо смотрящиеся в очках, с самого утра борются за меня. В реальности такое невозможно, но быть старшим братом для двух милых сестрёнок и правда очень приятно.

– Эй, братик, Муцуки же выглядит лучше?

– Эй, братик, Мирай же выглядит лучше?

Девушки попросили рассудить их.

– Я не могу выбрать между вами двумя.

– Братик, – черноволосая девушка посмотрела на меня блестящим взглядом. – Можно тебя лизнуть?

– Мицуки!

– Подлая сестра Мицуки.

Борьба девушек в очках за меня никак не заканчивалась. Это была вершина счастья.

Однако такое не могло длиться вечно. По телу пробежали мурашки. Меня будто ударило электричеством. Я наконец проснулся? Подумав об этом, я приподнялся и открыл глаза. Передо мной были Курияма в больших красных очках и Мицуки, но без очков.

– Всё нормально?

– Ты в порядке?

– Это не сон! – невольно закричал я.

Двое девушек вопросительно наклонили головы, будто синхронно. Я быстро осмотрелся вокруг и понял, что нахожусь не в своей комнате. Это была квартира для экстренной эвакуации, в которой мы были уже раньше. Я не знаю, почему мы находились именно здесь, поэтому решил, что надо разобраться.

– Если это не загробный мир, можете объяснить, что происходит?

– Разве не видно, мы принесли тебя сюда, пока ты не придёшь в норму? Мы ещё переносили тебя в мою комнату и комнату Куриямы, но это секрет.

– Если это секрет, то не надо об этом говорить. Складывается ощущение, что вы дрались за меня.

– Чтобы ты там себе не представлял, это была не битва по типу: “Акихито должен быть в моей комнате,” – “Нет, семпай будет лежать у меня”. Фу! Аж противно стало. Я спорила: “Он должен остаться у Куриямы,” – “Нет, лучше, чтобы он оставался в комнате Мицуки-семпая,” – “Я подарю тебе запас мармелада в шоколаде на год, если ты заберёшь его себе.”

– Хватит уже!

Я проснулся в квартире для экстренных ситуаций, принадлежащей Насе, после того, как со мной обращались как с обузой. Как ужасно! Как сильно она меня ненавидит. Но зато это точно похоже на Мицуки. Если подумать, то она не оставалась бы здесь, если бы я ей не нравился.

– Между прочим, причина по которой я не покидала комнату – я следила, чтобы ты не украл ничего, когда проснёшься.

– Куда может быть ещё хуже! Ты же мне вообще не доверяешь!

– Семпай, ты голоден? – внезапно выкрикнула миниатюрная девушка.

Услышав голос, я оглянулся.

– Акки, т уже привык к тостам с ветчиной и яйцом и салату?

– Почему Хироми готовит завтрак! Обычно передо мной появлялись Мицуки или Курияма в фартуке! Теперь я взволнован не менее, потому что его приготовил парень!

Более того, меня раздражает, как он выглядит в фартуке. Хироми будто источал атмосферу очаровывающую девушек. Он даже слишком элегантно с лёгкой улыбкой поливал оливковым маслом салат.

– Акихито.

– Семпай.

Две девушки намекнули мне, что стоит вести себя потише. Я и правда немного успокоился. Но разве Мицуки и Курияма тоже хотели поесть стряпни Хироми?

– Акки, если ты действительно думаешь, что Мицуки и Мирай-чан должны приготовить завтра, то я не буду против. Я просто мечтаю поесть тостов, приготовленных моей  младшей сестрой.

– О, Хироми, хоть ты меня понимаешь!

– Акихито!

– Семпай!

Девушки настойчивей намекнули мне замолчать. Разве они не хотели приготовить завтрак? Улыбка у Хироми, конечно завлекающая, но стоит быть готовым есть, что он приготовит.

– Нет даже шанса?

– Получается ты хочешь увидеть фартук на голом теле Куриямы, а не моего старшего брата?

– Подождите! Почему Хироми в одном лишь фартуке?

– Разве тебе не нравится, Акихито? А как ещё готовить, если не с одним фартуком на голом теле?

– Не уверяй меня в такой глупости! Не хочу я никого видеть голым в фартуке! Только если в очках! Если раздеваться, то надо оставлять очки!

– Раздражаешь, – с серьёзным видом произнесла Курияма.

Конечно, старшеклассницам не очень нравится слышать, как их хотят видеть голыми по утрам. Однако похоже, что меня специально заставили говорить на эту тему, и я готов похвалить сам себя, что не отказался от своих увлечений и вкусов из-за заманчивого предложения.

– Давайте забудем про фартук на голое тело. Ничего страшного, если мы поедим на завтрак то, что приготовит Хироми. Если вы не хотите готовить, то я не против.

– Ну, не могу я отказаться, когда меня так много просят. Ради Акихито я не против расстаться с парой пальцев.

– Ты же это не про готовку? – переспросил я.

– Во-первых, как ещё мне руками разбить яичную скорлупу.

– Ты что, руками яйца давить решила?!

– Семпай, на самом деле, когда я вижу внутренности рыбы, то падаю в обморок.

– Как связана рыба и тосты с ветчиной?!

– Кстати, какой из двух салатов тебе больше понравится: “Причудливый салат Мицуки” или “Причудливый салат Мирай”?

– Я готов оценить!

– Между прочим, в “причудливом салате Мицуки” много кусочков яблок и мандаринов.

– А где же яйца, если ты так причитала по их поводу?

– Я думаю, что название “причудливый салат” создаёт неправильное представление. Думаю было бы неплохо назвать его “серьёзный салат на сегодня” или “серьёзный салат на завтра”.

– Ну, я чувствую, что завтра мне не стоит будет есть салат, к которому я буду серьёзно относиться.

Что-то серьёзно мы отнеслись к названию салата.

– Семпай… а ты сам можешь что-нибудь приготовить? – вдруг задала мне вопрос Курияма.

Кажется я всё дальше и дальше ухожу от того, чтобы отведать еды, приготовленной девушками. Но я не имею никакого права отказывать красивой невинной девушке в очках.

– Ну, я готовлю обычно что-то простенькое для себя.

– Хочешь я научу тебя готовить в следующий раз?

– Конечно, буду рад. Могла даже не спрашивать.

– Я тут закочил готовить завтра. Вы не успели заскучать?

С этими словами Хироми подошёл и начал расставлять посуду на столе. Изысканный салат и тосты с ветчиной и яйцами. Корда он начинает разливать кипяток в чашки, обстановка и вовсе становится похожей на кафе.

– Мицуки, Мирай-чан вы будете кофе?

– Было бы здорово.

– Да, спасибо, – сухо отвечает миниатюрная девушка на улыбку старшеклассника. Но от этого симпатия Хироми только увеличилась. Поняв это, я решил совершить отвлекающий манёвр.

– Курияма, тебе следует воспользоваться этим.

– Что это?

– Очки со стеклом, обработанным от запотевания.

Я отдал своему кохаю очки в красной оправе, такие же как у неё, пока объяснял. Затем я вытащил ещё две пары очков и отдал их Мицуки и Хироми. Черноволосая девушка с подозрением сказала:

– Нет, Акихито. Может быть Курияме они и подходят, но что мне делать с ненулевыми очками?

– А разве они тебе не нужны?

– Не думаю, что у меня есть не потеющие очки. Ты можешь перестать на меня пялиться с таким серьёзным видом? Я не понимаю, это шутка, или ты серьёзно?

– Мицуки, прими благодарность от Акки.

– Я буду благодарен, если ты их возьмёшь. Я могу выразить вам всю свою благодарность только через преподнесение очков.

– Но, Акихито, ты единственный, кто собирает очки, и побольше.

– Я? Это правда! Вернее, только я.

Это проблема. Я не ожидал, что так произойдёт.

– Нельзя выразить благодарность, подарив очки!

– Пх… ха-ха-ха! – Курияма не выдержала и засмеялась.

– Не смейся надо мной, – упрекнула Мицуки младшеклассницу.

Хироми вернулся на кухню, открыл холодильник и вынул коробку. Оттуда на стол он выложил четыре поминальных порожных. Такую редкую возможность упускать было нельзя.

– Я купил клубничное дезинфицирующее средство, не хотите попробовать?

– Пхх-аха-ха…

– Антисептические растворы – это не сладость какая-то!

– Разве это не из серии шальной эскадрильи подростков, которую показываали прошлой ночью? – старший брат попытался успокоить Мицуки.

– Кстати, в сериале появился персонаж, которые постоянно отмачивает старомодные анекдоты.

– Ты смотрела его пока я спал?

После того, как я привела сюда Акихито, надо было как-то коротать время втроём и мы смотрели его. И из-за этого не высыпалась.

– Как же тебе нравится эскадрилья! Тебе стоило просто ставить её на запись!

– Неа, так не пойдёт. Если сделать запись, то её сможешь увидеть ты, Акихито.

– Как жестоко!

У нас завязался бурный разговор, но поскольку был будний день, то ему не суждено было длиться долго. После еды Мицуки вкратце рассказала, кто чем сегодня займётся.

– Мы одни закончим бюрократическую работу, поэтому Курияма и Акихито, вы должны сегодня просто пойти как обычно в школу.

Судя по всему, Мицуки и Хироми собирались в тот день в ассоциацию потусторонцев донести отчёт о произошедшем прошлым вечером.

– А… я могу воспользоваться душем? – спросила миниатюрная девушка.

Это заявление могло показаться немного смелым. В последний раз, когда мы тут были, то принимали душ по очереди, сначала парни, потом девушки. Хотя это не спортивный клуб, и не то чтобы здесь это кого-то волновало.

– Конечно, Курияма. Ты же заснула сразу после просмотра эскадрильи.

– Лучше я отдам предпочтение ванне… шальная эскадрилья подростков была потрясающей, – с этими словами Курияма исчезает за дверью ванной.

Мне пришла в голову потрясающая идея. Такая редкая возможность, что её нельзя было упустить.

– Мицуки, извини, можешь взять для меня очки Куриямы? Просто, когда она выйдет после ванны и посмотрит на меня, то я ей могу показаться странным.

– Акихито, твоя просьба тайком дать очки – вот что странно, – Мицуки показательно отвернулась от меня и  стала укладывать волосы.

– Пожалуйста, Мицуки. Я же не буду облизывать очки без разрешения хозяйки.

– Нет… Как ты вообще мог сказать такое с оптимизмом?

– Потому что ты обращаешься со мной, как с последним подлецом, который хочет учинить непотребства с чужими очками.

– Это что-то меняет? Ты меня так убедить пытаешься?

– Мицуки, пожалуйста, не беспокойся ты так!

Мицуки состроила подозрительное выражение лица.

– Ты просто как обычно повторяешь свои извращенские фразочки.

– Ну, я же пообещал, что ни надену, ни лизать не буду очки Куриямы без её разрешения!

– Нет… мне жаль. Я не представляю, чтобы ты ничего такого не сделал с очками красивой девушки.

– Прости. Я наверное зря тебе докучал и давил.

Я редко извиняюсь, но если из-за этого мне будет выгода, то я вполне готов.

– Кстати, не скажешь, зачем тебе нужны были очки Куриямы?

– Я хотел немного удивить её.

– Ты же не собирался спрятать их, и потом заставить искать наощупь?

– Как ты такое вообще могла подумать? В священном писании говорится: “Не забери очки ближнего своего.” Я просто хотел увидеть удивлённое лицо Куриямы.

– Не знаю откуда ты берёшь свои фразочки, но я подумала, что могу достать тебе её очки.

– Спасибо, Мицуки.

– Я пошла.

Мицуки направилась в раздевалку перед ванной. Не думаю, что очки Куриямы сильно успели испачкаться, но ей точно должно быть приятно. Я достал чистящее средство для очков и перчатки, которые всегда ношу с собой. Они лежали в моих старых вещах, которые должно быть скоро уехали бы в ассоциацию. Через некоторое время черноволосая девушка вернулась с очками в красной оправе в руках. Кажется, ей было немного стыдно, что она взяла чужую вещь без разрешения.

– Я чувствую себя преступницей после этого, – сказала Мицуки и передала мне очки.

Мицуки села напротив меня и стала внимательно смотреть. Она выглядела сегодня более эффектно чем обычно, вероятно из-за того, что была не в школьной форме.

– И что ты собираешься с ними делать?

– Чистить. Очевидно же, если посмотреть на мои руки.

– Я думала, что ты надел их, чтобы не оставить отпечатки пальцев для полиции.

Для чистки я собирался использовать свой специальный спрей и воду из-под крана. Я нанёс средство на очки.

– Не думаешь, что Курияме может быть неприятно, когда её очки чистят без разрешения?

– Я надеваю перчатки, чтобы избежать контакта с поверхностью.

– Но есть ли в этом хоть какой-то здравый смысл?

– Можно очистить своё тело и душу в ванной, но после всё равно придётся одеть очки, испачканные кожным жиром. Многие страдают от этого всю жизнь.

– Почему бы в таком случае не чистить очки перед ванной?

– Это любительское мнение, который никогда не сталкивался с этой проблемой в жизни. Единственный способ полностью удалить всю грязь и жир – использовать ультразвуковой очиститель в магазине очков.

– Тогда ты, получается, занимаешься пустой тратой времени?

– Всё так и было бы, но однажды была произведена революция в области очистки очков, – я смыл средство с очков водой из-под крана. – Хе-хе-хе, осталось только протереть сухой тряпочкой, и готово.

– То есть чистящее средство – это революция?

– Я не знаю, как хорошо о нём известно любителям очков, но эффект выдающийся.

Я тщательно протёр линзы и торжественно поднял очки.

– Идеальный результат. Мицуки, надень перчатки и положи их на прежнее место.

– Ладно. Ничего не поделаешь, раз я уже ввязалась в это, – неожиданно Мицуки послушно приняла просьбу.

Вскоре из раздевалки донёсся голос Куриямы:

– Вот это да!

Такой тональности я раньше никогда от неё не слышал. Спустя время появилась искупавшаяся девушка. На кончике её носа красовались тщательно очищенные очки в красной оправе.

– Семпай, ты заменил мои очки на новые?

– Понятно… Я подозревал, что ты так подумаешь.

– Пожалуйста, ты должен сказать мне правду.

– Я только что почистил их до идеального состояния. Ты же ведь не хочешь носить очки, испачканные кожным жиром, после принятия ванны?

– Верно… но почему они такие чистые?

Курияма, верно, была удивлена блеском своих изысканных очков. Я подошёл и как продавец-консультант продемонстрировал ей чистящее средство для очков.

– Чистящее средство для очков!

– …

– …

Все в комнате замолчали.

– Акихито, – серьёзным тоном произнесла черноволосая девушка.

– Что такое? – спросил я вежливым тоном.

– Это было ужасно.

– Семпай, всё в порядке.

– Мне не нужны ложь и утешения!

Мицуки отвернулась. и Курияма пристально стала следить за её странным поведением.

– Можешь сказать, что ты имела в виду?

– Неважно, просто это очень странно выглядело. Прошу воздержись от подобного в будущем.

– Мирай-чан, Акки, вы готовы к выходу? – вошёл из соседней комнаты Хироми.

– Уже готовы!

Как и планировалось ранее, брат и сестра Насе отправятся к себе в резиденцию, а потом в ассоциацию потусторонцев. В любом случае, тот факт, что я сегодня пойду в школу никак не изменился, но вот Курияма, кажется, должна была перед школой зайти домой.

– Тогда я домой, а потом сразу в школу.

Я смог хорошо отдохнуть, но пока я страшеклассник, я обзан ходить в школу.

Чуть позже тем же днём.

По дороге в школу я заметил, что Минегеши Майя шла недалеко впереди. Я был удивлён. Мой взгляд будто дошёл до неё, что она начесала свой затылок. Я сократил расстояние, чтобы начать разговор.

– Я знаю, что т хочешь сказать. Я не выгляжу как старшеклассница. Я в курсе. Но не могу же пойти против правил.

Минегеши Майя подняла край юбки и закатала его. Я не увидел нижнего белья, потому что на неё были чёрные леггинсы. Ей точно стоит быть аккуратней с такими штучками.

– Лучше не закатывай юбку на публике.

– Я так не могу. Мне не удобно. Может лучше снять юбку и никаких проблем.

– Как это никаких проблем?! А если ты ешь сладкое перед сном?! Это же худшее, что может быть: все будут видеть твой уровень потребления углеводов!

– Хм, – промычала с загадочным выражением сереброволосая девушка и продолжила поправлять форму.

Может она не поняла моей притчи, или она подумала, что это глупая шутка?

– Как ты думаешь, я одета как старшеклассница?

– Скорей ты, как из средней школы.

– Ты ведь знаешь, что я фигурирую в уголовном деле? Мне нельзя одеваться более заметно в общественных местах.

– Мне кое-что сказали мои друзья из Насе по этому поводу. Тебя не могут привлечь к ответственности за убийство одноклассниц, потому что ты проходишь по возрасту. Воспользуйся этой возможностью, чтобы реабилитироваться.

– Хочу сделать всё возможное, чтобы оправдать их ожидания, – сказала Минегеши Майя и тут же задала вопрос. – Уделишь мне немного времени?

– Конечно.

Во время прогулки мы с сереброволосой девушкой много о чём поговорили.

– Как ты уже сказал, Акихито, меня не привлекли к ответственности из-за возраста. Однако, похоже, полиция обвинила в этом преступлении Фуздиму Мироку. И показания были подменены. Считается, что Фудзима Мироку застрелил трёх школьниц, защищая меня. Хотя в реальности всё было по-другому, легенда оказалась складной.

– Полиция даже не рассматривала другие варианты?

– Чтобы они это сделали, надо учитывать все подробности, связанные с борьбой с йому. Поэтому я решила пройти реабилитацию под присмотром Насе в соответствии с постановлением ассоциации потусторонцев.

– Кажется, это сработала только потому, что ты не засветилась на глазах общественности.

– Может быть и так.

Компенсировала ли ассоциация разрушения в городе или скрывала факт подрыва? А нарушение закона о ношении огнестрельного оружия? Похоже, что дело было доверено экспертам.

– Кстати, часть реабилитации ты проведёшь в старшей школе?

– Верно. Для реабилитации необходимо привыкнуть к обычной жизни.

– Мы с Мицуки будем учиться ещё два года, так что можешь присоединиться к литературному клубу, в котором мы состоим. Я думаю, это хорошая идея, чтобы привыкнуть к школьной жизни. И веселее будет, если будешь с знакомыми лицами.

– Ммм. Я собиралась сделать это и так с самого начала.

– Мх. А почему?

– Вход в клуб был в условиях поставленных Насе Изуми.

– Условия Насе Изуми? – я задал естественный вопрос.

– Я не помню все их наизусть. Но у меня всё равно не было права отказываться.

Сказав последние это, Минегеши Майя достала из груди леденец и положила в рот. Возможно из-за подтянутого тела и духа “плохой девушка” единственную белую палочку, торчащая у неё изо рта, которую можно было бы ожидать, могла быть сигарета.

– Что ж, я надеюсь ты, Минегеши, не чувствуешь сильных стеснений от условий, поставленных госпожой Изуми.

– Не люблю, когда меня так называют. Давай ты с этого момента будешь называть меня просто Майей, – прямо попросила девушка.

– Хорошо. С этого момента буду звать тебя Майей, – заявил я.

– Как хорошо, Акихито. Если бы ты мне отказал, я бы расплакалась.

– Тебе бы больше подошло что-то вроде: “Я бы открутила тебе башку, если бы ты отказал.” Ответа, что ты расплачешься, я точно не ожидал.

– Прости… прости…

– Да что ж ты извиняешься!

Я не хотел, чтобы она поливала меня такими жалостливыми фразами, поэтому сменил тему.

– Кажется у тебя какая-то крошка на одежде.

– И правда.

Сереброволосая девушка с невозмутимым лицом стряхнула крошку с униформы. Такое говорило, о её мучном рационе. Я решил чётко спросить её о личном.

– У тебя остались ещё какие-то проблемы?

– Это мой вес. Мне надо кушать, а то не смогу даже ходить.

– Не лги каждый раз. Или это тоже условие Изуми?

– Конечно. Она даже настаивала на этом.

Я хотел подобрать момент. Но видимо не получится. Я спросил то, от чего всё равно было не уйти:

– Что будет с Фудзимой Мироку.

– Не знаю. Суд только начался, и до результатов ещё далеко, – сказала Майя и опустила глаза.

Я решил сказать ей свои искренние чувства:

– Прости, что спросил об этом так внезапно. Я просто подумал, что раз мы так плотно с этим связано, то лучше уж знать.

– Да.

Сереброволосая девушка подняла голову.

– Акихито, ты мне очень помог, поэтому теперь я хочу помочь тебе.

– Благодарности мне вполне достаточно.

– Нет, не достаточно. Меняя понимали только господин Мироку и ты.

– Я польщён. Но думаю, если бы я был обычным человеком, то не смог мы тебя спасти.

– Не волнуйся, ты так только предполагаешь. Кстати, Акихито, у тебя есть любимая девушка?

– Э? – я издал очень странный звук.

– Так есть у тебя девушка?

– К чему этот вопрос?

– Не знаю, любил ли господин Мироку Насе Изуми, был ли ей одержим, но ко мне он даже пальцем не прикасался, хотя я не возражала бы.

– Кто-нибудь другой мог бы воспользоваться тобой для удовлетворения собственных потребностей.

– Фу! Акихито, а ты пошляк, хоть и девственник.

– Это было явно лишнее!

– Почему ты злишься, тебе не нравится?

Майя загадочно моргала. Эта девушка… Она действительно думает, что кому-то понравится, когда его назовут девственником?

– Но Мицуки мне сказала, что тебе нравится, когда над тобой жестоко подшучивают.

– Майя, и ты туда же! Курияма тоже сначала поверила в эти сказки!

Неужели Мицуки так убедительна?

– Ладно, не заморачивайся.

– Ну, раз всё в порядке, то идём дальше.

– Отлично.

Сереброволосая девушка легко восприняла моё сопротивление. Видимо, Мицуки не сильно ей наговорила по этому поводу.

– Возможно, если бы со мной всего этого не случилось, я сейчас бы не была сама собой. Может быть мой путь был жесток, но именно им я пришла туда, где я есть.

– В любом случае, теперь ты должна вернуться к нормальной жизни.

– Реабилитация вовсе не значит, что прошлое получится стереть, и всё же я хочу измениться, чтобы не зря пропала твоя жертва, Акихито.

– На этот раз надеюсь у тебя будут отзывчивые люди рядом.

– А ты будешь рядом со мной?

Майя смотрела на меня серьёзным взглядом. Тут я должен был сказать только это:

– Я буду. Обещаю.

– Это обнадёживает.

Впервые я увидел счастливое лицо Майи.

– Семпай!

Я почувствовал, что кто-то мчался издалека. Миниатюрная девушка запыхалась и встала между мной и Майей. Возможно выражение причиной такого выражения её лица был не только недостаток кислорода.

– Раздражаешь.

– Ты чего ради одного слова так гналась?

– Вы слишком близко друг к другу идёте. Держись от него на расстоянии, – младшеклассница угрюмо обернулась на Майю.

Чего она себе надумала?

– Что ты собиралась делать с семпаем?

– Тебе не обязательно выглядеть так страшно. Я только что поздоровалась с Акихито, потому что меня перевели в вашу школу. Я не вру. Видишь эту форму на мне?

– Почему ты решила учиться именно здесь?

– Так приказала Насе Изуми. Аргументировала она это тем, что так за мной будет проще следить.

– …

Курияма посмотрела на меня, ожидая узнать правда ли это.

– А почему ты думаешь, этому не надо верить? Звучит очень реалистично К тому же, кажется, хобби Изуми – собирать у себя необычных людей.

– Я хотела бы подтвердить свои слова, но сейчас у меня нет с собой ничего, чтобы это сделать.

– Поняла. Я верю, – заявила миниатюрная девушка.

– Ну… тогда я пойду.

– Может мы пойдём вместе, раз идём в одну школу, – окликнул я уходящую Майю.

– Я ходила с самого утра в учительскую, поэтому мне надо позавтракать. Не беспокойтесь обо мне и идите в школу.

Мы попрощались с сереброволосой девушкой и отправились по утренней школьной дороге.

– Наконец до Майи есть кому-то дело.

– Мне… это до боли понятно. Если бы не Юи и Юто, я бы не знаю, что сейчас делала, – коротко ответила миниатюрная девушка.

– Я точно могу сказать, что благодарен Мицуки и Хироми, их старания были важны. На самом деле, даже если бы все мои очки из-за них оказались разбиты, я бы простил их. Я действительно благодарен им.

– …Семпай…

– Теперь я хорошо это понимаю, – полный спокойствия произнёс я. – Курияма.

– Что такое?

– У меня есть то, что я действительно должен тебе сказать.

– А? – голос Куриямы дрогнул.

Я решил начать с маленького предисловия:

– Ты же знаешь, что я без ума от очков? Так вот, что это значит. Если честно, признаюсь…

– Так…

Миниатюрная девушка немного покраснела. Возможно, ей было неловко в такой напряжённой ситуации.

– Курияма, пожалуйста, всегда носи эти очки в красной оправе.

– Раздражаешь, – сконфуженно ответила Курияма.

Но я не останавливался:

– Пожалуйста, выслушай до конца. Я хочу чтобы эти очки носили все вокруг.

– Раздражаешь! Раздражаешь! Раздражаешь!

– Дослушай же!

– А! А! А! Не хочу слушать! – миниатюрная девушка, хорошо выглядящая в очках, сопротивлялась, закрыв уши обеими руками и громко крича.

– Я хочу видеть твои очки в красной оправе на каждом углу.

– Пройдёмте с нами в полицейский участок.

– Нет, погодите! Я просто хотел доказать, что очки Куриямы лучшие!

– Вы сможете продолжить в участке.

Разумеется, после этого меня забрали двое крепких полицейских.

В городе произошёл инцидент: подозрительный молодой человек в определённом месте в определённый месяц в определённый день призывал ученицу старших классов “раздать свои очки всем и каждому”.

пролог

Ночь. Я бежал в темноте.

Бежал, бежал, бежал. Мне не привыкать к бегу.

- Не думай, что сбежишь!

На этот раз преследователь оказался упёртым.

Как бы я не пытался его запутать, избавиться от него не получалось. Он будто читал мои мысли и настигал меня, куда бы я не прятался. Я повстречал за жизнь многих йому и потусторонцев, но никто из них не мог так ловко меня преследовать.

«Вероятно, просто убежать не получится.»

У меня не было выбора, кроме как прибегнуть к новым мерам. На бегу я искал что-нибудь, что можно было бы использовать в качестве снаряда. Мне повезло, и я нашёл металлическую банку, лежащую впереди на дороге. Я быстро подобрал и бросил её в преследовавшего меня черноволосого парня.

Хотя мне не хотелось, но банка летела ему прямо в лицо.

«Если он испугается, у меня будет время сбежать.»

Преследователь бесстрашно улыбнулся мне в ответ.

Внезапно банка отлетела в сторону, будто с чем-то столкнулась. Такая траектория могла получиться, только если бы путь был перекрыт чем-то невидимым. Упав на асфальт, банка издала пронзительный металлический звук.

- Сопротивляться бесполезно.

Дистанция между нами резко сократилась. Я почувствовал сильную боль, и моё тело отлетело, будто от сильного порыва ветра. Я попал по мусорному баку, стоявшему на улице, рассыпав его содержимое.

Я понял, что дело идёт к худшему из развитий событий. Чёрные миазмы пошли из открытой раны на моей правой руке.

- Остановись… всё опаснее, чем тебе кажется.

- Если ты просишь пощады, то придумай более изящную фразу.

Черноволосый парень передо мной улыбнулся, будто дьявол.

- Поешь говна!

Я изо всех сил бросил мусорное ведро в потусторонца и побежал прочь, сверкая пятками. Я решил убежать в какое-нибудь безлюдное место, туда, где никто не пострадает. Неосвещённый переулок был похож на то, что мне нужно.

- Если ты не хочешь умереть, то оставь меня в покое, - крикнул я напоследок.

Было бы неплохо, если бы пошёл дождь. Он бы смыл мои следы и запах. Моля богов об удаче, я бежал.

Тёмная ночь. Без задней мысли я бежал. Кто знает как долго?

Я прибежал в место, где даже не было дороги, по которой мог бы проехать автомобиль, и спрятался рядом с каким-то заброшенным домом.

По своему опыту я мог сказать, что убежать было правильной мыслью. Потусторонцы никогда не выслеживали конкретно меня, они просто искали йому, с которым можно разделаться, поэтому, потеряв меня из виду, они обычно теряли ко мне интерес.

- Разве можно так просто упустить йому, говорящего человеческим языком? - раздался голос сверху.

На стене стоял мой черноволосый преследователь. Красота его лица, освещённого лунным светом, заворожила даже меня как мужчину.

- Кажется ты заблудился. Как печально, - неутишительно произнёс потусторонец.

Он ударил меня ногой в живот, даже прежде чем я успел подумать о том, чтобы сбежать. Одной рукой он с силой сжал мою шею. Даже если бы я теперь попытался сбежать, то ничего бы не получилось.

- Остановись, - прохрипел я.

Я терял сознание. Чёрные миазмы окутывали всё моё тело.

Как же не повезло этому бедняге наткнуться на меня. Обычный бы йому уже давно умер, и дело с концом. Но это был я.

- Почему ты меня не послушал? Теперь ответственность за то, что случится дальше лежит на тебе.

- Тебе не нравится проигрывать? Если так, то воспользуйся уже своей таинственной силой.

- Чтоб тебя… ты даже не знаешь как пожалеешь потом…

- Что, если тебя убить, то в город ворвётся армия йому? - усмехнулся в своих заблуждениях черноволосый парень.

С ещё большей силой он сжал мою шею.

- Всё… уже… поздно…

В миг ситуация перевернулась с ног на голову. Моё тело, окутанное миазмами, приобрело форму страшного монстра.

- Г-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о!

- Что за чёрт!? - красивый потусторонец изменился в лице.

У меня отросли когти и клыки. Ужасные миазмы истекали из всего моего тела. Для обычных людей они являются смертельным ядом. Унаследованная от отца таинственная сила только подстёгивала мою неконтролируемую свирепость.

Парень был застат врасплох. Только теперь он осознал ошибку, которую совершил. Когти и клыки впились в его плоть, окропив эту ночь кровью. Да, это моя история, никого больше.

Страница книги За гранью в интернете

Table of Contents

Пролог

Первая глава

Вторая глава

Третья глава

Четвёртая глава

Заключительная глава

Пролог

Первая глава

Вторая глава

Третья глава

Четвёртая глава

Заключительная глава

пролог

О книге