Annotation

Комедия была поставлена на Ленеях в 392 г. до н. э. Имена других участников состязания и его результат неизвестны.

Первое десятилетие IV в. до н. э. – время дальнейшего кризиса афинской демократии, формально восстановленной после свержения «тридцати тиранов» в 403 г. до н. э. Сильно упала политическая активность граждан. За участие в народном собрании пришлось установить плату – сначала в один обол, затем – в три.

Внешнеполитическая обстановка характеризуется возрастающим недовольством греческих городов гегемонией Спарты, усилившейся после поражения Афин. В 395 г. до н. э. образовался антиспартанский союз в составе Афин, Беотии, Аргоса, Коринфа и нескольких других городов. Таким образом, Афины оказались втянутыми в войну.

В композиционном отношении «Женщины в народном собрании» характеризуются явным отказом от традиционной хоровой структуры. Парод еще сохраняется, но парабаса отсутствует. От агона остается только половина – ода и диалогическая эпиррема. Во второй части комедии хор не принимает никакого участия, исполняя вставные танцевальные номера.

- Аристофан

- Действующие лица

- Пролог

- Парод

- Эписодий первый

- Эписодий второй

- Агон

- Эписодий третий

- Эписодий четвертый

- Эксод

- notes

- 1

- 2

- 3

- 4

- 5

- 6

- 7

- 8

- 9

- 10

- 11

- 12

- 13

- 14

- 15

- 16

- 17

- 18

- 19

- 20

- 21

- 22

- 23

- 24

- 25

- 26

- 27

- 28

- 29

- 30

- 31

- 32

- 33

- 34

- 35

- 36

- 37

- 38

- 39

- 40

- 41

- 42

- 43

- 44

- 45

- 46

- 47

- 48

- 49

- 50

- 51

- 52

- 53

- 54

- 55

- 56

- 57

- 58

Аристофан

Женщины в народном собрании

Действующие лица

Праксагора афинянка

Три женщины

Хор женщин

Блепир муж Праксагоры

Сосед

Xремет сосед Блепира

Несдатчик

Женщина-глашатай

Юноша

Молодая

Первая старуха

Вторая старуха

Третья старуха

Служанка Праксагоры

Без речей:

Слуги Хремета

Флейтистка

Пролог

На орхестре два дома – улица Афин. Из одного выходит Праксагора. На ней длинный мужской плащ и башмаки; в руке фонарик.

Праксагора

(обращаясь к фонарику, торжественно)

О глаз блестящий[1] глиняной светиленки,

На видном месте хорошо повешенной,

Твое рожденье и судьбу прославлю я.

В круговращенье колеса гончарного

Возникнув, споришь ты с сияньем солнечным.

Свой свет привычный на меня излей сейчас!

Тебе лишь наши тайны доверяем мы.

Как соглядатай верный, ты присутствуешь

На играх Афродиты в тесных спаленках.

Свидетеля сплетенных в сладострастье тел

Никто твой светоч за двери не выставит.

Меж бедер уголочки заповедные,

Пушок волос сжигая, озаряешь ты.

Воровочкам помощник ты, крадущимся

В кладовки, полные вина и сладостей.

Все знаешь ты, молчишь и не бахвалишься.

Узнай же и теперь, какую штуку мы

На празднике с подругами придумали.

Но не пришли подружки, как им велено,

Хоть день к рассвету близок и собрание

Начнется скоро. Надо нам места себе

Тайком добыть. Не те, что приготовил нам

Злосчастный Фиромах,[2] – его вы помните!

Что ж приключилось? Иль густых бород себе

Они еще не сшили, как приказано,

Иль неприметно у мужей плащи стащить

Так трудно им? Но вот идут с фонариком

Сюда. Все ближе. Отойду я в сторону,

Чтоб невзначай с мужчиною не встретиться.

Через орхестру, с фонариком в руке, идет первая женщина в сопровождении еще нескольких женщин. Все они в мужских плащах и с посохами в руках.

Первая женщина

Пора уже! Сейчас, пока бежали мы,

Прокуковал глашатай во второй разок.

Праксагора

А я, вас поджидая, за ночь целую

Глаз не сомкнула. Погоди-ка, дай сейчас

Соседку разбужу я! Тихо стукнусь в дверь,

Чтоб не почуял муженек.

Отходит ко второму дому и стучится. Из дома выходит вторая женщина.

Вторая женщина

Услышала,

Как в дверь скребешься. Туфли надевала я

И не спала нимало. Дорогой супруг –

Моряк он, родом саламинец, милые, –

Всю ночь в постели греб со мной без устали.

Сейчас лишь плащ смогла я у него стянуть.

Праксагора

(выйдя на орхестру и оглянувшись)

Вот вижу я, Сострата с Филенетою[3]

Спешат сюда, и Клинарета к нам идет.

Поторопитесь. Глика угрожала нам:

Кто позже всех объявится, поплатится

Вина бочонком и бобовой кашею.

Вторая женщина

Жену Смикифиона,[4] Мелистиху, ты

Не видишь? В башмаках явилась мужниных.

Ее одну как будто не трепал супруг.

Первая женщина

А Гевсистрату видите, старьевщицу?

Помахивая фонарем, бежит она.

Праксагора

Жена Филодарета с Хэретадовой[5]

Идут сюда. И с ними женщин множество.

Все собралось, что путного есть в городе.

Третья женщина

(появляясь)

Едва-едва я ускользнула, милые,

Всю ночь ужасно кашлял и плевался муж:

Он перед сном селедочек налопался.

Входит толпа женщин.

Праксагора

Садитесь же! Я вижу, объявились все,

Сперва вопрос задам вам: точно ль сделано,

Что мы на празднике решили, в Скирии?

Первая женщина

Я сделала. Под мышкой шерстка выросла

Густая-прегустая – так решили ведь.

И дальше. Чуть на рынок уходил супруг,

Я маслом натиралась и на солнышке

Весь день валялась. Загорела дочерна.

Вторая женщина

А я так первым делом бритву бросила

Подальше, чтоб шершавой и кудлатой стать,

Не походить ни чуточки на женщину.

Праксагора

А запаслись вы бородами? Велено

Явиться на собранье с бородищами.

Первая женщина

(вытаскивает огромную бороду)

Клянусь Гекатой, борода отличная!

Вторая женщина

А у меня почище Эпикратовой![6]

Праксагора

(обращаясь к остальным женщинам)

А ваш ответ?

Первая женщина

Кивают. Раздобыли все.

Праксагора

И остальное, вижу я, исполнено:

Лаконские ботинки, палки толстые,

Плащи мужские – все, как было сказано.

Первая женщина

Дубинку притащила я огромную.

Как Ламий[7] мой заснул, ее стащила я.

Праксагора

Да, от такой дубинки всласть попрыгаешь.

Вторая женщина

Сумеет, Зевс свидетель, эта палица,

Закутавшись в кожух всевидца Аргуса,[8]

Народ-Ио пасти верней, чем многие.

Праксагора

Ну, ладно! О дальнейшем позаботимся.

Уже высоко звезды светят на небе.

Собранье, на которое отправиться

Решили мы, начнется, чуть забрезжит день.

Первая женщина

Свидетель Зевс, должны мы захватить места

У камня, перед самыми пританами.

Вторая женщина

А я немного шерсти принесла сюда,

Чтоб расчесать, пока идет собрание.

Праксагора

Чудачка, на собранье?

Вторая женщина

Видят боги, да!

Ведь даже за работою услышу я

Проклятья. Ну, а дома – дети голые.

Праксагора

Час от часу не легче! Шерсть! Да тело скрыть

Должна ты от соседей на собрании!

Прилично ль будет, если пред собравшимся

Народом станем через загородку лезть?

Подол подымем? Что тогда откроется?

Нет, спозаранку сядем и под складками

Плащей, что надо, спрячем. Книзу бороды

Привязанные свесим. Кто ни взглянет, все

Доподлинными нас сочтут мужчинами.

Ведь щеголяет в бородище Пронома

Агиррий.[9] Прежде был он просто женщиной,

А в городе смотри какою шишкой стал!

И потому с зарею восходящей дня

Дерзнем мы на великое дерзание,

Страны кормилом завладеть отважимся,

Но лишь затем, чтоб пользу принести стране.

А так нам ни на веслах, ни под парусом!

Первая женщина

Но как стыдливость вековая женская

Заговорит в собранье?

Праксагора

Превосходно, друг!

Ведь сказано, что те из молодых людей

Всего речистей, кто всех чаще замужем.

А быть под мужем нам сама судьба велит.

Первая женщина

Не знаю. Но меня страшит неопытность.

Праксагора

Так для того нарочно собрались мы здесь,

Чтоб наши речи разучить заранее.

(Первой женщине.)

Пожалуйста, надень скорее бороду,

И ты и все, кто говорить готовится.

Вторая женщина

Чудачка, надо ль женщин болтовне учить?

Праксагора

Так нацепи же бороду, мужчиной стань!

А я сниму венок и наряжусь, как вы,

Чтоб также слово взять, когда захочется.

Все женщины подвязывают бороды.

Вторая женщина

Ой, Праксагора милая, взгляни, дружок,

Ну разве не забавно получается?

Праксагора

Забавно что?

Вторая женщина

Да словно бы не бороды

У нас, а жареные каракатицы.

Праксагора

(подражая глашатаю)

Подать кота для жертвоприношения!

Вперед пройдите! Арифрад,[10] довольно врать.

Садись, вошедший! Кто желает слово взять?

Вторая женщина

Мне слово!

Праксагора

Так надень венок, и в добрый час!

Вторая женщина

(надевает венок)

Ну вот.

Праксагора

Начни же!

Вторая женщина

Говорить не выпивши?

Праксагора

Что? Пить?

Вторая женщина

Ну да! К чему ж на голове венок?

Праксагора

Прочь убирайся! Натворила б мерзостей

Нам на собранье.

Вторая женщина

Разве ж там вина не пьют?

Праксагора

Поди ты прочь!

Вторая женщина

Клянусь я Артемидою,

Пьют чистое. Такие там решения

Услышать можно, что невольно кажется,

Что сочиняют их мертвецки пьяные.

А возлияний сколько! Видит Зевс, к чему б

Молились так, когда б вином не пахло там?

Да и ругаются всегда, как пьяные,

А слишком буйных в шею гонят лучники.

Праксагора

Ступай и сядь! Пустышка ты никчемная!

Вторая женщина

Ах Зевс, была б я лучше безбородою!

Сожжет утробу жажда и кишки спалит.

Праксагора

Кто говорить еще желает?

Первая женщина

Я хочу!

Праксагора

Так встань и увенчайся. Дело ладится

Отлично. Как мужчина говори, дружок,

С достоинством, на посох опершись рукой!

Первая женщина

(торжественно ораторствует)

Хотел бы, чтоб другие, кто мудрей меня,

Сказали правду, я ж сидел в спокойствии.

Но если мне уж говорить приходится,

Клеймлю позором тех, кто кувшины с водой

В харчевнях держит. Призываю двух богинь…[11]

Праксагора

Как, двух богинь? Несчастная, с ума сошла.

Первая женщина

А что? И слова не было о выпивке.

Праксагора

Мужчиной нарядившись, ты богинь зовешь?

Но, впрочем, остальное ловко сказано.

Первая женщина

Мне Феб свидетель![12]

Праксагора

Помолчи! Ох, горе мне!

Нет, нет, клянусь, я не явлюсь в собрание,

Покуда всё не установим в точности.

Первая женщина

Венок отдай мне. Снова говорить начну.

Сейчас я превосходно все обдумала:

Мне мнится, о собравшиеся женщины!..

Праксагора

Что? Женщинами снова ты зовешь мужчин?

Первая женщина

(указывая в публику)

Вина здесь Эпигона.[13] На него взглянув,

Подумала, что обращаюсь к женщинам.

Праксагора

Ступай, ступай! На место поскорее сядь!

Вам всем на пользу речь произнесу сама.

Надев венок, молюсь я горячо богам,

Чтоб ниспослали нам удачу в замыслах.

Заботы одинаковы о городе

У всех у нас. С печалью, с огорчением

Слежу я за разрухой государственной

И вижу: негодяи правят городом.

А кто поступит раза два порядочно,

Тот двадцать раз окажется мошенником.

Зовут другого, тот – подлее во сто крат.

Народом недовольным управлять – беда.

Вы тех страшитесь, кто вам хочет доброго,

Смиренно отдаетесь злым врагам своим.

Народное собранье сытным промыслом

Доныне не бывало. И Агиррия

Считали мы за плута. Ныне ж кормимся

В собранье. Кто гроши урвал, доволен всем;

Кто не добыл, кричит: пускай повесят тех,

Кто обратил собрание в поденщину.

Вторая женщина

Клянусь Кипридой, говоришь ты правильно!

Праксагора

Кипридою клянешься, злополучная!

Вдруг то же брякнешь на собранье, – что тогда?

Вторая женщина

Не брякну там.

Праксагора

Так отвыкай заранее!

(Продолжает ораторствовать.)

Когда союзный обсуждали договор,

Кричали: сдохнем, коль не заключим союз!

А заключили – все ворчат, и краснобай,

Нас убеждавший, тот удрал немедленно.

Идти ли в море? Голодранцу по сердцу,

А богачу и пахарю – не по сердцу.

Вы на коринфян злитесь? И они на вас.

Сейчас они надежны. Будьте ж вы верны.

Аргосец глуп?[14] Зато Гиероним[15] умен.

Спасенье мы увидели, но бедствия

Сулит нам Фрасибул,[16] хоть не зовут его.

Вторая женщина

Как он умен!

Праксагора

(обращаясь к ней)

Теперь сказала верно ты.

(Продолжает ораторствовать.)

Но вы одни во всем повинны, граждане!

Кошель народный отдали чиновникам,

И каждый о своей лишь помнит прибыли,

А город ковыляет, как Эсим-хромец.[17]

И все ж спасемся, лишь меня послушайтесь!

Я предлагаю женщинам вручить бразды

Правления. Ведь доверяем женщинам

И деньги, и хозяйство, и дома свои.

Все женщины

Отлично, превосходно! Продолжай, дружок!

Праксагора

А что умней они и деловитей нас,

Я докажу вам тотчас: парят женщины

Шерсть кипятком, как искони заведено,

Все как одна. Не рвется к новизне никто.

Да разве б не цвела земля афинская,

Когда бы так же рассуждали граждане

И постоянно не искали нового?

А жены носят платье, как в былые дни,

Обед готовят, сидя, как в былые дни,

И праздники справляют, как в былые дни,

Коврижки запекают, как в былые дни,

Мужей своих изводят, как в былые дни,

Любовников заводят, как в былые дни,

Сластишки закупают, как в былые дни,

Винишком запивают, как в былые дни,

Им передать должны мы все владычество,

Не споря, не расспрашивая попусту:

«Да что, да как же править будут?!» Полную

Им власть доверим! Об одном подумайте:

Жалеть, беречь кто будет наших воинов,

Как не они, родительницы, матери?

Кто, как не мать, о хлебе позаботится?

Кто деньги раздобудет, как не женщина?

И в должности дадут ли обмануть себя?

Они ведь сами мастера обманывать!

О прочем умолчу. Совет примите мой

И жизнью жить блаженнейшею будете.

(Садится)

Первая женщина

Отлично, Праксагора, хорошо, умно,

Искусно! Где же говорить училась ты?

Праксагора

У Пникса с мужем беженцами жили мы,[18]

Там вдоволь я наслушалась ораторов.

Первая женщина

Не диво, что искусна ты и сметлива.

Тебя мы избираем в полководицы

Не медля, только сделай, как сказала нам.

Но если ринется Кефал[19] ругать тебя,

Ты как ему ответишь на собрании?

Праксагора

Скажу, что он взбесился.

Первая женщина

Это знают все

И без тебя.

Праксагора

Что черной желчью болен он.

Первая женщина

И это всем известно.

Праксагора

Что лепить горшки

Он слаб, зато мастак лепить решения.

Первая женщина

А если станет спорить Неоклид-Бельмо?[20]

Праксагора

Скажу ему: собаке загляни под хвост!

Первая женщина

А вдруг тебя разложат?

Праксагора

Что ж, найду ответ!

Толкаться и пихаться я научена.

Первая женщина

Еще одно обсудим: если лучники

Тебя потащат. Что тут делать?

Праксагора

Руки в бок,

Вот так упрусь. На передок не взять меня.

Первая женщина

А мы подымем гомон: отпусти, не тронь!

Вторая женщина

Все это превосходно мы обдумали.

Но вот чего не рассчитали: как же мы

Подымем руки при голосовании?

Ведь только ноги задирать учили нас.

Праксагора

Вопрос мудреный. Все же, голосуя, нам

Поднять придется руку обнаженную.

Ну так! Рубахи подтяните поясом

И подвяжите башмаки лаконские.

Ведь все видали, как мужья в собрание

Идут, как важно выступают из дому.

Когда ж со всем как следует управитесь,

Так нацепите бороды. Старательно,

Плотнехонько приладьте к подбородку их,

Плащи накиньте сверху вы, те самые,

Что у мужей стащили. В руки посохи

Возьмите и бредите! Пойте песенку

По-стариковски, словно ковыляете

Вы из деревни!

Первая женщина

Ясно все, давайте ж мы

Пойдем вперед! Из сел другие женщины

Прибудут прямо к Пниксу.

Праксагора

Поспешим, а то,

Кто не поспел на Пникс забраться поутру,

Домой уходит, не добыв и гвоздика.

Парод

Предводительница хора

Пора в поход нам выступать, мужи, такою кличкой

Себя привыкнем называть и, чур, не ошибаться!

Опасность очень велика: ведь вдруг проговоримся

Про смелый замысел, в ночи рожденный и во мраке.

Первое полухорие

Строфа 1

Мужчины, эй, к собранью поспешим, не мешкая!

Законник[21] давно грозил:

Кто с первым лучом зари

В пыли не придет на Пникс, –

Чесночная грусть во рту,

Горчичная злость в глазу, –

Тому ни гроша не даст.

Эй, Харитимид,[22] живей,

Смикиф и Дракет, скорей!

Спеши, нажимай, эй!

Должны начеку мы быть,

Чтоб верную взять струну,

Не выдать притворства.

Сперва свой жетон возьмем,[23]

Усядемся тесно в ряд,

Поближе одна к другой,

Чтоб в голосовании

Согласными быть во всем

С веселой толпой подруг…

Нет, нет, не подруг – друзей,

Так зваться мы будем.

Второе полухорие

Антистрофа 1

Так затолкаем мы взашей щеголей из города.

Пока выдавали им,

Пришедшим в собрание,

По грошику на душу,

Сидели за печкою,

Болтали, надев венки.

Теперь с ними сладу нет.

В пору, когда был еще

Храбрец Миронид могуч,

Никто не посмел бы

Родимой стране служить

И денежки класть в карман.

Но всяк приходил на Пникс,

В котомке неся с собой

Баклажку, да хлеба кус,

Да лука головки две,

Да горстку оливок.

Теперь по три гроша им

Выкладывай, словно бы

Служили не городу,

А глину месили.

Хор покидает орхестру, которая некоторое время остается пустой.

Эписодий первый

На крыльце своего дома появляется Блепир.

Блепир

Что за напасть! Куда супруга сгинула?

Часы идут к рассвету, а ее все нет.

И вот лежу, давно в желудке колики,

Во тьме и башмаки никак не сыщутся,

И не видать накидки. Сколько ощупью

Ни шарил, все без пользы. В дверцу заднюю

Урча стучится друг запор. Придется взять

Исподнюю юбчонку у супружницы

И эти туфли нацепить персидские.

(Наряжается в женские одежды, выходит на улицу.)

Но где бы, где усесться поспокойнее?

Да говорят, все кошки ночью серые.

Никто и не приметит, как присяду я.

Беда, беда мне! Старый на молоденькой

Женился! Бить меня за это следует!

Не за добром в полночный час ушла она

Из дому. Но сходить мне надо все-таки.

(Присаживается в уголке.)

Из окошка противоположного дома выглядывает сосед, замечает Блепира.

Сосед

Да это кто? Никак Блепир, соседушка?

Блепир

Он самый, Зевс свидетель!

Сосед

Расскажи, прошу,

Во что ты это вырядился желтое?

Кто вымарал тебя, уж не Кинесий ли?

Блепир

Да нет же, выходя, напялил платьице

Жены моей, шафранное, домашнее.

Сосед

А где ж твоя накидка?

Блепир

Сам не знаю, где:

Как ни искал в постели, не нашел никак.

Сосед

А у жены спросить не догадался ты?

Блепир

Проклятой нету дома, на беду мою

Исчезла, точно в щелку улетучилась.

Боюсь, плутовку потянуло к новому.

Сосед

Мне Посейдон свидетель, то же самое

Точь-в-точь со мной случилось. И моя жена

Пропала без следа и плащ взяла с собой.

Да это полбеды. Где башмаки мои?

И башмаков не удалось найти нигде.

Блепир

Мне Дионис свидетель, то же самое

Со мною. Нет лаконских. Но приспичило,

И выбежал во двор я в женских туфельках,

Чтоб простыни не замарать. Ведь новая!

Сосед

Что ж приключилось? Иль на угощение

Ее подружка зазвала?

Блепир

Наверно, так!

Она ведь, право, неплохая женщина.

Сосед

Да ты сходить решил канатом якорным!

Ну, мне пора отправиться в собрание.

Найти б накидку, у меня одна она!

Блепир

И мне пора, но прежде надо высидеть

Еще одну, засела сирота в кишках.

Сосед

Не та ли, что зажала Фрасибулу[24] рот?

Блепир

Свидетель Зевс, приперло так, что мочи нет.

Сосед скрывается в своем доме.

Беда, что делать? Если бы одно еще

Меня терзало это! Как наемся вновь,

Куда ж копить все это стану золото?

Уже и так калитку заколодило.

Чтоб ты пропал, проклятый господин дерьмо!

Кто позовет мне лекаря? И звать кого?

Кто по делам задов знаток испытанный?

Аминон,[25] что ли? Отпираться станет он!

Пусть Антисфена[26] мне доставят как-нибудь.

Большой он мастер по одним стенаниям

Определить, чем дышит зад страдающий.

О Илифия,[27] рожениц заступница,

Не дай мне лопнуть, не оставь заклиненным,

Чтоб я не стал посмешищем комедии!

По улице идет Xремет, сосед Блепира.

Хремет

Что делаешь, приятель, положить присел?

Блепир

Свидетель Зевс, ни чуточки, встаю уже.

Хремет

А почему надел юбчонку женскую?

Блепир

Впотьмах случайно подвернулась под руку.

Откуда ты, однако?

Хремет

Из собрания.

Блепир

Уж кончилось?

Хремет

Сегодня, брат, ранехонько.

Смеялись до упада мы, свидетель Зевс,

Как повалили на канат[28] афиняне.

Блепир

Достались три гроша тебе?

Хремет

Достались? Нет!

Пришел я слишком поздно. Прямо совестно,

Свидетель Зевс, домой идти с пустой сумой.

Блепир

А в чем же дело?

Хремет

Множество несметное,

Как никогда, народу собралось на Пникс.

На них взглянув, мы скопом за сапожников

Их приняли. Невероятно бледные,

Как молоко, все лица на собрании.

Вот так ни с чем и я ушел и многие.

Блепир

Приди сейчас я, ни гроша б не выручил?

Хремет

Откуда же? Хотя бы к петухам вторым

Ты подоспел.

Блепир

О, горе мне, злосчастному!

Друг Антилох, оплачь,[29] но не гроши мои,

Над жизнью плачь разбитой! Все погублено.

А почему ж народ такою кучею

И рано так собрался?

Хремет

Да взбрело на ум

Пританам о спасении отечества

В собрании вопрос поставить. Тотчас же,

Всех прежде, выползает Неоклид-Бельмо.

Тут весь народ горланить стал неистово:

«Ужасно, что пускают разговаривать,

К тому же о спасении отечества,

Того, кто глаз своих не может вылечить».

Он завопил, всех оглядел и так сказал:

«А что ж мне делать?»

Блепир

«Чесноку и маку взять,

Перетереть получше с чемерицею

И всякий вечер веки густо смазывать», –

Случись я с вами, так бы я сказал ему.

Хремет

Затем взял слово Эвеон,[30] блестящий ум.

Он вышел голым, так нам показалось всем,

И сам сказал, что у него накидки нет,

И стал такою речью завлекать народ:

«Глядите все, ищу и я спасения

Драхм на сто или даже меньше. Все-таки

Я вам открою, как спасти отечество.

Пусть сукновалы выдадут всем гражданам

Плащи потолще перед равноденствием.

Тогда никто у нас не схватит насморка.

А у кого ни тюфяка, ни войлока,

Пускай, помывшись хорошенько, ляжет спать

У скорняка, а если тот захлопнет дверь

В лихую стужу, взыщем пеню шкурами».

Блепир

И правильно, свидетель Дионис. Никто

Такого не отвергнет предложения.

Добавить надо, чтобы люду бедному

Зерна давали по три меры хлебники[31]

Для пропитанья. И казнить ослушников!

С паршивца Навсикида[32] нам хоть шерсти клок.

Хремет

Затем вскочил мальчишка прехорошенький,

Лицом как сливки бел, похож на Никия,[33]

И речь к народу начал, убеждая всех

Бразды правленья предоставить женщинам.

Тут завопили, заорали «Правильно!»

Сапожники с лицом, как молоко. В ответ

Крестьяне бурю подняли.

Блепир

И правильно!

Хремет

Но оказались в меньшинстве. Тот криком взял

И продолжал всех женщин прославлять. Тебя ж

Бранил ужасно.

Блепир

Что сказал?

Хремет

Сперва, что ты

Мерзавец.

Блепир

Так, а кто же ты?

Хремет

Не спрашивай!

Потом, что вор ты.

Блепир

Я один?

Хремет

Свидетель Зевс!

И клеветник.

Блепир

Все я один?

Хремет

Свидетель Зевс!

Все скопом негодяи.

Блепир

Что уж спорить тут.

Хремет

А женщины, сказал, созданья скромные,

Хозяйственные, тайн о Фесмофориях

Они не станут разглашать, а мы про все,

Что на Совете было, разболтаем вмиг.

Блепир

Клянусь Гермесом, это правда чистая!

Хремет

Еще сказал: друг другу в долг дают они

Плащи, посуду, серебро и золото,

Наедине и вовсе без свидетелей, –

И платят долг, зажилить не пытаются.

А мы таким обманом не гнушаемся.

Блепир

И перед очевидцем отпираемся.

Хремет

Хвалил он женщин за другое, многое:

Сутяг меж ними нету и доносчиков,

И смут не вносят в город. Всех похвал не счесть.

Блепир

А как решили?

Хремет

Женщинам всю власть отдать.

Одно лишь это, дескать, не испытано

В Афинах.

Блепир

Что ж, на том и порешили?

И будут нынче всем они заведовать,

Что выполняли граждане?

Хремет

Вот именно!

Блепир

И в суд пойду не я уж, а жена теперь?

Хремет

Детей не ты прокормишь, а жена теперь!

Блепир

На жизнь поутру плакаться не мне теперь?

Хремет

Отнюдь, все это нынче – дело женское.

А ты лежи в постели и в кулак свисти.

Блепир

Опасно лишь одно моим ровесникам:

А вдруг, кормилом завладевши города,

Они принудят нас насильно…

Хремет

Что еще?

Блепир

Их прижимать.

Хремет

А что, когда не в силах ты?

Блепир

Без завтрака оставит.

Хремет

Постарайся же,

Сумей, дружок, и прижимать и завтракать.

Блепир

Ужасно! Через силу?

Хремет

Все, что городу

Идет на пользу, долг мужчины выполнить.

К тому же есть старинное поверие:

Нам всякое решенье бестолковое

На счастье, на удачу повернет судьба.

Великая Паллада, боги милые,

Спасите нас и ныне! Будь здоров!

Блепир

Прощай!

Каждый уходит в свой дом. На орхестру возвращается хор женщин в мужских одеждах.

Хор

Правь шаг смелей!

Смотри, чтоб из мужчин никто за нами не погнался.

Кинь взор кругом!

Остерегайтесь, ждите бед! На свете зла немало.

За нами следом пусть никто пробраться не посмеет!

Первое полухорие

Строфа 2

Ступай храбрее, пусть земля звенит под нашим шагом!

Навеки стыд падет на нас,

Когда отважный заговор разоблачат мужчины.

Сплотитесь в тесные ряды,

Глядите бдительно вокруг!

Туда – сюда, назад – вперед,

Чтобы нежданная беда не погубила дело.

Но поспешим! Недалеко до площади, откуда

Мы в путь пустились поутру, в собранье направляясь.

А вот и дом, где наш главарь живет и полководец,

Та, что придумала закон, сейчас народу данный.

Второе полухорие

Антистрофа 2

Бояться нечего теперь и мешкать не пристало.

А бороды привешены,

Чтобы доносчик невзначай не подглядел за нами.

В сторонку отойдем и в тень,

К стене прижмемся, поглядим

Еще разок сюда, туда

И скинем наземь наш наряд, в который обрядились.

Поторопитесь, вижу я, дорогой из собранья

К нам полководица идет. Не медлите, скорее!

Давайте бороды со щек сорвем, на землю сбросим.

Прелестное лицо и так уродовали долго.

Эписодий второй

На орхестру выходит Праксагора.

Праксагора

Благополучно, женщины любезные,

Мы выполнили все, что мы задумали.

Живей, пока мужчины не заметили,

Плащи снимайте, башмаки кидайте прочь,

Ремни распутав прочные лаконские.

Бросайте палки!

(Предводительнице хора.)

Ты ж все вещи взятые

В порядок приведи. А я обратно в дом

Прокрасться попытаюсь, чтоб не видел муж.

Сейчас на место и накидку мужнину

И все, что утащила, положу опять.

Предводительница хора

Что велела ты нам, мы свершили уже, научи же, что делать нам дальше.

Что полезно исполнить, скорей прикажи, мы докажем свое послушанье!

Среди племени женщин мудрее тебя никого еще не было, помни!

Праксагора

Оставайтесь, чтоб в должности трудной моей, на которую избрана вами,

Мне советом и делом могли вы помочь. Ведь и там, на собранье, на Пниксе,

Средь опасных смятений, под натиском вы всю отвагу свою доказали.

Из дому выходит Блепир.

Блепир

Эй, ты откуда, Праксагора?

Праксагора

Старенький,

Тебе-то что?

Блепир

Как мне-то что, смешной вопрос!

Праксагора

Боишься, есть любовник?

Блепир

Да к тому ж еще

И не один, пожалуй!

Праксагора

Убедись, прошу!

Блепир

Но как же?

Праксагора

Пахнут ли помадой волосы?

Блепир

Нельзя как будто лечь с ненапомаженной!

Праксагора

Чудак, чтоб я… Да никогда!

Блепир

А утречком

Зачем пешком ушла ты и взяла мой плащ?

Праксагора

Приятельнице время подошло рожать.

Она за мной послала.

Блепир

Почему ж ушла,

Не отпросившись у меня?

Праксагора

Родильнице

Не помогать, голубчик?

Блепир

Мне сказала бы.

Тут что-то есть!

Праксагора

Клянусь двумя богинями,

Я побежала, в чем была. Родильница

Меня молила поспешить что было сил.

Блепир

А почему в свое не нарядилась ты?

Взяла мой плащ, а мне юбчонку кинула

И голым, как покойника, оставила, –

Елея и веночка не хватало лишь.

Праксагора

Прохладно было, я хрупка, я неженка,

Чтоб не замерзнуть, потеплей закуталась.

А ты лежал в тепле, в постели мягонькой,

Когда бежать пришлось мне.

Блепир

Башмаки мои

Зачем стащила, палку унесла зачем?

Праксагора

Чтоб плащ не отнял среди ночи вор, пришлось

Переобуться, топотать ножищами

И палкою сердито по камням стучать.

Блепир

Так знай, пшеницы горнца не видать тебе!

Ведь я же денег не добыл в собрании.

Праксагора

Не беспокойся, родился мальчишечка.

Блепир

Как, у собранья родился?

Праксагора

У женщины.

Собранье было нынче?

Блепир

Говорил же я

Тебе на сон грядущий.

Праксагора

Вспоминаю, да.

Блепир

И знаешь, что решили?

Праксагора

Нет, не слышала.

Блепир

Усядься мягче, устриц и омаров жуй:

Вам, женщинам, все государство отдано.

Праксагора

(простодушно)

Зачем же, в стирку?

Блепир

В управленье.

Праксагора

Править чем?

Блепир

Делами всеми города заведовать.

Из своего дома выходит Хремет и прислушивается к разговору.

Праксагора

Клянусь Кипридой, дни пришли счастливые

Для города.

Блепир

Но почему же?

Праксагора

Сто причин.

Буяны перестанут здесь бесчинствовать,

Присяжные исчезнут, лжесвидетели,

Доносчиков не будет.

Блепир

О, молю тебя,

Не делай так, оставь мне мой насущный хлеб!

Хремет

Молчи, несчастный, не перебивай жену!

Праксагора

Забудут грабить, ближнему завидовать,

Не станет нищих, голых, голодающих,

Не будет распрей, описей имущества…

Хремет

Когда не враки, дело превеликое.

Праксагора

(Хремету)

Все докажу так ясно, что поверишь мне.

(Указывает на мужа.)

И этот не сумеет возразить ни в чем.

Агон

Хор

Ода

Нынче ясный и смелый ум

Ты напряги, красноречья

Сладостный дар призови,

Дело подруг защищая.

На общую радость и пользу

Должен твой голос звучать!

Государству

Блеск ты несешь и народу

Неисчислимые радости, в жизни удачу.

Время настало для дел.

В мудрой мысли город нуждается. Ждет он

Выдумки, смелой находки!

Все, что решила свершить,

Будет пускай небывалым,

Будет неслыханным пусть!

Не любят у нас, чтобы в новом

Старина сквозила.

Предводительница хора

Но не мешкай! Стремглав и напористо бей, нападай, развивай свои мысли!

Чем стремительней дело в театре идет, тем народ веселей и довольней.

Праксагора

Эпиррема

Что добру я и пользе могу научить, в это верю. Что люди боятся

Обновленья, что в прошлом, в привычном старье искони они любят копаться,

Что они стародумы и трусы насквозь, – вот чего я сейчас опасаюсь.

Хремет

За успех новизны ты не бойся! У нас величайшей считается честью

За новинкою гнаться, старье презирать, над минувшим отважно смеяться.

Праксагора

Попрошу не мешать, не перечить ни в чем, не кричать вперемежку, не спорить,

Постараться понять, что хочу я сказать, терпеливо, внимательно слушать.

Утверждаю: все сделаться общим должно и во всем пусть участвует каждый.

Пусть от общего каждый живет, а не так, чтоб на свете богач жил и нищий.

Чтоб один на широкой пахал полосе, а другому земли на могилу

Не нашлось; чтоб у этого – толпы рабов, а другой и слуги не имел бы.

Нет же, общую жизнь мы устроим для всех и для каждого общую участь!

Блепир

Как же, общую участь для всех?

Праксагора

Не спеши, за дерьмо не хватайся, не глядя.

Блепир

И дерьмо будет общим у всех?

Праксагора

Видит Зевс, ты меня перебил слишком рано!

И об этом как раз я хочу говорить. Мы общественной сделаем землю.

Всю для всех, все плоды, что растут на земле, все, чем собственник каждый владеет.

От имущества общего будем кормить вас, мужчин, мы, разумные жены,

Бережливо и мудро хозяйство вести, всенародно отчет отдавая.

Блепир

Как же тот, у кого ни сажени земли, но зато серебро и червонцы

И сокровища скрытые?

Праксагора

Все передать он обязан на общее благо.

Блепир

А когда не отдаст? Поклянется на лжи? Все добро ведь стяжал он неправдой.

Праксагора

Да ведь выгоды больше не будет ему никакой.

Блепир

Почему же не будет?

Праксагора

Никого ни к чему не принудит нужда. Ведь у всех будет все в изобилье:

Хлеб, закуски, венки, виноград, и плащи, и гороховый суп, и лепешки.

Что за польза ему состоянье скрывать? Пораскинь-ка мозгами! Подумай!

Блепир

Разве ж нынче не тот, кто богаче других, вороватее всех и преступней?

Хремет

Так бывало, дружочек мой, прежде, пока по старинным мы жили законам.

А сейчас, когда жизнь будет общей для всех, что за прибыль в обманах и кривде?

Блепир

Если встретишь девчонку веселую вдруг, позабавиться с нею захочешь, –

То при денежках можно девчонку добыть. Ну а так? Баловаться в постели

Дело общее тоже?

Праксагора

Конечно, ведь впредь обнимать будут женщин бесплатно.

Знай, и женщин мы сделаем общим добром, чтоб свободно с мужчинами спали

И детей, по желанью, рожали для них.

Блепир

Что ж получится? Все устремятся

К расчудеснейшей, к той, что красивее всех, с ней одной захотят насладиться.

Праксагора

Но с красивою рядом уродки стоять и старухи курносые будут.

Кто обняться захочет с хорошенькой, тот пусть сперва поласкает дурнушку.

Блепир

Как же нам, пожилым, поступать, если лечь с безобразною нужно сначала?

Изведемся вконец и до точки дойдем, не дорвавшись совсем до красивой.

Праксагора

Право, спорить не будут. Не бойся! Смелей! Никому не захочется спорить.

Блепир

Да о чем же, скажи!

Праксагора

Чтоб с тобой ночевать! Из-за этого спора не выйдет.

Блепир

Да, для вашей сестры в этом выгода есть. Позаботились вы превосходно,

Чтобы щель ни одна не осталась пустой. Только как же с мужчинами будет?

Станут женщины бегать от тех, кто дурен, за красивыми станут гоняться.

Праксагора

Точно так же, как будут красавцев ловить у ворот после пира дурнушки,

Так хорошеньких станут уроды стеречь, и приказано будет в законе,

Чтобы женщинам с теми, кто юн и силен, ночевать дозволялось не прежде,

Чем тщедушных они, мозгляков, стариков позабавят любовною лаской.

Блепир

Вот тогда уже нос задерет Лисикрат[34] пред красавцами и молодыми!

Праксагора

Феб свидетель, народу на пользу пойдет наш закон. Посмеемся над теми,

Кто, надувшись, франтит, у кого на руках перстеньки золотые с печатью.

Подойдет в башмаках деревенских бедняк и на франта прикрикнет: «В сторонку!

Отойди, погоди! Я управлюсь сперва, а тебе корешочки оставлю».

Блепир

Если этак вот будем мы жить сообща, как сумеет детей своих каждый

Различать, расскажи!

Праксагора

А зачем различать? Будут дети своими отцами

Всех считать, кто по возрасту годен в отцы, кто постарше годочков на двадцать.

Блепир

Со спокойною совестью смогут тогда задушить старикашку любого

По неведенью чистому! Разве ж теперь, когда дети родителей знают,

Их не душат они? А не будут и знать, уж, конечно, задушат, и баста!

Праксагора

Колотить не позволит соседа сосед. Если прежде никто о собрате

Не заботился, лупят его или нет, то теперь, кто о драке услышит,

Побоится, не станут ли бить и его, и отважно вмешается в свару.

Блепир

Не бессмысленно вовсе, что ты говоришь. Только вдруг Эпикур с Левколофом[35]

Подойдут и папашей меня назовут – каково это будет услышать?

Хремет

Пострашнее еще приключиться беда, поужаснее может…

Блепир

Какая?

Хремет

Если примет тебя за отца Аристилл[36] и полезет с тобой целоваться.

Блепир

Завопит он тогда и побитым уйдет!

Хремет

Все равно провонял бы ты перцем!

Праксагора

Да на счастье он раньше на свет родился, чем закон обнародован новый,

И тебе не опасен его поцелуй.

Блепир

Это было б чудовищно, право!

Кто же будет возделывать пашню?

Праксагора

Рабы. А твоею всегдашней заботой

Станет вот что: чуть длинная тень упадет, нарядившись, идти на попойку.

Блепир

Позаботится кто ж об одеждах для нас? Ведь спросить и об этом полезно!

Праксагора

Для начала достаточно тех, что на вас, а потом мы вам новые выткем.

Блепир

Об одном лишь спрошу: если пеню суду уплатить обвиняемый должен,

Где достанет он денег? Из общей казны? Это вовсе неправильно будет.

Праксагора

Да ведь исков судебных не станет совсем!

Блепир

Этим словом себя ты погубишь.

Хремет

Ну конечно, погубишь.

Праксагора

Послушай, дружок, для чего же нам будет судиться?

Блепир

Да по многим причинам, свидетель мне Феб! Назову хоть одну для примера.

Отопрется, допустим, от долга должник?

Праксагора

А веритель откуда добудет

Столько денег для ссуды? Ведь общее все.

Очевидно, украл и припрятал.

Хремет

Объясняешь отлично, Деметрой клянусь.

Блепир

Но теперь об одном расскажи мне:

Если пьяный гуляка ударит меня, возвращаясь с попойки, то как же

За бесчестие сможет буян заплатить? Здесь в тупик ты, я думаю, станешь.

Праксагора

Из обеда, которым питается он, будет вычтено. Впроголодь сидя,

Про бесчинства забудет он скоро, поверь, за которые платится брюхом.

Блепир

И совсем уже больше не будет воров?

Праксагора

Все ведь общее, где же здесь воры?

Блепир

И не станут накидок сдирать по ночам?

Хремет

Нет, конечно, коль дома ты дремлешь.

Праксагора

Если спишь на дворе, тоже разницы нет. Ведь у всякого средства найдутся.

Ну, а станут сдирать, и отдай подобру. Для чего тут ругаться и драться –

В кладовую отправившись общую, плащ ты новее и лучше достанешь.

Блепир

Значит, больше не будут в костяшки играть?

Праксагора

А на что же играть тут в костяшки?

Блепир

Ну а как ты устроишь хозяйство?

Праксагора

Для всех будет общим хозяйство. Весь город

Будет домом одним. Все прикажем снести, переборки и стены разрушим,

Чтобы к каждому каждый свободно ходил.

Блепир

Где же будут обедать? Скажи мне!

Праксагора

Где судебный был двор и присутственный дом, там отныне столовые будут.

Блепир

А подмостки на что пригодятся тебе?

Праксагора

Там кувшины расставим, и кружки,

И корчаги. Оттуда в обеденный час хоры мальчиков песнею славить

Будут тех, кто силен и отважен в бою, будут трусов стыдить и бесчестить,

Чтоб с позором ушли они прочь от стола.

Блепир

Феб свидетель, придумано славно!

Где же жребии будут тянуть? Расскажи!

Праксагора

Жеребьевку устроим на рынке,

Где Гармодия памятник. Урну для всех там воздвигнем,[37] и очередь станет.

Получивший жетон побежит второпях в залу ту, что указана буквой.

И воскликнет глашатай: «В Богатую Сень поспешите, кто с буквою бета,

Те, кто с буквою тета, пускай полетят отобедать к Торговому Ряду,

А кто с буквою каппа, стремглав, со всех ног, побеги к Коробейным Лабазам».

Блепир

Чтобы долю урвать?

Праксагора

Всех там кушанья ждут!

Блепир

Ну, а те, кому сытная буква

Не достанется вовсе, им быть без еды, на посмешище всяким обжорам?

Праксагора

Нет, таких огорчений не будет у нас, –

Изобилье и счастье готовим мы всем,

Чтоб в веселом хмелю, нацепивши венок,

Возвращался бы с факелом каждый в руке.

Чтобы в уличках узких, толпясь и теснясь,

Догоняли бы женщины пьяных гуляк

И кричали: «Дружок, заворачивай к нам,

Расчудесная девочка ждет тебя здесь!»

«Нет, сюда заходи! –

Завопят с чердака. – Здесь другая живет,

Всех белее она и прелестнее всех!

Не забудь только прежде, чем с ней поиграть,

Полежать у меня!»

А красавца толпой старики-гниляки

Окружат и заявят: «Постой, не спеши,

Погоди-ка, дружочек, торопишься зря.

Все равно не добьешься ты цели своей.

Нам, курносым, уродам, трухлявым, хромцам,

По закону с девчонками первым лежать.

Подожди-ка ты лучше со смоквой в руке

Во дворе у дверей,

Одинокою страстью сгорая».

Ну что, вам это по сердцу?

Блепир и Хремет

И как еще!

Праксагора

Сейчас на рынок надо мне отправиться

И собранные там принять сокровища.

Глашатайку возьму я с зычным голосом.

По званью полководицы обязана

Сама все сделать, приготовить пиршество.

Ведь в первый раз мы нынче угощаем вас.

Блепир

Сегодня угощенье?

Праксагора

Непременно, да.

Всем потаскушкам запрещаю промысел.

Блепир

Но почему же?

Хремет

Ясно и понятно мне:

Чтоб им самим досталась ярость юношей.

Праксагора

Не дело, чтоб рабыни, напомадившись,

Киприду у свободных похищать могли.

Пускай себе с рабами наслаждаются,

Свои овчинам открывая прелести!

Блепир

Я за тобою буду по пятам ходить –

Пускай глазеют на меня и шепчут так:

«Вот полководицы супруг, почет ему!»

Хремет

А я, чтобы на рынок отнести добро,

Перетряхну еще раз барахло свое.

Актеры уходят с орхестры. Хор пляшет.

Эписодий третий

Хремет выходит из дома, за ним слуги выносят домашнюю утварь.

Хремет

За двери выглянь, сито непорочное,[38]

Из всех вещей моих ты станешь первым здесь

В муке, как кошеносица на празднике –

Немало мне мешков муки просеяла.

Где ж дева со скамейкой? Сковородка, эй!

Черна же ты, как зелье Лисикратово,

Которым он обычно красит волосы!

Сюда и ты подвинься, подметальщица!

Эй, выноси корчагу, водоносица!

И ты, мой друг кифара, стань скорей сюда!

В часы ночные звоном ты не раз меня

Будила и звала идти в собрание.

И ты, с корытом, подойди! Медовых сот

Пусть принесут! Поставят ветвь масличную!

Треножники придвиньте! Дать кувшин сюда,

А черепки и рухлядь трогать нечего!

Несдатчик

(приближаясь к дому Хремета)

Отдать свое имущество? Ведь буду я

Тогда глупцом и дураком помешанным,

Мне Посейдон свидетель, ни за что! Сперва

Сто раз отмерю, взвешу и обдумаю.

Свой горький пот и бережливость мудрую

Так безрассудно, так бесцельно выкинуть,

Не разглядев затеи всей внимательно?

(Хремету.)

Эй, эй, сосед! Со скарбом собрался куда?

Все вытащил! Переезжать готовишься?

Иль распродажа на носу?

Хремет

Да вовсе нет!

Несдатчик

Зачем же эта выставка? Надеешься,

Придет глашатай Гиерон оценивать?

Хремет

Да нет же! Все отдать хочу я городу,

Снести на рынок, как в законе сказано.

Несдатчик

Отдать решаешь?

Хремет

Да!

Несдатчик

Совсем с ума сошел,

Свидетель Зевс!

Хремет

Но почему?

Несдатчик

Пустой вопрос!

Хремет

Законам не должны ль повиноваться мы?

Несдатчик

Глупец! Каким законам?

Хремет

Установленным!

Несдатчик

Сказал же! Установленным! Чудак же ты!

Хремет

Чудак?

Несдатчик

Еще бы нет! Ты дуралей, осел

Среди ослов!

Хремет

Дурак, что правил слушаюсь?

Несдатчик

Да разве правил слушаются умники?

Хремет

Ну да, конечно.

Несдатчик

Тупость беспросветная!

Хремет

Добро не сдашь ты разве?

Несдатчик

Подожду сперва,

К чему склонится большинство и как решит.

Хремет

Чего ж решать? Имущество заставят сдать

На общество.

Несдатчик

Поверю, как увижу сам.

Хремет

Народ шумит на площадях.

Несдатчик

И пошумит.

Хремет

Народ вопит: «Отдать добро!»

Несдатчик

И завопит!

Хремет

Отчаяньем убьешь меня!

Несдатчик

Отчаешься!

Хремет

Пускай тебя ударит Зевс!

Несдатчик

Ударишься!

Да кто ж из умников свое добро отдаст?

Не отдавать, а брать – таков обычай наш!

Свидетель Зевс, ведь так и боги делают.

Ты погляди им на руки на статуях!

Мы о щедротах молим их и милостях,

Они ж суют нам руки вверх ладонями.

И ясно, не дарить, а брать им хочется.

Хремет

Довольно слов, несчастный! Дело делать дай!

Связать поклажу следует. Веревка где?

Несдатчик

И впрямь потащишь?

Хремет

Видит Зевс! Треножники,

Гляди, уж упакованы.

Несдатчик

Бессмыслица!

Не выжидать, что делать станут прочие!

А подождав и поглядев…

Хремет

Ну, что еще?

Несдатчик

Отсрочить, отложить, пересмотреть опять.

Хремет

А для чего?

Несдатчик

Случись землетрясение,[39]

Начнись пожар, по рынку пробеги хорек,

Придет конец всем сдачам, оглашенный ты!

Хремет

Вот было б славно, если б для мешков моих

На складах места не хватило.

Несдатчик

Приходи

Хоть в новолунье, хватит места!

Хремет

Думаешь?

Несдатчик

Я знаю их насквозь, законодателей.

Решать им – быстро. Отменить – еще быстрей!

Хремет

Но все сдают ведь.

Несдатчик

Вдруг не все сдадут, так что?

Хремет

Сдадут, не бойся!

Несдатчик

Вдруг не отдадут? Так что?

Хремет

Полезу в драку.

Несдатчик

Вдруг тебя побьют? Так что?

Хремет

Отчалю с миром.

Несдатчик

Вдруг да продадут? Так что?

Хремет

Чтоб ты пропал!

Несдатчик

А вдруг да пропаду? Так что?

Хремет

И на здоровье!

Несдатчик

Сильно подмывает сдать?

Хремет

И даже очень! Вижу я, соседи все

Поклажу сносят.

Несдатчик

Да, и Антисфен, гляди,

Сдавать собрался. Но сперва отлить решил

Никак не меньше, чем за тридцать дней вперед.

Хремет

Уйди!

Несдатчик

А Каллимах,[40] наставник хора, сдать

Добро намерен?

Хремет

Каллия богаче он.

Несдатчик

Чудак, всего лишится достояния!

Хремет

(с иронией)

Ужасно!

Несдатчик

Что ужасно? Или думаешь,

Законы не такие всякий день у нас?

Указ о соли, помнишь, был недавно дан.

Хремет

Еще бы!

Несдатчик

А о медяках решение,

Которое мы приняли, забыл?

Хремет

Ну нет!

Оно мне вышло боком. Виноград тогда

Я продал. Рот набил деньгами медными[41]

И за мукою на Торжок отправился.

Но только-только развязать мешок успел,

Как заорал глашатай: «Никому не брать

Чеканки медной. Серебро одно в ходу».

Несдатчик

А разве под присягой не решили мы,[42]

Чтоб городу пятьсот талантов податей

Сороковиной сдали? Еврипида все

Тогда хвалили, словно бога славили.

А на поверку вышло это сказкою,

Сплошною чепухой и пустяком сплошным,

И Еврипида люди дегтем мазали.

Хремет

Есть разница. Ведь прежде управляли мы,

Теперь у власти – женщины.

Несдатчик

Вдвойне боюсь.

Перемарают так, что не отмоешься.

Хремет

Болтаешь вздор! Эй, мальчик, подымай мешок!

Входит празднично одетая женщина-глашатай.

Женщина-глашатай

О дети горожанок! Так вас звать теперь!

Спешите все, бегите к полководице,

Пускай она решает жеребьевкою,

Как за столами разместятся граждане.

Широкие столы уже расставлены,

Добром и снедью всякою уставлены,

Коврами, мехом скамьи все украшены.

Вино мешают. Девушки с помадою

Стоят кругом. На углях мясо жарится,

Зайчатину готовят, пироги пекут,

Плетут венки, орех каленый щелкают.

Красавицы в горшочках кашу стряпают,

И знаменитый Смой,[43] в наряде всадника,

Тарелки моет поварихам-женщинам.

Пришел Геронт[44] в сафьяне, в дорогом плаще,

Со щеголем болтает, шутит шуточки.

Где рваный плащ, где башмаки дырявые?

К столу спешите! Вносят угощение!

Вы раскрывать лишь поспевайте челюсти.

Несдатчик

Бегу, бегу, не медля. Медлить нечего,

Когда народа таково решение.

Хремет

Куда ж пойдешь? Ведь ты не сдал имущества?

Несдатчик

На пир.

Хремет

Прогонят, если ум есть в женщинах,

Пока всего не отдал им.

Несдатчик

Отдам.

Хремет

Когда?

Несдатчик

(с тоскою)

Чему помехой мой скарбишко?

Хремет

Как это?

Несдатчик

Поздней, чем я, сдадут другие, многие.

Хремет

На пир пойдешь ты все же?

Несдатчик

Почему же нет?

Участвовать посильно в деле города –

Вот долг того, кто честен.

Хремет

А не впустят вдруг?

Несдатчик

Я прокрадусь тихонько.

Хремет

Поколотят вдруг?

Несдатчик

К суду поволоку их.

Хремет

Посмеются вдруг?

Несдатчик

Так перед дверью стану.

Хремет

Для чего, скажи?

Несдатчик

У подавальщиц с блюда буду рвать еду.

Хремет

Так приходи попозже!

(Слугам.)

Парменон, Сикон!

Весь этот скарб себе взвалите на плечи.

Несдатчик

Позволь, я подсоблю тебе.

Хремет

Уйди, не тронь!

Боюсь, что ты обманешь полководицу

И выдашь скарб мой за свое имущество.

Уходит, за ним двое слуг уносят на плечах утварь.

Несдатчик

Изобрести необходимо каверзу,

Чтоб рухлядь сохранить свою и все-таки

К общественной похлебке приспособиться.

Вот осенила мысль меня: пойду скорей,

Поем со всеми. Не о чем печалиться!

(Убегает.)

Хор пляшет.

Эписодий четвертый

Улица в Афинах. Два дома – один против другого.

Первая старуха

(появляется в окне одного из домов)

Чего ж мужчины не идут? Пора пришла.

Помазавши себе лицо белилами

И нарядившись в юбочку шафранную,

Сижу напрасно, песенку мурлыкаю,

Воркую, чтобы изловить прохожего.

О Музы, снизойдите на уста мои,

Внушите песню сладко-ионийскую!

Молодая

(показывается в окне другого дома)

Гнилушка! Из окна нахально свесилась

И думаешь, пока я далеко, моим

Полакомиться виноградом? Песенкой

Завлечь дружка? Я песнь спою ответную,

Такая шутка хоть привычна зрителям,

Занятна все же и сродни комедии.

Первая старуха

Со стариком якшайся! Забавляйся с ним!

А ты, флейтистка милая, свирель возьми

И песнь сыграй достойную обеих нас.

Флейтистка играет.

(Поет в сопровождении флейты.)

Если хочешь узнать блаженство,

Спи, дружочек, в моих объятьях.

Толку нет в молодых девчонках,

Сладость в нас, подружках зрелых.

Из девчонок кто захочет

Верной быть и неизменной

Другу сердца?

От одних к другим порхают.

Молодая

(поет в сопровождении флейты)

Не брани красоток юных!

Томной негой наслажденья

Стан наш прелестный дышит.

Грудки – сладостный цветок.

Ты ж, старуха,

Гроб в известке, труп в румянах,

Смерть по тебе скучает.

Первая старуха

Лопни, дрянная девка!

Ложе твое пусть рухнет,

Чуть обнимать захочешь!

Пусть змея в подушки ляжет,

Пусть змея тебя оближет,

Чуть целовать захочешь!

Молодая

(поет)

Ай-ай-ай! Истомилась я,

Милый не приходит.

Мать со двора ушла,

Куда – известно, только говорить нельзя.

(Старухе.)

Тебя заклинаю, бабуся,

Зови Орфагора,[45] если

Сама забавляться любишь.

Скорей на ионийский лад

Уймешь ты зуд греховный!

А может, приспособишь и лесбийский лад…

У меня забавки милой

Не отнимешь! Час любви

Не загубишь ты мой, не похитишь!

Первая старуха

Пой, сколько хочешь! Изгибайся ласочкой!

Ко мне пойдут сначала, а потом к тебе.

Молодая

К тебе придут на похороны, старая!

Первая старуха

За новизной старухи не гоняются!

Мои года – тебе печаль?

Молодая

А что ж еще?

Твои румяна, что ли? Притирания?

Первая старуха

Зачем дразниться?

Молодая

А зачем в окно глядишь?

Первая старуха

Пою про Эпигона, друга верного.

Молодая

Гнилая старость – вот твой друг единственный!

Первая старуха

Сейчас дружка увидишь – он зайдет ко мне.

Да вот и он.

Молодая

Проказа! Не тебя совсем

Здесь ищет он.

Первая старуха

Меня.

Молодая

Чахотка тощая!

Пускай он сам докажет. От окна уйду.

Первая старуха

И я. Смотри, какая благородная!

Юноша

(в венке и с кубком в руке входит на орхестру, поет)

Если б мог я уснуть с девчонкой юной,

Если б мне не лежать сперва с курносой,

Гнилой старухой! Отвращенье!

Невыносимо это для свободного!

Первая старуха

Хоть ты плачь, а ложись! Мне Зевс свидетель!

Ты не с дурой сошелся[46] Хариксеной.

Справедливый велит закон,

По правилам живем демократическим.

(Появляется в дверях своего дома.)

Постерегу, что делать он теперь начнет.

Юноша

Пошлите мне, о боги, ту красавицу,

К которой от попойки я ушел, томясь.

Молодая

(в окне)

Старуху обманула я проклятую –

Она исчезла, веря, что и я уйду.

Но вот и тот, о ком я вечно помнила.

(Выглядывает. Поет в сопровождении флейты.)

О приди, о приди!

Миленький мой, ко мне приди!

Со мною ночь без сна побудь

Для сладостных, счастливых игр.

Бесконечно влечет меня страсть

К смоляным твоим кудрям.

Безграничное желанье

Томным пламенем сжигает.

Снизойди, молю, Эрот,

Чтобы он в моей постели

Оказался тотчас!

Юноша

(поет в сопровождении флейты)

О приди, о приди!

Друг прелестный, поспеши

Отворить мне двери!

А не откроешь, лягу здесь, наземь, в пыль.

Жизнь моя! Грудь твою жажду я

Гладить рукой горячей

И жать бедро.

Зачем, Киприда, к ней я страстью пылаю?

Снизойди, молю, Эрот,

Чтоб она в моей постели

Оказалась тотчас.

Где песнь найти и где слова, чтоб передать свирепость

Моей тоски? Сердечный друг! Я умоляю, сжалься!

Открой и будь нежнее!

Разорвала мне сердце ты.

Золотокрылая моя забота! Дочь Киприды!

Ты – пчелка песен! Ласка Харит! Радость! Улыбка счастья!

Открой и будь нежнее!

Разорвала мне сердце ты!

(Яростно стучится в дверь.)

Первая старуха

(выскакивает из двери своего дома)

Чего стучишься? Ищешь ты меня?

Юноша

Ничуть!

Первая старуха

Ты в дверь мою стучался?

Юноша

Провалиться мне!

Первая старуха

Так для чего ж сюда примчался с факелом?

Юноша

Искал друзей из дома Онанистов.

Первая старуха

Как?

Юноша

Для старых кляч объездчиков сама ищи.

Первая старуха

Клянусь Кипридой, хочешь ли, не хочешь ли…

Юноша

В шестидесятилетних нам пока еще

Нет нужды. Мы на завтра отложили их.

Кому и двадцати нет, те в ходу сейчас.

Первая старуха

При старой власти было так, голубчик мой!

Теперь не то – за нами нынче первый ход.

Юноша

Как ходят в кости? В кости не игрок с тобой.

Первая старуха

А не игрок – так без обеда будешь ты.

Юноша

Не знаю, что болтаешь. В эту дверь стучусь!

Первая старуха

Сперва в мою ты должен постучаться дверь.

Юноша

Гнилого решета не надо даром мне.

Первая старуха

Меня ты любишь, знаю. Удивляешься,

Что здесь я, перед дверью. Дай обнять тебя!

(Обнимает юношу.)

Юноша

(вырывается)

Пусти! Страшусь я твоего любовника.

Первая старуха

Кого же?

Юноша

Живописца пресловутого.

Первая старуха

Кого?

Юноша

Сосуды красит погребальные

Для мертвых он. Уйди! Тебя заметят здесь.

Первая старуха

Чего ты жаждешь, знаю.

Юноша

Знаю – ты чего.

(Рвется из рук старухи.)

Первая старуха

Кипридою клянусь, меня избравшею,

Тебя не отпущу я!

Юноша

Бредишь, старая!

Первая старуха

Ты вздор несешь. В мою постель стащу тебя.

Юноша

Зачем крюки для ведер покупали мы?

Не лучше ль вот такие вилы старые

Спустить в колодец и на них ведро тянуть?

Первая старуха

Не издевайся, милый, и ко мне иди!

(Тащит юношу к дверям.)

Юноша

Не смеешь заставлять! Ты пятисотую

Часть своего добра[47] внеси в казну сперва!

Первая старуха

Заставлю! И, клянусь я Афродитою,

С такими молодыми спать приятно мне.

Юноша

А мне лежать со старыми охоты нет!

Я ни за что не соглашусь!

Первая старуха

Свидетель Зевс,

Тебя принудит это вот!

(Выхватывает свиток.)

Юноша

Что «это вот»?

Первая старуха

Закон.[48] Тебе велит он ночевать со мной.

Юноша

А что стоит в законе? Прочитай!

Первая старуха

Прочту!

(Развертывает свиток, читает.)

«Постановили женщины, когда юнец

С молоденькой захочет переспать, сперва

Пускай прижмет старуху. А откажется

Прижать старуху и поспит с молоденькой,

В законном праве пожилые женщины,

Схватив за жгут, таскать юнца беспошлинно».

Юноша

Беда! Боюсь проделок я Прокрустовых.[49]

Первая старуха

Законов наших мы заставим слушаться!

Юноша

А что когда земляк или приятель мой

Даст выкуп за меня?

Первая старуха

Неправомочен он

Распоряжаться сверх медимна суммою.[50]

Юноша

Спастись присягой можно?

Первая старуха

Без виляния!

Юноша

А заявить, что я купец?[51]

Первая старуха

Наплачешься!

Юноша

Так что ж мне делать?

Первая старуха

Как велю, со мной идти.

Юноша

Ведь это же насилье!

Первая старуха

Диомедово![52]

Юноша

Тогда полынь насыпь на ложе брачное,

Четыре связки лоз поставь, и траурной

Повязкой повяжись и погребальные

Кувшины вынь, водицу у дверей налей!

Первая старуха

Тогда уж и могильный мне венок купи!

Юноша

Конечно! Если только доживешь до свеч

И как щепотка пыли не рассыплешься.

Первая старуха тащит юношу в дом. Из дверей другого дома выходит молодая.

Молодая

(старухе)

Куда его ты тащишь?

Первая старуха

Мой! С собой веду.

Молодая

Бессмыслица! Тебе же не ровесник он.

Ну, как с такою старой ночевать юнцу?

Ты в матери годишься, не в любовницы.

Ведь если будете закону следовать,

Эдипами всю землю переполните.

Первая старуха

Завидуешь ты мне, о тварь негодная!

И потому болтаешь! Отомщу тебе!

Потасовка. Молодая и старуха стараются вырвать юношу друг у друга. Молодая прогоняет первую старуху.

Юноша

(молодой)

Спаситель Зевс, красотка, славен подвиг твой!

Цветочек! Ты у ведьмы отняла меня.

За эту милость нынешним же вечером

Могучим, жарким даром отплачу тебе.

Направляются к дому молодой. Показывается вторая старуха, страшнее первой, и преграждает им дорогу.

Вторая старуха

Эй-эй-эй-эй! Закон нарушен, ты куда

Его волочишь? Ясно говорит закон,

Что спать сперва со мной он должен.

Юноша

Горе мне!

Откуда же ты вынырнула, мерзкая,

Той гниды отвратительнее во сто крат?

Вторая старуха

Иди сюда!

Юноша

(молодой)

Молю, не отпускай меня!

Ей утащить меня не дай.

Вторая старуха

Не я, не я,

Закон тебя волочит.

Тащит юношу, вырывая его из рук молодой.

Юноша

Ты – чудовище!

Пузырь, пузырь ужасный, кровью налитый!

Вторая старуха

(волочит его)

Сюда, малютка! Не болтай! Ко мне иди!

Юноша

Сперва позволь мне забежать в отхожее

И храбрости набраться, а не то напасть

Меня с тобой настигнет неминучая

От страха.

Вторая старуха

Не робей. Устроим дома все.

Юноша

Страшусь, ужасней разнесет, чем хочется.

Двух за себя поставлю поручителей

Надежнейших..

Вторая старуха

Не надо!

(Тащит его.)

Появляется еще старуха, омерзительнее двух первых.

Третья старуха

Ты куда, куда

Уходишь с ней?

Юноша

Не я иду, ведут меня!

Драка. Третья старуха отбивает юношу у второй.

Старушка, кто б ты ни была, будь счастлива

За то, что пожалела бедняка!

Третья старуха с бурной страстью обнимает его.

(Отскакивает в ужасе.)

Геракл!

О братья Диоскуры![53] Корибанты![54] Пан!

Всех чудищ безобразней это чудище.

Да это что ж такое, объяснить прошу,

Мартышка, вся покрытая белилами,

Или карга, которой все пугаются?

Третья старуха

Не смей дразнить! Со мной иди.

(Тащит его.)

Вторая старуха

(тащит в свою сторону)

Иди со мной!

Третья старуха

Тебя не отпущу я!

Вторая старуха

Не отдам и я!

Потасовка.

Юноша

Меня вы разорвете, распроклятые!

Вторая старуха

Со мною спать он должен: так велит закон.

Третья старуха

Ничуть, когда старуха есть уродливей.

Юноша

Беда, меня вконец вы изувечите!

Скажите, как дожить мне до красавицы?

Третья старуха

Твоя забота! А пока исполни долг.

Юноша

Кого же мне отстукать, чтоб свободным стать?

Третья старуха

Кого? Иди со мною!

Юноша

Та отпустит пусть!

Вторая старуха

Сюда, ступай со мною!

Юноша

Если пустит та!

Третья старуха

Не отпущу, не думай!

Вторая старуха

Не отдам и я!

Драка.

Юноша

Паромщицы ужасные вы обе!

Вторая старуха

Что?

Юноша

Своих пловцов вы в клочья разрываете.

Третья старуха

Молчи, иди со мною!

Вторая старуха

Нет, со мной ступай!

Юноша

Закон Каннона[55] мне припоминается!

По очереди спать придется с каждою –

Ведь веслами двумя я не могу грести.

Третья старуха

Отлично! Только луком подкрепись сперва!

(Тащит юношу.)

Юноша

Беда мне, злополучному! К дверям уже

Приволокли меня.

Вторая старуха

(вцепляется в юношу).

Не уступлю тебя!

Я в дом ворвусь с тобою.

Потасовка. Старухи тянут юношу в разные стороны.

Юноша

Зевс свидетель мне,

Одна напасть не так страшна, как две беды!

Третья старуха

Клянусь Гекатой, хочешь ли, не хочешь ли…

Юноша

О, трижды жалкий! Я гнилушку старую

И ночь и день обязан прижимать к груди,

И только с ней покончу, должен взяться вновь

За эту Фрину,[56] с челюстью покойницы!

Ну, разве ж не страдалец я, не мученик?

Свидетель Зевс! Мужчина разнесчастнейший,

Сцепиться должен с этими зверюгами!

Но если суждено мне претерпеть конец

У этих шлюх, нарвавшись на подводный риф,

Пусть буду похоронен у протоков их!

Пусть эту над могилой водрузят моей

Живьем, но засмоленную! Литой свинец

Пускай привяжут к щиколоткам мерзостным,

Воздвигнут так, как кружку погребальную!

Старухи утаскивают юношу с орхестры.

Эксод

Служанка

(вбегает с факелом)

Народ свободный счастлив, и блаженна я.

Счастливей всех живущих госпожа моя.

Вы, женщины, перед дверьми стоящие,

Соседи все и земляки любезные,

Со всеми вами также я, служаночка.

Душистым маслом смазала я голову.

Но, Зевс великий, слаще и душистее,

Чем это все, кувшин вина фасосского –

Хмель от него подолгу в голове шумит,

А розы отцветают, облетают вмиг.

Вино, о боги, что его прекраснее?

Наполните кувшины! Напролет всю ночь

Пируйте, славьте благовонный дух вина!

Скажите же мне, женщины, хозяин где?

Хозяин где, супруг моей владычицы?

Предводительница хора

Здесь, с нами подожди, и ты найдешь его.

Служанка

И верно! Вот уж он идет на пиршество.

Выходит Блепир в венке.

О господин блаженный, трижды счастлив ты!

Блепир

Кто? Я?

Служанка

Ну да! Ты из мужчин счастливейший.

Такого где же разыскать удачника?

Средь трех десятков тысяч граждан города

Один лишь ты до этих пор не завтракал.

Предводительница хора

По праву ты зовешь его счастливчиком.

Блепир бежит.

Служанка

(останавливая его)

Куда, куда помчался?

Блепир

На обед спешу.

Служанка

Клянусь Кипридой, позже всех отправился!

Тебя сыскать велела мне жена твоя

И привести с тобою этих женщин всех.

Еще вино не допито хиосское

И сласти не доедены. Не мешкайте!

Пускай идут и зрители, коль нам друзья,

И судьи, кто не смотрит волком в сторону.

Ступайте с нами! Все на стол мы выставим.

Блепир

Об этом объяви широкогласно всем!

Смотри, чтоб не обидеть никого! Зови

И старика, и юношу, и мальчика,

Для каждого кормежка приготовлена.

(В сторону.)

Ведь всякого, наверно, дома ужин ждет.

И мне пора спешить на угощение:

Вооружен я не напрасно факелом.

Служанка

Чего ж еще ты медлишь! Собирайся в путь

(указывая на хор)

И их возьми. Пока спускаться будешь ты,[57]

Пропеть сумею песенку предпирную.

Предводительница хора

С коротким словом к судьям обращусь сперва.

Кто разумен, о разумном вспомнит пусть, судя меня.

Весел кто, мой смех веселый вспомнит пусть, судя меня.

Откровенно, с чистым сердцем, всем велю судить меня.

А черед, что нам достался,[58] пусть не ставит нам в вину.

Жеребьевка так решила. Твердо помня обо всем,

Беспристрастно, справедливо будьте судьями хоров.

И примера не берите с потаскушек. Ведь у них

В памяти живет сердечной лишь последний из друзей.

Служанка

Эй-эй, пора!

О подруги дорогие, медлить нечего, вперед!

Всем приказ: спешить на ужин и плясать на критский лад!

(Блепиру.)

Друг, и ты пляши!

Блепир

Танцую.

Служанка

(хору)

Вы, пустые животы,

Дружно ноги поднимайте!

Скоро ждет нас

Устрично-камбально-крабья –

Кисло-сладко-остро-пряно –

Масло-яблоко-медово –

Сельдерейно-огуречно –

Голубино-глухарино-куропачья –

Зайце-поросятино-телячья

Запеканка.

Слышал, так хватай живее

Блюдо, чашку и тарелку!

И при этом не забудь

Захватить с собой закуску.

Блепир

Все раскрыли жадно пасть.

Хор

Выше ноги! Иэ-иэ!

Попируем вволю! Эво!

Победа наша, эво!

Эва, эва, эва, эва!

Пляска. Актеры и хор покидают орхестру.

notes

Примечания

1

О глаз блестящий… – пародия на трагедийные прологи, особенно еврипидовские.

2

Фиромах – этим прозвищем, образованным от глагола «фирао» – «смешивать», «путать», Аристофан наделяет некоего Клеомаха, который, выступая в народном собрании, обмолвился, так что вместо слов «для прочих» получилось «для подруг», то есть для женщин.

3

Сострата, Филенета, Клинарета и другие – имена женщин.

4

Смикифион – мужское имя.

5

Филодарет, Хэретад – мужские имена.

6

Эпикрат – политический деятель, носивший длинную густую бороду.

7

Ламия – чудовище-людоед. Женщина называет так своего мужа.

8

…закутавшись в кожух всевидца Аргуса… – Намек на миф об Ио, возлюбленной Зевса, которую ревнивая Гера превратила в корову, приставив к ней сторожем стоглазого Аргуса.

9

…щеголяет в бородище Пронома Агиррий. – Агиррий – афинский политический деятель, по инициативе которого была установлена плата за посещение народного собрания. Аристофан высмеивает Агиррия за то, что он якобы носит чужую бороду – некоего бородатого флейтиста Пронома.

10

Арифрад пользовался в Афинах репутацией скандалиста.

11

Призываю двух богинь… – Клятва двумя богинями, Деметрой и Персефоной, а также Кипридой – специфически женская.

12

Мне Феб свидетель! – Фебом клялись мужчины.

13

Эпигон – как видно, женоподобный афинянин.

14

Аргосец глуп? – Во время обсуждения в народном собрании вопроса о мире со Спартой представитель аргосцев выступал против мира.

15

Гиероним – афинский стратег, призывавший к миру, за что и заслужил похвалу Аристофана.

16

Фрасибул – в 403 г. до н. э. возглавил войско, выступившее против «тридцати тиранов» и восстановившее демократию. Чем вызван этот выпад Аристофана, неясно.

17

Эсим – хромой афинянин, более ничем не известный.

18

У Пникса с мужем беженцами жили мы… – речь идет, видимо, о вторичной эвакуации крестьян из деревень во время Декелейской войны (413–404).

19

Кефал – один из видных деятелей демократии, владелец горшечной мастерской.

20

Неоклид – оратор и доносчик.

21

Законник – собственно, фесмофет, один из архонтов, следивший за раздачей денег после народного собрания.

22

Эй, Харитимид… – Женщины называют себя мужскими именами (Харитимид, Смикиф, Дракет).

23

Сперва свой жетон возьмем… – по жетону после окончания собрания выплачивались деньги. Опоздавшие не получали жетонов, а следовательно, и денег.

24

Фрасибул – должен был выступать против условий мира, предложенных спартанцами, но по неизвестным причинам не сделал этого.

25

Аминон – продажный оратор.

26

Антисфен – высмеивается как человек, склонный к вечным жалобам и вздохам.

27

Илифия – богиня – покровительница женщин в родовых муках.

28

…повалили на канат… – канат отделял явившихся вовремя на собрание от опоздавших.

29

Друг Антилох, оплачь… – пародия на стих из недошедшей трагедии Эсхила «Мирмидоняне»; у Эсхила Ахилл обращался к своему юному другу Антилоху.

30

Эвеон – лицо неизвестное.

31

Хлебники – имеются в виду крупные коммерсанты, в больших количествах скупавшие муку, а затем пускавшие ее в оборот по высоким ценам.

32

Навсикид – один из «хлебников».

33

Никий – вероятно, внук известного политического деятеля Никия, погибшего в Сицилии.

34

Лисикрат – лицо неизвестное.

35

Эпикур и Левколоф – лица более не известные.

36

Аристилл – видимо, какой-то неряшливый и грязный афинянин.

37

Урну для всех там воздвигнем… – Праксагора хочет организовать питание по тому методу, каким в Афинах распределялись гелиасты по десяти судебным палатам.

38

…сито непорочное… – Домашняя утварь уподобляется здесь участникам торжественного шествия на Панафинеях.

39

Случись землетрясение… – Намек на то, что любая примета может заставить афинян пересмотреть свое решение.

40

Каллимах – бедняк, готовивший хоры к праздникам.

41

Рот набил деньгами медными… – Бедные афиняне, выходя в город, клали мелкие монеты за щеку.

42

А разве под присягой не решили мы… – Некий Еврипид (конечно, не трагический поэт) внес предложение, чтобы каждый гражданин жертвовал казне сороковую часть своего имущества. Осуществить это решение не удалось.

43

Смой – лицо более не известное.

44

Геронт – лицо более не известное.

45

Орфагор – вымышленное имя.

46

Ты не с дурой сошелся… – поговорка, по смыслу соответствующая нашему выражению: «Не на того напал».

47

…пятисотую часть своего добра… – по-видимому, размер налога на операцию по передаче собственности.

48

Закон. – В оригинале употреблен термин «псефизма», то есть решение, принятое для определенного случая, в отличие от закона, имеющего непреходящее значение («номос»). Но и выше и в дальнейшем Аристофан достаточно часто пользуется термином «номос» для обозначения реформы, проведенной женщинами.

49

Прокруст – жестокий разбойник, который укладывал захваченных им путников на ложе и высоким отрубал ноги, а низким растягивал жилы. В конце концов он погиб той же смертью от рук Тезея.

50

…сверх медимна суммою. – То есть заключать сделки, превышающие стоимость медимна зерна.

51

А заявить, что я купец? – Оптовые купцы освобождались от воинской обязанности.

52

Диомед – фракийский разбойник, якобы принуждавший захваченных им путников спать с его дочерьми.

53

Диоскуры – то есть Кастор и Поллукс.

54

Корибанты – низшие божества малоазийского происхождения.

55

Закон Каннона… – Согласно псефизме Каннона в случае обвинения нескольких граждан в одном и том же преступлении дело каждого должно было рассматриваться в отдельности. Молодой человек хочет сказать, что ему придется удовлетворить претензии всех старух по очереди.

56

Фрина – по-гречески «жаба», а также женское имя, распространенное среди гетер.

57

Пока спускаться будешь ты… – Для участия в пиршестве следовало спуститься из театра Диониса, расположенного у подножия Акрополя, в город.

58

А черед, что нам достался… – Очевидно, комедия давалась в начале состязания, и после нее должны были ставиться еще четыре пьесы (число соревнующихся комических поэтов доходило в начале IV в. до н. э. до пяти).

Table of Contents

Аристофан Женщины в народном собрании

Действующие лица

Пролог

Парод

Эписодий первый

Эписодий второй

Агон

Эписодий третий

Эписодий четвертый

Эксод

Примечания

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

23

24

25

26

27

28

29

30

31

32

33

34

35

36

37

38

39

40

41

42

43

44

45

46

47

48

49

50

51

52

53

54

55

56

57

58