Annotation

В 1936 году Селин побывал в Советском Союзе, прожив два месяца в Ленинграде. В результате был написан памфлет «Меа culpa» (1937) в котором он с присущей ему резкостью подверг сомнению возможность социального переустройства общества по причине, которая кроется в самом человеке: «сволочизм» присущ человеку и он спонтанно прёт из его "инфернальной натуры".

- Луи-Фердинанд Селин

- notes

- 1

- 2

- 3

- 4

- 5

- 6

- 7

- 8

- 9

- 10

Луи-Фердинанд Селин

Mea culpa[1]

Что соблазняет в Коммунизме, огромное его преимущество, надо сказать, это то, что он, наконец-то! сорвет нам маску с Человека. Освободит его от «оправданий». Вот уже столетия, как Человек обманывает нас, он, его инстинкты, его страдания, его сногсшибательные претензии… Как он заставляет о себе мечтать… Невозможно себе представить, до какой степени, этакий простачок, он способен водить нас за нос!.. Тут тайны глубин. Он никогда себя не выдаст, старательно укрытый за своим железным алиби. «Эксплуатация теми, что сильней». Неоспоримо, как закон… Страдалец… Мученик ненавистной системы! Просто Иисус Христос!

«Меня! и тебя тоже! его! нас эксплуатируют!»

С обманом будет покончено! Свинцовые мерзости долой! Рви свои цепи Попю![2] Разогни спину, Данден![3] Когда-нибудь это должно же кончиться! Пусть, в конце концов, тебя увидят! Как здорово ты выглядишь! Пусть тобой восхитятся! Пусть тебя изучат! До самых твоих глубин!.. Пусть тебе откроют твою поэзию, чтобы мы смогли бы, наконец, любить тебя таким, какой ты есть! Тем лучше, черт возьми! Тем лучше! И чем скорей, тем еще лучше! Пусть они сдохнут, господа хорошие! И побыстрей! Эти прогнившие отбросы! Все вместе или порознь! Но только поскорей! давай-давай! раз-два, готово! Ни минуты пощады! Легкой смертью или самой лютой! На это мне плевать! Я исхожу от нетерпения! Ни одного жалкого эскудо, чтобы перевоспитать их расу! В яму всех, шакалов! В выгребную! Чего тянуть! Когда они отказались выдать хотя бы одного-единственного заложника Королю по имени Прибыль! К такой-то матери! Конец им всем! Видали этих волынщиков?.. За решетку их, а там в расход! Надо, так надо! Это ж есть наш последний!.. Отпустить на все четыре? Это ж в честь чего?.. Они нас даже развеселить не могут! Чем дольше лупишь, тем глупее и неповоротливей, тупицы! Пинками их переворачивать, чтоб насмешили!..

Привилегированные? что касается меня, то глаз мой, даже слегка б, клянусь, не замутнился от вида подлой их падали… Именно так! Как слышали! Отсрочку? Нечего! Никаких угрызений! Ни слезы! Ни вздоха!.. Пара ж пустяков! Не стоит ничего! А радость неземная! Их агония? Слаще меда! Объедение! Дайте добавки! Формально заявляю, что для меня это праздник души!..

Падло, я тебя прикончу! Вот ей-ей! Только б ночку почерней!

Выну наглые шары, и распялишь две дыры!

Выбью сучую душонку! Пусть попляшет, как девчонка!

А тебя обнимет кто-то!..

В печи кладбища Сироток![4]

Эти бодрые куплеты ударяют мне в голову! Кстати, дарю их всем, с музыкой вместе! «Гимн Бойни» и мотивчик заодно! В комплекте!

Все в порядке! Са ира!

Один ушел,

На смену два…

И так далее, пели в ритм мостильщики прежних времен! Потопчем-перетопчем! Утрамбуем! Заразу, о которой речь! Сравнять с землей всю эту расу! Никогда с библейских времен не обрушивался на нас поток более подлый, более пошлый, одним словом, более унизительный, чем это липучее буржуазное засилье. Класс наиболее подло тираничный, алчный, хищный, абсолютно ханжеский!.. Нравоучительный и блудливый! Безучастный и плаксивый! Каменный перед страданиями! Более ненасытного? более жадного до привилегий? Нельзя себе представить! Более скаредного? более иссушающего? более одержимого самой ничтожной наживой? Словом, законченное гнилье.

Да здравствует Петр I! Да здравствует Людовик XIV! Да здравствует Фуке! Да здравствует Чингиз-хан! Да здравствует Бонно![5] вся банда! и все прочие! Но для Ландрю[6] прощенья нет! У всех буржуа есть нечто от Ландрю! Вот где тоска! Непоправимо! 93-й,[7] я так считаю, это холуи… то есть, буквально, с холуйскими рылами! лакеи пера, которые, спятивши от зависти, в один прекрасный вечер захватывают замок, обезумевшие, завидущие, грабят, давят, устраиваются и считают сахар, приборы, простыни… Считают все!.. И продолжают… Они так и не смогли остановиться. Гильотина, это окошко кассы… Они будут считать сахар до самой смерти! Кусками, завороженные. Можно кончить всех на месте… Они всегда на кухне. Терять нечего! Можно не принимать в расчет их пару-тройку интеллектуалов, импрессионистов, путанников с направлениями иногда мычащих что-то влево, иногда вправо, в глубине своей блядской душонки все яростные консерваторы, цедящие по капле субтильные тонкости; все до отказа набиты тайными расчетами. Достаточно им показать лакрицы! Пойдут, куда вы захотите, на запах мизерного оклада, на возможность вылезти на сцену… И нельзя ожидать, что они искупят гигантский кретинизм, покрытую хромом немытость стада!.. Из блядской породы они вышли… В яму их тоже, этих выродков! И пусть нам больше ничего о них не говорят!.. Другие, напротив, такие же точно, проникновенные «борцы за справедливость» за 75 тысяч франков в год. Показываться на стороне народа, по нашим временам, это как задешево купить хорошую страховку. А если вдобавок чувствуешь себя немного евреем, это становится страховкой жизни. Все это более чем понятно.

Какая разница, я ее не вижу, между Домами культуры[8] и Французской Академией? Тот же нарциссизм, та же ограниченность, то же творческое бессилие, болтовня, та же пустота. Другие штампы разве что, и все. Подлаживаются, выставляются, переливают из пустого в порожнее точно так же там и здесь.

Большая чистка? Вопрос месяцев! Вопрос дней! Да-да! Дело скоро будет сделано!.. И пусть отметят это праздником!.. Бенгальскими огнями!..

В общем это легко — переворот! Истребление целого класса! Ломятся только в открытые двери, а эти совсем уж трухлявые!.. Господ расстреливать проще, чем пулять по глиняным трубкам в балагане!.. Этим естественно гордиться! Кто был ничем, отплатил им сполна! Возмещение тысячекратно справедливое! Проклятием заклейменные отняли свое кровное! О кей!

… Твою же мать! Уместно здесь сказать! Давно пора!.. Все это законно до крови!..

Все богатых мы сожрем!

Та-та-та (sic)

Трюфеля им в гузку!

Из всех пушек как пальнем!

Бум!

Вот, наконец, и самое главное! Вот славное дело и сделано!.. Вот Прол свободен! Ему, и только ему в руки все инструменты, о которых речь, от флейты до барабана!.. Завод ему и фабрику! Шахты! С подливкой! Пирог! Банк! Давай! И виноградники! и каторга тоже! Красненького за это! Хорошо пошло! Ну, вот мы и одни! Смелей! С этого момента Прол отвечает за счастье толпы… Шахтер! шахта твоя! Спускайся! Ты больше никогда не будешь бастовать! Больше никогда не будешь жаловаться! Если ты заработаешь только 15 франков в день, это будут твои собственные 15 франков!

И сразу, приходится признать, раздоры. Так же слегка пованивает лизожопством. У него, у человека базиса, вкус к сплетням. Это можно простить, образуется! Но есть еще все нехорошие инстинкты пятидесяти веков рабства… Они, подлюки, так и прут на волю, еще сильней, чем прежде! Осторожно! Смотри в оба!.. Быть великой жертвой Истории еще не значит, что мы ангелы… Даже совсем не значит!.. И тем не менее вот тут он, предрассудок, огромный, корнями вросший, крепкий, как железо!.. «Человек — это только то, что он ест!» Энгельс открыл еще и это, вот был умник! Ложь колоссальная! Человек, это еще нечто другое, намного более мутное и омерзительное, чем вопрос «жратвы». Надо смотреть ему не только в кишки, но и на то, что происходит под его прелестным черепком!.. Открытия науки тут еще не кончились!.. Чтобы он изменился, надо бы его дрессировать! Но поддается ли он?.. Система выдрессировать его не сможет! Он почти всегда устроится так, чтобы ускользнуть от всех контролей!.. Не поддаваться уклоняясь! В этом он специалист! Нужно быть очень хитрожопым, чтобы поймать его с поличным! А в общем, наплевать на это все! Жизнь уже слишком коротка! Рассуждать о морали ни к чему не обязывает! Это придает вам солидность и позволяет скрыться под маской. Все сволочи — проповедники! Чем глубже погрязли в пороках, тем больше краснобайствуют! А какие льстецы! Каждый за себя!.. Программа Коммунизма? не слушайте тех, кто будет меня опровергать: она полностью материалистична! Требования хама в пользу хамов… Жрать! Посмотрите на рожу Маркса, какую себе этот жирный боров отожрал! И если бы они хотя бы жрали, так выходит же совсем наоборот! Народ — Король!.. Который все ебет! У Короля есть все! Ему рубахи не хватает!.. Я говорю о России. В Ленинграде, вокруг гостиниц, если вы турист, все рвутся вас закупить с ног до головы, от вашего нательного до шляпы. Глубинный индивидуализм правит всем этим фарсом, несмотря ни на что, он все подтачивает, все подвергает порче. Яростный эгоизм, желчный, бормочущий, непобедимый, пропитывает, проникает, уже разлагает эту ужасающую нищету, просачивается сквозь все поры, делает ее еще более вонючей… Индивидуалисты, сжатые «в пучок», но воедино не слившиеся…

Раз экзистенция коммунистическая, то это существование под музыку, еще более хриплую, кривую и бездомную, еще более сволочную, чем здесь, и вдобавок нужно, чтобы все танцевали, чтобы ни один хромой не отставал.

Кто не танцует,

Тот молча признается

В каком-нибудь уродстве…

Это конец стыда, молчания, ненависти, подспудной злобы, танец для всего общества, абсолютно для всех. Больше ни одного социального калеки, больше никого, кто зарабатывает меньше, чем другие, кто не может танцевать.

Для духа, для радости в России есть механика. Находка Провидения! Настоящая земля обетованная! Спасение! Нужно быть «Интеллектуалом», с головой потерявшимся в Изящных Искусствах, набиваемым знаниями на протяжении веков, окопавшимся, потонувшим в вате, в самых прекрасных бумагах мира, маленькая виноградина, хрупкая и спелая, произросшая благодаря чиновным подпоркам, изнеженный плод налоговых изъятий, впавший в горячечный бред Воображения, чтобы породить это, вы не ослышались, феноменальное фуфло! Машина пачкает руки, если сказать правду, она выносит приговор, она убивает все, что к ней приближается. Но это сейчас «бон тон» — Машина! Это дает вид «проло», вид «прогрессиста», вид «человека от станка», вид «человека базиса»… Это сильно впечатляет массу… Дает вид спеца-знатока, попутчика, на которого можно положиться… Стараются вовсю… Рекомендуют другим… Переигрывают так, что мотор идет вразнос… «Я! Мы за „генеральную линию“! Да здравствует великая Смена! Все винтики у нас на учете! Порядок приходит из глубин контор!» Вся энергия брошена на машины! Все силы оболванивания, что есть в наличии! В это время думать они не будут!..

Вот тебе и Воскресение!.. Ведь машина — это главная зараза! Окончательное поражение! Как обманули! Как обвели! Самая стильная машина никогда никого не освобождала. Она отупляет Человека еще более жестоко, только и всего! Я был врачом у Форда, я знаю, о чем говорю. Все форды похожи друг на друга, советские и нет!.. Опереться на машину, это только предлог, чтобы продолжать свой сволочизм! Это значит — замолчать подлинный вопрос, единственный, сокровенный, высочайший, тот, который находится внутри каждого простого человека, в самом его мясе, в его башке, а не в других местах!.. Воистину неведомый ни одной из возможных или невозможных социальных систем… Никто об этом никогда не говорит, это не «политично»… Это колоссальное Табу!.. «Последний» из запретных вопросов! И тем не менее: на своих ли он двоих, на четвереньках ли, на спине или кверху задом, Человек, как на небе, так и на земле, всегда имел лишь одного-единственного тирана — самого себя!.. Других не будет никогда… Это, может быть, кстати, и жаль… Может быть, это его и выправило бы, сделало бы, наконец, существом общественным.

Вот уже веками, надраивая его до глянца, подлинную проблему его замалчивают, чтобы тем самым держать в готовности к голосованию… Со времени конца религий над ним размахивают кадилом, изо всех сил одурманивая баснями. Мол, это он — и есть Храм Божий! Понятно, что глаза его мутнеют! Поехал Человек! Он верит во все, что ему заливают, лишь бы это было лестно! Что уж говорить о двух различных расах! Хозяева? Рабочие? Это искусственно на сто процентов! Это вопрос удачи и наследства! Отмените! Сами тогда увидите, что они друг друга стоили… Говорю вам, одного поля ягода, и все тут. В этом еще убедятся…

Политика испортила Человека намного глубже за три последних века, чем за всю предысторию. Мы были более готовы к единению в Средние века, чем сегодня… формировался общий дух. Запудривание мозгов было намного более «поэтичным», более интимным. Этого больше не существует.

Материалистический Коммунизм — это прежде всего материя, а когда речь о материи, никогда не побеждает лучший, всегда самый циничный, самый коварный, самый хамский. Вы только посмотрите на этот СССР, как быстро там очухались деньги! Как они мгновенно восстановили свою тиранию! к тому же возведенную в куб! Ему только нужно польстить, и Попю все примет! все проглотит! Там он, человек толпы, стал омерзительным от самомнения, от самодовольства, причем, все большего по мере того, как его все глубже опускали в жижу, все надежней ограждали от мира! Вот в чем ужасающий феномен. Чем больше он делает себя несчастным, тем больше и впадает в спесь! С конца религиозных верований правители превозносят все его изъяны, весь его садизм и держат его в своей власти только благодаря его порокам: тщеславию, властолюбию, стремлению к войне, одним словом — к Смерти. Необыкновенной ценности трюк! Они его переняли в десятикратном размере! Они гробят Человека нищетой, а к тому же самолюбием! Тщеславие на первом плане! Самомнение убивает, как все остальное! Лучше, чем остальное!

Фактическое превосходство великих христианских религий в том, что пилюлю они не золотили. Они не стремились одурманивать, они не искали избирателя, у них не было необходимости нравиться. Они не крутили задом. Они хватали Человека с колыбели и выкладывали ему все сразу. Они его не сбрасывали со счетов напрямую: «Ты — мелкий безобразный прыщ, так до конца ты и останешься сволочью… С рождения ты только говно и больше ничего… Слышишь ли ты меня?.. Такова данность, таков принцип, на котором все стоит! И тем не менее, быть может… может быть… если тебе очень повезет… что у тебя есть еще маленький шанс сделать так, чтобы тебя немножечко простили за то, что ты такой поганый, испражнительный, неимоверный… Если ты будешь делать хорошую мину при всех трудностях, испытаниях, горестях и муках своего существования, короткого или долгого. В абсолютном смирении… Жизнь, скотина, не что иное, как суровое испытание! Не суетись! Не ломай себе голову! Спасай свою душу, этого уже более, чем достаточно! Может быть, в конце крестного пути, если ты стал сверхправильным, героем по самозатыканию своей глотки, ты откинешь копыта в соответствии… Но это без гарантий… чуть-чуть менее вонючим в момент подыхания, чем рождаясь… и тогда ты опрокинешься в ночь немного меньше портя воздух, чем при рождении дня… Но только не возьми себе в голову! На большее не рассчитывай!.. Смотри! Не пускайся в рассуждения насчет больших вещей! Для такого экскремента, как ты, это максимум!»

Вот это я понимаю! это был серьезный разговор! Истинных Отцов Церкви! Которые знали свое дело! которые не ослепляли себя иллюзиями!

Непомерная претензия на счастье, вот в чем вся огромность обмана! Вот что усложняет нам всю жизнь! Делает людей такими ядовитыми, гнусными, непотребными. Нет счастья в существовании, есть только несчастья, более или менее большие, более или менее запоздалые, явные, тайные, отсроченные, подспудные. «Самые лучшие обитатели преисподней получаются из счастливых людей». Принцип дьявола имеет под собой основу. Он был прав, как всегда, перенаправляя Человека на материю. Ждать долго не пришлось. За два века, обезумев от гордыни, раздувшись от механики, он стал невозможен. Таким мы видим его сегодня, с блуждающим взглядом, охмелевшим от алкоголя, от бензина, ни во что не верящим, много о себе думающим, целая вселенная с властью на несколько секунд! Обалдевший, разросшийся без всякой меры, непоправимый, баран и бык в одном лице, гиена тоже. Просто загляденье. Самый последний из засранцев в зеркале видит Зевса. Вот великое чудо современности. Фарфаронство гигантское, космическое. Зависть держит планету в ярости, в столбнячном трансе, в состоянии сверхрасплавленном. Разумеется, выходит обратное тому, чего хотели. Каждый истинный творец после первого же слова оказывается сегодня раздавленным ненавистью, стертым в порошок, испарившимся. Весь мир становится критиканским отрицанием, то есть ужасающе посредственным. Отрицание коллективное, тупое, холуйское, зажатое, тотальное, рабское.

Опустить Человека до материи, вот закон тайный, новый, беспощадный… Когда скрещивают наобум две крови, одну бедную, другую богатую, никогда не обогащают бедную, всегда обедняют богатую… Все, что помогает оболванить отупевшую от лести массу, принимается с распростертыми объятиями. Когда уловок больше недостаточно, когда система на грани взрыва, прибегают к дубинке! к пулемету! к бомбам!.. Раздают весь арсенал, когда приходит час! под мощный удар оптимизма окончательных Решений! Массовые убийства несметными множествами, все войны со времен Потопа своей музыкой имели Оптимизм… Все убийцы видят будущее в розовом цвете, это часть профессии. И да пребудет так.

Нищета… было бы понятно, если им, угнетенным людям, она надоела бы раз и навсегда, но дело в том, что нищета сделалась аксессуаром Истории современного мира! Самая низкая гордыня отрицания, пустое фанфаронство, зависть, ярость властолюбия становятся наваждением, захватывают, запирают всех этих притворщиков в камеру для буйно помешанных, в огромный Лазарет будущего, в социалистический Карантин.

«Попю, внимание! Ты существо высшего порядка! Тебя освободили, как никого другого! Ты намного свободней, сам сравни, чем эти крепостные рабы напротив! В той, другой тюрьме! Взгляни на себя в зеркало еще! Вот миска для идей! Проголосуй-ка за меня! Попю, ты жертва системы! Я реформирую для тебя Мироздание! Не утруждай себя мыслями о собственной природе! Ты весь из золота! и пусть тебе это повторяют! Не упрекай себя ни в чем! Ни в коем случае не предавайся размышлениям! Слушай меня! я хочу твоего истинного счастья! Я назначу тебя Императором! Хочешь? Я назначу тебя папой и Господом богом! Всем этим вместе! Бум! Готово! Получи фотокарточку!»

Там, от Финляндии до Баку, чудо свершилось! Оспорить этого нельзя… Ах! ему, Прол Проловичу, нехорошо от этой пустоты вокруг него, внезапной. Он еще не привык. Слишком много, целое небо для себя одного! Надо открыть ему поскорее четвертое измерение! Истинное измерение! Братского чувства, чувства личности другого. Он не может больше никого обвинять… Больше нет эксплуататоров, которых можно было бы уконтрапунктить…

«Все твои страдания будут моими»… и Человек, чем больше он сжимается и усложняется, чем больше удаляется от природы, тем больше у него страданий, что естественно… С этой стороны, со стороны нервной системы, дела могут идти только от плохого к худшему. Коммунизм прежде всего, даже еще больше чем по отношению к богатствам, в том, чтобы разделить между собой страдания. Они будут всегда, это судьба, это биологический закон, прогресс ничего здесь не изменит, наоборот, горестей намного больше, чем радостей для дележки… Всегда, всегда больше… Сердцем, однако, он с этим не согласен. Трудно заставить его принять… Он ропщет… он увертывается… ищет оправданий… он предчувствует дурное… Автоматически мы имеем бардак! Коммунистическую систему без коммунистов. Пусть, ничего! Только этого никак нельзя показывать! Кто попросится выйти из игры, будет повешен…

А мы, коли уж так, возьмемся за басни! К нам на выручку, все мыслимые катаклизмы! Мифические враги! Подмостки нельзя держать пустыми! Чтоб не опрокинули постройку! Свирепые коалиции! Сверхподлые заговоры! Апокалипсическе процессы! Необходимо вновь отыскать нечто дьявольское! Нечто столь же экстремальное! козла всех несчастий! Скажем прямо: замутить воду! Утопить в ней жестокую правду: что не склеилось из этого ничего, из «новых человеков»! Что такая же сволочь, как была!

Здесь мы еще развлекаемся! Нас не заставляют делать вид! Мы еще «угнетенные»! Все зловредности Рока можем свалить на кровососов! На раковую опухоль под названием «Эксплуататор». А после, нагадив, вести себя, как ни в чем не бывало. Все шито, мол, крыто!.. Но когда нет больше права разрушать? И когда нельзя даже бурчать себе под нос? Жизнь становится невыносимой!..

Жюль Ренар уже писал: «Не достаточно быть счастливым самому, нужно, чтоб другие не были». О! Какой же это черный день, когда обнаруживаешь себя обязанным взвалить на плечи все беды мира, беды других, неизвестных, безымянных, и вкалывать всецело ради них… Ему клялись, Пролу, что все беды его из-за «других», что именно в «других» глубинная горечь всех его злосчастий! Вот так-то! Обобрали, как в плохом борделе! Распроблядство! Больше не находит он «других»…

Надо сказать, что заперт он тщательно, новый избранник обновленного общества… Даже в Петропавловке, знаменитой тюрьме, сидельцы прошлого так хорошо не охранялись. Они могли там думать, что себе хотели. С этим теперь покончено тотально. Чтобы писать, об этом нет, естественно, и речи! Он, Прол Пролович, и это можно смело утверждать, защищен, как никто, за сотнями тысяч нитей колючей проволоки, любимчик новой системы! от внешней грязи, даже от запахов загнивающего мира. Это он, Пролович, содержит (из своего нищенского кармана) самую многочисленную, самую подозрительную, самую подлую, самую садистскую полицию на всей этой планете. Нет! наедине с собой его не оставляют! Бдительность неусыпна! Его не выкрадешь, Проловича!.. а все же он скучает!.. Это ж видно! Он бы отдал все, чтобы вырваться наружу! Превратиться, как говорилось раньше, в «туриста» ради толики разнообразия! Он бы не вернулся никогда. Это вызов, который можно бросить Советским Властям. Угрозы нет, они на это не пойдут! Можно быть спокойным! Они не станут и пытаться! Там бы не осталось никого!

У нас он мог бы поразвлечься, Прол Пролович! Есть еще маленькие забавы, необычные подпольные проказы, в общем, удовольствия! Даже эксплуатированный на 600 процентов, Человек сохранил свои развлечения!.. Как он любит вырваться с работы в новом смокинге (напрокат), поиграть в миллионера виски! Блаженствовать в кино! Он буржуазен до последних фибр своего существа! У него вкус к фальшивым ценностям. Он обезьяна. Он испорчен… У него ленивая душа… Он любит только то, что дорого! или, скорее, то, что кажется ему дорогим! Он пресмыкается перед силой. Он презирает слабых. Он хвастается, он впадает в спесь! Всегда на стороне богатого мошенника! Существу прежде всего зрительного восприятия, ему надо, чтоб бросалось в глаза! На неон он летит, как муха, тут он не может ничего. Он весь в мишуре. Он останавливается, всегда немного не доходя до того, что могло бы принести ему счастье, успокоить душу. Он страдает, ранит себя, истекает кровью, подыхает и ничему не учится. Ему не хватает органического чутья. Он от него отворачивается, он его боится, он делает свою жизнь все более и более остервенелой. Он рвется к смерти резкими рывками той самой материи, которой ему все мало… Самый хитрый, самый жестокий тот, кто выигрывает в эту игру, в конечном счете получает на руки только большее оружие, чтобы больше убивать других, убить себя. И так без предела, без конца: игра сделана!.. Сыграно! Выиграно!..

Там Человек трескает себе огурцы. Он разбит по всей линии, он смотрит, как проезжает «Комиссар» в своем «пакарде», не очень новом… Он работает, как в казарме, в пожизненной… Даже на улицу ему не очень можно выходить! Знаем мы эти его повадки! А как его отделывают рукояткой нагана! Будущее — вот все, что ему принадлежит! Точь-в-точь, как у нас! «Завтра будем брить бесплатно»… Что ж у тебя все не так, человече? Точный инстинкт, вот чего тебе не хватает! Все очень просто! По сути, когда над этим поразмыслишь, не было нужды так долго ждать, чтоб поделить богатства. Могли бы распределить их уже в первобытные времена, в самом начале рода человеческого… К чему все эти кривлянья? Муравьи, у них нет заводов и фабрик, что им никогда не мешало… «Все за всех»… Вот их девиз!

Капитал! Капитал! Больше не надо надрывать глотку угрозами, в этом весь ты, Проло! Былинный богатырь с куриной жопкой! Ты же один, Попю! Нет больше никого, чтоб тебя угнетать! Почему ж сволочизм появляется снова? Потому что он спонтанно прет из твоей инфернальной натуры, не строй на этот счет себе иллюзий, но кровь себе не порти тоже, sponte sua.[9] Все начинается опять.

Почему инженер, сей господин хороший, получает 7000 рублей в месяц? Я говорю о том, что там, в России… тогда как уборщица всего лишь 50? Магия! Черная магия! Потому что все мы сволочи! там, как и здесь! почему пара говнодавов стоит уже 900 франков? а очень недолговечная смена подметок (я видел) около 80?.. А больницы?.. Кроме той, шикарной, кремлевской, и палат для «Интуризма». Остальные откровенно омерзительны! Они держатся на одну десятую нормального бюджета. Вся Россия живет на одну десятую нормального бюджета — исключая Полицию, Пропаганду, Армию…

Все это — опять та же несправедливость, вернувшаяся под новым именем, намного ужаснее, чем прежняя, еще более анонимная, законопаченная, усовершенствованная, неподступная, окруженная тьмой-тьмущей товарищей «в штатском», исключительными мастерами по части насилия. О да, конечно! с объяснением причин провала в хамство, в гигантскую неразбериху, диалектика справляется!.. Русские зубы заговаривают, как никто! Вот только одно признание невозможно, одна пилюля встает поперек горла: что Человек — наихудшее из всех отродий!.. что, независимо от условий, он производит свои муки сам, как сифилис свою сухотку спинного мозга… Вот в чем настоящая механика, последние глубины системы!.. Надо бы пришлепнуть льстецов, вот в чем самый большой опиум для народа…

Человек человечен настолько, насколько курица способна к полету. Когда она получает поджопник, когда автомобиль ее подкидывает в воздух, она взлетает до самой крыши, но тут же падает обратно в грязь, клевать навоз… Это ее природа, ее призвание. У нас, в обществе, все точно так же. Самой последней мразью мы перестаем быть лишь под ударом катастрофы. Когда все более или менее улаживается, наше естество возвращаетсся галопом. Именно поэтому по поводу Революции суждение нужно выносить двадцать лет спустя.

«Я! ты! мы — разрушители, плуты и подлецы!» Никогда они не скажут ничего подобного. Никогда! Никогда! Тогда как настоящая Революция могла бы стать Революцией Признаний, великим очищением!

Но Советы впадают во грех, в лукавые словеса. Они слишком хорошо знают все приемы. Они с головой уходят в пропаганду, они пытаются набить кусок дерьма начинкой, сделать из него конфетку… Отсюда вонь системы.

Вот так-то! заменили хозяина! Его глупости, его хитрости, все его рекламные наглости! Всучить плохой товар они умеют! Ждать долго не пришлось! Снова вышли на эстраду новые сутенеры!.. Посмотрите на этих новых апостолов… Толстобрюхие и сладкозвучные! Большой Бунт! Великая Битва! Маленькая добыча! Жадные против Завистливых! Вся драка была, выходит, только в этом! За кулисами сменили исполнителей… Нео-топазы,[10] нео-Кремль, нео-сволочи, нео-ленинцы, нео-Иисусы! Они были искренни в начале… Сейчас они все поняли! (Тех, кто не понимает: расстреливают). Они не виноваты, они подчинились!.. Если бы не они, были б другие… Опыт пошел им на пользу… Никогда они не были такими осторожными… Душа теперь, это «красный партбилет».. Потеряна! Ничего от нее не осталось!.. Они их знают, все привычки, все пороки этого нехорошего Прола… Пусть ишачит! Пусть марширует! Пусть страдает! Пусть хвастает!.. Пусть доносит!.. Это его природа!.. Он такой!.. Пролетарий? В конуру! Читай мою газету! Мой листок, вот этот! Не другой! Вгрызайся в силу моих речей! И главное, не заходи дальше положенного, скотина! Иначе голову отрублю! Больше ничего он не заслуживает, только это!.. Клетка!.. Хотели полицию, получили!.. И это еще цветочки! Они сделают буквально все, чтобы не выглядеть ответственными за это! Они заткнут все выходы. Станут «тоталитарными»! С евреями, без евреев. Это не имеет значения!.. Основополагающее в том, чтоб убивать!.. Сколько их, маленьких упрямцев веры, в период темных эпох кончивших на костре?.. В пасти у львов?.. На галерах?.. Инквизированных до мозга костей? За Зачатие Марии? или три строфы Завета? Мы не в силах даже сосчитать! Мотивы? Можно пренебречь!.. Даже не нужно, чтобы они существовали! Времена не очень изменились в этом отношении! Мы не более требовательны! Прекрасно сможем подохнуть ради барахла, которого даже не существует! Гримасы коммунизма!.. говоря по правде, это не имеет уже значения, так далеко мы зашли!.. Это уже просто значит — умереть за идею, или я в этом ничего не понимаю!.. Все-таки мы чисты, сами о том не зная!.. В конечном счете, если поразмыслить, может быть в том она и есть, Надежда? А также эстетическое будущее! Войны, о которых мы больше не узнаем даже, почему!.. Все более и более грандиозные! Которые в покое не оставят больше никого!.. чтобы все в них передохли… превратившись в героев там, где застанет… а заодно и в пыль!.. Чтобы мы освободили Землю…

* * *

notes

Примечания

1

Mea culpa — Моя вина (лат.) — формула покаяния и исповеди в религиозном обряде католиков с XI века.

2

Попю — собственное имя, новообразование Селина. Фр. Populace — чернь, простонародье… populo — народ, толпа. — все прим. к «Mea culpa» С. Юрьенена и Э. Гальего.

3

Жорж Данден — герой одноименной комедии Мольера (1668), имя нарицательное для «выскочки из простонародья».

4

Автор этой псевдонародной песни сам Селин.

5

Бонно — предводитель известной воровской шайки.

6

Ландрю — «серийный» убийца 20-х годов, имя которого стало во Франции нарицательным.

7

93-й — 1793 год — период террора Великой французской революции.

8

Имеются в виду французские Дома культуры в пролетарских предместьях.

9

Из себя самого (лат).

10

Топаз — ставшее нарицательным имя главного героя одноименной пьесы Мориса Паньоля (1928), который, оказавшись на руководящем посту, вынужден отказаться от моральных принципов, которые он исповедовал в теории.

Table of Contents

Луи-Фердинанд Селин Mea culpa[1]

Примечания

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10