Пролог

Почему меч?

В мире много разных видов оружия, так почему же я выбрал меч?

Наверное потому, что мечи олицетворяют совершенство.

У меча есть два острия.

Одно острие, чтобы ранить врага, другое, чтобы защитить меня.

Он защищает меня, убивая врагов перед собой.

В этом и заключается назначение меча.

И именно так я использую выбранное мною оружие. Свой меч.

Один, под бесконечным небом

Джин Му-Вон открыл глаза. Странно, но мир перед ним, превратился в размытое пятно. Причиной этому был слой влаги, покрывший его глаза. Хотя он изо всех сил старался держаться, слезы не переставали течь, как будто его слезные протоки были повреждены.

Джин Му-Вон вытер слезы рукавом.

"Это последний раз, когда я плачу. Я больше никогда не пролью слезы", - Поклялся себе тринадцатилетний подросток.

Как раз в этот момент силуэт протянул большую руку и погладил Джин Му-Вона по голове. Му-Вон поднял голову, чтобы взглянуть на него.

За нежной улыбкой можно было смутно почувствовать его печаль и отчаяние.

Человек опустился на колени, чтобы оказаться на одном уровне со взглядом Джин Му-Вона.

- Сынок, тебе придется жить одному.

- Но отец!

- Мне жаль...

- За что..?

Мужчина молча положил руку на плечо Джин Му-Вона.

- Потому что... Отныне, ты станешь следующим Повелителем Северной Армии, а я даже не смогу посмотреть на это. Ты понимаешь что это значит?

Джин Му-Вон кивнул в ответ, когда мужчина молча похлопал его по плечу.

Мужчина чувствовал, как дрожит плечо его сына. Независимо от того, насколько взрослым казался мальчик, он все еще оставался тринадцатилетним ребенком, который нуждался в любви и защите своих родителей.

Джин Му-Вон поднял голову к небу, избегая взгляда с мужчиной; он изо всех сил старался не расплакаться.

- Черт! Мы последняя главная семья, которая разваливается на глазах. Что за дерьмовое наследство ты оставляешь своему сыну, а?

- Прости...

- Не извиняйся. Извинения не к лицу такому великому человеку, как мой отец.

- Точно. Кажется, на мгновение я забыл, кто я такой.

Мужчина встал, выпрямив спину.

Его звали Джин Кван-Хо, также известный как "Северная Стена". Для некоторых он был стеной отчаяния, но для других он был самым надежным щитом. Слово "прости и извини" не подходило такому мужчине.

- Ты ненавидишь меня? Это все моя вина.

- Все в порядке. По крайней мере, меня больше не нужно сдерживать долгом. Теперь я свободен от обязанностей.

- Я рад, что ты так думаешь.

Джин Кван-Хо кивнул и выглянул за пределы комнаты.

На главной площади находилось множество людей. Они ждали, когда выйдет Джин Кван-Хо.

- Время пришло. Я не должен разочаровать этих людей. Если возможно, я хотел бы, чтобы все это было иллюзией, но, увы.

Спокойный голос Джин Кван-Хо заставил глаз Джин Му-Вона дернуться.

Джин Му-Вон со всей силы прикусил губу. Когда он открыл рот, то из раны потекла кровь, но он все еще смотрел на Джин Кван-Хо, как будто ему совсем не было больно.

"Отец".

Когда Джин Кван-Хо вышел, Джин Му-Вон последовал за ним.

Спина Джин Кван-Хо была шире и сильнее, чем у кого-либо. Джин Му-Вон запечатлел в своем сознании этот образ своего отца.

Выйдя на главную площадь, Джин Му-Вон посмотрел на собравшуюся там толпу.

Тут были люди всех возрастов, одетые в разных стилях. Единственное, что у них было общее, - это острота в глазах, доказывающая, что все они были экспертами в боевых искусствах.

В данный момент единственное, что мешало этим людям двинуться вперед, - это несколько воинов, все еще верных северу. Однако по сравнению с экспертами, эти воины казались свечами перед бурей.

Их острые взгляды упали на Джин Кван-Хо.

Джин Кван-Хо также взглянул на них, и ответил каждому по очереди спокойным взглядом. Среди них были солдаты, которые сразу же отвели глаза, как будто они были виновны в тяжком преступлении. Однако были и такие, кто смотрел на Джин Кван-Хо с убийственным намерением. Среди них также находились люди, с которыми Джин Кван-Хо и Джин Му-Вон были очень близки.

Джин Кван-Хо подумал про себя: "Видимо, сегодня здесь собрались мастера боевых искусств со всего мира. Должен ли я считать это честью для себя?"

И ведь действительно. Все сильнейшие мастера боевых искусств в мире собрались в одном зале. Некоторые выделялись гораздо больше, чем другие.

Девять мастеров боевых искусств стояли во главе толпы. Самому младшему было лет тридцать с небольшим, а самому старшему - семьдесят. От их тел исходила ошеломляющая аура превосходства над остальными.

Только те, кто стоял над всем миром, могли обладать такими устрашающими аурами. Джин Кван-Хо холодно посмотрел на них и сказал: - Как и ожидалось, за всем этим стоит Шангри-ла. Вы меня впечатлили.

- Джин Кван-Хо.

Мужчина, лет шестидесяти на вид, вышел вперед. У него была обычная внешность, которая идеально вписалась бы в любую толпу, но его глаза были глубоки, словно океан.

Большинство людей не осмеливались встретиться взглядом с этим человеком, потому что им казалось, будто он видит их насквозь.

- Великий старейшина клана Сео, известный как "Дьявольский Гений".

Джин Кван-Хо сразу же узнал старика.

Настоящее имя старика было Сео-Мун Хва. Он был гением, который возродил и вернул клану известность. Говорили, что он достиг пределов познания и понял все законы природы. Вся мудрость мира находилась в его голове.

Он передал роль главы семьи своему сыну и стал Великим Старейшиной клана, а также одним из Девяти Небес Шангри-ла. В этот день Сео-Мун Хва и другие восемь членов Девяти Небес затмили Небо Севера.

- Почему ты предал нас, Джин Кван-Хо?

- Я понятия не имею, о чем ты, старейшина Сео.

- Собираешься отрицать то, что ты сделал? Ты вступил в сговор с нашим врагом, Тихой Ночью.

- Пффф~ Хахаха! Сео, тебе случаем ошейник не жмет? Ложно обвинять меня в сговоре с Тихой Ночью... Это просто смешно.

- Четыре Столпа северной армии дали показания против тебя. Ты даже после этого не собираешься признаваться?

Джин Кван-Хо вспомнил четверых мужчин, которые были самыми лучшими в его армии. Из-за толпы он не мог ясно разглядеть их лиц, но он мог чувствовать их присутствие.

- Неужели вам четверым настолько стыдно, что прячетесь за спинами других?

Северные Столпы. Более известные как Четыре Столпа Севера.

Когда-то они были друзьями Джин Кван-Хо. Он доверял им и полагался на них больше, чем на кого-либо другого, и они были щитами и мечами севера. Однако в конце концов они решили предать Джин Кван-Хо и Северную Армию. Многие последователи Северной Армии также присоединились к ним в предательстве.

- Насколько же вы жалки.

Внезапно Джин Кван-Хо повернулся к Джин Му-Вону, который молча стоял позади него.

Его сын был более сдержанным и держался гордо, чем кто-либо другой в зале. Однако Джин Кван-Хо знал, что все это было притворством. Дрожащие плечи мальчика были доказательством этого.

Каким бы решительным он ни был, ему было всего тринадцать. Он был слишком молод, чтобы смириться с ужасными последствиями, которые свалились на него из ниоткуда.

Джин Кван-Хо положил руку на плечо Джин Му-Вона. Джин Му-Вон поднял голову и посмотрел на нежный взгляд отца.

В глубоких черных глазах его сына всплывали тысячи слов.

"Прости меня, сынок".

Джин Кван-Хо погладил по голове своего сына и сделал шаг в сторону Сео-Мун Хва. Все члены Девяти Небес, включая Сео-Мун Хва, вздрогнули.

- Насколько бы я не был сильным, я не смогу вырваться из вашей ловушки. Тем не менее, это территория Северной Армии. Если же я отрекусь от нее, треть этого пустынного региона станет по настоящему непригодной для жизни.

- Что ты хочешь этим сказать, Джин Кван-Хо?

Намек на беспокойство появился на лице Сео-Мун Хва. Остальные тоже нервничали.

Хотя он был на грани краха, но как он и сказал, это была территория Северной Армии. А точнее крепость, которая защищалась от Тихой Ночи в течение ста лет. Не было бы ничего удивительного, если бы повсюду были установлены смертельные ловушки и механизмы. Только этого было достаточно, чтобы уничтожить треть их сил.

И самое главное, что человек по имени Джин Кван-Хо стоял перед ними.

Если бы человек, известный как Великая Стена Севера, приготовился умереть, он бы забрал с собой всех, до кого только мог бы дотянуться.

Четыре Столпа, возможно, и предали его, но все еще оставалось много экспертов, преданных Северной Армии. Одно слово Джин Кван-Хо, и они последуют за ним на смерть.

Таким образом, Сео-Мун Хва и другие Девять Небес Шангри-ла занервничали больше, чем когда-либо прежде. Но неожиданно Джин Кван-Хо оказался тем, кто снял повисшее напряжение.

- Я распускаю Северную Армию.

- Что? Серьезно?

- У меня больше нет причин лгать.

Джин Кван-Хо самодовольно ухмыльнулся Сео-Мун Хва, который с подозрением нахмурился в ответ. Джин Кван-Хо выглядел так, словно знал всю правду мира, отчего лица Девяти Небес покраснели от гнева и стыда, которые они пытались скрыть.

Для самого Джин Кван-Хо это не могло быть легким решением. Хотя это длилось всего мгновение, Девять Небес были ошеломлены.

"Северная Армия должна быть уничтожена".

"Пока существует Северная Армия, мы не сможем укрепить наш контроль над центральными равнинами".

Девять Небес обменялись мыслями. Независимо от того, знал ли он об их истинных намерениях, Джин Кван-Хо сразу перешел к делу.

Он объявил: - С сегодняшнего дня Северной Армии больше нет! Все воины севера, покиньте Северную Армию и живите своей жизнью так, как вам заблагорассудится! Это мой последний приказ как вашего повелителя!

- Но мастер!

- Черт, что?!

Многие воины Северной Армии, которые неоднократно противостояли силам мурима, решили покончить с собой вместе с Джин Кван-Хо, пока не услышали его заявление. Они не ожидали что он так легко примет свою смерть; слезы неудержимо хлынули из их глаз.

Джин Кван-Хо повернулся, чтобы посмотреть на Сео-Мун Хва.

- Теперь ты удовлетворен?

- ...

- Видимо нет.

На лице Джин Кван-Хо появилась широкая улыбка.

Для этих людей был только один приемлемый исход. Поэтому Джин Кван-Хо решил дать им то, что они хотели.

- Ха!

Джин Кван-Хо выпустил свою ауру, и мощная буря охватила местность. Девять Небес подняли свои оружия и приготовились работать вместе, чтобы сразиться с ним.

Как только его аура достигла своего пика, Джин Кван-Хо внезапно обратил свою силу против себя. Его тело содрогнулось от сильной атаки.

- Отец!

Джин Му-Вон подбежал к своему упавшему отцу и обнял его. Его одежда быстро пропиталась кровью Джин Кван-Хо.

- Кхаааааа!

Девять Небес вздохнули с облегчением. Все они поняли, что сделал с собой Джин Кван-Хо. Изменив направление потока своего ци, все кровеносные сосуды Джин Кван-Хо лопнули. С поврежденными коронарными артериями даже боги не смогли бы сейчас спасти его.

Джин Кван-Хо посмотрел на Сео-Мун Хва налитыми кровью глазами из-за лопнувших кровеносных сосудов.

- А... теперь?

Все в толпе мурима, включая Сео-Мун Хва, были ошеломлены окровавленным видом Джин Кван-Хо.

Этот человек предпочел покончить с собой, чем умереть, сражаясь.

Радикальное решение Джин Кван-Хо заставило даже закаленных солдат впасть в шок. Сео-Мун Хва в ужасе прикусил губу.

Затем взгляд Сео-Мун Хва упал на Джин Му-Вона.

- Я хотел бы умереть в окружении семьи.

Сео-Мун Хва было трудно отвести взгляд, но если он этого не сделает, то солдаты не правильно воспримут его намерение.

- Все вы, убирайтесь! - Крикнул Сео-Мун Хва.

Джин Кван-Хо слабо улыбнулся в объятиях сына. Его сердце было разорвано в клочья, и на его бледном лице не было никаких признаков жизни. Он упорно держался до этого момента, используя свой мощный подбородок, но, наконец, достиг своего предела.

- Прости меня, сынок.

- Отец...

- Я надеюсь, что ты будешь жить свободной жизнью.

Так, с улыбкой на лице, Джин Кван-Хо умер.

Джин Му-Вон очень долго сидел неподвижно. Хотя его отец умер от разрыва сердца, его лицо после смерти выглядело таким же, как и при жизни. Джин Му-Вон протянул дрожащую руку и закрыл отцу глаза

Джин Му-Вон понес труп своего отца, перед этим подняв голову к небу: "Теперь я совсем один. Один, под бесконечным небом".

Солдаты молча уставились на уходящий силуэт Джин Му-Вона. Мальчик, который не пролил ни единой слезинки после смерти своего отца, вызывал у них странное чувство трепета.

Против ветра I

Зимы на Севере были суровыми. Безжалостные сухие ветра проникали сквозь одежду и жалили, словно лезвия, вонзающиеся в плоть.

Две повозки, запряженные лошадьми, медленно тащились по равнине против пронизывающего ветра. Около дюжины мужчин находились как внутри, так и снаружи карет.

Они огляделись по сторонам с бледными лицами, поскольку были измотаны долгим путешествием. Хотя они не спешили, и путешествие на них физически не повлияло, но бесчисленные дни, проведенные в дороге, смогли довести психическую устойчивость некоторых до предела.

Хуже всего было то, что независимо от того, в каком направлении они смотрели, все, что они видели, было бесконечным, ровным снежным пространством.

- Прошло три дня с тех пор, как мы покинули границу, но за это время я ни разу не увидел ни одной живой души. Такое ощущение, будто я попал в совершенно другой мир, и все это белое пространство, потихоньку начинает меня душить.

- Неужели мы всерьез должны провести три года в этой пустыне? - Пробормотал себе под нос человек, сидевший на крыше одной из карет.

Люди вокруг него закрыли глаза и содрогнулись при этой мысли.

Повозка, в которой они передвигались, была набита провизией и предметами первой необходимости, которые им понадобятся, чтобы пережить суровую зиму. С таким количеством еды они вряд ли смогут остаться голодными, но даже этого было недостаточно, чтобы они почувствовали себя лучше в нынешней ситуации.

Вдали показалась большая крепость. На первый взгляд она была величественной и внушительной, с возвышающимися башнями нескольких десятков дворцов, выглядывающих из-за колоссальной стены. Однако было странно, что в крепости не было признаков человеческой жизни, как будто она была заброшена давным-давно.

Это было место, где они собирались остановиться на следующие три года. Они приближались к месту назначения, но мотивация мужчин была на рекордно низком уровне.

- Вот же срань!

Увидев своих удрученных людей, капитан сердито топнул ногой, но больше ничего не сказал; он был так же подавлен, как и все остальные.

Его звали Ченг Па-Сан. Он был капитаном Третьей роты наемников, связанных с Шангри-ла. Все люди в каретах были его подчиненными.

Когда они приблизились к главным воротам, Ченг Па-Сан скомандовал своим людям: - Мы скоро возьмем на себя охрану крепости от Второй роты, так что взбодритесь! Не смейте ставить меня в неловкое положение перед этими людьми!

- Да, сэр!

Перед свирепым, похожим на бандита Ченг Па-Саном даже самые внушительные и сильные мужчины становились кроткими и послушными. Ченг Па-Сан обладал взрывным, буйным нравом, который заставлял людей осторожно обходить его стороной, чтобы не спровоцировать "извержение вулкана".

Заместитель капитана Сео Му-Санг поднялся на крышу кареты и приказал: - Все проверьте свое оружие!

Сео Му-Санг был молодым человеком лет двадцати с небольшим, со спокойным рациональным характером. Из-за того, что он никогда не проявлял никаких эмоций, мужчины часто сплетничали о его хладнокровии.

Сео Му-Санг поднял голову и посмотрел на главные ворота крепости. Большой таблички, которая когда-то возвышалась на стене и на которой было написано название крепости, нигде не было видно. Сами ворота пришли в негодность и были покрыты многочисленными трещинами и вмятинами.

К счастью, стены были еще достаточно в хорошем состоянии, чтобы различить внутреннюю и внешнюю части крепости. На стенах были странные надписи, но никто не придал им особого значения.

Во время кульминации войны с Тихой Ночью в этой крепости находилось более десяти тысяч солдат со всех центральных равнин. В ней были десятки одинаковых военных казарм, безымянных вилл и других необходимых для жизни объектов. Здесь, в северной крепости, жило больше людей, чем в любом другом определенном графстве.

Эта крепость была настолько велика, что даже те, кто прожил здесь много лет, могли легко потерять чувство направления в похожей на лабиринт крепости и безнадежно заблудиться. В результате северная армия начала раздавать карты всем, кто в первый раз сюда прибывал.

Однако эти некогда величественные здания теперь лежали в руинах, превратившись в ничто.

- Это точно крепость северной армии? - Пробормотал Сео Му-Санг.

- Точно. И это также место, где мы проведем следующие три года. Что за везение?! - Выругался Ченг Па-Сан. Для него тот факт, что эта крепость когда-то была штабом знаменитой северной армии, не имела значения. Ему была просто противна мысль о том, что они целых три года должны прожить в таком богом забытом месте. С другой стороны, Сео Му-Санг рассматривал руины крепости северной армии с чувством благоговения.

Несмотря на то, что северную армию давно расформировали, вступление в эту армию когда-то было мечтой многих молодых мастеров боевых искусств. Сам вес слов "северная армия" тяжело давило на сердца Сео Му-Санга и других таких же воинов.

ВИЗГ!

Пронзительный визг раздался, когда ржавые ворота открылись. Группа мужчин вышла из крепости, но, в отличие от предающихся воспоминаниям молодых людей, у этих людей были острые глаза и устрашающие ауры.

Ченг Па-Сан увидел знакомое лицо среди мужчин и поздоровался: - Капитан Со.

- О? Кого это я вижу? Полагаю, это вы нас замените? Капитан Ченг.

Капитан Со пожал руку Ченг Па-Сану.

- Да... к сожалению.

- Ц-ц-ц! - Капитан Со прищелкнул языком. Он застрял здесь более чем на два года. Эти годы были полнейшим невезением для него и его людей. Он с нетерпением ждал возвращения домой, и сегодня наконец-то настал этот день.

Чувства же воинов Вторых и Третьих рот были прямо противоположны. Первые были возбуждены, а вторые подавлены. Для Третьей роты будто открылись ворота в ад где всех их только и ждали.

Капитан Со положил руку на плечо Ченг Па-Сану и поторопил его.

- Давай зайдем внутрь.

Ченг Па-Сан и люди Третьей роты последовали за капитаном Со, в то время как Вторая рота сопровождала повозки.

Изнутри крепость северной армии выглядела еще более убогой, чем снаружи. Главные здания почти не пострадали, а вот большинство второстепенных достопримечательностей находились в руинах. Кроме того, любые свидетельства человеческой цивилизации постепенно разрушались матушкой природой.

Среди руин было всего несколько пригодных для использования зданий. Ченг Па-Сан обратил внимание на ухоженный особняк в самой внутренней части крепости.

- Что это?

- Тюрьма.

- Тюрьма? Тогда...

Капитан Со молча кивнул. Получив его подтверждение, Ченг Па-Сан посмотрел на особняк в совершенно другом свете. Третья рота тоже проследила за взглядом своего капитана и посмотрела в сторону особняка.

Внезапно дверь в особняк открылась, сопровождаемая скрипом ржавых петель. Из порога вышел тощий подросток лет пятнадцати-шестнадцати. Черные волосы мальчика до плеч были распущены, а длинная челка прикрывала глаза. Единственными частями его лица, которые можно было разглядеть, были нос, губы и подбородок.

Ченг Па-Сан почувствовал, что у этого мальчика должно быть очень упрямый характер, судя по его острому носу и поджатым губам. Даже если он и не выглядел так, от него исходила аура одинокого волка. Это была не та аура, которой должен обладать пятнадцати-шестнадцатилетний. Хотя, неожиданно для него, казалось что такое поведение ему походило.

Капитан Со и Вторая рота напряглись, когда увидели мальчика. Напротив, Ченг Па-Сан и Третья рота казались растерянными, в их глазах читались нотки жалости и настороженности.

Капитан Со двинулся, чтобы перехватить мальчика, сказав: - Ты должен сообщать нам заранее, что выходишь.

Мальчик остановился как вкопанный и посмотрел на капитана. По крайней мере, так казалось, что он смотрит на капитана, так как его глаза были скрыты под волосами. Капитан невольно ощутил, будто каким-то образом чувствует на себе взгляд мальчика.

Не отводя взгляда от капитана некоторое время, мальчик наконец сказал: - Я вышел погулять. И тем более куда я могу пойти?

Голос мальчика был очень тихим, едва ли громче шепота. Можно было бы подумать, что если бы кто-то не напряг уши, то не услышал бы его. Но, несмотря на тихий голос, слова мальчика можно было легко понять.

Все, даже солдаты Третьей роты, стоявшие далеко, могли услышать его, а не только капитан Со, который был прямо перед ним. Но даже в этом случае никто не счел это странным. Возможно, это было из-за его уникальной ауры.

- Ладно, иди.

Мальчик кивнул в ответ капитану Со и ушел. Никто из солдат не мог оторвать глаз от его спины, когда тот ушел прочь.

Только когда мальчик исчез за углом, Ченг Па-Сан спросил: - Это тот самый ребенок?

- Да. Последний наследник северной армии.

Мальчик на мгновение остановился и огляделся по сторонам.

Крепость, за которой не ухаживали в течение двух лет, превратилась в руины. К счастью, остались еще два нетронутых жилых здания: особняк, в котором жил мальчик, и казармы, где жили наемники-партнеры Шангри-ла. Все остальные оборонительные и военные сооружения были разрушены, не оставив ничего, кроме руин.

Парень уже привык к пустынному пейзажу, но, тем не менее, ему всякий раз было больно, когда он наблюдал за ним. Это было место, которое его отец, дед и предки упорно пытались защитить.

Его звали Джин Му-Вон. Формально он Повелитель северной армии. Однако с тех пор как северная армия была с позором распущена, называть его Повелителем было формой унижения. После событий двухлетней давности никто из бывших воинов не захотел остаться и все они покинули крепость на более "плодородные" пастбища.

Шангри-ла, которая была ответственной за разрушение северной армии, процветал прямо в сердце центральных равнин. Многие секты, которые когда-то были верны Армии Севера, теперь присягнули на верность фракциям, возглавляемым Четырьмя Столпами Севера. Даже мастера боевых искусств, живущие за пределами владений Четырех Столпов, знали, насколько прибыльной будет переход к ним.

"До чего же иронично, правда? Я надеюсь, что вы достаточно сыты и живете припеваючи", - Самоуничижительно рассмеялся Джин Му-Вон.

Он презирал людей, которые решили покинуть северную армию.

Шангри-ла была тем кто породила северную армию, и также стала тем кто ее уничтожил. Его отец был слишком добр, чтобы заставить всех воинов северной армии совершить массовое самоубийство вместе с ним, и вместо этого распустил всех.

"Даже в том случае, я не думал, что вы все покинете крепость".

Джин Му-Вон почесал затылок. Как бы он не хотел, но он не мог покинуть это место. Даже если бы Армия Севера пала, он все равно был ее Повелителем. А Повелитель не может оставить свою территорию.

- Хааа... - Вздохнул Джин Му-Вон.

"Как бы сильно я не думал, я не могу не вздохнуть".

После смерти Джин Кван-Хо и расформирования северной армии, она больше не представляла угрозы для Шангри-ла. Люди, потерявшие средства к существованию, чувствовали, что у них не было другого выбора, кроме как покинуть это место. Но то, что сдались они, не означало, что и Джин Му-Вон сдался.

Используя наблюдение за Тихой Ночью в качестве предлога, Шангри-ла отправила своих наемников-партнеров в северную крепость. Официально он был домовладельцем, а Вторая рота его арендаторами.

Однако вот уже тридцать лет никто не заметил ни когтя, ни волос Тихой Ночи. Весь мир считал, что "Тихая ночь" была полностью уничтожена и что северная армия была расформирована, потому что больше не было необходимости в ее существовании в качестве главной силы, защищающей линию фронта.

Настоящая работа наемников состояла не в том, чтобы присматривать за Тихой Ночью, а в том, чтобы присматривать за последним наследником северной армии.

Джин Му-Вон бесцельно бродил вокруг руин. После событий того дня враг не сразу покинул крепость. Четыре Столпа забрали самые ценные военные припасы. Золото и другие ценности были разграблены в одно мгновение. Даже такие предметы, как мечи и мяо дао, были разграблены. И благодаря этим людям, Джин Му-Вон по факту остался без гроша.

"Я не знаю, что произойдет в будущем, но, несмотря ни на что, я должен выжить".

Джин Му-Вон покачал головой. Ему было всего пятнадцать, возраст, в котором большинство все еще зависело бы от своих родителей, но он повзрослел так быстро, что чувствовал себя старцем.

Джин Му-Вон вошел в башню, у которой осталась цела крыша. В прошлом эта башня была известна как великая библиотека, и это название ему дали благодаря десяти тысячам драгоценных научных томов и руководств по боевым искусствам, которые когда-то хранились здесь.

Теперь же, эта разграбленная башня больше не могла соответствовать своему названию великой библиотеки. Большинство драгоценных томов были разбросаны по всему миру, оставив после себя лишь несколько бесполезных. Около сотни оставшихся книг были либо ничем, либо романами, либо же третьесортными руководствами по боевым искусствам (например, "основы фехтования", "легкие шаги"). Все они стояли на одной из книжных полок.

Джин Му-Вон встал перед книжной полкой и достал руководство по "основе фехтования".

[Точно так же, как мир разделен на небо, землю и человека, так же и разделено искусство владения мечом.]

Эта строка казалась сложной для восприятия, но все, что содержалось в руководстве, было основами фехтования. Само руководство было настолько простым, что ни один стоящий мастер боевых искусств не назвал бы это искусством фехтования.

Джин Му-Вон также знал об этом. Тем не менее, он серьезно перечитывал ее снова и снова, чтобы полностью понять “основы фехтования". Он был так сосредоточен, что ему потребовалось полчаса, чтобы закончить чтение книги, в которой было всего несколько страниц.

На этой бесплодной земле особо нечего было делать, а наемники никогда не общались с ним. Время тянулось так медленно, что каждый неизменный день казался годом. Чтение было одним из немногих занятий, которые он имел, поэтому Джин Му-Вон ежедневно посещал великую библиотеку и перечитывал каждую книгу снова и снова.

К этому времени он выучил наизусть содержание всех книг, вплоть до буковки. Тем не менее, когда наступал следующий день, он снова читал заученную книгу. Как уже сказано выше, делать тут нечего.

Поскольку Шангри-ла боялась, что Джин Му-Вон изучит боевые искусства и решит отомстить им, они послали наемников наблюдать за ним. Но, внимательно наблюдая за Джин Му-Вон в течение двух лет, капитан Со и его люди пришли к выводу: в этом месте не осталось руководств по боевым искусствам для Джин Му-Вона, из которых он мог бы чему-нибудь научиться.

- До сих пор поражает, до чего те люди жадные. Они забрали все, кроме бесполезного мусора? Думаю, быть толстокожим и не иметь границ - это тоже своего рода талант, - Сказал вслух Джин Му-Вон.

Всякий раз, когда он оставался один, Джин Му-Вон разговаривал сам с собой. Если бы он этого не делал, он, вероятно, потерял бы навыки коммуникации.

Джин Му-Вон положил руководство обратно на полку. Обычно он брал другую книгу и начинал читать, но сегодня ему не хотелось этого делать. Он вышел из великой библиотеки и направился к своему особняку.

Но в этот момент сильный порыв ветра едва не сбил его с ног.

Началась зима...

...принося с собой бушующие северные бури.

Против ветра II

Сео Му-Санг холодно взглянул на особняк вдалеке. Это было самое хорошо сохранившееся здание в руинах крепости северной армии, а также жилище Джин Му-Вона.

- Значит вы должны остаться здесь на три года? - Спросил капитан Со.

Вторая рота прожила здесь два года. Третья же рота должна пробыть здесь в течение трех лет.

Главной целью наемников было следить за любыми передвижениями Тихой Ночи, но вероятность того, что это произойдет, была очень мала.

В первый раз Тихая Ночь проявила себя сто тридцать лет назад. Их появление разожгло огонь войны по всему континенту. Тогда погибло столько людей, что города, поселки и деревня начали казаться безжизненными. Только когда Тихая Ночь пропала и война на этом закончилась, люди начали потихоньку восстанавливаться и процветать.

После окончания первой войны, Тихая Ночь каждые пять-десять лет до этого устраивала новое вторжение. Каждое вторжение приводило к огромной битве, уносившей бесчисленное количество жизней. По мере того как накапливались жертвы, мир мурим решил действовать сообща, чтобы защититься от Тихой Ночи.

Северная армия была кульминацией их усилий. Это была не секта или школа, а новая армия, состоящая из мастеров боевых искусств со всего мурима, которые были объединены одной целью: победить Тихую Ночь.

Муримы не жалели средств на поддержку северной армии. Это привело к тому, что северная армия собрала большую коллекцию боевых искусств и драгоценных лекарств, которая была использована для создания легиона элитных мастеров боевых искусств. Долг этих элит состоял в том, чтобы защитить людей от Тихой Ночи.

А потом появились Девять Небес.

Девять Небес изначально был альянсом, созданным для финансовой поддержки северной армии. Первыми лидерами Девяти Небес были главы и старейшины многих кланов, но со временем девять кланов заняли видное место.

Лидеры этих девяти кланов стали первым поколением Девяти Небес. Сео Мун-Хва был одним из них. Девять Небес создали новый мировой порядок, воспользовавшись хаосом, который посеяла Тихая Ночь, фактически став новыми правителями мурим.

Такое положение дел продолжалось до тех пор, пока тридцать лет назад Тихая Ночь внезапно не исчезла. Наиболее распространенной причиной исчезновения считалось то, что целое поколение членов Тихой Ночи было уничтожено. Чтобы восстановить свои силы, Тихой Ночи потребуется много лет, чтобы воспитать новое поколение мастеров боевых искусств.

Имея это знание в руках, Девять Небес решили полностью уничтожить Тихую Ночь, пока они находились в ослабленном состояние.

Самым большим препятствием на пути Девяти Вершин тогда стала северная армия. Девять Вершин чувствовали, что продолжение существования Тихой Ночи стало оправданием для Армии Севера, чтобы сохранить свою власть, и что северная армия будет противостоять их планам полного уничтожения Тихой Ночи.

Таким образом, они придумали схему фальсификации доказательств сговора Джин Кван-Хо с Тихой Ночью, что, в свою очередь, привело бы к расформированию северной армии.

Несмотря на то, что все покинули северную армию, оставив позади только мальчика по имени Джин Му-Вон, Девять Небес по-прежнему опасались возможности воскрешения северной армии. Истинной миссией наемников было постоянно следить за каждым действием Джин Му-Вона.

Девять Небес хотели выяснить, знал ли Джин Му-Вон и практиковал ли он боевые искусства, и было ли у него какое-либо желание отомстить. В тот момент, когда они подтвердят, что он представляет угрозу, наемники избавятся от него.

- За последние два года мы выяснили, что мальчик не представляет угрозы для Девяти Небес. Тем не менее, мы все равно должны остаться здесь на три года, - Пробормотал Сео Му-Санг, нахмурившись.

Наблюдение за Тихой Ночью звучало как почетная миссия, но на самом деле с таким же успехом, их могли бы послать куда подальше.

Знакомый голос произнес: - Заместитель капитана, что вы тут делаете в полном одиночестве?

Сео Му-Санг обернулся и увидел двух мужчин, одному было от двадцати до двадцати пяти, а другому чуть больше тридцати лет. Их звали Ю Ген-Чун и Вон Чок-Сим, и они были людьми, с которыми он лучше всего ладил в Третьей роте.

В ответ Сео Му-Санг повернулся лицом в сторону особняка Джин Му-Вона. Вон Чок-Сим и Ю Ген-Чун сразу же поняли его намерения и понимающе кивнули. Они чувствовали то же самое, что и Сео Му-Санг.

- Почему бы просто не убить мальчика? - Прошептал Вон Чок-Сим.

- Что?

- Если цель нашей миссии умрет, нам не придется торчать здесь три года. Нас определенно вызовут обратно на Центральные равнины.

Сео Му-Санг и Ю Ген-Чун покачали головами в ответ на шутку Вон Чок-Сима. Хотя он звучал грубо, они могли понять, почему он так думает.

Сео Му-Санг холодно и твердо сказал: - Наша работа - следить за любыми движениями Тихой Ночи, и больше ничего.

- Но хен, ты ведь в глубине души согласен со мной, верно?

- То, что я думаю, не имеет значение. Я просто выполняю приказы свыше.

- И все же...

- Если ты осмелишься повторить то, что только что предложил, то я больше не твой хен.

- Хорошо, хорошо.

Вон Чок-Сим опустил голову, надувшись. Ю Ген-Чун посмотрел на него и прищелкнул языком.

- Ты всегда такой. Когда-нибудь тебе придется заплатить за свой бесхребетный язык.

- Да понял я! Во всем виноват мой дурной рот, так что с этого момента мне просто придется держать его на замке.

Ю Ген-Чун улыбнулся и подумал. "Ты хоть так говоришь, но через несколько минут снова начнешь болтать без умолку". Вон Чок-Сим был разговорчивым человеком, который любил пошутить. Он не замолчал бы, даже если бы его за это отругали.

Как и ожидалось, Вон Чок-Сим не мог долго молчать, и вскоре трое мужчин покатились со смеху.

В другом месте Ченг Па-Сан и капитан Со выпивали.

Для капитана Со сегодняшняя ночь была его последней ночью в крепости северной армии. Для Ченг Па-Сана сегодняшняя ночь будет его первой ночью здесь. У каждого были свои собственные чувства по поводу этой большой перемены в их жизни.

Ченг Па-Сан налил напиток капитану Со и спросил: - Есть какие-нибудь планы после возвращения на Центральные равнины?

- Какие планы? Я просто буду делать то, что мне приказывает мое начальство.

- Ты должен получить огромное вознаграждение за то, что пробыл здесь целых два года, верно?

- Верно... - Пробормотал капитан Со. Как и упоминал Ченг Па-Сан, он получит внушительную награду за службу, но ему еще не сообщили, какой будет эта награда.

Они продолжали друг друга напивать и болтать. Несколько кругов спустя они оба слегка напились. Только тогда Ченг Па-Сан раскрыл свои истинные намерения.

- Итак, сколько всего ты нашел и взял?

- Что?

- Продолжаешь вести себя дурачком? Мы же друзья, верно? Разве не все самые ценные ресурсы в мире были отправлены сюда во время войны? Только не говори мне, что ты ничего из этого не получил для себя и выживаешь на те гроши, которые мы получаем за работу.

Капитан Со ответил не сразу. Сначала он допил вино, а затем прожевал кусок свинины.

- Северная армия сама израсходовала все потребляемые ресурсы. Остальная часть сокровищ уже была забрана Девятью Небесами и бывшими генералами. Что касается меня, то я ничего не получил.

- Серьезно? Ты уверен, что ничего от меня не скрываешь?

- Поверь мне, я потратил два года, обыскивая каждый уголок и щель в этих руинах, но ничего не нашел.

Ченг Па-Сан нахмурился. Это был не тот ответ, которого он ожидал.

- Если все было взято, то как же мальчик без гроша в кармане все еще жив?

- У него есть слуга. Мужчина, который взял на себя обязанность ухаживать за ребенком.

- А как насчет боевых искусств? Тебе удалось вытянуть из него какие-нибудь приемы боевых искусств?

- Нет, парень никогда раньше не практиковал боевые искусства.

- Даже если он не практиковался, то он все равно мог бы запомнить некоторые в прошлом, так?

- Сначала я думал так же, но мальчику в то время было всего тринадцать. Сколько он мог запомнить в таком возрасте? Я даже слышал, что боевые искусства северной армии необычайно сложны и что один человек не может запомнить несколько, не говоря уже о том, чтобы овладеть всеми. Кроме того, Четыре Столпа, которые буквально вырастили мальчика, дали показания о том, что он никогда не изучал и не практиковал никаких видов боевого искусства.

По правде говоря, то что Джин Му-Вон выжил до сегодняшнего дня, было благодаря свидетельству Четырех Столпов. Они с первого взгляда могли сказать, что Джин Кван-Хо не учил своего сына боевым искусствам.

Если бы Джин Кван-Хо действительно обучил своему воинскому искусству своего сына, Джин Му-Вон давно был бы казнен.

Ченг Па-Сан был явно расстроен после разговора с капитаном Со, но явный блеск в его глазах ясно намекал на то, что он не из тех, кто легко сдастся.

Джин Му-Вон находился на прогулке.

Это было частью его повседневной жизни. Каждое утро он совершал прогулку вокруг крепости, прогуливаясь неторопливо, словно турист.

Сео Му-Санг тайно следил за Джин Му-Воном. Все было так, как он когда-то сказал Ченг Па-Сану; мальчик не выказывал никаких признаков того, что когда-либо занимался боевыми искусствами. Походка мастера боевых искусств отличалась от походки обычного человека.

Дыхание парня было легким, а его шаги тяжелыми, типичными для человека, у которого не было никакой ци. Пройдя некоторое время, он останавливался, чтобы отдохнуть и перевести дыхание. Казалось, он был не в форме. Несмотря на это, у него было хорошо сложенное тело с необычно длинными конечностями - хорошее телосложение для мастера боевых искусств.

"Сейчас для него слишком поздно начинать изучать боевые искусства".

Джин Му-Вону было пятнадцать. Он был в том возрасте, когда большинство детей крупных боевых кланов начинали блистать.

Такие дети начинали изучать боевые искусства примерно в возрасте шести или семи лет, но только в возрасте пятнадцати лет, когда им разрешили тренировать мышцы, они смогли бы сравниться по силе со взрослыми. Они также должны были принимать лекарства и проходить лечение с самого рождения, чтобы сделать свои тела более пригодными для культивировании ци.

Джин Му-Вон, будучи сыном предателя, находился в огромном невыгодном положении по сравнению с теми детьми. Даже если бы он начал изучать боевые искусства сейчас, он, вероятно, никогда бы их не догнал.

Му-Вон внезапно сел в развалинах павильона у северного входа.

- Кого же ты ждешь? - Пробормотал себе под нос Сео Му-Санг, прячась в тени деревьев, где Джин Му-Вон не мог его видеть.

После того, как прошло некоторое время, Сео Му-Санг подумал: "Как долго я здесь буду прятаться?"

Наконец он увидел человека, приближающегося ко входу.

- Молодой господин!

Мужчине, казалось, было за тридцать, хотя его слегка сгорбленная спина и загорелая кожа, возможно, делали его старше, чем он был на самом деле.

Джин Му-Вон расплылся в приветливой улыбке.

- Дядя Хван!

Против ветра III

- Молодой господин!

Раньше Хван-Чоль был третьесортным воином в северной армии. Хоть в боевых искусствах ему не сильно везло, в преданности ему не было равных.

Он также был единственным воином, который не покинул северную армию, и добровольно решил тратить с трудом заработанные деньги, - которые он получал, работая в другом месте, - на еду и предметы первой необходимости для Джин Му-Вона, и регулярно доставлял их лично. Джин Му-Вон не мог быть не благодарным ему, от чего со временем стал называть его "дядей".

- Молодой господин, как обстоят дела в последнее время? Хорошо ли с вами обращаются новые наемники?

- Не волнуйтесь, дядя Хван, они не причиняют мне вреда. Как у вас дела?

- Все хорошо, спасибо.

Хван-Чоль печально посмотрел на Джин Му-Вона, и вспомнил себя. Он сам был сиротой. Когда он был помоложе, его всегда ложно обвиняли в преступлениях, так что в итоге он скитался с места на место. Но все закончилось, когда он встретил отца Джин Му-Вона, Джин Кван-Хо. Джин Кван-Хо был не только первым человеком, который принял его, но также был тем, кто обучил его боевым искусствам и дал ему возможность зарабатывать себе на жизнь.

Хван-Чоль не обладал талантом к боевым искусствам. Он даже не мог овладеть основами боевых искусств северной армии. И несмотря на это, Джин Кван-Хо лично обучал его самообороне, чтобы он мог защитить себя и жить независимо.

Конечно, его невозможно было сравнить с элитным мастером, ведь отсутствие таланта было чересчур большим препятствием. Но даже имея это ввиду, он все равно был достаточно хорош в базовых боевых искусствах, чтобы люди называли его прорыв "чудом".

Хван-Чоль никогда не забывал доброту Джин Кван-Хо. В то время как все остальные покинули северную армию, он предпочел вместо этого служить Джин Му-Вону.

- Вы поужинали?

Хван-Чоль открыл рюкзак. Несколько мгновений спустя перед Джин Му-Воном появилась миска свежеприготовленного риса с теплыми гарнирами. Хван-Чоль, вероятно, только недавно их приготовил.

- Сегодня холодно, поэтому, молодой господин, ешьте, пока еда не остыла.

- Дядя Хван, вам не обязательно было делать это. Я мог приготовить все сам.

- Нет, молодой господин, мне нравится готовить для вас. Поторопитесь и поешьте.

Джин Му-Вон обнаружил, что не может просто так отвергнуть искренность Хван-Чоля, поэтому схватил ложку. Парень предложил разделить еду на двое, но получил отказ. Хван-Чоль ответил, что чувствует себя сытым, просто наблюдая, как ест Джин Му-Вон.

Джин Му-Вон почувствовал легкое удушье от благодарности, но молча уставился в миску и проглотил еду. Хван-Чоль всегда был таким.

- Кхх.

Сео Му-Санг дернулся. Он наблюдал за всей этой сценой из укрытия и начинал понемногу чувствовать себя виноватым за то, что подглядывал за трогательным воссоединением молодого наследника падшей знати и его верного слуги.

Жадный Ченг Па-Сан теперь казался мелочным человеком по сравнению с этими двумя искренними людьми.

После того, как Джин Му-Вон закончил трапезничать, Хван-Чоль отправился передохнуть в особняк, пока сам Джин Му-Вон направился в великую библиотеку, чтобы убить время. И пока парня не было в своем доме, Сео Му-Санг просмотрел все доступные вещи и книги, но не нашел ничего интересного.

"Эта территория и вправду была штабом северной армии? Некогда могучая северная армия, которая в одиночку остановила вторжение Тихой Ночи?"

Когда-то служить в северной армии было мечтой каждого молодого человека.

Северная армия была похожа на утопию для тех, кто м

ечтал стать героем, включая Сео Му-Санга. Однако чем больше завышены надежды человека, тем сильнее он будет разочарован, когда эти надежды рухнут. Разочарование же превратится в досаду, а досада - в ненависть.

Проблеск вины исчез с глаз Сео Му-Санга, когда он вспомнил для чего находится в крепости.

Джин Му-Вон открыл дверь в дом и вошел вовнутрь. В мгновение ока в его глазах вспыхнуло недоумение, когда он оглядел комнату.

В общем, все выглядело так же, как и тогда, когда он покинул дом. Однако он заметил, что расположение некоторых предметов немного изменилось.

- Здесь был гость, - Пробормотал вслух Джин Му-Вон, как будто это не имело для него значения.

Такое случилось и два года назад. Капитан Со и его люди несколько раз обыскивали его комнату, пока его не было на месте. Только после проведения более дюжины обысков они наконец сдались и пришли к выводу, что в его комнате не было ничего ценного.

Они все думали, что Джин Му-Вон ничего не заметит, но они сильно недооценили его. Наблюдательность и внимательность парня не имели себе равных. Он мог заметить даже самые незначительные изменения в окружении.

- Интересно, теперь каждый второй будет обыскивать мою комнату по несколько раз? - Снова выразил мысли в слух Джин Му-Вон. Он сел за небольшой стол и просмотрел несколько книг, лежащих на нем, включая "Дао Дэ Цзин". Он мог сказать, что книги были открыты посторонним, хотя для таких оснований было очень мало подсказок.

- Тц! - Джин Му-Вон прищелкнул языком и вернул книги в исходное положение.

-Позже той же ночью-

Когда все заснули, Джин Му-Вон открыл окно и выглянул наружу. Его комната находилась на третьем этаже особняка, так что из окна он мог разглядеть всю северную крепость в полном масштабе.

Давно минувшие дни были похожи на приятный сон. В то время многие воины выпивали, обсуждали боевые искусства или тренировались до поздней ночи. Крепость была оживленной... Но теперь же, ее место заняла тишина.

Джин Му-Вон стоял неподвижно, глядя на пейзаж за окном. Он был подобен застывшей статуе. Примерно через час он закрыл окно и лег на кровать. А спустя еще некоторое время поворочался на ней, пока наконец не погрузился в глубокий сон.

~Свист!

Спустя долгое время после того, как Джин Му-Вон "заснул", послышался едва уловимый звук "свиста". Парень подождал несколько минут, затем открыл глаза.

"Ты наконец-то ушел, да?"

Джин Му-Вон знал, что кто-то следил за ним в течение последних нескольких дней. Он даже знал, что за ним следили ровно двенадцать раз в день, отслеживая каждое его действие.

Сначала он почувствовал, что шпион был довольно сосредоточен на задаче, пока со временем его концентрация не ослабла.

Джин Му-Вон вел вполне обычный образ жизни. Каждое утро он отправлялся на прогулку. После этого шел в великую библиотеку и почитывал книги. Вечером он совершал еще одну прогулку, прежде чем вернуться домой. Единственным изменением сегодня было то, что он завтракал вместе с Хван-Чолом.

Эта неизменная рутина делала его жизнь чрезвычайно скучной. Такая рутина была результатом его решимости выжить, но в то же время являлась невыносимо болезненным опытом как для того, кто следовал ей, так и для того, кто наблюдал за ней.

Естественно, это относилось и к Сео Му-Сангу, так как он постепенно потерял интерес к Джин Му-Вону. Вместо того, чтобы все время следить за ним, Сео Му-Санг обращал бы внимание только на то, если Джин Му-Вон сделает что-то необычное.

Джин Му-Вон еще раз убедился, что хвост за ним исчез, прежде чем поднять "Дао Дэ Цзин", который в настоящее время лежал рядом с его кроватью. Это была книга, которую он читал всякий раз, когда оставался один.

[Дао всегда бездействует; и все же нет ничего, чего бы он не сделал]

Это была любимая строка Джин Му-Вона в "Дао Дэ Цзин", а также строка, которая лучше всего представляла ее содержание. Он сидел на кровати и снова и снова перечитывал "Дао Дэ Цзин".

Ночь проходила незаметно, и на севере скоро должен был наступить рассвет.

Время от времени Джин Му-Вон выходил за пределы крепости северной армии.

В тот момент, когда он вышел за крепость, на него обрушился холодный, пронизывающий ветер. Ветер жестоко отхлестал его, и не успел он опомниться, как вся одежда на нем превратилась в беспорядок.

Это был не обычный ветер. Скорее, это была буря, которая, казалось, могла разорвать тело человека на куски. Северные ветра никогда не были доброжелательными, поэтому даже те, кто жил здесь долгое время, избегали выходить на улицу в ветреный день.

Джин Му-Вон нахмурился, но не отвернулся. Ветер был таким сильным, что было трудно даже дышать. Джин Му-Вон позволил бушующей буре овладеть собой, пока не начал чувствовать боль.

"Боль - это хорошо. Боль - это доказательство того, что я все еще жив".

Когда северная армия расформировалась, время для Джин Му-Вона остановилось. Точнее говоря, он перестал чувствовать течение времени, потому что время, проведенное в бессмысленной жизни, с таким же успехом могло и не пройти вовсе.

Для Джин Му-Вона, который жил так изо дня в день, зубодробящий холод от ветра был сигналом, заставляющий его очнуться от унылого затишья. Это дало ему понять, что он все еще жив.

Парень сделал шаг вперед. В радиусе десяти миль от крепости северной армии не было никаких поселений.

В прошлом крепость была окружена большими и маленькими деревнями. Однако после падения северной армии и ухода жителей деревень, все следы их существования были стерты безжалостными штормами.

Все, что он видел сейчас, было местом, застывшим во времени, и руинами некогда великой крепости. Сам Джин Му-Вон был частью этой мрачной сцены.

- Ты определенно в жалком положении, Джин Му-Вон, - Сказал он себе. Он поднялся на вершину соседнего холма, откуда открывался вид на всю крепость. Вершина этого холма также была самой высокой точкой в преимущественно равнинном северном регионе и местом, откуда он мог разглядеть все.

Джин Му-Вон пристально уставился куда-то за горизонт.

Южный регион; место, которое все называли центральными равнинами. Он никогда не бывал там раньше.

Стоя под деревом, парень очень долго смотрел на Юг. Если бы кто-нибудь посмотрел на него сейчас, то увидел бы отражение плоских северных равнин в его глазах.

ВУУУУУУ!

Джин Му-Вон не успел ухватиться за дерево, как его тут же сбил с ног сильный ветер. Парень не был неуклюжим, просто он был слишком слаб.

"Что ж, я еще молод. Со временем я стану выше и сильнее... Если, конечно, мне удастся дожить до совершеннолетия".

- Хууу, - Вздохнул Джин Му-Вон. Внезапно на его лице появилось выражение решимости.

Не то чтобы он обычно не был настроен решительно, просто ему нужно было время от времени чем-то питать эту самую решимость. И если бы сейчас он дрогнул, то это было бы равносильно предательству памяти об его отце.

Скоро, наконец, для него настанет время сделать следующий шаг вперед.

~СВИСТ!

Внезапно он услышал звук хлопающей одежды на ветру, задевающей листья, когда рука, держащая черную ткань, протянулась из-за его спины.

- Ммм! - Глаза Джин Му-Вона расширились, когда рука прижала ткань к его рту. Он начал чувствовать слабость.

- Поторопитесь!

Когда сознание Джин Му-Вона угасло, он услышал нетерпеливый мужской рев.

Пока есть ветер, будет рябь I

- Кх! - Простонал Джин Му-Вон, приходя в сознание. Проморгавшись, он вдруг понял, что его руки были связаны.

- Какого?..

Повертев головой, он осознал, что находится в маленькой темной комнате без окон. Обстановка была ему знакома, поэтому Джин Му-Вон сделал вывод, что находится в одном из подземных камер крепости севера.

- Ха! Тебе потребовалось довольно много времени, чтобы очнутся!

Внезапно зажегся факел, и в помещении раздался голос мужчины. Парень был временно ослеплен внезапным появлением яркого света, но смог узнать голос говорившего. Это был Ченг Па-Сан, капитан наемников, который прибыл в крепость не так давно.

Ченг Па-Сан в настоящее время стоял напротив Джин Му-Вона. Позади капитана стояло несколько членов Третьей роты, в том числе Сео Му-Санг, Вон Чок-Сим и Ю Ген-Чун.

Джин Му-Вон сразу понял, что происходит.

- Вы похитили меня средь бела дня.

- Верно! Какой умный ребенок.

- Ты ведь Ченг Па-Сан?

Джин Му-Вон пристально взглянул на Ченг Па-Сана. Тот ухмыльнулся, обнажив ряд пожелтевших зубов.

- Тоже верно.

- И зачем вы меня похитили?

- Попробуй сам догадаться.

- Я хочу услышать ответ из ваших уст. Как вы смеете похищать меня и бросать в тюрьму, когда я здесь хозяин?

- Хах! Как и ожидал, ты просто безобидный, наивный ребенок, хотя и похож на ядовитую змею.

Ченг Па-Сан подошел к Джин Му-Вону в притык. Парень чувствовал себя так, словно к нему приблизился гигантский разъяренный кабан…

Ченг Па-Сан неуклюже схватил Джин Му-Вона за подбородок и притянул его лицо ближе, заставляя его встретиться с ним взглядом.

- Из-за такого ни на что не годного человека, как ты, нам придется гнить тут три года. Так что будь добр, предоставь нам моральную компенсацию.

- Моральную компенсацию?

- Угу.

- С чего бы? Я не помню, чтобы нанимал вас. И разве вы не работаете на Девять Небес Шангри-ла?

- Парниш, мне не нравится то, как ты сейчас на меня смотришь. Мне так и хочется выколоть твои глаза и сварить их себе на обед.

Ченг Па-Сан кивнул мужчине позади себя. Этого человека звали Но Чжи-Кван, и он был самым опытным специалистом Третьей роты по пыткам. Он также был одним из лакеев Ченг Па-Сана, поэтому Ченг Па-Сан верил, что тот сделает все, что он ему скажет.

- Ладно, парень, давай начнем по нарастающей.

Но Чжи-Кван достал скальпель.

Он слегка надавил скальпелем по тыльной стороне руки Джин Му-Вона. Кожа Джин Му-Вона разрезалась, и кровь под ней начала потихоньку вытекать по капле за раз. Само лезвие скальпеля было настолько острым, что Джин Му-Вон даже не почувствовал боли, пока не увидел залитую кровью рану.

- Кх! - Простонал Джин Му-Вон. Только сейчас он ощутил боль, и она только нарастала.

- Поверь, я не хочу причинять тебе боль, но у меня работа такая, сам понимаешь. Пытать кого-то - одна из них. Я никогда раньше не делал этого с детьми, но заставить тебя заговорить, будет, наверное, не слишком сложно.

Но Чжи-Кван направил скальпель на один из пальцев Джин Му-Вона. Ощущение холодного металла на его чувствительной коже заставило Джин Му-Вона вздрогнуть, но решимость в его глазах не угасла.

- Ты уверен в этом?

- В чем уверен?

- Ты правда думаешь, что тебе это сойдет с рук?

- Кукуку! Я не понимаю, о чем ты. Ты сирота, и никто не будет заботиться о том, кто умрет здесь.

- Если ты действительно так думаешь, то ты тот еще идиот.

Глаза Но Чжи-Квана расширились от слов Джин Му-Вона. Он почувствовал себя так, будто его слова были обращены к нему.

~Резь!

Рука Но Чжи-Квана дрогнула, и скальпель вонзился в плоть прямо под ноготь Джин Му-Вона.

- АААААААААААА! - Все тело Джин Му-Вона дернулось, словно рыба на суше. Его глаза покраснели и опухли, а зубы сильно сжались от невыносимой боли.

- Как ты только что назвал меня? Осмелишься повторить?

- Ты... Ты... Идиот.

- Ах ты мелкий!

Разъяренный Но Чжи-Кван повернул скальпель, отчего ноготь Джин Му-Вона сломался пополам. Боль от сломанного ногтя и скальпеля, еще глубже вонзившегося в его плоть, была такой сильной, что Джин Му-Вон даже не мог закричать, только расширил глаза в шоке.

Сео Му-Санг и остальные, наблюдавшие за происходящим, покачали головами.

- Я даю тебе последний шанс. Кем ты меня назвал?

- Идиотом! Кретина ты кусок!

- Ты, самоуверенный сукин сын...

Но Чжи-Кван злобно ухмыльнулся. Все еще дрожа, Джин Му-Вон уставился на Но Чжи-Квана налитыми кровью глазами.

- Тц… Так уж и быть, скажу почему ты идиот. Это потому, что ты даже не осознаешь, что шагнул к бездне.

- О чем ты, мелкий...

- Ты знаешь, почему Девять Небес сохраняют мне жизнь?

Но Чжи-Кван и Ченг Па-Сан на мгновение заколебались. Они поняли, что были настолько ослеплены перспективой сокровищ и секретных боевых искусств, что даже не подумали о последствиях причинения вреда Джин Му-Вону.

- Вы думаете, что куда умнее, чем группа до вас? Вы действительно думаете, что они не пытались сделать то же самое, что и вы сейчас? - Сказал Джин Му-Вон серьезным тоном. Он очень сильно прикусил собственную губу, чтобы вынести мучительную боль. Несмотря на это, он не забывал метать колкий взгляд в Но Чжи-Квана. Взор его был таким холодным и пугающим, что даже Но Чжи-Кван опешил.

Однако Ченг Па-Сан был невозмутим. Он шагнул вперед.

- Пытаешься угрожать мне, сопляк? Но увы, нам без разницы. Твои угрозы на меня не действуют. Если же не хочешь страдать еще больше, поторопись и скажи, где ты спрятал сокровища. Чем дольше ты будешь сопротивляться, тем больнее будет для тебя.

- Я говорю так, будто угрожаю?

- Как я уже сказал, твои угрозы ничего для меня не значат.

Кипя от ярости, Ченг Па-Сан снова кивнул Но Чжи-Квану. Это был сигнал к продолжению пыток.

Но Чжи-Кван кивнул в ответ и направил скальпель под другой ноготь Джин Му-Вона. Однако прежде, чем он успел что-либо сделать, Сео Му-Санг шагнул вперед и сказал: - Капитан, вы не заходите слишком далеко?

- А? На тебя подействовали пустые слова этого сопляка? Понятно же, что он чушь городит, дабы спастись от пыток.

Ченг Па-Сан пренебрежительно отмахнулся от него, но Джин Му-Вон повернул голову к Сео Му-Сангу и сказал: - Вы так думаете? Что я просто выдумываю все это, чтобы избежать пыток?

Сео Му-Санг встретился взглядом с Джин Му-Воном.

Было очевидно, что Джин Му-Вон испытывал сильную боль. Он попытался притвориться, что ему не больно, но его временами дрожащее тело предало его. Если Сео Му-Санг решит закрыть глаза на его страдания сейчас, мальчик, вероятно, умрет. Но в конце концов, однако, он не смог заставить себя этого сделать.

Причиной были глаза парня.

Хотя глаза Джин Му-Вона были полны боли, в них не было страха. Его решимость нисколько не поколебалась, несмотря на пытки. Сео Му-Санг никогда не видел ребенка возраста Джин Му-Вона с такими глазами.

"Это точно ребенок?"

Сео Му-Санг повернулся, чтобы посмотреть на Ченг Па-Сана.

Ченг Па-Сан повторил Но Чжи-Квану продолжать, но Сео Му-Санг прервал его: - Капитан, почему бы нам сначала не попробовать поговорить с ним? Мы можем снова начать пытать его в любое время, если он не скажет ничего стоящего.

- Что?

- Мы не можем быть уверены, есть ли у него какие-либо мотивы, но не помешало бы быть осторожным, верно? - Сказал Вон Чок-Сим.

- Я согласен с ними, капитан, - Добавил Ю Ген-Чун.

Ченг Па-Сан выглядел так, будто хотел махнуть на него рукой и продолжить, но другие ребята, казалось, разделяли мнение Сео Му-Санга, так что у него не было выбора, кроме как сдаться.

Он присел на корточки перед Джин Му-Воном.

- Сопляк, тебе лучше отвечать на наши вопросы, или я разрежу тебя на мелкие кусочки и разбросаю их по равнинам, чтобы волчата позавтракали. Я уверен, что они будут благодарны нам за это.

- Снова угрожаешь мне.

- Ах ты!

- Ладно, повторю вопрос. Почему по вашему Девять Небес сохраняют мне жизнь? Почему они не убили меня после смерти моего отца, хотя у них буквально были сотни возможностей сделать это? Почему вы думаете, что умнее Дьявольского Гения Девяти Небес, который принял решение оставить меня в живых? Даже если моя жизнь не стоит и гребаного цента!

- Ккк! - Ченг Па-Сан скорчил уродливую гримасу, когда Джин Му-Вон заговорил о Сео-Мун Хва.

Сео-Мун Хва, член Девяти Небес, правителей Шангри-ла.

Это было имя, которое Ченг Па-Сан не осмеливался упоминать; само его существование, намного превышало положение Ченг Па-Сана

- Ближе к делу, засранец!

- Я имею в виду, что я заложник. Очень ценный заложник, - Сказал Джин Му-Вон, улыбаясь.

Улыбающееся лицо ребенка, покрытое кровью, было скорее тревожным, чем жалким зрелищем. Когда глаза Джин Му-Вона скользнули по толпе, каждый взрослый мужчина, встретившийся с ним взглядом, не смог удержаться от дрожи по всему телу.

- Что ты имеешь в виду, говоря, что ты "заложник"?

- Сами подумайте. Какую ценность я мог бы иметь в качестве заложника?

Голос Джин Му-Вона обладал странной харизмой, которая заставляла людей внимательно слушать то, что он говорил. Даже Сео Му-Санг был втянут в его разговор, сам того не осознавая, и начал серьезно обдумывать значение его слов. "Ценность Джин Му-Вона как заложника..."

"Какая же?"

После исчезновения "Тихой Ночи" баланс сил в мире изменился. Девять Небес стояла на самой вершине, в то время как крупные секты и кланы все еще боролись за объедки. Но ни одной из этих фракций не нужен Джин Му-Вон.

"Если думать в другом русле, то должны быть те, кто связан с Северной Армией… Погоди, Северная Армия?"

Внезапно Ченг Па-Сан и его люди кое-что вспомнили.

"Воины Северной Армии".

После падения Северной Армии Четыре Столпа основали базу на центральных равнинах. В обмен на их "работу вместе над одним врагом" все фракции мурима ранее договорились, что им будет предоставлена земля.

Большинство воинов бывшей Северной Армии присоединились к новым фракциям Четырех Столпов. Однако были и те, кто этого не сделал. Хотя эти люди потеряли свои корни, их все еще нельзя было недооценивать.

Если они решат восстать против Девяти Небес, все центральные равнины погрузятся в хаос. Даже те, кто присоединился к Четырем Столпам, будут участвовать в восстании вместе со своими бывшими товарищами.

На поверхности никто не осмеливался бросить вызов Девяти Небесам. Это не означало, что такой возможности не существовало. Мировые державы существовали в очень хрупком равновесии, которое легко могло быть нарушено.

Но что произойдет, если Джин Му-Вон умрет?

Приведет ли его смерть в ярость бывших воинов Северной Армии, ставших странниками?

Если это произойдет, воины, которые следуют за Четырьмя Столпами, тоже взбунтуются. Четыре Столпа никогда не позволят этому случиться. И Девять Небес тоже.

Ченг Па-Сан прикусил губу и простонал.

- А теперь подумайте о том, что станет с вами, ребята.

- С нами?

- Разве Девять Небес отпустят вас, когда узнают, что вы получили сокровище Северной Армии или боевые искусства? Никогда. Даже если они сохранят вам жизнь, они все равно избавятся от вас по-другому. Что еще хуже, вы пытали ценного заложника, как я. Если это выйдет за пределы крепости, Четыре Столпа двинутся, и вы, ребята, считайте трупы.

- Что?! - Лица мужчин побледнели, когда осознание, наконец, дошло до них. В частности, Но Чжи-Кван, который непосредственно пытал Джин Му-Вона, был в полном ужасе.

- Теперь, ребята, вы должны понимать ситуацию, в которой оказались, так?

- Мы можем просто убить тебя в тайне!

- Ну и как долго, по-твоему, ты сможешь скрывать мою смерть? Если думаете, что сможете скрывать это вечно, тогда вперед, я весь ваш.

Джин Му-Вон показал язык Ченг Па-Сану, но Ченг Па-Сан не решился ответить.

Все было именно так, как сказал Джин Му-Вон. Даже если он убьет его и сбежит обратно на центральные равнины, Девять Небес определенно найдут его, потому что они правили всем миром.

- А теперь развяжите меня и обработайте раны. После этого я начну обдумывать то, как вы отплатите мне за мои страдания.

- Грр! - Ченг Па-Сан сжал кулак. В глубине души он знал, что Джин Му-Вон был прав. Однако его эгоизм мешал ему принять правду.

Сео Му-Санг подошел к Ченг Па-Сану и прошептал ему на ухо: - Даже если он лжет, мы должны его отпустить.

- ААААА!

- Мы уже обыскали это место вдоль и поперек, верно? И мы не нашли ничего. Единственное, что здесь осталось, - так это ребенок. Мы могли бы легко убить этого сопляка, но если то, что он говорит - правда, нас всех казнят вместе с нашими семьями.

Лицо Ченг Па-Сана задрожало от ярости, но, в конце концов, у него не было выбора, кроме как согласиться с Сео Му-Сангом.

- Развяжите его и отправьте обратно домой! - Приказал Ченг Па-Сан. Мужчины кивнули головами и освободили Джин Му-Вона.

Парень заставил себя подняться на ноги и схватился за свой дрожащий, пульсирующий палец. Половинки от его сломанного ногтя упали на землю.

Джин Му-Вон метнул взгляд в Ченг Па-Сана и заявил: - Я никогда вам этого не прощу.

- Пока я оставляю тебя в живых... НО! Если я узнаю, что ты лгал нам, я лично переломаю тебе все кости.

- Похоже, я недостаточно ясно выразился.

- Что на этот раз?

- Это МОЙ дом, а вы нежеланные гости. С этого момента я хочу, чтобы вы вели себя как подобает гостю. Если говорить на вашем языке, то вам не разрешается обыскивать мою комнату без веской на то причины. Вы и так знаете, что вещи в моей комнате в основном мусор, так что перестаньте тратить свое время на это. Я же сделаю вид, что сегодняшних событий никогда не было.

- Хорошо, но если ты когда-нибудь разозлишь меня, я убью тебя, невзирая на последствия, и я срать хотел на Девять Небес или Северную Армию. Запомни это.

Джин Му-Вон направился к выходу, самодовольно ухмыляясь. Ченг Па-Сан смотрел ему вслед с темным блеском в глазах.

Внезапно Джин Му-Вон остановился перед Сео Му-Сангом. Их глаза на мгновение встретились, но Джин Му-Вон ничего не сказал и просто ушел.

- Пухааа! - Джин Му-Вон выдохнул. Боль, которую он так старательно пытался игнорировать, наконец-то обволокла его. Хотя он потерял только один ноготь, боль была за гранью воображения.

Джин Му-Вон теперь был абсолютно уверен в одном факте: человеческое тело намного слабее, чем можно было ожидать. Даже то, что казалось незначительной раной, могло причинять адскую боль. Если бы он не обладал нечеловеческой решимостью, ему не удалось бы договориться с Ченг Па-Саном.

"Моя ценность как заложника? И кто-то поверил в этот бред собачий? Да никто в этом мире не думает, что остатки Северной Армии представляют угрозу".

Четыре Столпа, вероятно, не заботились о том, жив ли Джин Му-Вон или давно помер. С другой же стороны, он мог без проблем использовать их имя в своих интересах.

Джин Му-Вон понимал, что его жизнь в его собственных руках. Ему придется использовать все имеющиеся в его распоряжении инструменты, если он хочет выжить в своем собственном доме.

Ради прошлого и ради будущего - вот почему он должен выжить.

Залитый кровью, Джин Му-Вон шел обратно к своему особняку. Заходящее солнце отбрасывало длинную тень за его одинокой спиной.

Пока есть ветер, будет рябь II

После событий того дня Ченг Па-Сан и другие люди Третьей роты стали избегать Джин Му-Вона, как чумы. Из общения с мальчиком не вышло бы ничего путного, поэтому они обращались с ним так, как будто его не существовало.

Для самого Джин Му-Вона это была хорошая новость, так как, по крайней мере, к нему больше не будут лезть. Тем не менее, он должен был опасаться чрезвычайно мелочного Ченг Па-Сана, который еще очень долго не забудет унижения, которое он испытал в тот день.

- Хааа... - Вздохнул Джин Му-Вон, глядя на руины северной крепости. В настоящее время он сидел на крыше великой библиотеки, самого высокого здания владений севера.

Хотя двенадцатиэтажное здание было в основном целым, не было бы странно, если бы оно рухнуло в любой момент; да и большинство людей избегали подниматься по нему. Однако после того, что с ним в прошлый раз случилось, Джин Му-Вон больше не осмеливался свободно прогуливаться. Вместо этого он начал взбираться на вершину великой библиотеки.

Джин Му-Вон находился на крыше из черепицы всю ночь напролет.

Сео Му-Санг наблюдал за ним издалека, хотя и знал, что делать это бессмысленно. Но в данный момент он наблюдал за Джин Му-Воном только из чистого любопытства. По какой-то причине он просто не мог оторвать глаз от ребенка.

"Тебе не занимать храбрости, даже несмотря на то, что ты не знаешь никаких боевых искусств".

Отвага и дерзость Джин Му-Вона потрясли Сео Му-Санга. И он также осознавал в глубине души, что Джин Му-Вон тогда солгал; его утверждения и рассуждения были полны недостатков. Любой, кто тщательно обдумал бы то, что он сказал, понял бы это.

"Все Четыре Столпа входят в число сильнейших мастеров боевых искусств в мире. Для таких людей, как они, потерять контроль над своими последователями... возможно ли это вообще?"

Ченг Па-Сан был слишком напуган упоминанием Северной Армии и Девятью Небесами и не заметил этого факта, но не Сео Му-Санг. Тот сразу раскусил ложь Джин Му-Вона; но ему не хотелось сообщать об этом Ченг Па-Сану.

Хотя, его соблазнило упоминание о "сокровищах" и "руководствах по боевым искусствам", но он не хотел мучить ребенка, чтобы получить эти вещи. Более того, он уже лично обыскал крепость и подтвердил, что в этом месте не осталось ничего ценного.

Да, он был расстроен тем, что ему придется чахнуть здесь в течение трех лет, но он не хотел вымещать свое негодование на Джин Му-Воне.

По правде говоря, он восхищался Джин Му-Воном. Мальчик, который мог оставаться спокойным и манипулировать людьми во время пыток, несмотря на незнание боевых искусств, был ничем иным, как достойным восхищения.

Однако жаль. Если бы он изучил боевые искусства Северной Армии, то определенно бы стал великим человеком в мире мурим.

Смелости Джин Му-Вону было не занимать. Он изначально родился тигренком, но, к несчастью для этого тигренка, его отец скончался прежде, чем он успел повзрослеть.

Даже тигрята нуждались в защите своих родителей, чтобы расти. И Сео Му-Санг мог только сокрушаться о том, что путь Джин Му-Вона к величию был заблокирован его несчастьем.

Он еще немного понаблюдал за парнем, а после ушел. Джин Му-Вон был уже безнадежен, но это не имело к нему никакого отношения, так что ему не о чем было сожалеть. В глазах Девяти Небес мальчик уже давно достиг своего предела.

Поэтому Сео Му-Санг потерял интерес к Джин Му-Вону, поскольку мальчик не представлял угрозы. Не издав ни звука, наблюдатель исчез в темноте.

Когда Сео Му-Санг ушел, Джин Му-Вон не двинулся. Он не знал, что ему делать дальше. Недолго думая, он просто лег и заснул, проснувшись только на рассвете. Когда он увидел красноватые лучи восходящего солнца, то встал.

- Черт! - Закричал он, когда случайно задел пальцем без ногтя выпирающую черепицу. С момента похищения прошло уже три дня, и на ране образовалась струпья, но боль все еще мучила его.

"Это небольшая цена за то, чтобы избавиться от их подозрений", - Сказал он себе. Когда Джин Му-Вон отнесся к случившемуся как к необходимому ритуалу, который гарантировал бы ему выживание в течение следующих трех лет, он почувствовал себя намного лучше.

Джин Му-Вон обратил свой взгляд на восток. Свет восходящего солнца освещал руины северной крепости, заливая их, окутанные тьмой, золотым светом.

Когда темнота рассеялась, появились тени. Лучи света проникали сквозь трещины в стенах и зданиях, создавая таинственные узоры из контраста между светом и тенью.

Глаза Джин Му-Вона заблестели. Тени, создаваемые солнечным светом, через резьбу на стенах, превращали кажущиеся бессмысленными узоры в нечто, напоминающее слова.

Он сосредоточил свое внимание на стенах. С восходом солнца углы света и тени менялись, пока, наконец, текст не стал более понятным для чтения.

Внутри Одного появилась жизнь.

Из него разделились Двое, и сотворили мир.

Так, в мире стали существовать Тьма и Свет.

В самом начале появилась только чистая энергия, а затем она разделилась на свет и тень.

Свет и тень не могли смешаться друг с другом, но, в конце концов, они объединились вместе став гармонией в этом мире.

Мир наполнен светом многих душ, но я есть тень. Я стал тьмой ночного неба, освещенного морем звезд.

Джин Му-Вон, не моргая, уставился на явление, созданное взаимодействием света и тьмы.

Величайшая тайна северной армии открылась ему.

Когда солнце двигалось по небу на земле появлялись тени, и тут же исчезали, сформировывая слова. Эти слова собрались вместе, чтобы сформировать одно руководство по боевым искусствам за другим. Это таинственное зрелище можно было наблюдать только с крыши великой библиотеки.

Сами слова были написаны на языке Королевства лунной Реки, королевства, которое было разрушено давным-давно во времена тогдашней войны. Джин Кван-Хо не учил своего сына боевым искусствам, но он научил его читать на языке Королевства лунной Реки.

Таким образом, Джин Му-Вон остался единственным живым человеком, который мог читать на этом языке. В глазах других же, эти слова были не более чем символами.

Тысячи людей побывали в крепости северной армии, но Джин Му-Вон был единственным человеком, который знал об этой тайне. Даже Четыре Столпа не были в курсе этого.

Люди просто называли эту стену Десять Тысяч Теней. И они понятия не имели, что наследие каждого повелителя северной армии было вырезано на этой самой стене.

Но так было не всегда. Иногда, когда у одного из предыдущих Повелителей появлялась идея, они передавали свои мысли на этой стене. Спустя много лет стена в конце концов стала нынешней Стеной Десяти Тысяч Теней.

Все повелители, начиная с первого поколения Бак Чин-Хуна и заканчивая четвертым поколением Джин Кван-Хо, оставили свои мысли на этой стене. Поскольку стена была всего лишь средством для того, чтобы они записывали свои мысли, записи в конечном итоге были разбросаны повсюду.

Некоторые из писаний были более глубокими, в то время как другие имели большую широту для понимания.

Некоторые обсуждали теорию боевых искусств, в то время как другие обсуждали свое понимание техники ног. Два типа писаний представляли особый интерес для Джин Му-Вона. Первой была техника владения мечом, а второй была идея культивирования ци, оставленная Бак Чин-Хуном.

С первого взгляда можно было увидеть, что после строк идеи культивирования ци, которая была написана как стихотворение, Бак Чин-Хун и каждый из его преемников оставили свои собственные объяснения и интерпретации; и из всех этих мыслей, сформировалось полное искусство Десяти Тысяч Теней.

По мере того как заметки об этом искусстве накапливались годами, искусство Десяти Тысяч Теней занимало все больше и больше места на стенах, простираясь даже в самые глубокие части крепости. Несколько тысяч слов больше походили на мыслительный процесс, чем на простой вывод. Из-за своей огромной длины искусство Десяти Тысяч Теней также можно было бы назвать боевым искусством Десяти Тысяч Слов.

Хотя искусство Десяти Тысяч Теней совершенствовалось на протяжении нескольких поколений, оно все еще оставалось чей-то теорией. Никто никогда не овладевал им раньше.

Бак Чин-Хун, первый Повелитель Северной Армии и тот, кто выдвинул первоначальную мысль, был из Нанкина. Он не был учеником ни одной известной школы боевых искусств, поэтому его основы не были особенно прочными. Он принадлежал к тому типу мастеров боевых искусств, которые стали сильными благодаря реальному боевому опыту.

Поскольку ему с детства не внушали здравого смысла в боевых искусствах, методы и идеи, которые он развивал, как правило, были очень нетрадиционными. Кроме того, он был гением с богатым воображением, и намного превосходил любого другого человека.

Искусство Десяти Тысяч Теней было кульминацией его буйного воображения.

[Один породил Двоих, что означает, что происхождение всего в мире было разделено на две части. Инь и Янь, Свет и Тень, положительное и отрицательное. Названия разные, но все они означают одно и то же, и они всегда находятся в равновесии. Таков закон природы. Тогда как насчет ци?

Ци должен следовать тому же закону, верно?

Хотя ци может принимать тысячи различных форм в зависимости от типа тела человека или техники культивирования, все возможные формы можно разделить на Инь или Янь. С этого момента типы ци могут быть дополнительно разделены на категории на основе пяти элементов.

Мне кажется, что это всего лишь метод классификации, и ци на самом деле нельзя разделить на два типа.

Ци - это просто ци, но, согласно закону природы, должно быть что-то, что действует как противовес ци.

Анти-ци, которая равна и противоположна ци, силе природы.

Я думаю, что наряду с ци, которую используют люди, существует энергия, которая заполнит оставшуюся пустоту, и что эта энергия не должна быть слабее ци. Или может быть, сильнее.

Я собираюсь назвать эту энергию Теневой Ци для удобства.]

Большую часть жизни Бак Чин-Хун провел на поле боя, сражаясь с Тихой Ночью, и у него было очень мало свободного времени, чтобы обдумать детали Теневой Ци. Следовательно, это была вся информация о Теневой Ци, которую он оставил после себя, когда умер.

Через несколько десятков лет после смерти Бак Чин-Хуна второй повелитель Северной Армии Нам Ун-Сан решил продолжить работу Бак Чин-Хуна. В то время северная Армия очень плохо вела войну против Тихой Ночи.

Боевые искусства Тихой Ночи были саморазрушительными для практикующего, но они обладали невероятной наступательной силой, намного превосходящей боевые искусства центральных равнин. Таким образом, Нам Ун-Сан пришел к выводу, что для борьбы с Тихой Ночью необходимо развивать новые боевые искусства, и начал совершенствовать идею Теневой Ци Бак Чин-Хуна.

Однако тем, кто действительно превратил Теневую Ци из идеи в реальную технику культивирования, был третий повелитель, Ю Ван-Ин. У Ю Ван-Ина было разрушено ядро ци в жестокой битве с "Чернокрылым Божественным Копьем", одним из Четырех Великих Генералов Демонов. Вместо того, чтобы смириться с неизбежной смертью, Ю Ван-Ин решил изучить Теневую Ци и превратить ее во что-то стоящее.

Он создал мнимое ядро ци, чтобы заменить свой разрушенный, и наполнил его совершенно другим типом энергии, отличной от ци. Это была энергия, которую Бак Чин-Хун назвал Теневой Ци.

Как и Тьма, Теневая Ци была нематериальной, и только те, кто практиковал ее, могли чувствовать эту энергию. И спустя время, этот способ культивирования вернул Ю Ван-Ина с порога смерти и дал ему новую причину жить.

Затем Ю Ван-Ин погрузился в культивирование Теневой Ци на всю оставшуюся жизнь.

[Тьма ночного неба, наполненного звездами, кажется пустой, но по правде она до краев наполнена неуловимой Темной энергией.

Это означает, что и ци, и Теневая Ци всегда могут существовать в гармонии, не мешая друг другу.]

Ю Ван-Ен чувствовал, что если ему удастся овладеть Теневой Ци, он сможет обновить всю систему культивирования ци. Однако, прежде чем он смог завершить свою работу, он скончался от травм.

Он осознал важность Теневой Ци, когда было уже слишком поздно, и того небольшого времени, которое у него оставалось, было далеко не достаточно, чтобы усовершенствовать ее. Перед его смертью техника была передана его преемнику, четвертому Повелителю и отцу Джин Му-Вона, Джин Кван-Хо.

Джин Кван-Хо унаследовал волю своего предшественника к совершенствованию техники, но он умер молодым и так и не смог изучить Теневую Ци или поработать над совершенствованием искусства Десяти Тысяч Теней.

Хотя Джин Му-Вон знал, что искусство Десяти Тысяч Теней было неполным, он все же решил изучить его. Это было то, о чем он никогда бы даже не подумал, если бы не непредвиденные ситуации в его жизни. Четыре Столпа забрали все руководства по боевым искусствам, а Девять Небес следили за каждым его шагом. У него не было выбора, кроме как изучать боевое искусство, которое было "скрыто" с глаз других; даже если поиск пути к совершенствованию этого искусства заставлял его чувствовать себя совершенно потерянным, как будто он плыл на маленьком плоту в открытом море ночью без путеводной звезды и без понятия, где находится пункт назначения.

Конец его пути может быть как отчаянием, так и новым миром, в котором есть надежда. Он точно еще не знал. Он мог только двигаться вперед, шаг за шагом, день за днем.

Внезапно Джин Му-Вон улыбнулся.

- По крайней мере, я все еще верю в свое будущее, и у меня есть к чему стремиться.

Это стоило того, чтобы рискнуть. Джин Му-Вон был удовлетворен одной мыслью о том, что независимо от того, удастся ему выжить или нет, по крайней мере, он не стал бы тратить свое время впустую, даже не попытавшись.

Он закрыл глаза и продолжил созерцать искусство Десяти Тысяч Теней в своем сознании.

Вот так день быстро подошел к концу.

Тут не хватит места на всех гостей I

Джин Му-Вон прогуливался по северной крепости с прикрытыми глазами. Все, кто видел его, думали, что он просто бродит без цели. На самом же деле, он размышлял над искусством Десяти Тысяч Теней.

Даже перед бурей, свеча должна светить ярко.

Человек должен быть подобен свече, освещающей мир даже во время страшной бури.

Это была очень абстрактная мысль, да и сам текст не нес в себе полезность. Джин Му-Вон не мог быть уверен, был ли это метод культивации ци или урок этики.

"Мне нужно найти баланс между обеими интерпретациями, потому что искусство Десяти Тысяч Теней - это не просто техника культивирования ци, это также текст, который несет в себе философскую мысль".

Внезапно Джин Му-Вон открыл глаза. Его предвидение подсказало ему, что в ближайшем будущем в крепость прибудет тот, кого он очень хочет видеть.

Неподалеку он заметил, как болтают Ченг Па-Сан и его люди. Они больше не беспокоили его и обращались с ним так, как будто его не существовало, поскольку не хотели тратить на него время.

Как только Третья рота поняла, что они ничего не получат, связавшись с ним, напряжение между ними исчезло. Мужчины настолько расслабились от отсутствия общественного давления, что обсуждали всевозможные непристойные вещи в открытую, дабы скоротать время.

Все, о чем они думали, - это как прожить каждый день, не испытывая скуки. А что насчет приказа их начальства следить за Тихой Ночью? Почти все они об этом забыли.

Также было с их предшественниками. И точно так же, как и они, эти ребята будут проводить свои дни ничего не делая, пока не придет время возвращаться на центральные равнины.

Джин Му-Вон прошел мимо них. Его раненый палец все еще пульсировал от боли, но он не показывал этого на лице. Нравится ему это или нет, но ему придется провести три года с этими наемниками. Чтобы быть уверенным, что они его проигнорируют, ему придется все время держаться в тени и всегда скрывать свои истинные эмоции.

Он прошел мимо Ченг Па-Сана и направился на задний двор. В прошлом это был прекрасный сад с экзотическими растениями, искусственными ландшафтами и большим прудом. Однако теперь, когда за ним никто не ухаживал, он зарос сорняками.

Джин Му-Вон иногда приходил сюда, чтобы отдохнуть и избежать нежеланных людей, но сегодня кто-то занял его место.

~Свист!

Там был человек, безрассудно размахивающий мечом. Он передавил сорняки под ногами и посрубал кусты на уровне пояса, отправляя растительность в полет.

- Хууу, хуууу! - Выдохнул мужчина, который оказался Сео Му-Сангом. Должно быть, он тренировался довольно долго, так как все его тело было покрыто потом.

Джин Му-Вон остановился и спокойно наблюдал за Сео Му-Сангом.

У Сео Му-Санга было выражение, полное отвращения к себе, и он вымещал свое разочарование на растениях, словно сумасшедший.

[Стиль Голубого Облака].

Так называлось одно из боевых искусств, которому обучали каждого воина. Это было боевое искусство, которому можно было научиться за очень короткое время благодаря его простым инструкциям и эффективному методу культивирования ци. Однако все знали, что существует предел тому, насколько сильным можно стать, практикуя его.

Если же кто-то захочет превзойти предел данного боевого искусства, то ему придется овладеть лучшими боевыми искусствами, но Девять Небес никогда не передадут такие сокровища простому наемнику, на подобии Сео Му-Санга.

Единственным способом для него овладеть боевыми искусствами высокого уровня было получить повышение, вплоть до высокого положения или совершить великое достижение и быть вознагражденным. К сожалению, заместитель капитана Сео Му-Санг был не в том положении, чтобы сделать такое.

Сейчас он выглядел так, будто беспорядочно размахивал мечом, но его движения были резкими и четкими, он следил глазами за своим оружием. Возможно, он и не был особенно талантлив, но у него определенно был прочный фундамент.

Закончив свой танец с мечом, Сео Му-Санг бросил оружие на землю, подняв голову к небу.

~Лязг!

- ААААА! ПОЧЕМУ?! - Завопил Сео Му-Санг до хрипоты. Внезапно он краем глаза заметил Джин Му-Вона, смотрящего на него, и повернул голову.

Их взгляды встретились.

- Хочешь спросить, почему я пришел сюда?

- Нет, это место все равно пустует.

- Тогда проваливай и не мешай.

Отношение, которое продемонстрировал Сео Му-Санг к Джин Му-Вону было откровенно грубым. В основном из-за того, что каждый раз, когда он видел его, он напоминал ему о его сожалениях и давних амбициях.

Джин Му-Вон слегка склонил голову, а затем ушел. После Сео Му-Санг продолжил дико размахивать своим мечом.

Срезанные листья и трава кружились и танцевали в воздухе.

Легкий ветерок поднял рябь в воде пруда, заставляя отражение Сео Му-Санга расплыться.

Год спустя

Джин Му-Вон поднял голову.

Сегодня был чудесный день, на небе не было ни облачка, а вдалеке даже виднелись равнины. Обычно это зрелище вызвало бы у него улыбку, но не сегодня.

Приближалась зима. Скоро температура начнет снижаться с пугающей скоростью, и ветер будет морозить до костей. Северные равнины, в скором времени, превратятся в "белый" мир.

- Ах, вот же! Как здесь холодно! Поторопитесь и перенесите вещи внутрь. Если чего-то не хватит, нам нужно будет немедленно сообщить об этом поставщикам.

Громкая жалоба Ченг Па-Сана пронзила барабанные перепонки Джин Му-Вона. Он обернулся и увидел Ченг Па-Сана, придирающегося к трем людям, толкающим заполненный фургон с припасами.

Злая ухмылка расплылась по его лицу.

Прошлогодняя зима была действительно холодной. Даже Джин Му-Вон, как местный житель, не выдержал суровых северных зим. Тогда насколько страшной она была для людей, испытывающих такое в первый раз?

Они недавно узнали, что такое обморожение, и ощущение вдыхаемого холодного воздуха, которое было подобно ножам, пронзающим их легкие. Кроме того, из-за того, что они недооценили количество припасов, которое им понадобится, чтобы противостоять холоду, у них не было другого выбора, кроме как покинуть крепость и купить припасы в разгар метели. Джин Му-Вон до сих пор помнил выражение их лиц.

И очевидно, они усвоили тот печальный урок. Около месяца назад Ченг Па-Сан отправил письмо в саммит, попросив в несколько раз больше еды и предметов первой необходимости, чем в прошлом году. Мало того, он также купил тонну меха у охотников в ближайшей деревне и неуклюже сшил себе несколько пальто, готовясь к предстоящей зиме.

Скоро прибудет вторая зима, которую Джин Му-Вон и Ченг Па-Сан собирались провести вместе. Однако их отношения не изменились. Весь последний год они оба притворялись, что другого не существует, словно страусы, прячущие головы в песок.

Всего за один год Джин Му-Вон стал намного выше, и даже на его тощем теле начали появляться небольшие мышцы. Однако самыми заметными чертами в нем были его упрямо поджатые губы и глубокий взгляд, который делал шестнадцатилетнего подростка похожим на зрелого взрослого.

Сео Му-Санг настороженно глянул в сторону Джин Му-Вона. Хотя его ненависть к мальчику, казалось, немного остыла, в глазах второго все еще оставалось какое-то убийственное намерение.

Джин Му-Вон почувствовал на себе пристальный взгляд Сео Му-Санга, но не обращал на это никакого внимания. Он знал, что враждебность Сео Му-Санга по отношению к нему значительно уменьшилась за последний год.

В то время как Ченг Па-Сан и другие наемники чахли, Сео Му-Санг усердно работал над собой и своим мастерством владения меча. Каждый день, когда он практиковал меч и упражнялся в работе с ногами, трава и сорняки в саду вырывались под корень, пока в конце концов то место не стало бесплодной и твердой землей.

Сео Му-Санг к настоящему времени полностью овладел Стилем Голубого Облака. Однако в последнее время он становился все более и более раздражительным, так как он больше не мог улучшиться.

- Молодой господин! - Знакомый голос позвал Джин Му-Вона.

Он увидел мужчину лет тридцати с небольшим, который вез за собой большую повозку, запряженную лошадьми. Из-за загорелой кожи, он выглядел намного старше, чем был на самом деле.

- Дядя Хван!

- Молодой господин, как поживаете?

Хван-Чоль улыбнулся встречая парня. Он привез целую повозку, наполненную зимними припасами для Джин Му-Вона.

- Хорошо, не жалуюсь. Спасибо за вашу заботу. Как сами поживаете, дядя Хван? - Поприветствовал его Джин Му-Вон.

- Жив-здоров, как можете видеть. Хотя немного замерз, так что может войдем в дом? - Хван-Чоль хотел поскорее втолкнуть Джин Му-Вона в дом.

Джин Му-Вон ухмыльнулся, ведя Хван-Чоля за собой, перед этим краем глаза глянув на его повозку. Она была до краев заполнена едой и другими предметами первой необходимости.

"Дядя Хван усердно трудился, чтобы накопить и купить мне эти вещи".

Перед лицом преданности и искренности Хван-Чоля Джин Му-Вон невольно шмыгнул носом, скрыв это тем, что замерз.

- Дядя Хван, вы не обязаны делать это для меня.

- Что значит не обязан? Цена этих товаров ничего не значит для меня, и тем более я что, зря старался... - Воскликнул Хван-Чоль со слезами на глазах.

Джин Му-Вон просиял и похлопал его по плечу, ответив: - Дядя Хван, простите. Я правда благодарен вам за то, что вы делаете, вот и все.

Хван-Чоль не ответил и только горько улыбнулся.

Джин Му-Вон никогда не должен был так закончить. Если бы не усилия Северной Армии, центральные равнины и близко не были бы такими процветающими, как сейчас. Сто лет назад, когда Тихая Ночь впервые вторглась в центральные равнины, они были на грани краха. Даже сейчас раны от войны еще не полностью зажили.

Но время быстротечно, как и человеческая природа. Как только центральные равнины немного оправились, они забыли о шрамах и отчаянии того времени и снова начали соперничать между собой за власть. Они забыли о достижениях Северной Армии и уничтожили ее по эгоистичным причинам. Теперь они даже забыли о Джин Му-Воне.

- Есть какие-нибудь новости во внешнем мире? - Спросил Джин Му-Вон, когда они расположились в его комнате.

Хван-Чоль подавил свое чувство горечи и начал рассказывать Джин Му-Вону о недавних событиях. Для молодого человека он был единственным источником информации об остальном мире и о том, что происходит на центральных равнинах. Из информации Хван-Чоля, Джин Му-Вон мог сделать приблизительные выводы о том, в каком направлении движется мир, поэтому он всегда очень внимательно слушал истории, которые рассказывал Хван-Чоль.

Так, пролетела вся ночь

Когда наступило утро, Хван-Чоль приготовил хороший завтрак для Джин Му-Вона. Парень хотел разделить еду, но Хван-Чоль отказался. В конце концов, ему пришлось самому доесть всю еду, заставив Хван-Чоля удовлетворенно ухмыльнуться.

- Молодой господин, я перенес все вещи в кладовую. Обязательно хорошо питайтесь.

- Не волнуйтесь. С недавнего времени я стараюсь есть три раза в день.

Несмотря на ответ Джин Му-Вона, Хван-Чоль не почувствовал облегчения. Джин Му-Вон понимал, что чувствовал Хван-Чоль. Если бы они поменялись друг с другом местами, то, вероятно, чувствовали бы одно и тоже.

Как раз в этот момент взгляд Джин Му-Вона переместился на повозку Хван-Чоля. Большая часть предметов была убрана в его кладовку, но кое-что еще оставалось.

- Что это? - Спросил Джин Му-Вон, указывая на булыжник размером с 2-летнего ребенка. Переливающийся обсидиановым оттенком, этот тускло-черный булыжник, на вид казался чрезвычайно тяжелым.

- Я получил его во время своего путешествия. Также узнал, что это метеорит, упавший с небес, и что одно из племен поклонялось ему как божеству...

- Как что-то подобное попало в ваши руки?

- Ну, племя было вырезано, так что этот камень стал ничьим.

- Их убили?

- Да. И похоже, они вступили в конфликт с кланом Кулак Тирана.

- ……

Потеряв дар речи, Джин Му-Вон поднял глаза к небу. Наступал рассвет, и небо становилось все светлее, но от этого ему не стало легче.

- Клан Кулак Тирана находится в Уннаме, верно?

- Угу. Вероятно, из-за того, что там не так много фракций боевых искусств.

Джин Му-Вон закрыл глаза. Все четверо предателей из Северной Армии решили создать свои собственные кланы на центральных равнинах.

"Призрачный клинок" Ен Чен-Хва создал базу на западе, назвав ее Крепость Меча, также известную как Крепость в западном Раю.

"Бушующий Ураган" Куюн Му-Шенг создал базу в горах Бури. Хотя его боевые искусства были сбалансированы между работой ног и рукопашным боем, из-за его последователей его фракция в конечном итоге сосредоточилась в основном на боевых действиях.

Сильнейший из Четырех Столпов, "Повелитель Железной Крови" Джэй Хек-Шим создал Город Железной Крови в северном регионе центральных равнин. Он был мастером оборонительных боевых искусств, но его подрывная личность пугала всех, включая его собственных последователей.

Наконец, "Кулак Демона" Джо Чен-Ву создал клан Кулак Тирана. Он был настолько жесток и безжалостен, что всегда бросался вперед, не задумываясь о последствиях, как только у него появлялась цель; он был словно неудержимый разъяренный медведь. Клан Кулак Тирана располагался в Уннаме, дабы избежать территориальных конфликтов с другими крупными группами, но в процессе своей экспансии она уничтожила и поглотила бесчисленное множество мелких кланов и племен.

- Не засоряйте себе этим голову, молодой господин. Я скрою его от ваших глаз, дабы не мешал.

- Нет, не стоит. По какой-то причине меня тянет к нему.

Джин Му-Вон протянул руку и кончиками пальцев коснулся камня. Холод, который он почувствовал от него, тяжело давил ему на сердце.

Тут не хватит места на всех гостей II

Небо затянуло тучами, и над северной крепостью начал падать снег. Поначалу было всего несколько снежинок, но вскоре пришла настоящая метель, из-за которой никто не мог увидеть местность дальше вытянутой руки. После трех дней метель полностью замела крепость, а сопутствующий холод пробирал людей до костей.

Так наступила зима.

Ченг Па-Сан и другие из Третьей роты полностью отказались от всех мероприятий на открытом воздухе. Однако Джин Му-Вон продолжал совершать свои ежедневные прогулки, несмотря на холодный ветер, и часто проводил ночи напролет на крыше великой библиотеки. Только после того, как всходило солнце, он возвращался к себе домой. Там он немного отсыпался и читал книги, которые принес ему Хван-Чоль.

Неизменная приверженность Джин Му-Вона своему распорядку дня заставила Сео Му-Санга нахмуриться. Каким бы вы упрямым человеком не были, вам потребуется невероятное упорство, чтобы вынести такую жизнь каждый божий день в течение многих лет.

Время, казалось, остановилось в этом пустынном месте, а посетителей в крепости даже не наблюдалось. Чем дольше человек проводил здесь свое время, тем быстрее чувство изоляции и депрессии разрушало его разум, погружая в пучину безумия. Даже наемники не были избавлены от этих эмоций.

Не так давно несколько человек в Третьей роте уже проявляли признаки "безумия". Если бы Ченг Па-Сан вовремя не сообразил и не вмешался, они бы совсем сошли с ума.

В отличие от Джин Му-Вона, этим ребятам было чего ждать. Им оставалось только вытерпеть еще два года изоляции, а потом они смогут вернуться в свои дома. И этот момент был тем, что больше всего беспокоил Сео Му-Санга. Как, черт возьми, Джин Му-Вон умудряется оставаться таким спокойным и рациональным, при этом понимая, что он, вероятно, проведет остаток своих дней в этом пустынном месте, живя бесцельной жизнью?

Но Сео Му-Санг не знал, что у Джин Му-Вона было ради чего жить. А именно, искусство Десяти Тысяч Теней. Без этого луча надежды он, скорее всего, давно бы сошел с ума, как и предпологал Сео Му-Санг.

Дни Джин Му-Вона начинались с искусства Десяти Тысяч Теней и заканчивались искусством Десяти Тысяч Теней. Как только солнце начинало подниматься над горизонтом, он поднимался на крышу великой библиотеки и вникал в суть мыслей повелителей. Даже когда он бесцельно прогуливался позже в тот же день, он продолжал размышлять об искусстве в своей голове.

Каждое мгновение его жизни, начиная от вздоха, заканчивая принятием еды, он проводил в созерцании искусства Десяти Тысяч Теней.

Однако в последнее время Джин Му-Вон стал чувствовать подавленность. Он столкнулся с препятствием в своем понимании искусства и перестал прогрессировать.

[Мир хаотичен; и чтобы в нем жить, надо иметь сильное сердце.

Мир также динамичен; но его достаточно, чтобы создать это самое сильное сердце.]

Эта фраза появилась в середине искусства Десяти Тысяч Теней. Значения многих поэтических фраз были расплывчатыми, но эта фраза, в частности, сильно резонировала с Джин Му-Воном.

"Я понятия не имею, что значит иметь сильное сердце." - Джин Му-Вон понимал, что сейчас лучше пропустить эту часть и двигаться дальше, но он не мог заставить себя сделать этого. Эта фраза продолжала преследовать его, как будто ища отклик в его сердце.

Он несколько раз пытался повторить эту фразу, но ему казалось, будто он попал в ловушку густого тумана.

"[Иметь сильное сердце...], достаточно ли просто иметь сильное и физически здоровое сердце? Ааа, да катись оно все! Я вообще ничего не понимаю!"

Джин Му-Вон перестал выносить себе этим мозг и отправился в великую библиотеку. Возможно, он смог бы найти решение своих проблем в оставшихся книгах.

~Хруст, хруст.

Звук его шагов по снегу эхом разносился по пустой крепости. Холод невольно добрался до пальцев ног и взбодрил его. Подняв голову, он увидел, что после короткого застоя снова пошел снег.

У Джин Му-Вона появилось предчувствие, что зима в этом году будет намного длиннее, чем в предыдущие года. Однако самое главное, ему показалось, что эта зима не пройдет бессмысленно.

Вдоль одной стены библиотеки стояла большая стопка новых книг. Они были подарками от Хван-Чоля, который часто покупал книги для Джин Му-Вона всякий раз, когда проезжал деревни, в которых были книжные магазины, во время своих регулярных поставок.

- М?

Внезапно Джин Му-Вон нахмурил брови. Одно из окон было вывернуто изнутри, и на полу возле него лежал снег. В великой библиотеке помимо него, был еще один гость.

Он выяснил это по оставленным следам на полу от снега. Из любопытства, он пошел по следам в угол библиотеки.

~Свист!

Как раз когда он собирался завернуть за угол, он почувствовал холодное прикосновение металла у своей шеи.

- !!!

Джин Му-Вон впал в ступор и потерял дар речи. Кто-то подкрался к нему сзади и приставил блеклый кинжал к его шее. Краем глаза он увидел соблазнительную, но миниатюрную фигуру убийцы.

"Девушка?"

Девушка выглядела очень молодо, вероятно, не старше четырнадцати. Она произвела на него сильное впечатление своими: поблескивающими глазами, словно черные кристаллы; необычно бледной кожей; красными губами, и черными волосами с неким голубым оттенком.

Девушка прошептала у него за спиной: - Кто ты?

- Вообще-то, это я должен задать такой вопрос.

Девушка чуть надавила кинжал на его шее, говоря: - Отвечай.

- Я хозяин этого места.

- Хозяин? Значит, это ты наследник Северной Армии?

- Северной Армии больше не существует, но да, я наследник. Теперь твоя очередь.

Кинжал впился в его кожу, от чего Джин Му-Вон невольно призадумался. А не убьют ли его в следующий момент? Но в его спокойном голосе не было страха.

- Я...

~Грохот!

Голос девушки затих, когда она внезапно рухнула, уронив кинжал на пол. Джин Му-Вон обернулся. Плечо девушки и даже пол были залиты кровью.

Джин Му-Вон поспешно приблизился и приложил ухо к груди девушки. Ее сердцебиение было очень неровным, и казалось, что оно может остановиться в любой момент. Он понятия не имел, кто она и что здесь делает, но не мог позволить ей умереть прямо у него на глазах.

Он подхватил девушку на руки и понес к себе домой. Уложив ее на кровать, он осторожно снял с нее длинный плащ, обнажив окровавленную одежду под ним. Затем он медленно снял ткань с ее раны на плече.

- Вот же! - Воскликнул Джин Му-Вон, и тут же нахмурился, когда осмотрел рану девушки. В ее плече была дыра размером с монету, а кожа вокруг дыры была черной.

"Ее отравили?"

По размеру раны Джин Му-Вон мог сказать, что она, вероятно, была нанесена стрелой или небольшим кинжалом.

Он открыл ящик комода рядом с кроватью и достал оттуда маленькую бутылочку.

"Надеюсь, что сработает".

Помимо боевых искусств, Северная Армия вложила значительные средства в разработку новых лекарств. Это было вполне естественно, учитывая, что они вели войну с Тихой Ночью на протяжении ста лет.

Одним из новых лекарств, разработанных ими, была "Пилюля детоксикации, защищающая сердце", которая была очень эффективна при выведении ядов из организма. К сожалению, рецепт этой пилюли, как и сами пилюли были утеряны во время падения Северной Армии. А та, которую в данный момент держал в руках Джин Му-Вон, была последней и единственной в своем роде.

Джин Му-Вон не хотел рисковать в сложившейся ситуации, поэтому решил без колебаний использовать ее. Он открыл бутыль, и из нее повалила черная дымка, сопровождаемая мягким, но приятным ароматом.

Джин Му-Вон слегка надавил на горло девушки, и ее губы слегка приоткрылись. Затем он положил таблетку ей в рот, где она немедленно растворилась.

Он снова порылся в комоде. На этот раз он достал деревянную коробку, наполненную иглами для иглоукалывания. Джин Му-Вон вставил одну из них рядом с раной девушки, и вскоре кровь перестала течь.

- Хуууу, - Выдохнул парень с облегчением. Он сделал все, что мог. Теперь все зависело от нее.

Сейчас же, когда у него появилось немного свободного времени, он внимательнее вгляделся в лицо девушки. Она казалась всего на год или два моложе его, и была довольно привлекательной. Длинные ресницы, высокая переносица и розово-красные губы. Все выглядело так, будто она сошла с картины.

Контраст между ее бледной кожей и темными, голубо-черными волосами только подчеркивал ее красоту. В данный момент она "уже" была очень соблазнительным бутоном, но спустя несколько лет она станет полностью распустившимся цветком.

"Почему я вообще подхватил незванного гостя, хотя у меня нет комнаты, в которой она могла бы остаться?"

Джин Му-Вон со вздохом сел на стул.

Тут не хватит места на всех гостей III

Джин Му-Вон проснулся от странного ощущения, будто к его шее что-то приставили. Открыв глаза, он увидел перед собой девушку, в руках который был кинжал приставленный к его горлу.

Он не смог сдержать улыбки.

"Опять та же сцена?"

Когда они встретились в первый раз, она точно также приставила кинжал к его горлу. Сейчас казалось, что она все еще опасалась его, даже если он спас ей жизнь. Или, возможно, она привыкла вести опасный образ жизни.

- Как спалось?

- Ты... ты спас меня?

- А кто еще?

- Почему?

- Ну, я не мог позволить тебе умереть прямо у меня на глазах. Тем более в моем доме.

Девушка прикусила губу, услышав ответ Джин Му-Вона.

- Как долго я была без сознания?

- Три дня. Но так как ты не просыпалась, я уже подумывал похоронить тебя.

- Хочешь сказать, что я была без сознания три дня?

Джин Му-Вон снова кивнул. В глазах девушки вспыхнул огонек.

Джин Му-Вон не знал обстоятельств, при которых она оказалась в таком состоянии, но при скорости, с которой ей становилось хуже, ему, возможно, действительно нужно было похоронить ее "труп". Даже после того, как она проглотила пилюлю детоксикации, ее здоровье не улучшилось, а температура оставалась высокой.

Даже в попытке снизить температуру Джин Му-Вон постоянно менял влажную ткань на ее лбу без отдыха в течение целых трех дней.

Но тот факт, что ей удалось проснуться, несмотря на все это, - чудо, подумал он.

Девушка некоторое время размышляла над словами Джин Му-Вона, а после убрала кинжал.

- Я останусь здесь на некоторое время, пока моя рана полностью не заживет.

Ее тон больше походил на то, что она отдавала приказ, а не просила, но Джин Му-Вон чувствовал, что надменное отношение ей очень подходит.

- Как тебя зовут?

- Зачем тебе знать, как меня зовут?

- Я кормил, поил и позволил тебе расположиться в моей комнате. А ты даже не отплатишь?

Девушка прикусила губу и некоторое время молчала, прежде чем сказать: - Ын... Ха-Соль.

- Довольно приятно-звучное имя. Ну, моя комната - твоя комната. Тем более это лучшая комната в данном месте, так что лучше оставайся здесь. Кроме того, тебе сейчас нужен отдых.

Джин Му-Вон встал и начал собирать свои вещи.

Хотя он прожил здесь несколько лет, у него было не так уж много багажа. Ын Ха-Соль наблюдала с растерянным выражением на лице, как он собирает и выходит со своими вещами из комнаты.

По сути, она только что угрожала ему. Но она не могла понять, почему Джин Му-Вон так стремился выполнить все, о чем она его просила.

Этот парень... необычный.

Внезапно она почувствовала острую боль в плече и закрыла глаза, неудержимо дрожа, когда ее рана болезненно запульсировала.

Отдав свою комнату Ын Ха-Соль, Джин Му-Вон перебрался в великую библиотеку.

В процессе он громко рассмеялся. Девушка, с которой он познакомился недавно, была интересной, поэтому он решил отдать ей свою комнату, даже несмотря на то, что знал, что принимать таинственную девушку с неизвестным прошлым было чрезвычайно рискованно.

Он также понял, что ее, вероятно, преследовал опасный враг, раз смог нанести ей такую ужасную рану. Вдруг он подумал о наемниках, которые могут отнестись к нему и к ней с подозрением. Он знал, что все еще слишком слаб, чтобы сопротивляться им. Он также болезненно осознавал, если он проявит малейшую слабость или позволит наемникам увидеть его насквозь, эти звери сожрут его.

Но несмотря на это, Джин Му-Вон решил позволить Ын Ха-Соль остаться с ним.

"Неужели я настолько одинок?"

"Может быть, я устал от такого образа жизни. Может быть, я просто по-детски жажду человеческого общения. Не знаю."

Джин Му-Вону было всего шестнадцать. Он не был взрослым.

- Хуу...

Ын Ха-Соль вышла на улицу и глубоко вздохнула. Когда холодный воздух проник в ее легкие, она, наконец, снова почувствовала себя живой.

Она провела последние три дня, усердно залечивая свою рану, в комнате Джин Му-Вона. Но если бы не он, она бы все еще лежала в постели. И все же ей нужно было быть осторожной.

Джин Му-Вон сумел вернуть ее с порога смерти, используя пилюлю детоксикации, но в ее теле осталось много яда. Этот яд был просто слишком сильным, не оставляя ей другого выбора, кроме как медленно выводить его из своего тела в течение очень длительного периода времени.

"Интересно, сколько времени это займет".

“Сначала я должна восстановить свои силы. Только тогда я смогу использовать свою ци, чтобы медленно вывести яд”.

Она оглядела северную крепость.

И все, что она увидела, - это пустые заснеженные руины, здания и замок. Это было жуткое зрелище.

"Так это и есть крепость Северной Армии…"

- О, гляжу теперь можешь передвигаться.

Ын Ха-Соль повернулась к обладателю голоса, и увидела Джин Му-Вона, который держал в руке факел.

Заметив удивление Ын Ха-Соль, Джин Му-Вон улыбнулся и сказал: - Как видишь, здесь ничего нет. Это место когда-то было процветающим, но спустя время превратилось в руины. Я бы не стал здесь жить, если бы у меня был выбор.

- ……

- О, и, если возможно, используй припасы с умом. У меня, наверное, едва хватит еды на нас двоих, чтобы пережить зиму.

Глаза Ын Ха-Соль загорелись.

"Почему он не спрашивает меня о моей истинной личности?"

Ей было любопытно, почему молодой человек принял ее, несмотря на то, что ничего о ней не знал.

- Пойдем. Я покажу тебе крепость. И ты ведь пробудешь здесь довольно долго, верно?

Джин Му-Вон сказал то, что хотел сказать, а затем сразу же развернулся и пошел. Ын Ха-Соль последовала за ним.

Две разные пары следов появились на белом снегу и медленно скрывались за падающим снегом.

Над их головами пролетела птица.

- Ястреб-посыльный?

Ченг Па-Сан был озадачен, увидев большую птицу, летящую над северной крепостью. Он протянул руку, и ястреб-посыльный мягко приземлился ему на руку. Должно быть, это очень важное сообщение.

Девять Небес часто использовали хорошо обученных ястребов-посыльных для отправки важных приказов в свои филиалы на центральных равнинах. Однако это было первое письмо, которое Ченг Па-Сан получил после прибытия в северную крепость в прошлом году. В конце концов, это было место, на которое Девяти Небесам было наплевать.

Маленькая бамбуковая трубка была прикреплена к лапе ястреба с помощью красной ткани. Красная ткань означала, что для Ченг Пэ-Сана будет оплачиваемая работа.

Он поспешно открыл трубку и вынул оттуда свернутое письмо.

- Почетные гости прибудут весной, так что будьте готовы приветствовать их. Какого…?

Уголки губ Ченг Па-Сана дрогнули, когда он изрыгнул череду ругательств.

По правде говоря, он надеялся, что это будут хорошие новости. Он буквально молился, чтобы его призвали обратно на центральные равнины. Но, к несчастью для него, содержание письма было совсем о другом.

- Что они потеряли здесь? Нахрена "почетным гостям" проделывать весь этот путь сюда? Только для того, чтобы замерзнуть до смерти?

"Вулкан" Ченг Па-Сан наконец-то вспыхнул после столь долгого бездействия.

"Я не хотел приезжать сюда, поскольку это несправедливо! Вдобавок ко всему, они говорят мне превратить эту дыру в пятизвездочный отель для почетных гостей? Еще и к началу весны?" - Подумал Ченг Па-Сан, сердце которого колотилось от негодования.

И все же, приказ есть приказ. Он не смел ослушаться приказов начальства, независимо от того, хотел он этого или нет. В глазах могущественных Девяти Небес он был всего лишь насекомым, которое можно раздавить в любой момент.

- Блядство! Нам придется отремонтировать один из пустующих замков.

Из того факта, что Девять Небес послали ему приказ с посыльным ястребом, он понял, что эти "почетные гости" не были обычными людьми. Они определенно были людьми высокого положения или происходили из привилегированных семей. Ему придется подготовить для них подходящее место для ночлега.

- Эй, заместитель!

Ченг Па-Сан вызвал Сео Му-Санга и сообщил ему, что весной прибудут почетные гости. Услышав эту новость, Сео Му-Санг сначала отреагировал точно так же, как и Ченг Па-Сан.

Одно дело, если бы эти гости посетили крепость один раз, но, из того что он понял, они и вправду хотят пробыть здесь год или больше?

- Хм, хоть ситуация и кажется геморройной, но все не так уж и плохо. Мы можем воспользоваться этой возможностью для себя, - Сказал Ченг Па-Сан.

- Возможностью? Какой?

- Эти ребята - важные персоны. Если ты им понравишься, сможешь покинуть это место раньше, чем думаешь.

Глаза Сео Му-Санга загорелись от предложения Ченг Па-Сана. Он и сам устал от этих скучных, однообразных дней. Месяц здесь казался годом на центральных равнинах. Самое главное, у него была причина вернуться на центральные равнины как можно скорее.

- Я думаю, нам надо отремонтировать поместье Неба.

- Согласен. Поместье Неба - самое красивое здание в этих руинах.

- Тогда пойду сообщу молодому мастеру Джину об этом.

- Зачем?

- Ну, технически он является хозяином этой крепости. Мы должны убедиться, что он, по крайней мере, проявит гостеприимство.

- Тогда я оставляю все на твое усмотрение.

- Да, сэр!

- Настоящий мужчина должен превратить кризис в возможность, ха. Какой же я умный! Хорошо, я должен буду воспользоваться этим шансом! Пора заканчивать эту скучную миссию и возвращаться на центральные равнины.

Ченг Па-Сан расхохотался. Взглянув на вещи с другой точки зрения, он почувствовал себя намного лучше.

Сео Му-Санг уже собирался попросить у Ченг Па-Сана разрешения уйти, когда понял, что этот человек полностью погрузился в свой воображаемый мир. Таким образом, он просто ушел и направился туда, где был Джин Му-Вон.

Джин Му-Вон всегда следовал одному и тому же расписанию. После более чем года "совместной" жизни, Сео Му-Санг уже запомнил, где он будет в такое-то время суток.

Сео Му-Санг подошел к стене Десяти Тысяч Теней. Он не так удивился, обнаружив там Джин Му-Вона, скорее, его внимание привлекла девушка, стоящая рядом с ним, и излучающая ауру, которая так и кричала: "Я чрезвычайно подозрительный человек".

Сео Му-Санг впал в ступор.

После некоторого сомнения, он двинулся к Джин Му-Вону и сказал: - Молодой господин Джин.

- Заместитель?

Сео Му-Санг спокойно уставился на Ын Ха-Соль и ждал объяснений.

- Она племянница Хван-Чоля. Оба ее родителя умерли, когда она была маленькой, поэтому дядя Хван взял на себя ее воспитание. Он привел ее с собой в прошлый раз, но она решила остаться здесь до следующего его возвращения, - Сказал Джин Му-Вон, который заранее выдумал фальшивую личность для Ын Ха-Соль.

Сео Му-Санг внимательно изучал внешность девушки, пока Джин Му-Вон говорил. Встретившись взглядом с обсидиановыми глазами девушки, он на мгновение почувствовал слабость, как будто его молнией поразило.

Ее глаза…

Глаза Ын Ха-Соль были ослепительными. Любой мужчина, увидев эти глаза, был бы очарован ими. Сео Му-Санг не мог поверить, что такие глаза могут принадлежать реальному, живому человеку.

- Т-ты действительно племянница Хван-Чоля?

- Я останусь здесь на некоторое время, поэтому, пожалуйста, позаботьтесь обо мне.

- Угу.

Сео Му-Санг вздохнул. Он был знаком с единственным и верным слугой Джин Му-Вона, Хван-Чолем. И поскольку девушка была племянницей Хван-Чоля, он больше ничего не говорил.

- Почему вы искали меня? Хотели что-то сказать? - Спросил Джин Му-Вон.

- А, да! Весной сюда прибудут несколько почетных гостей от Девяти Небес. Ничего, если мы отремонтируем для них поместье Неба?

- Да, пожалуйста. В любом случае, сейчас им никто не пользуется.

Джин Му-Вон без колебаний дал свое разрешение. Поместье Неба было зданием, расположенным прямо напротив его особняка. Оно было давно заброшено, а сам он почти не ходил туда. Поэтому ему было все равно, если кто-то воспользуется им в своих целях.

Но вот гости были проблемой. Сео Му-Санг назвал их "почетными гостями", что означало, что они имели высокий статус. Мысль о том, что придется общаться с такими людьми, вызвала у Джин Му-Вона головную боль.

Хотя, похоже, у него не было выбора. Заместитель вел себя так, будто обращался с просьбой, но на самом деле он просто информировал Джин Му-Вона, что все уже было решено.

Джин Му-Вон ушел, а Ын Ха-Соль последовала за ним. Сео Му-Санг молча уставился на спину Ын Ха-Соль, когда та уходила.

В тот год, зимой... I

Джин Му-Вон срубил красное дерево поблизости. Используя строгальный нож, он медленно придал обрубку нужную для него форму. Когда он закончил с работой, в его руках уже красовался идеальный деревянный меч. Он помахал им туда-сюда, чтобы проверить баланс и посмотреть, есть ли какие-нибудь детали, которые ему стоит подправить.

Ын Ха-Соль, находившаяся рядом с ним, посмотрела на него с озадаченным выражением лица.

- Тебе весело?

- Не сказал бы.

- Почему ты "сам" срубил дерево?

- Потому что никто не сделает этого за меня.

- Тогда зачем ты сделал деревянный меч?

- Я недавно начал изучать техники с мечом.

Глаза Ын Ха-Соль внезапно загорелись.

- Ты никогда раньше не изучал боевые искусства?

- Это настолько странно?

- Ну да. Ты ведь наследник Северной Армии. Разве не странно, что наследник не знает никаких боевых искусств?

- Если оглянешься вокруг, то поймешь, что Северной Армии больше не существует. Кроме того, я был слишком занят, пытаясь на протяжении нескольких лет своей жизни выжить. Где бы я нашел время на изучение боевых искусств?

Ын Ха-Соль проигнорировала ответы Джин Му-Вона и растерянно огляделась.

Они были внутри великой библиотеки. Некоторые книжные полки были заполнены книгами, которые привез Хван-Чоль, но все они были ни о чем. Это жалкое зрелище совершенно не соответствовало когда-то существовавшей великой армии.

Единственными боевыми искусствами, оставшимися на полках, были третьесортные, такие как “Кулак шести Направлений”, “Три основы владения мечом” и “Облачные шаги”. Ын Ха-Соль не могла понять, зачем Джин Му-Вон утруждал себя изучением таких низших боевых искусств.

Парню было все равно, что она об этом думает. Он осматривал свой меч, все время улыбаясь, прежде чем, наконец, удовлетворенно встать. Земля под его ногами была покрыта древесной стружкой.

Он взмахнул мечом.

~Свист!

Это был первый раз, когда он делал деревянный меч, но вес и баланс были на достаточном уровне.

Он продолжал размахивать мечом с серьезным выражением лица. Ын Ха-Соль посмотрела на него так, словно он был не в своем уме.

– “Три основы владения мечом”?

Джин Му-Вон практиковал “Три основы владения мечом”, которые даже третьесортные мастера боевых искусств не потрудились бы изучить. Со стороны это выглядело настолько забавно, что она даже не могла не рассмеяться.

- Ты правда не знаешь хорошие боевые искусства? Если хочешь, я могу научить тебя нескольким.

- А ты много знаешь о боевых искусствах?

- Э-э, немного...

- Тогда обойдусь.

- Ну и ладно.

Ын Ха-Соль поморщилась и вышла на улицу. Джин Му-Вон озорно ухмыльнулся, глядя ей вслед, но мгновение спустя продолжил упражняться в фехтовании.

"Рубить, резать, колоть…"

В мгновение ока все его тело покрылось потом.

- Хмпф! Так как он помог мне, я хотела отблагодарить его, вот и все...

Ын Ха-Соль обернулась, чтобы посмотреть на внешний вид великой библиотеки. Башня едва сохраняла свою первоначальную форму, как и остальная часть крепости.

Она направилась к особняку, который теперь стал ее домом. Несмотря на то, что теперь она могла нормально передвигаться, она все еще не смогла полностью удалить яд из своего тела.

После того, как ее силы восстановились до определенной степени, скорость ее восстановления значительно замедлилась. Ее тело было похоже на керамическую вазу, которая могла разбиться в любой момент, поэтому она не осмеливалась удалить яд, так как процедура легла бы тяжелым бременем на ее тело.

- А ты кто такая?

Ын Ха-Соль погрузилась в свои мысли, когда внезапно голос незнакомца заставил ее остановиться. Она обернулась и увидела Ченг Па-Сана и Третью роту, стоящих посреди площади.

Сео Му-Санг еще не рассказал наемникам об Ын Ха-Соль, так что они понятия не имели кто она и что здесь делает. Он немедленно зашептал на ухо Ченг Па-Сану, рассказывая ему то, что он слышал о девушке от Джин Му-Вона. В глазах Ченг Па-Сана зажегся странный огонек.

- Говоришь, она племянница Хван-Чоля?

- Так и есть!

- Хмм...

Ченг Па-Сан оглядел фигуру Ын Ха-Соль с похотливым выражением на лице. Ын Ха-Соль нахмурилась. Она чувствовала себя так, словно под ее кожей ползали тысячи змей.

- Да как ты смеешь?! Прекрати на меня пялиться, или же я вырву твои глаза!

Лицо Ченг Па-Сана стало свекольно-красным. Он не ожидал, что Ын Ха-Соль ответит таким вульгарным тоном.

- Смотрю, остра на язык.

- Не разговаривай со мной, ты, похотливый ублюдок.

- Хах, видать придется немного проучить тебя, маленькая сучка! Хорошо. Тем более, я давно не был с женщиной.

- Пхахахаха! - Люди из Третьей роты разразились смехом, за исключением Сео Му-Санга. Ын Ха-Соль, возможно, была немного юна для них, но красива. Черт возьми, некоторые из них были на таком пределе, что удовлетворились бы даже шестидесятилетней старухой.

Ын Ха-Соль ясно разглядела извращенные желания, написанные на лицах Ченг Па-Сана и его людей. Она поняла, что находится в серьезной опасности.

Ченг Па-Сан и его лакеи медленно приближались к Ын Ха-Соль. Сео Му-Санг нахмурил брови и уже собирался остановить их, когда…

...Ын Ха-Соль внезапно двинулась.

~Свист!

Она бросилась на Ченг Па-Сана так быстро, что была похожа на тень. В руках она держала маленький изящный кинжал.

- Что? - Воскликнул Ченг Па-Сан. Прежде чем он успел среагировать, к его шее уже приставили кинжал. Если бы Ын Ха-Соль приложила чуть больше силы, из его шеи кровь хлынула бы фонтаном, и он, вероятно, испустил бы последний вздох прямо здесь и сейчас.

- Ты, ты...

- Давай, повтори то, что ты сказал мне недавно. Что ты хочешь сделать с такой "маленькой сучкой", как я?

Увидев безумный взгляд в глазах Ын Ха-Соль, Ченг Па-Сан закрыл рот, словно моллюск.

"Глаза этой маленькой сучки… Она явно двинутая!"

"Я думал у Джин Му-Вона беды с башкой, но эта девушка еще хуже".

- Капитан, с вами все в порядке? Эй, как насчет того, чтобы ты убрала кинжал?

- Похоже, эта сука действительно хочет умереть!

Наемники Третьей роты наконец пришли в себя и достали оружие.

Ын Ха-Соль прищурила взгляд. Прямо сейчас она была в состоянии, когда не могла использовать свою ци. Если бы все наемники разом набросились на нее, она не смогла бы справиться с ними. Таким образом, она пошла на риск и решила сначала подчинить себе Ченг Па-Сана.

"Как только они почувствуют мою слабость, они набросятся на меня, словно дикие звери".

Она слишком хорошо понимала людей такого типа.

Перед теми, кто был сильнее их самих, они с готовностью опускали головы и лизали их сапоги. С другой стороны, когда они видели кого-то слабее, они вцеплялись в него, как пиявки, и высасывали досуха.

Ын Ха-Соль крепче сжала кинжал и усилила давление на горло Ченг Па-Сана.

- П-постой!

- Что? Хочешь начать все с чистого листа, если я тебя отпущу?

- Ты правда думаешь, что тебе сойдет с рук мое убийство? Нас здесь больше десяти человек.

- А мне все равно.

- Что?

- Я убью тебя. А что будет потом, мне все равно.

"Она точно двинутая!"

Ченг Па-Сан пришел к очередному выводу, что Ын Ха-Соль не была нормальной. Она была похожа на тигра с оскаленными клыками; если он сделает что-нибудь не так, то наверняка умрет.

~Кап, кап…

По шее Ченг Па-Сана начала стекать кровь. Кинжал стал пронзать его кожу.

- Погоди, погоди, погоди! Давай заключим сделку.

- Сделку?

- Если ты сейчас меня отпустишь, я клянусь, что больше не причиню тебе вреда.

- Хм! И как я должна тебе поверить?

- Я капитан Третьей роты Девяти Небес. Я не лгу.

Ченг Па-Сан повысил голос, но единственным ответом, который он получил от Ын Ха-Соль, было хихиканье.

Она ему не поверила. Однако теперь, когда ситуация дошла до этого момента, было почти невозможно решить все мирным путем. Она действительно хотела вырвать глаза Ченг Па-Сану, но тогда ее точно схватят, изнасилуют и убьют.

"Если бы только моя ци восстановилась, я бы всех тут…"

Ын Ха-Соль взвесила все за и против, и пришла к решению. Она разыграла спектакль и сделала холодное и бесстрастное выражение лица.

- Хм! Думаю, сегодня твой счастливый день. Но если не сдержишь обещания, я тебе член отрежу.

- Кх!

Ын Ха-Соль пнула Ченг Па-Сана под зад и, использовав отдачу, отскочила назад. Когда наемники бросились вперед чтобы проверить состояние Ченг Па-Сана, она холодно фыркнула и покинула площадь.

Сео Му-Санг прищелкнул языком, наблюдая, как она уходит. Честно говоря, он не находил ее боевые искусства очень впечатляющими. Именно звериная ловкость, которая одним движением свалила Ченг Па-Сана, ее сообразительность и острый язык произвели на него наибольшее впечатление.

- Черт! Я определенно отомщу ей за это унижение.

Сео Му-Санг услышал бешеный рык Ченг Па-Сана, доносившийся из-за его спины, но он предпочел проигнорировать его.

Внезапно его внимание привлекло одно из окон великой библиотеки. Джин Му-Вон стоял, прислонившись к подоконнику, и наблюдал за ними.

"Ты наблюдал за всей этой сценой с самого начала?"

Сео Му-Санг успел только обменяться взглядом с Джин Му-Воном, прежде чем молодой человек исчез в тени.

В тот год, зимой... II

Джин Му-Вон сосредоточился на руке, держащей деревянный меч. Парень сделал все возможное, чтобы запомнить вес, ощущение и баланс меча.

Меч - это продолжение моей руки. Мне нужно слиться с ним воедино, точно так же, как я слит со своей рукой и своим дыханием.

Но в отличие от моих конечностей, меч не прикреплен к моему телу, так как же я могу сделать его частью своего тела?

Конечности живого существа должны иметь кости, поддерживающие его структуру, мышцы, обеспечивающие его силу, и кровь, циркулирующую в его венах. Все это затем соединяется с мозгом через нервную систему. Если какой-либо из этих компонентов отсутствует, его нельзя назвать полноценной конечностью.

Джин Му-Вон попытался взглянуть на проблему с другой точки зрения.

Меч - это не просто оружие для убийства. Это часть меня, часть моей руки. Поэтому я должен исследовать различные способы наблюдения и понимания этого.

Это не были случайные идеи, которые придумал Джин Му-Вон. Скорее, это было мнение его отца, Джин Кван-Хо.

Джин Кван-Хо не учил своего сына никаким боевым искусствам. Вместо этого он заставлял мальчика работать до изнеможения, просто учась.

От правильного способа держать меч до анализа возможных углов атаки врага, он запомнил все это. Поэтому, хотя Джин Му-Вон на самом деле не практиковал никаких боевых искусств, его мозг был наполнен знаниями о боевых искусствах и философии.

Среди всех различных видов боевых искусств его больше всего интересовали техники владения мечом.

Меч - это король оружия.

Существует много различных видов оружия, но меч, бесспорно, лучший из всех.

С точки зрения нанесения ран врагу, он уступает дао. По эффективности на поле боя он уступает копью. По гибкости он уступает хлысту. С точки зрения чистой силы, он уступает топору.

Тем не менее, все называют меч королем оружия.

Почему?

Я думаю, это потому, что меч - символ господства.

С давних времен короли использовали меч как символ своего права на власть, а не просто как оружие для убийства. Они использовали бы его в церемониях как способ общения с небесами и землей. Их мечи были не просто оружием, они были священными предметами, которые содержали волю и желания правителей.

По крайней мере, так считал Джин Му-Вон, и именно поэтому меч привлекал его больше, чем любое другое оружие.

Если я возьму в качестве примера “Три Основы фехтования”, то все знают, что три основных движения - это выпад, удар и парирование. Но многие ли осознали бы, что их индивидуальное понимание природного и человеческого мира повлияет на то, как они выполняли эти движения?

Небеса лежат над головой человека, а земля под ногами человека. Три основы фехтовального искусства повествуют о небе, земле и человеке.

В заключение, если я хочу правильно понять суть фехтования, я должен научиться понимать людей. Люди могут быть сложными существами, но если я смогу хотя бы понять связь между человеком и его оружием, я смогу использовать это знание против него.

Первоначально Джин Му-Вон не планировал учиться фехтованию намного позже. Его первоочередной задачей было создать центр теневой ци, используя “Искусство Десяти тысяч Теней”. В идеале, он затем использовал бы этот центр теневой ци в качестве основы для своего мастерства фехтования. Однако он передумал и решил поступить наоборот, когда столкнулся с серьезным препятствием во время обучения Искусству. Сначала он будет практиковаться в основах фехтования, а затем посмотрит, сможет ли он использовать это для решения проблем, с которыми он столкнулся во время обучения Искусству.

Джин Му-Вон несколько раз взмахнул мечом, пытаясь усовершенствовать свою стойку, как описано в “Трех основах фехтования”.

Мне нужно точно контролировать свое дыхание, мышцы и кровообращение. Мне нужно почувствовать кончик моего меча своими нервами. Даже если что-то подобное физически невозможно, я всегда должен сознательно думать об этом, пока это не станет таким же естественным, как дыхание.

Потому что это и значит быть “единым целым со своим мечом”. Я - меч, а меч - это я.

Джин Му-Вон знал, что даже опытные мастера боевых искусств редко достигают этого уровня мастерства, но прямо сейчас он пытался достичь его.

Он взмахнул клинком раз, два, три... Но вскоре все его тело покрылось потом. Со временем его дыхание стало затрудненным, а осанка ухудшилась.

Джин Му-Вон споткнулся. Он отложил меч, сел, скрестив ноги, на землю, где стоял, и начал думать.

Мое тело не может угнаться за моим разумом. Существует большой разрыв между тем, как я хочу размахивать своим мечом, и тем, как я на самом деле им размахиваю.

Джин Му-Вон чувствовал, что ему необходимо усилить свою физическую подготовку. Он уже регулярно проходил небольшие тренировки, изучая Искусство Десяти Тысяч Теней, но очевидно, что такого количества тренировок было недостаточно, чтобы научиться владению мечом.

Тогда проблема заключалась бы в том, чтобы избегать Чан Пэ-Сана и его людей. Сейчас они гораздо меньше опасались его по сравнению с прошлым годом, но если бы он проявил хоть малейший признак серьезного занятия боевыми искусствами, они бы обязательно немедленно сообщили об этом Небесному альянсу.

Башня Теней была единственным местом, где он мог практиковаться в боевых искусствах, оставаясь скрытым от посторонних глаз. Однако там было слишком тесно, и он не мог свободно передвигаться.

«Мне нужно что-то с этим сделать.»

Впереди его ждала долгая дорога и множество препятствий.

Но Джин Му-Вон не сдавался, несмотря ни на что. После всего, через что ему пришлось пройти, он не собирался отступать сейчас.

«Во-первых, я должен начать с того, что я могу сделать прямо сейчас.»

Как только он определился с планом, все, что ему нужно было сделать, это следовать ему. Самым важным была решимость никогда не прекращать это дело.

Моя текущая, самая неотложная задача - сделать мое тело более подходящим для обучения фехтованию. Мне нужно избавиться от мышц, которые мне не нужны, и тренировать те, которые мне действительно нужны.

Джин Му-Вон представил себе идеальный образ самого себя, который он стремился создать. Теперь, когда он определился с целью, ему нужно было действовать в соответствии с ней.

Он скрестил ноги и встал.

Когда он вышел, солнце уже село. Оказалось, что он провел полдня в Башне Теней.

Джин Му Вон на ходу анализировал допущенные им ошибки и то, как их исправить.

«Хмм? Это место такое…»

Он очутился в своей комнате, которую в настоящее время сдавал Ын Ха-Соль. Он бессознательно вернулся в это место, погруженный в свои мысли.

Это пугает, как мы иногда совершаем поступки, даже не осознавая этого. Джин Му-Вон огляделся, но не увидел Ын Ха-Соль.

“Она выходила на улицу?”

Джин Му-Вон подумал о сцене, свидетелем которой он был вчера. Молниеносные рефлексы и спокойное принятие решений, которые продемонстрировала Ын Ха-Соль, когда она покорила Чан Пэ-Сана, были отличительными чертами того, кто овладел боевыми искусствами. Было ясно, что она ученица известной школы.

Он еще некоторое время размышлял о ее истинной личности, а затем ушел.

В тот момент, когда Джин Му-Вон вышел из комнаты, в пространстве в углу комнаты произошло искажение, и там внезапно появился человек. Это была Ын Ха-Соль, девушка, чьи черные волосы сияли бледно-голубым светом.

Она все это время была в комнате, даже если Джин Му-Вон этого не осознавал. В окрестностях было разбросано несколько камней черного и белого цветов.

Бесформенное Кристаллическое Образование.

Это был тип иллюзорного образования, которое также является одним из самых основных. Но даже при том, что он был базовым, это не означало, что его было легко настроить.

Ын Ха-Соль настроила формацию так, чтобы она могла сосредоточиться на своем исцелении в покое, не беспокоясь о внезапных вторжениях. Бесформенное Кристаллическое Образование, возможно, и было основным, но те, кто не был знаком с образованиями, не смогли бы видеть сквозь него, не говоря уже о том, чтобы сломать его.

Она планировала всегда использовать это образование всякий раз, когда была сосредоточена на исцелении. Ей нужно было восстановить силы до определенной степени, чтобы она могла использовать более сложные боевые искусства. Это было необходимо, чтобы стать сильнее и повысить свою безопасность.

Девушка посмотрела на дверь, из которой вышел Джин Му Вон, со странным выражением на лице. Затем она снова исчезла в строю.

༺═──────────────═༻

Снова шел снег. Из-за толщины снега, который мог полностью похоронить человека, Северная армейская крепость оказалась отделенной от остального мира. Температура стала настолько низкой, что даже надев несколько слоев одежды, человек все равно будет неудержимо дрожать.

Никто не потрудился расчистить снег, так что он скопился по всей крепости. Единственный способ пересечь крепость теперь состоял в том, чтобы прорыть туннель поперек нее, как кролик.

Это было главной причиной, по которой Чан Пэ-Сан и его люди решили проводить большую часть своего времени либо в казармах, где они жили, либо в Поместье Высокого Неба, которое они ремонтировали.

Ын Ха-Соль скрывала свое присутствие до такой степени, что казалось, будто ее там вообще не было, но Джин Му-Вон знал, что она все еще находится в Крепости Северного Небесного клана, потому что еда и ресурсы продолжали уменьшаться.

Однако в одном он был уверен: он не сможет найти ее, если она не покажется добровольно. Таким образом, Джин Му-Вон решил перестать думать о ней и сосредоточиться на своих собственных проблемах.

В настоящее время он находился в самом нижнем подвале Башни Теней. Двенадцатиэтажная башня была построена прямо на вершине скалы, поэтому здание было чрезвычайно прочным. Джин Му-Вон держал свой меч и сосредоточился на каменной стене перед собой.

Он замахнулся мечом на стену.

ТУК! ТУК!

Звук удара дерева о камень эхом разнесся по подвальной комнате.

Лицо Джин Му-Вона тут же исказилось от боли.

Сила отдачи от удара о стену распространилась на его руки, талию и обратно через меч.

— ХА!

Джин Му-Вон еще несколько раз взмахнул мечом, а затем быстро ушел, не оборачиваясь. Кожа на его руках была разорвана и сильно кровоточила. Он стиснул зубы от боли.

Подождав некоторое время, пока боль утихнет, он оторвал кусок ткани от подола своей мантии. Он обернул его вокруг руки и пошевелил пальцами, затем снова взял свой меч.

— УРААААХ!

Он глубоко вздохнул и продолжил бить по стене.

«Мне нужно защитить свое тело, но в то же время мне нужно максимально увеличить силу, с которой я ударяюсь о стену.»

Чтобы уменьшить воздействие на свое тело, Джин Му-Вон перепробовал всевозможные способы держать свой меч. Сначала он сжимал меч так крепко, как только мог. Затем он медленно ослаблял силу своей хватки, пока не находил идеальную стойку.

ЩЕЛЧОК!

Внезапно, вскоре после того, как он возобновил тренировки, деревянный меч разлетелся вдребезги. Деревянные щепки разлетелись во все стороны, некоторые порезали лицо Джин Му-Вона и пустили кровь.

Разъяренный Джин Му-Вон уставился на сломанный меч и стену. К несчастью для него, меч не оставил на стене ни малейшей царапины.

С одной стороны, он злился на себя за то, что был таким бесполезным человеком.

С другой стороны, он сомневался в достоверности Искусства Десяти Тысяч Теней. Он уже потратил три года на изучение этой штуки, но все еще не имел ни малейшего представления о том, как ее можно использовать для культивирования ци, не говоря уже о том, чтобы включить ее в различные техники.

Все, что у меня есть, - это я сам, моя гордость падшего дворянина и эти заброшенные руины. При таких обстоятельствах, как я мог когда-либо мечтать о том, чтобы парить в небесах?

Джин Му-Вон швырнул остатки своего деревянного меча на землю.

— АРГХХХХХ! — закричал он, снова уставившись на каменную стену. Его голос отразился от камня, в результате чего громкое эхо разнеслось по комнате.

Он продолжал кричать, казалось, целый день, а потом ударил кулаком в стену. Уставший, он соскользнул вниз и лег на землю.

Темный потолок заполнил его зрение.

БА-СВАЛКА, БА-СВАЛКА.

Его учащенное сердцебиение начало замедляться, и волнение постепенно улеглось.

Измученный, Джин Му-Вон очень долго тупо смотрел в потолок. Затем ему внезапно пришла в голову мысль.

Это долгая зима, и есть еще много деревьев, которые я могу срубить и сделать из них деревянные мечи. Верно. Я никуда не тороплюсь. Моя жизнь только началась.

Когда Джин Му-Вон примирился с самим собой, его боль медленно начала утихать, а кипящий гнев исчез. Вскоре после этого его рука с мечом полностью перестала болеть, и его беспокойство исчезло.

Именно тогда туман, который застилал его разум, начал рассеиваться.

И разочарование, и гнев - это чувства, которые проистекают из сердца.

Правильно, суть проблемы в моем собственном сердце. Мое тело делает только то, чего желает мое сердце.

Джин Му-Вон вздрогнул, как будто в него ударила молния.

Сильного сердца должно быть достаточно.

— Разве недостаточно просто иметь сердце?

Яркий свет пробился сквозь туман в его сознании и указал ему путь вперед. Его зрение прояснилось, и что-то, что он подавлял в течение долгого времени, казалось, зашевелилось.

Я обнимаю тень.

— Мне нужно принять тени, скрытые в моем сердце.

Тени нематериальны, но они все еще существуют. Они появляются рядом со светом, но отличаются от чистой тьмы. Они существовали с незапамятных времен, пребывая в отражении мира.

Тени окутали центр ци Джин Му-Вона.

В этот самый момент этот молодой человек сделал свой самый первый шаг в овладении Искусством Десяти Тысяч Теней.

В тот год, зимой... III

Ын Ха-Соль закрыла глаза и сосредоточилась на своем исцелении. Капли пота стекали по ее лбу.

Помимо исцеления, она отчаянно пыталась восстановить свои силы. Девушка не была уверена, окупятся ли ее усилия, но прямо сейчас появились некоторые признаки того, что ее ци вот-вот снова начнет течь.

Если она упустит эту возможность, следующая может появиться не скоро. Таким образом, Ын Ха-Соль полностью сосредоточилась на том, чтобы попытаться распространить свою ци.

Треск!

Ее тело затряслось. Она достигла пределов своей терпимости.

Ын Ха-Соль хотела закричать от боли. Однако девушка изо всех сил старалась терпеть и держала рот на замке. Если бы она сейчас закричала, все ее усилия были бы напрасны. Ын Ха-Соль не знала, сколько времени ей понадобится, чтобы полностью восстановиться сейчас, и тем более, сколько времени это займет, если ей придется начинать все сначала.

“Я должна быть терпеливой и медленно, понемногу увеличивать свою ци. Только тогда я смогу должным образом изгнать яд из своего тела и вернуться к полной силе.”

В настоящее время она была совершенно беззащитна. Даже малейшее прикосновение другого человека вызвало бы у нее сердечный приступ, заставило бы ее кашлять кровью и даже убило бы. Обычно она бы ни за что не рискнула использовать такую технику исцеления, но у нее не было выбора. Она могла доверять только Бесформенному Кристаллическому Образованию.

Внезапно дверь в комнату со скрипом открылась.

“Кто это?”

Это был не Джин Му-Вон.

Шаги этого человека были тяжелыми и длинными. Кроме того, гость был не один.

— Хмм? Ее здесь нет?

— Ты был тем, кто сказал мне, что она здесь, да?

— Я думал, она определенно будет прятаться здесь...

Голоса мужчин эхом разнеслись по комнате.

Лицо Ын Ха-Соль мгновенно почернело.

“Это они.”

Обладателями этих голосов были Чан Пэ-Сан и другие наемники с Центрального Небесного альянса.

“Они здесь для мести, не так ли?”

Ын Ха-Соль точно знала, о чем думают эти парни. У мелких сошек вроде них часто было самое большое эго. Она чувствовала, что уже сделала им достаточно серьезное предупреждение, но, очевидно, этого было недостаточно.

Ын Ха-Соль увидела, как ее жизнь промелькнула перед глазами, но иллюзия исчезла так же быстро, как и появилась. Она увидела это только потому, что ее сердце билось слишком быстро.

«Прямо сейчас я почти бесполезна. Я могу верить только в Бесформенное Кристаллическое Образование.»

Она изо всех сил старалась вернуть себе самообладание.

— Куда, черт возьми, подевалась эта сука? — прорычал Чан Пэ-Сан, яростно обыскивая, казалось бы, незанятую комнату.

Все было именно так, как и предполагала Ын Ха-Соль. Чан Пэ-Сан не забыл унижения, которое он получил в тот день. Как он мог забыть? Он был опозорен перед своими подчиненными девочкой вдвое меньше его.

Чан Пэ-Сан серьезно задумался о событиях того дня. В конце концов, он пришел к выводу, что в Ын Ха-Соль определенно что-то не так. Если бы девушка была в своей обычной силе, она бы ни за что не отступила, когда у нее явно было преимущество.

«Очевидно, эта сука просто притворялась.»

Чем больше он думал об этом, тем больше убеждался, что Ын Ха-Соль не в лучшей форме. Затем его поразила пугающая мысль. Если бы девушка доставила ему столько хлопот, когда была в плохой форме, насколько сильной она была бы после того, как полностью восстановилась?

Чан Пэ-Сан понял, что не может продолжать позволять ей медленно восстанавливать силы.

Он сделал глубокий вдох.

— Она определенно где-то в этой комнате! Обыщите каждый дюйм этой комнаты, пока не найдёте эту суку!

— Да, сэр!

Наемники продолжали обыскивать комнату.

Капля холодного пота скатилась по лицу Ын Ха-Соль. Люди Чан Пэ-Сана неуклонно приближались к ее местоположению.

Бесформенное Кристаллическое Образование было всего лишь базовым образованием. Он мог скрыть чье-то присутствие, но не обладал защитной силой. Если бы кто-то хотя бы задел ее, она была бы разоблачена в мгновение ока.

Я не могу двигаться, но и не двигаться не могу.

«Должна ли я рисковать?» — Ын Ха-Соль прикусила губу.

Я должна решить сейчас. Даже несмотря на то, что мое время восстановления будет увеличено, если я насильно остановлю свою технику исцеления, у меня нет другого выбора.

Она решила отказаться от исцеления.

— Что ты делаешь в моей комнате?

Внезапно она услышала голос Джин Му-Вона.

Чан Пэ-Сан и наемники обернулись и увидели Джин Му-Вона, стоящего в дверях.

Прежде чем Чан Пэ-Сан успел ответить, Джин Му-Вон шагнул вперед и встал между ним и Ын Ха-Соль.

— С каких это пор Центральный Небесный альянс стал таким нецивилизованным? Разве ты не знаешь, что невежливо входить в чужую комнату без разрешения?

— Разве это имеет значение? Ты даже больше здесь не живешь!

— Существует ли закон, согласно которому вы можете случайным образом входить в чужую собственность, если она не используется? Не забывайте, что я тот, кто дает вам разрешение оставаться в казармах, а также тот, кто позволяет вам использовать Поместье Высокого Неба только потому, что вы хотите предоставить своим "почетным гостям" хорошее место для жизни. Ты пытаешься сказать мне, что я тоже должен передать тебе свою комнату? А?

Лицо Чан Пэ-Сана дернулось. Его крепко сжатые кулаки дрожали, как у зверя, готового ударить в любой момент.

— Похоже, ты действительно хочешь умереть.

—Похоже, ты умеешь повторять только одну эту фразу.

— Пошел ты! Ты действительно...

Джин Му-Вон спокойно встретился взглядом с извергающейся горой Чан Пэ-Саном.

Чан Пэ-Сан выглядел так, словно в любой момент мог ударить Джин Му-Вона, но молодой человек знал, что наемник не посмеет этого сделать.

Хотя они полностью игнорировали друг друга, это был факт, что они жили в одном и том же месте больше года. Джин Му-Вон чувствовал, что этого времени было достаточно, чтобы в совершенстве понять личность Чан Пэ-Сана.

Он подлизывается к сильным и издевается над слабыми. Он всегда ставит на первое место собственную безопасность и никогда не стал бы рисковать своей жизнью.

Пока я являюсь наследником Северного Небесного клана, он не посмеет причинить мне вред по неосторожности.

Все шло так, как предсказывал Джин Му-Вон. Чан Пэ-Сан мог только метать в него кинжалы, но не прибегал к насилию, не говоря уже о том, чтобы обнажить свой меч против него.

— Сопляк, ты просто подожди и увидишь. Я еще не сдался.

Чан Пэ-Сан повернулся и вылетел из комнаты. Его подчиненные последовали за ним.

Когда он убедился, что остался один, Джин Му Вон не сразу вышел из комнаты. Вместо этого он повернулся, чтобы посмотреть в угол комнаты, где пряталась Ын Ха-Соль.

“Вот она.”

Он внезапно расплылся в широкой улыбке.

Изменился ли мир? Нет, это мой взгляд на мир изменился.

Должен ли я называть это потоком мира или потоком энергии (ци)? Теперь я могу видеть то, чего никогда раньше не видел. Это не очень ясно, но сейчас я определенно чувствую какой-то поток.

Джин Му-Вон наконец вышел из комнаты. Ын Ха-Соль подождала некоторое время, прежде чем выйти из Бесформенного Кристаллического Образования.

Напряжение на ее лице почти исчезло. Джин Му-Вон прибыл в самый последний момент, и его вмешательство позволило ей закончить свою технику исцеления, не прерываясь.

«Один из барьеров на пути моего выздоровления был преодолен. И все же, этот парень...»

Немного энергии собралось в ее центре ци. Хотя это было всего лишь незначительное количество, для Ын Ха-Соль это было похоже на то, что она получила воду жизни, которая даст ей спасение.

Она уставилась на дверь, из которой вышел Джин Му-Вон, с намеком на подозрение в глазах.

Джин Му-Вон оглядел кладовую, бормоча: — Я должен был накопить немного ресурсов.

Он думал, что хорошо подготовился к зиме, но ошибался. Половина еды уже была съедена. В конце концов, он никак не мог предвидеть появление прожорливого гостя. Несмотря на то, что он хотел сократить потребление пищи, сделать это зимой было быстрым способом вознестись на небеса.

«Интересно, хорошо ли чувствует себя дядя Хван?»

Он почувствовал острую боль в сердце, когда подумал о Хван Чоле. Хван Чоль был человеком, который добровольно отказался от собственной свободы, чтобы заботиться о нем. В каком-то смысле он чувствовал, что Хван Чоль уже сделал более чем достаточно, чтобы погасить свой долг перед Джин Кван-Хо. Однако Хван Чоль не согласился с ним и почувствовал, что ему все еще чего-то не хватает.

Джин Му-Вон достал из кладовки немного риса, баранины и овощей. Его шаги были отчетливо видны на снегу, когда он шел по дороге к Башне Теней.

Внезапно он повернулся, чтобы посмотреть на Величественное Небесное Поместье. Были слышны звуки молотка, когда Чан Пэ-Сан и его люди убирали и ремонтировали здание.

Интересно, кто приедет весной? Они должны быть довольно высокого статуса, чтобы заставить этих ленивых наемников так усердно работать.

Вернувшись в Башню Теней, Джин Му-Вон начал готовить ужин. Он сварил рис и положил нарезанную баранину и овощи в кастрюлю. Он добавил немного воды и приправ в кастрюлю и довел ее до кипения, чтобы приготовить тушеную баранину.

Парень довольно хорошо научился готовить из-за того, что так долго жил один. Он управлял огнем, ожидая, пока приготовится еда. Вскоре аромат свежеприготовленного риса и тушеного мяса заполнил каждые углы и щели башни. Джин Му-Вон понюхал блюдо и удовлетворенно улыбнулся.

Он поставил приготовленную еду на деревянный стол, который он временно установил, пока Ын Ха-Соль жила в его комнате. Хотя это была всего лишь простая миска риса и кастрюля тушеной баранины, для Джин Му-Вона это была самая вкусная еда в мире.

— Откуда исходит этот запах...

Джин Му-Вон резко повернулся лицом к дверному проему с ковшом в руке. Это была Ын Ха-Соль.

Он улыбнулся и сказал: — Давно не виделись?

Ын Ха-Соль кивнула в ответ. Ее бледное лицо выглядит еще красивее, чем в последний раз, когда я её видел, подумал Джин Му-Вон.

— В чем дело?

— Я пришла сюда, чтобы поблагодарить тебя.

— За что?

— Ты спас меня там от опасности.

— Что ты имеешь в виду? Я понятия не имею, о чем ты говоришь.

— Ты действительно не знаешь?

Джин Му-Вон пожал плечами. Ын Ха-Соль посмотрела ему прямо в глаза, чтобы понять, лжет ли он. Однако его глаза были спокойны, как море, и она вообще не могла понять, о чем он думает.

Джин Му-Вон внезапно спросил: — Хочешь поужинать?

— ……

— Если ты еще не поела, присаживайся. Я приготовил много еды.

Ын Ха-Соль нахмурилась и уже собиралась отказаться от предложения Джин Му-Вона, когда из ее живота послышался урчащий звук.

Ее лицо тут же покраснело, но она беззаботно подошла к столу, как будто ничего не случилось. Джин Му-Вон протянул ей миску риса и пару палочек для еды, все время улыбаясь.

— Я... я делаю это не потому, что голодна. Я просто подумала, что тебе будет одиноко, если ты будешь есть один, поэтому я присоединилась к тебе за ужином.

— Пффф! Спасибо.

Джин Му-Вон вывалил горку тушеной баранины поверх риса и начал есть.

Ын Ха-Соль взяла палочки для еды и набила полный рот тушеного Джин Му-Воном мяса. Ее глаза расширились от изумления.

Тушеное мясо выглядело неуклюже приготовленным, но оказалось неожиданно вкусным. Она также не очень хорошо ела в последнее время из-за своего состояния, но стряпня парня действительно разожгла ее аппетит.

Затем Ын Ха-Соль попробовала немного горячего супа и почувствовала, как ее замерзшее тело согрелось. Она быстро прикончила миску с тушеным мясом.

— Хорошо получилось?

— Да, — ответила Ын Ха-Соль прямо, не задумываясь.

Джин Му-Вон бессознательно улыбнулся и открыл крышку кастрюли, чтобы зачерпнуть еще немного тушеного мяса.

Ын Ха-Соль, которая спокойно ела свою еду, подняла глаза на Джин Му-Вона. Её миска была почти пуста.

Она некоторое время смотрела на него, а затем спросила: — У тебя нет ко мне никаких вопросов?

— Нет.

— Ты не собираешься спрашивать обо мне?

— Нет.

— Почему?

— Я просто... думаю, будет лучше, если я ничего о тебе не буду знать. У меня такое чувство, что если бы я знал, кто ты на самом деле, мы бы больше не могли так комфортно проводить время вместе.

— Ты идиот.

— Я часто это понимаю.

— Блин!

Ын Ха-Соль фыркнула на ответ Джин Му-Вона. Однако ему было все равно, и он продолжал есть. Увидев это, Ын Ха-Соль быстро снова погрузилась в свою еду.

Некоторое время спустя эти двое закончили есть. Джин Му-Вон тихо встал, убрал посуду и поставил чайник с водой на плиту.

— Что ты делаешь?

— Я закончил есть, так что пришло время выпить чаю.

— Я хочу чаю билочунь. [1]

— Это предмет роскоши!

— Хм! — Ын Ха-Соль надулась.

Чай Байоглачун был самым качественным чаем, выращенным в горном регионе Донгтинг недалеко от озера Тай. Это было так дорого, что ни один крестьянин не мог себе этого позволить. Несмотря на его известность, производство было низким, поэтому единственными людьми, которые могли пить чай Биоглачун, были высокопоставленные чиновники и члены королевской семьи.

Однако единственным чаем, который пил Джин Му-Вон, был тот, что дал ему Хван Чоль. Вкус и аромат чая были не очень утонченными, но у него был свой неповторимый аромат. Этот чай был единственным и неповторимым предметом роскоши Джин Му-Вона.

После того как вода закипела, он подождал некоторое время, пока она остынет до подходящей температуры. Затем парень добавил чайные листья и замочил их на некоторое время.

Ын Ха-Соль наблюдала за расслабленным и неосторожным Джин Му-Воном. Там, откуда она приехала, такие беззаботные люди, как он, были редкостью.

Джин Му-Вон налил чай в чашку и протянул ее Ын Ха-Соль. Ын Ха-Соль нахмурила брови при виде грубого вида чая, но когда она почувствовала его аромат, не смогла удержаться и потянулась за чашкой.

Теплое прикосновение руки Джин Му-Вона заставило ее улыбнуться. Она держала чашку в руках, мгновение наслаждалась ароматом, затем сделала глоток.

И снова она была поражена запахом.

“Это восхитительно.”

Чай оказался намного вкуснее, чем она думала. Это означало, что Джин Му-Вон знал, как правильно заваривать чай.

— Ну?

— Это хорошо!

— Правда? Я люблю чай с десяти лет, поэтому научился его заваривать.

Джин Му-Вон никогда официально не изучал чайную церемонию[2], но заваривание чая было его единственным хобби, поэтому он был рад, что Ын Ха-Соль одобрила его мастерство. Девушка хихикнула, глядя на его самодовольный вид.

Обычно, когда убивают всю семью человека, их глаза наполняются негодованием или отчаянием.

Если он действительно так искусен в сокрытии своих эмоций, то он действительно очень пугающий человек. Если нет, то он просто ранимый оптимист.

Независимо от этого стоит выяснить, кто он такой. Самое главное, я не в том состоянии, чтобы покинуть это место. Мне все еще нужно сосредоточиться на исцелении еще на несколько месяцев. Крепость Северного Небесного клана - лучшее укрытие для меня.

Ын Ха-Соль встала.

— Ты уходишь?

— Да. Пожалуйста, продолжайте наслаждаться своим чаем.

— Тебе следует приходить почаще. Как ты и сказала, есть одному одиноко.

— Этого не произойдет.

Ын Ха-Соль ушла с твердым выражением лица.

༺═──────────────═༻

Примечание от английского переводчика прошлой команды “YAB”:

[1]Чай Дунтин билочунь (кит.упр. 洞庭碧螺春 , пиньиньdòngtíng bìluóchūn) — разновидность зелёного чая с сильным ароматом из Цзянсу, провинция Цзянсу, Китай. Изготовляется вручную. Отмечен почётным титулом Знаменитый чай Китая.

[2] Чайная церемония: Чайная церемония - это ритуализованная форма приготовления чая (茶 ча) в Восточной Азии китайцами, корейцами и японцами.

Тысяча миль со скоростью улитки. I

Однажды из Башни Теней донесся звук бьющегося металла. Звук вышел за пределы башни и эхом отразился от стен крепости, прежде чем погрузиться в тишину.

На четвертом этаже башни, в полностью закрытой комнате, Джин Му-Вон размахивал молотком. Пот на его обнаженной верхней части тела блестел, освещенный печью в углу комнаты.

ЛЯЗГ! ЛЯЗГ!

Другой рукой он держал раскаленный стальной прут на месте, используя пару металлических щипцов. Каждый раз, когда он опускал молоток, длина бруска немного увеличивалась.

Джин Му-Вон колотил по стальному бруску, пока жар не рассеялся, затем положил его обратно в печь. Когда она становилась красной, он вынимал ее и снова начинал колотить.

Искры разлетались повсюду при каждом его ударе, и лязг молотка, ударяющегося о раскаленный металл, эхом отражался от стен. Джин Му-Вон проигнорировал это и тихо стучал по металлу снова и снова. Его целью было сделать меч.

Меч будет иметь длину два чок семь чон[1] и слегка изогнутый, похожий на деревянный меч, который он вырезал раньше.

Джин Му-Вон мог бы попросить Хван Чоля купить для него меч, но он решил этого не делать. Он хотел расширить свое понимание мечей, куя их сам.

Парень не считал, что мечи - это оружие только для убийства. Меч был лучшим другом мастера боевых искусств, который идеально синхронизировался бы с дыханием владельца, точно так же, как дополнительная конечность. Он чувствовал, что если не сделает меч сам, то не сможет понять истинную природу меча, поэтому решил начать учиться ковать их и фехтовать.

Джин Му-Вон пришел к этой идее из-за того, что он прочитал в книге под названием “Записи о тысяче видов оружия”. Это была автобиография, написанная Им Ен Су, лучшим кузнецом своего времени более ста лет назад. Он записал в книгу все, чего достиг за свою жизнь. Хван Чоль получил эту книгу случайно и отдал ее Джин Му-Вону.

В “Записиях о тысяче видов оружия” подробно описывались методы рафинирования стали, а также процесс кузнечного производства различного оружия. По словам Им Ен Су, лучшее оружие выбирало своего собственного мастера, но лучшее оружие из всех было создано их собственным мастером.

К счастью для Джин Му-Вона, в Северной армейской крепости была заброшенная кузница. Это было место, где изготавливали и ремонтировали оружие во времена расцвета Северной Армии, но теперь там остались только печи.

Он разобрал одну печь и перенес ее в Башню Теней. Когда Чан Пэ-Сан заметил его движения, он бросил на Джин Му-Вона взгляд.

— Малыш, что все это значит?

— Я не могу вечно брать деньги у дяди Хвана, поэтому я подумал о том, чтобы подготовиться к будущему.

— Будущее?

— Я хочу быть независимым. Вот почему с этого момента я буду учиться кузнечному делу, чтобы зарабатывать на жизнь.

— Хм...

Оправдание Джин Му-Вона не ослабило подозрений Чан Пэ-Сана. Однако он не мог придумать причины, чтобы остановить молодого человека, поскольку кузнечное дело - это не то же самое, что боевые искусства.

На самом деле, сама мысль об этом была нелепой.

Наследник Северного Небесного клана хочет зарабатывать на жизнь кузнечным делом. Хахахахаха!

Чан Пэ-Сан решил, что ему следует просто расслабиться, расслабиться и наблюдать, как легенда опускается до новых минимумов.

Теперь, когда подозрения Чан Пэ-Сана рассеялись, начали возникать другие проблемы.

Хван Чоль уже дал ему самый важный материал - стальные слитки. Однако топлива для печи не было. Джин Му-Вон должен был сам найти способ добыть топливо. Он вышел из крепости с граблями и топором, срубая дубы и сосны на дрова. Затем он сделал древесный уголь из дерева.

Чан Пэ-Сан и его дружки засмеялись, увидев, как усердно работает Джин Му-Вон, но молодой человек проигнорировал их и спокойно занялся своими делами.

Первыми вещами, которые он сделал, были такие инструменты, как молотки и щипцы. Только тогда он начал серьезно относиться к кузнечному делу. Используя два разных вида древесного угля, изготовленного из разных пород дерева, он контролировал температуру печи. Затем он нагрел слитки и забил их молотком. Хотя Джин Му-Вон уже запомнил содержание “Записей о Тысяче Видов оружия”, читать о чем-то было не то же самое, что делать это на самом деле.

Впервые в своей жизни он серьезно поранился, когда стучал молотком. Он также испытал, каково это - быть обожженным расплавленным металлом. Его руки так сильно болели от ударов молотком, что первые несколько дней он даже не мог держать пару палочек для еды. Тем не менее, Джин Му-Вон не сдавался.

Парень знал, что его самыми сильными сторонами были стойкость и решительность. Он может двигаться вперед со скоростью улитки, но если никогда не будет сдаваться, в конечном итоге он преодолеет тысячу миль до вершины совершенства.

Джин Му-Вон стучал снова и снова, и к тому времени, как он научился правильно стучать, на его руках появились мозоли. Только тогда он смог, наконец, успешно придать куску металла нужную форму. Однако правильной была только форма. Его работа все еще была намного хуже, чем у настоящего мастера.

Джин Му-Вон внимательно осмотрел сделанный им меч. Из-за того, что он неправильно закалил сталь, на поверхности меча остались неприглядные отметины. Толщина и ширина меча также были настолько неравномерными, что он чувствовал себя неловко, даже называя это мечом.

Он взял ближайший молоток и продолжил колотить по мечу.

БАМ!

Меч, на изготовление которого он потратил столько усилий, внезапно сломался пополам. Он без колебаний отбросил сломанный меч в сторону.

— Хью... — вздохнул Джин Му-Вон, садясь на ближайший стул.

Все его усилия за последние несколько дней были напрасны. Естественно, он был удручен.

С самого начала он не ожидал, что сможет сделать приличное оружие. Однако его продвижение было намного медленнее, чем он предполагал. Парень чувствовал, что его гордость была задета.

Я думал, что я довольно ловок, поэтому верил, что, если я приложу усилия, смогу очень быстро освоить кузнечное дело.

Джин Му-Вон посмотрел на свои руки. Они были покрыты уродливыми волдырями и мозолями. От жары его кожа облезла, и несколько частей были сильно обожжены. Тем не менее, он чувствовал, что получил что-то от этого опыта.

Это медленно, но я определенно улучшился. Джин Му-Вон, тебе нужно продолжать делать все возможное, сказал он себе.

Он встал со стула, поднялся по ступеням Башни Теней и направился в свои покои на самом верхнем этаже. Хотя Джин Му-Вон был измучен, он не стал отдыхать. Вместо этого он начал готовить.

Когда рис уже был готов, а баранину вот-вот надо было снимать с огня, дверь в комнату открылась, и кто-то вошел. Это была Ын Ха-Соль, которая пришла так, будто это было вполне естественно. Она села, не говоря ни слова, и Джин Му-Вон автоматически протянул ей миску риса и ложку.

— Почему опять баранина?

— Э-э, у нас есть и другие виды пищи...

— Я знаю, что баранина - это роскошная еда.

— Тогда почему спрашиваешь?

— Мне просто надоело есть это все время.

Ын Ха-Соль надулась.

— Я ничего не могу с этим поделать. Хотя весна уже почти наступила. Если ты сможешь немного подождать, я приготовлю для тебя много еще более вкусных блюд.

Ын Ха-Соль нахмурила брови, услышав ответ Джин Му-Вона, и начала засовывать еду в рот. Джин Му-Вон посмотрел на выражение лица Ын Ха-Соль и рассмеялся.

В течение последних трех месяцев Ын Ха-Соль каждый день появлялась в его комнате во время еды. Будто он пообещал продолжать кормить ее. Джин Му-Вон ничего не говорил о поведении девушки, только готовил для нее каждый раз, когда она приходила. Теперь, когда это стало знакомой сценой, он почувствовал, что они стали намного ближе.

Тем не менее, он знал, что между ними двумя была непреодолимая стена. За все это время Ын Ха-Соль никогда ничего не говорила о себе, и Джин Му-Вон тоже не спрашивал ее об этом.

Эти странные отношения продолжались уже целых три месяца. Они привыкли видеть друг друга каждый день.

Джин Му-Вон пристально смотрел на Ын Ха-Соль, пока та ела. Теперь она ела намного лучше и выглядела намного здоровее, чем раньше. Количество мяса, которое она потребляла каждый день, произвело на него сильное впечатление.

— Мне так надоело есть тушеную баранину.

Зима уже почти закончилась. Когда наступала весна, Хван Чоль посещал крепость, принося с собой достаточно вещей, чтобы заполнить кладовую до краев. Скоро я смогу готовить для нее гораздо более вкусные блюда. Если, конечно, она все еще будет здесь.

Джин Му-Вон не думал, что Ын Ха-Соль останется в крепости надолго. Она не подходила для жизни на этой пустынной заброшенной земле.

Чем дольше кто-то жил в определенном месте, тем больше он сливался со своим окружением. Однако Ын Ха-Соль была исключением. Она отказывалась сливаться с толпой. Это означало, что она была готова уйти в любое время.

Внезапно Ын Ха-Соль подняла голову и посмотрела на Джин Му-Вона.

— В чем дело?

— Ты все еще делаешь мечи?

— Да.

— Как ты себя чувствуешь? Стоит ли оно того?

— Я так устал, что готов умереть.

Джин Му-Вон, не колеблясь, сказал Ын Ха-Соль правду. Странно, но каждый раз, когда он видел ее, чувствовал себя чрезвычайно расслабленным, даже рассказывая ей секреты, которые он не стал бы раскрывать никому другому.

— Тогда почему бы тебе не остановиться?

— Эм, я думаю, ты могла бы сказать, что это потому, что я упрямый? Если я сейчас сдамся, то все мои усилия пойдут прахом.

— Это так глупо!

— Возможно.

— Но мне это нравится.

— Хм?

— Такого рода вещи.

— Хочешь еще чаю?

— Да.

— Пожалуйста, подожди немного.

Джин Му-Вон встал, улыбаясь. Ын Ха-Соль осталась сидеть и неторопливо наблюдала за ним.

Последние три месяца он заваривал ей чай каждый день после еды. Чаепитие было также временем, которого она ждала больше всего, потому что чай Джин Му-Вона был очень вкусным. Немного позже Джин Му-Вон приготовил две чашки чая.

— Вот, держи.

— Мм.

Поднеся дешевую керамическую чашку к губам, она довольно улыбнулась.

На этот раз настала очередь Джин Му-Вона задавать вопросы.

— Что-то случилось?

— Что?

— Ты выглядишь немного иначе, чем обычно.

— Нет.

Ын Ха-Соль поспешно допила свой чай и встала. Ей пора было уходить.

Прямо перед тем, как уйти, она внезапно обернулась и сказала: — Увидимся позже.

Джин Му-Вон не ответил и только кивнул в ответ.

༺═──────────────═༻

Примечание от английского переводчика прошлой команды “YAB”:

[1] Два чок семь чон: чок (尺) и чон (寸) - древние единицы измерения, 1 чок составляет около 30 см, а 1 чон - около 3 см. Это сделало бы меч Му-Вона примерно 80 см, или 2 фута 7 дюймов в длину, что немного длиннее среднего китайского меча 70 см, но короче двуручных мечей (>1 м).

Тысяча миль со скоростью улитки. II

Когда Ын Ха-Соль вернулась в свою комнату, ее глаза блеснули холодным светом.

— Мне удалось восстановить только около половины моей ци.

Первоначально она хотела восстановить всю свою ци, прежде чем пытаться изгнать оставшийся яд из своего тела. Однако у нее оставалось не так уж много времени. Яд оказался гораздо более токсичным, чем она ожидала. Даже сейчас он разъедал ее изнутри.

Девушка не сказала об этом Джин Му-Вону, но яд, которым она была поражена, был одним из самых опасных ядов, когда-либо созданных людьми.

Всепоглощающее пламя тьмы.

Как и следовало из названия, Всепоглощающее пламя тьмы, уничтожали все тело. Яд растворял внутренние органы человека и превращало их в кровавую кашу. Одного глотка было достаточно, чтобы убить человека. Сейчас о нем почти забыли, но несколько десятилетий назад этот яд унес бесчисленное множество жизней.

Ын Ха-Соль искренне думала, что она умрет, но Джин Му-Вон спас ее, дав ей Таблетку Детоксикации, Защищающую сердце.

Хотя таблетка не полностью уничтожила яд, она была чрезвычайно эффективна в его подавлении. Именно благодаря этому подавлению жизнь девушки продлилась.

Однако действие Детоксикационной таблетки, Защищающей сердце, достигло своего предела. Если Ын Ха-Соль позволит всему продолжаться, ее жизнь окажется в опасности прежде, чем она сможет восстановить всю свою ци. Таким образом, она решила рискнуть и использовать ци, которую она уже восстановила, чтобы изгнать яд из своего тела.

Ын Ха-Соль сосредоточила все свое внимание на процессе удаления яда. Сначала она провела две проверки, чтобы убедиться, что с ее телом больше ничего не случилось. Затем она начала распространять свою ци.

В настоящее время отрава была сосредоточена в небольшой части ее селезенки. Ей нужно было осторожно надеть яд на безымянный палец левой руки. Если бы что-то пошло не так с циркуляцией ци, или если бы Ын Ха-Соль сейчас отвлеклась, она бы закашляла кровью, и яд убил бы ее в одно мгновение.

Понемногу девушка разносила яд по своему телу. Когда ее концентрация достигла своего пика, на лбу выступили капельки пота. Пот стекал по ее лицу и носу, вызывая зуд, но она сохраняла все свое внимание на контроле своей ци.

Яд, который был пойман в ловушку в ее селезенке, начал вытекать. Внезапно он начал сопротивляться ее воле, совсем как живое существо.

— Тьфу!

Ее концентрация была нарушена, и ци, которую она обернула вокруг яда, почти рассеялась. Устойчивость яда к лечению была необычайно сильной. Казалось, он знал, что если его переведут в определенное место, он будет устранен.

Война между ци Ын Ха-Соль и ядом продолжалась некоторое время. Девушка знала, что если она в ближайшее время не подавит действие яда, ей предстоит затяжная битва. Она перераспределила свою энергию ци, чтобы продержаться как можно дольше.

Время шло, и лицо Ын Ха-Соль становилось все бледнее и бледнее. Казалось, что из-за того, что она решила удалить яд до того, как ее ци полностью восстановится, она перенапряглась, и ее тело кричало в знак протеста.

Ын Ха-Соль чувствовала, что все ее тело сжимают и скручивают, как тряпку. Она стиснула зубы. Закричи она сейчас, поток ее ци изменился бы, а яд быстро распространился по всему телу. Если бы это случилось, даже самые могущественные боги не смогли бы спасти ее.

— Сосредоточься, Ын Ха-Соль. На карту поставлена твоя жизнь, — сказала она себе.

Девушка старалась изо всех сил. Она так сосредоточилась, что в конце концов вся взмокла от пота.

ГАШ!

Внезапно по ее телу разлилась волна яда. Она вздрогнула, как будто в нее ударила молния. Она не закричала, но было очевидно, что это стало для нее шоком.

БРЫЗГИ!

Черная кровь потекла у нее изо рта, и ее лицо стало совершенно бледным. Она немедленно попыталась снова изгнать яд, но это было бесполезно. Сил, которые у нее остались, было недостаточно, чтобы подавить яд, который яростно подействовал.

— Это что…конец?

Зрение Ын Ха-Соль начало расплываться. Она только сейчас поняла, что больше не может контролировать действие яда.

Внезапно в ее сознании возник образ человека. Это был не тот человек, которым она восхищалась больше всего, и не ее учитель или ее семья.

Ты чудак.

Как раз в этот момент она услышала голос.

— Юная госпожа, успокойтесь.

В ее тело была введена мощная энергия ци, которая текла по ее кровеносным сосудам. Незнакомая ци слилась с ее собственной и быстро задержала яд в ее крови.

— Юная госпожа, соберитесь с мыслями и помогите направить мою силу.

Ын Ха-Соль молча кивнула, затем направила энергию ци внутрь своего тела. Человек, помогающий ей, последовал ее указаниям и переместил свою ци, чтобы помочь ей изгнать яд.

Даже если бы она применила силу, он сделал бы то же самое. Когда она уставала и шла отдыхать, он отдыхали вместе с ней.

Сколько времени прошло? На бледное лицо Ын Ха-Соль вернулся румянец. Весь яд теперь скопился в ее левом безымянном пальце.

КАПЛЯ!

Капля за каплей на кончике пальца образовывалась вонючая черная жидкость. В ней содержалось Всепоглощающее пламя тьмы, которое почти поглотило Ын Ха-Соль, а также немного зараженной крови.

Ын Ха-Соль собрала остатки своей концентрации и выдавила оставшийся яд. Он сопротивлялся до самого конца, но проиграл объединенной силе двух человек. Наконец, весь яд исчез.

— Фу! — Человек, который помог Ын Ха-Соль, вздохнул с облегчением и встал. Он с головы до ног был покрыт окровавленной свободной черной одеждой, которая скрывала его фигуру так, что невозможно было определить его пол. Однако одно можно было сказать наверняка: его аура была знакома Ын Ха-Соль.

Ын Ха-Соль открыла глаза. Они сияли приветливым светом.

— Са-Рен, [1] ты все еще жив.

— Юная госпожа, прошу прощения за то, что я так поздно. Я не знал, где вы прятались, поэтому мне потребовалось много времени, чтобы найти вас.

Са-Рен, человек в черном, опустился на одно колено перед Ын Ха-Соль и склонил голову.

— Я с радостью приму любое наказание за то, что подверг Молодую госпожу опасности.

— В этом нет необходимости. В такой ситуации даже Мастер ничего не смог бы сделать, не говоря уже о тебе. Где ты был все это время?

— Я также скрывался, оправляясь от своих ран.

— Значит, ты тоже не знаешь, в безопасности ли Хозяин?

— Это верно. Сразу после того, как мои раны затянулись, я отправился на поиски Молодой Хозяйки.

Лицо Ын Ха-Соль почернело. Глаза Са-Рен загорелись, будто он мог прочитать ее мысли. Молодой человек сказал: — Не волнуйтесь, юная госпожа, Мадам определенно в безопасности. Для меня сейчас самое главное - выздоровление Молодой Хозяйки.

— Мм. — Ын Ха-Соль кивнула. Однако выражение ее лица было явно не счастливым.

— Крепость Северного Небесного клана - прекрасное место, чтобы укрыться. Вы приняли отличное решение, юная госпожа. Этим парням никогда бы не пришло в голову искать вас здесь. Вам следует оставаться тут, пока вы не оправитесь от своих ран.

— А как насчет тебя, Са-Рен?

— Я буду искать местонахождение мадам.

— Спасибо.

— Пожалуйста, не говорите так. Я был рожден, чтобы служить вам и мадам.

Голос Са-Рена был совершенно ровным и бесстрастным, без высоких или низких тонов, которые могли бы выдать его мысли. Тем не менее, Ын Ха-Соль знала, что он говорит правду.

Са-Рен встал, и взрывная сила вырвалась из его тела.

— Во-первых, я уберу это место, чтобы Молодая хозяйка могла жить комфортно.

Кроваво-красные губы злого духа Са-Рена приоткрылись, обнажив жемчужно-белые зубы. Это было единственным доказательством того, что он все еще жив.

Судя по состоянию Ын Ха-Соль, Са-Рен предположил, что она не получила надлежащего медицинского лечения в этом месте. Он слышал о падении Северного Небесного клана, но условия жизни в этих руинах были намного хуже, чем ожидалось.

Для Са-Рена Ын Ха-Соль была самым возвышенным человеком в мире. Если бы существовала хоть малейшая вероятность того, что кто-то в этом месте представлял для нее опасность, он бы немедленно пресёк это в зародыше.

Са-Рен был достаточно силен, чтобы мгновенно уничтожить все живое внутри Крепости Северного Небесного клана, если бы он этого захотел.

— Нет, Са-Рен.

— Юная госпожа!

— Мне будет лучше, если все останется так, как есть.

— Да, Юная госпожа.

Са-Рен больше не выдвигал никаких возражений.

— Пожалуйста, поторопитесь и восстановите свои силы, Юная госпожа.

— Я так и сделаю.

Ын Ха-Соль села, скрестив ноги, и начала циркулировать свою ци, чтобы восстановиться. Са-Рен стоял на страже рядом с ней, как каменная статуя.

Некоторое время спустя, когда Ын Ха-Соль немного восстановила свои физические силы, она открыла глаза. Са-Рена нигде не было видно.

Она знала, что он уже ушел, чтобы найти своего хозяина, и не вернется, пока не найдет его.

— Са-Рен.

Ын Ха-Соль уставилась в окно, из которого исчез Са-Рен.

— Ху! — Джин Му-Вон глубоко вздохнул. На улице все еще было холодно, но температура явно повысилась по сравнению с тем, что было несколько дней назад. Он чувствовал, что весна наступит очень скоро.

Эта зима была для него очень насыщенной событиями. Сначала появилась подозрительная девушка по имени Ын Ха-Соль. Затем он вступил в первую стадию Искусства Десяти Тысяч Теней. Наконец, он взялся за кузнечное дело и ковал один меч за другим.

Повторение одной и той же рутины день за днем заставляло его расти как личность.

Сейчас Джин Му-Вону было семнадцать. Он все еще не выглядел взрослым, но его глаза были глубже и утонченнее, чем у обычного мужчины. Он также стал выше и теперь мог похвастаться ростом в шесть чок.[2] На первый взгляд, парень уже имел телосложение взрослого мужчины.

Джин Му-Вон поднял голову и посмотрел на небо. Солнечные лучи, падающие на его лицо, были теплыми. Очень скоро жар растопит весь снег и превратит его в белую слякоть.

Пройдет зима, начнется весна. Точно так же Джин Му-Вон чувствовал, что его дни страданий однажды подойдут к концу, а затем наступит весна его жизни.

Он ободряюще улыбнулся и пошел прогуляться. Как обычно, он пересек Северную Армейскую крепость и направился в подвал Башни Теней. Там, как трупы, были свалены бесчисленные сломанные деревянные мечи, но Джин Му-Вон не заботился о них. Всякий раз, когда он ломал один деревянный меч, он просто делал себе новый.

Парень взял деревянный меч, который сделал ранее, и встал перед каменной стеной. Джин Му-Вон всю зиму бил по стене деревянными мечами, но на ней все еще не было ни единой царапины.

Делать это было утомительно, но он не был разочарован результатом и не сдавался. Джин Му-Вон просто тихо взмахнул своим клинком.

ТУК!

Звуки удара его деревянного меча о камень эхом разнеслись по подвальной комнате. Раньше его деревянный меч ломался после нескольких ударов, а теперь Джин Му-Вон мог ударить по стене несколько десятков раз, и меч все еще оставался совершенно цел.

Это означало, что после нескольких месяцев тренировок Джин Му-Вон достиг гораздо более точного контроля над своей силой и по-настоящему постиг суть владения мечом. С его нынешними способностями, даже если он прилагал столько же сил, как раньше, меч редко ломался или вылетал из его рук.

До тех пор, пока человек отдает задаче все свои силы и упорно продолжает ее выполнять, он обязательно получит результат, когда придет время. Никто не учил парня, но Джин Му-Вон все же преуспел в том, чтобы научиться управлять мечом с помощью строгих тренировок.

“Мне приходится немного быстрее вращать талией и напрягать мышцы плеч…”

Джин Му-Вон выровнял дыхание, размахивая мечом. Мысленно он постоянно анализировал свои собственные движения, пытаясь оптимизировать баланс между силой и формой.

Его целью было достичь совершенной гармонии ума и тела. Он надеялся, что это позволит ему в совершенстве овладеть искусством фехтования.

“Сколько раз я размахивал этим мечом?” - Джин Му-Вон не мог вспомнить. Он полностью погрузился в свои тренировки и впал в транс.

Его разум и тело пришли в совершенную гармонию. Прежде чем он осознал это, он сделал еще один шаг к Объединению Разума и Тела, безупречному союзу ментального и физического "я".

Именно тогда его теневая ци, которая все это время дремала, пробудилась от своего сна. Пространство Тени внутри его центра ци, которое он создал, используя Искусство Десяти Тысяч Теней, ожило, и темный свет, казалось, исходил изнутри. Когда Джин Му-Вон опустил меч, вся энергия внутри него вырвалась наружу через деревянное лезвие.

СВИСТ!

Деревянный меч прорезал скальную породу, как будто это был тофу. Потрясенный, Джин Му-Вон мгновенно пришел в себя.

Парень посмотрел на разрез в стене, его глаза заблестели. Хотя он сделал это бессознательно, он ясно понимал, что это означало и как это произошло, начиная с изменений в его теле и заканчивая ударом, который привел к такому результату.

Джин Му-Вон сделал еще один шаг вперед по избранному им пути и теперь мог влить свою энергию ци в свой меч. Доказательство этого было прямо у него перед глазами.

Инстинкты Джин Му-Вона подсказывали ему, что он не может упустить этот момент.

Он должен был запечатлеть в памяти это чувство погружения и безмятежности прежде, чем оно исчезнет.

Джин Му-Вон снова поднял свой меч. Он сознательно не пытался ввести свою ци в меч, вместо этого он вспомнил ощущение того удара.

ШИИН! ШИИН!

Его меч снова и снова рассекал скалу.

В общем, подробные явные признаки появлялись, когда чье-то мастерство владения мечом достигало определенного уровня. Во-первых, можно было увидеть энергию, исходящую от меча, образующую над ним саван. Это явление называлось Ци Меча, и его появление означало, что человек достиг первой стадии на пути к Трансцендентности.

Состояние Трансцендентности было также известно как Состояние Восхождения. Те, кто достиг этого состояния, смогли соединить свою внутреннюю ци с ци в своем окружении. Это означало, что независимо от того, сколько ци они использовали, их внутренние резервы никогда не иссякнут, и они смогут совершать чудесные подвиги, такие как создание домена меча, чтобы пересечь реку.

Даже среди учеников известных сект немногим удалось достичь Трансцендентности. Те, кто преуспел, сделали это только благодаря сочетанию их собственного усердия, руководства их учителя и поддержки их секты в виде таблеток и лекарств.

Время от времени появлялся гений, который мог открыть путь к Трансцендентности без помощи или руководства со стороны других, но таких было мало и они были далеко друг от друга. Хотя у Джин Му-Вона не было видимого меча ци, тот факт, что он прорубил твердую каменную стену, как будто это был тофу, был самым убедительным доказательством того, что он был таким человеком.

Парень взмахивал своим клинком снова и снова, пока у него больше не осталось ци для использования.

“Ну и что с того, что я медлителен, как улитка?”

Я продолжу двигаться вперед и проеду тысячу миль до конечного пункта назначения.

Когда Джин Му-Вон вернулся в свою комнату на верхнем этаже башни, солнце уже начало садиться. Он был так поглощен своим обучением, что не заметил, как прошло время. Его тело казалось тяжелым, как свинец, но разум был свеж и бодр.

— Хм?

Джин Му-Вон сделал растерянное выражение лица, когда заметил, что Ын Ха-Соль сидит на стуле в своей комнате и дуется.

— Почему ты здесь в такой час?

— Ты действительно не знаешь?

— А?

— Я не видела тебя со вчерашнего утра.

— Ты хочешь сказать, что прошел целый день?

Внезапное осознание пришло к Джин Му-Вону. Он не тренировался с рассвета до заката; он занимался этим почти целых два дня.

Так вот почему она так злится.

— Значит ли это, что ты не ела два дня?

— Хм!

Джин Му-Вон прошаркал на кухню под пристальным взглядом Ын Ха-Соль. Незаметно для него она вздохнула с облегчением.

Когда исчез Са-Рен, исчез и Джин Му-Вон. Она чувствовала, что Са-Рен ни за что не ослушался бы ее приказа, но все равно беспокоилась о нем.

Ын Ха-Соль тоже была очень зла на себя. Это был первый раз, когда она беспокоилась о ком-то, кроме своего хозяина. Это было незнакомое чувство. Девушка смотрела на спину Джин Му-Вона, пока он готовил, и в ее взгляд был очень задумчив.

Джин Му-Вон сидел на крыше Башни Теней, глядя вниз на Стену из Десяти Тысяч Теней.

Слова, скрытые во взаимодействии света и тени, постепенно открылись ему в лучах рассвета.

Хотя он мог видеть это зрелище каждый день, сегодняшний был особенным.

Вчера, во время своего ежедневного самоанализа, Джин Му-Вон понял, что в его теле произошло несколько больших изменений. Он наконец преодолел барьер, который мешал его продвижению.

Время пришло.

Помимо Искусства Десяти Тысяч Теней, существовало еще одно боевое искусство, которое бывшие Лорды Северной Армии создавали и совершенствовали на протяжении нескольких поколений. Как и Искусство Десяти Тысяч Теней, оно также было начертано на Стене Десяти Тысяч Теней.

Это была сложная техника владения мечом, которая была изобретена с единственной целью - для войны.

Чтобы соответствовать основным требованиям для изучения этой техники владения мечом, Джин Му-Вон тренировался в фехтовании, как сумасшедший.

Когда солнце поднялось выше над горизонтом, слова, написанные на Стене Десяти Тысяч Теней, стали более четкими. Джин Му-Вон сосредоточил свой взгляд на одной конкретной линии.

༺═──────────────═༻

Примечания от английского переводчика прошлой команды YAB:

[1] Са-Рен (邪靈): Са-Рен больше похоже на псевдоним или кодовое имя, чем на имя реального человека. Это означает “Злой дух”. Кроме того, пол Са-Рен не был раскрыт, поэтому мы используем местоимения они/они. [Заметка от меня: Я буду использовать местоимения он, ибо мне так легче, думаю вы поймёте]

[2] Шесть чок: Примерно 6 футов, или 180 см ростом.

[3] Теневой Клинок Разрушения (滅天魔影劍): Дословный перевод - Теневой Клинок Небесного Разрушения и Уничтожения Демонов. Манхва ТЛ: Затененный Клинок Конца и Затененный Клинок Разрушения. Объяснение нашего перевода находится в C43. Меч теней (影劍), созданный, чтобы разрушить небеса (滅天) и убить всех демонов (滅魔).

Ветер холодный, даже весной. I

Зима прошла, и Север приветствовал весну. Цветы еще не распустились, но температура значительно повысилась, и снег, глубиной в человеческий рост, начал таять.

Джин Му-Вон сделал себе гигантскую деревянную лопату и в настоящее время был занят расчисткой снега вокруг Башни Теней. Ему нужно было только сложить оставшийся снег вдоль одной стены, а весенний ветер и солнечный свет сделают все остальное.

Он уже третий день разгребал снег вокруг башни и главных ворот.

— Ух ты!

Когда он, наконец, закончил разгребать весь снег, Джин Му-Вон просиял от удовлетворения и сел возле главных ворот. Он вытер капли пота со лба.

Воздух все еще был немного холодным, но земля была полна энергии весны. Джин Му-Вон расслабился и наслаждался чувством возвращения к жизни, которое мог испытать только тот, кто пережил суровую зиму.

— Дааа!

Еще одна зима пришла и ушла, но я все еще жив. Снова наступит зима, но после этого наступит и весна. Это и есть жизненный цикл.

— Пффф! Хахахахахахахаха!

Внезапно он начал громко смеяться. Я что, бездомный нищий? Мне всего семнадцать, но я рассуждаю как старик. Может быть, я рано повзрослел, потому что многое пережил с юности?

— Хм?

Глаза Джин Му-Вона загорелись. Он увидел повозку, запряженную лошадьми, которая ехала по заснеженным равнинам, направляясь к Северному Небесному клану.

Парень прищурился, чтобы разглядеть человека, сидящего в повозке, а затем расплылся в приветливой улыбке.

— Дядя Хван!

Он не видел Хван Чоля с начала зимы.

— Молодой господин!

— Дядя Хван!

Двое мужчин держали друг друга за руки и радостно обменивались приветствиями.

— Молодой господин, вы хорошо заботились о себе?

Хван Чоль внимательно наблюдал за Джин Му-Воном, чтобы понять, нет ли у него каких-либо проблем со здоровьем. В его глазах парень все еще был ребенком. Джин Му-Вон улыбнулся, поняв добрые намерения Хван Чоля.

— У меня всё хорошо, так что нет необходимости проверять меня. Давай зайдем внутрь.

Он схватил Хван Чоля за руку и потащил его прочь.

Когда Джин Му-Вон сказал Хван Чолю, что он переехал в Башню Теней, потому что отдал свою старую комнату гостю, Хван Чоль был потрясен. Джин Му-Вон понял, что почувствовал Хван Чоль, и объяснил: — Ну, я всегда думал о том, чтобы когда-нибудь переехать. Просто это произошло немного раньше, чем я ожидал, вот и все.

— Но Молодой Хозяин...

— Все в порядке, дядя Хван. Мне действительно нравится жить в Башне Теней.

Джин Му-Вон никогда раньше не рассказывал Хван Чолю о секретах Стены Десяти Тысяч Теней. Это было не потому, что он не доверял Хван Чолю, а потому, что это был секрет, о котором могли знать только Лорды Северного Небесного клана.

— “Вздох”, если Молодой Хозяин настаивает...

Хван Чоль не поверил оправданиям Джин Му-Вона, но в конце концов все равно принял его решение. Это доказывало, насколько Хван был предан семье Джин.

После того, как они перенесли все вещи из фургона Хван Чоля в кладовую, они сели друг напротив друга. Хван Чоль ошеломленно посмотрел на Джин Му-Вона.

— Молодой господин, вы выросли. Если бы только ваш отец мог видеть вас сейчас… Я уверен, он был бы так счастлив...

— Как ты поживаешь, дядя Хван?

— Человек, который нанял меня на этот раз, довольно большая шишка, поэтому я был вынужден провести зиму в Цзяннани вместе с ним, — извиняющимся тоном ответил Хван Чоль.

Это было потому, что он оставил Джин Му-Вона одного в суровую северную зиму, в то время как сам наслаждался теплой погодой на Юге.

Джин Му-Вон, который догадался, о чем думал Хван Чоль, рассмеялся: — Ха-ха-ха! В таком случае, вы, должно быть, слышали много новостей с Центральных равнин, верно, дядя Хван? Здесь-то были некоторые проблемы, но в конце концов все получилось хорошо.

— Молодой господин!

— А как насчет мира? Произошло ли что-нибудь значительное в последнее время?

— Пока все еще спокойно, но у меня такое чувство, что это продлится недолго. Конечно, это только мое личное мнение.

— Правда? Расскажите мне больше! — глаза Джин Му-Вона загорелись.

— Во-первых, появились признаки того, что Четыре Столпа пытаются расширить свою территорию. Из-за этого Небесный Альянс начал расследование против них.

— Наконец-то. Я знал, что когда-нибудь это случится, — кивнул Джин Му-Вон.

Начнем с того, что Четыре Столпа Северного Небесного Клана и Столпы Центрального Небесного Альянса никогда не были друзьями. Они сотрудничали только по необходимости и не были обязаны друг другу ни лояльностью, ни доверием. Как только обе стороны победили своего общего врага - Армию Северян, все, что им оставалось, - это сражаться друг с другом.

— Прямо сейчас они все еще осторожны, но такое чувство, что обе стороны ступают по тонкому льду. Не было бы ничего удивительного, если бы где-нибудь в ближайшее время произошел конфликт.

— Хорошо!

— Торговцы тоже с большим энтузиазмом относятся к сложившейся ситуации. Некоторые из них уже начали запасаться оружием и другими боевыми припасами.

Хотя конфликты не были столь масштабными, как война между двумя странами, в Муриме все еще потребляли огромное количество продовольствия и ресурсов. Это было особенно верно для крупных фракций, таких как Центральный Небесный Альянс и бывший Северный Небесный Клан. Чем больше людей было во фракции, тем больше ресурсов они потребляли. Вот почему торговцы были очень заинтересованы в назревающем конфликте, настолько, что некоторые из них начали запасаться боевыми припасами.

Хван Чоль объяснил Джин Му-Вону то, что знал о происходящем в мире. Он работал на нескольких богатых торговцев, поэтому был посвящен во множество сведений, о которых другие не могли знать. Кроме того, люди, которые больше всего интересовались сбором информации, были теми, кто контролировал торговые потоки и имел дело с огромными суммами денег.

Из описания Хван Чоля Джин Му-Вон понял, что мир ходит по натянутому канату. Пока он все еще сохранял равновесие, но малейший толчок мог опрокинуть его. Все в одно мгновение могло превратиться в хаос.

Парень продолжал внимательно слушать рассказы Хван Чоля, ведь он был его единственным окном в мир, и только через него он мог узнать о том, что происходит за стенами его разрушенного королевства.

Одной из вещей, которая интересовала Джин Му-Вона больше всего, были новости о молодом поколении муримов.

— Дам Со-Чон?[1]

— Это верно. Этот молодой человек стал центром внимания в ганго[2], потому что он бросает вызов сотне экспертов на дуэли.

По словам Хван Чоля, Дам Со-Чон был третьим сыном Дам Чок-Шима, Правителя Долины Невозврата и одного из Девяти Небес Небесной Вершины. Его акт вызова ста человек на дуэли, когда он был безоружен, известный как Вызов ста человек, привлек к нему внимание.

Первым, кому он бросил вызов, был Им Чжон-О, наследник Секты Облачного Меча, секты среднего размера в южном регионе Центральных Равнин. Им Чжон-О, чье прозвище было Ученый Семи Ударов, был разносторонним человеком, который считал свое мастерство фехтования и работу ног одними из выдающихся среди своих многочисленных навыков.

В этом году Им Чжон-О исполнилось тридцать два. Он был мужчиной в расцвете лет и сильным человеком, который не испытывал поражения с тех пор, как ему исполнилось двадцать. Когда Дам Су Чхон объявил, что бросит вызов Им Чжон-О, многие эксперты по боевым искусствам смеялись над этим фактом.

Хотя Дам Со-Чон был одним из сыновей правителя долины Дам Чок-Шима, он никогда раньше не добивался каких-либо значительных достижений, и его имя было относительно неизвестно в ганго.

Напротив, два его старших брата Дам Ю-Сон и Дам Цзинь-Иль были известны как многообещающие молодые мастера боевых искусств. Эти двое унаследовали личные качества и таланты Дам Чок-Шима и уже доказали свои способности в Долине Невозврата. Было даже сказано, что один из них будет выбран в качестве преемника Долины Невозврата.

Прошло совсем немного времени, и начали распространяться слухи о том, что Дам Со-Чон принял участие в конкурсе "Сто человек", чтобы догнать своих братьев, которые опередили его в борьбе за преемничество. Многие считали, что Дам Со-Чон был не более чем наивным ребенком, безрассудно пытающимся привлечь к себе внимание из ревности к братьям.

Эти люди высмеивали Дам Со-Чона, говоря, что у него никогда не получится обогнать братьев. Все думали, что он потерпит поражение в своем самом первом поединке, но Дам Со-Чон показал им, насколько они ошибались. Парень безжалостно раздавил Им Чжон-О, подняв в гангхо шум.

Даже тогда люди думали, что Дам Со-Чон победил только по чистой случайности. Однако, когда он победил еще двух известных мастеров боевых искусств, Семиструнного Меча Юн Ги-Джу и Непобедимого Дровосека Чан Чжун Сана, все были вынуждены изменить свою точку зрения на этот вопрос.

Дам Со-Чон продолжал побеждать. По мере того как его последовательные победы накапливались двадцать, тридцать, пятьдесят раз, даже эксперты начали подбадривать молодого воина со смесью удивления и волнения.

Несмотря на непрерывные сражения, Дам Со-Чон не проявлял никаких признаков того, что сдается в своих испытаниях. Он продолжал рассылать приглашения на дуэли известным мастерам боевых искусств молодого поколения и валил их одного за другим.

Мастера боевых искусств, получившие его приглашение, быстро разошлись во мнениях, принимать дуэль или нет. С одной стороны, принятие означало, что они были признаны сильными мира сего в ганго. С другой стороны, проигрыш дуэли означал, что репутация, которую они так усердно создавали, исчезнет, как лопнувшие пузыри.

Те молодые мастера боевых искусств, которых еще не пригласили, ждали своей очереди со смешанными чувствами. Они знали, что Дам Со-Чон остановится только тогда, когда закончит Соревнование с Сотней Человек.

Это было потому, что сам Дам Со-Чон упомянул, что только после того, как он закончит бросать вызов сотне людей, он уединится, чтобы тренироваться и размышлять о полученном опыте.

Прямо сейчас Дам Со-Чон уже одержал девяносто три победы подряд. Ему нужно было выиграть еще семь раз, чтобы установить новый рекорд в ганго.

Парень начал свой Вызов из Ста человек на Юге и по мере продвижения неуклонно продвигался на Север. Все молодые мастера боевых искусств в северном регионе, оставшиеся на его пути, с тревогой тренировались в своих боевых искусствах, ожидая его прибытия.

— Дело не в том, что никто никогда раньше не преуспевал в Соревновании Ста человек. Возраст Дам Со-Чона, вот настоящая причина, по которой все внимание ганго сосредоточено на нем.

— Подожди, ты сказал, что ему было всего восемнадцать?

— Правильно, Молодой господин.

Взгляд Джин Му-Вона стал суровым.

“Он всего на год старше меня, но уже сильный мастер боевых искусств.”

— Если он продолжит так набирать силу, определенно станет одним из будущих столпов ганго.

Судя по маршруту, по которому он шел, нетрудно было догадаться, что последним противником Дам Со-Чона будет Охотящийся за Душами Фехтовальщик Бек Сон Вон, преемник Секты Меча Горы Небес и один из самых грозных мастеров меча в мире.

Бек Сон Вон был на совершенно ином уровне, чем другие противники, с которыми сталкивался Дам Со-Чон. Он был величайшим гением в истории Секты Меча Горы Небес, который привлек внимание лидера в нежном семнадцатилетнем возрасте и начал тренироваться в Мече Света, Охотящегося за Душами. В возрасте тридцати двух лет Бек Сон Вон овладел этой техникой.

Он был настолько силен, что не только был непобедим среди людей своего возраста, мало кто во всем Муриме мог сравниться с ним. Называть его “просто еще одним мурим-ин[3]” означало высмеивать Охотящегося за Душами Фехтовальщика Бек Сон Вона.

В настоящее время Бек Сон Вон уединялся на тренировках. Он уже предсказал, что станет последним боссом в вызове Дам Со-Чона на сотню человек. Он не думал, что проиграет Дам Со-Чону, но если бы он это сделал, это было бы огромным ударом по его репутации и положению в ганго.

— Хм, контрольно-пропускной пункт Скай Маунтин находится всего в семистах ли[4] отсюда.

Джин Му-Вон поднялся со стула и встал перед окном. Он посмотрел на юг.

“Дам Со-Чон, Дам Со-Чон…”

“Имя, которое вызывает у меня странное чувство.”

Пока Хван Чоль продолжал говорить о мировых делах, Джин Му-Вон стоял, прислонившись спиной к окну, и внимательно слушал.

༺═──────────────═༻

Примечания от английского переводчика прошлой команды YAB:

[1] Дам Со-Чон (譚梟峰): Имя Со-Чон означает "Доблестное честолюбие".

[2] Ганхо (江湖): корейское произношение цзянху, он же мир Мурим. Ганго включает в себя всех, кто связан с миром Мурим и находится под его влиянием, таких как торговцы, правительственные чиновники и т.д.

[3] Мурим-ин (武林人): Буквальный перевод – мурим человек/люди. Относится к мастерам боевых искусств в Муриме.

[4] ли (里): Традиционная китайская единица измерения расстояния. li значительно менялся с течением времени, но обычно составлял около одной трети английской мили и теперь имеет стандартную длину в полкилометра (500 метров или 1640 футов). Таким образом, 700 ли будет составлять около 350 км или 220 миль.

Ветер холодный, даже весной. II

Джин Му-Вон поднял свой молоток.

ЛЯЗГ! ЛЯЗГ!

Каждый раз, когда он взмахивал молотком, повсюду летели искры, и раскаленная стальная плита на дюйм приближалась к своей окончательной форме.

Когда он купался в сильной жаре, пот стекал с тела Джин Му-Вона, как дождь. Зимой жара была несколько терпимой, но теперь, когда началась весна, в кузнице стало душно и влажно. Несмотря на это, Джин Му-Вон не жаловался и продолжал работу.

Прямо сейчас он придавал форму стали, куя ее молотком. Во время ковки удаляются примеси, и внутренняя структура металла деформируется, в результате чего получается более прочный и плотный материал.

Для создания высокоуглеродистого слоя на поверхности стали Джин Му-Вон использовал порошок соснового угля и соломенную золу в качестве цементирующих агентов. Он растер порошок по поверхности металла и нагрел его в печи. Через некоторое время парень вынул металл, чтобы остудить, а пока он делал глину из порошкообразной смеси гематита, отбеливающей земли, соломенной золы и воды. Наконец, Джин Му-Вон намазал смесь на холодный металл, чтобы защитить его от дальнейшего науглероживания.

Теперь металл был готов к складыванию. Джин Му-Вон положил стальную плиту обратно в печь, нагрел ее и забил молотком. Когда примеси были выкованы до определенной степени, он сделал зарубку в металле топором и сложил его.

Согласно Записям Тысячи Видов оружия, сталь должна быть сложена двенадцать раз во время ковки, прежде чем она превратится в оружие. Это было связано с тем, что сложенная двенадцать раз сталь давала в общей сложности 4096 слоев переменной твердости, что, в свою очередь, приводило к максимальной долговечности.

В процессе складывания также будет удалено больше примесей, в результате чего масса стали уменьшится на пятую часть. Поэтому только после складывания подготовка к изготовлению меча будет считаться завершенной.

Теперь, когда сталь была обработана, пришло время превратить плиту в меч. Используя печь, Джин Му-Вон равномерно нагрел металл, а затем снова начал бить его молотком.

ЛЯЗГ! ЛЯЗГ!

Чем больше молот ударялся о горячий металл, тем больше плита напоминала меч. Несмотря на то, что летящие искры обжигали лицо и кожу парня, его движения были плавными и четкими.

Обучение кузнечному делу оказалось полезным и для овладения Искусством Десяти Тысяч Теней.

ТССС!

В какой-то момент во время ковки из тела Джин Му-Вона вышел белый туман и окутал его. Пока парень ковал меч, он неосознанно начал использовать Искусство Десяти Тысяч Теней, чтобы противостоять жару, а также настроить свое тело на экстремальные температуры от печи. Постоянное использование Искусства таким образом привело к значительному увеличению резервов теневой ци Джин Му-Вона.

Помимо борьбы с жарой, он также пытался направить свою теневую ци в молот, чтобы оптимизировать каждый удар.

Уродливый кусок стали теперь выглядел как идеальный меч, но работа еще не была закончена. Самая важная часть процесса ковки была оставлена.

Джин Му-Вон положил меч обратно в печь. Контроль температуры теперь имел первостепенное значение. Когда сталь достигла нужной температуры, он вынул оружие из печи и охладил его на воздухе. Затем парень повторил этот процесс нагрева и охлаждения еще два раза.

Этот процесс называется отжигом, он помогает стабилизировать многослойную структуру стали за счет повышения ее однородности.

— Фух! — вздохнул Джин Му-Вон, глядя на меч, над которым он работал последние несколько дней.

“Остались только закалка и заточка.”

Он намазал заранее приготовленную глину на меч, позаботившись о том, чтобы слой глины на лезвии был намного тоньше, чем на остальной части меча. Затем он дал глине высохнуть в течение дня.

После этого Джин Му-Вон положил меч, покрытый сухой глиной, обратно в печь. За то время, пока свеча догорала, лезвие начало светиться красным цветом. Парень немедленно вынул меч и погрузил его в воду.[1]

ШИПЕНИЕ!

Вода мгновенно вскипела, выпустив облако пара. Джин Му-Вон быстро вытащил меч.

Тонкий слой глины заставил лезвие очень быстро остыть и стать чрезвычайно твердым. С другой стороны, толстый слой заставлял остывать остальную часть корпуса меча медленно, что приводило к повышению пластичности металла. Эти два различных свойства материала, придаваемые различной скоростью охлаждения, улучшат способность меча поглощать удары, не ломаясь.

Ожидая, пока меч остынет, Джин Му-Вон закрыл глаза и активировал Искусство Десяти Тысяч Теней. Усилием воли он медленно выпустил тень ци из своего центра ци в кровоток, чтобы энергия циркулировала по всему телу. Когда парень только начал заниматься фехтованием, у него было только немного теневой ци, но со временем она становилась сильнее с удивительной скоростью.

Природа теневой ци исходила из инь, поэтому техника начиналась с слияния с другими типами энергии, постепенно полностью захватывая их, как паразит. С определенной точки зрения это можно было рассматривать как загрязнение, но с другой стороны это был симбиоз. Прямо сейчас Джин Му-Вон поглощал тепловую энергию в своем окружении и преобразовывал ее в теневую ци.

Использование внешней энергии стало причиной пугающе быстрого роста ци Джин Му-Вона. Несмотря на то, что его техника стала намного сильнее, даже самые сильные люди не могли почувствовать ци парня.

Завершив один полный цикл Искусства Десяти Тысяч Теней, Джин Му-Вон открыл глаза. Ослепительный свет, казалось, вырвался из его глаз, но в конце концов рассеялся, и его взгляд вновь стал обычным.

Джин Му-Вон встал и поднял остывший меч. Ему все еще нужно было заточить лезвие, но меч уже был почти готовым изделием.

Парень стер оставшуюся глину с меча, чтобы посмотреть на сверкающее серебряное лезвие. На первый взгляд серебристо-белый цвет клинка был ярким и безупречным, с красотой не от мира сего. Джин Му-Вон некоторое время осматривал свое новое творение, а затем щелкнул пальцем по лезвию.

ТНГГГ!

Металлический звон эхом разнесся по комнате, словно музыка, но для Джин Му-Вона звук не казался мелодичным. Снова посмотрев на меч, парень стал угрюмиться все сильнее с каждой секундой.

— Ха... — вздохнул он, ткнув указательным пальцем в определенную часть лезвия.

ЗВЯКНИ! ЛЯЗГ! КЛОНГ!

Лезвие раскололось и взорвалось, металлические осколки разлетелись повсюду. Джин Му-Вон посмотрел на остатки меча и пробормотал: “Еще одна неудача, да?”

Лезвие казалось идеальным, но для парня изделие было неудачным. В мече было одно очень маленькое несовершенство, настолько незначительное, что большинство людей проигнорировали бы его, но не Джин Му-Вон.

Каждый раз, когда ковка нового меча была закончена, парень смотрел на выравнивание зерен лезвия. Безупречный клинок должен иметь красивое и идеально выровненное зерно, в несовершенном мече зерна будут выглядеть неприглядно.

Если нанести удар неидеальным клинком в определенном положении с определенной силой, лезвие разлетится на куски. Джин Му-Вон сломал меч, используя этот принцип. Он назвал эту недавно созданную технику “Палец, разрушающий оружие”.

Хотя парень создал новую технику, он совсем не был удовлетворен. Чего ему действительно хотелось, так это полностью понять искусство владения мечом, а не изучать какие-то случайные трюки.

Джин Му-Вон подобрал с земли осколки металла и бросил их в печь. Затем он покинул кузницу и вернулся в свою комнату, чтобы принять ванну. Когда парень вышел из ванны, до него наконец дошло, что Ын Ха-Соль нигде не было видно. Даже еда, которую он приготовил заранее, была нетронута, столовые приборы все еще лежали в том же положении, в каком он их оставил.

“Она ни за что не стала бы готовить для себя, так что сейчас, должно быть, умирает с голоду.”

Джин Му-Вон покачал головой. Он видел Ын Ха-Соль каждый день, так что знал ее привычки вдоль и поперек. У нее не было ни интереса, ни таланта к кулинарии, поэтому она никогда не готовила для себя.

Причиной тому был ее крайний прагматизм. Вместо того, чтобы тратить свое время на то, к чему у нее не было таланта, она предпочитала тренироваться, даже если это означало, что она будет голодать.

— “Вздох”, ты больше не ребенок...

Он открыл дверь кладовки. Поскольку Хван Чоль был здесь не так давно, кладовая была полна. Джин Му-Вон достал кое-какие ингредиенты и начал готовить ужин.

Вскоре он закончил готовить пир из горячего, гарниров и риса. Затем он вышел из своей комнаты, чтобы позвать Ын Ха-Соль.

Парень пересек тренировочную площадку и легко заметил ее, сидящую на крыше особняка и смотрящую на Юг.

— Что ты делаешь там наверху? — спросил Джин Му-Вон. Но Ын Ха-Соль не ответила, поэтому он поднялся на крышу.

— На что ты смотришь? — снова спросил он, но Ын Ха-Соль промолчала.

— О, черт возьми... — сказал Джин Му-Вон, проследив за направлением ее взгляда.

Он внезапно захлопнул рот. Когда с юга подул пыльный ветерок, парень увидел несколько запряженных лошадьми повозок и экипажей, сопровождаемых стражниками, направляющихся к крепости.

— Тск!

На лице Джин Му-Вона появилось суровое выражение.

༺═──────────────═༻

Примечание от английского переводчика прошлой команды YAB:

[1] Обычно для закалки используется масло, так как закалка водой приводит к деформации металла из-за сверхбыстрого охлаждения. С маслом изменение температуры не столь резкое, поэтому у него меньше шансов искривиться и сломаться. Джин Му-Вон был либо слишком беден, чтобы использовать масло, либо пытался сделать оружие, похожее на Катану, и в этом случае гашение воды приведет к изгибу лезвия. Водяная закалка подходит для катан, потому что внутренняя часть выполнена из относительно низкоуглеродистой стали, которая мягкая и вряд ли треснет. Тем не менее, любые ошибки в процессе ковки приведут к несовершенствам...

Прим. Ред. Infiqw, Mary: эта глава далась тяжело, тк было много странных и непонятных моментов. Я все исправила, надеюсь вы читаете и вам все нравится♡

Ветер холодный, даже весной. III

Четырехколесный экипаж и две повозки направились прямиком в Крепость Северного Небесного клана. Карета была окружена более чем дюжиной охранников, одетых в черные плащи для защиты от пронизывающего ветра.

Острые глаза охранников излучали ауру кровожадности даже из-под капюшонов. Замыкали шествие две повозки, запряженные лошадьми: одна была заполнена багажом, а в другой находились слуги.

В карете восемнадцатилетняя молодая леди сидела рядом с девушкой, которая выглядела на год или два моложе ее. Напротив них сидел молодой человек, на вид лет двадцати.

У молодой леди была элегантная внешность, похожая на водяную лилию, с влажными глазами, которые могли бы покорить сердце любого. А девушка рядом с ней, напротив, была милой и энергичной, с озорным выражением на лице, как у дикой лошади.

Молодой человек тоже был довольно симпатичным, его единственным недостатком были поднятые брови, которые придавали ему высокомерный вид.

Леди спросила: — Орабони[1], это там Крепость Северного Небесного клана?

Мужчина посмотрел в окно. Вдалеке виднелся большой комплекс со множеством башен и павильонов.

— Думаю да.

Девушка радостно воскликнула: — Ух ты! Это значит, что я скоро смогу выйти из этой скучной кареты, верно?

Девушка, сидящая рядом с ней улыбнулась.

— Что в этом радостного? Разве это хорошо? — сказал парень, старший брат леди.

— Ты такой только потому, что тебе нравится Сео-Мун-онни[2]. А мне до смерти надоело торчать в этой карате.

— Разве я не говорил тебе оставаться дома? Я предупреждал, что это будет тяжелое путешествие.

— Ха! Если бы у тебя был выбор, ты наверняка не хотел бы упустить такую прекрасную возможность. Не вешай мне лапшу на уши.

Парень беспомощно покачал головой, удивляясь упрямству своей младшей сестры. Он никогда раньше не выигрывал спор у своей сестры.

Молодого человека звали Шим Вон-Ли[3]. Он был преемником «Ложных Небес»[4], одной из основных фракций Центрального Небесного альянса. Шим Вон-Ли также был одним из самых выдающихся юношей ганго.

Младшую сестру Шим Вон-Ли, милую леди, звали Шим Су-А[5]. Старейшины ее секты очень любили ее, настолько, что всякий раз, когда она расстраивалась, весь Рай Суда выворачивался наизнанку. Не только ее отец, Повелитель Неба[6] Шим Му-Ва, но даже другие старейшины были бы в отчаянии, если бы узнали, что что-то заставило ее расстроиться.

Проще говоря, хотя Шим Вон-Ли был преемником «Ложных Небес», его младшая сестра Шим Су-А была настоящим сердцем секты. Все вращалось вокруг нее. Это началось с того, что толстокожие члены «Ложных Небес» сначала отчитывались перед Шим Су-А, прежде чем идти к ее брату Шим Вон-Ли.

Юную леди, улыбающуюся брату и сестре, звали Со Мун-Хёрен[7]. Она была внучкой Со Мун-Хва, известного как «Ищущий знания», а также сильной женщиной, которая хорошо разбиралась как в научных, так и в боевых искусствах. Было хорошо известно, что ее завораживающие глаза и величественная аура покорили сердца бесчисленных молодых людей.

Охранники, сопровождавшие карету, были элитой «Ложных Небес», известной как Стражи. Каждый из них был воином в расцвете сил, и они часто хвастались своей непобедимостью.

Лидером Стражей был капитан-надзиратель Мок Ын-Пён, фехтовальщик, достаточно сильный, чтобы заслужить прозвище Меч Кровавого Дождя.

Слуги в фургонах позади принадлежали к «Центральному Небесному альянсу» и присоединились к группе из-за беспокойства о своих хозяевах, Шим Су-А и Шим Вон-Ли.

Вскоре экипаж остановился, и капитан Мок Ын-Пён открыл дверцу кареты.

— Молодой господин, мы прибыли к месту назначения.

— Хорошо! — сказал Шим Вон-Ли, который кивнул, выходя из кареты. Шим Су-А и Со Мун-Хёрен последовали его примеру.

Шим Вон-Ли стоял, нахмурившись, и смотрел на руины Крепости «Северного Небесного клана». Он был расстроен, что никто не вышел поприветствовать их.

Внезапно из крепости выбежала группа мужчин. Это был Чан Пэ-Сан и его люди.

— Хафф, хафф... — пыхтели они, прибегая так быстро, как только могли.

Капитан-надзиратель Мок Ын-Пён выступил вперед и холодно спросил: — Вы тот, кто отвечает за это место?

Перед лицом резкого тона Мок Ын-Пёна, от которого кровь стыла в жилах, Чан Пэ-Сан вздрогнул и сглотнул слюну.

— Да, это верно. Я Чан Пэ-Сан, капитан Третьей команды наемников «Центрального Небесного альянса».

— Разве «Центральный Небесный альянс» не сообщил вам о нашем скором прибытии?

— Я действительно получил письмо, но в нем не было указано, когда точно вы приедете...

Чан Пэ-Сан поспешно придумал оправдание, но Мок Ын-Пён на это не купился. В то же время ледяной взгляд Мок Ын-Пёна начинал раздражать людей из Третьей роты. Напряжение между ними росло.

Как раз в этот момент Шим Вон-Ли выступил вперед и сказал: — Достаточно, капитан Мок. Как эти люди должны были знать, когда мы прибудем? Они же не святые.

— Мои извинения.

— Все в порядке, все в порядке. Кстати, наши комнаты уже подготовлены?

— Да, они подготовлены! — громко ответил Чан Пэ-Сан, бессознательно стоя по стойке смирно. Убийственный взгляд Мок Ын-Пёна был пугающим, но он не шел в сравнение с жуткой улыбкой Шим Вон-Ли.

Глаза молодого человека совсем не улыбались.

Губы Шима Вон-Ли были приподняты, но неподвижные, непроницаемые глаза парня напомнили Чан Пэ-Сану ядовитых змей, которых тот видел в детстве.

— Мы проделали долгий путь, поэтому сейчас хотели бы отдохнуть.

— Следуйте за мной, я покажу вам ваши комнаты.

Чан Пэ-Сан шел впереди, за ним следовали Надзиратели и Шим Вон-Ли.

Со Мун-Хёрен и Шим Су-А с любопытством оглядели крепость Северного Небесного клана. Они знали, каким невероятным он был в период своего расцвета.

Если бы не Северный Небесный клан, Тихая Ночь выиграла бы войну. Этот клан был настолько могущественным, что даже фракции, возглавляемые Четырьмя Северными Столпами, были всего лишь фрагментами Северного Небесного клана. Это были силы, которые Центральный Небесный альянс не мог недооценивать.

Могучий Северный Небесный клан вошел в историю, и в настоящее время экипаж смотрел на то немногое, что от него осталось. Унылое зрелище оставляло чувство горечи во рту.

Большинство башен и павильонов рухнуло, и даже внутренние стены обрушились. Все эти руины излучали жуткую ауру.

Со Мун-Хёрен наблюдала за окружением с сожалением на лице.

— Какая жалость. Эти заброшенные руины - все, что осталось от Северного Небесного клана. Когда-то они пользовались всемирной известностью, но теперь все, что у них осталось, - это память об их славе.

Со Мун-Хёрен тихо вздохнула.

Девушка знала, что ее дед был тем, кто спланировал падение Северного Небесного клана и то, что Центральный Небесный альянс с остальной частью Мурима добровольно решили сделать это, потому что они чувствовали, что мир больше не нуждается в Северном Небесном клане.

— Так устроен мир. Сильные выживают, а слабые погибают. Когда охота закончится, нам больше не понадобятся охотничьи собаки. Северный Небесный клан был уничтожен такой логикой, и я думаю, что в этом есть большой смысл, — сказал Шим Вон-Ли.

— Может, ты и мой брат, но то, как ты говоришь, вызывает у меня отвращение.

Лицо Шим Вон-Ли почернело от оскорбления его младшей сестры.

— Ты! Что ты только что сказал?

— Фу! Вы должны быть немного более уважительными, так как мы находимся в крепости Северного Небесного клана.

Шим Су-А взволнованно оглядела крепость, не заботясь о реакции Шим Вон-Ли на ее слова. Она казалась искренне взволнованной тем, что находится здесь, и была расстроена претенциозным отношением своего брата. Шим Вон-Ли решил перестать с ней спорить, так как все равно не мог победить.

«Если она сейчас начнет плакать, я сойду с ума.»

Со Мун-Хёрен мягко улыбнулась, наблюдая за ссорящимися братом и сестрой.

Чан Пэ-Сан привел Шим Вон-Ли поместье Хвачен, которое он и его люди усердно ремонтировали всю зиму. Их усилия привели к тому, что поместье было восстановлено достаточно хорошо.

Чан Пэ-Сан указал на Величественное поместье Хвачен и сказал: — Это самое красивое здание в крепости. Мы провели прошлую зиму, ремонтируя его, чтобы им можно было пользоваться.

— Хм! — Шим Вон-Ли разочарованно покачал головой, но, похоже, у него не было другого выбора, кроме как согласиться. Другие здания в Крепости Северного Небесного клана были в таком плохом состоянии, что Поместье Хвачен казалось ему дворцом.

Он повернулся к Мок Ын-Пён, сказав: — Слуги останутся на первом этаже, а Надзиратели могут занять второй этаж. Третий этаж принадлежит нам.

— Да, Молодой господин.

Тем временем Шим Су-А пристально смотрела на Чан Пэ-Сана, который был явно встревожен ее странным поступком.

— П-почему ты так на меня смотришь?

— Эй, это правда, что здесь живет последний преемник Северного Небесного клана?

— Да, юная мисс.

— Где он? Почему он не идет мне навстречу? Разве не подобает хозяину дома приветствовать своих гостей?

— Э-э... — заикаясь, пробормотал Чан Пэ-Сан с невежественным выражением на лице. Он не видел Джин Му-Вона с тех пор, как прошлой зимой его насильно выгнали из особняка. Молодой человек заперся в Башне Теней, и у Чан Пэ-Сана не было времени проверить его, потому что ему нужно было отремонтировать Хвачен.

Самое главное, в отличие от них, Джин Му-Вон не был обязан встречаться с этими тремя. Молодой человек был лордом Северного Небесного клана, а не членом Небесного Центрального альянса.

Со Мун-Хёрен, которая стояла рядом с Шим Су-А, вмешалась: — Мы здесь гости. Вместо этого мы должны положить наш багаж и пойти поприветствовать его.

— Это так?

— Да. Может быть, мы пойдем в наши комнаты?

— Хорошо, я сделаю, как говорит Онни.

— Спасибо, сестра.

Примечания от английского переводчика прошлой команды YAB:

[1] Орабони (오라버니[oraboni], — обращение девушки к родному / сводному брату. Иногда может использоваться, как «братец» в игривом обращении девушки к парню, молодому мужчине.

[2] Онни (언니 [ŏnni]) — обращение, аналогичное «хён», используется в тех же случаях между лицами женского пола (аналог — кит. 姐姐 [jiějie]).

[3] Шим Вон-Ли (沈遠義): Вон-Ли означает «далеко идущая справедливость».

[4] «Ложные Небеса» (邪死天): Буквальный перевод – Небеса, Где Умирает Зло/Небеса, которые Убивают Зло. (Вот этот текст мне не понятен)

[5] Шим Су-А (沈秀雅): Су-А означает «красивая и элегантная».

[6] Небесный Лорд: Буквальный перевод Небесного Лорда - Небесный Лидер, потому что он является лидером «Ложных Небес», но «Небесный Лидер» звучит плохо, как бы вы на это ни смотрели. (И этот кусок примечание)

[7] Сео Мун-Хёрен (西門慧憐): Ее фамилия Сео-Мун, одна из редких фамилий, состоящих из двух символов. Ее имя Хёрен означает “умная и отзывчивая”.

Ветер холодный, даже весной. IIII

Сео Му-Санг закрыл глаза и стоял неподвижно. В настоящее время он находился на заднем дворе, где тренировался последние два года. С тех пор как он начал там тренироваться, это место было вытоптано и разрушено до такой степени, что там больше не росли даже сорняки.

— Я не ожидал встретить тебя именно здесь, Ёп-Вол, — вздохнул Сео Му-Санг, поджав губы.

«Я надеялся, что мне не придется снова видеть твое лицо до конца моей жизни. Даже во сне я никогда не думал, что встречу тебя здесь и сейчас.»

Внезапно Сео Му-Санг выхватил свой клинок и пустился в танец с мечом.

Это был танец в стиле Меча Голубого Облака.

Искусство фехтования в стиле Меча Голубого Облака было тем, что воплощало дух свободы. Клинок в таком танце будет плыть, как облака, и перемещаться вместе с ветром. Однако Стиль Меча Синего Облака Сео Му-Санга был другим. Его меч врывался в окружающее его пространство, как бушующая буря.

Это был стиль меча, который значительно отличался от оригинала и был результатом стресса, который Сео Му-Санг накопил за последние два года.

Парень отчаянно пытался улучшить Стиль Меча Голубого Облака, но вместо этого превратил его во что-то неузнаваемое. Пот стекал по лицу к подбородку, когда он яростно размахивал клинком, но этого было недостаточно, чтобы заставить его прекратить танец с мечом.

— Хафф! Хафф! — он тяжело задышал, рухнув на землю от изнеможения.

«Похоже, это предел для кого-то вроде меня.»

Он остро осознавал, что не был ни умен, ни талантлив. Тем не менее, он чувствовал, что сможет преодолеть свои пределы, если поставит на это свою жизнь. Хотя суровая реальность говорила об обратном.

Сео Му-Санг оставался на своем нынешнем уровне силы, несмотря на безумно усердные тренировки в течение последних двух лет. Он на самом деле не превзошел пределы Стиля Меча Голубого Облака, только добавил к нему другой элемент.

Я полагаю, что есть причина огромной силы учеников престижных школ боевых искусств. Их боевые искусства непрерывно совершенствовались в течение сотен лет, так как же такой обычный человек, как я, мог надеяться конкурировать с ними?

Они даже установили смехотворно высокие стены, чтобы защитить свои секретные наследственные боевые искусства от утечки, еще больше укрепляя свой статус над другими людьми.

Сео Му-Санг предпринял много попыток овладеть лучшими техниками боевых искусств, но все его усилия закончились неудачей. Ни одна секта не стала бы учить чему-либо того, кто не был одним из их собственных учеников.

В конце концов, существовал предел видам боевых искусств, которые никто, подобный ему, не мог получить. Стиль Меча Голубого Облака уже был лучшей техникой, о которой он когда-либо мог мечтать. Сео Му-Санг снова почувствовал сокрушительный вес своих собственных пределов.

«Да, Ёп-Вол.»

Так звали человека, который, как он когда-то чувствовал, ничем от него не отличался. Однако прямо сейчас он даже не мог поднять голову, чтобы встретиться с ним взглядом.

Охваченный стыдом и недовольством, Сео Му-Санг закрыл глаза.

Ын Ха-Соль сидела на стуле, покачивая ногами, наблюдая, как Джин Му-Вон готовит ужин. Шим Вон-Ли и другие посторонние прибыли накануне, но Джин Му-Вон ничего об этом не сказал. Он просто занимался своими делами, как будто это не имело к нему никакого отношения.

Утром парень отправился на прогулку, остановившись только для того, чтобы почитать в Большой библиотеке. После этого он пошел в кузницу, чтобы немного попрактиковаться в фехтовании, а затем провел остаток дня в подвале.

Ын Ха-Соль никогда не бывала в подвале и понятия не имела, что он там делает. Тем не менее, у нее было предчувствие, что он тайно занимался боевыми искусствами.

Странно, что нет никаких признаков того, что он обладает какой-либо ци.

Она не могла быть уверена, было ли это потому, что у него вообще не было ци, или он каким-то образом скрыл свою ци от ее чувств.

Девушка обыскала всю Большую библиотеку, так что точно знала, насколько она неадекватна. Книг было так мало, и они были такого низкого качества, что, продолжая называть это Большой библиотекой, она чувствовала себя неловко. Хотя всегда можно было усовершенствовать основы боевых искусств, без надлежащих ресурсов было невозможно достичь Трансцендентности. Поэтому Ын Ха-Соль чувствовала, что даже если бы Джин Му-Вон изучил некоторые боевые искусства, он не был бы очень сильным.

В этих жестоких обстоятельствах несколько чужаков вторглись в Крепость Северного Небесного клана. Она даже представить себе не могла, каково это для Джин Му-Вона - смотреть, как его дом топчут эти люди, радостно распаковывающие свой багаж и обращающиеся с этим местом, как с отелем.

Казалось, что насильственного роспуска Северного Небесного клана и доведения его отца до самоубийства им было недостаточно. Они должны были пойти и добавить оскорбление к травме. Несмотря на это, Джин Му-Вон вел себя так, будто все это было для него нормальным, никогда не раскрывая своих истинных чувств.

Вероятно потому, что раскрытие истинных чувств поставило бы его в опасность.

Ын Ха-Соль переключила свои чувства с Джин Му-Вона на свое собственное тело.

«Похоже, я восстановила примерно шесть десятых своей ци.»

После того, как она изгнала яд с помощью Са-Рёна, ее ци начала восстанавливаться чрезвычайно быстро. Такими темпами Ын Ха-Соль должна была полностью исцелится до начала лета. До этого момента она планировала остаться в Северном Небесном клане. Для нее не было лучшего укрытия.

Как раз в этот момент Джин Му-Вон сказал: — Еда готова.

Он поставил рис и тарелки перед Ын Ха-Соль.

Она поднесла руку к подбородку и внимательно оглядела тарелки, говоря: — У нас сегодня тоже будет тушеная говядина?

Видя недовольство Ын Ха-Соль, Джин Му-Вон улыбнулся.

— Дядя Хван дал мне консервы не так давно, но я должен закончить их, пока они не испортились.

— По крайней мере, баранина была вкусной, хотя я и устала ее есть.

— Это была роскошная еда, которой ты обычно не могла бы насладиться...

— Я это уже знаю.

Ын Ха-Соль закончила разговор и нетерпеливо начала двигать ложкой.

Джин Му-Вон сел и взял свои палочки для еды.

Парень поднял голову, чтобы посмотреть на Ын Ха-Соль, странную девушку, которая однажды внезапно ворвалась в его жизнь и нарушила его покой. Он привык каждый вечер за ужином готовить лишнюю ложку и больше не мог представить, как вернется к вечерам без нее.

Он спросил: — Как еда?

— Это съедобно.

— Мне не следовало утруждать себя расспросами. Должно быть, это вкусно, если ты его ешь.

— Вот почему я сказала, что это съедобно.

— Блин! — раздраженно воскликнул Джин Му-Вон.

Вопреки ее комментариям, Ын Ха-Соль, казалось, наслаждалась едой. Когда он увидел это, уголки губ Джин Му-Вона снова приподнялись.

— Кстати, ты не находишь сегодняшнее горячее немного пересоленным?

— Я давно не ела говядины, но разве говяжье жаркое не должно быть немного соленым?

«Действительно?»

Джин Му-Вон покачал головой, но все равно протянул Ын Ха-Соль чашку воды. Он чувствовал, что самое время ей попросить чего-нибудь выпить.

— Выпей немного воды.

— Ммм.

Внезапно они услышали голос незнакомца за дверью, говорящий: — Могу я войти?

Джин Му-Вон и Ын Ха-Соль отложили ложки и обменялись взглядами.

— Войдите, — ответил Джин Му-Вон.

Сразу после того, как он закончил говорить, в комнату вошел мускулистый мужчина с заостренной козлиной бородкой, острыми, как лезвия, глазами и в черной униформе. Это был капитан-надзиратель Мок Ын-Пён.

Мок Ын-Пён на мгновение взглянул на Ын Ха-Соль, затем повернулся к Джин Му-Вону.

— Вы, по слухам, преемник Северного Небесного клана, Джин Му Вон?

Парень молча покачал головой.

— Ты пытаешься сказать, что ты не он?

— Я не являюсь преемником. Даже несмотря на то, что не осталось ни одного солдата, я все еще являюсь Лордом Северного Небесного клана.

Ответ Джин Му-Вона заставил брови Мок Ын-Пёна дернуться. Однако он быстро взял себя в руки и сказал: — Я капитан-надзиратель Мок Ын-Пён из Ложных Небес. Я пришел с посланием от Молодого господина.

— Сообщение?

— Молодой господин сказал: — Немного поздно, но я должен вас поприветствовать. Таким образом, вы приглашены на ужин со мной завтра в поместье Хвачен.

Джин Му-Вон нахмурился. Северный Небесный клан, возможно, и пал, но, тем не менее, он был его Лордом. Тот факт, что гость приглашал его, хозяина, на банкет в его собственном доме, был нелеп.

— Ты, должно быть, шутишь, да?

— Молодой господин никогда не шутит.

— Гость, приглашающий повелителя на его же территории? Интересно. Хорошо, я приму его приглашение.

— Банкет состоится завтра вечером в поместье Хвачен. Если тебя беспокоит одиночество, ты можешь взять ее с собой.

Мок Ын-Пён посмотрел на Ын Ха-Соль, которая сидела за столом напротив Джин Му-Вон, острыми, как бритва, глазами, которые, казалось, могли видеть ее насквозь. В ответ она, не дрогнув, уставилась на него в ответ.

— Завтра я пойду туда один...

—Я тоже иду, — внезапно прервала его Ын Ха-Соль.

Выполнив свою миссию, Мок Ын-Пён больше ничего не сказал и высокомерно вышел из комнаты.

Джин Му-Вон повернулся лицом к Ын Ха-Соль с впечатленным выражением на лице.

— Я надеюсь, ты знаешь, что ничего хорошего не произойдет.

— Если это приглашение на банкет, там должна быть хорошая еда, верно?

— Ха-ха... — вздохнул Джин Му-Вон.

Ветерок из окна казался немного прохладным, как будто время замерло между зимой и весной.

Хорошие люди сюда не приходят.

У Джин Му-Вона отвисла челюсть, когда он увидел недавно отремонтированное, совершенно новое поместье Хвачен. После падения Северного Небесного клана это место было полностью заброшено. Большая часть здания обрушилась, перекрыв доступ внутрь.

Парень не наблюдал за процессом лично, но мог сказать, что Чан Пэ-Сан и его лакеи очень усердно работали над ремонтом.

Когда Джин Му-Вон и Ын Ха-Соль вошли в поместье, их встретил мужчина, который, по-видимому, был слугой.

— Полагаю, вы лорд Джин?

— Да.

— Банкет на третьем этаже. Пожалуйста, следуйте за мной.

Слуга повел их вверх по лестнице.

«Эти парни действительно взяли с собой своих слуг в такое долгое, трудное путешествие?»

Помимо охранника, Джин Му-Вон увидел более дюжины людей, одетых как слуги, занятых уборкой и украшением поместья.

Как будто они всерьез думают, что Поместье Хвачен принадлежит им.

Эти люди не привезли бы с собой так много слуг, если бы планировали остаться в Северном Небесном клане всего на несколько дней. Джин Му-Вон не знал истинных причин, по которым они это сделали, но в одном он мог быть абсолютно уверен, эти люди собирались остаться еще на некоторое время.

— Молодой господин, я привел гостей.

— Впусти их.

Только после того, как слуга получил разрешение своего хозяина, он открыл дверь и сказал: — Пожалуйста, войдите. Молодой господин и его спутники ждут вас.

Джин Му-Вон кивнул и вошел в комнату.

Зал, где проходил банкет, был украшен в показной манере. На полу был расстелен массивный ковер из тигрового меха, а на стенах висело всевозможное оружие. Красочная керамика, которой не было в остальной части крепости Северного Небесного клана, была выставлена повсюду в этой комнате, добавляя ей величия.

Все это, вероятно, было принесено сюда Ложными Небесами.

Молодой человек и две молодые женщины сидели за столом в центре комнаты. Это были Шим Вон-Ли, его младшая сестра Шим Су-А и Сео Мун-Хёрен. На столе были разложены всевозможные блюда из морепродуктов, многие из которых Джин Му-Вон никогда раньше не видел.

Когда двое гостей вошли в комнату, Шим Вон-Ли встал.

— Проходите, и садитесь. Меня зовут Шим Вон-Ли, — поприветствовал он Джин Му-Вона, угрюмо глядя на него.

Сео Мун-Хёрен рядом с ним нахмурилась, но ничего не сказала.

Джин Му-Вон сел во главе стола и сказал: — Я Джин Му-Вон.

— А молодая леди рядом с вами?

— Дальняя родственница, о которой я забочусь.

Даже когда Джин Му-Вон представлял ее, Ын Ха-Соль не проявляла никакого интереса ни к чему, кроме еды на столе. Шим Вон-Ли нахмурил брови. Он не ожидал, что Джин Му-Вон кого-нибудь приведет. Несмотря на это, он сдержал свой гнев и постарался казаться терпеливым, сказав: — Это моя младшая сестра Шим Су-А, а это Сео Мун-Хёрен.

— Вы люди из Ложных Небес и клана Сео-Мун, верно?

— Ты знаешь, кто мы такие?

Шим Вон-Ли казался шокированным.

— Я уже слышал ваши имена раньше. Разве вы, ребята, не знамениты?

— Хм...

Шим Вон-Ли задумчиво посмотрел на Джин Му-Вона, но Джин последний проигнорировал его и небрежно сел.

— Я очень давно не был на таком официальном банкете.

— Вы, должно быть, голодны. Мои слуги приготовили много еды, так что, пожалуйста, не сдерживайтесь.

— Разве не трудно приготовить так много еды?

— Вовсе нет. Куда бы я ни пошел, слуги будут готовить для меня еду, соответствующую моим личным предпочтениям.

— Я завидую тебе. Мне приходится готовить для себя каждый день.

— Если хотите, я могу дать вам одного или двух слуг.

— Спасибо за ваше предложение, но, как вы знаете, я не могу позволить себе нанять кого-либо. В конце концов, жизнь тяжела для единственного выжившего из разрушенной семьи.

Джин Му-Вон пожал плечами.

Глаза Сео Мун-Хёрен загорелись. Поведение Джин Му-Вона сильно отличалось от того, что она ожидала.

Она думала, что Джин Му-Вон будет шокирован или расстроен их присутствием. В конечном счете, правда заключалась в том, что они были незваными гостями, которые насильно оставались в крепости, принадлежавшей Джин Му-Вону.

Самое главное, что они были членами Центрального Небесного альянса, теми, кто вынудил отца Джин Му-Вона покончить с собой, и теми, кто вызвал роспуск Северного Небесного клана.

Дедушка Сео Мун-Хёрен даже был центральной фигурой, стоявшей за этим инцидентом. Хотя не было никакой возможности, чтобы Джин Му-Вон не знал об этом факте, он открыто не выражал никакого гнева или враждебности и казался довольно апатичным.

Шим Су-А с любопытством посмотрела на Джин Му-Вона и Ын Ха-Соль, а затем резко спросила: — Джин-Орабони, ты жил один последние три года? Вы когда-нибудь чувствовали себя одиноко? Откуда вы брали свою еду?

Шим Вон-Ли, который сидел рядом с Джин Му-Воном, был так потрясен множеством грубых вопросов своей сестры, что не смог вовремя остановить ее. Однако Джин Му-Вон терпеливо ответил: — Гм, мне каким-то образом удалось выжить, живя в одиночестве, и знакомый регулярно присылает мне еду.

— Собирается ли Орабони продолжать жить здесь? Если бы мне пришлось остаться здесь совсем одной, я не думаю, что продержалась бы и месяца.

— Несмотря ни на что, это мой дом. Мне больше некуда идти, — ответил Джин Му-Вон, пожимая плечами.

На этот раз настала очередь Сео Мун-Хёрен задавать вопрос. Она сказала: — Мистер Джин, вы никогда не думали о том, чтобы отправиться на Центральные равнины?

— Есть ли кто-нибудь на Центральных равнинах, кто был бы рад моему присутствию там?

— Четыре Столпа...

— Наверное, мне будет лучше держаться подальше от этих людей.

— Вы так думаете? Мистер Джин кажется мне очень одиноким человеком.

Угольно-черные глаза Сео Мун-Хёрен мерцали печалью и сочувствием. В этот момент она выглядела так соблазнительно, что даже Джин Му-Вон не мог не погрузиться в глубокие раздумья, задаваясь вопросом, насколько это было реально.

Шим Вон-Ли наблюдал за Джин Му-Воном, который тяжело опустился на свой стул, как будто был очарован Сео Мун-Хёрен.

«Он все еще ребенок. Тем не менее, его молодость - не причина недооценивать такого тигренка, как он».

Именно тогда Ын Ха-Соль пожаловалась: — Мы можем начать есть сейчас?

Как будто ее голос был сигналом тревоги, Джин Му-Вон внезапно очнулся от своего оцепенения. Он поднял голову и увидел надутую Ын Ха-Соль, уставившуюся на еду.

Шим Вон-Ли расхохотался.

— Ха-ха! Моя ошибка, я чуть не забыл, что у нас был еще один гость. В любом случае, мы можем продолжать разговаривать даже во время еды.

Банкет начался. Джин Му-Вон и Ын Ха-Соль энергично двигали палочками для еды. Всякий раз, когда одно блюдо было почти доедено, появлялось несколько слуг с добавками, как будто они уже приготовили больше заранее.

— Ух ты! Этот соус из свинины Донгпо[1] идеален. Мясо тоже приготовлено очень хорошо. Мастерство этого шеф-повара просто потрясающее!

— Это сделал мой личный шеф-повар. Когда дело доходит до тушеного мяса, он один из лучших на Центральных равнинах.

— Я думаю, он самый лучший из них всех! — Джин Му-Вон показал Шим Вон-Ли большой палец.

— Как насчет выпить?

— Конечно...

Джин Му-Вон выпил все вино, которое предложил ему Шим Вон-Ли. В результате он был так пьян, что его лицо покраснело, а глаза налились кровью.

Некоторое время спустя, когда все закончили есть, Шим Вон-Ли вытер губы носовым платком, а затем спросил: — Как вам? Понравилась сегодняшняя еда?

— Благодаря тебе, я получил шанс насладиться роскошной едой. Если это возможно, я бы хотел, чтобы меня чаще приглашали на ужин.

— Это не будет проблемой.

— Тогда, полагаю, мне придется поблагодарить вас заранее.

— Это справедливо, так как у меня тоже есть к тебе просьба. Вы лорд, а я просто гость, поэтому я хотел бы получить ваше одобрение, чтобы позволить нам остаться здесь на некоторое время.

— Похоже, вы планируете довольно долго гостить.

— Я жду здесь своего друга.

— Друга?

— Да.

Шим Вон-Ли впервые улыбнулся. Джин Му-Вон почувствовал, что это выражение было похоже на оскал зверя, смотрящего на свою добычу.

Сео Мун-Хёрен спросила: — Вы слышали раньше имя «Дам Со-Чон»?

— Вы имеете в виду парня, который принял «Вызов Ста человек»?

— Да.

— А почему вы вдруг спросили о нем?

На лице Джин Му-Вона появился намек на подозрение. Он не мог понять, почему девушка упомянула Дам Со-Чона. Внезапно ему в голову пришла одна мысль.

— Может быть, человек, которого вы ждете, - это Дам Со-Чон? Зачем ему приходить сюда?

— Место для финальной дуэли его Вызова Ста человек находится недалеко отсюда. Он, вероятно, хочет сам увидеть следы былой славы Северного Небесного клана. Неоспоримым фактом является то, что история столетней войны Северного Небесного клана с Тихой ночью похоронена в этих стенах.

— Понятно, — кивнул Джин Му-Вон.

— Тогда, пока он не прибудет, мы будем беспокоить вас.

— Не волнуйтесь, здесь все равно много пустых комнат.

— Спасибо.

Улыбка Шим Вон-Ли стала шире от дружелюбного тона Джин Му-Вона.

— Я думаю, что сейчас пойду спать. Я слишком много выпил и боюсь, что сделаю какую-нибудь глупость, если напьюсь.

— Хорошо. Тогда до следующего раза.

Джин Му-Вон встал, пошатываясь, и пьяно похлопал Шим Вон-Ли по спине. Он схватил Ын Ха-Соль, которая все еще хотела есть, и потащил ее из банкетного зала.

Сео Мун-Хёрен наблюдала за тем, как гости уходят.

Шим Вон-Ли спросил: — Ну, что ты думаешь?

— Он кажется очень уравновешенным человеком.

— И это все?

— Нет.

— Хм!

Шим Вон-Ли раздраженно скрестил руки на груди.

Внезапно заговорила Шим Су-А, которая некоторое время молчала.

— Он мне нравится.

— Что ты имеешь в виду?

— Он действительно красивый.

У Шим Вон-Ли отвисла челюсть, он не мог поверить в то, что только что услышал, но Шим Су-А проигнорировала его и положила руку на подбородок, с тоской глядя на дверь, из которой только что вышел Джин Му-Вон.

— Он симпатичный, и у него очень уникальная аура. Я думаю, что, возможно, влюбилась в него.

— Не смеши.

— Что? Ты думаешь, это шутка?

Шим Су-А посмотрела на своего брата, ухмыляясь. Шим Вон-Ли предпочел не встречаться взглядом со своей сестрой и вместо этого позвал Мок Ын-Пёна.

— Капитан Мок.

— Да, сэр!

— Пошлите несколько человек присмотреть за ним.

— Понятно.

— Добудь мне также информацию о девушке рядом с ним.

— Это будет сделано.

Когда Мок Ын-Пён ушел, Сео Мун-Хёрен сказала: — Это действительно было необходимо?

— Ты узнаешь, как только увидишь конечный результат.

Шим Вон-Ли налил себе чашу вина. В его глазах сверкнул холодный блеск, от которого у любого по спине пробежали бы мурашки.

Примечания от английского переводчика прошлой команды YAB:

[1] — Свинина Донгпо - Dongpo pork

Блюдо Ханчжоу, приготовленное путём обжаривания на сковородке и затем жарки красной свиной грудки. Dongpo pork (традиционный китайский : 東坡肉; упрощенный Китайский : 东坡肉; пиньинь : dōngpōròu) - блюдо Ханчжоу, которое готовят путем жарки на сковороде. Свинина толсто нарезается, около двух квадратных дюймов. Она в равной степени должна состоять из жирного и нежирного мяса. Кожу оставляют. Блюдо получается маслянистое, но нежирное и благоухает вином. Название придумано в честь поэта династии Сун и гастронома Су Дунпо.

Хорошие люди сюда не приходят, а те, кто сюда приходит, это нехорошие. II

— Ты действительно в порядке?

— Да.

— Правда, правда?

— Есть причина, по которой я не должен быть в порядке? — сказал Джин Му-Вон, ухмыляясь.

Ын Ха-Соль долго смотрела на лицо Джин Му-Вона с озабоченным выражением.

— Почему ты так на меня смотришь?

— Я хочу посмотреть, действительно ли ты в порядке.

— Ну, и? Что думаешь?

— Хм, ты, кажется, в порядке, — ответила смущенная Ын Ха-Соль, ее надутые щеки искажали форму ее лица.

— Я ухожу, — сказала она, перепрыгивая через здания. Некоторое время назад она перестала скрывать тот факт, что занималась боевыми искусствами у Джин Му-Вона.

Парень покачал головой, наблюдая, как Ын Ха-Соль исчезает в темноте. Она была похожа на бродячую бездомную кошку, которая любила беспорядочно прыгать.

Джин Му-Вон зашел в тенистый переулок, и вдруг его начало тошнить.

— Блу-а-а!

Он продолжал блевать, пока его не вырвало всей едой, которую дал ему Шим Вон-Ли, и его рвота не стала желтой от желудочного сока. Затем он поднял голову, пробормотав: — Ах, так намного лучше.

Джин Му-Вон выпрямился и вытер рот рукавом.

Он почувствовал тепло, хотя погода была довольно холодной. Подойдя к ближайшему колодцу, Джин Му-Вон убедился, что вокруг никого нет, и начал снимать рубашку. Тут же ледяной ветер впился ему в кожу. Парень наклонился и зачерпнул ведро воды из колодца, и вылил ее себе на голову и тело.

ПЛЮХ!

Когда остатки его опьянения были смыты, разум Джин Му-Вона прояснился.

— С этого момента все, вероятно, станет действительно утомительным.

То, как Шим Вон-Ли посмотрел на него, заставило Джин Му-Вона почувствовать себя крайне неловко. На протяжении всего банкета этот нежданный гость не сводил с него глаз ни на мгновение. Глаза Шим Вон-Ли, которые, казалось, сверлили Джин Му-Вона насквозь, заставляли последнего контролировать каждое свое движение даже во время еды.

«Он подозревает, что я разбираюсь в боевых искусствах. Одно дело, если бы это были только основы, но если Шим Вон-Ли узнает об Искусстве Десяти Тысяч Теней, он определенно использует все имеющиеся в его распоряжении средства, чтобы избавиться от меня».

Джин Му-Вон вылил на себя еще одно ведро холодной воды.

«Наберись терпения, Джин Му-Вон. Ты всегда должен помнить, что нужно иметь выдержку».

Он посмотрел на небо, снова и снова повторяя: «Будь терпелив!».

Темные облака заполнили небо, скрывая свет звезд, как вуаль.

«Они упомянули, что Дам Со-Чон приедет сюда, верно?»

Дам Со-Чон, несомненно, является звездой нынешнего поколения, принявшего Вызов Ста человек. Шим Вон-Ли и Сео Мун-Хёрен проделали весь этот путь сюда только для того, чтобы встретиться с ним.

«Теперь настоящая проблема в том, заинтересуется ли мной Дам Со-Чон?

...Надеюсь, что нет.»

Шим Вон-Ли стоял на холме, глядя на север. Когда его глаза скользнули по бесконечным просторам пустынных равнин, на его лице появилась улыбка.

— Как здорово!

Он чувствовал мощную жизненную силу, пульсирующую за иллюзией унылых равнин и бесплодных холмов. Это было место, где слабые были мясом, а сильные их ели, где самые отчаявшиеся люди выживали, властвуя над слабыми, силой отнимая то, что им хотелось. Эти люди, у которых была воля сделать все возможное, чтобы выжить, очень заинтриговали Шим Вон-Ли.

Он наслаждался силой и дикостью Севера. Парень не был уверен, было ли это потому, что он очень одобрял фразу «выживает сильнейший», или потому, что он родился и вырос в иерархических рамках Центральных равнин и жаждал свободы.

Как раз в этот момент к нему тихо подошел капитан Мок Ын-Пён.

— Молодой господин, я наконец-то нашел вас. Все беспокоятся.

— Не нужно поднимать такой большой шум. Я вышел на улицу только для того, чтобы подышать свежим воздухом.

— И все же вы должны быть осторожны. Как будущий лидер Ложных Небес, Молодой господин всегда должен помнить о своем собственном статусе.

— Ха! Кто посмеет причинить мне вред? — усмехнулся Шим Вон-Ли.

Мок Ын-Пён опустил голову. Он не осмелился спорить с господином. Шим Вон-Ли снова повернулся лицом к северным равнинам.

— Капитан Мок, вы видите это?

— Вижу что?

— Вы знаете, почему я всегда хотел посетить это место? Это потому, что я хочу сам увидеть следы, оставленные столетней войной. Отсюда я могу мельком увидеть жестокие сражения прошлого и погрузиться в эту часть истории.

— Итак... вы увидели то, за чем пришли?

— Я не просто увидел, я почувствовал огромную свирепость и интенсивность того периода. По сравнению с этим Центральные равнины слишком мирные и тихие.

— Молодой господин…

— Правда в том, что мирное состояние ганго прямо сейчас - всего лишь иллюзия, созданная этими древними монстрами из Центрального Небесного альянса.

Рот Шима Вон-Ли скривился от отвращения.

После падения Северного Небесного клана на Центральных равнинах началась новая эра мира. Ни одна секта или клан не осмеливались поднимать какие-либо конфликты под абсолютным правлением Центрального Небесного альянса.

Центральный Небесный альянс просто не допустил бы никакого хаоса в новом мировом порядке, который он установил. Все споры и распри должны разрешаться при их посредничестве, а тех, кто нарушит это правило, ждет суровое наказание.

Они были особенно нетерпимы к преступникам и бандитам, поскольку эти хулиганы были основной причиной большинства мелких потасовок в ганго.

Конечно, преступники пытались сопротивляться. Однако они не могли доверять друг другу, и их совместная работа легко развалилась, как песок, рассыпанный по земле. Естественно, они не могли сравниться с Центральным Небесным альянсом.

К тем, кто противостоял им, Центральный Небесный альянс был безжалостен. Они захватывали и наказывали любых диссидентов до такой степени, что это можно было даже назвать жестокостью. Те немногие, кто пережил чистку, либо ушли из ганго, либо закончили службу в других фракциях.

В конце концов, только видным сектам, выдающимся кланам и фракциям, возглавляемым такими влиятельными силами, как Четыре Столпа Севера, было разрешено высказать свое мнение Центральному Небесному альянсу.

Эти могущественные группировки полагались на грубую силу, чтобы вмешиваться в экономику, получая огромные объемы капитала. Затем они использовали эти деньги в качестве финансирования для получения еще большей прибыли.

В мире, где доминируют военная сила и деньги, мурим-ин ценит личную выгоду выше свободы. С определенной точки зрения, мир стал еще более унылым местом для жизни по сравнению с тем временем, когда война с Тихой ночью все еще продолжалась.

Все было так, как того желал Центральный Небесный альянс.

Точнее говоря, нынешнее состояние мира было продиктовано Девятью Небесами, правителями Центрального Небесного альянса.

Девять Небес ненавидят изменения и вызовы доктрине, которую они создали. Возможно, они даже подумывают о бессмертии, чтобы вечно наслаждаться своим богатством и славой.

Они создали совершенную систему, которую не может отменить ни один человек; систему, в которой несколько привилегированных людей правят остальными железным кулаком.

Такова нынешняя реальность на Центральных равнинах.

Шим Вон-Ли знал, что он сам был одним из привилегированных, кто наслаждался роскошной жизнью под зонтиком, который был Центральным Небесным альянсом. С тех пор, как он достаточно подрос, его кормили различными укрепляющими таблетками и он получал телесное очищение и укрепление. Это позволило ему стать опытным мастером боевых искусств в очень юном возрасте.

Кроме того, если не произойдет каких-либо непредвиденных инцидентов, он, несомненно, сменит руководство Ложных Небес. Однако это вряд ли произойдет скоро, так как его отец, Шим Му-Ва, все еще был в расцвете сил и со временем только окрепнет.

— Тебе это может показаться странным, но мой отец такой же человек, как и они. Он никогда не откажется от власти и не передаст свое положение другому, пока он жив, даже если этот человек - его собственный сын. Хух-ху-ху! Если я ничего с этим не сделаю, то, вероятно, пройдет несколько десятков лет, прежде чем я смогу взять на себя руководство Ложных Небес. Однако я не собираюсь спокойно ждать, пока это время придет. Я решил бросить вызов авторитету отца, и это сделает меня сильным. Прямо здесь, прямо сейчас я создаю основы, которые приведут мой план в исполнение.

Глаза Шима Вон-Ли блеснули холодным, злобным светом.

Он был молод, пылок и верил в свои силы. Самое главное, он горел амбициями и не собирался смиряться с тем, чтобы быть просто преемником в течение нескольких десятков лет.

— Вы присоединитесь ко мне и поможете мне достичь моих целей, капитан Мок?

— Я меч Молодого господина. Господь был тем, кто помог мне, но я предан вам, Молодой господин.

— Правда?

Шим Вон-Ли встретился взглядом с Мок Ын-Пёном. Хотя собственный взгляд капитана был острым, как нож, взгляд Шима Вон-Ли заставил его глаза почувствовать, что их раскалывают. Несмотря на это, он не отвернулся.

Довольный реакцией Мок Ын-Пёна, Шим Вон-Ли улыбнулся.

— Используйте меня, как хотите, Молодой господин.

— Тогда не следует ли тебе начать с того, как ты обращаешься ко мне?

— Милорд!

— Ха-ха-ха!

Шим Вон-Ли удовлетворенно ухмыльнулся. Он уже знал, что Мок Ын-Пён был ему верен, но все равно хотел воспользоваться возможностью, чтобы подтвердить это.

Внезапно на вершине холма со свистящим звуком появился человек в черном. Это был один из Стражей, человек по имени Ёп-Ол.

Он позвал Мок Ын-Пёна, сказав: — Капитан!

— Что происходит?

— Один из наемников желает поговорить с Молодым господином.

Ёп-Ол указал на мужчину, стоявшего в отдалении. Это был Чан Пэ-Сан.

Мок Ын-Пён с презрением посмотрел на Чан Пэ-Сана.

— Милорд?

Чан Пэ-Сан был всего лишь наемником-партнером, должность, которого считалась ниже даже низкорангового члена Центрального Небесного альянса. Его боевые искусства были настолько слабы, что его выгнали из нижних рядов во время одной борьбы за повышение. Для такой дряни просить о разговоре с Шим Вон-Ли было немыслимо, если только этот человек не был слишком высокого мнения о себе.

Тем не менее, Шим Вон-Ли мог придумать, как использовать такого человека.

— Приведи его ко мне.

— Милорд?

Мок Ын-Пён в замешательстве посмотрел на Шим Вон-Ли.

— Ху-ху! Он может быть и мусор, но это не обязательно значит, что он не имеет никакой ценности. Есть грязные работы, которые могут выполнять только люди с самого низа. Приведи его сюда.

— Да, Милорд.

Мок Ын-Пён кивнул своему милорду, а потом немедленно отправился за Чан Пэ-Саном.

— Я слышал, что ты хочешь встретиться со мной?

— Да, Молодой господин.

Чан Пэ-Сан опустился на колени перед Шимом Вон-Ли, который ответил ему зловещей улыбкой.

— Итак, о чем ты хотел поговорить?

— Ничтожный я всегда восхищался молодым мастером Шимом. Если бы Молодой господин дал мне шанс послужить вам, я был бы готов сделать для вас все, что угодно.

— Хм!

— Я умоляю вас, пожалуйста, дайте мне только один шанс.

Чан Пэ-Сан несколько раз ударился лбом о землю, пока не хлынула кровь.

— Ты сказал, что восхищаешься мной?

— Да, Молодой Господин! Я всегда думал, что только вы достойны возглавлять будущих муримов. Возможно, от меня будет мало пользы, но если Молодой господин согласится принять меня, я клянусь, что буду служить вам от всего сердца.

— Как ты собираешься служить мне?

— Я готов сделать все, что необходимо. Когда я вернусь в Центральный Небесный альянс, я смогу быть вашими глазами и ушами.

— Ты хочешь стать моими глазами и ушами в Центральном Небесном альянсе? Ты знаешь, сколько у меня там глаз и ушей? Ты действительно думаешь, что можешь сравниться с кем-нибудь из них?

— Конечно, я уверен, что у Молодого господина много слуг. Однако никто из них не находится на дне, как я. Я знаком со всеми входами и выходами низших чинов и с тем, как использовать этих людей.

Чан Пэ-Сан поставил свою жизнь на эту мольбу. Он слишком хорошо понимал, что если продолжит жить так, как сейчас, то никогда ничего не достигнет и просто зачахнет. Страх, что его никогда не призовут обратно на Центральные Равнины и ему придется гнить в этом пустынном месте еще много лет, придал ему смелости рискнуть своей жизнью в этот раз.

Если бы он мог стать одним из доверенных подчиненных Шим Вон-Ли и подняться на вершину по иерархии Центрального Небесного альянса, это было бы убийство двух зайцев одним выстрелом. Таким образом, Чан Пэ-Сан расстелился на земле перед Шим Вон-Ли, который, в свою очередь, казался весьма удовлетворенным отношением Чан Пэ-Сана.

Мок Ын-Пён с презрением смотрел на человека, пресмыкающегося на земле, а затем прошептал на ухо Шим Вон-Ли: — Этот человек недостоин вас, Милорд.

Мок Ын-Пён был гордым человеком по натуре. Один взгляд в хитрые глаза Чан Пэ-Сана сказал ему все, что ему нужно было знать о наемнике. Слуга положил руку на меч, и был готов обезглавить Чан Пэ-Сана в тот момент, когда Шин Вон-Ли отдаст приказ.

Чан Пэ-Сан понял, что это был момент, который решит его окончательную судьбу. Он вздрогнул, но не поднял головы.

Подумать только, что я отдал свою жизнь в руки другого человека.

Его захлестнула волна сожаления, но теперь пути назад не было. Хотя он не знал, выживет он или нет, у него не было другого выбора, кроме как продолжать двигаться вперед.

— Хм, что мне с тобой делать? — сказал Шим Вон-Ли, озорно ухмыляясь.

Ему нравилось мучить Чан Пэ-Сана своими словами, но Чан Пэ-Сан заставил себя вынести унижения и ждал окончательного решения Шим Вон-Ли, во рту у наемника пересохло от беспокойства.

Шим Вон-Ли подождал некоторое время. Затем, как судья, стукнувший молотком, он сказал: — Подними голову.

— Да, сэр!

Чан Пэ-Сан поднял голову только для того, чтобы встретиться взглядом с Шим Вон-Ли, который стоял над ним и смотрел вниз. Глядя в высокомерные глаза, которые были холоднее змеи и острее ножа, Чан Пэ-Сан не мог не сглотнуть свою несуществующую слюну.

— Хорошо, я возьму тебя с собой. Когда я вернусь на Центральные равнины, ты пойдешь со мной.

— С-Спасибо, Молодой господин. Нет, я имею в виду, Милорд.

— Тебе лучше никогда не думать о том, чтобы предать меня. Я также ненавижу, когда кто-то из моих слуг не согласен со мной.

— Я абсолютно предан вам. Я даже был бы готов прыгнуть в адское пламя по вашему приказу.

— А теперь убирайся с моих глаз.

Шим Вон-Ли пренебрежительно махнул рукой. Чан Пэ-Сан отступал назад на коленях, пока не отошел достаточно далеко.

Когда Ёп-Ол и Чан Пэ-Сан исчезли из виду, Мок Ын-Пён осторожно спросил: — Он действительно так сильно вам нужен?

— Хм! Недавно я задумался, нужен ли мне такой вьюнок[1]. Пруд, который слишком чист и прозрачен, скучен, не так ли? Иногда нам просто хочется насладиться цветением воды, — сказал Шим Вон-Ли, смеясь.

Примечание от английского переводчика прошлой команды YAB:

[1] Вьюн: Разновидность прудовой рыбы грязного цвета. Из него получается очень вкусный суп.

Хорошие люди сюда не приходят, а те, кто сюда приходит, это нехорошие. III

— Капитан!

Сео Му-Санг и Вон Чок-Шим приветствовали Ёп-Вола и Чан Пэ-Сана, которые вернулись в крепость Северного Небесного клана.

Когда Сео Му-Санг увидел, что человек, сопровождающий Чан Пэ-Сана, был Ёп-Вол, в его мертвых глазах на мгновение промелькнуло негодование. Однако Чан Пэ-Сан не заметил этой аномалии и радостно сказал: — Вице-капитан, мне нужно многое рассказать тебе сегодня! Ребята, приведите всех в мою комнату сегодня вечером!

Чан Пэ-Сан несколько раз похлопал Сео Му-Санга по плечу, затем направился внутрь крепости, сопровождаемый Вон Чок-Шимом.

Сео Му-Санг тоже собирался уходить, когда Ёп-Вол внезапно сказал: — Эй, как долго ты собираешься продолжать игнорировать меня? Мы должны притворяться, что не знаем друг друга?

Сео Му-Санг вздрогнул, как будто в него ударила молния. Он нерешительно поднял голову, чтобы посмотреть на Ёп-Вола.

— Му-Сан, не говори, что ты меня не видишь, я стою прямо перед тобой.

— Да, Ол.

— Ха-ха, наконец-то! Мой старый друг, как поживаешь?

— Друг? Ты все еще считаешь меня другом?

Сео Му-Санг сделал все возможное, чтобы сохранить невозмутимое выражение лица, но в конце концов не смог удержаться от хмурого взгляда. Вопреки уродливому выражению лица Сео Му-Санга, на губах Ёп-Вола играла фальшивая улыбка.

— Разве мы не были друзьями десять лет? Для меня ты все еще друг.

— Разве похищение возлюбленной друга - это то, что делают друзья?

— Ты уже знаешь, что это был брак по договоренности между нашими семьями. У меня не было выбора.

— У тебя не было выбора? Кого ты обманываешь? Ты действительно думаешь, что я не знаю, что ты использовал связи своей семьи, чтобы устроить этот брак?

Сео Му-Санг вышел из себя. Когда его ярость закипела, рациональность в миг испарилась. Он вытащил свой меч и бросился на Ёп-Вола, как разъяренный бык.

ШИНГ!

Ёп-Вол без особых усилий защитился от неожиданной атаки Сео Му-Санга, но затем тот обрушил на него шквал ударов.

— Ты такой же, как и раньше, — пробормотал Ёп-Вол, отражая каждый удар. Однако его небрежный ответ только еще больше разозлил бывшего друга.

Сео Му-Санг высвободил всю силу Стиля Меча Голубого Облака.

ЛЯЗГ! ЛЯЗГ! ЛЯЗГ!

Когда их клинки сталкивались, повсюду полетели искры.

Сео Му-Санг делал все возможное, чтобы скрыть намерение убить противника. Однако, в конце концов, он не смог даже задеть одежду Ёп-Вола.

— Ты совсем не улучшился.

— ЗАТКНИСЬ НАХРЕН!

Перед лицом постоянных насмешек Ёп-Вола, Сео Му-Санг потерял последние остатки разума. Он безрассудно использовал сильнейший навык, который он знал, стиль Меча Голубого Облака - Меч, Разделяющий облака.

СВИСТ!

Клинок Сео Му-Санга, казалось, взорвался, как фейерверк, окружив Ёп-Вола вихрем ударов. Фальшивая улыбка противника мгновенно исчезла.

РЕВ!

Острый, ослепительный красный свет вспыхнул от меча Ёп-Вола. Его меч прорезал воздух, отражая все атаки Сео Му-Санга.

КЧАК!

— Ух! — простонал Сео Му-Санг, когда меч, которым он пользовался последние десять лет, был разделен на две части.

Клинок Ёп-Вола опустился на левое плечо Сео Му-Санга, лезвие коснулось его шеи. Всего дюйм вправо, и Сео Му-Санг был бы смертельно ранен.

Хотя это причиняло боль, вице-капитан знал, что эта ситуация не была случайностью. Это был результат контроля Ёп-Вола над своим клинком.

— Ты не сможешь победить меня, используя Стиль Меча Голубого Облака, которому обучают каждого низкоуровневого пехотинца, нанятого Центральным Небесным альянсом. Однако не каждый день мне удается встретиться со старым другом, так что я забуду о том, что произошло сегодня. Твоя рана не настолько серьезна, и ты, вероятно, полностью поправишься после нескольких дней отдыха.

— Грр!

— Не расстраивайся так из-за своей потери. В конце концов, моя отправная точка была намного впереди твоей, — насмешливо утешил Ёп-Вол.

В отличие от Сео Му-Санга, который был сиротой, Ёп-Вол происходил из уважаемой семьи. Он родился с серебряной ложкой во рту, и его жизненный путь был уже полностью вымощен за него.

С определенной точки зрения, можно сказать, что встреча Сео Му-Санга и Ёп-Вола была судьбой, поскольку они происходили из совершенно разных слоев общества. Эти двое познакомились друг с другом случайно, но сразу же поладили. Однако все изменилось несколько лет спустя, когда они встретили женщину по имени Сео Ю-Ран.

Сео Ю-Ран была очень умной и красивой старшей дочерью клана Дзянцу Сео, семьи падших дворян. Она и Сео Му-Сангом влюбились друг в друга с первого взгляда и даже были готовы провести свое будущее вместе.

К несчастью для них, этот период блаженства закончился, когда Ёп-Вол, человек, который сделал бы все, чтобы получить то, что он хотел, решил встать между ними. Точно так же, как Сео Му-Санг, Ёп-Вол влюбился в Сео Ю-Ран.

Ёп-Вол знал, в чем падший клан Дзянцу Сео нуждался больше всего — в деньгах. А деньги - это то, чего у семьи Ёп-Вола было в избытке. Таким образом, он настаивал на заключении брака по договоренности между ним и Сео Ю-Ран в обмен на финансовую поддержку.

Сео Му-Санг был в ярости, но такой заурядный наемник, как он, ничего не мог поделать. В конце концов, Ёп-Вол женился на Сео Ю-Ран, когда Му-Санга сослали в эту крепость у черта на куличках.

Кроме того, Ёп-Вол познакомился с Шимом Вон-Ли, молодым наследником Ложных Небес, вскоре после своей женитьбы. Это гарантировало ему светлое будущее. Даже боевые искусства, которым он научился у Ложных Небес, были намного лучше, чем у Сео Му-Санга.

Ёп-Вол указал своим мечом на друга и сказал: — Кстати, твой капитан решил служить нашему Господину, а это значит, что с этого момента мы будем видеться очень часто. Мы не можем ссориться каждый раз, когда встречаемся, поэтому я надеюсь, что с этого момента ты сможешь держать себя в руках.

— Что? Ты, блядь, издеваешься надо мной?

— Ваш капитан даже пал ниц перед нашим Господином. Он произвел на меня сильное впечатление.

— Кхх! — Сео Му-Санг стиснул зубы, охваченный чувством предательства. Он понятия не имел, что Чан Пэ-Сан отправился присягать на верность Шим Вон-Ли. Он никак не смог бы избежать встречи с Ёп-Волом, если бы они работали на одного и того же человека, и постоянное напоминание о его самых болезненных воспоминаниях было последним, чего хотел Сео Му-Санг.

Чувствуя себя беспомощным, Сео Му-Санг отвел взгляд. Он уже собирался уходить, когда Ёп-Вол спровоцировал его еще больше, сказав: — Ты знал? Тот, кто предложил наш брак, был не я. Это была она.

Сео Му-Санг застыл на месте.

— Не лги мне, Ол. Ты действительно думаешь, что я тебе поверю?

— С какой стати мне было бы лгать тебе? Эта женщина не так наивна или невинна, как ты, кажется, думаешь. На самом деле, Сео Ю-Ран довольно амбициозная леди. Она была той, кто хотел использовать меня, как ступеньку, чтобы избавить себя и свою семью от бремени. Даже если ты мне не веришь, все, что тебе нужно сделать, это тщательно покопаться в своих воспоминаниях о ней, и ты скоро поймешь, что я говорю правду.

Ёп-Вол выпалил все, что хотел сказать, затем быстро развернулся и ушел. Сео Му-Санг остался прикованным к земле. Последняя фраза Ёп-Вола снова и снова звучала в его ушах.

— Ты лжешь. С чего бы ей...

Он крепко зажмурился, только для того, чтобы она появилась перед его мысленным взором, ее голос шептал ему в уши. Может быть, физически она и не была с ним вместе, но он все еще верил, что ее сердце принадлежит ему.

Позже Сео Му-Санг узнал, что Ёп-Вол, по крайней мере, рассказал ему правду о решении Чан Пэ-Сана служить Шим Вон-Ли. Все радовались перспективе возвращения домой - на Центральные равнины. То есть все, кроме него.

С тех пор как Шим Вон-Ли и остальные переехали в Северную Небесную крепость, Джин Му-Вон старался по возможности не выходить на улицу и проводил весь день взаперти в Башне Теней. Он наблюдал за восходом солнца с крыши, практиковался в Искусстве Десяти Тысяч Теней, а затем тренировался в фехтовании, пока не уставал. В качестве альтернативы, всякий раз, когда Джин Му-Вон сталкивался с препятствием во время тренировки, он шел дальше осваивать кузнечное дело.

Много дней спустя ошеломленный Джин Му-Вон наконец вышел на улицу. Ему нужно было найти некоторые ответы в Большой библиотеке. Он ходил туда каждый день до того, как вошел в первую стадию Искусства Десяти Тысяч Теней.

— Хааа... — вздохнул он, открыв дверь в библиотеку и увидев беспорядок внутри. Казалось, кто-то обыскал книжные полки и бросил все книги на пол.

«Порядок здесь зависит от меня… Что ж, расставлю книги заново».

Джин Му-Вон покорно улыбнулся, поднимая книги с пола и ставя их обратно на полки. Ему даже не нужно было гадать, чтобы понять, что задумали люди, которые это сделали.

«Они определенно сделали это по приказу Шим Вон-Ли».

Каждый, кто впервые попадет в Северную Небесную крепость, будет следовать этой процедуре. После обыска в Большой библиотеке они будут следить за ним, пытаясь выяснить, знает ли он какие-либо боевые искусства.

В тот момент, когда Джин Му-Вон вышел из Башни Теней, он понял, что за ним следят. Все было так же, как два года назад с Чан Пэ-Саном. И так же, как и тогда, пройдет совсем немного времени прежде, чем они потеряют к парню интерес и просто оставят его на произвол судьбы.

Убрав беспорядок, Джин Му-Вон достал несколько книг и начал читать. Он так увлекся чтением, что не заметил, как прошло время. Даже если бы прямо сейчас наступил конец света, он бы не шелохнулся.

«Сколько раз я уже читал эти книги?»

Чтобы найти ответ на свой вопрос, Джин Му-Вон просматривал книгу за книгой. Когда он, наконец, решил посмотреть вверх, небо уже стало темнеть.

«Всего через мгновение солнце сядет».

— Ты очень сосредоточен.

Внезапно он услышал женский голос, доносившийся со стороны входа в библиотеку. Пораженный, Джин Му-Вон повернул голову и увидел худую женщину, стоявшую в дверях.

— Вы?

— Мистер Джин, — поприветствовала Сео Мун-Хёрен с робкой улыбкой на лице.

Джин Му-Вон встал и спросил: — Что вы здесь делаете?

— Вы, должно быть, были удивлены нашим прибытием, верно? Я почувствовала, что с нашей стороны было невежливо приходить сюда без предупреждения, поэтому я пришла сюда, чтобы извиниться.

— В этом нет необходимости. Это не первый раз, когда кто-то приезжает сюда жить, не поставив меня в известность. Я уже привык к этому.

— Правда?

Сео Мун-Хёрен подошла к Джин Му-Вону легкими и грациозными шагами. Это делало ее похожей на бабочку.

Девушка взяла книгу, которую только что читал Джин Му-Вон.

— «Дебаты Хвана и Чжона?» — это не та книга, которую я ожидала здесь увидеть.

— Вы знакомы с этой книгой? — удивленно спросил Джин Му-Вон.

Сео Мун-Хёрен любезно улыбнулась, сказав: — Разве эта книга не является записью дебатов между Хван Хе-Сонсенгом и Чжон Мен-Сонсенгом[1], двумя великими философами, жившими более двухсот лет назад?

Все было именно так, как сказала Сео Мун-Хёрен. Оба философа были очень хорошо сведущи в даосизме, буддизме и конфуцианстве, но совсем не ладили. Чтобы доказать, что они были правы, эти двое провели много жарких дебатов, свирепость которых напоминала смертельные поединки между воинами.

Книга под названием «Дебаты Хвана и Чжона» содержала записи их обмена мнениями. Однако теперь, когда прошло более двухсот лет, очень немногие люди знали о существовании этой книги.

— Это книга, которую я всегда хотела прочитать, но даже с помощью Клана Сео-Мун я не смогла ее найти. Ничего, если я позаимствую у вас эту книгу? Я верну ее, как только закончу читать.

— Конечно. В любом случае, я уже закончил читать все эти книги.

Глаза Сео Мун-Хёрен засияли, как звезды на небе, когда она получила разрешение взять книгу.

— Спасибо. Честно говоря, это было неожиданно.

— Что вы имеете в виду?

— Я думала, что вы возненавидите меня, мистер Джин.

— И почему вы так думаете?

— Потому что мой дед, Призрак Чжугэ Ляна - Сео-Мун Хва, является одним из Девяти Небес Центрального Небесного альянса. Разве ты этого не знал?

— Я знал.

Сео Мун-Хёрен, казалось, была удивлена спокойным ответом Джин Му-Вона. Сео-Мун Хва вынудил Северный Небесный клан расформироваться и заставил отца Джин Му-Вона совершить самоубийство.

«Он, должно быть, думает о моем дедушке как о своем злейшем враге, верно? Как, черт возьми, он может оставаться таким спокойным и невозмутимым даже после того, как я напомнила ему об этом?»

— Значит вы его простили?

— Что? Нет! Как я могу простить его?

— Так как же...

— Говоря точнее, я отказался от мести. Это не то, что я могу сделать в одиночку.

— Это потому что вы недостаточно сильны и у вас недостаточно влияния?

— Возможно. Как видите, я на мели. Все ценное в крепости было вывезено, и даже официальные документы не были пощажены. Что я могу сделать в этой ситуации? Вот почему с этого момента я хочу стать ученым.

— Если бы у тебя была возможность отомстить, что бы ты сделал?

— Маловероятно, что она у меня будет, так что я не задумывался об этом. Может, я бы и предпринял что-то.

Сео Мун-Хёрен была смущена честными ответами Джин Му-Вона. Действия молодого человека были прямо противоположны тому, что она ожидала, из-за чего было трудно сказать, о чем он на самом деле думал. С другой стороны, если бы Джин Му-Вон настаивал на том, что простил Центральный Небесный альянс за их преступления, она смогла бы собрать больше информации о нем.

Сео Мун-Хёрен была человеком, которого многие хвалили за ее выдающиеся способности к пониманию и наблюдению. Она так легко видела большинство людей насквозь, что некоторые даже говорили, что ее дед считал ее выше себя в этом аспекте.

«Вы действительно настолько честны или просто скрываете свои истинные чувства за маской честности?»

Глаза Сео Мун-Хёрен блестели в темноте. Она пыталась заглянуть в глубины сердца Джин Му-Вона. Однако даже под ее пристальным взглядом парень не дрогнул.

Она решила продолжить прощупывать его.

— Мистер Джин, вы раньше изучали какие-нибудь боевые искусства?

— Похоже, что в этом богом забытом месте есть какие-нибудь приличные боевые искусства?

Сео Мун-Хёрен была потрясена прямотой Джин Му-Вона и потеряла дар речи. Она знала, что в детстве его не учили никаким боевым искусствам, и Центральный Небесный альянс неоднократно подтверждал, что в крепости не осталось обучающей информации. Она даже получила отчет от Третьей роты, в котором говорилось, что Джин Му-Вон до сих пор не практиковал боевые искусства.

— Мне жаль, — она не могла не извиниться.

Неожиданно Джин Му-Вон улыбнулся и сказал: — Не беспокойтесь об этом. Почти каждый, кто приходит в Крепость Северного Небесного клана, задает мне одни и те же вопросы. Большинство людей подозревают, что я прячу где-то здесь огромное состояние, но правда в том, что это место так же пусто, как и выглядит.

— Простите, — снова бездумно извинилась Сео Мун-Хёрен.

«Этот человек ненормален. Почему я извиняюсь перед ним? Не то чтобы я была виновата в его страданиях».

— В любом случае, у меня не так много книг, но если вы хотите что-нибудь почитать, не стесняйтесь брать это. Я не буду возражать, если вы поставите книгу обратно на нужное место после прочтения.

— Спасибо, мистер Джин.

— Тогда я ухожу.

Джин Му-Вон вежливо отсалютовал Сео Мун-Хёрен кулаком[2]. Когда он проходил мимо нее, она бессознательно отступила в сторону, чтобы дать ему пройти.

Примечания от английского переводчика прошлой команды TLsamurai:

[1] Сонсенг: Учитель, Сенсей. Почетный знак, означающий уважение к ученому. Современный перевод для сонсенга в данном конкретном случае был бы профессором, но это явно не соответствует обстановке древнего Китая.

[2] Салют кулаком: Обычное приветствие между мастерами боевых искусств. Примечание: Левая ладонь поверх правого кулака - это дружеское приветствие, в то время как правая ладонь поверх левого кулака сигнализирует о дуэли на смерть. Вы же не хотите выбирать смертельные схватки случайным образом…

Триумфальный рассвет новой эры. I

ШИНГ! ШИНГ!

Каждый раз, когда Джин Му-Вон проводил мечом по точильному камню, тупое лезвие становилось немного острее. Он сосредоточил все свое внимание на заточке меча, капли пота стекали по его лбу, груди и спине.

Когда лезвие было полностью заточено, Джин Му-Вон удовлетворенно ухмыльнулся.

Этот новый меч, который он сделал, был длиной в один чок три чон и чуть больше одного гына весом.[1] Он был намного короче обычного меча, но чрезвычайно хорошо сбалансирован.

Джин Му-Вон поднял клинок к свету, чтобы осмотреть его более тщательно. На лезвии не было трещин, и оно эффектно отражало свет.

— ДААААА!

Сегодня был день, когда он наконец сделал свой первый настоящий меч. Десятки мечей до этого были уничтожены. Этот клинок был сделан из самой обычной стали, но из-за его идеальной твердости и баланса ни один из предыдущих мечей не смог бы сравниться с ним.

К сожалению, этот клинок был слишком коротким и легким для Джин Му-Вона. Меч больше подходил человеку, который специализировался на скорости.

— Вздох! Мне удалось сделать идеальный клинок, но не похоже, что он предназначен для меня.

Меч, который он сделал, но не мог использовать, был мечом, в котором он не нуждался. Джин Му-Вон решил положить оружие обратно в печь.

РИИНГ!

Внезапно Джин Му-Вон услышал странный звенящий звук, исходящий от меча.

— Это был... Крик меча?

Меч будто говорил ему, что он не хочет умирать. Джин Му-Вон снова попытался прислушаться к крику, но на этот раз ничего не услышал. Плач мог быть плодом его собственного воображения.

Джин Му-Вон вздохнул, решив не бросать клинок обратно в печь.

Независимо от того, была ли это галлюцинация или нет, он слышал крик меча. И теперь парню казалось неправильным просто так от него избавляться.

Потребовались бесчисленные взмахи молотом и многочисленные ожоги от печи, чтобы хоть немного принять оружию, необходимый облик. Теперь, когда Джин Му-Вон научился кузнечному делу, он мог чувствовать, что у мечей есть своя собственная энергия. Но это не должно было изменить его отношение к своему мечу или обращение с ним.

Чем больше человек узнает, тем больше осознает, как мало он знает.

«Мое путешествие к пониманию меча только началось, и впереди меня ждет очень долгий путь».

Джин Му-Вон повесил меч на стену и вернулся в свое жилище, и обнаружил, что Ын Ха-Соль сидит на подоконнике в своей комнате.

Она смотрела на улицу и игриво покачивала ногами. Каждый раз, когда она пинала воздух, ее юбка немного приподнималась, обнажая бледную кожу ног.

— Кхм! — она смущенно кашлянула и повернула голову, чтобы посмотреть на Джин Му-Вона.

Ее лицо было освещено заходящим солнцем, отчего оно казалось краснее, чем обычно.

Ын Ха-Соль пристально посмотрела на Джин Му-Вона, но ничего не сказала. Ее глаза сияли, как обсидиан, а темные волосы мягко развевались на ветру.

«Она такая загадочная девушка».

Джин Му-Вон за прошедшую зиму стал намного выше. Точно так же повзрослела и Ын Ха-Соль, ее женская аура с каждым днем становилась только сильнее.

Джин Му-Вон, который был полностью очарован ее внешностью в свете вечернего солнца, быстро пришел в себя и спокойно спросил: — Когда ты приехала?

— Незадолго до того, как ты это сделал.

— Чем ты занималась все это время? Я не видел тебя уже некоторое время.

С тех пор как они вместе пошли на банкет Шим Вон-Ли, Ын Ха-Соль не приходила к нему домой.

— Ты скучал по мне?

— Немного.

Ын Ха-Соль улыбнулась ответу Джин Му-Вона.

— Я была занята. Я должна была кое-что сделать.

— Что-то, что ты должна была сделать? Ты уже закончила?

— Вроде как... — Голос Ын Ха-Соль затих.

Увидев скептическое выражение лица Джин Му-Вона, она быстро сменила тему, сказав: — Я голодна.

— Что? Пожалуйста, не говори мне, что ты не ела несколько дней.

— Я не умею готовить.

— Ты избалованный ребенок.

Джин Му-Вон покачал головой, но Ын Ха-Соль, естественно, подошла к столу и села.

Как обычно, он сварил немного риса и приготовил горячее. Секрет его вкусной горячей кастрюли заключался в том, что он готовил одно и то же каждый божий день, а это означало, что у него было много практики. К настоящему времени Джин Му-Вон мог бы даже стать профессиональным поваром по приготовлению горячих блюд. В мгновение ока аромат готовящейся пищи распространился по всей Башне Теней.

Ын Ха-Соль положила голову на руки, наблюдая, как Джин Му-Вон готовит. Внезапно она сказала: — Эй, насчет той женщины...

— Женщины? Какой?

— Ты знаешь, та, которая недавно приходила сюда. Я видела, как она вошла в Большую библиотеку.

— А, ты про мисс Сео-Мун?

— Что вы двое делали вместе в библиотеке?

— Мы просто разговаривали.

— О чем?

— Она задавала мне всевозможные вопросы о том и о сем. Я не ожидал, что она окажется такой любопытной, — ответил Джин Му-Вон, как будто это не имело большого значения.

Однако для Ын Ха-Соль это значило не так уж и мало. Она спросила: — Как ты думаешь, она красивая?

— Да.

Аура Ын Ха-Соль мгновенно начала усиливаться…

— Но ты еще красивее, — добавил Джин Му-Вон.

— Ой… Правда?

Уголки губ Ын Ха-Соль приподнялись, но Джин Му-Вон этого не видел, потому что стоял к ней спиной.

— Ты такой чудак, — тихо проворчала она.

— Ты что-то сказала?

— Нет, ничего.

Некоторое время спустя Джин Му-Вон принес свежеприготовленную еду. Когда пар, заполнил комнату, Ын Ха-Соль показалось, что он согрел и ее саму тоже.

Ын Ха-Соль толкнула дверь в свою комнату. Ее приветствовал знакомый вид, к которому она привыкла.

— Ха... — вздохнула она, оглядываясь.

Внезапно в ее глазах промелькнула тревога. Она подняла голову, чтобы посмотреть на кажущийся пустым потолок.

— Кто там?

— Молодая госпожа.

Человек, одетый в черное с головы до ног, спустился с потолка и встал перед ней на колени.

— Са-Рен.

— Я вернулся, Юная госпожа.

— Рада, что ты в безопасности, Са-Рен.

— Большое вам спасибо за вашу заботу, Юная госпожа.

— Ты нашел Хозяина?

— Да. Мне посчастливилось найти Мадам на одной из конспиративных квартир, которые я подготовил заранее.

— Как она? С ней все в порядке?

— Мадам была серьезно ранена, но с тех пор ее состояние значительно улучшилось.

Ын Ха-Соль вздохнула с облегчением, сказав: — Фух! Как камень с души!

— Мадам также велела мне оставить вас здесь, пока ее раны полностью не заживут.

— Что? Значит, я еще не могу покинуть это место?

— Мы не уверены, что сможем победить этих парней, не будучи в полной силе. Они даже несколько раз чуть не поймали меня, когда я шел сюда.

«Мастерство Са-Рена в камуфляже и маскировке является одним из лучших в мире. Если он приложит все усилия, никто не сможет обнаружить его присутствие. Тот факт, что его чуть не поймали, может означать только то, что мы находимся в крайне тяжелом положении».

С серьезным выражением лица Ын Ха-Соль сказала: — Неужели нет другого способа сделать это?

— Этот человек не сдастся, пока не достигнет своих целей, и пока Мадам и Молодая госпожа живы, его амбиции никогда не будут удовлетворены, — сказал злой дух Са-Рен. В его глазах мерцал жуткий блеск.

Пока Са-Рен говорил, Ын Ха-Соль ощутила исходящее от него убийственное намерение, которое овладевало ее чувствами.

— Будь осторожен. В этой крепости много людей, кроме нас двоих, — предупредила она.

— Мои самые искренние извинения, Юная госпожа, — только после того, как Ын Ха-Соль напомнила ему, Са-Рен внезапно осознал ошибку и взял под контроль свои эмоции.

— Что-то случилось? Что здесь делают преемники Центрального Небесного альянса?

— Они ждут парня по имени Дам Со-Чон.

— Дам Со-Чон? — пробормотал Са Рен.

— Ты его знаешь?

— Сейчас он, наверное, самый обсуждаемый мастер боевых искусств в мире.

— Что ты о нем думаешь, Са-Рен?

— Он прирожденный воин.

— Он настолько силен? — удивленно воскликнула Ын Ха-Соль.

Са-Рен, которого она знала, никогда бы не дал другому человеку такой высокой оценки.

— Я уверен, что вы поймете, что я имею в виду, увидев его лично, Юная госпожа.

— Ладно. В таком случае я буду судить его лично.

— Пожалуйста, будьте очень осторожны, Юная госпожа. В конце концов, это вражеская территория.

Ын Ха-Соль молча кивнула и посмотрела в окно. Ночь опустилась на Крепость Северного Небесного клана, окутав ее тайной.

Примечание от английского переводчика прошлой команды TLsamurai:

[1] Один чок длиной три чон и чуть более одного гына весом: Длина – 38 см или 1'3". Вес: Около 600 г или 1,3 фунта.

Триумфальный рассвет новой эры. II

На заднем дворе Северного Небесного клана, стоял мужчина, который отчаянно размахивал мечом. Это был Сео Му-Санг.

Его раны, которые затянулись, вновь открылись, когда он энергично двигался. Кровь разливалась вокруг, однако он игнорировал это и продолжал размахивать мечом, будто не чувствуя никакой боли.

Сео Му-Санг был настолько сильным, что лишь клинком поднимал вихрь, который разрушал все на своем пути.

«Это ложь, это должно быть ложью» — подумал Сео Му-Санг с налитыми кровью глазами.

Последняя фраза Ёп Вола повторялась в его голове и мыслях снова и снова, мучая его день и ночь. Единственное, что мог сделать Сео Му-Санг, чтобы выплеснуть свою ярость — это отчаянно размахивать мечом изо всех сил.

Его тело била неконтролируемая дрожь, а кровеносные сосуды, казалось, вот-вот лопнут, но Сео Му-Санг не останавливался. Если он не выплеснет все свое разочарование прямо сейчас, то сойдет с ума.

Ёп Вол действительно был талантлив в боевых искусствах, но Сео Му-Санг не считал, что он хоть немного ему уступает.

«Если бы я изучал те же боевые искусства, что и он, и мне были бы предоставлены те же возможности, что и ему, я бы никогда не проиграл».

У Сео Му-Санга закипела кровь.

ПШШШШ!

Ци, исходящая от сломанного меча, медленно тускнела. Если бы Сео Му-Санг продолжил размахивать клинком, меч мог бы повредить центр его ци и убить его. Тем не менее он не остановился.

Это было связано с тем, что после битвы с Ёп Волом его постоянно изводили внутренние демоны. [1]

«Убить! Я должен убить их обоих!»

По всему его телу разлилось огромное убийственное намерение.

«До тех пор, пока я могу убить Ёп Вола, неважно, умру ли я. Та женщина, что предала меня, тоже должна умереть.»

«ГРАААААРХ!» - завыл Сео Му-Санг, как помешанный зверь.

Как раз в тот момент, когда он собирался выйти со двора и отправиться на поиски Ёп Вола, он услышал мягкий голос, говорящий: «Паранойя рождает заблуждения»[2]. Когда вы страдаете паранойей, ваши необоснованные страхи становятся пищей для тьмы в вашем сердце. Если вы будете гневаться, это приведет лишь к вашей собственной гибели, и тогда ни одна из ваших проблем не будет решена. Ваш страх и гнев - это лишь одна из граней вас, они не определяют вашу сущность. Успокойте свое сердце, и оно станет зеркалом, отражающим вашу душу».

Шаги Се Му-Санга резко оборвались. В его сердце, поглощенном океаном тьмы, зародилась рябь. В его затуманенные глаза начал медленно но верно возвращаться свет.

Таинственный голос продолжал: «Даже если ручей дошел до самого дна, солнечный свет испарит воду и поднимет ее к небесам. То же самое относится и к сердцу. Когда подует тихий ветер, тучи ваших забот разлетятся в небытие».

По спине Сео Му-Санга прошла дрожь и он задумался: «Как долго я ждал, чтобы услышать эти слова?»

Для кого-то эти слова были не более чем шумом. Однако для Сео Му-Санга они были словно оазис в пустыне, открывший ему фундаментальные истины стиля меча Голубого Облака и направивший его мастерство к новым высотам.

Сео Му-Санг погрузился в слова незнакомца. Постепенно его бушующая ци успокоилась и вернулась в дань-тянь.

«Сравните свое тело с деревом. Пусть ваша ци будет водой, ваш Дворец Духа - корнями, ваш Верхний Стол - стволом, а ваши Сто Собраний - ветвями и листьями».[3]

Со Му Санг выполнил указание голоса.

ПШШШШ!

Закупоренные кровеносные сосуды в его теле открывались один за другим, а ци текла сквозь них, как бушующий поток. Однако, в отличие от прежнего, выражение лица Сео Му-Санга было невероятно спокойным и невозмутимым. Он закрыл глаза и сосредоточился на том, чтобы направить ци в нужное русло.

Ци, которая не двигалась с места, сколько бы он ни практиковал Технику медитации Голубого Облака, теперь неслась вперед, как боевой конь без поводьев. Она прорывалась сквозь узкие и заблокированные каналы, создавая новые и более широкие пути.

В этом и заключается истинная сила техники медитации Голубого Облака, а также наиболее оптимальный способ использования этого стиля меча.

«Не могу поверить, что мне потребовалось столько времени, чтобы понять это...»

«Овладев стилем меча и техникой медитации Голубого Облака, я думал, что достиг вершины этих боевых искусств, потому что больше не видел пути вперед. Но сейчас все изменилось. Этот таинственный голос указал мне лучший способ продолжить восхождение к небесам!»

Сео Му-Санг продолжал циркулировать ци, пока она не начала накапливаться, как притоки, сливающиеся в широкую реку. Когда три цикла циркуляции были завершены, он открыл глаза, которые на мгновение, словно засветились ослепительным светом, но так быстро вернулись в нормальное состояние, что это было совершенно незаметно.

Сео Му-Санг снова взмахнул сломанным мечом. Но в отличие от предыдущего раза он не размахивал им вслепую. Он двигался вместе с потоком ци.

Пшт!

Своей энергией он окутал сломанный клинок, но сам этого не заметил. Сео Му-Санг погрузился в транс, раз за разом взмахивая мечом.

Прошло несколько часов, пока солнце не начало подниматься, возвещая о наступлении дня. Только тогда Сео Му-Санг перестал тренироваться, чтобы хоть немного отдохнуть.

Он чувствовал, как по его телу течет мощная ци, похожая на расплавленный металл. Такого он еще никогда не испытывал.

Внезапно в его голове возник вопрос: «Кто же является обладателем таинственного голоса?»

Он поднял голову и осмотрел окрестности, но вокруг никого не было. «Наверное незнакомец уже ушел.»

— Тут кто-нибудь есть?

Таинственный голос звучал одновременно и знакомо, и незнакомо. Сео Му-Санг надолго задумался, пытаясь вспомнить, есть ли в его окружении человек с подобным голосом.

«Да быть такого не может… »

В кузнице Джин Му-Вон сидел на стуле с закрытыми глазами. Он сам сделал этот стул, который был очень простым, но удобным, так как идеально подходил Джин Му-Вону по размеру.

«Как и этот стул, меч, который я хочу получить, не должен быть слишком длинным или слишком коротким, слишком тяжелым или слишком легким. Он должен подходить именно мне».

Каждый день он практиковался в фехтовании в подвале Башни Теней, а затем изготавливал новый меч в кузнице. Теперь его руки были покрыты мозолями, а суставы костяшек стали толстыми, как узлы бамбуковых растений. В результате всех этих тренировок и кузнечных работ у него теперь были руки, пригодные для владения клинком.

Идентичная ситуация происходила и с остальными частями его тела. Когда он тренировался, его мышцы подстраивались под движения. Изменения в его теле не были сразу заметны под одеждой, но любой, кто внимательно следил за ним, заметил бы, что теперь он обладает атлетическим телосложением.

Чтобы создать тело, подходящее для фехтования, Джин Му Вон тренировал свои мышцы и огрублял кожу рук очень специфическим образом.

Подобно тому, как кусок стали вбивается в меч, он полировал себя для будущего. Это занятие отнимало много времени, было скучным и мучительным. Кроме того, чтобы не привлекать внимание Центрального Небесного альянса, ему приходилось специально снижать скорость тренировок.

Пока он еще рос, ковать меч для себя было пустой тратой времени. Чтобы сделать идеальный клинок, нужно было дождаться, пока тело полностью вырастет. Тем не менее Джин Му-Вон должен был продолжать практиковаться в кузнечном деле, чтобы быть готовым сделать хороший клинок, когда придет время.

«Нужно лишь терпение… Я должен сохранять терпение до тех пор, пока не наступит тот самый момент, когда я смогу нанести ответный удар. До этого я сделаю все возможное, чтобы подготовиться к этому моменту. Я должен отшлифовать свой разум, тело и навыки до совершенства. Ожидание - единственное, что я могу сейчас делать, и так уж вышло, что я очень хорош в этом».

Приведя свои мысли в порядок, Джин Му-Вон открыл глаза. Он встал и подошел к углу кузницы. Там, на земле, лежала огромная куча сломанных мечей. У него не было достаточного количества сырой стальной руды для работы, поэтому ему приходилось перерабатывать старую сталь из сломанных мечей столько раз, сколько удавалось, поэтому он подобрал несколько металлических осколков и бросил их в печь.

Пламя стало голубым, а кожа Джин Му-Вона покрылась колючками, так как температура внутри печи повысилась. Каждый раз когда он этот делал, ему казалось, что его легкие горят, и он терял аппетит.

Однако в какой-то момент он непроизвольно начал дышать через кожу. Этому он научился естественным образом, привыкнув к палящему зною.

Джин Му-Вон подозревал, что эта техника дыхания кожей как-то связана с Искусством Десяти Тысяч Теней. Вероятно, это была одна из пока неизвестных способностей, которые можно было получить, практикуя это боевое искусство. Оно разрабатывалось совместными усилиями прошлых лордов Северной Армии, но даже создатели мало что знали о побочных эффектах его применения.

Джин Му-Вон был, по сути, первопроходцем, который пробирался через темный лабиринт без единого фонаря. Но пока он шел вперед и не сдавался, он верил, что однажды сможет найти выход из лабиринта в новый яркий мир.

Он достал из печи кусок стали, образовавшийся из осколков меча. Она достигла нужной температуры для ковки. Затем он начал бить молотом по металлу, от которого во все стороны летели искры.

ДУМ! ДУМ!

Звук молотка Джин Му-Вона был приятным, ритмичным, как музыка. Он погрузился в этот ритм и, в конце концов, потерял счет времени.

«Как давно я это делаю?»

Внезапно его сосредоточенность была прервана неожиданным замечанием: «Ого! Я и не знал, что звук молотка может так освежать. На меня он тоже производит впечатление!»

Примечания переводчика:

1. Внутренние демоны: Здесь используется термин 心魔, буквально «демон сердца» или «внутренний демон». На самом деле это просто посттравматическое стрессовое расстройство.

2. Паранойя рождает галлюцинации (疑心生暗鬼): Китайская/корейская идиома.

3. Дворец Духа (神闕), Верхний Столб (天柱), Сотня Собраний (百會): Это названия акупунктурных точек. Дворец Духа находится на пупке, Верхний Столб - на затылке под линией роста волос, а Сотня Встреч - на самой макушке головы.

Триумфальный рассвет новой эры. III

Джин Му-Вон перестал стучать и вздохнул. Он повернулся лицом к человеку, который только что заговорил.

Это был Шим Вон-Ли, который в данный момент прислонился к двери и пристально смотрел на него.

— Как давно ты там стоишь?

— Не так уж давно. День или два самое большее, — пошутил Шим Вон-Ли.

Честно говоря, Джин Му-Вон был потрясен, увидев, как такой важный гость лично появился в кузнице. Любой другой, кто искал сокровища, обыскал бы его комнату, пока его не было или послал бы кого-нибудь шпионить за ним.

— Как долго ты собираешься позволять мне стоять? Не собираешься предложить мне присесть?

— А, ты можешь сесть на этот стул.

Джин Му-Вон вручил Шим Вон-Ли деревянный стул, тот сел и осмотрел внутренность кузницы.

В настоящее время печь горела в полную силу. В комнате было так жарко, что даже тем, кто привык к такой температуре, это показалось бы невыносимым. У Шим Вон-Ли не было другого выбора, кроме как защитить свое тело с помощью ци.

— Я слышал, что у тебя нет ци, но ты, кажется, вполне спокоен в такую сильную жару.

— Когда я только начал кузнечное дело, мне было так жарко, что хотелось умереть. Однако через некоторое время я, кажется, привык к этому.

— Хм, правда? — острый, как бритва, блеск промелькнул в глазах Шим Вон-Ли.

Джин Му-Вон вылил ведро воды на печь, вызвав огромный выброс пара, так как вода мгновенно испарилась. Когда в комнате немного остыло, он умело заварил чай для гостя.

Шим Вон-Ли поднес чашку чая к губам и понюхал ее, сказав: — Этот чай пахнет довольно приятно.

С самого рождения он пил только самые высококачественные чаи, и при этом только те, которые соответствовали его вкусам. Он был удивлен, увидев такой хороший чай в этом пустынном месте у черта на куличках.

— Зачем ты пришел сюда?

— Если я скажу, что пришел сюда посмотреть, как у тебя дела, ты мне поверишь?

— А должен ли?

— Даже я бы не поверил себе, но это действительно правда.

Шим Вон-Ли допил остатки чая одним большим глотком. Когда аромат задержался на его языке, он улыбнулся.

— Намного вкуснее, чем я думал. Ты очень хорошо завариваешь чай.

— В конце концов, это мое хобби.

— Не мог бы ты научить моего повара правильно заваривать чай? Он хорошо готовит, но его чай ужасен на вкус.

— Я недостаточно хорош, чтобы учить кого-то другого.

— Думаешь? В таком случае, мне просто придется приходить к тебе почаще.

— Тогда я обязательно буду заваривать тебе чай каждый раз, когда ты будешь приходить.

— Спасибо. — Улыбка Шима Вон-Ли стала шире.

Честно говоря, необычное поведение Шим Вон-Ли заставляло Джин Му-Вона нервничать.

«О чем думает такой человек, как он, приезжая ко мне на чай?»

— В этой крепости вообще нечего делать. Это скучно. Время как будто поползло к остановке в этом месте. Как ты можешь жить здесь так долго?

— Время летит, пока я чем-то занят.

— «Занят», это ты про кузнечное дело? Я слышал, что ты в основном проводишь весь свой день, делая мечи.

— Мне все равно больше нечего делать.

— Ясно, наверно это действительно так. — Шим Вон-Ли покачал головой. Он пробыл в Крепости Северного Небесного клана всего пять дней, а уже скучал по Центральным Равнинам. Его пребывание здесь было таким скучным и однообразным, что он начал восхищаться Джин Му-Воном за то, что тот смог прожить здесь всю свою жизнь.

Внезапно Шим Вон-Ли повернулся и посмотрел на меч, висевший на стене. Это был короткий клинок, который Джин Му-Вон закончил не так давно.

— Могу я взглянуть на него поближе?

Джин Му-Вон молча кивнул и передал меч Шим Вон-Ли.

— Ух ты! — воскликнул Шим Вон-Ли, как только коснулся клинка. Парень был фехтовальщиком, и этот клинок казался ему чрезвычайно хорошо сбалансированным.

СВИСТ!

Он несколько раз взмахнул мечом в воздухе, затем кивнул, сказав: — Этот меч очень хорошо сделан. Я уверен, что кузнец твоего мастерства был бы очень желанным гостем на Центральных Равнинах.

На этот раз Шим Вон-Ли действительно имел в виду то, что сказал. Баланс и острота меча были на высшем уровне. Однако он видел много мечей лучше этого в магазинах Ложных Небес, и даже владел несколькими драгоценными клинками. Короткий клинок Джин Му-Вона был хорош, но этого было недостаточно, чтобы вызвать удивление Шим Вон-Ли и желание завладеть им.

Парень улыбнулся. Это была улыбка, которая была более холодной и жуткой, чем когда-либо прежде.

Шим Вон-Ли поднял меч и направил его на Джин Му-Вона, который внезапно почувствовал, будто его сердце пронзило невидимое, неосязаемое копье.

Глаза Джин Му-Вона расширились от шока. Он ясно чувствовал убийственные намерения Шим Вон-Ли, поскольку тот даже не пытался это скрывать.

— ...Почему?

— Мне просто было любопытно.

Глаза Джин Му-Вона задрожали. Увидев это, уголки губ Шим Вон-Ли поднялись еще выше.

— Ты сказал, что никогда раньше не изучал никаких боевых искусств, верно?

В отчете, который Шим Вон-Ли получил от Чан Пэ-Сана, Джин Му-Вон утверждал, что никогда раньше не изучал боевые искусства.

Нет, это утверждение неверно. Точнее говоря, Джин Му-Вон заявил, что никогда раньше не изучал никаких внутренних искусств, только внешние. [1]

Чтобы убедиться самому, Шим Вон-Ли послал одного из своих собственных Стражей шпионить за Джин Му-Воном. В конце концов, тот человек тоже пришел к такому же выводу.

Согласно донесению его шпиона, Джин Му-Вон следовал строгому распорядку дня. Раз в день он отправлялся на прогулку или в Великую библиотеку, чтобы почитать, но в остальном он просто проводил остаток своего времени, занимаясь фехтованием в Башне Теней.

Оказалось, что Джин Му-Вон вел жизнь монаха, несмотря на то, что ему было всего семнадцать. Однако Шим Вон-Ли просто не мог заставить себя поверить, что семнадцатилетний юноша способен выносить однообразие такого простого, скромного образа жизни.

В конце концов, отец Джин Му-Вона был вынужден покончить с собой и распустить Северный Небесный клан. Кроме того, он сам был помещен на высочайший уровень наблюдения Центрального Небесного альянса, и ему приходилось терпеть, когда его тщательно изучали и шпионили по дюжине раз в день. Шим Вон-Ли даже представить себе не мог, что будет вести такой унылый образ жизни. Нормальный человек давно бы сошел с ума или впал в отчаяние.

«И теперь вы говорите мне, что семнадцатилетний парень, который пережил такую травму и находится под таким психическим стрессом, живет обычной жизнью монаха?

Как интересно. Действительно, очень интересно. Для человека, у которого нет надежды на будущее, должно быть, невозможно жить так, как он живет.

Это то, что подсказывает мне мое внутреннее чувство, хотя у меня нет доказательств обратного.

Итак, что же вселяет надежду в этого семнадцатилетнего юношу? Он не обычный человек, а отпрыск семьи мастеров боевых искусств. Кроме того, то, как он использует свой молоток во время кузнечного дела, подозрительно.

Когда он кузнечит, он стучит по стали с определенным ритмом. Ритм, похожий на ритм мастеров боевых искусств. Конечно, мастера-ремесленники тоже такие.

Проблема в том, что меч, который он сделал, отличного качества. Ни один новичок не смог бы создать такой меч, как этот. Это затрудняет вывод о чем-либо только по его технике удара молотком.

Мне придется провести более тщательное расследование, чтобы выяснить, действительно ли он владеет боевыми искусствами или просто является исключительным мастером.»

Шим Вон-Ли ткнул коротким мечом в Джин Му-Вона.

— Давай, постарайся изо всех сил выжить!

В отличие от предыдущих случаев, когда он направлял только неосязаемое намерение убить Джин Му-Вона, теперь Шим Вон-Ли напал на него по-настоящему.

— Кхх!

Лицо Джин Му-Вона мгновенно побледнело. Шим Вон-Ли был достаточно силен, чтобы стать преемником Ложных Небес. Он был мастером боевых искусств, с которым Джин Му-Вон не мог и надеяться сравниться.

— Блин!

Чтобы подтвердить свои подозрения, Шим Вон-Ли заставлял Джин Му-Вона сделать выбор. Джин Му-Вон мог либо дать отпор и раскрыть себя, либо умереть от его клинка.

Кровь потекла из уголков губ Джин Му-Вона. Его внутренние органы были повреждены ци Шим Вон-Ли.

СВИСТ!

Клинок Шим Вон-Ли пронзил воздух в направлении Джин Му-Вона. Подобно ядовитой змее, обнажающей свои клыки, его удар был ослепительно быстрым и точным. Джин Му-Вон мог бы увернуться, если бы попытался, но он решил этого не делать.

«Я должен рискнуть. Азартная игра, которая определит, буду я жить или умру.»

Джин Му-Вон стиснул зубы.

«Если я буду сопротивляться, то наверняка умру. Если я не буду сопротивляться, то, скорее всего, умру. В таком случае я должен выбрать вариант с большей вероятностью выживания.»

УДАР!

— А-А-А-А-А-А!

Меч Шим Вон-Ли вонзился в левое плечо Джин Му-Вона, всего в нескольких дюймах от его сердца.

— Хм, — Шим Вон-Ли прищурился, а затем сказал: — Ты действительно никогда не изучал боевые искусства?

Он намеренно дал Джин Му-Вону шанс увернуться. Этого удара мог избежать любой, кто хоть немного разбирался в боевых искусствах.

«Люди склонны раскрывать свою истинную сущность, когда их жизни угрожают. Если раньше человек изучал какое-то внутреннее боевое искусство, он определенно будет бессознательно использовать его, чтобы спасти себя. Потому что такова человеческая природа. Так почему же я до сих пор ничего не чувствую от тебя? Ну же, что угодно! Третий удар будет прелесть, верно?»

Шим Вон-Ли вытащил меч из плеча Джин Му-Вона.

ПЛЮ!

Кровь хлынула из раненого плеча Джин Му-Вона, окрасив руки и меч Шим Вон-Ли в багрово-красный цвет. Джин Му-Вон схватился за раненое плечо, его шаги были нетвердыми, он шатался от боли.

Шим Вон-Ли снова замахнулся клинком на парня, на этот раз целясь ему в шею.

Глаза Джин Му-Вона расширились. Он чувствовал, как убийственное намерение Шим Вон-Ли покалывает его кожу, как будто оно материализовалось.

«Вот оно. Я мертвец. Я должен был увернуться»

Его инстинкты кричали ему, чтобы он двигался. Однако его разум был отделен от инстинктов, оставаясь спокойным и рациональным, несмотря на тяжелое положение. Глубоко внутри он почувствовал, как что-то шевельнулось в нем.

В этот момент он услышал крик.

— НЕЕЕТ!

СЛЭШ!

Меч Шим Вон-Ли скользнул по шее Джин Му-Вона. Мгновение спустя из раны фонтаном хлынула кровь. Джин Му-Вон пришел в себя и упал на колени. Кожа на его шее была разорвана, обнажая плоть под ней.

— ГЯААААА! — Джин Му-Вон завизжал, как раненое животное.

Черт, он все еще жив. Шим Вон-Ли вложил короткий меч в ножны с недовольным выражением на лице. Он посмотрел в сторону входа в кузницу, только чтобы увидеть Сео Мун-Хёрен, стоящую там, тяжело дыша.

— Вам не разрешается убивать его, мистер Шим.

— Ах, так это вы кричали, мисс Сео-Мун.

— Вы должны понять, что вы сделали не так. Все не должно было так обернуться.

— Хотя на самом деле я еще не переступил черту. — Шим Вон-Ли злобно ухмыльнулся.

Сео Мун-Хёрен внимательно наблюдала за Джин Му-Воном.

— К счастью, его травмы не слишком серьезны, — сказала она.

Девушка быстро втерла кровоостанавливающее средство в раны. Затем она оторвала свой рукав и использовала его для перевязки.

— Тьфу!

— Не двигайся.

Сео Мун-Хёрен сунула руку за пазуху, достала таблетку, завернутую в бумагу, затем скормила ее Джин Му-Вону.

Таблетка, известная как Таблетка для сохранения жизни при Слиянии Душ, была одним из секретных лекарств клана Сео-Мун. Пока еще оставался хоть один вдох, таблетка могла спасти умирающего. Таким образом, если бы не возникла чрезвычайная ситуация, которая могла бы затронуть Клан Сео-Мун, Сео Мун-Хёрен никогда бы не использовала такую ценную таблетку.

После проглатывания таблетки на бледное лицо Джин Му-Вона вернулся румянец. Сео Мун-Хёрен вздохнула с облегчением.

— Если Центральный Небесный альянс узнает, что ты сделал, у тебя будут большие неприятности.

— Никто ничего не узнает, пока ты будешь держать рот на замке.

— Достаточно, мистер Шим.

Шим Вон-Ли совсем не выглядел раскаивающимся. Сео Мун-Хёрен нахмурилась, чувствуя себя крайне разочарованной его поведением.

Дальнейшее существование Джин Му-Вона было предметом споров в Центральном Небесном альянсе. Некоторые люди хотели избавиться от него как можно быстрее и устранить это потенциальное семя инакомыслия, в то время как другие хотели сохранить ему жизнь и следить за ним из уважения и ностальгии по Северной армии.

К сожалению, люди, которые хотели, чтобы Джин Му-Вон остался в живых, не имели большого влияния на Центральном Небесном альянсе. Большинство из них были свежеиспеченными экспертами, которые восхищались Северным Небесным кланом и в результате жалели Джин Му-Вона.

Прежде всего, они боялись, что окажутся в той же ситуации, что и Северный Небесный клан. Пока Джин Му-Вон был жив, Центральный Небесный альянс не смог бы придумать предлог, чтобы избавиться от них. Возможно, они не имеют большого влияния по отдельности, но даже Центральный Небесный альянс не может позволить себе игнорировать их совместные просьбы.

Шим Вон-Ли знал о деликатной ситуации, сложившейся вокруг Джин Му-Вона, но ему было все равно, что думают другие. Он был эгоистичным человеком с самого рождения.

Он посмотрел вниз на Джин Му-Вона и сказал: — В любом случае, я, по крайней мере, достиг своей первой цели, так что на этом я остановлюсь. Береги себя как следует, хорошо?

Шим Вон-Ли бросил короткий меч перед Джин Му-Воном, затем повернулся и ушел. Сео Мун-Хёрен смотрела ему вслед, ее разочарование было ясно написано на ее лице.

Внезапно девушка посмотрела на Джин Му-Вона, который лежал у нее на коленях. Она почувствовала легкую дрожь в одной из его рук, и его зубы были крепко стиснуты. Сео Мун-Хёрен не знала, делал ли он это из-за боли от раны или из-за гнева на действия Шим Вон-Ли.

Вероятно, это и то, и другое…

Примечания от английского переводчика прошлой команды TLsamurai:

[1] Внутренние и внешние боевые искусства: Внутренние боевые искусства связаны с духовными, ментальными или связанными с ци аспектами боевых искусств, в то время как Внешние боевые искусства сосредоточены на физиологических аспектах. Внешние боевые искусства, как правило, считаются ниже Внутренних боевых искусств, так как любой может тренировать свое тело и заниматься физическими упражнениями. Большинство преступников/бандитов практикуют только Внешние Боевые искусства, потому что секты мурим хранят секреты Внутренних Боевых искусств при себе. Поэтому ученики сект мурим обычно смотрят свысока на случайных воинов. Примеры из того, что мы видели до сих пор:

Внутренние Боевые искусства: Искусство Десяти Тысяч Теней, Техника Медитации Голубого Облака.Внешние боевые искусства: Регулярный бодибилдинг и физические упражнения, Три Основы фехтования, Стиль Меча Голубого Облака.Как Внутренние, так и Внешние: Теневой Клинок Разрушения, Стиль Меча Голубого Облака (только Сео Му-Санг).

Триумфальный рассвет новой эры. IV

— Вам очень повезло. Ваши раны глубоки, но внутренние органы в порядке. Вы снова сможете двигаться после приема этого лекарства и отдыха в течение недели.

Сео Мун-Хёрен заменила повязки Джин Му-Вона на чистые, затем встала.

— Я должен сказать тебе спасибо?

— Нет, это я должна извиниться. Мне очень жаль, мистер Джин. Я понятия не имела, что мистер Шим будет таким жестоким.

Сео Мун-Хёрен, казалось, раскаивалась, но Джин Му-Вон оставался бесстрастным. Дело было не в том, что он не хотел отвечать ей, а в том, что он был слишком занят, чтобы вытерпеть боль.

Девушка долго смотрела на него сверху вниз, а затем вздохнула. Она не ожидала, что ситуация выйдет из-под контроля.

— Теперь я хочу отдохнуть.

Она вышла из комнаты и сказала: — Тогда, пожалуйста, отдохните как следует. Я прослежу, чтобы мистер Шим больше вас не беспокоил.

Когда Джин Му-Вон убедился, что Сео Мун-Хёрен ушла, он вздохнул с облегчением.

Парень потерял слишком много крови, поэтому его лицо все еще было довольно бледным. Если бы не своевременное спасение Сео Мун-Хёрен и таблетка, он бы наверняка умер.

«Как, черт возьми, я выжил после этой встречи?»

Он буквально поставил на кон свою жизнь.

Это нельзя было назвать азартной игрой. Азартные игры подразумевали шанс выигрыша и проигрыша. Поскольку проигрыш означал потерю его жизни, он не мог рисковать. Что он сделал, так это выбрал единственный вариант с возможностью выживания, даже если эта возможность была ничтожной.

Как оказалось, он сделал правильный выбор. Его раны были тяжелыми, но он все еще был жив. Джин Му-Вон твердо верил, что однажды его жизнь изменится к лучшему, поэтому самым важным для него было дожить до этого дня.

Кроме того, было крайне важно, чтобы Шим Вон-Ли не узнал об Искусстве Десяти Тысяч Теней. Позволив Шим Вон-Ли ранить его, он успешно убедил мужчину, что он не знает никаких боевых искусств.

В общем, ради такого результата стоило рискнуть жизнью.

Джин Му-Вон закрыл глаза. В тот момент, когда он это сделал, его охватило крайнее изнеможение. В сочетании с болью от многочисленных ран на его теле, усталость была подавляющей.

Он уступил требованиям своего тела и заснул.

«...Как долго я спал?»

Лицо Джин Му-Вона почему-то слегка зудело, как будто кто-то шпионил за ним в темноте. Он медленно открыл глаза и увидел темную фигуру, уставившуюся на него сверху вниз.

У фигуры были глаза, яркие, как у кошки.

Джин Му-Вон улыбнулся. В мире было много людей, но только один человек смотрел на него такими глазами.

— Ха-Соль.

— Кто это с тобой сделал?

— Я в порядке.

— Я спросила тебя, кто это сделал! — в голосе Ын Ха-Соль послышался намек на ярость, — это были они?

— Ха-Соль.

«Мне даже не нужно слышать его ответ. Эти люди - единственные в этом месте, кто мог бы причинить ему боль.»

Внезапно температура в комнате резко упала. На замерзшей коже Джин Му-Вона появились мурашки, и от холодного воздуха ему стало трудно дышать.

«Это ее сила?!»

Он знал, что Ын Ха-Соль занималась боевыми искусствами, поэтому, хотя до сегодняшнего дня у него никогда не было возможности оценить ее силу, он никогда не думал о ней, как о слабой. Однако он тоже не ожидал, что она окажется такой сильной.

Ее внутренняя ци находилась в совершенной гармонии с ци окружающей среды.

Трансцендентность. [1]

Точно так же, как цвет огня становится синим при достаточно высокой температуре, боевые искусства Ын Ха-Соль превзошли основы и развились на более высокую ступень.

Это было далеко за пределами предположений Джин Му-Вона.

«Ей всего четырнадцать лет. Как же ей удалось достичь Трансцендентности в таком юном возрасте? Что еще более важно, сколько людей способно создать такого монстра, как она? Кто ее хозяин?

В конце концов, эта девушка…»

Джин Му-Вон вздохнул и сказал: — Я в порядке, Ха-Соль. Это было частью моего плана.

— Плана?

— Да.

— Зачем ты сделал это с собой?

— Потому что я не хочу пробудить в них подозрения.

— Ты позволил себе пострадать только из-за этого?

— Не намеренно, нет. В то время у меня просто не было других доступных мне вариантов. Я был в опасной для жизни ситуации, и я выбрал единственный путь, где была возможность выжить.

— Ах, ты действительно...

Гнев в голосе Ын Ха-Соль рассеялся, и температура в комнате вернулась к нормальной.

Джин Му-Вон вздохнул с облегчением.

Ын Ха-Соль пододвинула стул и села рядом с кроватью Джин Му-Вона.

«Он так сильно пострадал, как только я отвела от него взгляд. Отчасти я виновата в этом.»

— Тебе все еще больно?

— Да.

— Хаа... — Они оба вздохнули одновременно.

Один человек путешествовал в одиночку по равнинам Севера.

Северные ветры пронзали его, как когти волка, когда он двигался против течения. Он поднял руку, чтобы убрать свои длинные волосы с лица.

Все, что он мог видеть, - это беловато-серый цвет засушливой земли, простирающейся до самого горизонта. Несмотря на его унылый вид, он чувствовал мощную жизненную силу Севера, скрытую под поверхностью.

— Как здорово!

Мужчина засиял. По его улыбке было ясно видно его огромную уверенность в себе и безграничные амбиции. Эти черты только делали его еще сильнее.

Он был шести футов[2] ростом, с темно-коричневой кожей. Когда его черный плащ развевался на ветру, были видны его огромные обнаженные мускулистые руки. Длинный шрам пересекал его лицо, еще больше усиливая его дикий, свирепый вид.

Могучий дух мужчины чувствовался в каждом его дерзком шаге, который он предпринимал, запугивая тех, у кого было меньше уверенности, чем у него. Ветер превратил его длинные черные волосы в гриву льва, создавая иллюзию, что он был царем зверей.

Путник гордо шел на своих собственных ногах, без лошади или экипажа, чтобы облегчить путешествие. Скрытое под плащом тело было покрыто десятками ран; некоторые большие, некоторые маленькие. Это были раны, которые он получил во время многочисленных сражений по пути.

Большинство из этих ран были просто небольшими царапинами, но некоторые были глубокими и почти смертельными. Но несмотря на все эти серьезные травмы, он выжил и сумел проделать весь путь на Север.

— Это только начало моего великого путешествия.

«У меня есть мечта.

Все называют это несбыточной мечтой, но мне все равно.

Я мечтал об этом с самого детства, и чтобы осуществить эту мечту, я работал изо всех сил. Несмотря на это, у меня все еще нет достаточной квалификации, чтобы осуществить то, чего я желаю».

Внезапно мужчина остановился как вкопанный и внимательно огляделся по сторонам.

— Кто идет сюда? — Голос мужчины прогремел, как рык льва.

И все же там никого не было.

— Выходи, или я подойду и вытащу тебя вместо этого! — снова взревел мужчина.

Как будто в ответ на его требования, несколько воинов в серых плащах внезапно появились из ниоткуда.

Брови мужчины дернулись.

— Э-э, так там действительно кто-то был?

— ……

Воины не ответили на вопрос мужчины. Они только смотрели на него, склонив головы набок, с выражением отвращения на лицах.

Мужчина оглядел всех воинов.

У них были острые глаза, как у ядовитой змеи, которая нашла свою добычу. Их мышцы были напряжены, как у леопарда, готового к прыжку. Мозоли покрывали переднюю и тыльную стороны их рук, что свидетельствовало о том, как усердно они тренировались.

Однако больше всего мужчину беспокоило необычные оружия, висевшие у них на поясе. Это было трансформирующееся оружие, которое можно было взаимозаменяемо использовать как меч и серп, с тонкой серебряной цепочкой шириной с большой палец ребенка, прикрепленной к концу рукояти.

Подобное оружие было редкостью на Центральных равнинах, поэтому мужчине оно было очень любопытно. Он никогда раньше не сражался с кем-то, владеющим таким оружием.

В этот момент вперед выступил человек, похожий на предводителя воинов. Путник нахмурился, глядя на этого человека. Это было потому, что предводитель воинов излучал злую ауру, которая вызывала у него отвращение.

Аура была зловещей, но благородной. Это было ни на что не похоже.

Воин-лидер прищурился и спросил мужчину: — Куда ты идешь?

— Я думаю, что не обязан вам это говорить, верно? — ответил мужчина, скрестив руки на груди. Несмотря на то, что он был окружен более чем тридцатью воинами, его дух ни в малейшей степени не был обескуражен.

Предводитель воинов лукаво улыбнулся.

— Тогда позволь мне изменить свой вопрос. Кто ты такой?

— Не думаю, что это я тоже обязан тебе говорить.

— Ты не ответишь ни на один из моих вопросов, да? В таком случае, пожалуйста, позволь мне, по крайней мере, предупредить тебя.

— Я слушаю.

— Возвращайся туда, откуда ты пришел, и мы позволим тебе покинуть это место живым.

— Я сделаю вид, что не слышал этого. Есть причина, по которой я не могу повернуть назад.

Предводитель воинов прищурил глаза. В то же время воины в серых плащах подняли свое оружие.

— Ты собираешься проигнорировать наше предупреждение? В таком случае мы будем вынуждены казнить тебя.

— Давайте посмотрим, кто будет тем, кого в конечном итоге казнят!

— Твое высокомерие погубит тебя, — прорычал лидер ледяным тоном.

Внезапно мужчине показалось, что его кожу болезненно пронзили иглы. Он был ошеломлен, ведь не ожидал встретить кого-то, кто мог бы повлиять на него, используя только ауру, в этом пустынном месте.

Главарь закричал: — Убейте его! Есть вероятность, что он здесь, чтобы помочь этой маленькой сучке.

«Маленькой сучке?»

Путник на мгновение смутился, но быстро решил оставить свои вопросы на потом. Воины в серых плащах надвигались на него, как цунами.

К нему полетел трансформирующийся серп с серебрянной цепочкой.

ШИИН!

Пронзительный звук, похожий на звон железа, отразился в его ухе. Множество серебряных цепей перекручивались, образуя гигантскую паутину. Они приближались к мужчине, дезориентируя его. Однако даже сейчас он стоял неподвижно, скрестив руки на груди.

Белый туман поднялся от серебряных цепей, совсем как ци меча от мастера фехтования. Затем туман быстро рассеялся, скрывая воинов в серых плащах внутри. Хотя это казалось безобидным, мужчина знал, что если он позволит туману соприкоснуться с его телом, даже на мгновение, он разорвет его на мелкие кусочки, как поток острых лезвий.

«Формирование Окутанного Огненного Демона».

Так называлось формирование, которое создали воины в серых плащах. Это построение было очень эффективным при окружении одного противника. Явное давление, которое оказывало на него это образование, было настолько велико, что даже такой крупный мужчина мог почувствовать приближение смерти.

«Я никогда раньше не видел такого на Центральных равнинах».

Путник был довольно молод, но очень опытен и проницателен. Однако, несмотря на весь свой опыт, он никогда раньше не видел таких воинов и объединений, как эти.

«Интересно!»

Мужчина улыбнулся.

«Столкнувшись с подобной ситуацией, некоторые могут начать оплакивать свое невезение, но не я. Эта битва - всего лишь испытание, которое послужит пищей для моего роста».

Свист!

Трансформирующееся оружие выстрелило в его сторону, подняв ветер и заставив одежду мужчины дико развеваться. На мгновение, он мог видеть только клинки, летящие в его направлении.

Мужчина поднял правую руку и указал на небо. Когда предводитель воинов увидел это, он усмехнулся, подумав: «Он просто еще один сумасшедший. Я был глуп, думая, что он был чем-то бóльшим, и нервничал из-за этого».

Мужчина сжал кулак, будто держал в руках небо. Между его сжатыми пальцами появился ослепительный свет, но прежде, чем свет смог вырваться наружу, мужчина ударил кулаком в землю.

БУМ!

В небе сверкнула молния, сопровождаемая раскатами грома.

— ААААА!

— ГЮХЕУК!

Воины в серых плащах и их серебряные цепи были поглощены гигантским циклоном света. Когда свет померк, дымящиеся трупы попáдали на землю один за другим. Всего за один удар более дюжины воинов теперь лежали мертвыми. Чистый белый свет на мгновение вспыхнул на лбу все еще ухмыляющегося лидера, но прежде, чем он понял это, он исчез, как мираж.

Лидер был совершенно сбит с толку. Он просто не мог понять, что только что произошло. Все, что он помнил, это яркую вспышку света, а затем внезапно более дюжины его людей были мертвы, убиты осколками их собственного оружия.

— Что? Как это возможно? Мы - Банда Скрытого призрака!

— Ясно, значит так вас, ребята, зовут.

— Ты… Кто ты такой?— спросил паникующий лидер.

Вместо ответа путник снова поднял руку к небу. В глазах воина-лидера это выглядело так, будто мужчина собирался завладеть небесами.

БУМ!

Появился еще один взрыв света, за которым последовал раскат грома.

— Формирование Окутанной Железной Оболочки, быстрее!

Члены Отряда Окутанных призраков положили руки друг другу на плечи и с удивительной скоростью соединили свои серебряные цепи, образовав гигантскую металлическую оболочку. Скрытая Железная Оболочка была формированием с самой высокой защитной мощью в их арсенале.

КАБЛАМ!

Их немедленно поглотил легкий циклон.

ТРЕСК!

В металлической оболочке появились трещины. Все члены Отряда Окутанных призраков, включая их лидера, стиснули зубы, пошатнувшись от удара.

Из уголка губ командира потекла кровь. Хотя его отряду удалось вовремя создать Скрытую Железную Оболочку, он все равно получил внутренние повреждения от ударной волны.

На лице командира появилось отчаянное выражение, и он прорычал: — Ты ублюдок! Во имя Окутанного Пламенем Дьявола, я клянусь, что ты определенно умрешь ужасной смертью!

— Ты наконец-то представился, так что я сделаю то же самое. Меня зовут Дам Со-Чон.

Мужчина посмотрел на небо.

Этому человеку, который принес рассвет новой эры, небеса даровали имя Дам Со-Чон.

С Окутанным Огненным Дьяволом во главе, Банда Скрытого призрака столкнулись с Дам Со-Чоном.

Раны Джин Му-Вона нестерпимо чесались, до такой степени, что он не мог спать. Он несколько раз безуспешно пытался заснуть, пока, наконец, не сдался и не решил прогуляться. Парень покинул Башню Теней и глубоко вдохнул холодный воздух снаружи. Ледяной ветер вернул его разум в норму, заставив снова почувствовать себя живым.

После событий того дня Шим Вон-Ли потерял к нему всякий интерес. Теперь он притворялся, что не видит его, даже когда они сталкивались друг с другом.

Кроме того, его ранам потребовалась целая неделя, чтобы закрыться должным образом. В течение всего этого периода Джин Му-Вон был прикован к постели и вообще не мог двигаться. Если бы не Ын Ха-Соль и Сео Мун-Хёрен, которые по очереди присматривали за ним, он, вероятно, все еще оставался бы в постели.

Джин Му-Вон некоторое время прогуливался по внутреннему двору башни. Внезапно он посмотрел на ночное небо, будто им что-то овладело.

Одно из созвездий испускало ослепительно белое сияние, заглушавшее свет всех остальных звезд.

Темнота ночного неба вокруг этого созвездия пульсировала, будто резонируя со светом. [3]

Примечание от английского переводчика прошлой команды TLSamurai:

[1] Трансцендентность: Технически здесь используется термин, означающий Полное Овладение. Он отличается от других примеров Трансцендентности, но, учитывая, что он появляется только один раз во всех 400 главах, я считаю, что это ошибка автора. Описание также идеально соответствует описанию Трансцендентности в C14.

[2] Шесть футов: С этого момента я пересчитываю все единицы измерения. Иметь дело с древними единицами - это боль. В любом случае, Дам Со-Чон такого же роста, как Джин Му-Вон.

[3] Дам Со-Чон - это свет, а Джин Му-Вон - тень. В «Искусстве десяти тысяч теней» (C6) Джин Му-Вон представляет темноту ночного неба, освещенного морем звезд. Явления в небе, по-видимому, предсказывают, что эти два молодых человека возглавят рассвет новой эры, отсюда и название «Триумфальный рассвет Новой эры».

Тигр и Дракон. I

Судьба - жестокая хозяйка.

Иногда то, чего вы больше всего боитесь, появляется в самое неподходящее время, самым неподходящим образом.

Как в дурном сне…

Тело Ын Ха-Соль было окутано серебристо-белым туманом ци. Туман был признаком того, что она выздоравливала после изгнания яда из своего тела.

Каждый раз, когда она вдыхала и выдыхала, туман окружал ее, словно живое существо.

*Шелест…*

Туман пронесся по комнате, вращаясь вокруг мебели, и превращая ее в пыль. Однако Ын Ха-Соль не знала об этом факте, так как была слишком сосредоточена на своей медитации.

Внезапно на ее лице выступили капельки пота, испортив ее безупречную, галантную красоту. Пот стекал по ее шее на грудь, но, тем не менее, ее концентрация оставалась неизменной.

*Свист!*

Когда циркуляция ее ци достигла своего пика, серебристо-белый туман сгустился и начал вращаться все быстрее и быстрее, становясь похожим на барьер, который защищал ее от внешнего вмешательства.

Ын Ха-Соль начала тренироваться вечером, но к тому времени, когда она, наконец, завершила свою медитацию, уже рассвело. Она собрала туман в комнате возле своей головы, затем сделала глубокий вдох, впитывая его обратно в свое тело.

— Хаа... — выдохнула она, открывая глаза. Ясный свет, подобный блеску кристалла, на короткое мгновение вспыхнул в ее глазах.

Она проверила состояние своего тела.

Каждый ее мускул был подобен свернутой пружине, наполненной силой, которая может вырваться наружу по ее воле. Ее ци текла по кровеносным сосудам, как бурлящая река. Жизненная сила, которую она излучала, была огромной. Было ясно, что ее тело восстановлено до идеального состояния.

Однако она чувствовала, что это совсем не то, чему можно радоваться. Теперь, когда ее силы полностью восстановились, пришло время ей покинуть это место. Так же, как и разбитая мебель в этой комнате, ей здесь не место.

Са-Рен вышел, чтобы расследовать передвижения врагов. В тот момент, когда они пришли в Крепость Северного Небесного клана, Ын Ха-Соль должна была покинуть это место.

«Скоро придет время, когда нам придется попрощаться».

Ын Ха-Соль быстро приняла ванну, затем направилась в Башню Теней, где жил Джин Му-Вон.

Утренний свет освещал Башню Теней, единственное здание, которое возвышалось среди руин Крепости Северного Небесного клана. Как будто эта башня стояла, как свидетельство стойкого духа Северного Небесного клана.

Прежде, чем прийти сюда, Ын Ха-Соль думала, что от Северного Небесного клана больше ничего не осталось.

— Гигант, который был Северным Небесным кланом, испустил дух и перестал существовать, — сказали ей.

Она была убеждена, что это правда... пока не встретила Джин Му-Вона.

«Он не из тех людей, которые спокойно отнесутся к этому. Джин Му Вон, которого я знаю, - это человек, который постоянно планирует будущее. Возможно, сейчас у него ничего нет, но он всегда делает все возможное, чтобы выжить каждый день, все время терпеливо ожидая возможности. Я не знаю, что он планирует, но у меня такое чувство, что в тот момент, когда он выйдет в мир, произойдет что-то большое».

— Теперь, когда я думаю об этом, я понимаю, что действительно привыкла к своему нынешнему образу жизни…

Каждый день, закончив медитацию, она направлялась в Башню Теней, чтобы перекусить.

Она ела еду, которую он готовил, и пила чай, который он заваривал. Всякий раз, когда они проводили время вместе, все ее мирские заботы отбрасывались в сторону и забывались. Это было освежающее и успокаивающее чувство.

Поначалу она чувствовала себя неловко, принимая его гостеприимство и искренность. Ын Ха-Соль была обученным человеческим оружием, а оружие не нуждалось в эмоциях или формировании отношений с людьми. По крайней мере, так ее учили. Однако Джин Му-Вон изменил ее. Она часто чувствовала себя расслабленной и беззащитной, когда была вместе с ним.

Девушка знала, что попала в ловушку, которую сама же и устроила. Несмотря на это, она не могла устоять перед желанием ощутить тепло, которое дарил ей Джин Му-Вон.

Внезапно Ын Ха-Соль остановилась как вкопанная. На ее пути стояла утонченная, элегантная женщина.

Ын Ха-Соль нахмурилась.

«Сео Мун-Хёрен».

В свете восходящего солнца красота Сео Мун-Хёрен была еще более ослепительной. В данный момент она смотрела на Башню Теней, солнечный свет отбрасывал длинную темную тень позади нее.

Почувствовав приближение Ын Ха-Соль, Сео Мун-Хёрен обернулась. Ын Ха-Соль могла видеть свое отражение в ясных глазах женщины.

— Здравствуйте, мисс Ын.

— ……

Ын Ха-Соль молчала, будто отвечать на приветствие Сео Мун-Хёрен было ниже ее достоинства. Видя это, Сео Мун-Хёрен мягко улыбнулась.

— Ты собираешься прогуляться?

— Еда.

— Хм?

— Я всегда ем вместе с ним.

На мгновение Сео Мун-Хёрен, казалось, смутилась неожиданным ответом Ын Ха-Соль, но она быстро восстановила свое первоначальное самообладание.

— Под «ним» вы имеете в виду мистера Джина?

Ын Ха-Соль кивнула, будто она только что констатировала очевидное.

«Несмотря на то, что Шим Вон-Ли приказал своим слугам провести проверку, мы вообще не смогли раскопать никакой информации об этой девушке. Мы слышали от Джин Му-Вона, что ее зовут Ын Ха-Соль и что она его дальняя родственница. Однако, насколько нам известно, молодой человек может лгать».

— Как состояние мистера Джина? Сейчас он чувствует себя лучше?

— Ты уже знаешь ответ на этот вопрос, не так ли? В конце концов, человек, который сделал это с ним, - ваш компаньон.

Перед лицом обвинения Ын Ха-Соль Сео Мун-Хёрен сделала извиняющееся выражение лица.

— Еще раз приношу свои извинения за то, что произошло. Я не думала, что мистер Шим так поступит.

— Хм! — Ын Ха-Соль насмешливо фыркнула.

Отношение Ын Ха-Соль начинало раздражать Сео Мун-Хёрен, но она сдержалась, чтобы не показать свое раздражение. Она была на несколько лет старше Ын Ха-Соль и хотела сохранить перед собой вид зрелой женщины.

Точно так же Ын Ха-Соль ни в малейшей степени не нравилась Сео Мун-Хёрен. Эта женщина вызывала у нее отвратительное чувство, настолько сильное, что она не могла находиться с ней в одной комнате. Девушка надула щеки и сердито посмотрела Сео Мун-Хёрен.

Однако та нашла ее сердитое выражение очаровательным.

— Мисс Ын, у вас есть братья или сестры?

— Почему ты спрашиваешь меня об этом?

— Мне просто было немного любопытно, вот и все.

Ын Ха-Соль смотрела на нее настороженно, но в глазах Сео Мун-Хёрен она все еще была очень милой.

— ...Нет, у меня нет ни братьев, ни сестер.

— А как насчет твоих родителей?

— Они мертвы.

Сео Мун-Хёрен извинилась: — Мне очень жаль. Давай поговорим о чем-нибудь другом, хорошо?

Однако Ын Ха-Соль вела себя так, как будто вопросы ее совсем не беспокоили. Она обошла Сео Мун-Хёрен и направилась к Башне Теней, не оставив женщине другого выбора, кроме как преследовать ее.

— Подожди, ты не хочешь как-нибудь выпить вместе чаю?

Ын Ха-Соль пристально посмотрела на Сео Мун-Хёрен, выражение ее лица, казалось, говорило: «Какого хрена ты меня об этом спрашиваешь?»

Сео Мун-Хёрен хихикнула: — Это значит «нет»?

«Похоже, эта женщина будет продолжать раздражать меня, пока я не соглашусь».

Ын Ха-Соль кивнула, сказав: — Позже, когда я буду свободна.

— Это обещание?

— Да.

— Тогда приходи ко мне, когда у тебя будет время. Я буду ждать тебя.

Как раз в этот момент эти двое подошли ко входу в Башню Теней. Ын Ха-Соль повернулась к Сео Мун-Хёрен и спросила: — Ты собираешься следовать за мной внутрь?

— Нет, — ответила Сео Мун-Хёрен, качая головой.

Ын Ха-Соль еще некоторое время смотрела на Сео Мун-Хёрен. Наконец, она отвела взгляд и вошла в Башню Теней. Сео Мун-Хёрен осталась на месте, наблюдая, как девушка медленно поднимается на вершину башни.

Тигр и Дракон. II

Джин Му-Вон накрыл на стол. У него было предчувствие, что Ын Ха-Соль придет на завтрак, поэтому он приготовил кастрюлю тушеной баранины и поджарил тарелку ее любимых свиных котлет, готовясь к ее приходу.

Когда Ын Ха-Соль появилась в дверях, Джин Му-Вон улыбнулся.

— Заходи.

— Ты ведь не готовил дополнительную порцию еды каждый день, ожидая меня?

— Нет, я просто почувствовал, что тебе давно пора проголодаться.

Ын Ха-Соль села за стол и посмотрела на Джин Му-Вона. Его лицо все еще было довольно бледным.

По правде говоря, Джин Му-Вон мог исцелять себя почти мгновенно, используя Искусство Десяти Тысяч Теней. Однако он решил не делать этого, потому что слишком быстрое исцеление вновь пробудило бы подозрения Шим Вон-Ли.

По этой же причине он не мог продолжать тренировки или заниматься фехтованием. Вместо этого он проводил время за чтением или размышлениями о философии, часто погружаясь в свой собственный мир.

Бесчисленные мысли проносились в голове Джин Му-Вона, сталкиваясь и переплетаясь друг с другом, образуя совершенно новые идеи. Он не пытался контролировать их направление, и просто позволил им течь естественно, как воде.

Неожиданно это его решение отдохнуть натолкнуло его на решения, которые он никогда раньше даже не рассматривал. По мере того как случайные концепции в его голове накапливались, они начали соединяться вместе и организовываться, наконец, становясь единым целым.

Всего за несколько дней Джин Му-Вон почувствовал, что сделал еще один значительный шаг вперед. Его понимание мира углубилось, в результате чего у него обострилось шестое чувство.

Именно это шестое чувство подсказало ему, что Ын Ха-Соль придет утром, и, действительно, она появилась сразу после того, как он закончил готовить для нее завтрак! Это его предвидение теперь было настолько абсурдным, что даже Джин Му-Вон был ошеломлен. [1]

Он чувствовал, что эта способность определенно имеет какое-то отношение к Искусству Десяти Тысяч Теней. Он не был уверен, почему это было так, но практика этого Искусства действительно расширила его понимание и восприятие до невероятной степени.

Ын Ха-Соль сосредоточила все свое внимание на том, чтобы двигать палочками для еды, пробуя одно блюдо за другим. Затем она одобрительно кивнула и воскликнула: — Вкусно!

Реакция Ын Ха-Соль на еду заставила Джин Му-Вон улыбнуться. Она была намного более выразительной, чем когда он впервые встретил ее. Тогда она была похожа на безжизненную, бесчувственную куклу. Однако прямо сейчас эта кукла ожила, став яркой и эмоциональной.

Ын Ха-Соль была особенно оживленной, когда дело касалось еды. Всякий раз, когда она ела что-то хорошее или плохое, это было ясно написано у нее на лице. Джин Му-Вон чувствовал, что это была самая большая перемена, которая произошла в ней.

Ын Ха-Соль положила в рот кусок свиной котлеты и принялась жевать.

— Хорошо получилось?

— Мм-хмм.

Ын Ха-Соль мило кивнула, побуждая Джин Му-Вона протянуть руку и погладить ее по голове. Ее лицо тут же покраснело от смущения.

Однако Джин Му-Вон, казалось, не заметил этого и сказал: — Какое облегчение.

— Хм?

— Я уже начал беспокоиться, потому что в последнее время у тебя, похоже, пропал аппетит.

Джин Му-Вон до конца наполнил тарелку Ын Ха-Соль жареными свиными котлетами. Она опустила голову и некоторое время просто смотрела на тарелку.

«Никто никогда не заботился обо мне так сильно, как он. Даже мой Учитель, который воспитывал меня с самого детства».

Внезапно она подняла голову и посмотрела прямо на Джин Му-Вона.

— Почему?

— Что «почему»?

— Почему ты так добр ко мне?

На этот раз настала очередь Джин Му-Вона уставиться на нее. Она не избегала его взгляда.

— Почему…? Мне действительно нужна причина, чтобы быть милым с тобой?

— Там, откуда я родом, для всего есть причина.

Каждый, кто приближался к Ын Ха-Соль, делал это со скрытым мотивом. Не имело значения, были ли их мотивы хорошими или плохими, важно было только то, что они чего-то хотели от нее. Таким образом, несмотря на то, что чистая искренность Джин Му-Вона казалась ей чуждой, она приветствовала ее с распростертыми объятиями.

— У тебя, должно быть, была тяжелая жизнь, — мягко сказал Джин Му-Вон.

Слезы навернулись на глаза Ын Ха-Соль. Она быстро опустила глаза и притворилась, что ест.

«Почему я всегда такая, когда я вместе с ним? Как будто мои эмоции выходят из-под контроля! Это странно, и это заставляет меня чувствовать себя неловко».

Ын Ха-Соль некоторое время играла своими палочками для еды, а потом вдруг сказала: — Возможно, мне скоро придется покинуть это место.

— Ты уходишь?

— Да. В конце концов, я почти полностью выздоровела.

Глаза Джин Му-Вона задрожали. Он сделал все возможное, чтобы изобразить самообладание.

— ...Когда?

— Скоро.

Са-Рен отправился на встречу со своим учителем. Когда они вернутся, ей придется покинуть Крепость Северного небесного клана.

— Ясно, я понял.

«Я уже знал, что когда-нибудь нам придется расстаться. Я даже подготовился к этому. Так… Почему? Почему в моем сердце так пусто? С каких это пор она стала для меня так важна, что я не могу смириться с мыслью о том, что мы будем порознь?

— Пожалуйста, не забудь сказать мне, прежде чем уйдешь, хорошо? Не исчезай просто так, тихо.

— Не волнуйся, я не уйду не попрощавшись.

Джин Му-Вон улыбнулся.

Когда Ын Ха-Соль ушла, он пошел в кузницу и начал над чем-то работать.

Джин Му-Вон вышел из Крепости Северного небесного клана, поднялся на вершину близлежащего холма, откуда он мог видеть всю крепость, и сел под массивным деревом.

— Ха... — вздохнул он, прислонившись к дереву. Последние несколько дней Джин Му-Вон провел, работая без остановки в душной кузнице.

Он сделал глубокий вдох. Когда свежий воздух наполнил его легкие, жизненная сила вернулась к его пустому лицу.

Крепость была полностью захвачена Шим Вон-Ли и его спутниками, оставив ему очень мало свободы для передвижения.

«Они относятся к этому месту, как к своему собственному дому, хотя я владелец крепости. Эти люди такая заноза в заднице…»

«Ладно, к черту их. У меня есть более важные вещи, о которых нужно беспокоиться, например…»

— Ха-Соль.

В последнее время всякий раз, когда он думал об Ын Ха-Соль, его сердце начинало биться, как сумасшедшее.

— Что-то не так с моим психическим состоянием…

Джин Му-Вон некоторое время обдумывал эту мысль, но быстро отверг ее. Он знал, что просто избегает правды, потому что предпочел бы быть безумным, чем влюбленным.

Не то, чтобы у его беспокойства не было простого решения. Он закрыл глаза и сосредоточился на Искусстве Десяти Тысяч Теней.

*Свист!*

Теневая ци Джин Му-Вона текла по его венам, и его чувства расширялись. Он слышал жужжание пчел и шелест листьев за дюжину миль отсюда. Тепло от жизненной силы, окружавшей Джин Му-Вона, успокоило его тяжелое сердце.

— Хм?

Глаза Джин Му-Вона расширились от шока. Уникальное присутствие появилось на краю его чувств, излучая огромную силу, от которой у него волосы встали дыбом. Даже воздух вокруг этого человека, казалось, дрожал от волнения.

— Эксперт.

Джин Му-Вон не знал точно, насколько силен был этот человек. Единственное, в чем он мог быть абсолютно уверен, так это в том, что он не ровня этому человеку.

«Я должен убираться отсюда».

Его инстинкты сработали моментально, подсказывая ему бежать так быстро, как только он мог. Однако прежде, чем Джин Му-Вон смог пошевелиться, он почувствовал, как волна силы захлестнула его, когда мужчина поднялся на холм.

Мужчина был шести футов ростом и был одет в большой черный плащ, который развевался у него за спиной. Его неукротимая аура колыхалась в воздухе, как волны землетрясения, будто хотела разнести все вокруг на куски.

Внезапно он обернулся и посмотрел прямо в сторону Джин Му-Вона. Только тогда Джин Му-Вон заметил огромный шрам, пересекающий его лицо.

*БА!*

В тот момент, когда глаза двух мужчин встретились, сердце Джин Му-Вона упало. Мужчина посмотрел на него с любопытством на лице.

Джин Му-Вон ясно видел в глазах этого человека могучее честолюбие и непреклонную решимость. Как будто в них горел огонь, достаточно сильный, чтобы зажечь весь мир. Хотя он чувствовал, что его душа тоже воспламенилась, он не отступил и не отвернулся.

На этот раз настала очередь мужчины удивляться. Никогда еще другой человек не смотрел на него так пристально, не разрывая зрительного контакта.

С юных лет он был чрезвычайно амбициозен. Чтобы осуществить свои желания, он отдал все, что у него было. Эта решимость запечатлелась в его глазах, превратив их в лезвие, которое вонзалось в душу любого, кто встречался с ним взглядом.

Те, кто были с ним знакомы, дали название этой способности, назвав ее «Глазами господства».

Любой, кто впервые столкнется с Глазами Господства, несомненно, почувствует опасность и отвернется. Не имело значения, были ли они молоды или стары, сильны или слабы. Единственными, кто мог выдержать его взгляд, были те, у кого была решимость, равная или превосходящая его.

В результате некоторые называли его «джентльмен с глазами короля, взирающего сверху вниз на своих подданных».

Другие знали его как «молодого дракона Центральных равнин», известного во всем мире тем, что он преуспел в Соревновании Ста человек.

Но, чаще всего, он был известен как «одинокая звезда, освещающая небеса».

Другими словами…

Одинокая звезда Лазурного неба, Дам Со-Чон!

Примечание от английского переводчика прошлой команды TLsamurai:

[1] Джин Му-Вон уже обладал некоторыми способностями к предвидению до этой главы. В C7 он точно предсказал, в какой день появится Хван Чоль.

Тигр и Дракон.

Как большинство из вас, наверное, уже догадались, Джин Му-Вон - Тигр, а Дам Со-Чон - Дракон.

В восточноазиатских культурах Тигр и Дракон часто упоминаются вместе. Они оба являются символами власти, доблести и силы, но, в то же время, они полярно противоположны друг другу (Инь и Ян, Огонь и Вода, Левое и Правое, Восток и Запад).

Кроме того, есть ссылки на Четыре Символа, также известные как Четыре Священных Зверя: Лазурный Дракон Востока (Цинлун, Сейрю, Чон-Нен), Белый Тигр Запада (Байху, Бьякко, Бэк-Хо), Красная Птица Юга (Сузаку, Джу-Джак) и Черная Черепаха Севера (Сюаньву, Генбу, Хен-Му).

Эта ссылка наиболее заметна в прозвище Дам Со-Чона «Одинокая звезда Лазурного неба» и в Обществе Лазурного Дракона.

С другой стороны, Белый Тигр - бог войны и справедливости, обрушивающий суд на зло. Это очень похоже на определенного человека…

Тигр и Дракон. III

Если Дам Со-Чон был огнем, то Джин Му-Вон был водой. Первый прославлял себя своим вспыльчивым нравом, в то время как второй приспосабливался ко всему на своем пути, как бесформенная вода.

*СВИСТ!*

Как раз в тот момент, когда Дам Со-Чон собирался позвать Джин Му-Вона, сильный поток энергии пронесся в воздухе, устремившись прямо на Дам Со-Чона, как молния.

*ГРОХОТ!*

Атака обрушилась на мужчину, подняв вихрь пыли. Джин Му-Вон прикрыл глаза от разрушительного шторма и попятился.

— Проклятое отродье! Ты, конечно, быстро убежал, но мы все равно тебя догнали!

Когда облако пыли осело, появились трое мужчин в красных одеждах и соответствующих красных бамбуковых шляпах [1]. Странно, но у них были одинаковые ауры, как у тройняшек, родившихся в один и тот же день в одно и то же время.

Каждый из них держал в руках алый длинный меч с лезвиями, заточенными так тонко, что Джин Му-Вон мог чувствовать остроту клинков, несмотря на то, что отступил с поля боя.

Джин Му-Вон нахмурился. У этих трех мастеров боевых искусств были довольно четкие характеристики, но по какой-то причине он не слышал о них раньше. Хотя он жил на изолированном Севере, он всегда заставлял дядю Хвана рассказывать ему о знаменитых мастерах боевых искусств Центральных равнин, поэтому он ожидал, что сможет узнать большинство из них при встрече, если не всех.

Дам Со-Чон стоял посреди поля боя. Несмотря на прямое попадание убийц, он остался совершенно невредим.

«Интересно, кто они такие? Похоже, эти люди связаны с теми, с кем я сражался ранее».

Глаза Дам Со-Чона вспыхнули от возбуждения. Он проревел: — Кто там идет? Я не могу поверить, что вы, ребята, напали на меня без предупреждения!

Рев Дам Со-Чона был устрашающим, но этого было недостаточно, чтобы заставить людей в красных одеждах вздрогнуть. Скорее всего, все, что он сделал, - это открыл их враждебность по отношению к нему.

— Ты думал, что сможешь уйти безнаказанным после уничтожения Банды Скрытого призрака?

— Банды Скрытого призрака?

Глаза Дам Со-Чона заблестели, когда он вспомнил воинов, напавших на него по пути в Крепость Северного небесного клана.

— Банда Скрытого призрака, Банда Скрытого призрака… Ах! Кажется, теперь я вспомнил. Я думаю, это даже хорошо, что вы, ребята, здесь, чтобы отомстить за них, потому что у меня к вам много вопросов. Например, кто именно эти парни? Кроме того, почему они пытались встать у меня на пути?

«Банда Скрытого призрака и их лидер, Окутанный Огненный Демон, — никто из них не является обычным противником. Самое главное, я никогда раньше не слышал о таких воинах, как они, на Центральных Равнинах».

«Может быть, другие не могли быть в этом уверены, но не я. В конце концов, я абсолютно уверен, что обращаю внимание на каждую мелочь всего, что происходит в ганго».

«Кроме того, боевые искусства, используемые Бандой Скрытого призрака, сильно отличаются от остальных в ганго. На самом деле, они настолько разные, что можно сказать, что они действуют на противоположных принципах. Это интересно!»

Дам Со-Чон посмотрел на людей в красных одеждах. Он не мог ясно видеть их лица из-за бамбуковых шляп, но инстинкты подсказывали ему, что они не были обычными мастерами боевых искусств.

— Кто вы? — спросил один из мужчин.

— Вы, ребята, пришли за мной, даже не зная, кто я такой?

Дам Со-Чон прищурил глаза. Он не знал, к какой фракции принадлежала Банда Скрытого призрака и Окутанный Огненный Демон. Точно так же, эти люди, связанные с ними, понятия не имели, кто он такой. Они искали его только потому, что он уничтожил весь отряд.

«Они, вероятно, преследуют меня только по одной причине — чтобы устранить потенциальное препятствие для своих планов».

Человек в красном продолжил спрашивать: — Как вы связаны с Северным небесным кланом?

— Северным небесным кланом? Я высоко ценю их и уже давно хотел посетить их штаб.

— Так ты хочешь сказать, что у тебя вообще нет с ними никаких связей?

— До сегодняшнего дня это было бы правдой. Кстати, кто вы такие?

— ……

— Знаете, это несправедливо. Я ответил на все ваши вопросы, так что вполне естественно, что вы ответите на мои, верно?

Внезапно, убийственная аура мужчин в красных одеждах усилилась, и их ци начала шевелиться.

— Это допрос. Вы не имеете права задавать вопросы.

Лицо Дам Со-Чона потемнело от ярости.

«Эти люди ненормальны. У меня было чувство, что в Банде Скрытых призраков было что-то не так, когда я сражался с ними, но я не мог получить от них никаких ответов из-за их моральной устойчивости».

«Они обладают нелепым намерением убивать и проявляют невероятное мужество перед лицом страха. Это не те вещи, которым можно научиться всего за день или два. Им пришлось бы преодолеть бесчисленные трудности и пройти тщательную подготовку, чтобы стать такими».

«На Центральных равнинах не так много организаций, которые могут это сделать. Даже если бы они могли, это не значит, что они это сделали. По крайней мере, насколько мне известно – нет».

«Эти люди, скорее всего, принадлежат к фракции, с которой я не знаком. Но не то чтобы это было плохо!»

Люди в красных одеждах бросились на Дам Со-Чона, их клинки рассекали воздух.

*Свист!*

Черный ветер окружил Дам Со-Чона, закрывая обзор на острые, как бритва, алые мечи, спрятанные внутри. В глазах Джин Му-Вона это выглядело так, будто Дам Со-Чон был поглощен цунами красного и черного цвета.

Дам Со-Чон, казалось, был в серьезной опасности. В любой момент его могли разорвать в клочья. Несмотря на это, он оставался неподвижным.

«Ты просто собираешься сдаться и ничего не делать? Я сильно в этом сомневаюсь!» – подумал Джин Му-Вон.

Он мог чувствовать огромную энергию ци, исходящую изнутри поля боя, и в самом центре этой бури ци стоял Дам Со-Чон.

*ГРОХОТ!*

Внезапно лучи ослепительно яркого белого света пронзили красно-черное море. Свет был таким ярким, что не только Джин Му-Вон, даже трое убийц были вынуждены зажмуриться от боли.

*БУМ!*

— ГЮХЕУК!

Оглушительный раскат грома разнесся по всему полю боя, за которым почти сразу последовал звук того, как кого-то вырвало кровью.

Джин Му-Вон открыл глаза и увидел парящего в воздухе убийцу в красном, его грудь неестественно ввалилась внутрь.

Взрывной удар Дам Со-Чона буквально отправил мужчину в полет.

— Братишка! — Глаза двух еще живых убийц покраснели от ненависти и скорби по своему погибшему брату.

Однако Дам Со-Чон не собирался упускать эту возможность. Он бросился на оставшихся убийц, как буря.

*РЕВ!*

Ветер от атаки Дам Со-Чона обрушился на его противников, окутав их разрушительным вихрем света.

В ответ убийцы выплевывали волну за волной алые мечи ци, пропитанные кровью, крича в унисон: «ПРОРЫВАЙСЯ! КАСКАДНЫЙ ДОЖДЬ КРОВИ!» [2]

Море багровых клинков обрушилось вниз, подобно водопаду, падая прямо на Дам Со-Чона.

Хотя этот ход был обоюдоострым мечом, убийцы знали, что Дам Со-Чон не сможет продолжать атаковать их, уклоняясь от их бомбардировки. Если бы он был нормальным человеком, он бы определенно отступил в этот момент и ждал следующей возможности.

К несчастью для них, Дам Со-Чон не был нормальным. Он был человеком, который бездумно хватался за любую возможность.

*РАЗБЕЙ!*

Дам Со-Чон издал оглушительный рев, врезавшись прямо в убийц.

Мгновение спустя Джин Му-Вон ясно увидел, как двух мужчин отправили в полет, словно тряпичных кукол.

Когда тела убийц, наконец, упали обратно на землю, они раскололись на дюжину бесформенных кусков при ударе. На их лицах не осталось никаких признаков жизни. Они умерли в тот момент, когда на них обрушилась атака Дам Со-Чона.

Джин Му-Вон смотрел на Дам Со-Чона. Этот человек не ушел невредимым от своего безрассудного нападения. Его лицо было бледным, и он, казалось, нетвердо держался на ногах. Кроме того, из его спины торчал алый меч.

«Самоубийственная атака. Это не то, что может сделать каждый. Сколько людей добровольно решило бы подвергнуть свою собственную жизнь риску ради убийства своего противника?»

— Хафф... хафф... — задыхался Дам Со-Чон, поднимая голову, чтобы посмотреть в лицо Джин Му-Вону. Мужчина был весь в крови, но его глаза сверкали.

— Извините за позднее представление. Меня зовут Дам Со-Чон.

— Я… Джин Му-Вон.

Первая встреча двух мужчин, которых однажды назовут «Боевым Императором Лазурного Неба» и «Северным Клинком», произошла, когда один из них стоял на куче трупов.

— Э-э, что с тобой случилось?!

— Мистер Дам?

Когда Дам Со-Чон вошел в Северную небесную крепость, у Шим Вон-Ли и Сео Мун-Хёрен от шока отвисла челюсть. Однако он проигнорировал их и вместо этого повернулся к Джин Му-Вону, сказав: — Спасибо, что позволили мне остаться здесь без предварительного уведомления.

— Не волнуйтесь, двери Северного небесного клана открыты для всех. Отдыхайте, я надеюсь, что вы скоро почувствуете себя лучше.

Джин Му-Вон отсалютовал Дам Со-Чону кулаком, а затем вышел с центральной площади. Дам Со-Чон проводил его взглядом, когда тот уходил.

— Вау, это Дам-орабони! Тебе, конечно, потребовалось достаточно времени, чтобы добраться сюда! — воскликнула Шим Су-А, которая прибежала, как только услышала о прибытии Дам Со-Чона.

Шим Су-А в знак приветствия схватила Дам Со-Чона за руки. Встревоженная, Сео Мун-Хёрен пристально смотрела на нее.

Джин Му-Вон направился в укромный уголок крепости, затем быстро разжал кулаки, которые все это время крепко сжимал. Его ладони были покрыты холодным потом, а ногти оставили отпечатки на коже.

— Дам Со-Чон.

«Я никогда не думал, что такой парень может существовать».

«Он не только обладает взрывной силой вулкана, но и без колебаний подвергает себя опасности, чтобы получить то, что он хочет».

«Он принимает правильные решения быстро и рационально. Назвать его гением было бы серьезным преуменьшением».

— Он прирожденный воин.

Джин Му-Вон внезапно почувствовал острую боль в сердце. Он повернулся, чтобы посмотреть на Величественный Небесный особняк, где остановился Дам Со-Чон. На мгновение ему показалось, что он видит иллюзию дремлющего дракона, обвившегося вокруг здания.

При мысли об этом молодом воине того же поколения, что и он, его сердце дрогнуло от волнения и трепета.

Примечание от английского переводчика прошлой команды TLSamurai:

[1] Бамбуковая шляпа – большая плетеная шляпа, предназначенная для защиты от солнца и дождя.

[2] «ПРОРЫВАЙСЯ! КАСКАДНЫЙ КРОВАВЫЙ ДОЖДЬ!»: буквальный перевод – «Вперед! Десять Тысяч Капель Крови! Разрушение!»

Некоторые люди никогда не смогут быть вместе. I

Первое, что сделал Дам Со-Чон после прибытия в Крепость Северного небесного клана, это приказал слугам приготовить для него большую теплую ванну.

Когда все было готово, он снял одежду, обнажив свое подтянутое, мускулистое тело. Точно так же, как дикий жеребец, который безрассудно носился по равнинам, он был покрыт ранами, как большими, так и маленькими.

Эти раны были памятью о Вызове Ста человек. Свидетельства сражений, через которые он прошел, были вырезаны в самой его плоти. И сегодня в архив была добавлена новая запись — его последняя битва с убийцами в красных мантиях.

Сырая плоть была видна там, где его ударили или порезали клинки убийц. Если бы раны были еще глубже, они наверняка оказались бы смертельными. Дам Со-Чон принял несколько экстренных мер, чтобы остановить кровотечение, но ему придется обратиться за надлежащей медицинской помощью, как только появится возможность.

Дам Со-Чон допил вино, которое дал ему Шим Вон-Ли. Это было трудно для него. Затем он вошел в ванну.

— Тьфу!

Его открытые раны горели, как будто кто-то насыпал в них соли, но Дам Со-Чон не дрогнул. Он погрузился в воду по шею, а затем начал медитировать.

*ТССС!*

Как раз в тот момент, когда он задался вопросом, закипит ли вода, немедленно появилось облако пара. Дам Со-Чон продолжал медитировать в горячей ванне.

Вскоре его кожа покраснела. Сочетание крепкого вина и горячей воды заставило его кровеносные сосуды расшириться вдвое по сравнению с обычным размером.

Кроме того, скорость его кровообращения многократно возросла из-за слияния его мощной энергии ци с кровью, что значительно ускорило заживление его ран. Когда скорость восстановления достигла своего пика, поры на коже Дам Со-Чона открылись, чтобы удалить загрязнения из его тела вместе с потом, выпустив отвратительное зловоние.

На первый взгляд метод, который он использовал, казался устаревшим, но исследования нескольких поколений врачей доказали, что этот простой метод также был наиболее эффективным. Кроме того, Дам Со-Чон по опыту знал, что его раны закроются гораздо быстрее при использовании этой техники по сравнению с глотанием таблеток и лекарств.

Помимо очищения потом, из его ран также выделялся желтый гной, за которым следовала загрязненная кровь. После такого лечения на теле Дам Со-Чона сразу же начали образовываться струпья.

— Ху!

Он открыл глаза только через час после того, как вошел в ванну.

*ПЛЕСЬ!*

Дам Со-Чон встал, отчего почерневшая вода перелилась через край ванны. Он позвал нескольких слуг, чтобы заменить воду, затем вернулся в ванну и возобновил свою медитацию.

Дам Со-Чон повторил эту процедуру заживления и полоскания три раза, пока вода в ванне не стала чистой и больше не воняла. Когда процедура была закончена, на его бледное лицо вернулся прежний румяный цвет.

Он сжал кулаки и осмотрел свое тело. Хотя оно было не в лучшем состоянии, ему требовалось лишь несколько дней отдыха, чтобы вернуться к прежнему виду.

Для обычного мастера боевых искусств такая скорость исцеления была бы чудом. Однако для Дам Со-Чона это было нормой. Боевые искусства, которые он практиковал, были направлены на то, чтобы максимально использовать естественные способности человеческого тела. Они разрабатывались на протяжении многих лет и поколений и были настолько усовершенствованы, что физические методы других школ блекли по сравнению с ними.

Дам Со-Чон переоделся в новую одежду и вышел из ванной.

— Ой! Ты уже вышел из ванны? — спросил Шим Вон-Ли. Он ждал Дам Со-Чона снаружи ванной вместе с Сео Мун-Хёрен.

— Как ты себя чувствуешь?

— Намного лучше, чем раньше. — Дам Со-Чон улыбнулся.

— Что случилось? Неужели «Охотящийся за Душами Мечник», Бэк Сон Вон, сделал это с тобой?

«Охотящийся за Душами Мечник», Бэк Сон Вон, был учеником Секты Меча Горы Небес и легендой Мурима. Он также был последним противником Дам Со-Чона в его Соревновании с сотней человек.

Дам Со-Чон покачал головой, сказав:

— Меч Света, Охотящегося за Душами Бэк Сон Вона, действительно устрашающий. Однако он недостаточно силен, чтобы причинить мне вред.

— Тогда, кто это сделал?

Дам Со-Чон рассказал о своей битве с Окутанным Огненным Дьяволом и Бандой скрытых призраков. Шим Вон-Ли и Сео Мун-Хёрен взвесили серьезность ситуации с суровым выражением на лицах.

— Это правда? Эти парни действительно достаточно сильны, чтобы причинить тебе такую боль?

— Да, это так. Если бы я не был бдителен и не приложил все усилия, я, возможно, не пережил бы эту встречу.

— Что?! Честно говоря, мне все еще трудно поверить в твою историю.

Шим Вон-Ли чувствовал, что никто из людей во всем Ганго не понимал Дам Со-Чона лучше, чем он. Он мог с абсолютной уверенностью сказать, что Дам Со-Чон был монстром.

Способность Дам Со-Чона овладевать новыми боевыми искусствами в очень короткие сроки, отличное принятие решений, выдающиеся навыки наблюдения и глубокое понимание хода битвы - все это были черты, о которых Шим Вон-Ли мог только мечтать.

— Тебе удалось выяснить их личности?

— У них не было при себе ничего, что можно было бы использовать для идентификации.

— А как насчет их боевых искусств?

Дам Со-Чон покачал головой, отчего выражения лиц Шим Вон-Ли и Сео Мун-Хёрен стали еще мрачнее.

Хотя Дам Со-Чон был примерно того же возраста, что и они, как мастер боевых искусств он был гораздо более опытен. Он также прошел через более тяжелые сражения, чем кто-либо другой в том же поколении. Следовательно, если даже он не мог распознать нападавших, то существование этих народов, вероятно, было еще неизвестно миру.

— Это не незначительное дело, поэтому я обязательно тщательно расследую его после того, как вернусь на Центральные равнины.

— Хорошо...

Сео Мун-Хёрен собиралась высказать предположение, но Шим Вон-Ли покачал головой и прервал ее.

— Это не они. Этой организации нет уже десятки лет. Центральный Небесный Альянс сразу узнал бы, если бы они снова появились.

— Даже если так...

При упоминании об этой запретной организации глаза Шим Вон-Ли угрожающе загорелись, и Сео Мун-Хёрен не смогла закончить свое предложение.

Однако Дам Со-Чон продолжил за нее:

— Знаешь, на самом деле мне все равно, кто они.

— Что ты имеешь в виду?

— Я просто хочу, чтобы кто-нибудь привнес немного волнения в этот скучный, безжизненный Ганго, — выпалил Дам Со-Чон, а его глаза загорелись предвкушением, как пара факелов в темноте.

— Я не знаю об остальных, но я уверен, что Хен-ним и Рен знают настоящую причину, по которой я принял Вызов ста человек, верно?

— Хаа... — Шим Вон-Ли и Сео Мун-Хёрен вздохнули в унисон.

Центральным Небесным Альянсом управляли девять основных фракций, лидеры которых в совокупности назывались Девятью Небесами. Из-за этого Центральный Небесный Альянс иногда называли Девятью Небесами.

За последние сто лет Центральный Небесный Альянс постепенно перестроил политическую власть в Ганго, в конечном счете сформировав централизованное правительство. Нынешний Центральный Небесный Альянс был всемогущей организацией, которая следила за всем Ганго, гарантируя, что ни одно восстание, каким бы незначительным оно ни было, не ускользнет от их внимания.

При этом новом мировом порядке только старым и могущественным фракциям было позволено процветать и расширяться. Новые фракции и молодые воины подвергались сильному угнетению, и им не позволяли вмешиваться или достигать чего-либо в Ганго.

Многие люди желали перемен, но были беспомощны перед лицом тоталитарного правления Центрального Небесного Альянса. Это особенно чувствовалось после исчезновения Тихой ночи, так как с тех пор никто не осмеливался бросить вызов Центральному Небесному Альянсу.

Дам Со-Чон был одним из таких людей.

Его часто называли вундеркиндом боевых искусств, но, по правде говоря, он не обладал никаким реальным влиянием в Ганго. Тем не менее, чтобы осуществить свою мечту, ему нужно было захватить большую часть политической власти.

Достаточно силы, чтобы потрясти самые основы нынешнего мира.

Послышался цокот лошадиных копыт, когда карета двинулась вперед по неровной дороге. Мужчина, одетый в бледно-зеленый промасленный плащ и бамбуковую шляпу, сидел на простом, ничем не украшенном сиденье кучера, держа лошадей под уздцы. Древний, безвкусный меч был пристегнут к его поясу.

Постоянная вибрация кареты заставляла мужчину клевать носом и засыпать. Каждый раз, когда его голова наклонялась вниз, бамбуковая шляпа, которую он носил, казалось, слегка подрагивала, как будто она могла упасть с его головы в любой момент.

Дул легкий ветерок, и лошади продолжали бежать вперед даже без его руководства.

«Как далеко я зашел?», – задумался он, затем поднял голову и посмотрел прямо перед собой.

Блеск промелькнул в его глазах, скрытых под бамбуковой шляпой.

— Покажись.

Прежде чем кучер закончил говорить, из ниоткуда появился человек в белом. Как и кучер, он тоже носил бамбуковую шляпу, скрывавшую его лицо. Он поклонился в сторону экипажа, сказав: — Милорд!

Кучер не ответил, вместо этого он повернул голову, чтобы посмотреть назад. В этот момент из кареты послышался голос.

— Если я правильно помню, тебя звали Чу-Вол? [1]

В этом холодном голосе не было и следа эмоций. Трудно было даже сказать, был ли говоривший мужчиной или женщиной.

Человек в белом опустился на колени на землю.

— Я вернулся, Милорд.

— Ты нашел ее?

— Не совсем, есть...

— Хм?

— Есть проблема. Цель находится внутри крепости Северного Небесного клана.

Человек в карете замолчал. Кучер и гонец, затаив дыхание, ждали ответа своего господина.

Через некоторое время человек в карете снова заговорил:

— Похоже, она превзошла мои ожидания и сделала очень умный выбор. Никому и в голову не придет искать ее в крепости Северного Небесного клана.

Почувствовав легкую тревогу в голосе своего господина, кучер предложил:

— Мне ехать? Я обязательно уберу этот беспорядок.

— Нет, ты не способен сражаться, не оставляя за собой никаких следов.

— Но...

— Я сказал нет!

— Хорошо!

Кучер тут же закрыл рот. Его господин был не из тех, кто меняет свое мнение после принятия решения. Как только он говорил «нет», было бесполезно переубеждать его, независимо от того, какое оправдание будет придумано.

Внезапно мужчина в белом вмешался: — Есть еще одна проблема.

— Какая проблема?

— Дам Со-Чон и пара его друзей также находятся в крепости.

— Дам Со-Чон? Он пошел туда после того, как закончил Вызов Ста человек?

— Да. Кроме того, он уничтожил Банду скрытых призраков и убил Кровавых Тройняшек [2] по пути в крепость.

— Как, черт возьми, он встретился с Бандой скрытых призраков?

— Похоже, это было совпадение. Кроме того, согласно нашему расследованию, Кровавые Тройняшки начали преследовать его только потому, что он прикончил Банду скрытых призраков.

— Тск!

Человек в карете снова замолчал, и были слышны только звуки того, как он барабанил пальцами. Однако на этот раз молчание длилось гораздо дольше, чем раньше.

Наконец, человек приказал:

— Зажги сигнальную ракету, чтобы вызвать Демона Хаоса. [3]

— Вы отправляете Демона Хаоса? — ошеломленно воскликнул кучер.

— Ладно, я понял. Но дело в том, что если мы пошлем Демона Хаоса, то Дам Со-Чон и остальные, вероятно...

— Самое время научить «Одинокую звезду Лазурного неба» тому, насколько высоко небо на самом деле.

— Я понимаю. В таком случае я позову его, - нерешительно сказал человек в белом. Он все еще не оправился от первоначального шока, вызванного решением его господина.

Человеку в белом больше нечего было сообщить. Карете пора было двигаться дальше. Гонец почтительно отступил в сторону, пропуская экипаж.

Вдалеке на ветру развевался большой флаг. Караван, состоящий из десятков грузовых вагонов, наполненных припасами, сопровождало более сотни воинов.

Карета, в которой ехал хозяин человека в белом, втиснулась в самый конец каравана, будто всегда была его частью.

Примечание от английского переводчика прошлой команды TLsamurai:

[1] Чу-Вол: Кодовое имя, похожее на Са-Рен. Это означает «Осенняя луна».

[2] Кровавые тройняшки: Буквальный перевод - Кровавое Зеркало/Тень Трех Демонов.

[3] Демон Хаоса: Буквальный перевод - Демон Хаоса.

Некоторые люди никогда не смогут быть вместе. II

Джин Му-Вон стиснул зубы. С того момента, как он встретился взглядом с Дам Со-Чон, энергия, которую он подавлял до сих пор, постепенно выходила из-под контроля. Его сердце колотилось от волнения, как будто кто-то бросил камень в тихий пруд.

Дам Со-Чон зажёг огонь в его сердце.

— Дам Со-Чон.

Я никогда в жизни не был так взвинчен. Похоже, то, что я принадлежу к тому же поколению, что и такой воин, как Дам Со-Чон, заставило мою кровь закипеть от предвкушения.

Джин Му-Вон поднял деревянный меч, прислоненный к стене. Это был деревянный меч, пропитанный его кровью и потом, а также деревянный меч, которым он размахивал миллион раз. Свидетельство его тяжелой работы можно было увидеть в каждой его царапине и трещине.

Он поднял клинок и держал его перед собой.

Как будто он смотрел Смерти в глаза, выражение его лица стало серьезным.

В темноте тренировочного зала он представил себе Дам Со-Чон, стоящую прямо перед ним. Вид Дам Со-Чона, сражающегося против трех убийц, произвел на него сильное впечатление, и он использовал свою память о битве, чтобы включить каждую деталь об этом человеке в свой мысленный образ.

Он направил меч в лоб Дам Со-Чон. Увидев это, Дам Со-Чон, стоявшая перед ним, насмешливо улыбнулась, дразня его.

Лицо Джин Му-Вона дернулось.

Он болезненно осознавал свою собственную силу. Прямо сейчас он не мог сравниться с Дам Со-Чоном, даже близко. Если бы боевые искусства были марафоном, то Дам Со-Чон имел бы большую фору перед ним, пробежав прямо по проторенной дорожке. С другой стороны, он все еще стоял на стартовой линии.

Он замахнулся мечом на иллюзию Дам Со-Чон.

СВИСТ!

Джин Му-Вон нанес удар горизонтально, затем вверх. Он выставил клинок вперед, за которым последовал диагональный рубящий удар. Его движения ног были подобны воде, которая естественным образом беспрепятственно обтекала весь тренировочный зал.

Однако разочарование на его лице выдавало его истинные чувства. Его воображаемый противник, Дам Со-Чон, никогда не позволял мечу задеть его. Он просто смотрел на Джин Му-Вона сверху вниз, как на обычное насекомое.

Это моя территория.

Сколько раз я размахивал своим мечом в этой самой комнате? Сколько деревянных мечей я вырезал? Даже когда у меня отвалились ногти и порвалась кожа на ладонях, я продолжал тренироваться прямо здесь, в этом пространстве, которое я создал для себя!

Не говоря уже о том, что именно здесь я принял решение заточить свой клинок, готовясь к будущему.

И все же только сейчас я понимаю, насколько самодовольным я был. Небеса показали мне это, воздвигнув передо мной стену.

Колоссальная стена по имени Дам Со-Чон!

Некоторое время спустя Джин Му-Вон покинул тренировочный зал. Он закрыл за собой дверь и передвинул перед ней кое-какую мебель. Когда он закончил, дверь была полностью скрыта. Это была простая, но чрезвычайно эффективная установка. Если бы кто-то уже не знал, что там есть дверь, они бы подумали, что это просто еще одна обычная стена. Сокрытие местоположения тренировочного зала также позволяло ему тренироваться в свое удовольствие, не беспокоясь о шпионах.

Джин Му-Вон направился в кузницу. Прошлой ночью он зажег печь, чтобы расплавить кусок стали, и теперь он был готов к формовке.

ЛЯЗГ! ЛЯЗГ! ЛЯЗГ!

Он ловко стучал по металлу снова и снова, забыв о течении времени. Он был так сосредоточен на том, чтобы придать ему ту форму, которую он себе представлял. Эта его новая работа была гораздо более сложной и тонкой, чем все, над чем он когда-либо работал раньше.

Много часов спустя Джин Му-Вон наконец закончил свой новый шедевр. Он положил предмет в заранее приготовленную деревянную коробку.

— Ух ты! — воскликнул он в изнеможении.

Внезапно он резко поднял глаза и повернулся лицом к дверному проему со странным выражением на лице.

Он увидел молодого человека с волосами, похожими на львиную гриву, прислонившегося к двери. Кто еще это мог быть, как не Дам Со-Чон?

Джин Му-Вон опустил деревянную коробку, которую держал в руках. Он спросил: — Эм... почему ты здесь?

— Я пришел сюда, чтобы поблагодарить тебя.

Дам Со-Чон подошел к Джин Му-Вон. С каждым шагом, который он делал, огромная аура, казалось, исходила от него.

Когда мастера боевых искусств достигали определенного уровня мастерства, они приобретали способность контролировать свою собственную ауру. Дам Со-Чон, безусловно, достиг этого уровня, но было ясно, что он не собирался скрывать свое присутствие. Он был просто настолько уверен в себе.

Хотя Джин Му-Вон чувствовал давление ауры, он не отступил. Это было потому, что он не чувствовал никакого намерения убить Дам Со-Чона.

Дам Со-Чон остановился недалеко от Джин Му-Вона. Он сложил руки в кулак в знак приветствия и слегка наклонил голову, сказав: — Спасибо, что позволили нам остаться здесь, хотя мы и не спрашивали вашего разрешения. Я всегда мечтал посетить "Крепость Северного Небесного клана".

— Надеюсь, ты не был разочарован. В конце концов, здесь нет ничего, кроме заброшенных руин.

— Нет, что-то есть. Человек, унаследовавший волю и дух "Северного Небесного клана".

— Вы уверены, что не ошибаетесь? Нормальный человек вроде меня никак не может унаследовать все это, понимаешь?

— Ха-ха-ха! — засмеялась Дам Со-Чон. Как и его аура, даже его смех излучал уверенность.

"Северный Небесный клан" - очень выдающаяся фракция.

Более ста лет они стояли на передовой войны против "Тихой ночи". Их истинные возможности нельзя определить по простым материальным ценностям, таким как эта крепость или ее сокровищница.

В конце концов, то, что делает фракцию сильной, - это люди.

Обычно первое поколение новой фракции добивается успеха. Однако нелегко передать этот успех будущим поколениям.

С течением времени основы, заложенные первым поколением, ослабнут и будут забыты. Когда эти основы будут полностью утрачены, большинство фракций прекратят свое существование.

Только те, кто смог передать свои учения и принципы следующему поколению, могут выжить, и только те, кто выжил в течение нескольких поколений, имеют право называть себя выдающимися.

Глядя на это с такой точки зрения, "Северный Небесный клан" определенно принадлежит к числу выдающихся кланов. Каждое отдельное поколение посвятило себя своей первоначальной цели - защите от "Тихой ночи". Гордость "Северного Небесного клана" основана на их необычайном упорстве и непоколебимой решимости, даже в большей степени, чем у любой другой фракции.

Несмотря на то, что я знал это, я все еще был крайне шокирован, когда в первый раз встретился взглядом с человеком по имени Джин Му-Вон. Никто другой никогда не оставался таким спокойным после нашей первой встречи.

Я не знаю, унаследовал ли он истинное наследие "Северного Небесного клана", но это не важно. Что действительно важно, так это то, что он может смотреть мне прямо в глаза, не съеживаясь. Одного этого факта достаточно, чтобы сказать мне, что этот человек ненормален.

Таким образом, есть одна вещь, в которой я могу быть абсолютно уверен.

Этот человек, Джин Му-Вон, унаследовал непреклонную волю "Северного Небесного клана".

Для Дам Со-Чон не имело значения, было ли наследство материальным или нет. Даже если Джин Му-Вон не изучал никаких боевых искусств, он все еще обладал неукротимым духом "Северного Небесного клана". Не было ничего более вдохновляющего для него, чем этот простой факт.

С детства я относился к "Северному Небесному клану" с величайшим уважением.

Чистый боевой дух и упорство, необходимые для ведения войны с "Тихой ночью" на протяжении более ста лет, не что иное, как восхищение.

Вот почему я должен был прийти сюда, несмотря ни на что.

Место, где я сделаю первый шаг к осуществлению своей мечты, может быть только здесь, в этой самой крепости!

Взгляд Дам Со-Чон обвел кузницу. Это было грубо, но это давало ему ощущение прочности. Как будто он упрямо держался, хотя у него было не так уж много.

Это потому, что это кузница?

Я думаю, что нет.

Атмосфера в этой кузнице вращается вокруг человека в ее центре, Джин Му-Вона. Именно этот человек дает жизнь зданию, превращает затхлый воздух руин в выражение своего упрямства. Возможно, даже он сам не заметил, как его присутствие превращает унылую атмосферу этих руин в нечто большее.

В общем, я действительно рад, что приехал сюда.

Моей первоначальной причиной приезда в эту крепость было окунуться в дух "Северного Небесного клана", и я окунулся в этот дух, хотя то, как это произошло, отличалось от того, что я ожидал. Я не знаю, станет ли Джин Му-Вон моим врагом в будущем, или он пойдет по тому же пути, что и я, как друг. Тем не менее, просто возможность встретиться с ним делает мою поездку сюда стоящей того.

Внезапно брови Дам Со-Чон дернулись. Он почувствовал, что кто-то стоит у него за спиной.

Он обернулся и посмотрел на вход в кузницу. Там он увидел миниатюрную девочку лет четырнадцати.

У нее были темные глаза, бледная кожа и черные волосы с голубоватым оттенком. Дам Со-Чон ясно видел настороженность в ее глазах, но, как и Джин Му-Вон, она не боялась его.

Эта девушка тоже ненормальная!

Ын Ха-Соль вышла вперед и встала рядом с Джин Му-Вон, как будто она была его защитницей.

Жуткая тишина наполнила кузницу.

Напряжение между Ын Ха-Соль и Дам Со-Чон было удушающим, как два зверя, готовых броситься в бой.

Как раз в этот момент вмешался Джин Му-Вон, сказав: — Раз уж вы здесь, как насчет чашки чая?

Напряжение спало в одно мгновение. И Дам Со-Чон, и Ын Ха-Соль бездумно кивнули.

Джин Му-Вон улыбнулся и пошел заваривать чай, а Ын Ха-Соль осталась рядом с ним. Казалось, она изо всех сил старалась защитить его.

— Не могли бы вы назвать мне свое имя, юная мисс? — спросил Дам Со-Чон.

— Ын Ха-Соль.

— Я понимаю. Меня зовут Дам Со-Чон. Я буду помнить тебя.

Ын Ха-Соль нахмурилась, но ничего не сказала. В любом случае, она смотрела только на Джин Му-Вона.

Некоторые люди никогда не смогут быть вместе. III

Уподобь мое тело дереву. Пусть моя ци будет водой, мой Дворец Духа - корнями, моя Верхняя Опора - стволом, а мои Сто Встреч - ветвями и листьями.

Пока я всем сердцем верю, что что-то реально, даже иллюзия может превратиться в реальность. Силы природы будут следовать желаниям моего сердца.

Сео Му-Санг открыл глаза. В них на мгновение вспыхнул свет.

В последнее время его боевые искусства значительно улучшились. Он становился лучше с каждым днем, настолько, что Сео Му-Санг несколько дней назад был несравним с нынешним Сео Му-Сангом. Его ранее заблокированные каналы ци теперь были полностью разблокированы, позволяя его ци течь плавно и непрерывно внутри его тела.

В течение самого долгого времени Сео Му-Санг отчаянно желал стать сильнее. Его жажда власти в сочетании с его новыми идеями дополняли друг друга, что привело к невероятно быстрым темпам роста.

Закончив тренировку, он расслабился и наслаждался удовольствием от прогресса.

Да, Вол.

При моем нынешнем уровне силы я не думаю, что проиграл бы Ёп-Вол даже в тотальном бою. Однако я не могу быть беспечным.

Независимо от того, насколько улучшились мои боевые искусства, мой статус внешнего партнера "Ложных небес" остается неизменным. С другой стороны, Ёп-Вол пользуется поддержкой Шим Вон-Ли

Я должен быть терпеливым. Месть - это блюдо, которое лучше подавать холодным. Однажды я отплачу за все обиды, которые мне причинили.

Если и было что-то, чему Сео Му-Санг научился после прибытия в "Крепость Северного Небесного клана", так это терпению. До тех пор, пока человек достаточно терпелив, в конце концов, несомненно, появится возможность. И наоборот, нетерпение и безрассудство приведут только к саморазрушению.

Внезапно он подумал о Джин Му-Вон.

В течение последних трех лет я внимательно наблюдал за ним. Хотя его положение в несколько раз хуже моего, он никогда не отчаивается и не сдается.

Сначала я приписал такое его поведение эмоциональной отстраненности, но при ближайшем рассмотрении понял, что это совсем не так. Терпение, сдержанность и самообладание Джин Му-Вона не имеют себе равных.

Сео Му-Санг поднял голову, глядя в небо.

Мог ли это действительно быть он?

За последние несколько дней в его голове укоренилась абсурдная идея. Был ли Джин Му-Вон действительно тем таинственным человеком, который спас его от грани безумия в тот роковой день?

Этот вывод не был полностью необоснованным, он был результатом логической дедукции.

Технически, единственными мастерами боевых искусств, достаточно опытными, чтобы дать ему совет, были Шим Вон-Ли и его Подчиненные. Хотя Дам Со-Чон был вундеркиндом, это не мог быть он, так как он прибыл в "Крепость Северного Небесного клана" только после того, как Сео Му Санг достиг Трансцендентности.

Как только я исключу невозможное, все, что останется, каким бы невероятным оно ни было, должно быть правдой! Это мог быть только Джин Му-Вон!

Действительно ли то, что он сказал, правильно? На самом деле, этот ребенок вообще достаточно опытен, чтобы научить меня?

Сео Му-Санг покачал головой. Этот его вывод был слишком возмутительным, чтобы быть правдой.

Если он такой сильный, почему он позволил себе подвергнуться такой сильной боли и страданиям?

Сео Му-Санг вспомнил, как Джин Му-Вон был схвачен и подвергнут пыткам Чан Пэ-Санем. Тогда он лично подтвердил, что Джин Му-Вон не знал никаких боевых искусств. Таким образом, он был еще более сбит с толку.

Внезапно чей-то голос вырвал его из раздумий.

— Хен-ним! — крикнул Вон Чок-Шим, выбегая на задний двор.

— Что случилось?

— Капитан приказал нам всем собраться.

— Капитан?

— Он сказал, что должен нам кое-что сказать.

Сео Му-Санг нахмурил брови. После встречи с Шим Вон-Ли Чан Пэ-Сан стал собакой молодого человека, готовой даже пожертвовать собственной жизнью ради своего хозяина. Кроме того, остальная часть Третьей роты также поклялась в своей верности и теперь была в полном распоряжении Шима Вон-Ли и Чан Пэ-Сана.

— Ха... — Сео Му-Санг вздохнул.

Интересно, о чем он собирается говорить сегодня. Это так раздражает…

༺═──────────────═༻

Получив сильное впечатление как от Джин Му-Вона, так и от Ын Ха-Соль, Дам Со-Чон покинула кузницу. Двое оставшихся некоторое время молчали.

В частности, Ын Ха-Соль все еще пыталась оправиться от внутреннего смятения в своем сердце. Присутствие Дам Со-Чона обрушилось на нее, как тонна кирпичей. Она наконец поняла, что имел в виду Са-Рен, когда они хвалили Дам Со-Чона.

Я до сих пор не могу поверить, что такой человек существует.

Хотя я знаю, что он делает это не нарочно, его аура и присутствие все еще удушают. Просто то, что я принадлежу к тому же поколению, что и этот человек, пробудило во мне дух соперничества.

Ын Ха-Соль очень гордилась своими боевыми искусствами. Она не только была преемницей одного из самых мощных боевых искусств в мире, ее личные достижения также были выдающимися.

Она была уверена, что немногие из ее сверстников смогут победить ее. Однако это было до того, как она встретила Дам Со-Чона. Дам Со-Чон показал ей, какой высокомерной она была.

Я знал, что должна была быть веская причина для необычного поведения Са-Рена, когда он говорил о Дам Со-Чоне. Он первый человек, который так сильно поколебал мою уверенность в себе.

Внезапно она посмотрела на Джин Му-Вона. Он рассеянно держал чашку с чаем и смотрел в окно, глубоко задумавшись. Она решила, что это потому, что он был так же потрясен, как и она.

Му-Вон.

Как раз в этот момент Джин Му-Вон повернулся к ней лицом. В тот момент, когда она заглянула в спокойные глубины его глаз, все ее тревоги мгновенно смыло, как волны, разбивающиеся о берег.

Я был неправ. В отличие от меня, он совсем не волнуется. Вместо этого его атмосфера безмятежности так успокаивает…

Джин Му-Вон улыбнулся и спросил: — Ты пришла сюда из-за меня?

— ……

— Ты примчалась сюда, потому что боялась, что мне снова причинят боль, верно?

— Точно… Нет, не пойми меня неправильно.

— Пффф! — Джин Му-Вон засмеялся, затем внезапно достал маленькую деревянную коробочку и протянул ее Ын Ха-Соль.

— Ч-что это?

— Открой его.

Ын Ха-Соль взяла у него коробку и осторожно открыла ее.

— Хм? Это что? — Ее глаза расширились от удивления.

Внутри коробки расцвел нежный цветок, его серебристо-белые лепестки, казалось, изобиловали жизнью. Это было настолько реалистично, что она не была бы шокирована, если бы это привлекло пчел и бабочек.

Это был серебряный аксессуар для волос в форме цветка.

— Я... Это для меня? Я...

Джин Му-Вон кивнул, ничего не сказав. Это был подарок, над которым он усердно работал до самого приезда Дам Со-Чона.

Ын Ха-Соль тут же опустила голову, на ее глазах выступили слезы. Она крепко сжала аксессуар для волос, как будто это было самое драгоценное из сокровищ.

Это первый подарок, который я когда-либо получал.

— Ты хочешь попробовать его надеть?

Услышав предложение Джин Му-Вона, Ын Ха-Соль воткнула цветок в волосы.

Джин Му-Вон просиял, сказав: — Фу!

— Что?

— Оно тебе очень идет.

— Действительно?

Джин Му-Вон кивнул.

— Большое вам спасибо!

— Я сделал это в спешке, поэтому, пожалуйста, простите меня, если это немного грубо. Я действительно хотел дать тебе кое-что, прежде чем ты уйдешь, — искренне сказал Джин Му-Вон. Несколько дней назад, когда он услышал, что Ын Ха-Соль скоро уедет, он испытал странное чувство потери, как будто его сердце было разрезано.

Только тогда он понял, как много она для него значит. Он был бессилен помешать ей уйти, но хотел, по крайней мере, сделать ей подарок. Таким образом, он решил сделать ее аксессуаром.

Этот стальной цветок был самым сложным изделием, которое он мог сделать за короткий промежуток времени в несколько дней. Он вложил все свое сердце и душу в то, чтобы сделать это как можно лучше.

Когда мы впервые встретились, я понятия не имел, что в конце концов она займет особое место в моем сердце. То немногое время, что нам осталось провести вместе, кажется еще более драгоценным.

Если бы только я был сильнее… Я бы никогда ее не отпустил! Я бы определенно придумал какой-нибудь способ удержать ее рядом со мной.

Однако для нынешнего меня это невозможно. Я даже не знаю, буду ли я еще жив завтра. Вот почему я не могу эгоистично заставить ее остаться со мной.

Ын Ха-Соль вынула цветок из волос и крепко сжала его обеими руками.

Это первый подарок, который я получил в своей жизни, и именно Му-Вон подарил его мне!

༺═──────────────═༻

В ту ночь Ын Ха-Соль не могла уснуть. Аксессуар из цветов, который подарил ей Джин Му-Вон, все еще был у нее в руках. Она так долго возилась с ним, что он уже немного испачкался.

— Ха... — вздохнула она.

Она оставила попытки заснуть и открыла окна, впуская холодный воздух снаружи в комнату. Она сделала несколько глубоких вдохов и сразу же почувствовала себя более бодрой.

Она тупо уставилась на аксессуар, который подарил ей Джин Му-Вон. Как настоящий цветок, каждый лепесток был уникальным и ярким.

Это было так, как будто цветок пытался сказать ей, сколько усилий приложил Джин Му-Вон, чтобы сделать это.

— Му... Вон, — пробормотала она. Ее лицо покраснело, а сердце бешено колотилось.

Что это за странные чувства? Я действительно не понимаю этого, но это не так уж плохо.

Внезапно она почувствовала приближение чьего-то присутствия. Эмоции исчезли с ее лица, когда она быстро собрала свою ци в руки.

СВИСТ!

В ее комнате беззвучно появился человек. Когда она увидела андрогинную фигуру вновь прибывшего, она приветливо улыбнулась и сказала: — Са-Рен, ты вернулся!

— Юная госпожа! — воскликнул Са-Рен, опускаясь перед ней на колени.

Ын Ха-Соль встала и быстро спросила:— Что-то случилось? Почему ты так скоро вернулся?

— Нет, ничего не случилось, — ответил Са-Рен, качая головой.

— Тогда...

— Мадам приказала мне сообщить вам, что она скоро приедет за вами.

— Хозяин идет?!

“Я не знаю подробностей, но это не должно быть для тебя таким уж неожиданным, верно?”

— !!!

В этот момент взгляд Са-Рена обратился к аксессуару в руках Ын Ха-Соль.

— Что это такое?

— Это ничего.

— Молодая госпожа?

— Не волнуйся, ничего важного.

Ын Ха-Соль быстро сунула аксессуар для волос в нагрудный карман. Са-Рен подозрительно уставился на нее, но Ын Ха-Соль продолжала вести себя так, как будто она просто отложила что-то тривиальное.

Са-Рен резко отругал: — Всегда помни, что вы наша надежда, Юная госпожа. Вам не разрешается эмоционально связываться с другими.

— Я знаю. Я не позволю этому случиться.

— ...Я верю вам, - сказал Са-Рен немного более мягким тоном.

Через полдня после того, как Са-Рен ушел, выражение их лиц внезапно стало уродливым. Их красные губы, скрытые под черным плащом с капюшоном, искривились в ужасающей манере.

— Это плохо.

Перемена в поведении Ын Ха-Соль не ускользнула от его внимания. В конце концов, он присматривал за ней с тех пор, как она была маленькой, и понимал её даже лучше, чем она сама понимала себя.

МОЛОТЬ!

С губ Са-Рена сорвался звук скрежещущих зубов.

Дракон, мечтающий о свободе I

Джин Му-Вон прогуливался за пределами северной крепости. Он поднял голову вверх и взглянул на море звезд, сосредоточенных на ночном небе. По восприятию звезды были так близки, будто до них рукой подать. Он протянул руку, чтобы схватить звезды, но когда он сомкнул кулак, то ухватился за пустоту.

Горькая улыбка появилась на его лице. С Ын Ха-Соль он смеялся и улыбался столько, сколько не веселился за всю свою жизнь.

Всякий раз, когда он видел ее, то не мог не улыбнуться. Время, проведенное с ней, пролетало мгновенно. Но как только он вспомнил, что скоро им придется расстаться, его сердце дрогнуло.

"Уже пора?..."

Внезапно мысли Джин Му-Вона рассеялись от неизвестного потока ци в пространстве.

~СВИШ!

Он сузил глаза и сосредоточился на своих чувствах. Кто-то приближался в его сторону быстро и бесшумно, словно ветер. Если бы не едва уловимая аура, исходящая от незнакомца, он бы даже не заметил его. Более того, если бы ему пришлось описать ауру, которую он почувствовал, то на ум бы пришла ядовитая змея.

"Кто? Шим Вон-Ли?"

Джин Му-Вон однако отверг эту мысль. У Шим Вон-Ли не было причин для столь радикального действия. Точно так же ни Дам Су-Чон, ни Сео Хё-Рён не стали бы за ним следить.

Незнакомец бесшумно кружил вокруг Джин Му-Вона, словно рысь, следящая за своей добычей.

Странно, но, несмотря на то, что он понимал, что его противник во много раз сильнее его, Джин Му-Вон не чувствовал страха. Наоборот, он был взволнован. Хотя незваный гость был мастером скрытности и совершенно невидим невооруженным глазом, Джин Му-Вон все равно чувствовал его присутствие.

"Неужели все из-за Теневого Пространства?"

"Если же подумать, так оно и есть. Кроме того, я чувствую, что во время темноты мои чувства обостряются куда сильнее, чем при свете. Довольно странно."

"Но в любом случае, кто бы не следил за мной, я его давно заметил."

Джин Му-Вон покрылся холодным потом. Почувствовать чье-то присутствие и вовремя среагировать на него - две абсолютно разные вещи. Более того, он понятия не имел, кто за ним следит, и что ему надо.

"Если незнакомец - обычный разведчик, посланный Шим Вон-Ли или Дам Су-Чоном, то мне стоит повременить с использованием боевых искусств. И в конце концов, я жив только потому, что они убеждены, что я обычный человек."

Джин Му-Вон стиснул зубы. Сейчас было не время раскрывать свои способности. Он не мог допустить, чтобы его труды пропали даром.

Другого пути нет...

"Я должен ждать."

"Что бы ни случилось, я должен ждать!"

Джин Му-Вон ждал, когда незнакомец сделает ход. И во время всего этого действия он так сильно разнервничался, что мышцы его тела напряглись, а волосы встали дыбом. Спустя время он стал чувствовать присутствие незваного гостя все больше и больше, будто тот намерено показывает себя.

И все же что-то здесь не давало ему покоя. Несмотря на то, что сейчас он был совершенно беззащитен, незваный гость не думал нападать на него, а лишь выказал намерение убить.

"Похоже, их цель - наблюдать за мной."

"В таком случае, Шим Вон-Ли отпадает. Зная этого человека, он не стал бы пытаться повторить прошлую схему во второй раз."

"И это не один из людей Ченг Па-Сана. Среди его людей нет тех, кто владеет боевыми искусствами такого высокого уровня."

Джин Му-Вон обдумал несколько вариантов у себя в голове, но в итоге отверг их все.

"Хм... И не из Девяти Небес?"

Вдруг внезапно в памяти всплыло имя одного человека.

"Может... Он как-то связан с Ха-Соль?"

"Она - единственный человек в крепости с неизвестным происхождением. И конечно, я понимаю, что она не лукавила тогда, ведь я подтвердил, что ее чувства ко мне настоящие."

"Кроме того, хотя между аурой незнакомца и Ха-Соль есть сходство, все не так очевидно. Скорее всего, тот практикует то же боевое искусство, что и Ха-Соль."

"Во всяком случае, мне так кажется."

Доказательств у него не было, но Джин Му-Вон был абсолютно уверен в правильности своей теории.

В этот момент он почувствовал жжение на шее. Убийственное намерение незнакомца стало еще сильнее.

"Теперь я могу с уверенностью сказать, что он намеренно раскрывается передо мной!"

Если бы незнакомец хотел убить его, он бы давно это сделал. Джин Му-Вон был безоружен и слишком слаб, чтобы хоть как-то дать отпор. Однако тот человек лишь прятался в тени и наблюдал за ним.

"Я понял... Значит, их цель угрожать мне."

"Хоть я не знаю зачем, но даже идиот может догадаться, что Ха-Соль во всем этом как-то замешана."

Пока Джин Му-Вон копался в своих размышлениях, легкий ветерок коснулся его щеки, принеся с собой легкий аромат, который защекотал ему нос.

Он нахмурился. Присутствие незваного гостя исчезло вместе с ветром, однако он совсем не почувствовал его ухода.

~Бам!

Джин Му-Вон не мог больше терпеть и упал на колени. Его одежда промокла от пота, а ноги дрожали. Он сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться.

"Никогда... Я никогда не забуду чувство полного унижения!"

Для незнакомца это могла быть простая, не требующая усилий угроза. Однако для Джин Му-Вона это так не казалось. Он видел в этом пищу для своего роста.

"Это была не столько угроза, сколько напоминание; суровое напоминание о том, что я никогда не должен прекращать двигаться вперед!"

☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆

- Кхе, кху...

Мужчина захлебывался собственной кровью. Из его груди торчало крупное, мускулистое предплечье. Он ели как собрал силы, чтобы посмотреть на лицо стоящего перед ним убийцы.

У убийцы было высокое мускулистое тело, кожа цвета гранита, и неухоженные волосы, закрывающие его лицо. Еще на нем была серо-рваная мантия, которая колыхалась на ветру. Между прядями волос, мужчина также разглядел красные глаза, сверкающие блеском безумия.

- Гхеук! Демон Хаоса, почему...

Убийца, назвавшийся Демоном Хаоса, не ответил и поднял руку, которой пронзил мужчину. Он с любопытством разглядывал мужчину, пока тот мучительно извивался, пытаясь освободиться.

Умирающим был великим воином. При жизни он был сильным, умным и решительным. Свет жизни в его глазах был ярче, чем у кого-либо другого, но перед лицом смерти этот свет медленно угасал.

Когда мужчина посмотрел в глаза Демона Хаоса, то увидел в них оттенок безумства, будто тот игрался с игрушкой. От этого ужасающего откровения его парализовало страхом.

Через некоторое время тело мужчины содрогнулось, и он испустил последний вздох. Демон Хаоса одним взмахом руки отшвырнул труп в сторону, потеряв интерес к нему интерес.

- Скука. Я думал, он попытается еще немного побороться, - Пожаловался Демон Хаоса, безумие в глазах которого, постепенно улеглось.

Он почесал голову и огляделся. Все вокруг было обсыпано кусками тел, а где-то догорали трупы. Ничто не осталось нетронутым. Судя по ужасной картине, он был уверен, что никого не осталось в живых.

Все эти разрушения были делом рук его и только его.

Он был лучшим следопытом, охотником и палачом в этом мире. Однако, когда он впадал в ярость, он полностью выходил из себя и уничтожал всех живых существ поблизости.

Именно по этой причине существу по имени Тхэ Му-Кан дали прозвище "Демон Хаоса".

Как раз когда Тхэ Му-Кан начал скучать, к нему подошла группа из дюжины воинов в серой форме с аурами, похожими на его собственную. Как и он сам, эти воины выглядели так, словно приняли душ из крови своих врагов.

Перед ним предстали Волки Хаоса, воины, служившие ему.

Поскольку все они были заражены его безумием, они подчинялись только ему. Без него они мгновенно выходили из-под контроля и превращались в обезумевших зверей.

Один из Волков поклонился ему и сказал: - Мы закончили с уборкой, вожак.

- Каково следующее место назначение?

- Северная крепость.

- Что?

- По нашей информации, именно там прячется девушка.

- Ну, этого следовало ожидать. Не так уж много мест, где может спрятаться раненая крыса, - Сказал Тхэ Му-Кан, уголки губ которого скривились в ухмылке.

Дракон, мечтающий о свободе II

Атмосфера внутри поместья Высшего Неба была приятной и расслабляющей. В то время как за пределами поместья царила напряженная обстановка, поскольку охрана усердно патрулировала территорию вокруг поместья. От них исходила настолько убийтвеная аура, что никто не решался приблизиться к ним.

- К чему такая секретность?! Что там такого происходит, что вокруг бродят эти амбалы? - Пробормотал Ченг Па-Сан себе под нос, оглядывая поместье. Однако он быстро свыкся, так как осознавал разницу в социальном статусе между собой и ими. К тому же, если бы люди из столицы захотели чтобы присутствовали все, то они бы не стали выставлять охрану по периметру поместья.

Обернувшись на своих людей, Ченг Па-Сан обнаружил, что те читают книгу под названием "Кровавый Клинок". Он тут же рявкнул: - Надеюсь, что вы выучите все иероглифы в этом руководстве по боевым искусствам до того, как мы вернемся в центральную равнину! Те, кто не сможет запомнить и половины, будут до конца своих дней гнить в этом месте!

- Капитан, не волнуйтесь. Я запомню все содержание, даже если мой мозг взорвется от переизбытка информации, - Поклялся Но Чжи-Кван, один из самых верных лакеев Ченг Па-Сана.

- Хахаха! Я всегда знал, что наш капитан самый благосклонный человек из всех в этом мире. Благодаря вам я могу изучать элитные боевые искусства. Если мы сможем освоить эту технику, то выйти за пределы своих тел может оказаться не просто несбыточной мечтой!

- Да, без капитана нам бы никогда не удалось заполучить нечто подобное. Отныне я навсегда останусь вашим верным псом, поэтому, пожалуйста, продолжайте заботиться обо мне и после того, как мы вернемся в центральные равнины, хорошо, капитан?

Наемники Третьей роты начали сыпать Ченг Па-Сана похвалами и комплиментами, что существо приподняло ему настроение. Он рассмеялся: - Верным псом? Мвахахахаха! Да, я - ваш путь к успеху, поэтому вы должны следовать за рукой, которая вас кормит!

Шим Вон-Ли подарил Ченг Па-Сану "Кровавый Клинок" в качестве платы за его служение. Для Шим Вон-Ли это бесполезное боевое искусство ничего не стоило, но в глазах наемников оно казалось бесценным сокровищем, открывающее им путь к Трансцендентности.

...По крайней мере, они так думали.

Кроме "Кровавого Клинка", Ченг Па-Сан также получил от Шим Вон-Ли еще одно боевое искусство. Однако в отличие от первой книги, этот он держал в секрете от своих подчиненных.

"Кекекекеке! "Небесный Клинок" будет принадлежать только мне. Я не могу позволить передать настолько бесценное боевое искусство простым приспешникам".

Ченг Па-Сан считал, что лидер должен быть сильнее своих приспешников. В отличие от "Кровавого Клинка", который ничего не стоил, "Небесный Клинок" содержал раздел о достижении Трансцендентности.

"Как же я рад, что решил поклясться в верности Шим Вон-Ли. Хотя я еще ничего не сделал, а он уже одарил меня подарками. Если же мне удастся как следует ему услужить, насколько велик будет следующий подарок? Кекекекекекеке!"

Вдруг ухмыляющийся Ченг Па-Сан заметил прислонившегося к стене Сео Му-Санга. Его улыбка тут же стерлась.

Наемники Третьей роты были заняты заучиванием "Кровавого Клинка". Исключение оставался только Сео Му-Санг, который находился поодаль от группы.

"Да это с ним?"

"В прошлом может, с ним было невозможно иметь дело, но он всегда слушался моих приказов. Однако в последнее время он выглядит все более и более отстраненным."

Хотя Сео Му-Санг выглядел точно так же, как и раньше, Ченг Па-Сан, как ни странно, чувствовал что что-то не так, когда смотрел ему в глаза; он непроизвольно замирал и не мог использовать свою Ци.

После прошлого поединка с Ёп-Волем боевое искусство Сео Му-Сагна значительно улучшилось. Он преодолел все препятствия на своем пути и достиг состояния Трансцендентности.

Вскоре после достижения Трансцендентности Сео Му-Санг начал отдаляться от остальных наемников в группе. Он также начал излучать ауру власти через язык тела и выражение лица. Аура вокруг него была ничем против тех, кто был сильнее его, но она оказывала на обычных наемников сильное давление. Ченг Па-Сан не был исключением.

Однако Ченг Па-Сан придумал для себя, что тот просто ленится. Мысль о том, что боевое искусство Сео Му-Сагна достигло состояния Трансцендентности, даже не приходила ему в голову.

Формально, когда Сео Му-Санг достиг Трансцендентности благодаря стилю "Синего Облака", ему не нужно было изучать "Кровавый Клинок". Однако, когда он попытался вежливо отказать Ченг Па-Сану, узколобый Ченг Па-Сан воспринял это как вызов.

Все это привело к тому, что он оказался отчужден от остальных наемников. Сео Му-Сан мог лишь молча наблюдать, как остальные наемники изо всех сил стараются запомнить "Кровавый Клинок".

"Если бы я получил такую возможность до приезда в северную крепость, моя жизнь изменилась бы?"

"Хотя я считаю, что происхождение человека ни на что не влияет, однакл если у него есть талант и он упорно трудится, я не могу не испытывать зависть..."

В этот момент на тренировочной площадке раздался приятный голос молодой девушки: - Хихи! Похоже, все усердно тренируются!

Сео Му-Санг повернул голову и увидел, как на площадку вошла симпатичная девушка лет пятнадцати.

"Кажется, ее зовут Шим Су-А?"

Очаровательная девушка с кокетливой улыбкой и вправду была Шим Су-А, младшей сестрой Шим Вон-Ли. В настоящий момент она была самым беззаботным человеком во всей северной крепости, прогуливаясь даже тогда, когда Шим Вон-Ли, Сео-Мун Хва Рён и Дам Су-Чон были погружены в беседу в поместье Высшее Небо. Ее телохранители отчаянно преследовали ее, беспокоясь за ее безопасность.

- О, это не юная ли госпожа к нам пожаловала! Что привело вас сюда? - Поприветствовал Ченг Па-Сан девушку, потирая руки.

Шим Су-А лукаво улыбнулась. Она видела слишком много подхалимов вроде Ченг Па-Сана и прекрасно понимала, как вести себя с такими людьми. Она кокетливо сказала: - Я пришла сюда, чтобы увидеть вас!

- О, это... ну...

- Чем вы тут таким занимаетесь? Ребят, вам стоит всем повеселится! - Воскликнула Шим Су-А, надувшись так мило, что на мгновение Ченг Па-Сану захотелось протянуть руку и ушипнуть за щеку.

"Ааааа! О чем я думаю? Какого?!..."

Ченг Па-Сан поспешно отошел на расстояние, осознав свою ошибку. Видя, что ей удалось запугать Ченг Па-Сана, Шим Су-А удовлетворенно усмехнулась.

- Хаа... Как же скучно, - Пробормотала она про себя потянувшись и посмотрев в сторону Башни Теней. - Может, мне пойти туда? Может, он захочет поиграть со мной, если я лично приду к нему? - Добавила она.

Ченг Па-Сан, на секунду пораженный, быстро сказал: - О ни в коем случае, юная госпожа. Вам не стоит этого делать!

- И почему же?

Ченг Па-Сан сглотнул, а затем сказал: - Это не то место, куда следует идти столь знатной даме, как юная госпожа. Более того, тот человек - сын преступника. Если вы встретитесь с таким человеком, это только запятнает репутацию юной госпожи.

- Что ты хочешь этим сказать?

- Будет лучше, если юная госпожа не будет приближаться к такому мусору. Если вам скучно, пожалуйста, позвольте этому ничтожеству провести для вас экскурсию по крепости.

- А здесь есть что-то интересное, помимо руин?

- Не совсем, но...

- Тогда разговор окончен. - Шим Су-А прервала Ченг Па-Сана и выбежала с тренировочной площадки.

"Что в голове у этой дуры?!"

Ченг Па-Сан изо всех сил старался подавить бущующий гнев и погнался за Шим Су-А.

- Куда это вы собрались, юная госпожа?

- Хмпф! Туда, куда глаза глядят!

- Юная госпожа!

Ченг Па-Сан смотрел вслед убегающей Шим Су-А. Только когда он убедился, что она и ее телохранители ушли, он пробормотал: - Какая капризная девчонка! Уверен, когда-нибудь она поплатится за свое грубое поведение.

До разговора с Шим Су-А у него было хорошее настроение, но сейчас он чувствовал себя так, словно его ударили лицом в грязь.

Покинув тренировочную площадку, Шим Су-А заметила Джин Му-Вона, который прогуливался как раз неподалеку. Она улыбнулась своей неожиданной удаче.

С момента прибытия в крепость у нее не было возможности поговорить с Джин Му-Воном наедине. С одной стороны, это было связано с тем, что молодой человек предпочитал запереться в Башне Теней. С другой стороны, Шим Вон-Ли во что бы то ни стало запретил ей выходить за пределы поместья и встречаться с ним.

"Он оправдывался тем, что я невежественна и импульсивна, словно младенец. Если бы здесь был мой отец, небесный владыка Шим Му-Вэ, разве посмел бы брат так со мной поступить? Хмф, думаю, нет!"

- Эй! - Крикнула Шим Су-А, подбегая к Джин Му-Вону и размахивая руками, словно приветствуя старого друга.

- Э? - Джин Му-Вон уставился на Шим Су-А со странным выражением лица.

- Эй, у тебя сейчас есть немного свободного времени?

- ......

- Я просто хочу поговорить. Все остальные заняты, но ты ведь можешь поговорить со мной?

Шим Су-А стояла перед Джин Му-Воном, не заботясь о том, нравится тому или нет. Губы ее телохранителей дернулись, но те не стали возражать. Шим Су-А впоследствии сделает их жизнь несчастными, если хоть слово скажут.

- Я тоже занят.

- Чем?

- ...делами...

- Хаха! Ты прямо как мой брат. Неужели все мужчины становятся занятыми, даже когда перед ними стоит красивая девушка? Что с тобой?

Шим Су-А болтала без умолку. Джин Му-Вон тем временем чувствовал, что она походит на беззаботного жаворонка.

"Наверное за все свое детство, она ни разу не встречала никого, кто бы не был к ней добр. Что ж, думаю, это вполне естественно. Вряд ли кто-то осмелится быть грубым с дочерью Шим Му-Вэ, если только он не сильнее его."

'В отличие от меня, она живет такой легкой жизнью... Мне же приходится вести постоянную борьбу за выживание. Даже ночью, лежа в постели, я думаю о том, смогу ли я прожить следующий день..."

"Когда я с кем-то разговариваю, мне приходится тщательно подбирать слова. Прежде чем что-то сделать, я должен обдумать все возможные варианты развития событий и взвесить последствия. Единственный способ выжить - это планировать и просчитывать каждое свое действие".

"Эта девушка, Шим Су-А, полная противоположность мне. Даже если она скажет что-то грубое, никто не сможет перечить ей!"

"Как же раздражает. Хотя я еще ничего не сделал, но уже чувствую себя измотанной. Это все она виновата. Ну, по крайней мере, эта встреча позволила мне подтвердить один важный факт: Шим Су-А совсем не такая хитрая, как ее старший брат."

"...Хм?„

Джин Му-Вон резко повернулся лицом к поместью Высшего Неба. Через полуоткрытое окно на него смотрели Шим Вон-Ли и Дам Су-Чон.

Дракон, мечтающий о свободе III

Ын Ха-Соль закрыла глаза и стала направлять свою Ци по всему телу, дабы проверить свое состояние.

Ее Ци в какой-то мере восстановилась, а кровь текла свободно и беспрепятственно. В мгновение ока она завершила первый цикл циркуляции Ци.

Чтобы дойти до этого момента, ей потребовалось несколько месяцев восстановления. И в качестве дополнительного преимущества, сущность ее Ци, казалось, увеличилось. Однако ее это ничуть не радовало.

"Мастер скоро прибудет... и когда она прибудет, мне придется уйти вместе с ней. Хотя я не хочу этого, но я могу быть спокойна, зная, что по крайней мере Му-Вон будет находится в безопасности без меня. В конце концов, куда бы ни пошел Мастер, опасность всегда следует за ним по пятам."

Закончив проверять свое состояние, Ын Ха-Соль покинула дом. Она была слишком многим обязана этому месту и его хозяину, поэтому перед уходом хотела сохранить в памяти пейзажи северной крепости.

Вдруг она нахмурилась. Перед ней стояла Сео-Мун Хва Рён, которая будто ждала ее. Сео-Мун Хва Рён поприветствовала её: - Доброго дня, госпожа Ын.

- ...... - Ын Ха-Соль в ответ молча кивнула.

Несмотря на явную грубость, Сео-Мун Хва Рён не убрала с лица улыбку. Она спросила: - Собираетесь встретиться с господином Джином?

- ...... - На этот раз Ын Ха-Соль покачала головой.

- Нет? Тогда чем вы планируете заняться?

- А с чего мне отвечать на твои вопросы?

- Прошу прощения за грубость. Видите ли, у меня неконтролируемое чувство любопытства, и я не нахожу себе места, пока не узнаю ответа на вопросы, которые у меня возникают... - Сео-Мун Хва Рён сделала извиняющееся выражение лица, но Ын Ха-Соль не была тронута ее "спектаклем".

Она прямо спросила: - Чего ты хочешь?

- Я бы хотела пригласить вас.

- Пригласить?

- Да. Приглашение посетить зал Пышного Нефрита через три дня.

- Зал Пышного Нефрита?

- Да! Пожалуйста, обязательно придите туда вместе с господином Джином. Я хотела пригласить его лично, но в последние несколько дней его почти не видно.

- Что ты задумала?

- Мы расскажем вам, когда придет время, - Загадочно улыбнулась Сео-Мун Хва Рён, и добавила: - Но я обещаю, что вы не будете разочарованы. Так что обязательно придите, хорошо? Договорились?

Сео-Мун Хва Рён была так настойчива, что Ын Ха-Соль поняла: она не может отказаться. Ей оставалось только кивнуть в знак согласия. В ответ улыбка Сео-Мун Хва Рён стала еще шире.

☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆

Слуги Шим Вон-Ли быстро закончили восстановление зала Пышного Нефрита. Этот некогда огромный, величественный и экстравагантный зал был построен во времена расцвета Армии Севера для встреч и проведения банкет среди высокопоставленных гостей, но после падения северной крепости от него остались только колоны и полуобваленая крыша.

Слуги сначала разобрали завалы внутри зала, а затем построили новую внешнюю стену из тонких деревянных досок. Затем они убрали внутреннюю часть зала и оставили ее мебелью.

Когда все было готово, настало время готовиться к банкету. Десятки тарелок с едой были вынесены на банкетный стол; прекрасный аромат разнеся по всей северной крепости.

Джин Му-Вон наблюдал за всем этим изнутри Башни Теней.

"Шим Вон-Ли явно плевать на мое мнение."

Независимо от текущего состояния северной крепости, Джин Му-Вон по факту считался здесь хозяином. И прежде чем использовать любое из зданий в северной крепости, необходимо было получить его разрешение. Однако, казалось, что Шим Вон-Ли совсем не заботился об этом, а относился к нему так, будто его не существовало.

"Если бы не Дам Су-Чон, который пришел извиниться вместо Шим Вон-Ли, я бы, наверное, взорвался от гнева."

"Этот засранец мало того, что топчет гордость северной крепости, так еще и нагло бесчинствует на земле, которую мой отец защищал до конца своих дней."

"Эти люди, прожившие жизнь в мирную эпоху, явно зазнались!"

"Ужасы прошлого для них - всего лишь история, поэтому они искажают ее по своему усмотрению и принимают только те части, которые им выгодны."

"Это мир, где угнетают свободомыслящих; мир, где правят деспоты!"

"В этом несправедливом ганго, какое будущее вы себе надумали, Дам Су-Чон?"

Джин Му-Вон вспомнил горящие амбиции в глазах Дам Су-Чона. Он не знал, что планирует Дам Су-Чон, но чувствовал, что произойдет нечто невообразимое.

Сегодня был день, когда Сео-Мун Хва Рён пригласила его и Ын Ха-Соль на банкет. Хотя ни один из них не хотел принимать приглашение, Джин Му-Вон принял его в надежде, что эти люди как можно скорее покинут северную крепость.

~ТУК-ТУК!

- Войдите.

Один из слуг Шим Вон-Ли осторожно открыл дверь и вошел в комнату. Он учтиво поклонился Джин Му-Вону и сказал: - Господин Джин, подготовка к банкету завершена. Вы можете пройти в зал Пышного Нефрита. Прошу меня извинить. - Слуга снова поклонился и ушел.

Как бы ему этого не хотелось, у него все равно не было выбора. Джин Му-Вон надел свою самую чистую одежду и направился в зал Пышного Нефрита.

По пути в зал Джин Му-Вон остановился перед стеной Десяти Тысяч Теней. Стена, гордо стоящая на протяжении более ста лет, медленно разрушалась, словно живой организм, срок жизни которого подходил к концу. Словно стена понимала, что она выполнила свою роль и больше не нужна. Джин Му-Вон положил руку на стену.

"Прости меня, пожалуйста, за мою беспомощность, которая только и может что лишь наблюдать, как ты гибнешь под ударами времени. Тем не менее, я обещаю тебе: в тот день, когда я возрожу Армию Севера, я восстановлю и тебя!"

Пообещав это также и самому себе, Джин Му-Вон продолжил свой путь к залу Пышного Нефрита.

Прибыв в зал, он заметил, что охрана охраняют каждый сантиметр периметра и отрезают все возможные пути отхода или проникновения посторонних. Атмосфера вокруг зала была зловещей, словно должно было произойти что-то серьезное.

К нему подошел Мок Ын-Пхён, капитан охраны. Он поприветствовал его: - Добро пожаловать в зал Пышного Нефрита. Мой господин ждет вас внутри.

Джин Му-Вон почувствовал от Мок Ын-Пхёна убийственную ауру, соответствующую его прозвищу - Меч Кровавого Дождя. Он не знал почему, но отношение капитана подтверждало, что сегодняшний банкет - не устроен ради веселья.

Он оглядел зал, но обнаружил, что нескольких человек, которых он ожидал увидеть, нигде не было видно. Он спросил: - А где наемники?

- Они отвечают за охрану окраин северной крепости.

"Уровень безопасности слишком высок. Северная крепость расположена в пустынном северном регионе. Угроза шпионажа здесь настолько мала, что ею можно пренебречь. Однако, Шим Вон-Ли заходит так далеко, чтобы гарантировать, что ничего не просочится на сегодняшнем банкете?"

- Пожалуйста, пройдите в зал, господин Джин.

Джин Му-Вон кивнул, а затем вошел в зал. И первое, что привлекло его внимание, был алтарь с благовониями. Сам алтарь располагался на возвышении, а прямо перед ним стояли три стула.

На этих трех стульях сидели Шим Вон-Ли, Сео-Мун Хва Рён и Дам Су-Чон, одетые в разноцветные одеяния. Шим Су-А сидела немного позади них, но и она была одета причудливо.

Когда Джин Му-Вон направился к ним, Дам Су-Чон сразу же встал. Как представитель четверки, он должен был произнести официальное приветствие.

- Добро пожаловать, господин Джин, и спасибо, что приняли наше приглашение.

- К чему все это? Какая-то церемония?

- Церемония?... Ну, можно и так сказать, - Ответил Дам Су-Чон.

Джин Му-Вон нахмурился. По какой-то причине излишняя уверенность Дам Су-Чона заставляла его чувствовать себя неловко.

Дам Су-Чон пригласил Джин Му-Вона сесть на свободный стул напротив Шим Су-А, сказав: - Я расскажу вам все подробности, когда придет госпожа Ын. А пока, пожалуйста, присаживайтесь и насладитесь застольем.

Когда Джин Му-Вон сел, Сео-Мун Хва Рён слегка склонила голову в знак приветствия, а Шим Вон-Ли одарил его недовольным взглядом. Джин Му-Вон проигнорировал их и холодным взглядом окинул убранство зала Пышного Нефрита.

"Не, серьезно... что они затеяли? Никто в здравом уме не построит, и тем более не принесет на банкет благовония! Это что, какой-то культовый ритуал?"

Прошло совсем немного времени, и в зале появилась Ын Ха-Соль во главе с Мок Ын-Пхён. На этот раз поприветствовать ее встала Сео-Мун Хва Рён и направила ее к месту рядом с Джин Му-Воном.

Увидев Ын Ха-Соль, Джин Му-Вон улыбнулся. На ней был аксессуар для волос, который он ей подарил.

После того как гости расселись, Шим Вон-Ли объявил: - Теперь, когда все собрались, давайте начнем церемонию.

Дам Су-Чон и Сео-Мун Хва Рён кивнули и встали со своих мест. Дам Су-Чон посмотрел в сторону Джин Му-Вона и сказал: - Во-первых, я хотел бы извиниться перед вами. Мы мало того, что перестроили зал Пышного Нефрита без вашего разрешения, так еще и вынудили вас прийти сюда. Однако я надеюсь, что вы сможете найти в своем сердце силы простить нас, ведь у нас есть очень важная причина для этого.

- Хмф! - Выдохнул Джин Му-Вон с презрительным выражением лица, словно ожидая, какие еще оправдания они придумают.

- Мы пригласили вас двоих сюда сегодня в качестве свидетелей, - Добавила Сео-Мун Хва Рён.

- Свидетелей?

- Да. Мы хотели бы, чтобы вы стали свидетелями основания совершенно новой организации - Общества Лазурного Дракона.

- .....

- Общество Лазурного Дракона - это организация, созданная для того, чтобы молодежь мурима могла выражать свое мнение единым фронтом. Наша цель - собрать перспективных молодых людей и в конечном итоге стать неотъемлемой частью управления муримом. Хотя мы трое являемся учредителями, многие молодые люди уже согласились присоединиться к нам.

- Есть ли причина, по которой вы проводите церемонию инаугурации в северной крепости, а не в центральной равнине? Раз уж вы говорите, что это группа, созданная для блага мурима, не стоит ли провести церемонию там?

- Пока мы не обладаем достаточной силой, чтобы постоять за себя, мы не можем заявить о себе публично. Как никто другой, вы должны быть хорошо знакомы с умонастроениями нынешних правителей мурима. Они слышат только то, что хотят услышать, и ожидают абсолютного повиновения от всех. Неужели вы думаете, что мы сможем основать такую организацию в центральной равнине?

- То есть вы хотите сказать, что проделали весь этот путь только для того, чтобы избежать шпионов Девяти Небес?

Дам Су-Чон, молчавший некоторое время, вдруг ответил: - Это была одна из причин нашего визита сюда, но не самая важная. Я решил провести эту церемонию в северной крепости, потому что всегда почитал Армию Севера, которая более ста лет защищала мир от Тихой Ночи.

- Значит ли это, что вы собираетесь помочь восстановить Армию Севера?

Дам Су-Чон улыбнулся, но ничего не сказал. Джин Му-Вон сузил глаза.

"Не собирается давать прямой ответ, да? Все это болобольство о почитании Армии Севера - лишь отговорка. Все, чего хотят эти люди, - это место, где они могли бы собраться вдали от любопытных глаз."

Туман перед его взором наконец рассеялся; только сейчас он понял причину, по которой эти люди пришли в северную крепость.

Дам Су-Чон тем временем продолжил: - Сейчас я объявляю об официальном создании Общества Лазурного Дракона. Да благословят нас боги, чтобы Лазурные Драконы были едины сердце и душе. Господин Джин, не согласитесь ли вы засвидетельствовать официальное основание нашей организации?

То, как Дам Су-Чон сформулировал свое предложение, не позволило Джин Му-Вону отказаться. Он ответил: - Да, в сегодняшний день я засвидетельствую основание Общества Лазурного Дракона.

- Благодарю, господин Джин.

Довольный ответом Джин Му-Вона, Дам Су-Чон вернулся на свое место. Сео-Мун Хва Рён последовала его примеру. Однако Джин Му-Вон не испытывал ни малейшего восторга от того, что его только что заставили сделать.

"Общество Лазурного Дракона... при произнесении этих трех слов у меня во рту возникает чувство, будто я ем песок."

Вдруг, словно прочитав его мысли, Ын Ха-Соль осторожно взяла его за руку. Они встретились взглядами, и Джин Му-Вон быстро успокоился. По глазам Ын Ха-Соль он понял, что она понимает его чувства.

"Поскольку я и Ха-Соль согласились стать свидетелями, было бы бесчестно, если бы кто-то из нас рассказал правду о том, что здесь сегодня произошло. Таким образом, эти люди смогут сохранить общество Лазурного Дракона в тайне."

Джин Му-Вон повернулся к Шим Вон-Ли. Он был единственным из тройки, кто молчал, хотя его положение не уступало.

"Шим Вон-Ли, неужели ты собираешься вот так, без боя, передать руководство Обществом Лазурного Дракона Дам Су-Чону? Хахаха! Значит, даже ты знаешь пределы своих возможностей?"

Слава, сила, лидерские качества и горячее честолюбие Дам Су-Чона означали, что он, скорее всего, станет главой Общества Лазурного Дракона. Шим Вон-Ли же будет низведен до должности "принеси-подай".

Шим Вон-Ли встретился взглядом с Джин Му-Воном. Он насмешливо усмехнулся, словно дразня Джин Му-Вона, затем встал и прошел к середине зала, перед алтарем, на котором горели благовония.

Он начал читать заранее подготовленную речь: - Сегодня мы собрались в этом зале, чтобы отпраздновать основание Общества Лазурного Дракона. Мы обязуемся следовать идеалам Лазурного Дракона, поддерживая закон и порядок и наказывая нечестивых. Да благословят нас боги и укажут нам путь.

Атмосфера в зале стала торжественной, когда Шим Вон-Ли произнес свою речь. Шим Вон-Ли объявил, что Дам Су-Чон станет главой общества, и пригласил его выразить почтение богам.

Дам Су-Чон зажег благовония, а затем поклонился небесам и сказал: - Для меня, Дам Су-Чона, большая честь занять пост главы Общества Лазурного Дракона.

Когда Дам Су-Чон закончил, Сео-Мун Хва Рён вышла вперед, поклонилась алтарю и таким же образом признала свое положение зама главы.

Для них официальное основание Общества Лазурного Дракона было историческим моментом.

Внезапно Джин Му-Вон почувствовал на затылке чей-то взгляд. Обернувшись, он увидел недовольную Шим Су-А, которая переводила взгляд с него на Ын Ха-Соль.

Ветер перемен I

- Как же вкусно пахнет... запах даже до сюда доносится.

- Тц! Эта мелюзга объедается, пока мы тут мерзнем.

За пределами северной крепости двое члена Третьей роты жаловались во время патрулирования. Их звали Нам Воль и Ли Чун-Мен.

До сегодняшнего утра они были в приподнятом настроение, поскольку узнали, что в зале Пышного Нефрита будет банкет. Они ждали его несколько дней, даже специально голодали, чтобы наесться вкуснейших морепродуктов. Однако их мечты разбились вдребезги об реальность.

Капитан охраны Мок Ын-Пхён приказал всей Третьей роте стоять на страже у входа в северную крепость. Ченг Па-Сан не мог ослушаться своих новых хозяев, поэтому ему ничего не оставалось, как вывести всех наружу и разделить на группы.

С того места, где находились эти двое, других групп не было видно. Самое главное, капитан и заместитель были вне поля зрения, вне слуха и, следовательно, вне разума. Без начальства, которое без конца могло бы придираться к ним, эти двое, как и большинство других, ослабили бдительность и вместо охраны периметра, начали сплетничать и жаловаться.

- Какая опасность может быть в этом пустынном месте? По сравнению с бессмысленным патрулированием, я бы лучше занимался боевыми искусствами.

- Ага. Это время, мы могли бы лучше потратить на изучение книги "Кровавого Клинка".

Нам Воль и Ли Чун-Мен были увлечены практикой "Кровавого Клинка", который они получили от Ченг Па-Сана. Они впервые столкнулись с боевым искусством, которое можно было использовать для достижения Трансцендентности, и это возродило их мечты стать сильнее.

- Быка бы съел... эй, как думаешь, сколько нам еще придется патрулировать, прежде чем они позовут нас обратно?

- ...интересно, останутся ли остатки от банкета? Я видел, сколько еды приготовили слуги перед тем, как покинуть крепость, и их вполне достаточно, чтобы накормить целую армию.

- Черт! От одной мысли о еде у меня живот бурчит. Все, с меня хватит! Может выпьем? - Спросил Ли Чун-Мен, доставая бутылку, которая висела у него на поясе.

Нам Воль некоторое время смотрел на бутылку. Затем, внезапно, его лицо побледнело. Он воскликнул: - Это же бутылка вина! Где ты ее достал?

- Хи-хи! Подкупил слугу, чтобы он достал ее для меня.

- А ты не боишься, что тебя поймают?

- Да не трусь ты, у тех ребят столько вина, что они даже не заметят пропажу одной! Так ты будешь или нет? Мне же больше достанется.

- Эй! Какой здравомыслящий откажется от вина? Так, стоп. Мы же на открытой местности. Давай лучше найдем место, где мы сможем спрятаться, не опасаясь за свои шкуры, - Сказал Нам Воль, оглядываясь по сторонам.

Ли Чун-Мен рассмеялся: - Ничего ведь не случится, если мы ненадолго оставим свои посты, верно? - Он указал на ближайший куст.

Нам Воль усмехнулся, обнажив такие же пожелтевшие зубы, как у Ли Чун-Мена: - Тогда начнем наш маленький банкет?

Двое мужчин обменялись взглядами, а затем направились к месту за кустами.

- Кухаа! Отличное вино!

Сделав глоток, Ли Чун-Мен изобразил выражение полного блаженства, а затем передал бутылку Нам Волю.

- Уух! Это определенно дорогое вино! - Воскликнул Нам Воль, вытирая рот рукавом.

Вино, которое достал Ли Чун-Мен, было не обычным дешевым пойлом, а выдержанным шаосинским вином высшего сорта, которое производилось только в Шаосине, провинции Чжэцзян, считавшаяся одной из лучших виноделии в центральной равнине.

После такого высококачественного вина Ли Чун-Мен и Нам Воль почувствовали, что весь мир находится на кончиках их пальцев. Они упивались эйфорией, которая накрыла их в опьянении.

Их глупый смех разносился по северным равнинам: - Хахахахаха!

Если они будут пить такое прекрасное вино каждый день, то голод их вполне устраивал. В конце концов, скоро они вернутся в центральные равнины, чтобы работать на Шим Вон-Ли.

- Нам нужно перетерпеть это дерьмо еще немного.

- Эй, после того как мы вернемся домой, давай проведем десять дней и ночей в борделе.

- Да! Будем наслаждаться хорошими винами, смакуя удовольствие от женской тел, хи-хи-хи.

- Хи-хи-хи! - Одна мысль о посещении борделя заставила двух мужчин снова разразиться смехом.

И тут же они услышали зловещий голос: - Угостите?

- Кхе~!

- Кто здесь?

Напуганные, двое мужчин быстро встали с мест и огляделись. Поодаль от себя они увидели крупного мужчину, смотрящий на них безумным взглядом. Когда глаза двоих встретились с его глазами, они тут же замерли.

Мужчина протянул руку, и Ли Чун-Мен бессознательно отдал бутылку вина.

~ГЛУК! ГЛУГ! ГЛУГ!

Мужчина быстро выпил вино. Затем он вытер губы рваным рукавом и улыбнулся: - Неплохо.

Когда же Ли Чун-Мен и Нам Воль увидели расцветающую жуткую улыбку на лице незнакомца, они тут же задрожали от страха.

Для этого существа не было неожиданностью что те испугались, ведь живые существа обычно быстро теряют контроль перед предшествием смерти. И похоже, эти двое не были исключением.

☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆

- Хм? - Сео Му-Санг внезапно поднял голову.

- Что-то не так? - Озадаченно спросил Ю Ген-Чун. Однако Сео Му-Санг не ответил.

"У меня плохое предчувствие... будто сегодня случится что-то ужасное. Мои чувства разом обострились, а кожа покрылась мурашками."

Ю Ген-Чун помахал рукой перед лицом Сео Му-Санга: - Брат?

Только тогда Сео Му-Санг повернулся к нему и сказал: - Определенно.

- Чего?...

Вместо ответа Сео Му-Санг нахмурился. Его сердце бешено колотилось, и не могло успокоиться. Такого он еще никогда не чувствовал.

Он резко поднялся. Заметив это, к нему подошел Вон Чок-Сим.

- Позови ребят.

- Для чего?

- Выполняй!

- Да что с тобой..., - Начал жаловатся Вон Чок-Сим.

Сео Му-Санг как раз собирался ответить ему, когда над северными равнинами раздался звук рога. Это был сигнал проверки. Все группы затрубили в рога, кроме той, что находилась на северо-западе.

- Кто отвечает за патрулирование северо-западным районом? - Спросил Сео Му-Санг.

- Думаю, Чун-Мен и Нам Воль. Я видел, как Чун-Мен стащил бутылку вина, может, эти двое напились? В любом случае, не накручивай себя. Что может пойти не так?

- Нет, я думаю, что-то происходит.

Сео Му-Санг почувствовал странное беспокойство, словно что-то зловещее тяготило его сердце. Он достал ржавый железный меч, висевший у него на поясе. Его стальной меч был сломан во время боя с Ёп-Волем, и он не смог найти ему достойную замену, поэтому решил обойтись дешевым железным мечом, пока не раздобудет новый.

- Брат? - Лицо Вон Чок-Сима дернулось. Когда Сео Му-Санг становился таким, никто не мог его остановить, даже их капитан Ченг Па-Сан.

Внезапно Сео Му-Санг побежал на северо-запад. Вон Чок-Симу ничего не оставалось, как погнаться за ним, при этом жалуясь: - Ааааа! Напомни мне, почему мы друзья?...

Сео Му-Санг бежал изо всех сил. Каждый раз, когда его нога касалась земли, он отпрыгивал вперед на двадцать футов. Он быстро оторвался от Вон Чок-Сима и скрылся вдали.

У Вон Чок-Сима отвисла челюсть. Он закричал: - Эй!? Какого хрена?! С каких это пор ты так хорошо владеешь боевыми искусствами?

Вон Чок-Сим не мог поверить своим глазам. Сео Му-Санг был единственным членом Третьей роты, который не выучил "Кровавый Клинок", и все же он был намного быстрее его самого. Это было нереально!

Чтобы не отстать от Сео Му-Санга, Вон Чок-Сим выжал из себя все соки, расходуя и Ци, и физическую силу. Через некоторое время он наконец-то догнал Сео Му-Санга.

В ярости он закричал: - Эй! Почему ты вдруг убежал?

- .....

- Брат?

В этот момент Вон Чок-Сим наконец-то заметил странное выражение лица Сео Му-Санга. Он повернулся в ту сторону, куда был устремлен взгляд его друга.

Тут же его глаза расширились от шока.

- Э-э-э?

Его шок быстро перешел в ярость.

- НЕЕЕЕТ!

Вон Чок-Сим отвернулся, пытаясь выкинуть из головы отвратительное зрелище. Он чувствовал, что это оставит неизгладимый шрам в его сердце, если он не забудет увиденное.

- Ли Чун-Мен, Нам... Воль, - Прошептал Сео Му-Санг, неконтролируемо дрожа.

Перед ними лежали разбросанные останки Ли Чун-Мена и Нам Воля. Их трупы были бесчеловечно расчленены и разбросаны по земле, словно свинина, разделанная мясником. Единственным доказательством того, что эти куски мяса когда-то принадлежали людям, - вид нескольких характерных частей тела.

- Брат, как такое возможно?

- Похоже... на нашей територии незваный гость.

Безумный психопат, более свирепый, чем медведь, и более безжалостный, чем тигр. Ни один психически здоровый человек не мог бы сотворить нечто подобное.

Сео Му-Санг повернулся лицом к северной крепости. Судя по следам, все шло именно так. Этот убийца-психопат вошел в крепость!

- Ты должен сообщить о случившемся остальным. Я пойду за ним.

- Но брат...

- Бегом! - Крикнул Сео Му-Санг, и на максимальной скорости устремился к северной крепости.

Ветер перемен II

Когда церемония, посвященная открытию Общества Лазурного Дракона, подошла к концу, Дам Су-Чон молча сел на свое место, в то время как Шим Вон-Ли завязал разговор с Сео-Мун Хва Рён.

Ын Ха-Соль шепнула на ухо Джин Му-Вону: - Эй, они тебе не кажутся идиотами?

- Чего?...

- Ну, знаешь, все эти штуки с... ритуалами, молитвами и тому подобным.

Ын Ха-Соль не могла понять, почему люди молятся богам. В мире, в котором она выросла, победители часто забирали все, и только сильнейшие могли жить в комфорте. В мире, где господствовали человеческие желания, богам не было места.

Для нее желание получить признание высших сил было признаком слабости. Или по простому, что человек хочет избежать ответственности за свои поступки и решения.

- Пфффф! - Джин Му-Вон еле сдержал смех. Он был согласен с мнением Ын Ха-Соль. Даже если все они согласились с тем, дабы он стал свидетелем этого спектакля, по правде же, он послужил им инструментом для подпитки их эго.

- Ну согласись же!

- Да, может они и идиоты, но идиоты с мозгами, которые будут диктовать будущее центральных равнин.

- ...они тебя пугают?

- Что?

- Не бойся.

- !?

- Пока я рядом, тебе не нужно никого бояться. Несмотря ни на что, я защищу тебя.

Глаза Джин Му-Вона невольно расширились от шока, пока он глядел на Ын Ха-Соль. Лицо второй покраснело от понимания того, как прозвучали ее слова.

Джин Му-Вон усмехнулся: - Спасибо.

- ...я вообще-то серьезно! Хватит смеяться!

"Спасибо, Ха-Соль. Если бы не ты, то от одиночества и изоляции, я бы просто сошел с ума."

Вдруг Дам Су-Чон встал и подошел к Джин Му-Вону: - Эй, могу я поговорить с тобой наедине?

Джин Му-Вон кивнул, затем встал со своего места. Ын Ха-Соль наблюдала за тем, как те покидают зал Пышного Нефрита.

Когда они ушли, рядом с ней кто-то подсел. Это была Сео-Мун Хва Рён.

Сео-Мун Хва Рён приветливо улыбнулась: - Госпожа Ын, не возражаете?

- .....

- Как вам сегодняшний банкет?

Ын Ха-Соль недобро уставилась на Сео-Мун Хва Рён, и серьезным тоном произнесла: - Ты. Хватит ходить вокруг, до около. Чего тебе надо?

- В каком смысле?

- Я более чем уверена, что ты специально устроила весь этот фарс. Сколько еще ты будешь давить на него, прежде чем успокоишь свое эго?

- ...... - Улыбка Сео-Мун Хва Рён после ее слов исчезла в мгновение ока.

- Тебе не нужно было приглашать его сюда, но ты все равно это сделала. Причем нарочно.

- Как я уже говорила, нам нужен был свидетель. Если вы сочли наши действия оскорбительными, примите мои извинения.

- Да кем ты себя возомнила?

- Что!?

- Чья была эта идея?

- Госпожа Ын...- Лицо Сео-Мун Хё Рён раскраснелось от гнева от слов Ын Ха-Соль.

- Сестра? - Вдруг Шим Су-А, заметив движ между двумя женщинами, встала с места. Она подошла и встала рядом с Сео-Мун Хва Рён.

Ын Ха-Соль встретилась взглядом с Шим Су-А. В этих глазах была открытая враждебность. По какой-то причине девушка перед ней возненавидела ее, и это заставило ее чувствовать себя неловко.

- Ничего серьезного....

Сео-Мун Хва Рён попыталась прогнать ее, но Шим Су-А почувствовала, что та пытается что-то скрыть, и продолжила противостояние с Ын Ха-Соль.

Ын Ха-Соль нахмурилась. Чувства, которые она подавляла до этого момента, казалось, вот-вот вырвутся наружу. Эти двое не были единственной причиной, но они точно послужили толчком к содеянному.

"Мне не нравится сегодняшняя атмосфера и люди. Они играют с чувствами беспомощного человека, как будто так и должно быть... даже придумали предлог вроде "нам нужен свидетель", чтобы пригласить его сюда. Именно таких людей я ненавижу больше всего; людей, которые смотрят на других свысока."

Угрожающим тоном Ын Ха-Соль прорычала: - Прекрати давить на него. Его жизнь и без тебя достаточно тяжела.

- А разве не ты заставляешь людей страдать? Грубиянка! - Вмешалась Шим Су-А.

- Не вмешивайся, не разобравшись!

- О, теперь я поняла. Это ты заставляешь его страдать, а не мы. Он даже не жалуется, так почему шум поднимаешь ты, а не он? Что дает тебе право говорить за него? Ты может и родственник, но есть некоторые границы, которые нельзя переступать.

- Су-А, пожалуйста, помолчи, - Умоляла ее Сео-Мун Хва Рён, но Шим Су-А лишь бросила на нее горький взгляд.

- Она - такая же гостья, как и мы. Разве ты не согласна, что она слишком самонадеянна? Как говорится, "благими намерениями вымощена дорога в ад". Она думает, что помогает ему, но вместо этого только вредит.

Сео-Мун Хва Рён резко ответила: - Су-А, хватит!

Хотя она хотела спасти ситуацию, однако Шим Су-А сказала больше, чем было необходимо. Напряжение в воздухе достигло своего пика, и Ын Ха-Соль, и Шим Су-А были готовы сорваться в любой момент.

Внезапно Ын Ха-Соль вздрогнула. По ее позвоночнику пробежал холодок, а кожу словно пронзили сотни игл.

"Это чувство? Не может быть!?"

☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆

За пределами зала Пышного Нефрита Джин Му-Вон спросил Дам Су-Чона: - Чем обязан?

- Я хотел извиниться, а также кое-что обсудить с тобой.

- ......

- Послушай, мне очень жаль, что я не рассказал тебе заранее о том, что мы планировали сделать, и что заставил тебя стать нашим свидетелем. Кроме того, мой ответ на вопрос, который ты задал мне раньше, таков: да, я хочу помочь восстановить Армию Севера.

Теперь, когда они остались наедине, Дам Су-Чон почувствовал, что настало время открыть Джин Му-Вону свои истинные намерения. Большинство людей не понимали истинной ценности северной крепости, некоторые даже считали это святотатством, но только не он. Он как никто другой понимал, что те люди просто отрицают тот факт, что если Армия Севера придет в расцвет своих сил, то сможет легко уничтожить их секты и отстранить их от власти.

Однако мнение молодых воинов мурима было прямо противоположным. Вместо того чтобы бояться Армии Севера, они жаждали ее силы. Все они выросли, слушая рассказы о славе, о войне, о трагедиях, о победах и поражениях. Это было место, где они могли пройти путь от никого до героя.

Молодые воины мурима - те, кто больше всего желает восстановить Арсию Севера.

Все старшее поколение считало этих молодых людей дураками, но Дам Су-Чон не был с ними согласен. Он считал, что если ему удастся сплотить всех воинов молодого поколения, то он сможет нарушить хрупкое равновесие нынешнего режима и проложить путь к новой эре.

Возможно, молодые воины еще не достигли пика своей силы, но подобно тому, как мертвый Чжугэ Лян отпугнул живого Сыма И, он собирался использовать Армию Севера в качестве фасада, чтобы заставить всех поверить в его силу и принять его как лидера новой сверхдержавы.

Для этого, однако, ему нужно было заручиться поддержкой Джин Му-Вона. Признание последнего преемника Армии Севера было необходимо для легитимности его притязаний. Именно по этой причине Дам Су-Чон и Шим Вон-Ли решили сделать Джин Му-Вона своим свидетелем. Таким образом, он станет их сообщником, хочет он того или нет.

"Это чертовски унизительно. Они что, считают Армию Севера одноразовым инструментом для своих амбиций?"

Джин Му-Вон сказал: - Хочешь помочь восстановить Армию Севера? Хорошо. Однако, центральные равнины позволят тебе это сделать?

- Мне все равно, что они думают. Я уже принял решение.

- Ого, а у тебя губа не дура, - Джин Му-Вон похвалил его с саркастической улыбкой на лице. Хотя ему удалось удержаться от громкого смеха, он все равно не мог не съязвить.

"Ааа, нереальные амбиции того, кто никогда не испытывал неудач. Хаха."

- Я понимаю, как тебя огорчает нынешняя ситуация. Но несмотря на это, пожалуйста, прими мое предложение. Я прошу тебя.

- ......

- Присоединяйся к Обществу Лазурного Дракона. Вместе мы изменим мир. - Дам Су-Чон протянул руку, сильную, твердую, покрытую мозолями. Это была рука человека, способного изменить мир.

На мгновение у Джин Му-Вона возникло искушение пожать эту руку. Если он это сделает, то его путь станет намного проще. Ему больше не придется беспокоиться о своем ежедневном выживании. Это было очень заманчивое предложение.

Однако в конце концов Джин Му-Вон устоял перед искушением и покачал головой: - Думаю, я уже достаточно поспособствовал вашему делу, став свидетелем. Я был бы признателен, если бы ты не привлекал меня или Армию Севера к своим дальнейшим планам.

Дам Су-Чон в шоке уставился на него. Казалось, что отказ Джин Му-Вона стал для него огромной неожиданностью. Он невольно обрушил на Джин Му-Вона взгляд "господа", но тот в ответ не дернулся. К его удивлению, в отличие от всех остальных, кого он встречал до этого, Джин Му-Вона было нелегко запугать.

Более того, Джин Му-Вон не только не испугался, но и его глаза были спокойны. В этом спокойствии Дам Су-Чон почувствовал мощный, непоколебимый дух Армии Севера.

"В будущем этот человек может стать самым большим препятствием для моих планов..."

Тело Дам Су-Чона задрожало, его охватило сильное чувство предчувствия, словно мысль, случайно пришедшая ему в голову, непременно станет реальностью. Такого чувства он не испытывал уже очень давно... поэтому он решил отказаться от мысли сделать Джин Му-Вона своим подчиненным.

"Иногда лучше иметь соперника вместо друга. Самое главное, что человек по имени Джин Му-Вон достоин быть моим соперником."

- Прости, было грубо с моей стороны, предлагать нечто подобное. Мы с тобой похожи. Мы не те люди, которые охотно преклоняются перед другими.

- Мы...

~БУМ!

Звук мощного взрыва внезапно разнесся по всей северной крепости.

Двое мужчин мрачно переглянулись.

Ветер перемен III

- Уф...- Но Чжи-Кван болезненно застонал, лежа на земле. Он с трудом поднял залитое кровью лицо и посмотрел на того, кто сделал это с ним.

Из руин главных ворот вышло седое существо. Багровые глаза, с оттенком безумия, проглядывали сквозь запутанные волосы, на его лице.

"М-монстр!"

- Кха! - Кровь вперемешку с внутренними органами брызнула на землю. Каждое ребро Но Чжи-Квана было сломано, а сердце и легкие раздавлены. Удар того монстра по воротам был достаточно сильным, чтобы смертельно ранить Но Чжи-Квана, который как раз таки их и охранял.

"Я собирался стать великим воином... но по итогу подыхаю собачьей смертью...?"

"Я стал верным псом Ченг Па-Сана и три года гнил в этом богом забытом северном регионе. Я терпел все это дерьмо и наконец получил шанс вернуться в центральные равнины. Я не хочу умирать! Это несправе..."

~ХРУСТ!

Голова Но Чжи-Квана взорвалась, словно перезрелый арбуз; куски черепа и серо-белая субстанция разлетелись во все стороны.

- Хахаха! - Тхэ Му-Кан завыл от смеха, раздавив голову Но Чжи-Квана ногой.

Тхэ Му-Кан оглядел крепость. Бесчисленные павильоны и башни напоминали о былой славе Армии Севера. Впрочем, напоминанием оно и осталось. Здания были в таком запущенном состоянии, что могли рухнуть в любой момент.

- Северная крепость не в лучшем состоянии, чем я думал изначально.

Ганго была местом, где правят сильные, а слабым здесь не место. Проигравших даже стирали из анналов истории, чтобы об их существовании никогда не узнали будущие поколения. Когда Тхэ Му-Кан смотрел на это с такой точки зрения, в нынешнем состоянии Армии Севера не было ничего жалкого или достойного сожаления.

Он прошелся по крепости, выискивая добычу.

ТОП! ТОП!

Каждый его шаг отдавался небольшим землетрясением. В его шагах не было ни колебаний, ни сомнений, потому что он был человеком, которому незачем скрывать свое присутствие.

- Где ты прячешься, маленькая сучка?

Он уже приказал Серым Волкам окружить крепость, дабы убедиться, что той сучке некуда бежать. Наемники Третьей роты, отвечавшие за охрану внешнего периметра, были совершенно беспомощны перед силой Серых Волков.

Тхэ Му-Кан выпустил свою ауру и распространил ее по всей крепости. Мастер боевых искусств его уровня обычно способен распространять свои чувства лишь на расстояние около двухсот футов, но его зона охвата в несколько раз превышала остальных.

Он улыбнулся.

Внутри большой паутины, состоящей в основном из его ауры, он обнаружил Ци определенного человека. Его цель находилась в зале Пышного Нефрита.

Тхэ Му-Кан медленно направился в сторону зала. Спешить было некуда. Он был опытным охотником; и не торопиться, наслаждаясь охотой, - привилегия опытных охотников.

- Кто таков?

Как только люди в крепости услышали шум, из зала Пышного Нефрита выбежала охрана. Однако Тхэ Му-Кан не обратил на них внимания и продолжил свой путь к залу.

- Кукуку! Так вот где ты пряталась все это время, маленькая сучка! - Рыкнул он. В прошлый раз он позволил ей сбежать, но не думал что пройдет столько времени.

Капитан охраны Мок Ын-Пхен встал перед Тхэ Му-Каном, преграждая тому путь. Он испустил убийственную ауру и сказал: - Спрашиваю еще раз, кто таков?

Только тогда Тхэ Му-Кан наконец-то соизволил заметить присутствие Мок Ын-Пхена.

Как только тот встретился с багровыми глазами незваного гостя, Мок Ын-Пхен почувствовал, что его затягивает в водоворот безумия. По его позвоночнику пробежал холодок.

"Что с его глазами?"

Он нервно сглотнул, но во рту было сухо. Человек перед ним был похож на непобедимого, огромного черного медведя. Его ноги невольно дрогнули, кровь застыла, а чувства так и кричали ему, чтобы он бежал от него. Впервые в жизни Мок Ын-Пхен боялся битвы.

Тхэ Му-Кан ответил: - У насекомого, подобии тебя, нет права спрашивать мое имя.

Услышав голос, который, казалось, доносился откуда-то из глубины бездны, Мок Ын-Пхен неосознанно сделал шаг назад.

Внезапно его охватило чувство стыда и вины. "Я же мечник. Как я мог отступить перед лицом страха?"

- Окружите его! Не позвольте ему войти в зал любой ценой!

- Есть!

Охрана быстро окружила Тхэ Му-Кана, но он не обращал на них внимания, несмотря на их убийственные ауры. Он посмотрел мимо них в сторону зала Пышного Нефрита и прорычал: - Немедленно выходи, маленькая сучка, или я убью здесь всех!

- В атаку! - Приказал Мок Ын-Пхен. Охрана немедленно бросилась вперед.

СВИЩ СВИЩ СВИЩ СВИЩ! ВУУУУШ!

Вместе со звуком развевающейся одежды на ветру, раздался свист черного меча-Ци, вырвавшегося из их клинков и ударившего в Тхэ Му-Кана, словно молния.

Однако к всеобщему удивлению, тело Тхэ Му-Кана в мгновение ока поглотило мечи-Ци.

ШШШШ!

Вдруг Мок Ын-Пхен заметил, как серая одежда на Тхэ Му-Кане развелась, словно воздушный шар. Однако он быстро понял что к чему: неуловимо-невзрачная аура распространилась и окутала Тхэ Му-Кана, образовав вокруг его тела полупрозрачную сферу.

БУМ!

- Гхуке!

- Кх!

Атаки охраны отразились от сферы, а сами они отправились в полет. Меч-Ци, которым они так гордились, растворился в воздухе, а сама отдача от атак повредила их внутренние органы, отчего у каждого из рта потекла струйка крови.

- Поток Ци!? - Недоверчиво воскликнул Мок Ын-Пхен, вытирая кровь со рта.

Гангхо был хаотичным местом, где порой начинающие мастера боевых искусств могли победить великих мастеров. Это был факт, который с болью признавал каждый опытный воин. Таким образом, поскольку уровень мастерства не всегда соответствует боевой силе, деление мастерства в боевых искусствах на уровни было бессмысленным. Мастерство ничего не значило, если воин не мог в полной мере использовать свои способности в реальном бою.

Тем не менее, всегда найдутся люди, которым нравится оценивать воинов по их мастерству владения боевыми искусствами. Придуманная ими система классификации выглядела следующим образом:

1 - Эксперт первого уровня: способен окутывать свое оружие Ци.

2 - Эксперт пикового уровня: способен превращать свою Ци в оружие.

3 - Мастер: способный усилить оружие Ци* в Поток.

(*Поток = развитая форма Ци. Если обычная Ци (氣) - это слабый ветерок, то Поток (罡) - это бушующий ураган.)

По мнению тех, кто составлял рейтинг, победить Мастера было невозможно никому с Пиковым уровнем или ниже. Это объяснялось тем, что против Потока, включающего в себя Поток Меча и Поток Дао, невозможно было защититься с помощью обычного Ци оружия.

Кроме того, Ци Мастера не иссякалась, что позволяло ему окружать свое тело броней из Ци. Сама броня Ци, также известная как "Барьер Потока", не могла быть пробита Ци оружием.

Поэтому, когда Мастер сталкивался с воинами более низкого ранга, сочетание Потока и Барьера Потока было равносильно тому, как если бы у него в руках находился неостановимый меч и несокрушимый щит.

Однако существовало всего несколько Мастеров, которые не использовали свой Барьер Поток как щит, а модифицировали их таким образом, чтобы атаки врагов отражались на них самих, но в несколько раз сильнее. Хотя техника, известная как "Обратный Поток", была чрезвычайно мощной, контролировать ее было настолько сложно, что лишь немногие Мастера могли сотворить нечто подобное, если только они не прошли специальную подготовку или не получили какое-то просветление.

"То, что сделал этот монстр... я уверен, что это "Обратный Поток". Если он Мастер... то мы не сможем прорвать его защиту. Тем не менее, я не могу просто отступить!"

Мок Ын-Пхен понимал, что не выживет. Его товарищи получили серьезные внутренние повреждения от вражеского Обратного Потока и все еще лежали на земле, приходя в себя. Если он оставит все как есть, все они погибнут.

Он закалил свою решимость. Он был гордым воином ганго - в месте, где трусам не было места; и сейчас у него был только один путь. Неважно, есть ли у него шансы на победу или нет, он должен сражаться!

Такова была судьба того, кто жил в ганго, и с этой судьбой он давно смирился.

Мок Ын-Пхен направил свой меч на Тхэ Му-Кана. Его доблестный дух был настолько очевиден, что даже Тхэ Му-Кан мог ее почувствовать.

Он стиснул зубы и сказал: - Я поклялся защищать это место, и защищу его, даже ценой собственной жизни. Если хочешь пройти через меня, то только через мой труп.

Впервые Тхэ Му-Кан обратил пристальное внимание на присутствие Мок Ын-Пхен. Даже он не мог не признать воина с его решимостью идти до конца.

- Малыш, как твое имя?

- Я - Меч Кровавого Дождя, Мок Ын-Пхен!

- Чудесное имя и достойная похвалы решимость. Хорошо, я расскажу тебе, кто я. Я - Демон Хаоса, Тхэ Му-Кан.

Тхэ Му-Кан одобрил смелость Мок Ын-Пхена и назвал ему свое имя. Однако тех, кто остался в живых после того, как услышал его имя, было очень мало.

- ЯААА!

Мок Ын-Пхен бросился к Тхэ Му-Кану. Он призвал Ци внутри себя и выпустил "Клинок испепеляющей Крови и Души". Шквал мечей, окрашенных в багровый цвет, устремились к серому существу.

ТВАНГ!

Меч Мок Ын-Пхена, словно почувствовав отчаяние своего владельца, издал гудящий звук.

- О? Мне показалось, или твой меч только что оплакивал тебя? - Восхищенно воскликнул Тхэ Му-Кан. Пока Ци достигала определенного уровня, то было несложно общаться со своим мечом и слышать его зов. Однако не многие люди могли установить настолько прочную связь со своим оружием, чтобы оно оплакивало своего хозяина, когда жизнь того была на волоске.

Если уж его нынешний противник был способен на такое, Тхэ Му-Кан решил, что ему следует хотя бы отнестись к нему с должным уважением. Он решил использовать свой фирменный прием "Вихревой поток Демона Хаоса" и прыгнул в сторону Мок Ын-Пхена.

ХОУЛ!

Обратный Поток вокруг Тхэ Му-Кана начал вращаться с бешеной скоростью, быстро создавая огромный торнадо.

БАМ!

Из серого торнадо вылетел окровавленный шар плоти. Это было тело человека по имени Мок Ын-Пхен.

- Капитан! - Закричали оставшиеся в живых охрана, глядя, как труп их капитана разлетается на куски.

Теперь, когда он убил их лидера, Тхэ Му-Кан не собирался отпускать других. Он сказал: - Вы, ребята, последуете по его пути.

ПШШШШШ...

Мутно-серый поток просочился из тела Тхэ Му-Кана и устремился к охране.

На их лицах отразилось отчаяние. Осознав, что они все равно не смогут увернуться, многие из них закрыли глаза и стали ждать смерти.

ЛЯЗГ!

Но внезапно между охраной и Тхэ Му-Каном появилась тень.

БАМ!

Небо, возвышающаяся над небом I

Над северной крепостью пронесся смерчь, сопровождаемый громовым раскатом.

- Кухеук! - Охрана задыхалась, вдыхая облако пыли, поднявшееся в результате столкновения с неизвестным. Однако боль, которую они ожидали, так и не пришла.

Медленно открыв глаза, они увидели, перед собой человека в черном одеянии, который защитил их.

На мгновение спина мужчины показалась им неприступной стеной.

- Господин Дам!

Глаза охраны, наполненные отчаянием, вновь засияли светом надежды. Они сразу же узнали Дам Су-Чона со спины. Он был единственным человеком в крепости, который демонстрировал такую мощь; словно стена, которая никогда не падет.

Однако сам Дам Су-Чон был сильно потрясен увиденным. Хотя он успешно защитился от атаки Тхэ Му-Кана, полученный им урон он не мог игнорировать. Поток Ци Тхэ Му-Кана обрушился на него, словно тонна кирпичей; он осознал, что этот противник сильнее всех, с кем он сражался раньше.

"Кто он? Даже подумать страшно, что человек с такой силой и вправду существует."

Дам Су-Чон был человеком, кто сразился со 100-ми сильнейшими людьми. Однако никто из предыдущих противников не мог его удивить больше, чем Тхэ Му-Кан.

Его кожу кололо от Потока Ци Тхэ Му-Кана, а инстинкты так и кричали бежать.

Тхэ Му-Кан с другой стороны, с любопытством осматривал Дам Су-Чона, словно тот заинтересовал его. Он спросил: - Эй, как твое имя?

- Дам Су-Чон. Кто тогда старший, и почему он устроил беспредел на чужой территории?

- Хахаха! Так это ты тот сопляк, у которого хватило смелости назвать себя "Одинокой звездой Лазурного Неба"!

Глаз Дам Су-Чона дернулся. Он сказал: - Раз уж ты знаешь, кто я, то должен понимать, к каким последствиям может привести подобное поведение в моем присутствии, верно?

- Такому высокомерному отребью, вроде тебя, нет нужды беспокоиться обо мне. Я не много знаю о жителях центральных равнин, но тебя я не боюсь.

- Жителях центральных равнин? Видимо, ты не мастер боевых искусств с центральной равнины...

Тхэ Му-Кан не ответил. Вместо этого он загадочно улыбнулся.

Глаза Дам Су-Чона сузились.

"Почему об этом сильном человеке ничего неизвестно? Возможно ли, что он ничем не прославился в центральной равнине? Или может существует другое место, кроме центральных равнин, где можно создать такого монстра?"

...точно.

- Ты из Тихой Ночи, не так ли?

- Возможно...

- !!! - Дам Су-Чон не нуждался в большем подтверждении своих подозрений, чем двусмысленный ответ Тхэ Му-Кана.

"Он из "Тихой Ночи!?" Тихой ночи, которая исчезла на целых тридцать лет? Разве они не были распущены или что-то в этом роде?"

"Неужели эпоха войны снова повторится?"

Дам Су-Чон дрогнул, но не от страха, а от волнения. Если этот человек был из Тихой Ночи, то хаотичная эпоха, о которой он всегда мечтал, начнется заново.

Только после того, как старый мировой порядок разрушится, можно будет построить новый. Для нынешнего поколения, появление Тихой Ночи было катастрофой. Однако для таких молодых людей, как Дам Су-Чон, это был шанс.

"Небеса благоволят мне..."

Дам Су-Чон сжал кулак.

Видя реакцию Дам Су-Чона на его ответ, Тхэ Му-Кан хихикнул. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять, насколько амбициозен Дам Су-Чон, и у него действительно хватало сил, чтобы подкрепить эти амбиции.

Тхэ Му-Кан напомнил: - Эй, пока ты не улетел в астрал, помни, что ты должен выжить сегодня, иначе все потеряет смысл.

...он не собирался оставлять Дам Су-Чона в живых. Хотя Дам Су-Чон был еще молод, он уже обладал сильным духом и устрашающей аурой. С течением времени Тхэ Му-Кан даже представить себе не мог, насколько сильным станет Дам Су-Чон. Потенциальную угрозу следует устранить еще в зародыше.

От Тхэ Му-Кана начала исходить убийственная аура, которая, казалось, разъедала окружение вокруг него.

Дам Су-Чон приготовился к бою, а затем сказал: - Все в сторону.

- Поняли! - Охрана немедленно похватала ранненых и, прихрамывая, покинула поле боя так быстро, как только могли.

Тело Тхэ Му-Кана, казалось, стало еще больше, но это была лишь иллюзия. Однако то, что Дам Су-Чон увидел это, говорило о том, что Ци Тхэ Му-Кана намного превосходила его. Тем не менее, он не пал духом. Наоборот, его боевой дух разгорался при одной мысли о том, что ему предстоит бросить вызов невозможному.

Тхэ Му-Кан стал первой настоящей преградой, которую ему предстояло преодолеть. Если он решит избежать встречи с этой преградой из-за страха, то у него не будет будущего.

"Я разрушу эту преграду своими собственными руками."

ВООШ!

Когда Дам Су-Чон собрал всю свою Ци, вокруг него появились небольшие вихри, а воздух между ними начал резонировать. Его Ци резонировала с окружающей средой.

- Отродье! - Рыкнул Тхэ Му-Кан, прыгнув к Дам Су-Чону.

РЫК!

На поле боя появился Обратный Поток Демона Хаоса, в центре которого оказался сам Тхэ Му-Кан; Дам Су-Чон с другой стороны, с головой окунулся в бурю.

Он поднял перед собой светящийся кулак.

БУМ!

- Гух! - Простонали Шим Вон-Ли и Сео-Мун Хва Рен. Прямо перед ними разворачивалась битва невообразимых масштабов. Хаотический Поток Тхэ Му-Кана демонстрировал мощь, которая потрясла весь мир. Кулаки Дам Су-Чона вспыхивали ослепительным светом при каждом столкновении с Тхэ Му-Каном.

Зал Пышного Нефрита быстро пал в результате битвы. Началась неразбериха.

- Неужели Тихая Ночь жива? - Спросил Шим Вон-Ли. Он не учел появление Тихой Ночи в своих планах. Как и все остальные жители центральных равнин, он считал, что Тихая Ночь была полностью уничтожена. Нет, он убедил себя в том, что ее больше не существует.

- Если тот человек воин из Тихой Ночи, и если Тихая Ночь вырастила новое поколение мастеров боевых искусств, то мне нужно изменить свои планы.

Несмотря на то, что он стоял далеко от поля боя, два шокирующе сильных человека заставляли его сердце учащенно биться.

Джин Му-Вон и Ын Ха-Соль стояли позади Шим Вон-Ли. Когда Ын Ха-Соль смотрела на Тхэ Му-Кана, она дрожала от страха.

"Подумать только, этот монстр преследовал меня всю дорогу!"

Ын Ха-Соль понимала Тхэ Му-Кана лучше, чем кто-либо другой в северной крепости. Именно из-за него ей пришлось бежать и прятаться в крепости.

Демон Хаоса Тхэ Му-Кан был превосходным охотником, созданным ее врагами.

Внезапно ее взгляд встретился со взглядом Тхэ Му-Кана. Даже сражаясь с Дам Су-Чоном, Тхэ Му-Кан не спускал глаз с Ын Ха-Соль.

По ее коже побежали мурашки.

Вдруг кто-то положил теплую руку ей на плечо. Она обернулась и увидела, что это был Джин Му-Вон.

Джин Му-Вон улыбнулся и спросил: - Ты в порядке?

- Да... - Ын Ха-Соль покачала головой и схватила Джин Му-Вона за руку.

- Ты должен бежать.

- Что?...

- Этот человек сильный. Дам Су-Чон ему не ровня.

- Чего?

- Если мой Мастер не придет сюда вовремя, никто здесь не выживет. Поэтому, Му-Вон, ты должен бежать!

- А как же ты?

- Его цель - я. Куда бы я ни пошла, он будет преследовать меня...

"...поэтому, если ты останешься со мной, то тоже будешь в опасности."

Ын Ха-Соль посмотрела Джин Му-Вону в глаза и сказала: - Му-Вон, ты не должен подвергать себя опасности из-за меня.

- Прости, но нет.

- ......

- Это мой дом. Северная крепость может и превратилась в руины, но это место, где я родился и вырос. Я не убегу только потому, что дикий зверь бесчинствует на моей территории.

- Но...

- Никаких "но". В конце концов, самая важная причина, по которой я не хочу сбегать - это ты... я не оставлю тебя и не убегу сам.

- Му... Вон. - Глаза Ын Ха-Соль дрогнули. Сквозь мутную пелену, состоящую из слез, она смотрела на улыбающегося мужчину перед ней.

Внезапно Джин Му-Вон поднял голову и осмотрел окрестности. Он пробормотал: - Ну, тем более бежать уже поздно.

На крепостных стенах появились воины в окровавленных серых одеяниях. Это были Серые Волки Тхэ Му-Кана, и они возвращались к своему хозяину, закончив охоту.

Небо, возвышающаяся над небом II

Как только зверь попробует человеческой крови, он начнет охотиться на людей. Точно так же, после того как воин впервые убьет человека, он захочет большего.

Хотя в мире мурима много воинов, но скольким из них уже приходилось бороться за свою жизнь?

Эпоха битв "не на жизнь, а на смерть" давно прошла с возвышением Девяти Небес. Идея мира нового порядка просто не допускала бессмысленных убийств и геноцида, и все подобные действия быстро пресекались в зародыше.

С другой стороны, Серые Волки постоянно жили на грани между жизнью и смертью. День за днем, миссия за миссией, их клинки вкушали кровь бесчисленных людей. По мере того как они становились все более искусными в убийстве, их техника совершенствовалась все больше и больше.

Они были воинами, которые существовали исключительно для того, чтобы убивать. Жестокими были не только их боевые искусства: их походка, ритм дыхания, взгляд - каждое их движение излучало намерение убить.

Они приблизились к группе Джин Му-Вона, тесня друг друга.

Глаза Шим Вон-Ли застыли. В ярости он прорычал: - Да как они смеют!

"Никто и никогда не угрожал мне подобным образом. Никто не смел так со мной обращаться! Что там занят капитан Мок и охрана?"

Внезапно мысли Шим Вон-Ли оборвались. Пока он искал Мок Ын-Пхёна, он наконец заметил лежащий на земле труп. Он раздраженно прищелкнул языком, затем повернулся лицом к охране и сказал: - Тц! Что за бесполезный кусок мусора. Эй, чем вы заняты? Поторопитесь и прикончите этих ублюдков!

- Есть, сэр!

Охрана немедленно бросилась вперед, чтобы перехватить Серых Волков. Однако выражения их лиц были мрачными. То, как Шим Вон-Ли только что обратился к ним, было унизительно. Тем не менее, они не осмелились открыто показать свое недовольство, так как у них сейчас были проблемы поважнее.

Серые Волки прыгнули в сторону охраны, завывая: - АУУУУ!

- ААААААА!

Две стороны столкнулись, и поле боя превратилось в хаос. При каждом взмахе меча раздавался крик, сопровождаемый фонтаном крови. Вскоре северная крепость потонула в крови и отрубленных конечностей.

Шим Су-А дрожала от страха и шока. Она была драгоценным сокровищем и единственной дочерью Владыки Неба Шим Му-Вэ. Кто бы позволил ей стать свидетельницей такой жестокой, варварской сцены?

Лицо Сео-Мун Хва Рён не отличалось от Шим Су-А. Однако, в отличие от младшей сестры, ее разум оставался ясным, несмотря на бушующие эмоции.

"Тихая Ночь решила проявить себя, скрываясь десятки лет. Если об этом станет известно, начнется неразбериха."

Теперь, когда в дело вмешалась Тихая Ночь, ей пришлось внести изменения в свои первоначальные планы. Сео-Мун Хва Рён обдумала все возможные варианты развития событий, принимая во внимание имеющиеся у нее силы, и быстро внесла соответствующие корректировки.

Эта ее способность сохранять спокойствие и рассудительность была не врожденной, а результатом ее боевого искусства - "Небесной техники улучшения Психики". Это было боевое искусство, которое максимально повышало ее интеллект и умственные способности, позволяя ей отключать эмоции, всегда мыслить рационально, анализировать несколько вещей одновременно и использовать 100% своего мозга.

К сожалению, эта техника была настолько сложной, что единственным человеком, которому удалось овладеть ею, был Сео-Мун Хва.

Тем не менее, Сео-Мун Хва Рен была достаточно умна, чтобы освоить эту технику в юном возрасте. Она достигла лишь седьмой ступени техники, но ее умственные способности уже намного опережали других гениев.

Вдруг ее взгляд сосредоточился на Джин Му-Воне.

"Он спокоен... слишком спокоен. Хотя повсюду бушует хаос, он даже глазом не повел."

"В чем же причина его спокойствия? Неужели он что-то скрывает? Если нет, то..."

Сео-Мун Хва Рен перевела взгляд на Ын Ха-Соль.

И тут глаза двух женщин встретились. Возможно, это было лишь совпадение, но Ын Ха-Соль повернулась лицом к Сео-Мун Хва Рен точно в то же время.

"Ын Ха-Соль..."

Сео-Мун Хва Рен сузила глаза.

В этот момент двое из Серых Волков набросились на Джин Му-Вона и Ын Ха-Соль. Ын Ха-Соль быстро встала перед молодым человеком, словно защищая его.

Всего на мгновение, но Сео-Мун Хва Рен была уверена, что увидела, как глаза Ын Ха-Соль стали серебристо-белыми.

"Что? Этого не может быть!"

В голове всплыло давно забытое имя. В мире существовало только одно боевое искусство, от которого глаза человека становились серебристо-белыми. Самое главное, что человек, который практиковал это боевое искусство, когда-то был известен как человеческое бедствие.

Ведьма Белой Ночи.

Плечи Сео-Мун Хва Рёна дрожали.

Тем временем, поединок между Тхэ Му-Каном и Дам Су-Чоном достиг своего апогея.

БУМ!

Тхэ Му-Кан отлетел назад от удара Дам Су-Чона, оставив после себя огромную, глубокую траншею, когда его ноги вцепились в землю.

Из губ Дам Су-Чона текла кровь. Хотя Тхэ Му-Кан частично проиграл этот поединок, именно Дам Су-Чон истекал кровью из-за внутренних повреждений.

Проблема заключалась Обратном Потоке Тхэ Му-Кана. Каждая атака, направленная на Тхэ Му-Кана, отражалась на него с многократной силой, но Дам Су-Чон ничего не мог с этим поделать.

"Я не смогу прорваться сквозь его Обратный Поток, используя обычные боевые искусства..."

Дам Су-Чон бросил взгляд на Джин Му-Вона и Шим Вон-Ли. Все внимание Шим Вон-Ли было сосредоточено на Серых Волках, в то время как глаза Джин Му-Вона не упускали ни одного момента битвы между ним и Тхэ Му-Каном.

"Интересно, смеется ли он надо мной? Наверное, он думает: "Неужели это все, что он умеет?"

"Черт. Похоже, мне придется показать свою истинную силу!"

Дам Су-Чон выжал из себя всю силу.

БРРРРРР!

Воздух завибрировал, и ослепительный свет окутал его тело.

- Тц! - Тхэ Му-Кан, который как раз собирался броситься на Дам Су-Чона, нахмурился и на мгновение замешкался.

Дам Су-Чон естественно не упустил такую возможность.

КАБУУУУМ!

- Ух!

Кулак света Дам Су-Чона соприкоснулся с грудью Тхэ Му-Кана, отправив того в полет. Защищавший его до сих пор Обратный Поток дрогнул, словно собирался исчезнуть в любой момент.

Тхэ Му-Кан врезался в землю, образовав после себя большую воронку. Мерцающий свет в его глазах выдавал его шок от того, что его Обратный Поток, - который был намного сильнее, чем у других, так как был продуктом его уникального боевого искусства, - был почти уничтожен.

И это также означало, что его нынешний противник, Дам Су-Чон, только что использовал технику, превосходящую его собственную. Он спросил: - Какое боевое искусство ты только что использовал?

- Божественная Вспышка.

Тхэ Му-Кан нахмурился. Он никогда раньше не слышал о таком боевом искусстве. Он немного подождал, но Дам Су-Чон, казалось, совершенно не был заинтересован в дальнейших объяснениях.

Дело было не в том, что Дам Су-Чон не хотел рассказывать Тхэ Му-Кану об этом боевом искусстве, а в том, что он не мог. Божественная Вспышка была незавершенным боевым искусством, в нем было еще много недостатков, которые нужно было исправить, и деталей, которые можно было улучшить.

Божественная Вспышка была создана сто пятьдесят лет назад одним сумасшедшим Мастером боевых искусств. Чтобы доказать свою силу, этот Мастер искал многих сильных воинов и вступал с ними в смертельные поединки.

За всю свою жизнь он провел более трехсот поединков, но выиграл только около пятидесяти из них. Из двухсот пятидесяти поражений более тридцати закончились почти смертельными ранами.

Его процент побед был настолько низок, что никто в мире мурима не воспринимал его всерьез. Даже поединки, которые он выигрывал, игнорировались, так как люди считали, что в них нет ничего особенного.

Тем не менее, в то время никто не понимал его истинной ценности. Он выжил, несмотря на то, что принял участие в трехстах смертельных поединках. Кроме того, большинство из его пятидесяти побед были одержаны в последних нескольких десятках поединков.

Он был человеком, который пережил бесчисленное количество сражений и набрался опыта. Опыт накапливался, и наконец он начал постигать грубую форму своего уникального боевого искусства.

Это было боевое искусство, которое противостояло всем демоническим искусствам, воплощая в себе элемент света. Боевое искусство, которое было ярче и ослепительнее любого другого.

Он назвал его "Божественная Вспышка".

На протяжении многих поколений Божественная Вспышка передавалась по наследству, по одному ученику за раз. Каждый из наследников боевого искусства тратил всю свою жизнь на его совершенствование.

Дам Су-Чон был наследником шестого поколения.

Несмотря на это, Божественная Вспышка, которую он унаследовал, еще не была доведена до совершенства. По правдк же, одной из главных причин, побудивших его принять участие в "Вызове ста человек", было получение боевого опыта, необходимого для совершенствования боевого искусства.

БАМ!

Дам Су-Чон оттолкнулся ногой от земли.

"Я должен закончить эту битву как можно быстрее."

Божественная Вспышка была одним из самых мощных боевых искусств, и каждый удар был способен нанести невообразимые разрушения. Однако, в обмен на силу, его расход Ци был абсурдно высок.

БАМ!

Тхэ Му-Кана снова отбросило назад, но и Дам Су-Чон не остался невредим. Из его губ текла кровь, а лицо стало белым, словно простыня.

Еще одна проблема с "Божественной Вспышкой" заключалась в том, что тело пользователя получало отдачу от сильных ударов. По факту обоюдоострый меч.

БАМ!

Тхэ Му-Кан снова отлетел назад. Однако на этот раз он не упал на землю, а остался стоять на ногах. Он бросился вперед, испуская огромный туман мутной Ци, затуманивающий зрение Дам Су-Чона.

"Куда он направился?"

Дам Су-Чон сосредоточился на своих чувствах, и на его лбу образовался свет в виде глаза.

Это была техника усиления чувств, известная как "Трехглазая техника".

Когда Дам Су-Чон расширил свои чувства, он наконец определил местоположение Тхэ Му-Кана и посмотрел вверх.

Тхэ Му-Кан падал с неба с пугающей скоростью; его Поток Ци вращался вокруг него с поразительной силой.

КВАААААРРРРР!!!

Тхэ Му-Кан приземлился прямо на голову Дам Су-Чона и открыл свой прием - "Вращающийся удар Демона Хаоса" - технику, каторая использовала Поток Ци для увеличения силы удара.

- Гах! - Дам Су-Чон скорчил гримасу, встретившись лицом к лицу с Тхэ МурКаном. Он знал, что лучше всего было бы уклониться от этой атаки, но гордость единственного наследника Божественной Вспышки не позволяла ему сделать это.

Он собрал всю свою Ци для последнего удара. Свет на его лбу засиял ярче, чем когда-либо прежде.

Тем временем Поток Тхэ Му-Кана начал вращаться все быстрее и быстрее. Если Дам Су-Чон продолжит защищаться и дальше, его тело вскоре разорвет на куски.

Однако Дам Су-Чон остался стоять на месте. Чтобы подавить свои инстинкты, которые кричали ему, что нужно уклониться, он постоянно бормотал про себя: - Еще не время, еще не время...

В своем сознании он сформировал четкий мысленный образ техники, которую собирался применить. Его тело находилось в настоящем, но он уже мог предвидеть, чем закончится эта битва.

Глаза Дам Су-Чона вспыхнули ослепительным белым светом.

Небо, возвышающаяся над небом III

ШВАА-ШВАА-ШВАА-ШВАА!

Бушующий ураган пронесся по крепости, образовав посреди площади огромный кратер глубиной двадцать футов и шириной двести футов.

В центре кратера лежал Тхэ Му-Кан. Его голова была вывернута на 180 градусов, руки согнуты под невозможными углами, а кости голеней торчали из плоти.

- Кухёк! - Дам Су-Чон упал на колени, кашляя кровью. Он был измотан, а его кровяное давление также было абсурдно высоким в результате насильственного усиления Ци. Еще у него было вывихнуто столько суставов, что ему казалось, будто его тело вот-вот развалится.

- Хаа, хаа... - Когда он наконец откашлялся, Дам Су-Чон с трудом поднялся на ноги. В этой битве он не только получил серьезные травмы, но и израсходовал две трети Ци.

Однако он выжил. А кто выжил, тот и победил.

ВООШ!

Внезапно Дам Су-Чон услышал звук текущей Ци со стороны тела Тхэ Му-Кана. Он быстро повернулся лицом к центру кратера и пробормотал: - ...невозможно...

ПУГУГУ!

Тело Тхэ Му-Кана начало дергаться. Его сломанные кости медленно вживались обратно под плоть, а сама разорванная плоть понемногу регенерировала.

У Дам Су-Чона отвисла челюсть. Он не мог поверить своим глазам.

"Так и знала!"

Выражение лица Ын Ха-Соль застыло. Она уже знала, что что-то подобное произойдет, ведь она не впервые сталкивалась с таким явлением.

Когда его раны полностью затянулись, Тхэ Му-Кан встал. Сквозь волосы, развевающихся на ветру, виднелся оживший свет его ярко-багровых глаз.

- Ты... кто ты такой? - Машинально спросил Дам Су-Чон с мрачным выражением лица. Независимо от того, насколько сильно было его боевое искусство, ни один человек не сможет выжить от полученных травм Тхэ Му-Кана.

- Хотя... зачем я спрашиваю? - Дам Су-Чон набросился на Тхэ Му-Кана. Неважно, человек он или нет. Все, что ему нужно сделать, это убить его снова.

Он сжал кулаки и активировал одну из своих самых мощных техник - "Тройное колесо Света", стремясь три раза подряд ударить в одну и ту же точку на теле Тхэ Му-Кана и пробить его защиту.

БАМ!

Первый удар был заблокирован Обратным Потоком Тхэ Му-Кана. Немедля он стиснул зубы и ударил во второй раз.

БАМ!

Однако и второй удар был заблокирован.

БАМ!

- Что!? - Впервые уверенность Дам Су-Чона пошатнулась. Все три его удара были заблокированы. Это был первый раз, когда техника Тройное колесо Света подвела его.

Даже его последний противник "Вызова ста человек", мечник-охотник за душами Пэк Сон-Вон, не смог успешно защититься от Тройного колеса Света. По правде, сокровенный меч Пэк Сон-Вона, "Киноварная Луна", разбилась вдребезги после его серии ударов. Поэтому он был очень уверен в разрушительной силе Тройных колес Света.

Тхэ Му-Кан усмехнулся.

БУМ!

На земле появились гигантские следы, в то время как Тхэ Му-Кан растворился в воздухе.

"Что?" - Задался вопросом Дам Су-Чон, собирая Светлую Ци.

В этот момент он почувствовал легкую вибрацию слева от себя и инстинктивно поднял руку, чтобы защитить лицо.

ХРЯСЬ!

Нога Тхэ Му-Кана врезалась в Дам Су-Чона, отправив того в полет.

Когда Дам Су-Чон приземлился, он быстро поднялся на ноги и вытер кровь со рта. Его внутренние органы перемещались, а сердце бешено колотилось от страха.

"Если бы я вовремя не поднял руку, дело не закончилось бы легкими внутренними повреждениями."

- Хи-хи-хи! - Насмехался Тхэ Му-Кан, глядя на Дам Су-Чона.

Возмущение вскипело в глубине души Дам Су-Чона. Он прорычал: - Как ты смеешь!

"Я человек, который будет возвышаться на вершине мира."

"Я человек, которому позволено смотреть на других свысока! Как он смеет насмехаться надо мной!"

Дам Су-Чон попытался вызвать свою Ци, но...

БУМ!

Что-то внутри его тела дернулось. Он вдруг осознал, что в его тело пробралась чужая Ци, и будто тысячи иголок пронзили его со всех сторон. Лицо Дам Су-Чона покраснело.

"Проникающая Ци...!? Ну уж нет!"

Дам Су-Чон активировал свою Ци, дабы изгнать чужеродную Ци.

- Куваак! - Задыхаясь, его вены вздулись, а ноги подкосились, от чего он упал на одно колено.

"Что? Что за...!?"

Только сейчас до него дошло, что проникающая Ци, которую влил в него Тхэ Му-Кан, не была обычной.

К нему устремилось нечто черное, словно тьма. Оно пронзило слабое место в Светлой Ци, которой он так гордился, вплетаясь и вмешиваясь в его Ци, будто вирус.

Даже сам Дам Су-Чон не знал об этом слабом месте в Божественной Вспышке. Он считал, что его защита совершенна. Однако у него не было времени размышлять об этой слабости, так как темная энергия опустошала его внутреннюю силу.

Тхэ Му-Кан не стал ждать, пока тот восстановится, и обрушил на Дам Су-Чона шквал атак.

МУДАМУДАМУДАМУДАМУДА!

Дам Су-Чон метался по северной крепости, словно лист на ветру. Он хотел защититься, но не мог, так как был вынужден сосредоточиться на подавлении чужеродной Ци в своем теле.

В одно мгновение он покрылся ранами с головы до ног.

- Господин Дам!

- Брат!

Сео-Мун Хва Рен и Шим Вон-Ли вскрикнули одновременно; на их лицах появилось неверие. Самый сильный человек, которого они знали, пал.

В последней попытке помочь Дам Су-Чону, Шим Вон-Ли в отчаяние прошмыгнул сквозь Серых Волков и бросился на Тхэ Му-Кана.

ХРЯСЬ!

Шим Вон-Ли из раза в раз бил Тхэ Му-Кану, пока тот был отвлечен Дам Су-Чоном; пальцы того скрутились, образуя Демонические когти Алого Нефрита.

К сожалению, прошло совсем немного времени, и выражение лица Шим Вон-Ли стало таким же, как и у Дам Су-Чона. В ходе дела он не заметил, что в его Ци также вторглась проникающая Ци Тхэ Му-Кана.

"Как такое возможно!? Моя техника Всесторонней Ци совершенна!"

Техника Всесторонней Ци Шим Вон-Ли была известна как одна из самых совершенных техник культивирования Ци в мире. Она постоянно совершенствовалась и улучшалась на протяжении сотен лет, и все практикующие ее обладатели имели очень стабильную и сбалансированную Ци.

Шим Вон-Ли очень гордился своей идеально сбалансированной Ци. Однако его гордость разбилась вдребезги, когда его Ци пришла в полный беспорядок из-за вмешательства Тхэ Му-Кана.

"Это невозможно..."

Было что-то очень странное в проникающей Ци Тхэ Му-Кана. Как будто она знала, в чем слабость Шим Вон-Ли, и специально нацелилась на нее.

"Проникающая Ци, попавшая в мое тело, разделилась на маленькие иглы и атакует со всех сторон разными способами!"

КАЧАК!

В Ци Шим Вон-Ли появилась трещина, и проникающая Ци начала разрушать его внутреннюю защиту. Она воспользовалась слабостью, о существовании которой Шим Вон-Ли даже не подозревал.

БАМ!

- АААА! - Закричал Шим Вон-Ли, когда его отбросило в сторону. Одежда на нем покрылась кровью, а волосы слиплись.

Шим Вон-Ли дрожал. Его еще никогда так не унижали.

- УВАААА! УБЛЮЮЮДООООК! - Закричал он, ударяя кулаками по земле.

- Хахаха! - Рассмеялся Тхэ Му-Кан, сделав круговой замах ногой в сторону Шим Вон-Ли.

Шим Вон-Ли умрет в тот же миг, как только удар ногой настигнет его.

Дам Су-Чон собрал в себе все силы и бросился вперед, подхватив Шим Вон-Ли.

СВУШ!

Нога Тхэ Му-Кана пронеслась над их головами.

- Как все до этого дошло... - Пробормотала Сео-Мун Хва Рен. Лица ее и Шим Су-А побледнели, когда они наблюдали за битвой. Они и представить себе не могли, что Дам Су-Чон и Шим Вон-Ли могут проиграть, даже работая вместе.

БАМ!

Голова Серого Волка, бросившегося на Джин Му-Вона, взорвалась. Серые Волки не были ровней для Ын Ха-Соль.

Тем не менее, Тхэ Му-Кан был настоящей проблемой.

Дам Су-Чон и Шим Вон-Ли были полностью подавлены. Казалось, что совсем чуть-чуть, и им конец.

Ын Ха-Соль понимала, в какой ситуации они оказались, ведь ей самой уже приходилось сталкиваться с особыми способностями Тхэ Му-Кана.

Подобно сухой губке, впитывающей воду, "Искусство первобытного Адского Демона" Тхэ Му-Кана поглощало Ци его противников, переваривало ее, анализировало и автоматически трансформировалось в энергию, которая идеально противостояла Ци его противников.

Это была причудливая техника, которая постоянно развивалась, чтобы противостоять и противодействовать всем существующим боевым искусствам. Благодаря этому свойству Тхэ Му-Кан был буквально непобедим.

Тем не менее, у Искусства первобытного Адского Демона было одно слабое место. Когда Тхэ Му-Кан поглощал Ци своих противников, Ци в его собственном теле становилась нечистой. Когда это случалось, Тхэ Му-Кану приходилось впадать в спячку, как медведю зимой или змее, только что проглотившей пищу целиком.

Такого экстремала, как он, уже нельзя было назвать человеком. Он был чудовищем от мозга костей.

Конечно, ни один Мастер боевых искусств в мире не стал бы тренировать себя, чтобы стать таким. Тхэ Му-Кан был искусственно созданным монстром, появившимся на свет с единственной целью - охотиться на сильных Мастеров боевых искусств.

Он даже победил ее Мастера. И единственный способ убить его - это прикончить его одним ударом, прежде чем он сможет поглотить и парировать чужую Ци.

Тхэ Му-Кан прибыл в северную крепость, чтобы выследить свою жертву - Ын Ха-Соль. Пока его цель жива, он не остановится даже на отдых.

На протяжении всего боя с Дам Су-Чоном и Шим Вон-Ли, Тхэ Му-Кан не выпускал из виду свою настоящую добычу. Время от времени он поглядывал на Ын Ха-Соль с убийственным намерением.

Он указал пальцем на Ын Ха-Соль, как бы говоря: - Теперь твоя очередь.

Небо, возвыщающаяся над небом IV

Глаза Сео Му-Санга покраснели, будто он собирался заплакать кровавыми слезами.

- Ген-Чун, Вон-Сан...

Он очень сблизился со своими товарищами за последние несколько лет в северной крепости. Из всех именно Ю Ген-Чун и Им Вон-Сан с нетерпением ждали возвращения домой, в центральную равнину.

Но именно эти двое лежали сейчас в луже собственной крови, погибнув от рук Серых Волков Тхэ Му-Кана. По следам битвы Сео Му-Санг понял, что эти двое сражались до конца, хотя шансов на победу у них не было.

- Почему вы не сбежали?...

По щекам Сео Му-Санга потекли слезы. Глаза двух мертвых наемников были широко открыты, а кулаки сжаты, будто они не могли поверить в свою смерть.

Вдруг он услышал позади себя шуршание. Молниеносно выхватив меч и обернувшись, он увидел позади себя Ченг Па-Сана, выходящего из леса.

- Капитан?...

- Заместитель?...

Сео Му-Санг и Ченг Па-Сан вздохнули с облегчением. Убедившись, что хотя бы один из его людей остался жив, Ченг Па-Сан опустился на землю перед Сео Му-Сангом.

Однако Сео Му-Санг не был рад встречи с Ченг Па-Саном, который был невредим и расслаблен, в то время как Ю Ген-Чун и Им Вон-Сан лежали перед ним мертвыми.

Раздраженный, он спросил: - Капитан, не хотите объясниться?

- Разве не очевидно? Мы попали в засаду, устроенную группой людей, похожих на волков.

- Я имел в виду, почему только вам удалось спастись? Члены вашей группы все до единого мертвы...

- Че? Заместитель, ты хочешь сказать, что предпочел бы, чтобы я умер вместе с ними? - Гневно ответил Ченг Па-Сан. На его людей, Ю Ген-Чуна и Им Вон-Сана, напали тогда, когда он отошел отлить. Может им удалось отбиться, используя Кровавый Клинок, которому недавно научились, но вот справиться с Серыми Волками у них не получилось.

В тоже время боясь быть обнаруженным, Ченг Па-Сан спрятался глубоко в лесу. Его собственная жизнь была гораздо важнее жизни его подчиненных.

"Достаточно, если в будущем я отомщу за тех двоих. Но чтобы отомстить, мне нужно выжить."

Вот так Ченг Па-Сан прятался от всех до прихода Сео Му-Санга. В отличие от Сео Му-Санга, он явно не считал, что в его поведении есть что-то бесчестное.

- Они верили в вас. Эти двое готовы были отдать свои жизни по вашему приказу. Разве вы не должны хотя бы показать им, что достоины их уважения?

- Захлопнись! Какое отношение об уважение имеет ко мне? А-а-а, черт! Я ведь могу просто отомстить за них в будущем, так?

Глаза Сео Му-Санга пылали яростью. Хотя он уже давно знал, что Ченг Па-Сан - человек не без греха, но он не думал, что он окажется таким вот мусором.

- Кусок дерьма....

- Что ты сейчас сказал, ублюдок!?

Ченг Па-Сан впал в ярость, но Сео Му-Санг не хотел больше тратить время на него. За то время, что ушло на ссору с этим ублюдком, он бы мог спасти еще одного человека. А если и не спасти, то хотя бы убить нападавших.

С этими мыслями Сео Му-Санг направился обратно в северную крепость.

Ченг Па-Сан крикнул ему в догонку: - Эй! Ублюдок! Ты умрешь, если пойдешь в ту сторону! Ты должен бежать в противоположном направлении! Идиот, как ты не поймешь, что все будет бессмысленно, если умрешь? Эй!

Однако Сео Му-Санг проигнорировал его и продолжил свой путь.

Когда Сео Му-Санг исчез вдали, Ченг Па-Сан пробормотал себе под нос: - Вот сукин сын! Всегда притворяется благородным... наверное, он из тех, кто считает, что умереть с честью лучше, чем выжить. А-а-а, ну и хрен на него. Как выживу во всем этом дерьме, буду наслаждаться безбедной жизнью. Сука!

Ченг Па-Сан яростно посмотрел в сторону северной крепости.

☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆

Сео-Мун Хва Рен до предела напрягла свою технику, отчаянно пытаясь найти выход из затруднительного положения.

Дам Су-Чон и Шим Вон-Ли тем временем лежали под ногами Тхэ Му-Кана.

Она и представить себе не могла, что все придет к этому, даже в своих самых смелых мечтах. Нелепая сила Тхэ Му-Кана противоречила законам этого мира!

"Я не могу оставить все как есть, иначе господин Дам, и господин Шим погибнут."

Сео-Мун Хва Рен считала, что ее природный интеллект уступает только интеллекту ее деда, а с добавлением техники "Небесного усиления Разума" никто другой не сможет превзойти ее в анализе и принятии решений.

Если она чему-то и научилась у своего деда, так это тому, что иногда приходится идти на некоторые жертвы, чтобы добиться наилучшего результата.

"Дам Су-Чон - человек, который в будущем будет стоять на вершине мира. Его легенда должна быть безупречной, поэтому я не могу допустить темных пятен на его послужном списке. Он не должен потерпеть неудачу или совершить какую-либо ошибку."

Сео-Мун Хва Рен посмотрела в сторону Джин Му-Вона.

"Жаль. Джин Му-Вон - очень ценный и легко используемый инструмент."

"Как преемник Армии Севера, он обладает потенциалом сплотить молодых воинов мурима. Однако по сравнению с Дам Су-Чоном он - ничто."

"Если бы мне пришлось выбирать между ними, я бы выбрала Дам Су-Чона."

Бесчисленные мысли проносились в ее голове, но она быстро просеивала и перебирала все возможные варианты.

Было около трех или четырех вариантов выхода из ситуации. Из них она выбрала тот, который имел наибольшую вероятность успеха.

"Жертвовать этой пешкой - пустая трата времени, но..."

В будущем, которое она себе представила, не было никакого Джин Му-Вона. Она уже перестроила свои планы с учетом его смерти.

Сео-Мун Хва Рен встретилась взглядом с Джин Му-Воном, опустила голову и сказала: - Мне жаль, но я не думаю, что в будущем мы сможем продолжить сотрудничать.

- Вот что ты решила?

- Мне очень жаль, но события в муриме редко идут по плану.

Хотя Сео-Мун Хва Рен продолжала извиняться перед Джин Му-Воном, на ее лице не было раскаяния.

"Она прирожденный, бессердечный и расчетливый тактик. Она не позволяет эмоциям мешать ей принимать решения. Тц-тц."

Джин Му-Вон улыбнулся. Его ничуть не шокировало решение Сео-Мун Хва Рен.

"Ну, отчасти я ожидал, что все закончится именно так."

"Кровные линии - страшная вещь. Черты характера и даже личность родителя наследуются их детьми. Сео-Мун Хва Рен, возможно, и сама этого не осознает, но она определенно похожа на своего деда."

"Сео-Мун Хва был тем, кто замышлял о падении Армии Севера. Зная это, как я могу доверять его внучке? Я не настолько глуп."

Сео-Мун Хва Рен низким голосом приказала охране: - Пожалуйста, задержите их немного.

Затем она направилась к Дам Су-Чону легким шагом, словно фея на поле боя.

Джин Му-Вон, наблюдавший за ней, вздрогнул, когда понял, что она делает.

- Это...?

Каждый раз, когда Сео-Мун Хва Рен делала шаг, на земле появлялись глубокие отметены.

Облака же над их головами начали сгущаться, пока небо не заволокло темными тучами. Сверкнула молния, прогремел гром, и пошел дождь.

- ...Формация?

Формация - то, что могли использовать только определенные гении, постигшие законы природы. И для того, чтобы создать Формацию, нужно было использовать определенную местность и окружение в качестве ее среды.

Но даже в этом случае одно было несомненно. Создание Формации требовало больших усилий и невероятной концентрации.

И все же сейчас он видел человека, который создавал Формацию, просто шагая.

И не просто обычную Формацию, а "Шаги тигра, пожирающего Небеса" клана Сео-Мун.

Название появилось из-за глубоких следов, оставляемых на земле, и темных облаков, которые собирались при его активации, подобно топоту тигра, поглощающего небо.

В настоящее время в мире существовал всего один человек, который был способен создать полную формацию "Шаги тигра, пожирающего Небеса".

Сео-Мун Хва.

Когда его спросили о силе Формации, Сео-Мун Хва ответил: - Хотя Формация состоит всего из тридцати шагов, она не позволит даже БОГУ из под нее сбежать.

В отличие от Сео-Мун Хва, Сео-Мун Хва Рен не смогла закончить создание Формации за тридцать шагов и не смогла полностью раскрыть ее способность.

Однако она смогла использовать его, чтобы дезориентировать противника, отвлечь и задержать. Она знала, что этот небольшой толчок - все, что нужно, чтобы Дам Су-Чон и Шим Вон-Ли избежали опасности.

Пока Тхэ Му-Кан растерянно озирался по сторонам, Сео-Мун Хва Рен подбежала к Дам Су-Чону и помогла тому подняться.

- Господин Дам!

- Госпожа Сео-Мун!

- Нам нужно убираться отсюда как можно скорее.

- Нет. - Дам Су-Чон решительно покачал головой. Хотя он был избит до полусмерти из-за вмешательства проникающей Ци Тхэ Му-Кана, его боевой дух не ослаб.

"Есть одна вещь, которую я понял о человеческой природе... если люди сделают что-то однажды, они сделают это снова. Вот почему я никогда не сбегу. Неважно, насколько силен враг, в каком состоянии я буду находится, или в каком невыгодном положении окажусь... я не отступлю."

Дам Су-Чон был гордым человеком. Его гордость не позволила бы ему сдаться.

Сео-Мун Хва Рен вздохнула.

"Так и знала, что он это скажет!"

- Мне жаль.

- Что...? - Пробормотал Дам Су-Чон, перед тем как потерять сознание.

Шим Вон-Ли стоял позади Дам Су-Чона. Именно он надавил на меридианы Дам Су-Чона и лишил того сознания.

Он был не таким, как Дам Су-Чон.

Как и Дам Су-Чон, он чувствовал себя униженным в этой битве, но он знал, что если они не отступят сейчас, то следующего раза уже не будет. Он мог смириться с поражением, если оно означает, что он выживет.

Он быстро взглянул на Джин Му-Вона, который прятался за спиной Ын Ха-Соль.

- А что с ним?

- Мы его бросаем.

- Ого! Это жестоко.

- Он нам больше не нужен как пешка. Отныне его жизнь или смерть зависит только от его удачи. Мы больше не будем иметь с ним ничего общего.

Сео-Мун Хва Рен уже смотрела в будущее, и в этом будущем не было места для Джин Му-Вона. По ее расчетам, он умрет здесь, сегодня.

Если уж на то пошло, то она больше беспокоилась за Ын Ха-Соль.

Существовала вероятность, что Ын Ха-Соль была ученицей Ведьмы Белой Ночи. Ведь ее зрачки побелели, когда она использовала свое боевое искусство.

Самое главное, если Ын Ха-Соль унаследовала навыки Ведьмы Белой Ночи, то это означало, что Тихая Ночь тайно обучало новое поколение воинов.

"Будь моя воля, я бы схватила ее и допросила, но пока я могу только сдаться..."

Ын Ха-Соль была целью Тхэ Му-Кана. Она поняла это по реакции Ын Ха-Соль, когда та увидела его. Раз уж он потрудился преследовать ее до самого конца, он ни за что не оставит ее в живых. Для нее конец очевиден.

- Пройдет не так много времени, прежде чем этот монстр выберется из Формации. Пока есть время, нам нужно убираться отсюда.

- Понял.

Шим Вон-Ли нагнулся и понес Дам Су-Чона на спине, а Сео-Мун Хва Рен схватила Шим Су-А за руку. Вместе они покинули северную крепость так быстро, как только могли.

- ГРАРРРР! - Прорычал Тхэ Му-Кан, вырываясь из Формации Сео-Мун Хва Рен. Его убийственное намерение возросло в десятки раз после долгого пребывания в ловушке внутри Формации.

В ярости он перевел взгляд на Ын Ха-Соль и Джин Му-Вон.

(как оказалось, автор забыл про существование Шим Су-А, от слова совсем... и дабы компенсировать этот момент в манхве, там он ее убил. и повторюсь, в последующих главах, Шим Су-А не появится)

Те, кто хотели уйти, ушли; те, кто хотели остаться, остались I

Джин Му-Вон безучастно наблюдал за тем, как Дам Су-Чон и Шим Вон-Ли исчезают вдалеке. Они даже бросили своих подчиненных. Но несмотря на это, охрана продолжала сражаться против Серых Волков, чтобы выиграть время для побега своих хозяев.

Он покачал головой и вздохнул. Ему было искренне жаль их.

Охрана жертвовала собой только для того, чтобы их хозяева могли сбежать, и при этом никто не жаловался.

Они жили ради них и умирали ради них.

Такова была природа большинства муримских воинов. К сожалению, ученики знаменитых школ были обучены этому с раннего возраста. Им настолько сильно промывали мозги, что они не боялись смерти, пока думали, что оно того стоит. Однако, по мнению Джин Му-Вона, они не отличались от собак, преданных своим хозяевам.

"Какой смысл умирать за хозяина, который тебя не ценит? И даже если говорить о почетной смерти... какой в ней смысл, если ты уже мертв?"

Джин Му-Вон прищелкнул языком.

"Неважно, сколько унижений придется пережить, главное - выжить, ведь мертвые не рассказывают сказки, и только живые могут отстаивать правду и справедливость."

Таков был жизненный девиз Джин Му-Вона.

Внезапно его вывел из задумчивости панический голос Ын Ха-Соль.

- Му-Вон, отойди от меня.

Тхэ Му-Кан приближался к ним с таким сильным убийственным намерением, что оно материализовалось в смерчь, всасывающее в себя все живое.

"Точно монстр..."

Из боя с Дам Су-Чоном, Джин Му-Вон понял, что Тхэ Му-Кан невероятно силен. Однако наблюдать за битвой и ощутить силу Тхэ Му-Кана на себе - две совершенно разные вещи.

"Он пугает."

От давления ауры Тхэ Му-Кана стало трудно дышать, и он почувствовал, что его сознание начало меркнуть.

"Вот почему Ха-Соль дрожала. Перед лицом такого монстра любой бы испугался."

Ын Ха-Соль выжимала из себя все силы до последней капли.

Увидев это, Тхэ Му-Кан фыркнул: - Похоже, мы снова встретились, маленькая сучка.

- Демон Хаоса, бессмертный ты ублюдок!

- Эй! Это вы сделали меня таким. А раз уж вы превратили меня в "бессмертного ублюдка", то должны за это заплатить, верно? - Демон Хаоса выпустил свое убийственное намерение.

ГРОХОТ!

Небеса задрожали, а земля затряслась.

Ын Ха-Соль защищалась от ауры Тхэ Му-Кана с помощью своего боевого искусства, "Сердце серебряной Души". В мгновение ока ее глаза и волосы превратились из черных в серебристо-белые.

- Кх! - Под давлением ауры Тхэ Му-Кана и Ын Ха-Соль, у Джин Му-Вона перехватило дыхание; единственное, что он мог сделать, это отступить назад.

Серебристо-белые волосы Ын Ха-Соль напомнили ему давно услышанную легенду о Четырех Демонических Генералах Тихой Ночи.

{Темнокрылый демон,

Демон божественного копья,

Демон с топором дьявола,

И Ведьма}

Помимо таинственного Повелителя Ночи, Тихую Ночь также возглавляли Четыре Демонических Генерала.

Во время войны с центральными равнинами каждый из этих генералов уничтожил самолично сотню самых могущественных Мастеров боевых искусств, отчего в дальнейшем само упоминание слов "Четыре Демонических Генерала" стало табу. Поговаривали, что даже Девять Небес не желали вступать с ними в прямой контакт.

Из поколения в поколение титулы Четырех Демонических Генералов передавались от Мастера к ученику, обеспечивая продолжение страшных легенд.

Все четыре генерала обладали несколькими уникальными чертами. В частности, Ведьма Белой Ночи обладала серебристо-белыми зрачками, что было отличительной чертой практикующего Сердце серебряной Души. Кроме серебристо-белых зрачков, до Джин Му-Вона доходили слухи, что владение Сердцем серебряной Души превращало человека в бессердечную, безэмоциональную, жестокую ведьму.

Ын Ха-Соль с трудом поднялась на ноги. Она должна была найти способ продолжать защищаться.

"Сколько еще я смогу продержаться? С самого начала я не думала, что смогу победить Тхэ Му-Кана. Ведь даже Мастер, при всей своей мощи, потерпела поражение."

Удары Тхэ Му-Кана сыпались на Ын Ха-Соль непрерывно, словно волны, разбивающиеся о скалы. Ее череп был проломлен и кровоточил, а на плече появилась огромная рваная рана. Через эти раны проникающая Ци Тхэ Му-Кана пыталась проникнуть в ее тело.

Ын Ха-Соль отчаянно пыталась блокировать проникающую Ци, но чем сильнее она старалась, тем больше промахов совершала.

Вдруг ее взгляд упал на то место, где стоял Джин Му-Вон, но его нигде не было видно.

"Неужели он сбежал? Фух, это хорошо."

Хотя Ын Ха-Соль так подумала, она все равно не смогла подавить слезы и чувство сильного разочарования. Она думала, что их сердца связаны и что он никогда не предаст ее.

"Ах!"

Ын Ха-Соль запаниковала. Только сейчас она осознала свои истинные чувства к Джин Му-Вону. Это была не просто взаимная симпатия, она искренне влюбилась в него.

"Му-Вон..."

Она прикусила губу. Ради него она должна была продолжать бороться. Как только она падет, Тхэ Му-Кан отправится за Джин Му-Воном, Дам Су-Чонои и остальными. Этот монстр никогда не оставлял после себя выживших.

Тем временем Тхэ Му-Кан начал раздражаться. Он односторонне избивал ее уже некоторое время, но Ын Ха-Соль еще держалась.

БАМ!

Он прыгнул над Ын Ха-Соль; его огромное тело в небе прекратилось в метеор, который летел на девушку.

Она протянула обе руки и собрала в них столько Ци, сколько смогла.

БРРРРР!

Тело Тхэ Му-Кана начало вращаться в воздухе, словно бур.

"Использует вращательное движение!?" - Глаза Ын Ха-Соль расширились.

КРАКРАКРАК!

В тот момент, когда "вращающийся бур" в виде Тхэ Му-Кана обрушилось на нее, она услышала звук ломающихся рук. Теперь, когда ее защита была сломлена, Тхэ Му-Кан ударил ее прямо в грудь, отправив в полет.

КРАК!

- КХАХХХХХ!!! Кухёк!

Ын Ха-Соль прокатилась по земле. Ее лицо было в крови, а боль невыносимой.

Если бы в последний момент она не собрала вокруг груди Серебряную душу Ци, то давно бы умерла.

Все-таки удар, который она получила, был слишком сильным. Многие ее суставы были вывихнуты, а ребра сломаны. Она могла утешиться только тем, что осталась жива.

- Хи-хи-хи! - Тхэ Му-Кан безумно хихикал. Его победа была несомненной.

- Еще не конец.... я жива... если же хочешь преследовать сбежавших, тебе придется сделать это через мой труп.

- Собираешься пожертвовать собой ради сопляка, который сбежал и бросил тебя? А ты глупа, чем кажешься на первый взгляд, - Насмехался Тхэ Му-Кан.

- Несмотря на это, он единственный человек, который когда-либо проявлял ко мне доброту.

Тхэ Му-Кан разразился хохотом, но Ын Ха-Соль не дрогнула. По ее глазам было видно, что она готова умереть.

Те, кто хотели уйти, ушли; те, кто хотели остаться, остались II

- Хафф! Кхыы! - Пыхтел Ёп-Воль, оглядываясь по сторонам. Он был единственным выжившим из охраны, но оставалось еще четыре Серых Волка.

Эти четверо были самыми сильными и жестокими в отряде. Их внимание было сосредоточено исключительно на Ёп-Воле, и их совершенно не волновала смерть своих собратьев.

Ёп-Воль чувствовал приближение собственной смерти, глядя в эти наполненные убийственным намерением глаза. Как бы он ни старался, он не видел никаких шансов на выживание.

Он прикусил губу, собрал свой боевой дух и сказал себе: "Я не умру без боя".

"Я не боюсь смерти. Когда я выбрал путь война, я уже был готов умереть в любой момент. Подобные ситуации случаются в мире каждый божий день. Единственное, о чем я сожалею, так это о том, что моя жена, Со Ю-Ран, станет вдовой."

"Но она очень умна... поэтому обязательно найдет способ жить хорошо, верно?"

"...хотя я бы солгал, если бы сказал, что смерть меня устраивает. Поэтому я буду бороться до самого конца!"

- ИЯААААХХХХХХХ!

Ёп-Воль размахивал мечом изо всех сил, и каждая его атака без паузы перетекала в следующую. Впервые в жизни он выполнил технику "Разделение снежного Неба" в совершенстве.

ШИИИНГ!

Даже Ёп-Воль почувствовал, что его движения было настолько безупречны, что он, возможно, смог бы утащить за собой одного или двух Серых Волков.

Однако Серые Волки превзошли все его ожидания. Все они с легкостью увернулись от его атак и даже контратаковали.

СПЛЮРТ!

Мечи Серых Волков глубоко вонзились в плечи, грудь и ноги Ёп-Воля.

- АААА! - Закричал он, и его ноги подкосились. Сразу после первой боли он почувствовал, что его зрение начало тускнеть.

Когда все вокруг погрузилось в вечную тьму, он услышал крик.

- ЁП-ВОЛЬ!!!

ТОП! ТОП! ТОП! ТОП!

Серые Волки наносили Еп-Волю множественные удары, пока он не упал на землю.

Вдруг он почувствовал, как кто-то схватил его.

- ...?

- Сученыш, ты не можешь умереть! Если ты умрешь, то кому я буду мстить?

- Му... Му-Санг? - Ёп-Воль узнал человека, который подхватил его.

Со сложным выражением лица Сео Му-Санг сказал: - Ёп-Воль!

"Будь ты проклят засранец. Я тренировал стиль Голубого Облака, как сумасшедший, только для того, чтобы лично отомстить тебе..."

- Ха... я...

Что он пытается сказать? Сео Му-Санг увидел, как Ёп-Воль шевелит губами, но не успел он закончить последнее предложение, как скончался.

Тихонько положив труп на землю, он встал.

"Блядство..."

Он посмотрел на ближайшего Серого Волка, который смотрел на него с убийственным намерением, которое еще больше усиливалось адреналином от удачного убийства.

- Да. Все мертвы. Кроме меня.

Среди членов Третьей роты были те, кто ему нравился, и те, кого он ненавидел. Однако все они сопровождали его в течение трех лет пребывания в северной крепости.

Они были его братьями по оружию, но большинство из них погибли.

ХРУСТ, ХРУСТ.

Сео Му-Санг стиснул зубы и поднял меч Ёп-Воля. С его нынешней силой он мог бы справиться с одним или двумя Серыми Волками, но точно не с четырьмя. Тем не менее, он принял решение. К счастью, ему больше нечего терять, а значит, не о чем сожалеть, если он умрет.

- Даже если я умру, то позабочусь о том, чтобы вы четверо отправились со мной.

Сео Му-Санг и Серые Волки бросились навстречу друг другу.

☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆

ТУД!

Ын Ха-Соль упала на землю. Ее белое, как простыня, лицо начало чернеть.

- Кухеук! - Выплюнула она кровь. Но даже тогда ей не стало легче. Не было ни одной части ее тела, которая не была бы повреждена.

Ее голова кружилась. Она потеряла слишком много крови. Пытаясь сохранить сознание, она с силой прикусила язык.

Тхэ Му-Кан встал над ней, протянул большую руку и схватил за шею.

- Ух!

Тхэ Му-Кан с радостью наблюдал за сопротивляющейся девушкой. Увидев ее испуганный, дрожащий взгляд, он рассмеялся: - Ну вот, теперь тебе точно конец, маленькая сучка.

Он поднял кулак. Еще один удар, и Ын Ха-Соль точно умрет. Она отчаянно извивалась, но хватка Тхэ Му-Кана была подобна железному зажиму.

Она закрыла глаза и пробормотала: - Прощай... Му-Вон.

ШИРИНГ!

Внезапно она услышала рассекающий воздух звук. В следующее мгновение она поняла, что падает на землю.

- Хаа... хаа... - Она переводила дыхание, сидя на земле. Свежий воздух ворвался в ее легкие, проясняя ее затуманенный разум и возвращая часть самообладания.

"Что случилось?" - Ын Ха-Соль подняла голову и увидела, что рука Тхэ Му-Кана была ранена.

В этот момент кто-то обнял ее за талию и помог подняться.

- А...

- Простите, чутка задержался.

Глаза Ын Ха-Соль расширились, а челюсть отвисла. Мужчина, державший ее, был не кто иной, как Джин Му-Вон. В руке он держал короткий меч, который обычно висел на стене кузницы.

- Ты ушел за мечом?...

Джин Му-Вон кивнул.

Ын Ха-Соль посмотрела на Тхэ Му Кана, который рассматривал рану на руке и хмурился. Хотя она знала, что Джин Му-Вон всегда тренировался с мечом в Башне Теней, но, честно говоря, не ожидала от него ничего особенного. Она думала, что он знает только основы, но он легко смог ранить Тхэ Му-Кана с его Обратным Потоком.

- ...Му-Вон?

- Разве я не говорил тебе раньше? Я ни за что не брошу тебя и не сбегу один.

- Мммм! - Слезы снова потекли по щекам Ын Ха-Соль, только на этот раз это были слезы радости. Мужчина, которому она отдала свое сердце, не предал и не бросил ее.

Джин Му-Вон тем временем наставил свой клинок на Тхэ Му-Кана.

Видя, как Ын Ха-Соль защищает его от Тхэ Му-Кана, и зная, что при таком раскладе она умрет, он неосознанно направился к Башне Теней. Когда он наконец пришел в себя, то уже держал в руках короткий меч.

Это был первый совершенный меч, который он сделал, а также меч, который был испачкан его собственной кровью из-за Шим Вон-Ли.

ВРРРРР!

Меч был в ярости, словно синхронизировался с эмоциями Джин Му-Вона.

Раны Тхэ Му-Кана регенерировали гораздо медленнее, чем он ожидал. Обычно такая небольшая рана затягивалась мгновенно, но кровотечение даже не планировало останавливаться. Он посмотрел на Джин Му-Вона безумным взглядом и сказал: - Ты... твоя Ци чертовски странная.

Джин Му-Вон крепче сжал короткий меч.

"Как долго я смогу продержаться? Смогу ли я вообще справиться с этим монстром?"

Это была его первая в жизни битва, но противник был слишком силен. Ситуация не могла выглядеть еще хуже.

Ему должно было необычайно повезти, чтобы дожить до сегодняшнего дня. Тем не менее, он верил в себя и не собирался сдаваться без боя. Так он жил всегда, и так он будет жить до конца своих дней.

Сейчас его непреклонная воля четко отражалась в мастерстве владения мечом.

Тхэ Му-Кан нахмурился. Слабая аура Джин Му-Вона сильно раздражала его. Хотя аура юноши была намного слабее, чем у Дам Су-Чона и Шим Вон-Ли, и уступала даже ауре Ын Ха-Соль, она вызывала у него неприятные ощущения и странное беспокойство.

Единственный способ избавиться от этого беспокойного чувства - разбить в пух и прах этого надоедливого выскочку!

- Проклятое отродье! - Заорал он, подпрыгнув на сотню футов в воздух и пустив в ход свою Первобытную Демоническую Ци. Словно падающий метеор, он устремился вниз к Джин Му-Вону и Ын Ха-Соль.

РЫК!

Поток Тхэ Му-Кана был настолько всепоглощаюшь, что еще до того, как он успел что либо сделал, Джин Му-Вон и Ын Ха-Соль почувствовали, будто на них летит гора. Джин Му-Вон даже не думал о том, чтобы встретить его атаку лицом к лицу, вместо этого он решил парировать его.

ШИП!

От меча снизошла мягкая аура, которая в следующую секунду отклонила атаку в сторону.

БУМ!

Атака Тхэ Му-Кана приземлилась в землю, образовав на месте контакта траншею глубиной в десять футов и подняв облако пыли в воздух.

Джин Му-Вон и Ын Ха-Соль быстро сделали шаг в сторону, но Тхэ Му-Кан снова бросился на них.

ВЗРЫВ! БАМ! БАМ!

Под человеческим бедствием, которым был Тхэ Му-Кан, окружающая среда быстро превратилась в пустошь. В воздухе раздавались звуковые волны.

Заглянув в глубину глаз Тхэ Му-Кана, Джин Му-Вон содрогнулся. Безумие, заключенное в них, было настолько всепоглощающим, что он чуть не упал на задницу от шока. Однако он заставил себя сохранить спокойствие, взял Ын Ха-Соль за руку и потянул ее за собой назад, чтобы избежать яростных атак Тхэ Му-Кана.

БАМ!

Место, где еще мгновение назад стоял Джин Му-Вон, взорвалось, разбрасывая повсюду землю.

Джин Му-Вону показалось, что его мозги превращаются в кашу.

"О чем, черт возьми, я думал, будучи таким самоуверенным только потому, что знал теорию боевых искусств как свои пять пальцев и выучил приемы, написанные на стене Десяти Тысяч Теней? Я занимаюсь боевыми искусствами всего три года!"

"Я даже был достаточно самонадеян, чтобы думать, что не проиграю ни одному мастеру боевых искусств моего возраста. Я считал, что если у меня хватит терпения и я буду держаться в тени, то смогу справиться с любой ситуацией, которая возникнет на моем пути. Однако Тхэ Му-Кан показал мне, насколько я глуп."

"Мое тело не успевает за моими мыслями, а давление убийственной ауры Тхэ Му-Кана делает меня медленнее, чем обычно. Я никогда раньше не сражался в настоящем бою и даже не представлял, что такое может случиться. Из-за этого я принял на себя довольно много ударов."

"Но есть одна вещь, которую я знаю наверняка. Если я получу прямой удар от этого монстра, я погибну. Я должен сосредоточиться на сборе своей Теневой Ци, одновременно предугадывая, уклоняясь и отражая его атаки."

- Да хватит уклоняться! - Глаза Тхэ Му-Кана горели ярким пламенем. Джин Му-Вон был скользким, словно угорь, и поймать его оказалось сложнее, чем ожидалось. В частности, его движения были совершенно непредсказуемы. Каждый раз, когда ему казалось, что он загнал мальчика в угол, тот делал что-то странное и как-то ускользал.

"Неужели наши боевые искусства просто несовместимы? Раньше такого не случалось. Черт!"

"Му-Вон..." - Ын Ха-Соль не могла не поразиться тому, как Джин Му-Вон избегал прямого контакта с Тхэ Му-Каном, будучи обремененным ею. Всякий раз, когда Тхэ Му-Кан собирался ударить кого-то из них, он либо уклонялся, либо парировал удар, либо отводил ее в сторону на минимальное расстояние. Мало того, со временем его движения становились более плавными.

БА-ДУМ!

Джин Му-Вон вдруг почувствовал зуд на затылке и сделал небольшой шаг вперед. В то же время кулак Тхэ Му-Кана пронесся мимо того места, где только что была его голова, будто они действовали синхронно.

Затем он почувствовал, что-то справо, и шагнул влево. Атака Тхэ Му-Кана тут же приземлилась в то место, где он находился мгновение назад.

СВИШ!

Мысли Джин Му-Вона, по неопытности впавшего в смятение, прояснились. Незнакомое чувство разлилось по всему телу.

Он чувствовал гневный взгляд Тхэ Му-Кана как иголки на своей коже. Он слышал дыхание монстра словно гром в своих ушах. Каждая мелкая вибрация передавалась его коже через воздух и землю.

Часто говорили, что после того, как воин приобретает определенный боевой опыт, у него появляется способность, известная как "Восприятие". Эта способность позволяла им предвидеть следующий шаг противника, наблюдая за направлением его взгляда и подергиванием мышц.

Однако Джин Му-Вон чувствовал, что то, что он сейчас испытывает, не является обычным видом "Восприятия", а, скорее, реальным сенсорным восприятием. Он был настолько чувствителен к окружающей среде, что ни одно изменение, каким бы незначительным оно ни было, не могло ускользнуть от его внимания.

Как будто все пространство вокруг него стало его контролируемой территорией.

"Пока что назову ее "Всеохватывающим Восприятием"."

Джин Му-Вон не знал, была ли эта способность присуща искусству Десяти Тысяч Теней, или он пробудил ее в результате стимуляции, полученной в околосмертном опыте, которым являлся Тхэ Му-Кан.

"Как я получил эту способность, не так уж важно. Какой бы ни была эта способность, она значительно повышает мои шансы на выживание. Только это сейчас главное."

Тем временем, негодование Тхэ Му-Кана нарастало. Джин Му-Вон снова и снова успешно уклонялся и парировал его атаки. Хуже того, он всегда уклонялся от атак с минимально возможным отрывом, используя минимальное количество движений. Если бы мальчик был опытным мастером боевых искусств, как Ын Ха-Соль, он бы смог как-то смириться с этим, но...

- Мудак! Я разорву тебя на части! Уничтожение Первобытного Хаоса! - Прорычал разъяренный Тхэ Му-Кан, снова взмывая в воздух.

ГРОХОТ!

Первобытная Ци вырвалась из тела Тхэ Му-Кана, растеклась по полю боя, а затем устремилась к Джин Му-Вону, словно дождь из темного потока.

Хотя Всеохватывающее Восприятие подсказывало Джин Му-Вону, что от этой атаки можно легко уклониться, он не стал этого делать. Ведь если бы он уклонился от этой атаки, то в опасности оказалась бы Ын Ха-Соль.

Хитрый взгляд Тхэ Му-Кана словно насмехался над ним, предлагая выбрать между собственной жизнью и жизнью Ын Ха-Соль.

Джин Му-Вон стиснул зубы. "У меня будет только один шанс. У меня не так много Ци, поэтому я копил ее и концентрировал, как мог, ради одной сильной и эффективной атаки."

Взгляд Джин Му-Вона внезапно упал на стену Десяти Тысяч Теней позади Тхэ Му-Кана.

Это стену его предки защищали кровью, потом и жизнью.

И название одной из техник меча, которое они оставили на стене, было написано кровью.

"Теневой Клинок Разрушения".

Впервые в жизни Джин Му-Вон прошептал вслух название техники своего меча.

{Теневой клинок, созданный для разрушения небес и уничтожения демонов.}

Неполный меч, созданный и усовершенствованный его предками, но увидевший свет только в его руках.

"Разделение Небосвода."

Он превратился в тень.

Те, кто хотели уйти, ушли; те, кто хотели остаться, остались III

Пыль в воздухе перекрыло солнце, а атмосфера вокруг крепости была напряженной; неподалеку слышались громкие звуки битвы.

- Это даже для меня слишком! - Пробормотал Сео Му-Санг, сбегая с поля боя настолько быстро, насколько только мог. Четверо из Серых Волков сделали то же самое, что и он. Хотя они не боялись смерти, однако убийственное намерение Тхэ Му-Кана было настолько сильным, что даже им пришлось отступить.

Тем временем из ниоткуда появились черные линии, и разрушили стены и здания, которые гордо стояли более ста лет.

БУМ! БАМ!

На территории северной крепости стали появляться кратер за кратером, придавая земле вид пчелиного улья.

Глаза Сео Му-Санга расширились от ужаса. Он и представить себе не мог, что люди способны сотворить нечто подобное.

"Такие вещи должны быть уделом богов, верно?"

Там, где падал дождь из Ци, не оставалось ничего живого. На этом отдельном клочке земли будто настал конец света.

В тот момент, когда Сео Му-Санг подумал, что Джин Му-Вон, оказавшийся посреди всего этого, погиб, он к своему удивлению стал свидетелем невероятного зрелища, которое заставило его усомниться в своих глазах.

Джин Му-Вон взвалил на спину Ын Ха-Соль и побежал сквозь смертельный дождь, не получив ни царапины.

Здравый смысл подсказывал Сео Му-Сану, что такое невозможно. Человек не может пробежать сквозь грозу, не промокнув, так и Джин Му-Вон никак не мог промчаться сквозь этот смертельный дождь, не получив ни одной царапины.

И все же, невозможное происходило прямо на его глазах.

Хм? При ближайшем рассмотрении оказалось, что он не избегает черного дождя Тхэ Му-Кана. Он просто... проходит сквозь него? Словно призрак, или... тень.

Тень без материального тела.

Джин Му-Вон приблизился к Тхэ Му-Кану и поднял меч. Сео Му-Санг не чувствовал ни Ци меча, ни Потока Ци вокруг меча, но почему-то его сердце колотилось от волнения.

"Разделение Небосвода".

УДАР!

Хотя атака Джин Му-Вона была беззвучной, Сео Му-Санг четко услышал, как короткий меч пронзил что-то насквозь. То же самое услышали и Серые Волки. Они точно слышали, как меч Джин Му-Вона рассек плоть и кости.

Тхэ Му-Кан не был исключением. Его чувства подсказывали ему, что он был разрезан пополам, хотя атака Джин Му-Вона был иллюзорной техникой.

Тем не менее, эта атака по ощущениям сильно отличалась от обычной иллюзорной техники, где иллюзия напрямую вмешивается в восприятие. Мозг Тхэ Му-Кана буквально кричал, что его разрезали.

Дрожь пробежала по его позвоночнику.

Ему было... страшно.

Но все же...

В этот момент Тхэ Му-Кан заметил брешь в защите Джин Му-Вона. Он мгновенно развернулся, собрал вокруг себя Ци и нанес круговой удар ногой в грудь Джин Му-Вона.

БАМ!

Джин Му-Вон отлетел на сотню метров, как и Ын Ха-Соль на его спине. Он хотел было закричать от боли, но не мог; в его груди сквозила рана, в которой виднелась плоть и кости; от него будто дикий зверь отгрыз кусок плоти. Короткий меч, на который он положился, разбился вдребезги, и в его руке осталась только рукоять.

- Кухеук! - Кашлял он, лежа на земле. Его сознание угасало, но он отчаянно собрал в себе нечеловеческую силу воли и остался в сознании.

- Му-Вон! - Ын Ха-Соль крепко обняла парня, прижав его к себе, и посмотрела на Тхэ Му-Кана.

Видя жалкое состояние девушки, Тхэ Му-Кан захихикал.

ВШУУУХ!

Внезапно из его плеча хлынул фонтан крови, а тело непроизвольно дрогнуло.

На лице Тхэ Му-Кана появилось неверие. - Что?... когда он... успел?

"Я был уверен, что увернулся! Я даже не почувствовал, как меня атаковали. Если бы этот сопляк был более опытным фехтовальщиком, я бы не отделался лишь ранением в плечо. Он отрубил бы мне голову, а я не заметил бы этого. Я может и обладаю способностью к регенерации, но если меня обезглавят, я умру."

- Сукин сын!...

"Я должен избавиться от него! Одна мысль о том, насколько сильным может стать этот парень, бросает в дрожь."

Тхэ Му-Кан, пошатываясь, направился к Джин Му-Вону. Он верил в свою регенерацию, и чем быстрее умрет парень, тем быстрее уйдет его тревога.

Однако он внезапно остановился и наклонил голову.

- .......

"Что-то не так..."

Он посмотрел на свое раненое плечо.

"Рана не заживает."

Тхэ Му-Кан обладал почти неуязвимым телом. Такая небольшая рана должна была затянуться в мгновение ока, но, как ни странно, она не подавала никаких признаков заживления.

ХРЯСЬ!

Тело Тхэ Му-Кана непроизвольно дернулось. Затем он начал неконтролируемо дрожать.

"Так вот на что похожа боль? Какое странное чувство..."

Тхэ Му-Кан нахмурился, посмотрел на Джин Му-Вона налитыми кровью глазами и прорычал: - Ты, проклятый ублюдок, какого хрена ты со мной сделал?

Его Искусство Первобытного Демона должно было проанализировать Ци Джин Му-Вона, а после преобразовать себя в то, что идеально бы противостояло Ци парня. Теоретически, его искусство способно поглощать и адаптироваться к любому виду Ци. Однако, столкнувшись с Ци Джин Му-Вона, Искусство Первобытного Демона буквально взмахнуло белым флагом, не сопротивляясь.

Это был первый раз, когда Искусство Первобытного Демона подвело Тхэ Му-Кана.

Несмотря на то, что Тхэ Му-Кан пристально смотрел на него, Джин Му-Вон не собирался ему отвечать. Ведь стоило ему открыть рот, как последние силы покинут его.

Чтобы правильно использовать Теневой Клинок Разрушения, он должен был сначала овладеть искусством Десяти Тысяч Теней. Однако, несмотря на то, что он не владел этим искусством, он все равно заставил себя использовать Теневой Клинок Разрушения. В результате его внутренние органы повредились от отторжения.

Джин Му-Вон почувствовал, как его Ци находится на грани, но все же он стиснул зубы и с трудом поднялся на ноги.

Тхэ Му-Кан снова поднял кулак. По его мнению, лучшего момента избавиться от потенциальной угрозы было не придумать.

Джин Му-Вон отчаянно пытался заставить себя двигаться, но тело просто не слушалось его.

"Неужели это конец?"

Вдруг кто-то встал перед ним. В трудную минуту его защитила Ын Ха-Соль. Она протянула руки, покрытые тонкой серебристо-белой мембраной Ци. Это была вся ее сила, которую она могла использовать в качестве защиты.

БУМ!

- КХАХХХХХХ!

Перед свирепым Тхэ Му-Каном защитная Ци, над накоплением которой так усердно трудилась Ын Ха-Соль, разлетелась в щепки, отправив ее в полет с криком. Она упала на землю, словно сломанная кукла.

- ХА-СОЛЬ! - Закричал Джин Му-Вон. В роговицах его глаз отражалось тело Ын Ха-Соль.

- Ха-Соль... Ха-Соль... - Он пополз к ней, снова и снова повторяя ее имя, но Тхэ Му-Кан остановил его, наступив на левую руку.

КРАК!

- АРГХХХХХ! - Закричал он, когда кости на его левой руке сломались.

Тхэ Му-Кан посмотрел на голову Джин Му-Вона, собирая Ци в кулак.

ВУШ!

Кулак Тхэ Му-Кана устремился к голове Джин Му-Вона. И в тот самый момент, когда голова юноши должна была разлететься, словно арбуз...

- ДЕМОН ХАОСА!

По крепость пронесся серебристо-белый шторм из Ци; он был настолько холодным, что водяной пар в воздухе превратился в лед.

БАМ!

Тхэ Му-Кана отбросило назад, словно по нему только что ударили гигантским молотом.

Налитыми кровью глазами Джин Му-Вон уставился на фигуру, напавшую на Тхэ Му-Кана.

Это была женщина лет тридцати с бело-черными волосами. От нее исходила аура абсолютного существа. Казалось, даже воздух вокруг нее затаил дыхание.

Она повернулась и посмотрела на Ын Ха-Соль.

- Ха-Соль...

Ын Ха-Соль через силу прошептала в ответ: - Мас... тер.

Видя тяжелое состояние своего ученика, женщина закипела от гнева; температура окружающей среды резко снизилась.

Тхэ Му-Кан медленно встал и прорычал: - Ведьма... Белой Ночи.

- Демон Хаоса... - Сказала женщина в ответ, когда ее глаза побелели.

ТИНГ-ЛИНГ-ЛИНГ!

Замерзший воздух сконцентрировался вокруг женщины, образуя круги льда.

Женщина, была известна как "Небожительница Белой Ночи" среди своих союзников, и "Ведьма Белой Ночи" среди своих врагов.

А имя ей, Со Гым-Хян.

Те, кто и хотели уйти, ушли; те, кто хотели остаться, остались IV

Женщина обладала бело-темными волосами; блестящей, гладкой кожей, словно шелк; и идеальной фигурой без грамма лишнего жира. Она была похожа на небожительницу, сошедшую с небес и неторопливо прогуливающуюся под бледным лунным светом.

Впрочем, внешность была обманчива. Когда Ын Ха-Соль встретила ее впервые, или точнее, много лет назад, когда Са-Рен присягнул ей в верности, она не изменилась с того момента.

Десятки лет прошли с тех пор, как ее прозвали Ведьмой, но время словно остановилось для нее; она не старела ни на день. Из-за этого пошли слухи, что она - нестареющая и неувядающая небожительница.

Она пристально наблюдала за Тхэ Му-Каном, в то время как ее белые зрачки горели убийственным намерением.

Она являлась одним из Четырех Демонических Генералов Тихой Ночи и гордилась своими легендами. Единственным пятном на ее безупречном боевом списке было поражение от рук Тхэ Му-Кана. Конечно, он подстроил ей ловушку и застал врасплох, но поражение оставалось поражением.

Она была женщиной, которой не свойственно оправдываться. Все, чего она желала, - это сладкую месть.

С гордой осанкой она посмотрела на Тхэ Му-Кана и сказала: - Демон Хаоса, тебе не следовало рождаться в этом мире.

- Меня создали твои союзники, Тихая Ночь. Но я более чем уверен, что ты уже знаешь об этом, Ведьма. - Прорычал Тхэ Му-Кан.

По сравнению с тем, как он издевался над Ын Ха-Соль и Джин Му-Воном, его отношение к Со Гым-Хян резко изменилось. Она была врагом, чье дальнейшее существование он не мог терпеть, и врагом, которого нельзя было недооценивать. Он не стал скрывать своей враждебности к ней и с силой призвал свою Ци. Когда вихрь его Обратного Потока закружилась вокруг него, рана, нанесенная Джин Му-Воном, увеличилась, и из нее стало вытекать еще больше крови, но он не обратил на это внимания.

- Хи-хи! Я собирался использовать эту маленькую сучку как приманку, чтобы выманить тебя, но подумать только, что ты так быстро придешь!

- Хмпф! - Со Гым-Хян усмехнулась над провокацией Тхэ Му-Кана и прыгнула. Она активировала Сердце серебряной Души до предела, отчего ее тело окутало серебристо-белым туманом, словно полупрозрачная вуаль.

Это было то же боевое искусство, что и у Ын Ха-Соль, но чувство, которое вызывала Со Гым-Хян, было совершенно иным. Разрыв между их уровнями мастерства был слишком велик.

В одно мгновение Со Гым-Хян появилась перед Тхэ Му-Каном, оставляя за собой шлейф серебристо-белых послеобразов.

ВЗРЫВ!

Ведьма Белой Ночи и Демон Хаоса столкнулись в битве.

- Молодая госпожа.

Ын Ха-Соль почувствовала, как ей помогают подняться, и потому медленно открыла глаза. - Кто...? Са-Рен? - Пробормотала она.

- Да, это я, молодая госпожа, - Ответил Са-Рен, самый доверенный подчиненный Со Гым-Хян.

- Это ты привел сюда Мастера?

- Простите, что так поздно.

На Ын Ха-Соль живого места не было. Ее конечности были согнуты под углами, плечевой сустав вывихнут, а грудь впала. То, что она осталась в живых, было просто чудом.

Глаза Са-Рен горели яростью, глядя на жалкое состояние Ын Ха-Соль. Однако его гнев был направлен не на Ын Ха-Соль, а на Джин Му-Вона.

"Молодая госпожа не пострадала бы, если бы ей не пришлось защищать его. Во всем виноват этот глупый мальчишка."

"Кроме того, как ученица госпожи и практик Сердца серебряной Души, молодая госпожа должна отказаться от человеческих эмоций. Только тогда она сможет стать просветленной и смотреть на мир непредвзято."

"До встречи с Джин Му-Воном молодая госпожа была рассудительной и спокойной. Не было лучшего наследника Сердца серебряной Души, чем она."

"Госпожа взяла молодую госпожу в ученицы только из-за ее личных качеств, но Джин Му-Вон изменил ее. Если мы оставим его в живых, то он может негативно сказаться на молодой госпоже."

"Самые опасные люди в муриме это те, кто умеет оставаться незамеченным, как Джин Му-Вон. Все, от Девяти Небес до Тихой Ночи, считали, что Армия Севера полностью уничтожена, но на самом же деле в ней еще остался свирепый зверь, спокойно обтачивающий когти. Более того, молодой человек нынешний повелитель Армии Севера, что автоматически делает его злейшим врагом Тихой Ночи."

Вдруг Ын Ха-Соль сказала: - Пожалуйста... не убивай его, Са-Рен.

- Молодая госпожа?

- Он не сделал... ничего плохого.

Сердце Са-Рен пропустило удар, потому что слова Ын Ха-Соль попали в цель. Сначала он посмотрел на бледное лицо и губы девушки и подумал, не читает ли она его мысли. Затем он повернулся к Джин Му-Вону, всерьез раздумывая, стоит ли ему в этот раз проигнорировать приказ молодой госпожи.

- Это все моя вина. Мне было одиноко, и я эгоистично выплеснула свои эмоции на него. Поэтому, пожалуйста...

"Му-Вон - первый и единственный человек, который когда-либо ценил меня по-настоящему. После ухода из северной крепости я, возможно, никогда больше не испытаю подобных чувств. Поэтому я не могу позволить, чтобы мое самое дорогое воспоминание пропало, даже если мне придется умереть вместе с ним."

- Молодая... госпожа.

- Ты ведь прислушаешься к моей просьбе?

- Да... юная госпожа. - Са-Рен согласился. Он был жесток ко всем, но к Ын Ха-Соль относился с нежностью. Но всякий раз, когда он смотрел на Джин Му-Вона, ему так и хотелось прикончить его.

- Юная госпожа, пожалуйста, съешьте это, - Сказал Са-Рен, доставая из нагрудного кармана деревянную коробочку. В коробочке лежала светящаяся красная пилюля, завернутая в золотую фольгу.

Это была пилюля Высших Богов, известное лекарство среди Тихой Ночи. Независимо от того, насколько сильно ранен человек, пока в нем еще оставалась жизненная силу, пилюля могла его спасти. Однако из-за того, что изготовить ее было очень сложно, пилюль было сделано не так много, и лишь немногие счастливчики были спасены ею.

Са-Рен без колебаний отдал столь ценное лекарство Ын Ха-Соль. Как только он положил пилюлю в рот Ын Ха-Соль, она мигом растворилась и растеклась по горлу.

Са-Рен подождал некоторое время, но состояние Ын Ха-Соль не улучшалось. Все, что сделала пилюля Высших Богов, это продлила ей жизнь.

Однако, приняв пилюлю, Ын Ха-Соль восстановила достаточно энергии, чтобы попытаться встать. Видя, как его молодая госпожа борется, сердце Са-Рен растаяло, и он помог ей подняться.

Ын Ха-Соль, прихрамывая, подошла к Джин Му-Вону и прошептала: - Му-Вон.

- Ха-Соль, - Ответил он ей, лежа на земле. В животе у него зияла дыра, а левая рука была сломана, но Джин Му-Вон все еще как-то умудрялся мягко улыбаться ей.

"Ты жива..."

"Слава богам, ты жива!"

По выражению лица Джин Му-Вона Ын Ха-Соль поняла, о чем он думает. На ее глаза навернулись слезы...

ХРЯЯЯСЬ!

Вслед за звуком взрыва на молодую пару налетел мощный порыв ветра. Са-Рен тут же прикрыл Ын Ха-Соль своим телом, а Джин Му-Вон собрал оставшуюся Ци, чтобы защитить себя.

Повернувшись в сторону взрыва, они увидели, что битва между Со Гым-Хян и Тхэ Му-Каном достигла своего апогея. Каждый раз, когда они сталкивались, волны Ци вырывались наружу, страшным штормом.

Тхэ Му-Кан истекал кровью. Рана, полученная им от Джин Му-Вона, не зажила. Благодаря этому Со Гым-Хян одержала верх.

Со Гым-Хян потянулась за спину и достала две сверкающие серебряные чакры. Эти кольца размером с руку назывались "Лунные Чакры". Это демоническое оружие, некогда предвещавшее массовое кровопролитие, было уникальным оружием Со Гым-Хян, Ведьмы Белой ночи.

Только Мастера Сердца серебряной Души могли свободно владеть таким кровожадным оружием, так как любой другой, прикоснувшись к нему, был бы поглощен и убит чакрой.

Когда Тхэ Му-Кан устроил засаду на Со Гым-Хян, при ней не было чакр Лунного Света. В безоружном бою она не могла сравниться с ним, Мастером по ближнему бою, и в итоге потерпела страшное поражение. Но теперь, когда оружие было при ней, проиграть было невозможно.

Она метнула Лунные Чакры в Тхэ Му-Кана.

БУЗЗ! БУЗЗ!

Серебряные кольца смерти закружились в воздухе с жужжанием, словно рой пчел.

Тхэ Му-Кан сузил брови. Он прекрасно понимал, насколько сильны эти Лунные Чакры. Однако он не собирался отступать.

Он был Демоном Хаоса, монстром, созданным специально для охоты на Мастеров боевых искусств высшего уровня, таких как Со Гым-Хян.

Поток Ци Первобытного Адского Демона окружила его, и он устремился к Лунным Чакрам, смеясь: - ХАХАХАХАХА!

БАМ!

Мутный Поток столкнулся с серебряным Потоком.

В результате хаотичного взрыва Джин Му-Вон, Ын Ха-Соль и Са-Рен были отброшены взрывной волной.

Те, кто хотели уйти, ушли; те, кто хотели остаться, остались V

- Угх! - Простонал Джин Му-Вон, открывая глаза. Первое, что он увидел, была Со Гым-Хян, которая смотрела на него сверху вниз, но сам он лежал под рухнувшим павильоном и не мог пошевелиться.

Когда он заметил в глазах Со Гым-Хян убийственное намерение, то не смог удержаться от горькой улыбки. По какой-то причине все, кого он встречал в последнее время, хотели его убить. Это было настолько абсурдно, что ему хотелось смеяться.

Однако Со Гым-Хян его улыбка только раззадорила. Она прорычала: - Издеваешься надо мной?

- А такое... вообще возможно? - Джин Му-Вон стоная от боли, расширил свои чувства и стал высматривать окружающую обстановку. Он искал присутствие Тхэ Му-Кана, но не мог его обнаружить.

- Хмпф, он сбежал, - Сказала Со Гым-Хян с раздраженным выражением лица. Побег Тхэ Му-Кана оскорбило ее гордость.

Во время их последней схватки Лунные Чакры Со Гым-Хян нанесли смертельную рану в плечо и живот Тхэ Му-Кана. Если бы обычный человек получил такую рану, то наверняка умер бы на месте. Однако Тхэ Му-Кан не был обычным человеком.

Даже с такими тяжелыми ранами он смог сбежать. Со Гым-Хян пыталась его преследовать, но ее раны еще не до конца зажили.

Кроме того, оставшиеся четыре Серых Волка встали на ее пути, чтобы выиграть время для Тхэ Му-Кана. Пока она занималась ими, Тхэ Му-Кан исчез. К сожалению, угроза ее жизни и жизни Ын Ха-Соль не была устранена.

"Что ж, он уже не оправится от ран, полученных от Лунных Чакр. Сомневаюсь, что он проживет долго."

Чакры Лунного Света, возможно, и демоническое оружие, но они были идеальным дополнением к мутной ци Тхэ Му-Кана.

"Сейчас же важно разобраться с другой проблемой..."

Со Гым-Хян повернулась лицом к Джин Му-Вону. До ее появления Джин Му-Вон уже успел сильно ранить Тхэ Му-Кана. Более того, она заметила, что рана Тхэ Му-Кана не заживает даже с его способностями к регенерации. Это могло означать только то, что боевое искусство Джин Му-Вона противостояло боевому искусству Тхэ Му-Кана.

"После того, как я и Джин Му-Вон ранили его, вероятность того, что Тхэ Му-Кан выживет, равна нулю. Однако тот факт, что я не смогла победить его, используя свою силу, и была вынужден полагаться на оружие, является позором."

"Тем временем последний повелитель Армии Севера, Джин Му-Вон, представляет собой проблему."

"Все считали его котенком. Однако раны Тхэ Му-Кана доказывают тот факт, что он не безобидный котенок, а взрослый тигр с острыми когтями."

"От него нужно избавиться, пока он не стал еще сильнее."

"Хуже всего то, что моя преемница, Ын Ха-Соль, похоже, влюбилась в него? Этого никак нельзя допустить. Сердцем серебряной Души нельзя овладеть, не отказавшись от своих эмоций."

Со Гым-Хян собрала свою Ци. Самое подходящее время для убийства Джин Му-Вона было именно сейчас, пока он сильно ранен.

- Мастер, нет! - Внезапно раздался пронзительный крик Ын Ха-Соль, от которого у Со Гым-Хян заложило уши.

Со Гым-Хян проигнорировала ученицу и подняла руку готовясь к атаке, но из-за того, что она замешкалась на мгновение, Ын Ха-Соль успела втиснуть свое маленькое тело между ней и Джин Му-Воном.

- Ты...

Несмотря на то, что ее тело было на грани жизни и смерти, Ын Ха-Соль вытянула руки в стороны, чтобы защитить Джин Му-Вона.

Бледное лицо, и избитый вид, создавали жалкий образ. Она была в сознании только благодаря действию пилюли Высших Богов. Она понимала, что если будет продолжать в том же духе, то может никогда полностью не восстановиться. Но даже сейчас желание защитить Джин Му-Вона преобладало над заботой о собственном благополучии.

Со Гым-Хян выглядела так, будто вот-вот взорвется. Она прорычала: - Смеешь вставать у меня на пути!?

- Не в этом дело, Мастер.

- В сторону, Ха-Соль. Он потомок Армии Севера, нашего самого ненавистного врага.

- Но он также мой спаситель.

- Что? Ты хоть понимаешь, что говоришь!?

Убийственная аура Со Гым-Хян усилилась. "Простая ученица осмеливается ослушаться меня, своего учителя? Та Ын Ха-Соль, которую я знала, никогда бы так не поступила. Она стала такой только благодаря влиянию Джин Му-Вона."

- Бросаешь вызов мне, своему Мастеру?

Ын Ха-Соль опустилась на колени и простерлась ниц, ударившись лбом об землю.

- Мастер, пожалуйста, умоляю вас.

БУМ! БУМ!

Кожа на лбу Ын Ха-Соль содралась, от удара лбом об землю. Тем не менее, она отказывалась сдвинуться с места.

Со Гым-Хян была вне себя от ярости. Состояние Ын Ха-Соль было критическим, и ей требовалась немедленная медицинская помощь. Ее ученица также должна была знать об этом, но она предпочла защитить Джин Му-Вона, а не себя.

"Возможно, мне следует стереть ей память."

Когда-то давно она сама вот так же стояла на коленях перед своим Мастером. Теперь воспоминания померкли, но почему-то ей казалось, что она видит, как ее прежняя сущность пересекается с нынешней Ын Ха-Соль.

Со Гым-Хян посмотрела на Джин Му-Вона. Как и у ее ученика, в глазах молодого человека была непреклонная решимость, но его взгляд был устремлен только на Ын Ха-Соль.

Она вздохнула: - ...хорошо, я не буду его убивать.

- Спасибо, учитель.

- В обмен на это, ты начнешь тренироваться, используя технику "Серебряного Света Ледяного Кристалла". Поняла?

- Да.

Техника Серебряного Света Ледяного Кристалла могла помочь Ын Ха-Соль овладеть Сердцем серебряной Души за очень короткое время, но риск умереть от нее был также чрезвычайно высок. До сегодняшнего дня Со Гым-Хян откладывала этот вид тренировок, чтобы увеличить шансы своего ученика на выживание. Однако теперь ее ученица должна была понести суровое наказание за свои действия.

С этими словамм Со Гым-Хян отошла. Она была очень расстроена, но знала, что ее ученица хотела попрощаться с Джин Му-Воном.

Наконец, Ын Ха-Соль повернулась лицом к Джин Му-Вону.

Джин Му-Вон лежал посреди руин. Он изо всех сил пытался встать, но не мог пошевелить и пальцем.

- Му... Вон.

- Выгляжу ужасно, согласен. Ха... ха! - Джин Му-Вон горько рассмеялся, но вдруг Ын Ха-Соль положила руки ему на шею и обняла.

Он прикрыл глаза, пытаясь запечатлеть в памяти тепло и аромат ее тела.

Ын Ха-Соль прошептала: - Мне пора.

- Понимаю. - Джин Му-Вон кивнул.

"Как бы мне ни было неприятно, я должен попрощаться. В том состоянии, в котором я сейчас нахожусь, я не смогу защитить Ха-Соль. Если бы ее Мастер не появился вовремя, она бы умерла сегодня."

"Если бы я не был так слаб, она бы никогда не пострадала!"

Кровь текла из сжатых кулаков Джин Му-Вона.

Ын Ха-Соль почувствовала, как мужчина в ее руках задрожал. Она сразу же поняла, о чем он думает, и сказала: - Пожалуйста, не вини себя. Мы оба знали, что этот день рано или поздно наступит.

- В следующий раз я буду тем, кто найдет тебя. Так что... дождись меня!

- Хорошо. - Ын Ха-Соль кивнула, а затем отпустила Джин Му-Вона. Она встала и, прихрамывая, направилась к своему Мастеру.

Джин Му-Вон смотрел ей вслед налитыми кровью глазами. Наконец он смог поднять руку и потянулся за ней, но когда он сомкнул кулак, в его руке ничего не было.

В этот момент Ын Ха-Соль оглянулась и сказала: - Му-Вон, как бы сильно я ни изменилась в будущем... пожалуйста, не ненавидь меня.

- Я никогда не стану тебя ненавидеть!

- Я верю тебе.

Ын Ха-Соль радостно улыбнулась, а затем упала в обморок. Са-Рен подхватил ее и закинул себе на спину.

Со Гым-Хян посмотрела на Джин Му-Вона и сурово сказала: - Последний наследник Армии Севера, предупреждаю тебя. Больше не показывайся на глаза этому ребенку. Иначе будет худо.

Не успел Джин Му-Вон ответить, как Со Гым-Хян развернулась и ушла. Са-Рен последовал прямо за ней.

Джин Му-Вон смотрел им вслед в оцепенении. Только когда они совсем скрылись из виду, он стиснул зубы и поклялся себе: - Я обязательно стану сильнее...

"Теперь у меня появилась еще одна причина стать сильнее!"

От боли в сердце Джин Му-Вон заплакал кровавыми слезами.

Семь лет подготовки I

Эмоции Сео Му-Санга были хаотичны, и это было ясно написано на его лице. После нескольких неприятных сюрпризов за один день ему казалось, что его уже ничто не сможет удивить.

"Что за день... нападение Демона Хаоса, возвращение Тихой Ночи, и самое шокирующее... правда о человеке по имени Джин Му-Вон."

"С того момента, как он показал себя в саду, я подозревал, что он не совсем обычный, но он превзошел все мои ожидания. Даже Дам Су-Чон и Шим Вон-Ли не справились с Тхэ Му-Каном, но он легко мог уклонятся от всех атак того монстра. И самое главное, тот последний прием с мечом, который он применил..."

"От одного воспоминания об этом у меня волосы встают дыбом. Как в этом мире может существовать нечто подобное?"

"По крайней мере, теперь я абсолютно уверен, что человек по имени Джин Му-Вон полноправный наследник не только духа, но и силы Армии Севера. Несмотря на такую мощь, он целых пять лет намеренно скрывал свое присутствие и терпел всевозможные пытки и унижения, ничего не рассказывая. Ни Ченг Па-Сану, ни Шим Вон-Ли не удалось вытянуть из него ни слова."

"Невероятно... будь на его месте я, смог бы я все это пережить?"

"Не думаю. Джин Му-Вон, наверное, единственный человек в мире, у которого хватило терпения молча страдать столько лет. Не говоря уже о том, что посреди всего этого дерьма он превратил свою обиду в силу и тайно тренировал свое боевое искусство до невероятного уровня."

"Однако сейчас, этот страшный человек тяжело ранен, и неподвижно лежит у обвалившейся стены, безучастно смотря в ту сторону, куда ушла Ын Ха-Соль."

"Если я хочу убить его, то сейчас, несомненно, самое подходящее время. Возможно, это единственный шанс убить его. Я - воин Небесной Вершины, и меня отправили в северную крепость, чтобы следить за Джин Му-Воном. Убить его будет правильным решением... но я не могу заставить себя сделать это."

"В конце концов, именно он просветил меня тогда... именно его голос спас меня от моих внутренних демонов. До сегодняшнего дня я не мог быть уверен, что это был он, так как все были уверены, что он не знает никаких боевых искусств."

- Хаа... - Сео Му-Санг не мог не вздохнуть.

Внезапно Джин Му-Вон пошевелился. Его раны были очень серьезными, левая рука была сломана, но он все равно с трудом поднялся на ноги.

Спустя, казалось, целую вечность, Джин Му-Вон, наконец, встал. Ему было больно и трудно перевести дыхание, тело шаталось при каждом движении, но это не мешало ему идти вперед, шаг за шагом.

Он поднял голову и посмотрел на полностью уничтоженную северную крепость. Эта крепость выдержала бесчисленные нашествия Тихой Ночи, но после одной битвы с Тхэ Му-Каном ей пришел конец. Остались только Башня Теней и несколько павильонов.

Джин Му-Вон, шатаясь, направился к Башне Теней. По пути он несколько раз падал, но каждый раз поднимался и продолжал идти к башне.

Сео Му-Санг наблюдал за Джин Му-Воном с ошарашенным выражением лица. Джин Му-Вон должен был понимать, что за ним наблюдают, но ни разу не попросил о помощи. Сео Му-Санг не мог не восхищаться гордостью и упрямством молодого человека.

"У суровости к себе должен быть предел..."

Сео Му-Санг передумал убивать Джин Му-Вона. Он был обязан юноше жизнью, и кусать руку, которая его кормила, было против его принципов.

После того как Джин Му-Вон вошел в Башню Теней, Сео Му-Санг начал перестраивать свои мысли. Пришло время принимать решение.

Время летело, и не успел Сео Му-Санг оглянуться, как взошло солнце, предвещая рассвет нового дня. После целой ночи, проведенной в раздумьях, он точно знал, что ему делать.

Он встал и начал собирать трупы своих бывших товарищей. Независимо от того, нравились они ему или нет, они сопровождали его все эти три года. Несмотря на то, что он думал, что подготовился морально, вид их изуродованных трупов все равно разрывал ему сердце.

"Вон Чок-Сим, Ю Ген-Чун, Но Чжи-Кван... Все здесь, кроме капитана Ченг Па-Сана."

"Так этот ублюдок сбежал, да?"

ХРУСТ!

Сео Му-Санг стиснул зубы. Если бы кто-то другой из Третьей роты сбежал, он бы, наверное, смог их простить. Однако их капитан, Ченг Па-Сан, был исключением. Как капитан, он отвечал за их жизни. Бросить своих подчиненных и оставить их умирать было позорно и непростительно.

"Я никогда больше не буду служить такому человеку" - Подумал Сео Му-Санг, собирая хворост вокруг руин крепости. Затем он положил трупы наемников Третьей роты на хворост.

- Простите, я не смог защитить никого из вас, - Шептал он про себя, слезы текли по его лицу.

Он разжег костер и молча наблюдал, как пламя забирает трупы его друзей и коллег. Вскоре крепость наполнилась удушливым запахом гари.

Сео Му-Санг дождался, пока все трупы кремируются, и погасил огонь. Он поискал в пепле оставшиеся кости, затем измельчил их в порошок и насыпал в небольшой кожаный мешочек.

- Я обязательно верну вас обратно в центральные равнины, - Поклялся он. Наемники Третьей роты очень хотели вернуться домой, и меньшее, что он мог сделать, это помочь им исполнить их последние желания.

Возможно, он слишком много плакал, но он больше не чувствовал грусти, только пустоту. Но стоило ему вспомнить предательство Ченг Па-Сана и Шим Вон-Ли, как пустота наполнилась яростью.

Внезапно он повернулся лицом к трупу Ёп-Воля. Несмотря на то, что Ёп-Воль был брошен своим хозяином Шим Вон-Ли, он принял это как свою судьбу.

- В конце концов, ты стал всего лишь одноразовым инструментом.

Хотя он и завидовал Ёп-Волю, но в мире, где правит Небесная Вершина, даже он не мог выделиться. Возможно, Ёп-Воль думал положиться на Шим Вон-Ли, чтобы реализовать свои амбиции, но в итоге он заплатил самую высокую цену, как только Шим Вон-Ли столкнулся с врагом, которого не смог победить.

"Мне нужно стать сильнее, чтобы никто не посмел использовать меня и выбросить."

Легко сказать, но нелегко сделать. Сео Му-Санг думал о том, как изменился его взгляд на мир после трех лет жизни в северной крепости.

Внешне он выглядел практически так же, но внутри он стал другим человеком.

Именно из-за этих перемен он решил не покидать северную крепость. Вместо этого он сел у Башни Теней и спокойно начал ждать, когда выйдет Джин Му-Вон.

В итоге он прождал целых пять дней. Когда он наконец увидел Джин Му-Вона, лицо молодого человека было еще немного бледным, а раны еще не полностью зажили, но выглядел он гораздо лучше, чем пять дней назад.

Забыв про Сео Му-Санга, Джин Му-Вон провел последние пять дней, используя искусство Десяти Тысяч Теней, чтобы залечить свои раны. К счастью, он не был обычным человеком. Сейчас он еще далеко не полностью восстановился, но, по крайней мере, его жизни больше ничего не угрожает.

Ему нужно было медитировать еще много дней, прежде чем он сможет вернуться в идеальное состояние. Однако решение нынешней проблемы было важнее, поэтому он встал и вышел на улицу.

Как и Сео Му-Санг, он бродил по руинам, время от времени копаясь в обломках. Через день он наконец нашел то, что искал: обсидиановый камень размером с ребенка.

Этот камень был подарком Хван-Чоля, когда тот посещал крепость несколько лет назад. Это был метеорит, упавший с неба, которому поклонялось одно племя словно богу. Джин Му-Вон использовал местонахождение камня как маркер, чтобы откопать больше вещей под завалами.

Пока он рылся в руинах, Джин Му-Вон почувствовал, что Сео Му-Санг тихонько наблюдает за ним. Однако тот ничего не говорил. Атмосфера между ними была слишком неловкой.

Поэтому один наблюдал за тем, как другой делает все, что ему заблагорассудится. Они не разговаривали, но им и не нужно было разговаривать. Ни одному из них не составляло труда догадаться, о чем думает другой.

Когда он наконец нашел все свои вещи, Джин Му-Вон подошел к Сео Му-Сангу. Молодой человек был с ног до головы покрыт пылью от обломков, и выглядел так, будто ему очень нужна ванна.

По всему его грязному лицу были струпья, а одежда порвана и окровавлена.

"Даже в таком состоянии, его глаза по-прежнему внимательны и сосредоточены" - Подумал Сео Му-Санг, встретившись с взглядом Джин Му-Вона. Он спросил: - Ты собираешься покинуть крепость?

- Да. Пришло время мне уйти.

- Так и знал! - Сео Му-Санг кивнул.

"Так и знал, что все придет к этому. Джин Му-Вон не настолько глуп, чтобы продолжать оставаться в северной крепости."

"Скоро Небесная Вершина направит сюда группу, чтобы докопаться до истины. Сбежавшие уже сообщили им о Тхэ Му-Кане и Тихой Ночи, так что Девять Небес ни за что не станут сидеть сложа руки."

"Однако, если он останется здесь, Джин Му-Вона обязательно схватят и допросят. Неважно, имеет ли он отношение к этому делу или нет, потому что в конечном итоге вину переложат на него."

- А что насчет тебя? Что ты собираешься делать? - Спросил Джин Му-Вон.

- Я, наверное, вернусь в Небесную Вершину. Там я должен кое-что уладить.

- Ты же в курсе, что они тебя в покое не оставят?

- Возможно. - Сео Му-Санг бесстрастно пожал плечами, как будто Джин Му-Вон говорил о ком-то другом.

Как только Джин Му-Вон покинет крепость, Сео Му-Санг станет единственным выжившим после резни и единственным источником информации для Девяти Небес. Зная их, его наверняка будут пытать.

Но несмотря на это, Сео Му-Санг по-прежнему настаивал на том, что хочет вернуться. Судя по решительному взгляду Сео Му-Санга, Джин Му-Вон понял, что никакие его слова не заставят наемника передумать.

- Я клянусь своей жизнью и честью, что абсолютно ничего не расскажу им о тебе.

Джин Му-Вон кивнул. Сео Му-Санг был человеком слова. Именно поэтому он не только направил его к Трансцендентности, но и оставил в живых после расправы над Тхэ Му-Каном. Если бы Сео Му-Санг был ненадежным человеком, то, как бы тяжело он ни был ранен после битвы, он бы убил его.

Внезапно Сео Му-Сан изменил манеру общения с Джин Му-Воном. Как будто он разговаривал с равным: - Также, я прошу прощения за свою прежнюю грубость. Нет человека, которого я бы уважал больше, чем вашего отца. Я знаю, что это звучит как оправдание, но когда я увидел, каким слабым и жалким выглядит сын человека, которым я восхищался много лет, я просто не мог вас простить.

Джин Му-Вон молча смотрел на Сео Му-Санга, ожидая продолжения.

- ...но теперь я все понял. У вас не было другого выбора, кроме как скрываться. И спасибо вам за наставления, которое дали мне тогда, и простите меня за мою грубость в прошлом.

- Встань. Как ты уже сказал, все давно в прошлом.

- Нет, это очень важно для меня.

Сео Му-Санг посмотрел на Джин Му-Вона, затем на юг, где находилась центральная равнина. Он собрал всю свою решимость, стиснул зубы и опустился на колени перед Джин Му-Воном.

Склонив голову, он воскликнул: - Я, Сео Му-Санг, клянусь в верности моему господину, Джин Му-Вону! С этого дня я клянусь богам, что буду жить ради вас и умру за вас! Отныне и до конца жизни я буду служить вам и только вам!

Это решение не было поспешным. Последние пять дней Сео Му-Санг многое обдумывал. Он неоднократно задавал себе вопросы, но в конце концов кое-что понял.

Этот человек обязательно восстановит Армию Севера и приведет ее к былому величию.

"В этом мире, где люди каждый божий день предают друг друга, а злые умыслы по отношению к другим не уменьшаются, Джин Му-Вон - единственный человек с по-настоящему искренним сердцем и горячими амбициями. Если я не выберу его своим господином, кто еще достоин моей верности?"

"Джин Му-Вон - это свет, который в будущем сильнее засияет в этом сером мире."

Сердце Сео Му-Санга заколотилось в предвкушении.

ТУМП! ТУМП!

Сео Му-Санг снова и снова ударялся головой о землю. Кожа на лбу содралась, текла кровь, но он даже не дрогнул.

- Мой господин, пожалуйста, примите меня в свои слуги! Позвольте мне стать мечом, убивающим ваших врагов! - Страстно произнес Сео Му-Санг, вложив в свой голос всю душу.

Джин Му-Вон некоторое время мерил взглядом Сео Му-Санга, а затем ответил: - Пожалуйста, встань!

- Мой господин! - Сео Му-Санг продолжал биться головой о землю.

Он неправильно его понял. Джин Му-Вон спокойно пояснил: - Я согласен. Отныне ты мой первый последователь и меч.

- Спасибо, мой господин. Большое спасибо!

- А теперь наконец встань!

- Есть!

Сео Му-Санг быстро вскочил на ноги.

Сердце Джин Му-Вона было устремлено в будущее. Хотя столетний фундамент Армии Севера погрузился в руины, он не считал, что это конец. Пусть люди и крепость исчезли, но он был еще жив.

Более того, он только что получил первого последователя.

Из-за нападения Тхэ Му-Кана он потерял одного человека, но взамен приобрел другого.

☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆

Красновато-оранжевое пламя устремилось в небо, и стремительно поглощало руины северной крепости.

ТРЕСК! БАМ! БУМ!

Башня Теней рухнула, быстро исчезнув в огне. Она гордо стояла на протяжении ста лет, но даже ее не спасло пламя.

Джин Му-Вон и Сео Му-Санг стояли вдалеке и смотрели, как сгорает крепость. Они чувствовали сильный жар даже там, где стояли.

Вдруг Сео Му-Санг посмотрел на Джин Му-Вона. Молодой человек невозмутимо наблюдал за концом северной крепости. Для него крепость была просто физическим воплощением духа Армии Севера; пока душа оставалась нетронутой, зданиями можно было пожертвовать при необходимости.

...и он пожертвовал ими. Именно Джин Му-Вон поджег крепость.

Через два дня пламя окончательно погасло, оставив после себя лишь пепел. Последнее свидетельство столетней войны Армии Севера с Тихой Ночью исчезло.

Джин Му-Вон покрутился на месте. Он не жалел о содеянном. Прошлое было прошлым, и пришло время отпустить его и идти на встречу к будущему.

Хван-Чоль стоял рядом с ними, держа в руках поводья двух лошадей. Как только он получил известие о визите Шим Вон-Ли в северную крепость, его охватило беспокойство, и он со всей скоростью понесся на север.

- Молодой господин... - Пробормотал он, всхлипывая. Несмотря на то, что он спешил изо всех сил, он все равно не успел вовремя к атаке Тхэ Му-Кана. Это, естественно, означало, что он не успел помочь своему молодому господину в трудную минуту.

Джин Му-Вон улыбнулся Хван-Чолю. Он понимал его боль от сожжения северной крепости, но не разделял ее. Крепость была его оковами, и теперь он был свободен.

Он сел на одну из лошадей, которых приготовил Хван-Чоль.

Сео Му-Санг подошел к Джин Му-Вону и поклонился: - До следующей нашей встречи, пожалуйста, позаботьтесь о себе, господин.

- Возможно, пройдет много времени.

- Это неважно. Я буду ждать столько, сколько вы сочтете нужным.

- Хорошо. Ты тоже будь осторожен.

- Спасибо, но господину нет нужды беспокоиться обо мне.

Сео Му-Санг положил кулак на грудь; на его лице появилось решительное выражение.

- Что ж, тогда...

Джин Му-Вон погнал свою лошадь вперед, быстро перейдя на галоп.

- ...до следующей встречи, воин Сео.

- Дядя Хван, надеюсь, что вы позаботьтесь о господине.

- Не волнуйся. - Хван-Чоль попрощался с Сео Му-Сангом, а затем сел на лошадь и уехал вслед за Джин Му-Воном.

Сео Му-Санг молча наблюдал, как двое мужчин исчезают вдали. Даже когда они уехали, он все еще стоял на том же месте, не шевелясь.

"Мой господин!" - Воскликнул он про себя.

"Дремлющий дракон наконец-то пробудился и отправился наращивать себе крылья..."

"Я должен подготовиться к тому времени, когда он вернется. Это моя главная обязанность как его первого меча."

Сео Му-Санг сел на землю и закрыл глаза.

Несколько дней назад, после того как он поклялся в вечной верности Джин Му-Вону, они обсудили множество вещей, от планов Джин Му-Вона на будущее до текущей ситуации Сео Му-Санга.

Кроме того, Джин Му-Вон обучил Сео Му-Санга одному из боевых искусств, написанных на стене Десяти Тысяч Теней, - "Струящемуся Потоку".

Строящийся Поток - это техника ходьбы, созданная Нам Ун-Саном, повелителем Армии Севера второго поколения. Он черпал вдохновение в текущем ручье, чтобы создать технику ног, состоящую из меандрирующих движений. Джин Му-Вон посчитал, что эта техника ног идеально дополняет технику Сео Му-Санга "Голубое Облако", поэтому обучил его ей; и как оказалось, разрушительная сила техники Сео Му-Санга возросла в разы.

Сео Му-Санг прокручивал в голове детали Струящегося Потока.

"...сколько дней прошло?"

Внезапно его глаза распахнулись.

ТОП! ТОП!

Земля под ним содрогнулась. Группа всадников скакала галопом к месту, где когда-то стояла северная крепость. Человек во главе всадников держал огромный флаг с символом Небесной Вершины.

- Наконец-то... - Пробормотал Сео Му-Санг, вставая.

"Как я и думал. Группа, посланная Небесной Вершиной, давно выдвинулась сюда. Путь до ближайшего филиала занимает пять дней, поэтому, если учесть время, необходимое группе Дам Су-Чона, чтобы добраться до этого самого филиала, и время, необходимое Небесной Вершине, чтобы организовать группу и отправить их сюда, то получается, что они прошло примерно пятнадцать дней."

Заметив Сео Му-Санга, группа всадников изменила направление, чтобы окружить его. Их было более сотни, и Сео Му-Санг с первого взгляда определил, что все они принадлежат к элите. В частности, их капитан излучал ауру, которая выделяла его среди остальных.

Капитану было около сорока лет, у него было угловатое лицо и свирепые, как у тигра, глаза. На спине он нес гигантское, устрашающее дао.

Сео Му-Санг уже слышал имя этого человека. Это был Ян Ман-Чок, глава филиала Небесной Вершины в Синине. В регионе Цинхай его сила была беспрецедентной, из-за чего его прозвали "Дикарь из Цинхая".

Как и его тезка, внешность, и характер его были дикими. Кроме того, Сео Му-Санг был уверен, что Шим Вон-Ли и Сео-Мун Хва Рен побегут к филиалу в Синине, так как это был ближайший филиал к северной крепости. Поэтому, хотя Сео Му-Сан никогда раньше не встречал Ян Ман-Чока, он сразу узнал его.

Десять дней назад, как только Ян Ман-Чок получил сообщение Шим Вон-Ли о повторном появлении Тихой Ночи, он немедленно созвал своих людей, а также всех муримских Мастеров, живущих поблизости, и сформировал группу из ста элитных воинов.

Ян Ман-Чок достав дао из-за спины, направил его на Сео Му-Санга: - Кто ты? Назови свое имя и на кого работаешь!

- Я заместитель капитана Сео Му-Санг из Третьей роты, группы наемников, работающих на Небесную Вершину.

- Ты один из наемников?

Ян Ман-Чок приподнял бровь и с подозрением стал разглядывать Сео Му-Санга. Сео Му-Санг бросил ему жетон, подтверждающий, что он работает на Небесную Вершину.

Но даже увидев жетон, Ян Ман-Чок не ослабил бдительности. Жетон был настоящим, но его владелец мог быть самозванцем.

- Где остальные выжившие?

- Я единственный.

- ...хочешь сказать, что ты единственный человек, который выжил в этой бойне?

- Так точно!

- А что насчет повелителя Армии Севера?

- Думаю, что он мертв.

- Ты видел его смерть своими глазами?

- В последний раз я видел его в ловушке, когда загорелась крепость. Я не видел, чтобы он выбрался, поэтому решил, что он погиб в там.

Ян Ман-Чок сверлил взглядом Сео Му-Санга, но наемник не избегал его.

- Хмпф! Мы все узнаем, когда проведем расследование. Эй! Свяжите его, а затем отведите в филиал Синин. Там мы его допросим!

- Есть!

Два воина подошли к Сео Му-Сангу и запечатали его меридианы. Сео Му-Санг заранее предвидел такой исход событий, поэтому не стал сопротивляться и спокойно позволил им связать его.

После того, как его доставят в филиал Синин, они будут пытать его, чтобы выяснить, связан ли он с Тихой Ночью, как он выжил и правда ли Джин Му-Вон умер. Только убедившись в его невиновности, они освободят его из заключения и позволят вернуться в Небесную Вершину.

Убедившись, что Сео Му-Санг связан, Ян Ман-Чок повернулся лицом к своим людям и крикнул: - Разделитесь на две группы и обыщите местность!

Семь лет подготовки II

(*из-за количества символов, марафон сбавляется с 4 глав в день, до одной-двух. если количество символов нормализуется с последующими главами, график возобновится)

В течение нескольких дней Джин Му-Вон скакал навстречу закату, пока, наконец, не добрался до одинокой бесплодной горы, расположенной к западу от северной крепости. Гора, возвышавшаяся над плоской, пустынной равниной, внешне ничем не отличалась от необитаемого острова посреди океана, разве что от скал исходила неземная, зловещая аура.

Первоначальное название этой скалистой горы было Киновари, но из-за ее гнетущей ауры, не позволяющая дать растениям расти на ней или рядом с ней, а также из-за того, что она отпугивала как людей, так и животных, ее чаще называли гора Призрак.

Но самое главное для Джин Му-Вона это то, что Девять Небес не знали о существовании этой горы.

- Молодой господин, вы серьезно настроены жить здесь? - Хван-Чоль при одном мыслей о том, что он оставит Джин Му-Вона одного в этом пустынном месте, - пока сам вернется в центральную равнину, - приводила в ужас.

Напротив, Джин Му-Вону это место очень понравилось. Он ответил: - Да, останусь. Это идеальное место для меня, чтобы сосредоточиться на изучении боевых искусств.

Когда он жил в северной крепости, за ним день и ночь пристально следили наемники Небесной Вершины. По крайней мере, здесь ему не нужно быть постоянно начеку и тщательно подбирать каждое слово.

Для всего мира человек по имени Джин Му-Вон мертв. Поначалу они могут отнестись к этому с подозрением, но со временем они забудут его и перейдут к следующей интересной сплетне, ибо такова истинная природа человека.

Если и есть какие-то проблемы с проживанием здесь, то это трудности с обеспечением предметов первой необходимости. В этом вопросе ему придется полагаться на сезонные визиты Хван-Чоля.

- Дядя Хван, я знаю, что вам будет тяжело, но не могли бы вы и дальше присылать мне припасы?

- О боже, господин! Забота о вас - мой долг. Я сделаю все возможно, а вы сосредоточьтесь на изучении боевых искусств.

Джин Му-Вон улыбнулся и сказал: - Спасибо, дядя Хван.

Однако вместо того, чтобы успокоить Хван-Чоля, улыбка Джин Му-Вона заставила его почувствовать себя еще более виноватым.

Джин Му-Вон посмотрел на возвышавшуюся перед ним гигантскую гору.

"Это место, где я расправлю крылья и взлечу."

☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆

После ухода Хван-Чоля, Джин Му-Вон отнес свои вещи в пещеру на склоне горы. Пещера, образованная естественным образом, была широкой и глубокой, идеально подходящей для проживания и тренировок.

Закончив с разгрузкой, Джин Му-Вон не стал отдыхать. Вместо этого он сложил большие камни в определенную форму, затем направился к подножию горы и наполнил мешок землей.

Сломанная кость в левой руке еще не зажила, а потому было больно прикладывать много сил, но Джин Му-Вон не хотел делать перерыв. Вскоре его тело покрылось потом, а мышцы неконтролируемо дергались от перенапряжения.

Тем не менее, он не остановился. Он зачерпнул немного воды из трещины в скалах возле пещеры и смешал ее с землей, пока в итоге не получилась глина. Затем он использовал глину, чтобы заполнить трещины между большими камнями, которые он нагромоздил недавно.

Вот так, через три дня, Джин Му-Вон закончил делать гигантскую печь, в три раза превышающую по размеру и толщине ту, что была в его старой кузнице. Причиной для такой большой печи было в том, что в окрестностях горы не было дров. Вместо них, согласно "записям о тысяче оружий", он должен найти уголь. Пламя, образующееся при горении угля, было намного жарче, чем при горении дров, поэтому ему нужна была печь, способная выдерживать гораздо более высокие температуры.

Через два дня, порыскав по горам, он нашел место, где можно было добыть черный камень, который соответствовал описанию "угля" в "записях о тысячи оружий".

- Фу!

Джин Му-Вон наблюдал за белым пламенем в новой печи. От нее исходил такой жар, что даже на расстоянии перехватывало дыхание.

Он бросил в печь несколько кусков железной руды. Ему нужно было выковать себе новый меч, ведь тот, что он сделал раньше, был разбит во время битвы с Тхэ Му-Каном.

Новый меч должен превосходить прежнего.

Само кузнечное дело также было хорошим способом скоротать время, пока он восстанавливался после ранений. С тех пор как Тхэ Му-Кан сломал ему ребра, прошло две недели, но даже с помощью искусства Десяти Тысяч Теней ему нужно было отдыхать и медитировать между кузнечными работами еще две недели, чтобы полностью восстановиться.

- Хуу...

Джин Му-Вон глубоко вздохнул и посмотрел на кроваво-красную скальную стену перед собой. Это была самая большая скала у горы Киновари высотой 300 футов и шириной 500 футов.

Как будто гигант среди гигантов смотрит на него сверху вниз; само величие и превосходство природы стремится сокрушить его дух.

Эта стена - хребет горы Киновари, а красный цвет - ее кровь.

"Назову эту стену "Стена Меча"."

"С этого момента ты будешь моим противником."

Джин Му-Вон держал в руке новый короткий меч, на ковку которого он потратил последний месяц.

Его длина составляла два фута и семь дюймов, а весил он около полуфунта. Остроту его лезвия можно было определить по тому, как сверкала сталь в ярком солнечном свете.

Для создания этого меча Джин Му-Вон использовал все известные ему техники ковки, поэтому его размер и вес идеально подходили ему. Внешне он выглядел грубовато, но он был очень доволен своей работой.

Он влил Ци в клинок, и тот зажужжал в ответ. Это был меч, признающий его Ци.

Поддерживая Ци в клинке, он закрыл глаза и призвал Теневой Клинок Разрушения.

Он был повелителем Армии Севера, а все повелители Армии Севера больше хотели сражаться на фронте, чем сидеть и наслаждаться жизнью, потому что только сражаясь с Тихой Ночью, они могли стать сильнее и получить еще больше вдохновения для совершенствования своих боевых искусств.

Теневой Клинок Разрушения стал кульминацией их усилий.

Никто не понимал плюсы и минусы боевых искусств Тихой Ночи лучше, чем повелители Армии Севера. Теневой Клинок Разрушения стал результатом обобщения всех знаний, собранных ими за сто лет.

Однако Теневой Клинок Разрушения не был первоначальным названием техники меча. Ранее он назывался "Меч Уничтожающий Демонов" - меч, созданный для уничтожения демонов Тихой Ночи.

Когда Девять Небес предали Армию Севера, Джин Кван-Хо решил изменить название техники. По итогу меч превратился в тень, который убивает не только демонов, но и разрушает небеса - "Теневой Клинок Разрушения". Новое название было отражением ярости и ненависти Джин Кван-Хо к Небесной Вершине и Девяти Небесам.

Джин Му-Вон мысленно перебрал шесть основных форм "Теневого Клинка Разрушения".

+ Разрушение Души

+ Небесная Стена (*тут не особо понял)

+ Разделение Небосвода

+ Шторм

+ Кровавая Вспышка

+ Теневая Техника

Как и ожидалось от совместного творения многочисленных повелителей Армии Севера, защитников мира, всего одна из шести базовых форм могла считаться равной по силе Тихой Ночи и центральной равнины.

Однако по-настоящему страшная часть Теневого Клинка Разрушения могла быть реализована только тогда, когда объединены несколько форм. Его истинная сила заключалась не в сумме шести отдельных форм, а в силе шести форм, умноженных вместе.

Например, если объединить Разрушение Души и Небесную Стену, то получится новая форма, явно отличающаяся от двух первоначальных. Аналогично, если объединить Разделение Небосвода и Шторм, то получится еще одна новая форма. Теоретически, объединив всего две формы, можно было создать тридцать новых форм. Если прибавить это число к шести базовым формам, то всего получится тридцать шесть форм. И это был не предел.

Однако ключевым словом здесь было "теоретически". Даже Джин Му-Вон не знал, получится ли у него это выполнить, ведь никто из его предшественников не достиг такого уровня мастерства.

На данный момент Джин Му-Вон изучил только первые три из шести базовых форм. И даже тогда ему потребовалось повторить множество эксперименты и неудач, чтобы устранить ошибки и проблемы с формами. Превратить теоретическое боевое искусство в реальность оказалось гораздо сложнее, чем он думал.

Он не знал, сколько еще времени и усилий потребуется ему, чтобы исправить оставшиеся три формы, но чувствовал, что если он будет продолжать пытаться, то однажды обязательно добьется успеха.

Путь Меча.

"Нынешний я все еще стою в начале этого пути."

"К счастью, оковы сдерживающие меня исчезли. И я наконец-то могу начать двигаться вперед."

Вдруг Джин Му-Вон посмотрел на небо и прошептал про себя: - Клянусь, не пройдет много времени прежде чем вы встретимся вновь, Ха-Соль.

В данный момент Добро и Зло, Небесная Вершина и Тихая Ночь были вещами, которые не имели к нему никакого отношения.

Он повернулся лицом к Стене Мечей и взмахнул клинком.

Меч вскрикнул, и поднялся ветер.

☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆

Торговая ассоциация Белый Дракон была одной из десяти крупных компаний, в которую входили десять крупнейших торговых компаний мира. Финансовой мощи, которой она обладала, было достаточно, чтобы встревожить даже королевскую семью. Хотя она была единственной из десяти крупных компаний, расположенной не в центральной равнине, однако в городе Ланьчжоу провинции Ганьсу, по силе и влиянию она ничуть не уступала остальным девяти.

Штаб-квартира торговой ассоциации Белого Дракона была самым большим поместьем в Ланьчжоу, в котором было более двадцати залов, вилл и павильонов. В штаб-квартире работало более пятисот человек, а если учесть работников филиалов, то их число легко достигало нескольких тысяч.

Хотя их филиалы были разбросаны по всему миру, их влияние в городе Ланьчжоу было самым внушающим. В городе не было ни одного человека, который не был бы связан с торговой ассоциацией Белого Дракона, и, конечно, не было ни одного предприятия, которое бы не принадлежало им или не находилось в партнерстве с ними.

Главные ворота в поместье торговой ассоциации Белый Дракон была широкой и величественной. Она была построена таким образом, чтобы через нее могли протиснуться три или четыре кареты, запряженные лошадьми. Как только человек вступал на территорию ассоциации, он оказывался на большой площади, в которой могли выступать сотни танцоров.

Большой зал, выходящий на эту площадь, назывался залом Белого Дракона. Зал был лицом ассоциации торговцев Белого Дракона, здесь принимались все крупные и мелкие решения. Из-за своей важности он охранялся дюжиной первоклассных мастеров боевых искусств днем и ночью. Многие из охранников были даже мастерами боевых искусств с небольшой известностью в мире мурима.

Сейчас в зале Белого Дракона за длинным столом собрались 20 человек. Каждый из них был главой определенного филиала, и они составляли руководящий орган торговой ассоциации Белого Дракона.

В конце стола сидела пожилая женщина в белом одеяние. Хотя ее волосы поседели от старости, однако ауру власти, которую она излучала, невозможно было не почувствовать; она была главой торговой ассоциации Белый Дракон, а также верховным лидером одной из десяти крупнейших компаний мира.

Имя ей Чан Му-Хва, но чаще ее называли "Старым Матриархом".

Когда она была молода, Старый Матриарх вышла замуж за представителя высшего эшелона торговой ассоциации Белого Дракона. В те времена ассоциация не входила в число десяти крупных компаний, а была одним из многих малых и средних предприятий.

После замужества она полностью посвятила себя помощи бизнесу мужа. Благодаря усилиям талантливой пары, торговая ассоциация Белого Дракона становилась все больше и больше, все богаче и богаче. Супруги всецело полагались друг на друга, и со временем их семья пополнилась четырьмя сыновьями и тремя дочерьми.

Это были счастливые дни. Однако они длились недолго. Однажды, менее чем через десять лет после свадьбы, муж был убит группой головорезов, когда он сопровождал один из их караванов. Впоследствии, словно подливая масла в огонь, все больше и больше поставок ассоциации торговцев Белый Дракон задерживались, а их клиенты жаловались.

Когда ассоциация столкнулась с самым тяжелым кризисом, Старый Матриарх вышла вперед и взяла руководство на себя. У нее не было времени оплакивать погибшего мужа, потому что ей нужно было стоять на вершине и спокойно решать проблемы компании одну за другой.

Чтобы продлить сроки поставки, она лично посещала клиентов и умоляла их. Кроме того, она рисковала собственной жизнью, пока сопровождала караваны на их торговых путях, хотя несколько раз чуть не погибла от рук бандитов. Постепенно клиенты, потерявшие веру в нее и ассоциацию, стали признавать ее страсть и мужество.

Таким образом, торговая ассоциация Белого Дракона добилась огромного успеха и даже стала одной из десяти крупных компаний. Без Старого Матриарха, вся эта ассоциация кануло бы в лету.

Для Старой Матриарх торговая ассоциация Белого Дракона была ее ребенком. В свою очередь, не только ее собственные семь детей, но и все члены ассоциации верили в нее, как в родную мать. В ассоциации ее положение было абсолютным, и людей, готовых пожертвовать собой ради нее, было много.

Сейчас среди лидеров, собравшихся в зале Белого Дракона, было несколько ее собственных детей. Ее старший сын Юн Ху-Мен, третий сын Юн Джу-Мен и младшая дочь Юн Со-Ин. Остальные ее дети были либо отправлены управлять филиалами, либо находились в дороге с караваном.

Старая Матриарх очень гордилась всеми своими детьми. Ни к кому из них она не проявляла особого отношения и заставляла их работать, начиная с самых низов. Только когда они доказали свои способности, она позволила им заниматься более важными вещами.

Юн Ху-Мен, будучи ее старшим сыном, с юных лет сопровождал ее на торговых маршрутах. Он прошел с ней огонь и воду, а сам был способным и любимым. Можно даже сказать, что отношение Юн Ху-Мена к своим работникам и ведение дел очень напоминало его мать. По всем этим причинам Старый Матриарх согласилась, чтобы он стал ее преемником, и объявила об этом остальным членам ассоциации.

После утверждения Юн Ху-Мена в качестве преемника, Старый Матриарх постепенно передала ему бразды правления и начала отстраняться от большинства дел в ассоциации, за исключением самых важных решений.

Фактически, она впервые за долгое время принимала участие в собрании. Это показывало, насколько важными были вопросы, которые они собирались обсудить.

После долгого молчания Старая Матриарх сказала: - Я слышала, что в последнее время напряженность в Юннань растет.

- Верно.

- Хм... - Старая Матриарх нахмурилась.

Юннань находилась довольно далеко от их штаб-квартиры, и управлять делами отсюда не так просто. Поэтому в ассоциации торговцев Белого Дракона было много призывов к тому, чтобы она закрыла филиал в Юннань. Однако она не обращала на них внимания и решила сохранить филиал, поскольку его основал ее третий сын Юн Джу-Мен.

Семь лет назад Юн Джу-Мен, рискуя жизнью, основал филиал в Юннане, что привело к быстрому расширению компании. Поэтому, хотя он больше не работал там, Юн Джу-Мен все еще чувствовал эмоциональную привязанность к этому филиалу.

Он встал и заявил: - Я хочу отправиться в Юннань.

У Юн Джу-Мена было такое выражение лица, будто он был готов умереть за свое наследие. До недавнего времени дела в филиале Юннань шли очень хорошо. Они торговали с тамошними племенами и получали товары, которые нельзя было отыскать больше нигде. Перевозя эти товары на север и продавая их, торговая ассоциация Белого Дракона получала огромную прибыль.

Однако прибыль от этого бизнеса внезапно упала до половины от прежней. Для торговой ассоциации Белый Дракон это стало неожиданностью. Поэтому они решили провести экстренное собрание.

- Я не согласен. Мама, если брат оставит ассоциацию, то штаб-квартира не сможет нормально функционировать. Мы должны послать в Юньнань кого-то другого.

- Ху, это филиал, который я лично создал. Никто здесь не понимает Юннань лучше меня. Поэтому, пожалуйста, позволь мне поехать туда.

Юн Ху-Мен хотел заставить младшего брата остаться, но решимость в глазах Юн Джу-Мена была настолько всепоглощающей, что даже Юн Ху-Мен опешил.

Юн Ху-Мен понимал, что его брат - самый подходящий вариант для посланника. Но он не хотел, чтобы тот ехал туда, потому что никто не знал, что происходит в данный момент в Юннане; он также не хотел подвергать опасности своего любимого младшего брата.

Однако он не мог сказать об этом в присутствии всех руководителей торговой ассоциации Белого Дракона. Его мать, Старая Матриарх, никогда бы не позволила им смешивать личные дела с официальными. Это было бы несправедливо по отношению к лидерам, не имеющим с ней кровного родства.

Так, один за другим каждый из лидеров высказался.

- Я думаю, что И Со-Юн, ученый сотни схем, - самый подходящий вариант на посланника. Он решителен, хитер и сможет быстро решить проблему в Юннане.

- А он разве ничего не знает о ситуации в Юннане? Я по-прежнему считаю, что туда должен отправиться Юн Джу-Мен.

- Тогда как насчет главы зала Тысячи Клинков?

- Может он сильный, но не очень сообразительный. Не думаю, что это задание ему подходит.

- Но...

Внутри зала воцарился хаос, пока все высказывали свои мнения. Во время всего этого Старый Матриарх хранила молчание. Только когда дискуссия стала менее острой, Старая Матриарх возобновила разговор.

- Джу-Мен! - Сказала она.

Зал мгновенно погрузился в тишину. Даже Юн Ху-Мен не осмелился ничего сказать; все молча ждали, когда Старая Матриарх продолжит.

Юн Джу-Мен выпрямил спину и ответил: - Да, мама!

- Ты правда хочешь отправиться в Юннань?

- Мама, я человек, который лучше всех понимает экономику Юннань. Это то, что я должен сделать.

- То, что ты говоришь, имеет большой смысл. - Старый Матриарх кивнула.

- Если я решу отправить тебя туда, кого ты возьмешь с собой?

- Я хочу взять с собой охрану. Пока на моей стороне будет командир отряда охраны Нам Ин-Гель и его подчиненные, я смогу преодолеть любые опасности.

Отряд охраны был одной из секретных групп, входящих в состав торговой ассоциации Белый Дракон. Он состоял из группы мастеров боевых искусств высшего уровня, и их задачей была охрана самых важных караванов ассоциации, в которые входили либо огромные суммы денег, либо драгоценные сокровища, либо секретные грузы.

Командир отряда Нам Ин-Гель, в частности, был Мастером среди Мастеров. Чтобы нанять его, торговая ассоциация Белого Дракона платит ему немыслимую сумму денег.

- В таком случае, ты должен взять с собой еще одного человека.

- Кого?

- Хвана.

- Хвана? - Глаза Юн Джу-Мена расширились от удивления.

Старая Матриарх рассмеялась и сказала: - Хван - человек, которому можно доверять. Если что-то пойдет не так, попроси его передать нам сообщение.

- Понял.

Юн Джу-Мен был знаком с человеком, которого называли Хван. Семь лет назад, когда он открыл отделение в Юннане, Хван был частью его группы, и он не считал, что этот человек чем-то выделяется или особенно запоминается. Однако, поскольку мать специально воспитывала его, ему пришлось взять с собой Хвана.

- Будь в безопасности, Джу-Мен. Что бы ни происходило сейчас в Юннани, это ненормально.

- Спасибо, мама.

- Когда планируешь отправиться в путь?

- Отряд охраны сейчас на задании, поэтому мне придется подождать их возвращения. Если все пойдет по плану, то через полмесяца я отправлюсь в Юннань.

- Понятно. Тогда я объявляю эту встречу оконченной. Кроме Ху-Мена, все остальные свободны.

- Да, госпожа!

Юн Джу-Мен и другие лидеры покинули зал Белого Дракона, оставив только Юн Ху-Мена.

Старая Матриарх посмотрела на своего старшего сына: - Беспокоишься?

- Честно говоря, да. Не знаю почему, но у меня плохое предчувствие, - Признался Юн Ху-Мен.

- Я тоже. Однако, если мы сделаем неправильный выбор, по поводу переживая потери члена семьи, то потеряем лояльность других лидеров. Напротив, в таких ситуациях, если мы покажем пример, мы покажем остальным, что мы беспристрастны и заслуживаем доверия.

- Я понимаю, мама.

Глава ассоциации должен уметь отделять личные дела от служебных. Юн Ху-Мен хорошо понимал этот факт, но он не мог не беспокоится и не волноваться за своего брата.

- Не стоит так переживать. Я уверена, что с Джу-Меном все будет в порядке. А теперь возвращайся к своей работе.

- Да, мама.

- Я вернусь в свою комнату. А, и к слову, я хочу поговорить с Хваном, так что не мог бы ты пойти в общежитие и сказать ему, чтобы он навестил меня?

- Хван, да? Хорошо, - Ответил Юн Ху-Мен, заметно смутившись. Хван был всего лишь одним из многих вооруженных сопровождающих, работающих на торговую ассоциацию Белый Дракон. В нем не было ничего особенного, а его боевые искусства были посредственными. Тем не менее, его мать, Старая Матриарх, не только помнила его, но и доверяла ему. Это вызывало недоумение.

Но что бы он ни думал по этому поводу, он не мог отказаться от приказа матери. Юн Ху-Мен направился к общежитию, где жили сопровождающие.

Снежный цветок I

Для обеспечения доставки наиболее дорогостоящих товаров торговая ассоциация Белый Дракон создала собственное подразделение вооруженного сопровождения. Большинство сопровождающих жили в общежитии при штаб-квартире ассоциации, по шесть человек в комнате.

Сама ассоциация решила заставить сопровождающих жить вместе, так как посчитала, что это может как укрепит отношения между наемниками, так и укрепить их способность работать вместе во время заданий по сопровождению. Именно эта командная работа выделяла эскорт Белого Дракона на фоне конкурентов.

В общежитии имелась просторная тренировочная площадка. Там молодые сопровождающие занимались боевыми искусствами, а старшие, - более опытные сопровождающие, - собирались под кронами деревьев, расположенных по всей площади, чтобы пообщаться и сыграть в шахматы.

Юн Ху-Мен вошел в общежитие.

- Глава, - Поприветствовал Юн Ху-Мена лидер сопровождающих Гон Джин-Сон. Мужчина средних лет был крупным и надежным на вид, поэтому остальные сопровождающие охотно следовали за ним.

Юн Ху-Мен улыбнулся и поприветствовал его: - Как дела?

- Хаха! Благодаря вам, не жалуемся. Чем могу помочь?

- Где сопровождающий Хван?

- Брат Хван в том углу, учит новенького.

- Он взял ученика?

- Ученик мягко сказано. Этот мальчик - сын друга брата Хвана, Квак И-Су. Он лишь учит его из соображений дружбы с отцом мальчика.

- Вот как? - Юн Ху-Мен кивнул и пошел к углу тренировочной площадки. Там подросток весь в поту тренировался боевым искусствам под присмотром крепкого мужчины средних лет.

- Вот так, вложи больше силы в плечи! Не концентрируйся на Потоке Ци, а гармонизируй его со своими движениями! Ах, ты, мелкий! Я говорю тебе применить больше силы, а не напрягаться по чем зря!

От ругани мужчины средних лет подросток покрылся холодным потом. Он старался изо всех сил, но его тело просто не слушалось его.

- Парень не очень талантлив, - Пробормотал Юн Ху-Мен. Он тоже был мастером боевых искусств, хотя и не очень выдающимся. Однако он гордился своей способностью оценивать людей, и, по его мнению, мальчику явно не хватало таланта.

Вместо мастера боевых искусств, парень больше походил на пьяницу, беспорядочно размахивающего кулаками.

Юн Ху-Мен покачал головой, не в силах продолжать смотреть на это разочаровывающее представление. Он подошел к мужчине средних лет и поприветствовал его: - Мистер Хван.

Только услышав свое имя, Хван-Чоль наконец-то заметил Юн Ху-Мена. Загорелый, немного горбатый мужчина вскочил на ноги и воскликнул: - Э? Не глава ли это! Что привело вас в нашу скромную обитель?

- Я здесь по приказу матушки.

- Имеете в виду по приказу госпожи?

- Да, она просила передать вам, чтобы вы заглянули к ней.

- Я-я понял...

- Она будет ждать вас в своих покоях.

- Хорошо, - Ответил Хван-Чоль. Затем он посмотрел на мальчика и предупредил: - Юнец, если не хочешь, чтобы тебя убили во время сопровождения, не отлынивай и продолжай тренироваться. Кроме самого себя, тебя никто не защитит в этом мире, понял?

- Дядя, мне не пять лет!

- Я говорю это для твоего же блага, сорванец.

Как только Хван-Чоль развернулся, чтобы уйти, мальчик надулся. Однако он знал, что Хван-Чоль прав, поэтому не стал спорить.

Мальчика звали Квак Мун-Джу. Два года назад его отец Квак И-Су скончался во время выполнения задания по сопровождению. Чтобы поддержать семью, мальчик решил следовать пути отца и стать сопровождающим. Обычно настолько безнадежного человека по боевым искусствам, как он, никогда бы не взяли на работу, но в честь заслуг его отца торговая ассоциация Белый Дракон сделала для него исключение.

Хван-Чоль и покойный Квак И-Су были близки, словно настоящие братья. К сожалению, Квак И-Су умер, когда Хван-Чоль был в отъезде по другим делам. С тех пор Хван-Чоль взял на себя обязанность обучать Квак Мун-Джуна боевым искусствам.

Хван-Чоль попрощался с Юн Ху-Меном и сразу же направился к покоям Старого Матриарха

Юн Ху-Мен смотрел ему вслед. "Он слаб и не блещет умом. Что же мать нашла в этом человеке, чего я не мог? Не могу понять."

Квак Мун-Джун посмотрел на Юн Ху-Мена блестящими глазами, но старший не обратил внимания на парня.

ТУК, ТУК.

- Госпожа, это Хван-Чоль. Вы хотели меня видеть?

- Пожалуйста, проходи!

Хван-Чоль медленно открыл дверь в покои Старого Матриарха и вошел, затем вежливо поклонился в знак приветствия.

Старая Матриарх указала ему на стул: - Пожалуйста, присаживайся, сопровождающий Хван.

- Благодарю, госпожа. - Хван-Чоль осторожно сел.

Старая Матриарх благосклонно улыбнулась ему и поприветствовала: - Как поживаешь?

- Не жалуюсь.

- Это хорошо. В конце концов, я по сей день благодарна тебе.

- По правде я ничего такого не сделал... - Голос Хван-Чоля прервался. По правде говоря, он никогда не делал ничего такого, что могло бы выделить его в торговой ассоциации Белый Дракон. Все, что он делал, это серьезно выполнял свою работу в качестве сопровождающего. Он действительно не мог понять, почему Старая Матриарх такого о нем мнения.

- ...так, зачем госпожа позвала меня?

- Мой третий сын решил отправиться в Юннань.

- Юннань? - Хван-Чоль нахмурился. Даже он слышал о необычных событиях в Юннане.

- Мой третий сын был тем, кто основал Юннаньский филиал, поэтому он чувствует ответственность за то, что с ним произошло.

- Понятно.

- Вот почему я надеюсь, что ты сопроводишь его в пути.

- Но я не сильно помогу...

- Я верю в тебя, сопровождающий Хван. - Старая Матриарх смерила взглядом Хван-Чоля.

Хван-Чхоль вздохнул и сказал: - Я не такой великий человек, каким меня считает госпожа. Мои боевые искусства также очень посредственны.

Старая Матриарх ничего не ответила и лишь продолжала с улыбкой смотреть на Хван-Чоля.

- ...хуууу. Я буду сопровождать третьего мастера, но, пожалуйста, не возлагайте на меня большие надежды.

- Спасибо, сопровождающий Хван.

- Когда мы отправимся в Юннань?

- Через полмесяца.

- Хорошо. В таком случае, могу ли я устроить небольшой отпуск себе? Мне нужно кое-куда съездить.

- ...вот как? Хорошо, я одобряю твой отпуск. На сегодня все.

- Благодарю. - Хван-Чоль поклонился Старой Матриарх и покинул ее покои.

Когда он ушел, Старая Матриарх прислонилась головой к окну и пробормотала про себя: - Я молюсь, чтобы твоей удачи хватило, защитить моего сына...

Семь лет назад, когда Юн Джу-Мен спасся от верной гибели, Хван-Чоль был рядом с ним. Точно так же пять лет назад, когда она сама оказалась в опасности, Хван-Чоль тоже был рядом с ней. После этого она заметила определенную тенденцию: всякий раз, когда кому-то удавалось выжить и вырваться из смертельной ситуации, Хван-Чоль оказывался рядом.

Хван-Чоль был буквально "счастливой звездой" Торговой ассоциации Белого Дракона. Однако Старый Матриарх не была настолько глупа, чтобы списать его неоднократное выживание на простое везение.

Хван-Чоль обладал чрезвычайно сильными инстинктами выживания. Она не знала, был ли он таким от природы, или же он стал таким со временем.

Как бы то ни было, она считала, что его "удача" - это талант. Более того, это был довольно редкий и необычный талант.

☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆

Перед отъездом Хван-Чоль не забыл отчитать Квак Мун-Джуна: - Я уезжаю надолго, поэтому тебе лучше усердно тренироваться, пока меня не будет!

Хван-Чоль открыл шкаф в углу своей комнаты, достал несколько квитанций и направился в финансовый отдел торговой ассоциации Белый Дракон. Это были квитанции за его работу в качестве сопровождающего, и в финансовом отделе он мог обменять их на деньги и товары.

- Хм, кто это? А, это же Хван! Давно не виделись, - Поприветствовал Сок Чжун-Сан, начальник финансового отдела. Он и Хван-Чоль были примерно одного возраста, поэтому, хотя они и не были близкими друзьями, но были хорошими собутыльниками.

Хван-Чоль передал Сок Чжун-Сану квитанции.

Сок Чжун-Сан нахмурил брови и спросил: - Как обычно?

- Да, пожалуйста.

- Ты тайно воспитываешь незаконнорожденного ребенка? Эй, ты же знаешь, что в этом нет ничего страшного? Мы можем тебе помочь...

Хван-Чоль отдавал квитанции каждые несколько месяцев. Он копил квитанции за свои задания и обменивал их на еду и предметы первой необходимости, включая рис, мясо, овощи, одежду и железную руду. Затем он укладывал все это в повозку, запряженную лошадьми, и отправлялся бог знает куда.

Когда кто-нибудь спрашивал его об этом, он отказывался говорить, куда едет и для кого эти вещи. Однако он всегда исчезал в среднем на десять дней, вызывая всеобщее любопытство. Сам Сок Чжун-Сан много раз пытался выпытать у Хван-Чоля информацию, пока тот был пьян, но Хван-Чоль так и не раскололся.

Все, что мог сделать Сок Чжун-Сан для своего собутыльника, - это предложить ему обменный курс ниже рыночной цены. Торговая ассоциация Белый Дракон и так была нарасхват, так что никто не стал бы упрекать его за такую мелочь.

- ...ладно, подожди минутку. - Сок Чжун-Сан пересчитал квитанции и записал что-то на бумаге. Затем он передал бумагу одному из своих подчиненных и приказал ему приготовить то, что там было указано.

- Сколько дней тебя не будет на этот раз?

- Вернусь через полмесяца.

- Тогда, когда вернешься, давай вместе выпьем по стаканчику.

- Не думаю что получится.

- Почему?

- Сразу после возвращения я буду сопровождать третьего мастера в Юннань.

- Чего? Ты отправишься с ним? - Сок Чжун-Сан нахмурился. Он уже слышал новость о том, что Юн Джу-Мен отправляется в Юннань, но не знал, что с ним будет Хван-Чоль.

- Похоже, мы не встретимся какое-то время...

- Как только вернусь с задания, давай устроим большой праздник. Я угощаю.

- Правда?

- Я когда-нибудь тебя обманывал?

- Хаха! Вот почему ты мне нравишься! Теперь я буду молиться о твоем благополучном возвращении!

Сок Чжун-Сан похлопал Хван-Чоля по плечу, и оба собутыльника ухмыльнулись друг другу.

Когда финансовый отдел закончил погрузку товаров на повозку, запряженную лошадьми, Хван-Чоль забрался на место кучера и покинул город Ланьчжоу, направившись на север.

Когда он проехал через перевал Юймэнь, границу между провинциями Ганьсу и Синьцзян, его встретил вид пустынных равнин, совершенно не похожих на зелень центральных равнин. Единственным населенным пунктом в Синьцзяне был столичный город Урумчи, а на остальной территории больших равнин не было ни одного человеческого поселения. В какой-то степени, можно было спокойно путешествовать по Синьцзяну в течение нескольких дней, не встретив по пути ни одного человека. (*давайте все дружно не будем обращать внимание на названия поселений, городов, и прочих строений, поскольку никто из нас их не запоминает)

Из-за близости к столице, Синьцзян управлялся местной армией и богатыми купцами. Однако Синьцзян был очень велик, поэтому в нем обязательно найдутся места, где практически не было органов управления и правопорядка.

Когда Хван-Чолю приходилось путешествовать по таким местам, он должен был оставаться начеку, чтобы не встретить бандитов. Эти бандиты ловко избегали конфликтов с армиями и купцами, нападая только на одиноких путешественников и торговые караваны, а власти в ответ закрывали глаза на их действия.

Три силы оставались в равновесии до последних лет, когда Летучий Отряд Диких Пустошей захватил власть и объединил всех бандитов. Это, естественно, привело к напряжению в отношениях с армиями и торговцами, поскольку бандиты больше не были отъявленными преступниками, а представляли собой организованную угрозу с неизвестной численностью.

Странно, но бандиты никогда не грабили одинокого путника Хван-Чоля, несмотря на то, что они с радостью нападали бы на караван с сопровождающими. Когда слухи об этом распространились, Хван-Чоль стал своего рода местной легендой, и к нему даже стали обращаться люди, желающие путешествовать вместе с ним. Однако он всегда отклонял эти просьбы.

Хван-Чоль путешествовал по Синьцзяну, останавливаясь лишь изредка, чтобы дать отдохнуть своей лошади. Для своей безопасности он никогда не сходил с повозки. Когда он начинал чувствовать усталость, он практиковал технику дыхания или дремал, положив руки на поводья, а когда он был голоден, он ел сухой паек на ходу.

Он не знал, были ли бандиты заняты где-то в другом месте, или они специально избегали его, но он не собирался проявлять беспечность.

По мере продвижения Хван-Чоля на север, температура воздуха начала падать, а ветер усиливаться. Хотя его Ци могла несколько уменьшить холод, этого было недостаточно, чтобы он перестал дрожать. Тем не менее, он не возражал против мерзкой погоды.

Через день он достиг заснеженной равнины. Он погнал свою лошадь вперед по снегу глубиной по колено, но пар от каждого ее вздоха показывал, как трудно пробираться через бесконечные белые просторы.

- Почти добрались. - ХванЧоль вздохнул с облегчением и тоже выпустил огромное облако пара.

В конце концов, вдали показалась одинокая горная вершина. Словно увидев оазис посреди белого моря, Хван-Чоль улыбнулся.

Он достиг места назначения.

- Молодой господин, - Пробормотал он, глаза его сверкали нежным светом тоски.

☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆

ВУУУШ!

Холодный ветер пронесся по долине, замораживая все на своем пути. В такую погоду, когда обычный человек неосознанно натянул бы на себя зимнюю одежду, мужчина совершал приятную, расслабляющую прогулку.

Лицо мужчины закрывали беспорядочные волосы, как будто он давно не стригся. Его голая кожа виднелась сквозь рваные и потрепанные штаны, а что касается рубашки... на нем не было рубашки. Несмотря на это, он шел сквозь метель, как будто вокруг была прекрасная летняя пара.

Снег был глубоким, до бедра человека, но там, где он шел, почти не было видно следов.

Человек направился к огромной печи. Пламя в печи было таким сильным, что весь снег на сто футов вокруг нее полностью растаял, а от жара его легкие и глазные яблоки словно горели. Несмотря на это, он не обращал внимания на боль и все равно подошел к печи.

ТРЕСК! ХРУСТ!

В центре белого пламени лежал длинный раскаленный предмет. Мужчина убедился, что предмет приобрел нужную форму, затем сунул в печь щипцы. Он вытащил длинный предмет и положил его на верстак рядом.

Предмет был из металла, и, подобно расплавленной лаве, он излучал шокирующее количество тепла.

- Ха, наконец-то ты поддался! - Усмехнулся мужчина. В течение двух лет он вел долгую и нудную войну с этим упрямым куском металла, и наконец-то он победил.

На самом деле он обнаружил этот металл совершенно случайно.

Однажды, два года назад, он вдруг понял, что ни один из сделанных им мечей не выдерживает его силы. Каждый из них ломался после нескольких использований. Тогда он заметил в углу черный камень и вспомнил, что когда-то в племени ему поклонялись как богу. Он был твердым, тяжелым и бесполезным, но поскольку это был подарок дорогого человека, он не мог заставить себя выбросить его.

Вдруг ему пришла в голову странная мысль.

"А можно сделать из этой штуки меч?"

Он подумал об этом некоторое время, а затем решил попробовать.

Сначала он думал, что это будет просто. Раньше, независимо от твердости металла, он легко плавился в гигантской печи, которую он построил сам. Однако этот случай был другим.

Словно насмехаясь над ним, черный камень так и не расплавился в пламени.

Мужчина почувствовал, как над его гордостью надругались. Он испробовал все возможные способы повысить температуру пламени, даже провел несколько опасных экспериментов.

Через полгода он наконец выяснил, какие добавки нужно сжечь, чтобы пламя стало еще жарче. Только тогда он начал замечать изменения в камне.

Однако это было только начало его битвы с камнем. Каждый день он ждал, пока камень нагреется, обстукивал его молотком, а затем возвращал в пламя. Форма камня немного менялась каждый раз, когда он бил по нему молотком, но мужчина и представить себе не мог, что ему понадобится полтора года, чтобы выковать из него желаемую форму.

Форму меча.

Он еще не сделал рукоять меча, но изящный и красивый хамон на кромке был доказательством того, что это был прекрасный клинок.

Два дня назад мужчина натер клинок слоем глины, прежде чем поместить его в печь. В процессе дифференцированной закалки в структуре металла произойдут изменения, в результате которых край станет тверже, а сердцевина мягче, что значительно увеличит прочность меча и создаст хамон.

Пришло время закалить клинок. Используя щипцы, мужчина погрузил клинок в специальное масло, которое он приготовил заранее.

ПШШШШШШШШ!

Масло зашипело, и из масляной ванны поднялся пар.

Мужчина закрыл глаза и обострил свои чувства. Клинок нельзя замачивать ни слишком долго, ни слишком короткое время. Он нащупал щипцами изменения в мече и внимательно прислушался к шипению масла.

"Сейчас!"

Мужчина вынул клинок из масла и внимательно осмотрел его. "Хорошо, глина не отвалилась."

Мужчина засиял. Весь процесс ковки прошел идеально.

Он положил меч на верстак. Оставалось только подождать, пока он остынет, и заточить его. Хотя заточка лезвия тоже была важным этапом, самая трудная часть процесса ковки была позади.

- Фух! - Мужчина издал вздох облегчения, о котором не подозревал.

Вдруг он услышал голос: - Молодой мастер!

Мужчина обернулся и увидел мужчину средних лет, который ехал на повозке, запряженной лошадьми. Он улыбнулся.

- Дядя Хван!

- Молодой господин!

Когда Хван-Чоль спустился с повозки, Джин Му-Вон бросился вперед и крепко обнял его.

С покрасневшими глазами Хван-Чоль воскликнул: - Молодой... господин...

Снежный цветок II

- Дядя Хван, давно не виделись! - Воскликнул Джин Му-Вон, глядя на Хван-Чоля.

Хван-Чоль тепло взглянул на него в ответ и всхлипнул: - Только посмотрите как вы выросли. Теперь я могу умереть без сожалений.

Внезапно ветер сдул с лица Джин Му-Вона беспорядочные волосы, открыв его нынешний облик; большой лоб, высокая переносица, прямые брови, глубоко посаженные глаза и толстые, упрямо сжатые губы. Он не был красавцем, но его можно было бы приравнять к нему, с долькой суровости.

Его обнаженная верхняя часть тела походила на произведение искусства; каждый мускул был "выточен" до совершенства. Каждый раз, когда Джин Му-Вон вдыхал и выдыхал, его мышцы напрягались, словно жили собственной жизнью.

За семь лет, тощий Джин Му-Вон превратился во взрослого мужчину. Все эти годы он жил на горе Киновари и ежедневно оттачивал свое боевое искусство. За исключением тех случаев, когда Хван-Чоль приходил, чтобы доставить ему необходимые вещи, он всегда был один.

Джин Му-Вон взял Хван-Чоля за руку и сказал: - На улице холодно, пройдемте в дом.

- А как же багаж...

- Занесем вещи позже.

- ...хорошо. - Хван-Чоль кивнул и последовал за Джин Му-Воном.

Двое мужчин вошли в пещеру недалеко от гигантской печи. Это было место, где Джин Му-Вон жил последние семь лет.

Обычно Джин Му-Вон не разжигал камин, даже в зимнюю стужу. Терпеть леденящий холод было частью его тренировок по боевым искусствам. Однако из-за прибытия Хван-Чоль, Джин Му-Вон развел огонь и вскипятил воду.

Как только пещера начала прогреваться, бледное, застывшее лицо Хван-Чоля вновь обрело цвет. Джин Му-Вон протянул ему чашку свежезаваренного чая.

- Чай молодого господина согревает и успокаивает душу. На всем юге я не смог отыскать такого же чая.

- Хахаха! Дядя Хван, вы слишком преувеличиваете!

- Нет. Я искреннен.

Хван-Чоль не думал, что он слишком высоко оценивает Джин Му-Вона. Он знал, что не дал молодому человеку ни одного высококачественного чайного листа, и все же ему каким-то образом всегда удавалось извлечь лучший аромат из этих дешевых листьев. Мастерство Джин Му-Вона в заваривании чая было на таком высоком уровне, что он полностью изменил вкусовые рецепторы Хван-Чоля, и тот говорил правду, когда имел ввиду, что нигде больше не может найти такого хорошего вкуса.

- Молодой господин, вы снова изменились с моего последнего визита!

- Неужели? - Усмехнулся Джин Му-Вон.

Хван-Чолю казалось, что термин "ежедневное улучшение" был создан специально для Джин Му-Вона. Каждый раз, когда он посещал молодого человека, тот чувствовал в нем изменение ауры куда сильнее, чем раньше. Хван-Чоль не мог точно сказать, когда именно это произошло, но Джин Му-Вон стал воином далеко за пределами понимания Хван-Чоля. Он знал только, что каждый раз, когда он видел юношу, его глаза становились глубже и мудрее.

- Что-то случилось? Вы обычно не приходите сюда в это время года.

- Да, кое-что случилось. Я скоро отправлюсь в очень далекое место на задание. Я решил прийти сюда раньше обычного, потому что не уверен, сколько времени займет это путешествие.

- Это задание опасное?

- Не думаю, и не стоит беспокоиться, молодой господин. Я знаю, как о себе позаботиться.

- Молюсь, чтобы вы не столкнулись ни с чем серьезным.

- И не должен. Пожалуйста, не беспокойтесь обо мне, молодой господин.

- Хорошо.

Хотя он и сказал это, Джин Му-Вон не мог не чувствовать беспокойства. Для него Хван-Чоль был единственным членом семьи, и он всегда считал дядю Хвана своим крестным отцом.

Постоянная поддержка Хван-Чоля была единственной причиной, по которой ему удалось продержаться семь лет в таком пустынном месте, как гора Киновари. Если бы не он, он бы никогда не достиг своего нынешнего прогресса.

- Несмотря ни на что, пожалуйста, будьте осторожны, хорошо, дядя Хван?

- Я больше беспокоюсь о молодом господине, чем о себе.

- Кстати, в последнее время я не покидал гору, есть ли какие-нибудь новости о текущем положении дел в мире?

Хван-Чоль знал, что Джин Му-Вон ведет практически отшельнический образ жизни, поэтому он всегда следил за тем, чтобы быть в курсе текущих дел во всем мире. И как сопровождающему крупной компании, ему было довольно легко получить любую информацию.

- Как я уже говорил ранее, четыре Столпа Севера в последнее время становятся неуправляемыми. Чтобы подавить их, Небесная Вершина...

Хван-Чоль говорил без умолку, в то время как Джин Му-Вон спокойно слушал его, ожидая, пока тот закончит рассказ, прежде чем задавать вопросы.

- Неужели Тихая Ночь до сих пор не сделала свой ход?

- Нет. С того дня, семь лет назад, Небесная Вершина отправила множество поисковых групп, но до сих пор ничего не нашла. Это настораживает.

- Понятно. - Блеск в глазах Джин Му-Вона померк.

"Ха-Соль..."

Как бы он ни старался, он не мог найти ее следов. Она будто бы исчезла из этого мира.

"Где же ты?.."

☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆

ШУРХХ ШУРФФ!

Хван-Чоль раздул ноздри и открыл глаза; он почувствовал что-то вкусное.

- Где это я...? - Хван-Чоль огляделся по сторонам. Он лежал на деревянной кровати в пещере, и вдруг смутно вспомнил, как накануне вечером болтал с Джин Му-Воном, и в какой-то момент достал из повозки бочонок вина "Ланьчжоу Нуэрхон" и открыл его.

- Уф...

Вероятно, он отрубился после того, как выпил вино вместе с Джин Му-Вон. Он был довольно уверен в своей переносимости алкоголя, но, похоже, Джин Му-Вон перепил его.

- Проснулись?

Хван-Чоль повернулся в сторону голоса. Там, у входа в пещеру, стоял Джин Му-Вон с котелком в руках. Аромат, исходящий от содержимого кастрюли, возбуждал его нос, вызывая слюноотделение.

- Молодой господин, это вы приготовили?

- Я беспокоился, что у вас будет похмелье, поэтому приготовил горячее.

- Я могу и сам себе приготовить..., - Пробормотал Хван-Чоль, терзаемый чувством вины.

Джин Му-Вон улыбнулся. Он знал, что Хван-Чоль вполне способен жить самостоятельно, но все же решил оставаться рядом с ним все эти годы, как родной.

Он поставил котелок и накрыл обеденный стол, сказав: - После еды вы почувствуете себя намного лучше.

- Пахнет очень вкусно! - Воскликнул Хван-Чоль. Он путешествовал в одиночку и некоторое время питался сухим пайком, поэтому стряпня Джин Му-Вона была достаточно хороша, чтобы конкурировать с профессиональными поварами.

Джин Му-Вон поставил на стол две миски с рисом, а затем наполнил еще две миски содержимым из котелка.

ОМНОМНОМ!

Хван-Чоль с жадностью поглощал горячую похлебку. Когда теплая еда заполнила его желудок, он наконец-то снова почувствовал себя живым.

- Как вкусно! - Похвалил он, показывая Джин Му-Вону большой палец вверх.

Джин Му-Вон усмехнулся и сказал: - Не торопитесь и ешьте медленно. Еда не убежит.

Хван-Чоль кивнул, а затем продолжил набивать желудок. Джин Му-Вон спокойно наблюдал за ним, погрузившись в раздумья. Раньше он не наблюдал за Хван-Чолем так пристально, но теперь понял, что Хван-Чоль на самом деле стал гораздо сильнее, чем прежде.

"Ци дяди Хвана течет очень плавно. Скоро он сможет призвать Ци меча."

Способность применять Ци на меч был первым шагом к достижению Трансцендентности, но даже для тех, кто был талантлив в боевых искусствах, было обычным делом натолкнуться на препятствие и так и не достичь области Трансцендентности до конца своей жизни.

Когда Джин Му-Вон вспомнил, как давным-давно его отец, Джин Кван-Хо, учил Хван-Чоля боевым искусствам, он понял, насколько мал талант Хван-Чоля.

"Когда ты учишь гения одной вещи, он сможет достичь десятки вещей самостоятельно. Точно так же, если научить вундеркинда самым элементарным теориям, он сможет вывести законы вселенной."

"Однако гении и вундеркинды редкость. Большинству людей трудно научиться чему-то одному."

"Талант Хван-Чоля более посредственнен, чем у большинства людей. Если научить его десяти вещам, он может не понять и одной."

"Но сейчас можно сказать, что он продвигается шаг за шагом. Тем не менее, Хван-Чоль никогда не ленился в обучение боевых искусств."

"Сколько крови и пота вы пролили? Сколько времени вы посвятили бездумным тренировкам? Возможно, вы были менее талантливы, чем другие, но благодаря тому, что вы никогда не сдавались, вы достигли такого уровня, о котором большинство из них даже не мечтает."

Воспоминания о том, как много лет назад Хван-Чоль тренировался с отцом, были свежи в его памяти, как будто это было только вчера.

"Талант - важный фактор, но воля к тому, чтобы никогда не сдаваться, еще важнее."

Джин Му-Вон почувствовал, что его словно озарило.

Как мастер боевых искусств, Хван-Чоль считался обычным мастером. Однако как человек, Хван-Чоль дал ему нечто гораздо более ценное, чем навыки; он дал ему мужество и мудрость.

- Дядя Хван.

Хван-Чоль поднял голову и посмотрел на Джин Му-Вона с набитым ртом.

- Будьте начеку во время задания, хорошо?

- Не беспокойтесь, молодой господин. До того дня, когда Армия Севера снова встанет на ноги, я не паду ни от болезни, ни от смерти.

- Я всегда был вам очень благодарен.

- Молодой господин! - Глаза Хван-Чоля заблестели, как будто он вот-вот разрыдается.

При виде скромного ответа Хван-Чоля на лице Джин Му-Вона расплылась улыбка.

Они продолжали есть горячее, и время пролетело незаметно.

Хван-Чоль сделал перерыв и сложил принесенные им вещи в угл пещеры. Кроме нескольких предметов одежды и железной руды, большую часть кучи составляла еда и предметы первой необходимости.

- Почему вы привезли так много еды в этот раз? У меня еще осталось с прошлого раза.

- Мужчины должны много есть, чтобы набрать силу и нарастить мышцы.

- Дядя Хван, вы ведь уже знаете, что я перестал расти? Я буду в порядке, даже если не буду есть много, как раньше.

- Даже если это так, вы не должны быть скупым! Вы должны есть больше! Неужели я настолько бесполезен, что уже не могу даже хорошо накормить молодого господина?

- Хорошо, я сделаю все возможное, чтобы есть больше. - Опасаясь, что Хван-Чоль будет продолжать ворчать на него, Джин Му-Вон уступил. Только тогда Хван-Чоль успокоился и продолжил есть.

- Ммм, как вкусно! - Восклицал Хван-Чоль.

Джин Му-Вон улыбнулся и доел остатки горячего.

Когда трапеза закончилась, Хван-Чолю пора было уходить.

- Молодой господин, я вернусь следующей весной. Не забудьте позаботиться о себе, хорошо?

- И вам того же, дядя Хван.

- Это само собой разумеется. Пожалуйста, не беспокойтесь обо мне.

После того как Хван-Чоль и Джин Му-Вон попрощались, Хван-Чоль сел в повозку и отправился вниз по склону. Джин Му-Вон смотрел ему вслед, пока тот не скрылся за горизонтом, затем повернулся и вернулся к своей повседневной жизни.

☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆

Джин Му-Вон посмотрел на меч, лежащий на верстаке. Пока он проводил время с Хван-Чолем, тот полностью остыл. Он тщательно счистил остатки глины с лезвия.

КРАК! КРАК! КРАК!

Каждый раз, когда кусок засохшей глины падал на землю, по чуть-чуть обнажалось лезвие цвета черного дерева. Большинство мечей были серебряного цвета, но этот был такого же цвета, как и обсидиан, из которого он был сделан.

Джин Му-Вон увидел свое лицо, отраженное в темном лезвии меча.

СВУШ!

Он резко взмахнул клинком, и в воздухе послышался свист рассекаемого воздуха. Он взмахнул им еще несколько раз, а затем широко улыбнулся.

Он еще не сделал рукоять для клинка, но уже чувствовал, что он идеально подходит ему по ощущениям и балансу. В конце концов, его усилия за последние два года не пропали даром.

Тем не менее, процесс ковки не был закончен. Ему нужно было заточить меч, сделать рукоять и ножны.

КРАК! КРАК!

Джин Му-Вон достал совершенно новый точильный камень и начал точить клинок. Однако, несмотря на то, что камень становился все меньше и меньше, кромка меча не становилась острее.

- Еще упрямишься, - Рассмеялся Джин Му-Вон, потеряв дар речи. Он был наивен, думая, что дни его мучений с этим клинком закончились.

- Ну ладно. Давайте посмотрим, кто будет смеяться последним.

Он влил свою Ци в точильный камень и продолжил затачивать клинок.

КРАК! КРАК!

Звук трения металла о камень эхом разнесся по пещере. Когда Джин Му-Вон сосредоточился на работе, время пролетало незаметно.

Сам же прогресс продвигался крайне медленно. Несмотря на то, что все его усилия и Ци были направлены на заточку клинка, изменения были минимальными. Однако этого было недостаточно, чтобы Джин Му-Вон сдался.

Он был, наверное, самым терпеливым человеком в мире. Слово "сдаться" не входило в его лексикон.

Эта война отличалась от обычной, но тем не менее это была война.

Война между ним и мечом.

Джин Му-Вон отбросил все свои мысли о боевых искусствах, заботах... и сосредоточился на заточке лезвия.

Сколько времени прошло? Джин Му-Вон понятия не имел. Он знал только, что формально тупая кромка наконец-то начала приобретать остроту под лучами солнца.

ХУМММ!

Он не знал точно, когда это началось, но ему казалось, что нервы в его руках проникли в меч, соединив кончик, лезвие, кромку и рукоять с его плотью и кровью. Когда это произошло, его теневая Ци естественным образом влилась в клинок, словно чернила, растекающиеся по поверхности воды.

ХУМММММ! ХУМММММ!

Меч плакал. Нет, он шептал ему. Джин Му-Вон наклонился, чтобы прислушаться к словам меча.

- "Дай мне имя..."

Вот что сказал ему меч.

Глаза Джин Му-Вона распахнулись. На мгновение ему показалось, что он видит силуэт обнаженной женщины, переходящий в прекрасные линии клинка. Темный свет сверкал по его кромке, словно одинокий цветок, распустившийся на снежном просторе.

"Снежный цветок. Тебя будут звать Снежный цветок".

ХУМММММ!

Снежный цветок загудел от восторга, словно новорожденный младенец, объявляющий миру о своем рождении.

Джин Му-Вон схватился за ручку Снежного цветка. От меча и по всему телу разлилось странное, но знакомое тепло, говорящее ему, что он всегда был и навсегда останется его и только его.

Он начал танцевать со своим новым партнером.

ВУУШ!

Подул леденящий душу зимний ветер, и с неба посыпались снежинки. Джин Му-Вон влил в клинок теневую Ци из искусства Десяти Тысяч Теней, и клинок засветился темным светом.

Удар за ударом, темный свет Снежного цветка вырезал в воздухе изящные линии. Издалека казалось, что на белом снегу расцвел темный цветок.

"Ха-Соль..."

Темный цветок на чистом белом снегу, походил на девушку, которую он никогда не сможет забыть.

☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆

На скалистой горе, лишенной жизни, гордо возвышалось одинокое дерево. Его корни раскололи скалу, глубоко вонзились в землю и впитывали все питательные вещества, которые только могли впитать. Несмотря на то, что оно выросло едва ли до уровня пояса взрослого человека, его стойкость и жизненная сила могли посчитаться удивительными.

Джин Му-Вон срубил дерево, которое он назвал Железное Сердце. Он вырезал из дерева форму рукояти меча, и выгравировал на гарде слова Снежный цветок, а затем обтянул рукоять кожей, чтобы руки не скользили, когда он держит меч.

Затем он вставил тонкий металлический лист в деревянные ножны, также вырезанные из Железного Сердца. Чтобы защитить дерево от износа и скрыть его уникальный внешний вид, он обтянул его кожей.

КЛАК!

Словно два кусочка головоломки, Снежный цветок и ножны идеально подошли друг к другу.

Джин Му-Вон с любовью погладил Снежный цветок; свой новый меч.

ХУМММ!

Снежный цветок тихонько мурлыкал в ответ на его поглаживания.

"Мне кажется, или Снежный цветок похож на кокетливую даму или, возможно, на довольного ребенка?"

Сбитый с толку, Джин Му-Вон долго смотрел на меч, думая, не сошел ли он с ума.

Завораживающий темный свет плясал по лезвию, накладывая на него гипноз. Он пытался сосредоточиться на свете, но чем сильнее он старался, тем труднее было следить за окружением.

Внезапно Джин Му-Вон очнулся от транса.

"Этот меч, который я выковал, не является ни божественным, ни демоническим мечом..."

Это проклятый меч!

Время от времени появлялись новые легендарные оружия, которые могли шокировать целый мир. Однако Снежный цветок совершенно не похож ни на одно из этих оружий.

Он излучает мощную проклятую ауру, похищая сердце каждого, кто на него смотрит. Если кто-то попадет в его паутину очарования, он будет поглощен его проклятой аурой.

"...возможно, это не так уж плохо для меня. Это постоянное напоминание о том, что я всегда должен оставаться бдительным."

Джин Му-Вон достал Снежный цветок из ножен и встал перед Стеной Меча. Каменная стена, с которой он сражался последние семь лет, когда-то была гладкой, словно зеркало, но сейчас ее покрывали шрамы, оставленные его клинками.

Эти шрамы были вещественным доказательством семи лет упорного труда Джин Му-Вона.

Джин Му-Вон активировал искусство Десяти Тысяч Теней. Очнувшись от сна, теневая Ци, обитающая в нем, лениво потянулась и быстро распространилась по всему телу, заполняя каждый уголок его мышц, словно вода впитывающаяся в губку.

Движение теневой Ци было бесшумным. Единственным доказательством его присутствия были глаза Джин Му-Вона, окрашенные в черный цвет.

Помимо его собственного тела, теневая Ци также вливалась в Снежный цветок. Но вместо того, чтобы отвергнуть чужеродную Ци, Снежный цветок с готовностью принял ее, даже жадно поглощая.

По мере того как Снежный цветок поглощал все больше и больше теневой Ци Джин Му-Вона, его и без того черное лезвие становилось еще темнее, словно черная дыра, поглощающая свет.

Джин Му-Вон грациозно танцевал со Снежным цветком.

СВУШ!

Сначала его танец был неторопливым, но постепенно он двигался все быстрее и быстрее, поднимая гигантский вихрь.

"Теневой Клинок Разрушения."

Самая мощная из всех техник меча вырвалась наружу.

СВИШ! БАМ! ШИИНГ!

В один момент его меч превратился в метеор (Разрушение Души). В следующий момент он превратился в непреодолимую стену (Небесная Стена).

Небо раскололось на две части (Разделение Небосвода), а на землю обрушился лес мечей (Шторм).

На мгновение вспыхнул кроваво-красный свет (Кровавая Вспышка), но его быстро затмил мир без света (Теневая Техника).

- Фух! - Задыхался Джин Му-Вон. Как только он ослабил концентрацию, Теневая Техника исчезла, словно иллюзия.

ХУМММ!

Джин Му-Вон снял ножны со Снежного цветка. Сначала Снежный цветок плакал и шумел, будто не хотел, чтобы на него надевали ножны, но как только меч снова оказался в ножнах, он затих.

Стена Мечей нависла над Джин Му-Воном, насмехаясь над тем, что на этот раз он не смог добавить к ней ни единой царапины.

Джин Му-Вон покрутился на месте.

ХРЯСЬ!

Покрытая шрамами Стена Меча рассыпалась в пыль. Когда облако пыли осело, открылась чистая, идеально ровная поверхность, похожая на зеркало. Джин Му-Вон так чисто разрубил стену, что она восстановилась до своего первоначального, первозданного состояния.

ВУУУШ!

Подул весенний ветер, унося с собой пыль на каменистой земле.

Джин Му-Вон и не заметил, как прошла зима. Однако Хван-Чоль, обещавший ему три месяца назад вернуться весной, все еще не пришел.

Джин Му-Вон спокойно ждал, когда Хван-Чоль навестит его. Прошел месяц, потом другой. Наступила летняя пара, но Хван-Чоля все не было.

"Дядя Хван... я не могу больше ждать."

Однажды летним днем Джин Му-Вон покинул гору Киновари и отправился в путешествие на юг.

Случайности не случайны I

}В чем смысл мира?{

}Если не будет войн, то мир автоматически станет мирным?{

}Можно ли назвать мирным тот мир, в котором невозможно затеять войну?{

}Эпоха мира... эквивалентна ли она эпохе, когда каждый человек бессилен противостоять судьбе, которая ему уготована от рождения? Мир без свободы?{

С давних времен город Ланьчжоу был крупным торговым центром, соединявшим западные страны с центральными равнинами. Товары с центральных равнин отправлялись на запад, и точно так же экзотические товары с запада продавались в центральные равнины.

Постоянный круговорот товаров и денег превратили Ланьчжоу в город, который никогда не спит. Хотя здешние здания не были столь красивыми, как архитектурные чудеса центральных равнин, оживленность города с лихвой компенсировала недостаток внешнего вида.

Толпы людей заполонили улицы, а торговцы стояли возле своих магазинов, рекламируя товары потенциальным покупателям. Несколько торговцев кричали во весь голос, торгуясь с покупателями о цене, другие ухмылялись и пожимали руки клиентам, довольные только что заключенной сделкой.

В частности, была одна улица с трактирами и борделями, известная как "улица повторного посещения". Название улицы произошло от несметного количества людей, которые возвращались в нее после того, как провели здесь одну ночь.

Гостиница "Темная Луна" была небольшим трактиром, расположенным в северной части Ланьчжоу, в нескольких десятках шагов от штаб-квартиры торговой ассоциации Белого Дракона. Благодаря близкому расположению к ассоциации, дела в гостинице шли хорошо, несмотря на ее небольшой размер.

- Почему сегодня никого? - Пробормотал Ма-Бок, лениво потягиваясь. Он был мальчиком на побегушках в трактире Темная Луна, и буквально накануне он был настолько занят, что ему хотелось умереть. Однако сегодня в трактире было так пустынно, что ему нечем было заняться.

"Лучше уж такие ленивые дни, чем обычно."

Когда бизнес процветал, хозяин мог заработать много денег, но как работник он получал фиксированную зарплату независимо от того, сколько клиентов обслужил. Поэтому отсутствие клиентов - это хорошо, так как он получал зарплату, даже если не делал никакой работы.

СКРИП!

Внезапно дверь в трактир Темная Луна открылась, и во внутрь прошел мужчина. Возможно, из-за того, что он долго путешествовал, его волосы и одежда были покрыты толстым слоем пыли.

Ма-Бок радостно поприветствовал посетителя: - Добро пожаловать в трактир Темная Луна!

- Я устал, у вас есть свободная комната?

- Конечно! Вам какую?

- Достаточно комнаты на одного, желательно с прилегающей ванной.

Ма-Бок внимательно посмотрел на посетителя. Мужчина не брился уже целую вечность, и бог знает, когда он мылся в последний раз. Он был настолько грязным и неряшливым, что Ма-Бок не мог угадать его возраст.

"Выглядит так, будто извалялся в грязи! Интересно, сколько раз мне придется менять ему воду в ванной, прежде чем он помоется?"

Словно прочитав мысли Ма-Бока, мужчина улыбнулся и щелкнул пальцем. На мгновение что-то сверкнуло в воздухе, а затем приземлилось прямо на протянутую руку Ма-Бока. Это был серебряный таэль.

- Можете оставить сдачу себе.

- Вааау! Дорогой клиент, я всегда к вашим услугам! - Воскликнул Ма-Бок, ухмыляясь от уха до уха. Одного серебряного таэля достаточно, чтобы заплатить за лучшую комнату и еду в трактире, и он еще получит около тридцати медных монет в качестве чаевых. Даже работая с раннего утра до поздней ночи, он обычно зарабатывал не более десяти медных монет в день. Это означало, что только чаевые от этого человека были эквивалентны трем дням его зарплаты.

- Сюда, пожалуйста. Я провожу вас в нашу лучшую комнату. Оттуда вы сможете осмотреть лучшие достопримечательности Ланьчжоу, включая штаб-квартиру торговой ассоциации Белый Дракон!

- Для начала я хотел бы принять ванну.

- Конечно! Я приготовлю ее сразу после того, как провожу вас в вашу комнату, - Ответил Ма-Бок, чувствуя себя так, словно только что встретил денежного бога.

Ма-Бок повел мужчину к одному из отдельно стоящих зданий на территории постоялого двора. Оно располагалось на более высоком месте, чем другие здания, и из его окон можно было увидеть торговую ассоциацию Белый Дракон, а также улицы Ланьчжоу.

- Вот ваша комната. Пожалуйста, подождите, пока я нагрею воду в ванной!

- Спасибо.

- Не за что! Тогда... пожалуйста, разрешите откланиться!

Когда Ма-Бок ушел, мужчина поставил свой багаж в комнате. Правда, багажом это назвать было трудновато, поскольку единственными вещами мужчины были длинный "прут", завернутый в ткань, и небольшой мешок.

- Фух! - Вздохнул мужчина, садясь на стул. Он откинул назад свои беспорядочные волосы, открывая лицо; густые брови, глубокие черные глаза, высокая переносица и сжатые губы, типичные для выходцев из Хунани.

Мужчина, Джин Му-Вон, пробормотал про себя: - Неужели прошло десять дней?

Путь от горы Киновари до Ланьчжоу занял у него десять дней. Если бы он не заблудился в начале пути, то, возможно, добрался бы до Ланьчжоу раньше, но, давайте будем учитывать, что весь этот путь он проделал пешком.

Также стоит отметить, что это был его первый раз с того момента, когда он покинул северную крепость и гору Киновари. Он никогда не планировал, что все будет именно так, но поскольку за ним пристально следили в крепости на протяжении большей части его подростковой жизни, а его детство прошло в Армии Севера, все сложилось именно так, как и сложилось. То, что такому топографическому идиоту, как он, понадобилось всего десять дней, чтобы добраться из Синьцзяна в Ланьчжоу, было просто чудом.

Джин Му-Вон посмотрел на главные ворота торговой ассоциации Белый Дракон, через которые сейчас пробирался длинный караван.

"Это место, где работает дядя Хван; здесь он заработал деньги, на которые вырастил меня."

Когда Джин Му-Вон безучастно смотрел на ассоциацию, погрузившись в размышления, его внезапно прервал мальчик на побегушках Ма-Бок.

- Дорогой гость, я уже закончил приготовления для вашей ванны. Пройдемте за мной, пожалуйста.

Джин Му-Вон встал и пошел в сторону задней части здания, куда указывал Ма-Бок. Там он увидел комнату с большой ванной.

- Это ванная комната. Если вам понадобится сменить воду, зовите меня в любое время.

- Хорошо.

- Тогда я сообщу поварам, чтобы они начали готовить ужин.

Когда Ма-Бок ушел, Джин Му-Вон разделся и вошел в ванную. Естественно, из-за того, что он путешествовал без отдыха десять дней подряд, чистая вода мгновенно стала мутной.

Джин Му-Вон прикрыл глаза и погрузился в воду по шею.

"Дядя Хван..."

Три месяца назад, когда Хван-Чоль не вернулся, шестое чувство подсказало ему, что что-то пошло не так. Хван-Чоль был не из тех людей, которые могут нарушить обещание или предать его, как это сделали четыре Столпа Севера.

"Все это время я принимал дела как должное. Я должен был заботиться о нем больше. Я должен был приложить усилия, чтобы узнать о нем больше."

Несмотря на то, что Хван-Чоль регулярно навещал его в течение последних десяти лет, Джин Му-Вон никогда не расспрашивал его о личной жизни. Все, что он знал о Хван-Чоле, это то, что он работал в торговой ассоциации Белый Дракон в городе Ланьчжоу.

"Даже если я был сосредоточен на изучении боевых искусств, я был слишком равнодушен к дяде Хвану. Я никогда по-настоящему не ценил то, что имел, пока это не исчезло...!"

Джин Му-Вон прикусил губу.

"Молюсь, чтобы я не опоздал. Дядя Хван, пока ты жив, я клянусь, что верну тебя, чего бы мне это ни стоило!"

После смерти отца единственным человеком, который остался рядом с ним, был Хван-Чоль. Для него Хван-Чоль был крестным отцом, на которого он мог полностью положиться. Поэтому Хван-Чоль был единственным человеком, которого он никогда не мог бросить.

Джин Му-Вон закончил мыться, затем достал маленький нож и начал сбривать бороду.

ШУУРХ! ШУУРХ!

Хотя он никогда не делал этого раньше, он ловко управлялся ножом, сбривая бороду и не оставляя на лице ни единой зазубринки.

- Фух... - Выдохнул он и погладил подбородок. Ощущение гладкости чисто выбритого подбородка было для него непривычным. Джин Му-Вон немного подумал, а затем решил подстричься.

Закончив с уходом за собой, он вернулся в комнату и открыл мешок. В ней лежала аккуратно сложенная красно-коричневая одежда мастера боевых искусств.

Экипировка была подарком от Хван-Чоля.

"Красный и коричневый - цвета Армии Севера. Красный символизирует кровь наших врагов, а коричневый - землю, по которой будет течь кровь наших врагов. Как повелитель Армии Севера, молодой господин должен одеваться в красное и коричневое". - Хван Чхоль

Джин Му-Вон надел наряд, который дал ему Хван-Чоль. Он идеально подошел. Он еще раз вспомнил, с какой заботой и вниманием Хван-Чоль относился ко всему, что касалось его самого.

Когда он оделся, то заметил в комплекте с одеждой шнурок для завязывания волос. Он взял ее и свободно завязал ею волосы, а затем вышел на улицу.

Когда Ма-Бок, ожидавший снаружи комнаты, увидел Джин Му-Вона, его челюсть отвисла от шока. Из-за бороды он подумал, что Джин Му-Вон довольно стар, но мужчина перед ним был не только молод, но и очень красив.

- Ого! Я почти не узнал вас! К слову, неплохо выглядите!

- Не нужно мне льстить. Кроме того, я голоден, не могли бы вы подать еду сейчас?

- Это была правда, а не лесть! - Сказал Ма-Бок и сделал щенячье глазки, как будто его неправильно поняли.

- Пфф! - Рассмеялся Джин Му-Вон. Ему не нравились чрезмерно преувеличенные выражения Ма-Бока. Скорее, он находил его очень забавным.

Ма-Бок усмехнулся. - Еда уже должна быть готова. Пожалуйста, присядьте в ресторане, пока я принесу ее.

Ма-Бок пошел на кухню и вынес блюда. В меню была жареная свинина, рыба на пару, жареный бамбук... всевозможные аппетитные деликатесы были расставлены на столе.

- Хе-хе! Я также принес для вас кувшин лучшего шаосинского вина нашей гостиницы Темная Луна, - Сказал Ма-Бок, широко улыбаясь и ставя на стол небольшой кувшин.

Даже через герметичную крышку кувшина Джин Му-Вон почувствовал сильный аромат вина.

- Пахнет потрясающе!

- А то! Я гарантирую вам, что оно лучшее в своем роде! Пожалуйста, наслаждайтесь!

Джин Му-Вон кивнул и снял крышку с кувшина. Аромат мгновенно стал во много раз сильнее, распространяясь по всей комнате.

"Хм? Этот запах... оно напоминает мне то вино, которое дядя Хван принес с собой в прошлый раз?"

Джин Му-Вон сделал глоток вина.

"Аромат... точно такой же."

Воспоминания о той попойке с Хван-Чолем прошлой зимой были еще свежи в его памяти.

Джин Му-Вон посмотрел на Ма-Бока и спросил: - Вы знаете воина по имени Хван-Чоль?

- Хван-Чоль? Вы имеете в виду, сопровождающего Хвана? - Глаза Ма-Бока расширились от удивления.

"Так и думал!"

Джин Му-Вон ответил: - Да. Он мой дядя.

- В таком случае, вы - господин Джин Му-Вон?

- Откуда вы знаете?

- О, боже! Как я могу не знать? Каждый раз, когда сопровождающий Хван напивается, он только и говорит о вас, господин. Он говорил, что вы - герой, который возродит его клан, и что он очень гордится вами. Я помню, как он хвастался вами, словно это было только вчера.

По словам Ма-Бока, Хван-Чоль был постоянным посетителем этого ресторана. Всякий раз, когда он возвращался с задания, он заходил сюда выпить.

- Теперь, когда я об этом думаю, сопровождающий Хван всегда сидит на том же месте, где сейчас сидит господин. Какое совпадение!

Услышав слова Ма-Бока, Джин Му-Вон неосознанно коснулся стола.

"Это место, где дядя Хван садится выпить. Прямо сейчас я вижу тот же вид, что и он всегда."

Джин Му-Вон выглянул в окно. Оно выходило на торговую ассоциацию Белого Дракона. Даже закончив сложное задание, Хван-Чоль все еще крутился возле ассоциации.

"Кажется, я наконец-то понял, как сильно дядя Хван дорожит торговой ассоциацией Белый Дракон."

Слушая постоянную болтовню мальчика на побегушках Ма-Бока, Джин Му-Вон укрепился в своей решимости.

Случайности не случайны II

Джин Му-Вон поднял голову на вывеску с надписью "Торговая ассоциация Белый Дракон". Как и название, иероглифы были написаны крупным шрифтом вызывая благоговеный трепети вероятно, они были написаны мастером каллиграфии.

Внезапно его вывел из задумчивости голос: - Кто вы?

Двое охранников, охранявших ворота ассоциации, положили руку на мечи и настороженно посмотрели на него.

Только тогда Джин Му-Вон понял, что забыл о своих манерах. Он сцепил руки в знак приветствия и сказал: - Прошу прощения за свое грубое поведение. Меня зовут Джин Му-Вон, и я ищу ребенка по имени Квак Мун-Джун.

- Квак Мун-Джун? Из команды сопровождения? - Воскликнул один из охранников. Это был мужчина лет сорока, с очень ухоженной бородой, и, похоже, он был самым старшим воином среди охранников.

Он подошел к Джин Му-Вону и спросил: - Откуда ты знаешь Квак Мун-Джуна?

- Я не знаю его, но слышал, что он был довольно близок с моим дядей, о котором я не получал никаких известий почти полгода. Поэтому я хочу поговорить с ним.

- С вашим дядей?

- Верно. Моего дядю зовут Хван-Чоль, и он работает здесь в качестве сопровождающего.

- А? Так ты племянник брата Хвана? - Глаза охранника расширились от удивления.

- Вы знаете дядю Хвана?

- Конечно, знаю! Раньше я выпивал с ним каждые три дня. Однако в последнее время... - На этом слова охранника прервались. За последние полгода он тоже ничего не слышал о Хван-Чоле.

- ...в таком случае, полагаю, ты пришел узнать о местонахождении брата Хвана.

Джин Му-Вон молча кивнул.

*вздох* - Следуй за мной. Я отведу тебя к Мун-Джуну.

- Благодарю.

Джин Му-Вон последовал за охранником в торговую ассоциацию Белого Дракона. Внутренний двор был огромным, даже больше, чем северная крепость на пике своего развития.

- Ты впервые в торговой ассоциации?

- Угу.

- В отличие от большинства, ты не выглядишь удивленным или потрясенным причудливыми зданиями.

- Все не так. Я просто был шокирован до потери речи.

- Хаха, ассоциация - одна из десяти великих компаний, в конце концов! Брат Хван всегда гордился тем, что может работать в такой большой компании. Однако это еще ничего по сравнению с тем, как он гордится тобой. Каждый раз, когда он напивается, он только о тебе и говорит. Даже не пересчитать сколько раз он хвастался тобой.

- Правда?

- Ага. Мы всегда выпиваем в трактире Темная Луна прямо напротив. Как только брат Хван напивается, он начинает повторять снова и снова, что у него есть удивительный племянник, который однажды вернет славу его клану.

- Дядя Хван часто говорит мне это тоже. К сожалению, я не такой великий человек, каким он меня считает.

- Что ж, только время покажет. Тем не менее, раз брат Хван так высоко тебя оценивает, я с нетерпением жду, чего ты добьешься в будущем.

Его голос наполнен заботой о дяде Хване. Эти двое могут быть ближе, чем он думал вначале.

Вдруг краем глаза Джин МурВон заметил группу рабочих, занятых погрузкой более двадцати конных повозок с различными товарами и дорожными принадлежностями. Поскольку караван был окружен бдительной охраной, груз в повозках, вероятно, был очень ценным.

- Похоже, что эти люди готовятся к долгому путешествию.

- Я слышал, что им было поручено особое задание самой Старой Матриарх, но мне не сообщили подробностей.

Глаза Джин Му-Вона загорелись. "Так вот почему эти охранники необычайно бдительны. Я думал, что они слишком насторожены, даже для профессионалов, обученных торговой ассоциацией Белого Дракона."

- Почти на месте, - Продолжил охранник.

Джин Му-Вон отвернулся от каравана и увидел, что они приближаются к большой тренировочной площадке, где тренировались многие сопровождающие. Охранник подошел к человеку, похожему на командира, и что-то прошептал ему на ухо.

Выражение лица командира сопровождающих мгновенно изменилось, и он подошел к Джин Му-Вону.

- Я слышал, что ты племянник сопровождающего Хвана? Я глава финансового департамента, Гон Джин-Сон. Рад наконец-то познакомиться с тобой.

Джин Му-Вон сжал руку в кулак и слегка поклонился, приветствуя: - Я тоже рад познакомиться с вами. Меня зовут Джин Му-Вон.

- Присаживайся. Мун-Джун скоро придет, - Сказал Гон Чжин-Сон, указывая на стул в тени.

Джин Му-Вон кивнул и сел.

- Хорошо поболтать. Мне пора идти.

- Еще раз спасибо.

Охранник ворот улыбнулся и вернулся на свой пост.

Вдруг Гон Чжин-Сон спросил: - Ты пришел спросить о местонахождении сопровождающего Хвана?

- Да. Вам что-нибудь известно?

- По правде, я сам многого не знаю. Знаю только, что в Юннанк возникли какие-то проблемы, и третий мастер с отрядом охраны отправился туда, чтобы решить проблемы. Также, по приказу Старой Матриарх, сопровождающему Хвану было приказано присоединиться к заданию.

Глаза Джин Му-Вона сузились. - Почему Старая Матриарх заставила дядю Хвана присоединиться к столь опасному заданию?

- Откуда мне знать, о чем думают высшие чины? Просто, зная Старого Матриарха, она никогда бы не попросила сопровождающего Хвана присоединиться к заданию, если бы не думала, что он сможет принести пользу.

По тому, как почтительно говорил Гон Чжин-Сон, Джин Му-Вон понял, что этот человек очень высоко ценит Старого Матриарха.

Внезапно взгляд Гон Чжин-Сона переместился на длинный предмет в руках Джин Му-Вона. Хотя он не мог видеть внутреннюю часть из-за обернутой ткани, не нужно быть гением, чтобы понять, что это меч.

- Практикующий?

- Нет, но я достаточно силен, чтобы защитить себя.

- Хм, правда? - Гон Чжин-Сон не особо задумывался над ответом Джин Му-Вона.

Как еще один собутыльник Хван-Чоля, он был знаком с тем, как Хван-Чоль начинал хвастаться Джин Му-Воном каждый раз, когда напивался. Он никогда раньше не встречал Джин Му-Вона, но Хван-Чоль так подробно описал этого молодого человека, что понять, кто он такой, было довольно легко.

Как и охранник, он не слишком высоко ценил Джин Му-Вона. В пьяном виде люди склонны преувеличивать, особенно когда речь идет о членах их семьи.

После нескольких рюмок любая незначительная сила превращалась в особенность, и даже самого обычного ребенка называли гением. Гон Чжин-Сон не чувствовал, что Джин Му-Вон будет чем-то отличаться от детей других сопровождающих.

Тем не менее, просто на основании того, что Джин Му-Вон - племянник Хван-Чоля, они, по крайней мере, отнесутся к нему с уважением. Именно так они ценили Хван-Чоля, который прекрасно ладил со всеми и в тот или иной момент угощал всех выпивкой.

Хван-Чоль был добрым человеком и умел заботиться о других. Для младших сопровождающих он был их старшим братом.

- Неужели Белый Дракон не собирается отправить поисковую группу на поиски пропавшего дяди Хвана?

- Проблема в том, что сопровождающий Хван - не единственный человек, который пропал. Все члены группы Юннань, включая третьего мастера и всех членов охранного отряда, тоже исчезли.

- Что еще хуже, с тех пор как мы потеряли связь с группой третьего мастера шесть месяцев назад, Старая Матриарх уже отправила за ними три поисковые группы. Однако ни одна из поисковых групп не вернулась после отъезда в Юннань.

- Поэтому, не обращая внимания на поиски одного человека, торговая ассоциация Белого Дракона уже сходит с ума, разыскивая всех пропавших людей.

- Что!?

"В конце концов, когда Старая Матриарх поняла, что обычные методы не работают, она наняла сильную группу наемников, чтобы помочь с поисками. Сейчас высшие чины как раз заканчивают последние переговоры с наемниками, прежде чем отправиться в Юннань.

- Значит, караван, который я только что видел...

- ...содержит припасы и награды для наемников. Мы также загрузили его подарками для секты Тиранического Кулака в надежде, что они помогут нам найти пропавших людей.

Самой могущественной фракцией Юннань была секта Тиранического Кулака, возглавляемая Демоном Кулака Чо Чхон-У. Единственный способ добиться чего-либо в Юннани - это сначала получить одобрение секты Тиранического Кулака.

Однако это был не путь торговой ассоциации Белый Дракон. Они были купцами, которые никогда не склонялись перед чужой силой, а прокладывали свои собственные независимые торговые пути в Юннань. Поэтому маловероятно, что секта Тираничечкого Кулака захочет помочь ассоциации найти пропавших людей.

Однако, поскольку третий мастер был среди пропавших людей, у ассоциации не было другого выбора, кроме как отказаться от своих собственных маршрутов и положиться на секту Тиранического Кулака.

- Другими словами, они планируют подкупить секту Тиранического Кулака.

- А какой у нас еще есть выбор? Торговая ассоциация Белый Дракон просто в отчаянии, - Горько усмехнувшись, ответил Гон Чжин-Сон.

Он говорил именно о торговой ассоциации Белого Дракона. Та самая торговая ассоциация Белого Дракона, которая была одной из десяти крупных компаний и обладала даже большей властью и влиянием в мире, чем секта Тиранического Кулака. То, что им пришлось отступить от своей гордости и умолять секту Тиранического Кулака о помощи, показывало, насколько они были в отчаянии.

Теперь Джин Му ю-Вон понял, что ассоциация не бросила Хван-Чоля и ничего не делала все это время. Даже если они ничего не добились, по крайней мере, он оценил тот факт, что они старались изо всех сил.

- А, Мун-Джун пришел, - Сказал Гон Чжин-Сон, указывая на мальчика, бегущего навстречу им двоим.

- Хорошо поболтать. Мне пора идти на встречу со Старым Матриархом.

- Могу ли я присоединиться к поисковому отряду Юннань?

- Э?

- Если я отправлюсь в Юннань на поиски дяди Хвана, то я не против заняться каторжными работами.

Гон Чжин-Сон встретился взглядом с Джин Му-Воном. У него был необычайно свирепый взгляд, который испугал бы многих людей, но Джин Му-Вон был невозмутим. Молодой человек не избегал его взгляда и не колебался, а просто смотрел прямо.

Понимая, что ему не удастся переубедить Джин Му-Вона, Гон Чжин-Сон вздохнул.

- Хорошо, я сообщу о тебе Старой Матриарх.

Гон Чжин-Сон ушел в это же время, когда появился Квак Мун-Джун.

Сверкая глазами, подросток с любопытством посмотрел за Джин Му-Вона.

Случайности не случайны III

Старая Матриарх подняла чашку чая к губам и наблюдала за сидящими напротив нее молодым человеком и женщиной.

На лице молодого человека, одетого в голубую одежду, была слабая улыбка. Он был похож не на воина, а скорее на ученого. Его звали Чон-Ри Му Хван, также известного как "Методичный Стратег". Его боевое искусство уступало "Семи молодым Небесам", семи сильнейшим молодым мастерам боевых искусств, признанных в мире, но его интеллект был выше, чем у большинства.

Каждый год в мире появлялось несколько молодых вундеркиндов. В сумме это означало, что сотни, а то и тысячи таких юных вундеркиндов бродят по миру, мечтая стать героями.

Большинство из них стремились стать новыми Девятью Небесами. Однако сделать это было так же сложно, как достать звезды с ночного неба.

Среди многообещающих молодых героев было семь человек, которые, по мнению людей, имели наибольшие шансы стать преемниками Девяти Небес. Ими были:

+ Шим Вон-Ли, "Нефритовый Цилинь".

+ У Тхэ-Чон, "Свободолюбивый Джентльмен".

+ Хен Гон-Ви, "Боевой Маньяк".

+ Би Чун-Эн, "Последний Дракон".

+ Нам Су-Рен, "Святая с горы Му".

+ Ен Со-Со, "Цветок Запада"

+ Сео-Мун Хва Рен, "Небожитель багрового Первоцвета".

Семь молодых Небес состояли из четырех мужчин и трех женщин, и каждый из них был Мастером боевых искусств, который не проиграл бы Мастеру старого поколения.

Чон-Ри Му Хван, хотя и был далек от Семи молодых Небес, все же он был известным вундеркиндом в мире. Как и его титул Методичный Стратег, он был осторожным человеком, детально продумывающим свои планы, шаг за шагом.

Самое главное, он был заместителем Железной Бригады, небольшой наемной группы, состоящей из нескольких десятков Мастеров боевых искусств. Однако их слава намного превосходила их небольшой коллектив.

Железная Бригада часто выполняла задания, которые поручали им другие секты мурим. Они были группой, готовой на все, лишь бы цена была подходящей. Они были как умными стратегами, так и сильными воинами и имели репутацию людей, никогда не предающих своих нанимателей.

Лидером и капитаном Железной Бригады был человек по имени Ен Му-Сон. Он был упрямым, прямолинейным и очень сильным воином.

Поговаривали, что если Ен Му-Сон представляет собой мускулы Железной Бригады, то Чон-Ри Му Хван - ее мозг. И человек, который решал, примет ли группа задание или нет, был не капитан, а главный стратег, Чон-Ри Му Хван.

Взгляд Старой Матриарх скользнул на красивую женщину лет двадцати, элегантно попивающую чай рядом с Чон-Ри Му Хваном. Женщина была одета в простую одежду из шкуры снежного барса и не пыталась скрыть ужасные шрамы, которые тянулись от шеи вниз к груди. Резкий контраст между ее культурными манерами и грубой внешностью произвел сильное впечатление на Старого Матриарха.

Ее звали Чхэ Як-Ран. Как и Чон-Ри Му Хван, она была заместителем Железной Бригады, но если первый был стратегом, то она была воином.

За все время беседы Чон-Ри Му Хвана и Старого Матриарха она не произнесла ни слова. По ее молчанию Старая Матриарх поняла, что она не из болтливых.

Старая Матриарх снова повернулась лицом к Чон-Ри Му Хвану, который улыбнулся и сказал: - Если вы готовы выполнить наши условия, мы с радостью примем вашу просьбу.

- Конечно, заместитель Чон-Ри. По завершении задания торговая ассоциация Белый Дракон выплатит вам всю сумму, и ни медяком меньше.

- Тогда договорились.

Чон-Ри Му Хван положил на стол заранее подготовленный контракт. В договоре были четко записаны все детали их переговора.

"Я слышал, что Чон-Ри Му Хван очень проницательный человек, и слухи не лгали. Он уже заранее предвидел, на что я соглашусь."

Старая Матриарх наняла Железную Бригаду, чтобы спасти своего сына, Юн Джу-Мена. Если он еще жив, они должны были сопроводить его обратно, а если мертв - достать его тело. В зависимости от ситуации, обещанная награда была разной. Все эти детали были указаны в договоре.

Другими словами, Чон-Ри Му Хван разыграл ее, Старого Матриарха, как дурака. Вся их беседа проходила именно так, как он и планировал.

Тем не менее, Старая Матриарх не расстроилась. Напротив, она была рада, что человек, которого она наняла для поиска сына, оказался настолько компетентным. Ведь чем компетентнее был Чон-Ри Му Хван, тем больше шансов, что ее сын вернется домой живым.

Старая Матриарх поставила свою печать на договоре, а Чон-Ри Му Хван сложил его и убрал в нагрудный карман.

- Процедура завершена. Завтра утром мы отправимся в Юннань.

- Спасибо!

- Поблагодарите нас после того, как мы спасем господина Юна.

- Простите за вопрос, но сколько ваших людей отправятся на это задание?

- Кроме меня и заместителя Чэ, на задание отправятся "Охотник за Душами" Им Чжин-Еп, "Мечник семи Навыков" Гон Сон-Чан, и "Сумеречный Лук" Дам Чжон-Хон. Остальные члены нашего отряда, включая капитана, встретятся с нами в Сычуани.

Старая Матриарх была ошеломлена ответом Чон-Ри Му Хвана. Три человека, которых упомянул Чон-Ри Му Хван, также были известными членами Железной Бригады. В частности, эти трое были известны своими навыками слежки и спасения. Она спросила: - Постойте, вы только что сказали, что встретитесь со своим капитаном в Сычуани?

- Все верно. Нам все равно придется проехать мимо Сычуани по пути в Юннань, поскольку несколько наших членов только недавно завершили там задание, так что это не такой уж большой объезд. Я уже сообщил им о нашем скором прибытии, и они будут ждать нас там.

- Понятно... - Старая Матриарх вздохнула. Обычно она была очень спокойной и собранной, когда дело касалось бизнеса, но когда речь заходила о жизни ее детей, она становилась очень эмоциональной.

Железная Бригада была ее последним шансом найти пропавшего сына.

Сначала она думала обратиться за помощью к Небесной Вершине, но быстро отказалась от этой идеи. Слишком много времени уйдет на обработку запроса в бюрократической системе, и она понятия не имела, примут ли они его вообще.

Даже если Небесная Вершина одобрит ее просьбу, они могут не прислать воинов, соответствующих ее стандартам, и обязательно выставят ей смехотворно завышенную цену.

Она была вполне довольна предложением, которое ей сделала Железная Бригада. Если даже им не удастся спасти ее сына, то ей не останется ничего другого, как признать, что он мертв, и отказаться от поисков. Хотя ей было больно, это было решение, которое она должна была принять как глава торговой ассоциации Белого Дракона.

Старая Матриарх посмотрела в сторону двери и крикнула: - Глава департамента Гон, вы там?

- Да, госпожа!

- Проходи.

Гон Чжин-Сон, глава финансового департамента, вошел в комнату и поклонился: - Чем могу быть полезен, госпожа?

- Железная Бригада приняла нашу просьбу.

- Правда? - Воскликнул Гон Чжин-Сон. Он узнал название Железной Бригады. С их помощью шансы найти третьего мастера возросли в разы.

Чон-Ри Му Хван посмотрел на Гон Чжин-Сона, вежливо поприветствовал его и сказал: - Пожалуйста, позаботьтесь о нас, глава департамента.

- Нет-нет, это мы благодарны вам за помощь, - Поспешно ответил Гон Чжин-Сон, возвращая приветствие.

- Они отправятся в путь завтра. Глава департамента, я буду благодарна, если вы представите их группе сопровождения.

- Да, госпожа!

Чон-Ри Му Хван и Чхэ Як-Ран встали со своих мест. Однако Гон Чжин-Сон не стал сразу же их провожать. Вместо этого он спросил: - Госпожа, не могли бы мы добавить еще одного человека в поисковую группу?

На лице Старого Матриарха появилось обнадеживающее выражение, но Гон Чжин-Сон быстро пояснил: - Племянник сопровождающего Хвана, который пропал вместе с третьим мастером, находится здесь. Он хотел присоединиться к поисковому отряду Юннань.

Глаза Старого Матриарха заблестели. Она чувствовала себя виноватой за то, что втянула Хван-Чоля в неприятности, ведь единственная причина, по которой она отправила его в Юннань с Юн Джу-Меном, заключалась в его удаче и живучести. Если бы она могла хоть что-то сделать для него сейчас...

- Хм? У сопровождающего Хвана есть племянник?

- Да. Он хвастался своим племянником каждый раз, когда напивался.

- Вот как? Похоже, я была слишком небрежна, отправив сопровождающего Хвана на такое опасное задание, не зная толком о его личной жизни. Ладно, если племянник сопровождающего Хвана не вызовет особых проблем, то пускай присоединяется.

Старая Матриарх не раздумывая добавила Джин Му-Вона в поисковую группу. Обычно она никогда бы не поступила так легкомысленно, не проверив его биографию, но сейчас она была слишком напряжена и встревожена, чтобы беспокоиться.

Попутчик I

Им Чжин-Еп и Дам Джлн-Хон пили и болтали с сопровождающими всю ночь напролет. Всего за два часа они полностью влились в группу, и сопровождающие стали относиться к ним как к своим. Их социальные навыки были достойны восхищения.

В отличие от них, Джин Му-Вон в основном держался отчуждено. Несколько сопровождающих проявили интерес к разговору с племянником Хван-Чоля, но большинство из них игнорировали его существование.

Такова человеческая природа. Людям просто не было дела до того, что их не касалось. Джин Му-Вон хорошо понимал этот факт и не винил этих людей за то, что они бессердечны.

В данный момент он лежал на кровати Хван-Чоля, но бесчисленные мысли проносились в его голове, не давая уснуть. Сначала его охватило беспокойство за Хван-Чоля. Однако бессознательно его мысли постепенно переключились на девушку, которую он не видел много лет.

"Ха-Соль..."

С того дня Ын Ха-Соль полностью исчезла, как будто ее никогда и не существовало.

"И не только она, Тихая Ночь тоже затихла после событий того дня. Решились ли их внутренние дела, или они все еще пытаются разобраться в себе?"

"Было бы здорово, если бы я мог подтвердить, что Ха-Соль жива, но, к сожалению, дядя Хван не смог ничего узнать ни о ней, ни о Тихой Ночи. Единственное, что меня утешает, так это то, что Небесная Вершина тоже не знает, что планирует Тихая Ночь."

Семь лет назад северная крепость была стерта с лица карты. Небесные Вершины начали расследование, но ничего не сумели отыскать.

Вместо этого они построили новый гарнизон прямо на месте крепости. В отличие от предыдущих, они не просто послали несколько обычных наемников охранять ее. На этот раз они разместили там настоящую армию.

Однако Тихая Ночь так и не проявила себя. Казалось, будто события того дня были лишь иллюзией. Единственным результатом той битвы стало то, что Небесная Вершина усилила меры обороны и наблюдения.

Если Тихая Ночь и попытается что-то сделать сейчас, это точно не останется незамеченным информационной сетью Небесной Вершины.

Но чтобы узнать об этом из первых уст, ему нужно было внедрить шпиона в Небесную Вершину. К счастью, у него был один перспективный кандидат на эту роль.

Сео Му-Санг.

Сейчас он понятия не имел, где находится Сео Му-Санг и чем тот занимается. За последние семь лет его первый последователь не связался с ним ни разу. Однако Джин Му-Вон твердо верил в терпение и хладнокровие Сео Му-Санга и не слишком беспокоился, что тот предаст его или попадет в беду.

"Со временем я обязательно встречусь с ним снова. А пока мне нужно сосредоточиться на поисках дяди Хвана", - Заключил Джин Му-Вон.

Не нужно было ничего обдумывать. Если он сосредоточится на выполнении одной задачи за раз, то в конце концов добьется желаемого результата.

Самым сложным было удержать свои желания, неустанно ожидая подходящего момента для удара. Однако Джин Му-Вон был уверен в себе; как никак прожил такой жизнью более десяти лет.

Разобравшись со своими мыслями, Джин Му-Вон почувствовал себя намного лучше. Он улыбнулся и открыл глаза, но обнаружил, что сопровождающие все еще заняты гулянием и не вернулись в свои комнаты. Несмотря на это, ему было совсем не одиноко.

- Все равно мне нравится тишина...

Он привык к одиночеству. С тех пор как умер его отец, он всегда был один, за исключением того короткого времени, которое он провел вместе с Ын Ха-Соль.

Как раз когда он начал наслаждаться одиночеством, Гон Сон-Чан, Мечник семи Навыков Железной Бригады, открыл дверь и вошел в комнату.

Гон Сон-Чан на мгновение огляделся, а затем рухнул на пустую кровать. Он крепко сжал меч с очень тонким лезвием, словно он был ему дороже собственной жизни.

Другие люди могли не понять этого, но Джин Му-Вон понимал, что чувствовал Гон Сон-Чан.

Для фехтовальщика меч был его жизнью, он был неотъемлемой частью его существа. Некоторые люди считали, что меч - это просто кусок металла, но настоящие фехтовальщики знали, что у меча есть своя жизнь, и его всегда нужно держать на расстоянии вытянутой руки.

Вдруг Гон Сон-Чан повернулся и посмотрел на Джин Му-Вона, точнее, на меч, лежащий рядом с ним.

- Ты тоже... мечник?

Джин Му-Вон спокойно кивнул.

Голос Гон Сон-Чана сразу же приобрел дружелюбный тон: - Хороший выбор. В мире существует множество видов оружия, но меч - король среди них. Если отполируешь свои навыки до приемлемого уровня, я верю, что ты станешь отличным фехтовальщиком.

- Спасибо...

- Как тебя звать?

- Джин Му-Вон.

- ...я запомню.

Хотя Гон Сон-Чан и сказал это, он не ожидал многого от Джин Му-Вона. Молодой человек, скорее всего, был сопровождающим, а быть сопровождающим - не самое привилегированное положение. Ему было трудно овладеть боевыми искусствами выше третьего уровня, и, как бы в подтверждение его предположений, он не чувствовал много Ци в теле юноши.

Правда заключалась в том, что теневая Ци Джин Му-Вона была практически необнаружаема обычными методами. Гон Сон-Чан мог чувствовать только ту Ци, которую тот сознательно позволил ему чувствовать. Он считал, что для мастера боевых искусств отсутствие Ци - это ненормально, поэтому он обычно излучал немного, чтобы другие люди могли ее обнаружить. Ци, которую он излучал, была достаточной, чтобы люди не заподозрили его в сокрытии своей истинной силы, и в то же время достаточно слабой, чтобы большинство списало его на то, что он всего лишь третьесортный Мастер боевых искусств.

Гон Сон-Чан быстро потерял интерес к Джин Му-Вону, прислонился ближе к стене и закрыл глаза. С другой стороны, Джин Му-Вон решил встать и выйти на улицу.

Он все еще слышал шумные звуки на тренировочной площадке, поэтому решил пойти в противоположном направлении. Хотя еще не совсем стемнело, вокруг торговой ассоциации Белый Дракон уже горели факелы, а рабочие все еще были заняты переносом товаров. Казалось, что люди в ассоциации даже не подозревали, что ночи предназначены для сна.

Джин Му-Вон прогуливался по тропинке, но никто не обращал на него внимания. Пока он не пытался войти в важные здания, для них он был просто еще одним служащим ассоциации.

Все были спокойны, несмотря на то, что видели незнакомого человека, потому что узнать каждого из нескольких сотен сотрудников штаб-квартиры ассоциации было практически невозможно. Кроме того, сотрудники филиалов иногда посещали штаб-квартиру ассоциации, и их были тысячи по всей центральной равнине.

Внезапно Джин Му-Вон остановился на месте. Мужчина и женщина спорили перед караваном из двадцати повозок, который он видел ранее.

Мужчина был Юн Ху-Мен, руководитель ассоциации, а женщина - его младшая сестра Юн Со-Ин.

Юн Ху-Мен нахмурился и закричал: - Не думай, что я не знаю, что ты собираешься делать. Зачем тебе это?

Юн Со-Ин надулась и ответила: - И ты, и я обо понимаем, что одного начальника департамента Гон недостаточно для того, чтобы поиски Джу-Мена прошли гладко. Слишком много работы для одного человека! Поэтому я собираюсь помочь ему.

- Хааа? Что это за оправдание такое!? Мы даже не знаем, жив ли Джу-Мен. Это слишком опасно, я не позволю тебе поехать в Юннань!

- Мне плевать. Мое сердце настроено на поездку.

- Да ты!... Черт!

Юн Со-Ин очень хорошо ладила со своим младшим братом, Юн Джу-Меном. Он был самым младшим среди братьев и сестер, и она всегда его опекала.

- Брат, ты забыл? Я изучала боевые искусства в секте Конгтонг. Я могу о себе позаботиться.

- С какой вообще стати ты добровольно подвергаешь себя такой опасности?

- Я делаю это ради драгоценного члена семьи.

Юн Ху-Мен опешил от ответа младшей сестры, а также непоколебимой решимостью в ее глазах.

Он вздохнул, зная, что Юн Со-Ин не из тех, кого легко переубедить. Она была настолько талантлива в боевых искусствах, что о ней узнала и обучила самая известная секта в Ганьсу - секта Конгтонг.

Хотя она и не достигла уровня Семи молодых Небес, она все же была гением, на которого секта Конгтонг возлагала свои надежды. Поэтому, несмотря на то, что она была членом торговой вссоциации Белого Дракона, секта Конгтонг все равно обучила ее некоторым из своих сильнейших боевых искусств, включая Божественной ладонью Темных Небес и Мечом Порабощения Демонов. Юн Со-Ин гордилась тем, что смогла научиться этим боевым искусствам, и была уверена в своих силах.

ШИНГ!

Внезапно Юн Со-Ин достала уруми, обернутый вокруг ее талии, и влила в него свою Ци. Гибкое лезвие, которое сначала извивалась на земле, словно змея, мгновенно стало прямым, как стальной стержень.

Даже Юн Ху-Мен, не знавший многих боевых искусств, смог почувствовать холодную убийственную ауру, исходящую от уруми.

- Даже увидев это, ты все еще пытаешься остановить меня? Я вполне способна защитить себя!

"Это даже не убеждение. Тц, у меня голова раскалывается от одной мысли о том, что будет, если она и дальше будет так себя вести", - Подумал Юн Ху-Мен. - "У меня нет другого выбора, кроме как сдаться, но я должен хотя бы добавить несколько условий..."

- Хорошо, хорошо, я понял. Однако я позволю тебе дойти только до секты Тиранического Кулака. Там ты будешь спокойно ждать, пока Железная Бригада и глава департамента Гон спасут Джу-Мена. Кроме того, если ты почувствуешь опасность, ты должна немедленно отказаться от участия. Обещай мне, что будешь следовать этим условиям, и я разрешу тебе отправиться в Юннань.

Юн Со-Ин радостно кивнула в знак согласия: - Хорошо, я обещаю. И еще, ты слишком много волнуешься!

"Это нормально волноваться!" - Юн Ху-Мен вздохнул. Он не знал, как ему объяснить этот вопрос Старой Матриарх.

К несчастью для Юн Ху-Мена, Юн Со-Ин не заметила разочарования брата. Она засияла и сказала: - Тогда я сейчас же вернусь и подготовлюсь к путешествию!

Достигнув своей цели, Юн Со-Ин поскакала обратно к своим покоям. По дороге она ненадолго остановилась перед Джин Му-Воном. Некоторое время они смотрели друг на друга, пока до Джин Му-Вона не дошло, что он преграждает ей дорогу.

- Ах, извиняюсь! - Извинился он, отступая в сторону. Как только он убрался с дороги, Юн Со-Ин сделала большой шаг вперед и продолжила свой путь, оставив Джин Му-Вона смотреть ей вслед.

"Эта пылкая молодая госпожа будет одной из моих попутчиц!?'

Джин Му-Вон не знал почему, но у него было предчувствие, что это путешествие пройдет не так гладко, как он надеется.

Попутчик II

Старая Матриарх и Юн Ху-Мен наблюдали за тем, как караван из двадцати повозок покидают торговую ассоциацию Белого Дракона. Включая наемников Железной Бригады и сопровождающих, всего ассоциацию покинуло более пятидесяти воинов.

Обычно такой большой караван сопровождали несколько слуг. Однако, принимая во внимание опасность, а также длительность путешествия, было решено, что к поисковой группе будут допущены только те, кто владеет боевыми искусствами.

Старая Матриарх стояла возле главных ворот. Когда воины проезжали мимо нее, она улыбалась и обменивалась взглядами с каждым из них, начиная с Гон Чжин-Сона и сопровождающих, затем Чон-Ри Му Хвана, Чхэ Як-Рана, Им Чжин-Епа, Гон Сон-Чана, Дам Джон-Хона и остальных наемников. Хотя большинство из них накануне напились до чертиков, никто из них не страдал от похмелья и весело ответили на ее приветствие.

"Я молюсь за ваше благополучное возвращение и за то, чтобы вы смогли вернуть домой моего Джу-Мена."

- Хаа... - Увидев свою дочь Юн Со-Ин, едущую на одной из повозок, она вздохнула. Как и ее старший сын Юн Ху-Мен, она не смогла переубедить дочь остаться дома.

"Я ухожу, и точка."

Старая Матриарх все еще слышала твердый голос дочери, отдававшийся эхом в ее ушах.

Наконец, последняя повозка прогромыхала мимо нее. Кучером был молодой человек, которого она не узнала. Когда она увидела его, странный свет наполнил ее глаза.

"Так этот ребенок - племянник Хвана?"

Чувство вины захлестнуло ее сердце. Она боялась, что в итоге отправит на смерть не только Хван-Чоля, но и племянника сопровождающего.

Внезапно глаза Джин Му-Вона встретились с ее глазами. И как только она увидела глубокий взгляд юноши, то тут же опешила.

"А?!"

Она ничего не могла прочесть в этих глазах. Это было неожиданно. Большую часть своей жизни она была торговцем и успела познакомиться со множеством людей, от героев до политиков, мошенников и даже злых преступников, угрожавших миру во всем мире.

Благодаря своему богатому опыту она считала, что у нее развился хороший глаз на людей.

Человеческие лица завораживали. Люди, которые шли по одному и тому же жизненному пути, через некоторое время часто начинали выглядеть физически похожими. Поэтому ей часто было достаточно нескольких намеков, чтобы предсказать призвание и будущее человека.

Например, Чон-Ри Му Хван и Чхэ Як-Ран, с которыми она разговаривала накануне, были чрезвычайно талантливыми людьми. По их лицам Старая Матриарх поняла, что их ждет блестящее будущее, если только не случится ничего особенно плохого или неожиданного.

Однако, взглянув на Джин Му-Вона, она ничего не смогла разобрать. Молодой человек слабо улыбался, но под этой улыбкой скрывалось что-то, что скрывало его истинную сущность.

Впервые в жизни она встретила такого человека, как Джин Му-Вон. Это нервировало. Неосознанно она окликнула его: - Эй...

- Мама? - Спросил Юн Ху-Мен, с любопытством глядя на нее.

Старая Матриарх отвлеклась лишь на мгновение, но когда к ней вернулись чувства, Джин Му-Вон уже проехал мимо ворот и постепенно исчез вдали вместе с остальными караванами. Она вздохнула и сказала: - Как бы я ни спешила, я должна была найти время, чтобы встретиться с ним. Игнорировать его было грубейшей ошибкой.

Такой человек, как он, не может быть обычным. Нет, даже если он был обычным, ей все равно следовало поговорить с ним. Только тогда она смогла бы более точно оценить, что он за человек. Она не могла заставить себя оценить цену, которую ей, возможно, придется заплатить за этот промах.

Ее рассудок помутился из-за беспокойства за детей, и это стоило ей драгоценной возможности. Она забыла о том, что торговец никогда не должен терять самообладания, даже когда члены его семьи находятся в опасности.

- Возможно, пришло время уйти на покой... - Пробормотала она, и темная тень опустилась на ее лицо.

Глядя на необычную реакцию своей матери, растерянный Юн Ху-Мен сказал: - Мама?...

Чтобы добраться до Юннаня за полтора, максимум два месяца, караван в спешном темпе двинулся на юг. Чем быстрее они достигнут места назначения, тем раньше начнутся поиски пропавших людей, и тем больше шансов найти выживших.

☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆

КЛИП КЛОП КЛИП КЛОП!

Каждый удар и вибрация колес повозки на неровной земле передавались заднице Джин Му-Вона. Это было крайне неприятно, но он вряд ли был в настроении беспокоиться о чем-то незначительном.

Караван привлекал много внимания прохожих. Хотя город Ланьчжоу был центром торговли, редко можно было встретить большой караван, состоящий из двадцати повозок и более чем пятидесяти человек.

Джин Му-Вон знал, что эти любопытные взгляды были направлены не на него, но все равно не мог избавиться от тревожного страха, что его узнают. Он откинул капюшон плаща, чтобы скрыть лицо, и сразу почувствовал себя намного лучше.

Когда Квак Мун-Джун, ехавший верхом на лошади рядом с повозкой Джин Му-Вона, увидел реакцию молодого человека, он подметил: - Брат, ты случайно не стесняешься?

Из-за своей неопытности Квак Мун-Джун был назначен в самый конец каравана. Его задачей было следить за тем, чтобы задние караваны оставались в строю, и следить за засадами.

- Не особо. У тебя как дела?

- Хаха! Как видишь, все под контролем, - Ответил Квак Мун-Джун, выпятив грудь. Он провел предыдущую ночь, выпивая и веселясь вместе с Им Чжин-Епом и остальными сопровождающими, но, несмотря на юный возраст, его переносить алкоголя была уже очень высокой, и он не проявлял никаких признаков похмелья.

Им Чжин-Еп и Дам Чжон-Хон были совершенно безжалостны к сопровождающим, веселясь всю ночь напролет без отдыха. Даже Квак Мун-Джун в конце концов затянулся на всю ночь, завороженный рассказами о приключениях наемников.

Особенно его увлек рассказ о сражении наемников с Тремя Уродами Железного Сердца, троицей похитителей и насильников. Когда наемники рассказывали о подробностях своих схваток, он представлял себя главным героем истории и крепко сжимал кулаки.

Кроме того, во время гуляний наемники подбадривали его, говоря, что если он будет тренироваться изо всех сил, то однажды станет таким же героем, как и они. Сочетание рассказов и поощрений разгорячило и подстегнуло его героические амбиции.

Джин Му-Вон чувствовал волнение Квак Мун-Джуна. На мгновение ему захотелось вернуть молодого парня к реальности, но в конце концов он решил отказаться. Квак Мун-Джун был еще незрелым подростком, и его бушующие эмоции могли легко взять верх над здравым смыслом. Даже если бы он попытался убедить парня, тот бы его не послушал. Лучшее, что он мог сделать для него сейчас, - это молча наблюдать за ним и следить, чтобы он не совершал необдуманных поступков.

Им Чжин-Еп, Дам Чжон-Хон и Гон Сон-Чан находились в самом начале каравана, и Джин Му-Вон не мог видеть их со своей позиции. Это было хорошо. Он надеялся, что все так и останется, пока он не достигнет Юннань. Он не хотел рисковать, чтобы его узнали.

Еще в северной крепости он жил под постоянным наблюдением; его передвижения и действия тщательно отслеживались каждый день, двадцать четыре часа в сутки. Ему даже пришлось заниматься боевыми искусствами в подвале, где его никто не мог заметить.

Напротив, нынешнему ему не нужно было постоянно быть начеку в поисках шпионов. Большинство людей в караване следили за дорогой впереди и редко оглядывались назад.

Квак Мун-Джун попытался поболтать с Джин Му-Воном, но когда понял, что тот не очень-то расположен к общению, ускакал вперед и вернулся к своей работе. Только тогда Джин Му-Вон смог наконец спокойно насладиться проплывающими мимо пейзажами.

Вскоре после того, как караван покинул Ланьчжоу, пейзаж полностью изменился. Исчезли жилые дома и магазины, их сменили возвышающиеся горные хребты. Повозки двигались в один ряд по узкой дороге, петлявшей между гор, так что конца пути не было видно.

Джин Му-Вон закрыл глаза. Даже тогда, благодаря Всеохватывающему Восприятию, он все еще мог чувствовать все, что его окружало.

Всеохватывающее Восприятие - это способность, пробудившаяся у него во время битвы с демоном хаоса Тхэ Му-Каном. Она позволяла ему воспринимать окружающую обстановку настолько четко, что ни одно изменение, каким бы незначительным оно ни было, не могло ускользнуть от его внимания. Это восприятие было настолько острым, что даже при нарушении зрения он мог создать мысленный образ окружающего пространства.

...это также было причиной того, что он мог управлять повозкой с закрытыми глазами. Он даже мог разделить свое сознание на две части и вести повозку, одновременно тренируясь в искусстве Десяти Тысяч Теней.

Когда он постепенно погрузился в это искусство, мир внутри его сердца открылся ему. Это был мир тьмы и абсолютной тишины, и именно там Джин Му-Вон чувствовал себя наиболее комфортно. В один момент он словно вернулся в материнскую утробу и свернулся в клубок. В следующий момент он уже расправлял крылья, словно птица, и лениво скользил по небу.

Помимо его внутреннего мира, это искусство также заставило теневую Ци вытекать из акупунктуры Моря Ци и циркулировать по всему телу. Для других теневая Ци была необнаружима и неосязаема, но для Джин Му-Вона ее присутствие было ясно как день.

РАР!

Внезапно теневая Ци, которая циркулировала плавно и спокойно, начала бушевать. Джин Му-Вон нахмурился, но не запаниковал и сосредоточился на управлении Потоком Ци.

Он забыл о течении времени и не обращал внимания на смену обстановки. Он видел только свой внутренний мир и наслаждался свободой, которую давало ему пребывание в этом мире. Он был одновременно и создателем, и хозяином этого мира; мира его разума, который был полностью отделен от реальности.

"...интересно, как долго я медитировал?"

Он мог чувствовать движение людей вокруг себя через свое Всеохватывающее Восприятие. Он объединил свое разделенное сознание и открыл глаза.

Гон Сон-Чан стоял на поляне рядом с караваном и кричал: - Уже поздно, поэтому сегодня мы будем отдыхать здесь! Скорее разбивайте лагерь!

"Солнце уже садится? Как летит время..."

Следуя приказу Гон Сон-Чана, сопровождающие отвязали лошадей от повозок, собрали всех животных и привязали их к деревьям неподалеку. Затем они поставили повозки близко друг к другу, образовав круг. Этот круг из повозок должен был образовать "стену" их лагеря. Несколько сопровождающих охраняли внешнюю сторону "стены", а остальные развели костры и стали готовить еду внутри.

Джин Му-Вон не мог не восхититься их координацией. Он знал, что сопровождающие уже давно работают вместе, но то, как они беспрекословно выполняли свою работу без конфликтов и путаницы, вызывало восхищение. Их координация была настолько хороша, что даже привыкшие к путешествиям наемники не могли не похвалить их.

Вдруг один из старших сопровождающих подошел к Джин Му-Вону и сказал: - Эй, не стой столбом. Должно же быть что-то, с чем ты можешь помочь?

- ...а? Да, конечно! - Ответил Джин Му-Вон, смутившись.

Затем старший сопровождающий потащил его к костру, где молодые сопровождающие, включая Квак Мун-Джуна, были заняты приготовлением ужина.

Попутчик III

Джин Му-Вон накладывал в миски дымящиеся горячие котлеты и раздавал их всем.

- Хуууу!? Как вкусно!

- Ого!

Сопровождающие, попробовавшие горячее блюдо Джин Му-Вона, не могли удержаться от громких восклицаний. Сначала только несколько человек захотели попробовать стряпню Джин Му-Вона, но в мгновение ока все сопровождающие бросились на миски, пока не закончилась еда в котелке.

- А ты? Ты ведь еще не ел?

- Все нормально. Я поел, пока готовил.

Старший сопровождающий громко пожаловался: - Если тебя это устраивает, то с этого момента ты отвечаешь за готовку. Готовка этих парней на вкус как дерьмо по сравнению с твоей!

- Эээй! - Услышав его, сопровождающие, которые раньше были ответственными за готовку, тут же возразили, и разговор за ужином быстро перерос в спор.

Джин Му-Вон молча кивнул в ответ на указание старшего сопровождающего, но в этот момент о его присутствии практически забыли.

Нравится ему это или нет, но следующие два месяца ему придется провести с этими людьми. И хотя ему не нужно было прилагать никаких усилий, чтобы узнать их получше, не нужно было и специально отдаляться от них.

После ужина Джин Му-Вону и другим молодым сопровождающим было поручено вымыть посуду в ручье неподалеку от лагеря. Когда они закончили, он сел и прислонился спиной к одной из повозок, обняв Снежный цветок. Он посмотрел на ночное небо, чувствуя, что тонет в таинственном море ослепительно ярких звезд.

Вдруг кто-то подошел к нему и сказал низким голосом: - Я слышала, что вы отлично готовите. Все об этом говорят.

Джин Му-Вон повернулся лицом к говорившему. Это была красивая женщина в одежде из меха снежного барса. Большой шрам, спускающийся от шеи к груди, произвел на него сильное впечатление.

Она посмотрела на Джин Му-Вона и продолжила: - Ничего, если я сяду рядом?

Джин Му-Вон кивнул и вспомнил, как Гон Чжин-Сон представил ему эту женщину. Он сказал: - Вы... заместитель Чхэ Як-Ран?

Женщина села и ответила: - Зовите меня просто Чхэ Як-Ран.

- Приятно познакомиться. Меня зовут Джин Му-Вон.

- Рада знакомству, мастер Джин.

Джин Му-Вон уставился на Чхэ Як-Ран, удивленный ее вежливостью и непритязательностью. У нее не было причин заводить с ним разговор, ведь она была одним из могущественных воинов, нанятых торговой ассоциацией Белый Дракон, а он был просто случайным попутчиком.

Будучи специально нанятыми людьми, Железная Бригада получала особое отношение со стороны ассоциации. Им не нужно было делать никакой работы по лагерю, и даже еда, которую они ели, была специально приготовлена сопровождающим, который был сыном повара. И вид, и качество используемых ингредиентов намного превосходили то, что давали сопровождающим.

Увидев шокированное выражение лица Джин Му-Вона, Чхэ Як-Ран спокойно сказала: - В следующий раз я хотела бы попробовать ваше блюдо.

- Это просто блюдо... я не могу сравниться с профессиональным поваром.

- А мне больше всего нравятся простые блюда. Их легко есть, а питательные вещества хорошо сбалансированы, - Ответила Чхэ Як-Ран.

Когда у нее было свободное время, она тренировалась. Ей так нравилось тренироваться, что она считала, как жаль, что ей приходится отдавать несколько часов в день на еду и сон. Если бы она могла сэкономить немного времени, съев питательное горячее блюдо вместо сложной еды, и при этом получить все необходимые организму питательные вещества, она бы точно выбрала горячее блюдо.

- Хорошо, я обязательно приготовлю вам порцию в следующий раз.

- Спасибо, и простите, что прошу вас об этом, поскольку ваша работа в качестве сопровождающего, должно быть, тоже утомительна.

- Я не сопровождающий.

- А?

- Я еду в Юннань по личным делам.

- Э?! - Воскликнула Чхэ Як-Ран, запаниковав. Она заговорила с ним, потому что он выглядел как один из сопровождающих, но если он окажется важной персоной, то...

Джин Му-Вона слегка позабавило ее обеспокоенное выражение лица. Он объяснил: - Я просто помогаю по хозяйству, поскольку ассоциация разрешила мне путешествовать бесплатно. К тому же, приготовить на одного человека - не такая уж большая проблема.

- Н-нет... мне так жаль, я правда думала, что вы один из сопровождающих...

- Вам не нужно извиняться. Это простое недоразумение, и я думаю, что большинство людей с первого взгляда тоже подумают, что я сопровождающий, - Сказал Джин Му-Вон, улыбаясь.

Чхэ Як-Ран пристально посмотрела на лицо Джин Му-Вона и сказала: - Вы очень уникальный человек, мастер Джин.

Джин Му-Вон в недоумении спросил: - Что вы имеете в виду?

Джин Му-Вон не мог понять, что заставило Чхэ Як-Ран сказать то, что она сказала, но для нее он был единственным, кому не хватало здравого смысла. Она была единственной женщиной в Железной Бригаде, небольшой, но очень известной группе наемников. Многие завидовали ей, равнялись на нее, вожделели ее или просто интересовались сплетнями о ней. Поэтому она привыкла к странным взглядам людей, которые встречались с ней впервые.

Однако с Джин Му-Воном все было иначе. Она сидела рядом с ним, но он не проявлял никакого интереса к ее красоте или любопытства к ее внешности, включая шрам, который она с гордостью демонстрировала всему миру.

Чхэ Як-Ран наблюдала за Джин Му-Воном. Количество Ци, которое она почувствовала от него, было примерно таким же, как и у остальных сопровождающих. Это означало, что хотя он и знал некоторые боевые искусства, но не был очень силен. Если в нем и было что-то необычное, так это его глаза.

Когда она смотрела в его глубокие глаза, ей казалось, что она смотрит в самые глубины океана, но как бы она ни старалась, она не могла разглядеть дна, где находится его истинная сущность.

"...он точно человек?"

- Сестра.

Внезапно она услышала, как кто-то окликнул ее сзади. Обернувшись, она увидела Чон-Ри Му Хвана, который подошел к ней, пока она была погружена в свои мысли.

- Ты чего делаешь?

- Хм? А, ты об этом...

- Нам еще многое нужно обсудить и многое подготовить перед встречей с капитаном. Будет проблемой, если ты будешь бездельничать и не вернешься к работе.

Чхэ Як-Ран вздохнула. Люди часто называли Чон-Ри Му Хвана Методичным Стратегом, но для нее он был просто ворчливым младшим братом. Тем не менее, она не могла игнорировать его ворчание.

Она встала, и улыбнулась Джин Му-Вону: - Мне пора, но я с нетерпением жду вашего блюда завтра.

Когда Чон-Ри Му Хван увидел улыбку Чхэ Як-Ран, его глаза расширились от шока. Чхэ Як-Ран, которую он знал, не была женщиной, которая могла бы сказать что-то приятное. Она была красивой, но при этом более серьезной и конкурентоспособной, чем кто-либо другой. И самое главное, она никогда не улыбалась!

- Тогда до завтра!

Чон-Ри Му Хван посмотрел на Джин Му-Вона со сложным выражением лица, а затем неожиданно сказал: - Я бы тоже хотел попробовать ваше блюдо.

Джин Му-Вон нахмурил брови и посмотрел на Чон-Ри Му Хвана, который усмехнулся и добавил: - Заранее спасибо.

С этими словами Чон-Ри Му Хван развернулся и ушел вместе с Чхэ Як-Ран. Джин Му-Вон проводил их взглядом; по какой-то причине его голова разболелась.

Ночь в пустыне обычно начиналась раньше, чем в городе. Площадь, освещаемая кострами, была ограничена, и большая часть лагеря была окутана темнотой. Это была идеальная среда для волков и бандитов, чтобы устроить засаду на свою добычу, поэтому сопровождающим не оставалось ничего другого, как по очереди стоять на страже.

Было уже поздно, но наемники все еще не спали и обсуждали, как они будут вести поиски в Юннани. Чон-Ри Му Хван, стратег группы, говорил больше всех, а Чхэ Як-Ран и другие наемники молча слушали. Им Чжин-Еп иногда возражал, но его идеи быстро отметались здравой логикой Чон-Ри Му Хвана.

Всякий раз, когда это происходило, Им Чжин-Еп смущенно опускал руки, отчего наемники разражались хохотом: - Хахаха!

На другой стороне лагеря сопровождающие также разделились на несколько групп и сидели, беседуя у костров. Крепко обнимая себя от холода, Квак Мун-Джун подошел к Джин Му-Вону и сказал: - Брр, как холодно!

- Уже пора переходить на другую смену?

- Да, и мы свободны с сегодняшнего дня до завтрашнего утра.

Хотя он был еще подростком, Квак Мун-Джун серьезно относился к своей работе в качестве сопровождающего. Он старался выкладываться по полной и выполнять тот же объем работы, что и остальные, ведь только в этом случае к нему будут относиться как к равному.

Наблюдая за Квак Мун-Джуном, Джин Му-Вон вдруг почувствовал прилив ностальгии. Его ситуация сильно отличалась от ситуации мальчика, но ему тоже пришлось стать самостоятельным в раннем возрасте и взрослеть гораздо быстрее, чем другим детям. Оглядываясь назад, он не стал бы тем человеком, которым стал сегодня, если бы не тот тяжелый опыт.

Вместо того чтобы лечь спать, Квак Мун-Джун сел и скрестил ноги.

- Ты собираешься медитировать? - Спросил Джин Му-Вон.

- Да.

Это неожиданно. По здравому смыслу медитировать не следует, если только человек не находится один в тихом и уединенном месте, а этот шумный лагерь - не идеальное место. Не может быть, чтобы Квак Мун-Джун не знал этого, так почему же он решил медитировать здесь и сейчас? Если его концентрация нарушится во время медитации, есть шанс, что произойдет отторжение Ци, что приведет к инвалидности.

- Почему бы тебе не подождать, пока мы не окажемся в тихом месте, прежде чем начать медитировать? Здесь невозможно сохранить концентрацию.

- Дядя Хван сказал, что технику медитации, которой он меня научил, можно практиковать даже в таком шумном месте.

Глаза Джин Му-Вона загорелись от неожиданного ответа Квак Мун-Джуна. Он спросил: - Дядя Хван правда так сказал? Не мог бы ты сказать мне название той техники медитации, которой он тебя научил?

- Он сказал, что она называется "техника медитации Трех Истоков", и что она приведет меня к тому, что я стану экспертом в боевых искусствах.

- Техника медитации Трех Истоков?...

Глаза Джин Му-Вона задрожали. Ошеломленный, он посмотрел на небо и пробормотал: - Дядя Хван...

Попутчик IV

Техника медитации Трех Истоков была характерной техникой культивирования Ци секты меча Голубого Океана, одной из многих даосских сект малого и среднего размера, расположенных в горе Хэн провинции Шаньси. Боевые искусства секты меча Голубого Океана славились своей сбалансированностью и силой, но даже по сравнению с другими даосскими боевыми искусствами, в которых и так было сложно достичь высокого уровня мастерства, скорость культивирования Ци техники иедитации Трех Истоков была аномально медленной.

Медленный темп обучения был главной причиной того, что секта меча Голубого Океана с годами приходила в упадок, поскольку все больше молодых людей не имели терпения и предпочитали не вступать в секту.

Однако техника медитации Трех Истоков обладала рядом преимуществ, о которых мало кто знал. Во-первых, это было очень простое боевое искусство, настолько простое, что даже относительно посредственные люди могли легко его освоить. Для занятий этим боевым искусством требовался не ум, а терпение и решимость.

Если человек был терпелив, то со временем он мог овладеть техникой медитации Трех Истоков. Однако большинство умных людей предпочли потратить больше усилий на изучение более сложного боевого искусства с более высокой скоростью культивации.

Вторым преимуществом техники медитации Трех Истоков была ее стабильность, как у павильона, построенного на твердой скале, а не на мягкой почве. До тех пор, пока практикующий не достигнет определенного уровня, его Ци внезапно начнет накапливаться гораздо быстрее. Кроме того, Ци становилась чрезвычайно плотной, что приводило к увеличению физической силы по сравнению с другими техниками культивирования Ци. Это означало, что практикующие это боевое искусство хорошо подходили для использования тяжелого оружия, такого как большие мечи.

Третье преимущество заключалось в том, что техника медитации Трех Истоков обладала способностью противостоять демонической энергии. Это было связано с тем, что практикующие это боевое искусство, как правило, обладали сильной психической устойчивостью, что позволяло им противостоять демоническим и злым искусствам, направленным на разум.

В общем, именно эти три преимущества и дали название технике - "Три Истока". К сожалению, из-за того, что эти преимущества не были очевидными и известными по сравнению с недостатками, техника медитации Три Истока и секта меча Голубого Океана канули в лету.

После упадка секты меча Голубого Океана, техника медитации Трех Истоков была передана в дар Армии Севера. Однако никто в Армии Севера не захотел ее изучать, так как они вели войну, и не было смысла практиковать боевое искусство позднего расцвета, когда они могут не дожить до следующего восхода солнца.

Поэтому долгое время техника медитации Трех Истоков пролежала в углу Великой Библиотеки, собирая пыль. Только когда отец Джин Му-Вона, Джин Кван-Хо, отправился на поиски боевого искусства, подходящего для Хван-Чоля, она была открыта заново. Прежде чем обучить ею Хван-Чоля, Джин Кван-Хо даже сделал все возможное, чтобы усилить сильные и уменьшить слабые стороны.

В ответ на доброту Джин Кван-Хо, Хван-Чоль вложил всю душу в практику техники медитации Три Истока. Даже если его успехи были медленными, он никогда не винил Джин Кван-Хо за свой выбор. Наоборот, он благодарил бывшего повелителя Армии Севера каждый раз, когда преодолевал препятствия в своем обучении.

Джин Му-Вон вспомнил, как Хван-Чоль сказал: "Техника медитации Трех Истоков не предназначена для изучения гениями. Это боевое искусство для идиотов, а есть ли в этом мире кто-то глупее меня? Хахаха!"

После смерти Джин Кван-Хо, Хван-Чоль стал единственным человеком в мире, который знал технику медитации Трех Истоков. Эта техника была настолько простой, что даже Хван-Чоль стеснялся обучать ей других. Однако если он когда-нибудь решит передать ее, то это будет человек, очень похожий на него самого; человек, не обладающий талантом, но имеющий непреклонную решимость и терпение.

"Видел ли дядя Хван себя в этом ребенке?..."

Джин Му-Вон сразу понял, что Хван-Чоль чувствовал к этому ребенку. Квак Мун-Джун был похож на молодого Хван-Чоля, поэтому Хван-Чоль не мог не осыпать его заботой и вниманием.

- Хаа... - Вздохнул он, глядя на мальчика, погруженного в медитацию перед костром.

Практиковать технику медитации Трех Истоков - все равно что пройти тысячу миль со скоростью улитки. Это настолько сложная задача, что мало кто отважится ступить на этот путь. И все же этот мальчик, Квак Мун-Джун, выбрал именно этот путь.

Джин Му-Вон тихо пробормотал: - Если ты никогда не сдаешься, я верю, что ты обязательно станешь мастером боевых искусств.

"Я молюсь о том, чтобы ты никогда не признал поражения и не сдался, потому что я знаю, что дядя Хван ожидал бы от тебя именно этого."

Джин Му-Вон очень долго наблюдал за тренировками Квак Мун-Джуна, взяв на себя обязанности личного опекуна мальчика.

☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆

На следующее утро все собрали багаж и покинули лагерь. Когда они уехали, единственными следами того, что здесь кто-то останавливался, была выжженная земля на месте костров.

Несмотря на то, что все провели ночь под открытым небом, никто не выглядел уставшим. Это было только начало их долгого пути, и все они были мастерами боевых искусств, практикующими техники внутренней энергии. Чтобы снять усталость, им нужно было лишь немного помедитировать.

То же самое было и с Джин Му-Воном. Он не зря провел последние семь лет в далеких горах. Для него самым трудным в этом путешествии была скука, которую он испытывал, управляя повозкой целый день. Другие сопровождающие сторожили, поэтому его единственной задачей было следовать за повозкой впереди него.

Что ж, его положение все же было немного лучше, чем у других сопровождающих, которые ехали в повозках. По крайней мере, у него было Всеохватывающее Восприятие, что позволяло ему погрузиться в искусство Десяти Тысяч Теней и тренироваться, бессознательно управляя повозкой. Другим кучерам было так скучно, что они иногда дремали и нарушали строй каравана.

Всякий раз, когда это происходило, Гон Чжин-Сон выходил вперед и восстанавливал порядок. Если повозки в караване выходили из строя, то ситуация легко превращалась в хаос, когда случалось что-то непоправимое.

Джин Му-Вон с интересом наблюдал за всей этой ситуацией. "Вооруженное сопровождение" не было работой для обычного воина. Обычно только крупные секты или компании нанимали сопровождающих для охраны важных людей или имущества, так как их жизни были намного ценнее, чем жизни нанятых воинов. Поэтому многие смотрели на сопровождающих как на одноразовый инструмент.

Старые и могущественные фракции, такие как крупные секты и пять крупных кланов, имели прочную экономическую основу и не беспокоились о финансах, но на самом деле большинство людей в муриме с трудом сводили концы с концами. Даже малые и средние секты часто занимались бизнесом, чтобы финансировать свою деятельность и расширять свое влияние.

Однако, сколько людей принадлежали к богатой секте или клану? Это была лишь очень малая часть от общего числа. У большинства людей не было другого выбора, кроме как найти подходящую работу, а для вольного воина не было более оплачиваемой работы, чем охрана или сопровождающий. Мало того, что зарплата была стабильной и регулярной, у них был доступ к дополнительным льготам, которые иначе они не смогли бы получить.

Эти люди орудовали своим оружием не ради чести или славы, а только ради людей и сокровищ, за защиту которых им платили. Они не были защитниками справедливости; они были людьми, которые сражались, чтобы заработать на жизнь.

Глядя на этих людей, Джин Му-Вон задумался о своем положении. Что ему делать дальше? Сейчас все его усилия направлены на поиски дяди Хвана и Ха-Соля, но после этого, что именно он хочет делать?

"Что бы кто ни говорил, я принадлежу к Армии Севера. Там мои корни, и это то, что я никогда не смогу забыть или оставить. Даже сейчас, каждый раз, когда я думаю о том, как Армия Севера защищала центральные равнины от сил Тихой Ночи, несмотря на то, что находилась в совершенно невыгодном положении, я чувствую гордость за то, что могу назвать себя потомком таких героев."

"Поэтому я не могу не задаваться вопросом: должен ли я отомстить Небесной Вершине, или мне следует просто спокойно жить своей жизнью, будучи полным ничтожеством?"

Для Джин Му-Вона это был важный вопрос, на который он должен был найти ответ, потому что от этого зависело, как он будет жить до конца своих дней.

"Мой отец хотел, чтобы я прожил жизнь вдали от политических махинаций и схем. Он решил распустить Армию Севера и покончить жизнь самоубийством, чтобы у Небесной Вершины не было оснований убить меня из-за моих связей с армией. Таким образом, у меня появился бы шанс стать свободным странником, который мог бы жить, как ему заблагорассудится."

"Однако желаю ли я такой жизни? Гнев и ненависть в моем сердце просто не утихают!"

Сердце Джин Му-Вона бешено колотилось. Что-то в глубине его души постоянно подстегивало его, заставляя двигаться вперед.

Он поднял голову и посмотрел на дорогу перед собой. Травянистые равнины тянулись бесконечно, а река, протекавшая на небольшом расстоянии от него, текла без остановки. Далеко вдали виднелся смутный силуэт горного хребта. Над ним по лазурному небу неслись облака, подгоняемые ветром.

"Я не знаю, смогу ли я жить так, как хотел отец, но я буду стараться изо всех сил. Даже если у меня не получится, я клянусь, что проживу свою жизнь честно и никогда не опозорю гордость Армию Севера."

Вдруг Джин Му-Вон почувствовал, что повозка перед ним замедлила ход, и соответственно изменил скорость своей повозки.

"Мы замедлились из-за переправы через реку?"

В последний раз, когда он проверял, река была еще довольно далеко впереди, но пока он терялся в размышлениях, казалось, что они уже приблизились к реке. На берегу реки он увидел небольшую деревню и пристань, где можно было нанять лодки.

Как и предсказывал Джин Му-Вон, караван остановился у причала, где Гон Чжин-Сон вышел вперед и сказал: - Лодка, способная перевозить лошадей, вернется в порт через четыре часа. До тех пор мы разделимся на две группы и будем отдыхать по очереди. Одна группа сходит в деревню и поедят, а другая будет охранять повозки. Когда первая группа закончит есть, они сразу же поменяются со второй группой.

- Есть!

Гон Чжин-Сон разделил сопровождающих на две группы, и Джин Му-Вон и Квак Мун-Джун оказались в первой группе.

Двое молодых людей вошли в ближайший трактир и сели. Гостиница носила благозвучное название "гостиница Южного Моря", но была очень маленькой и обветшалой. Поэтому несколько сопровождающих предпочли не есть там и отправились в другое место.

- Добро пожаловать! - Приветствовала их энергичная молодая официантка, когда они вошли в трактир. Девушка выглядела на год или два моложе Квак Мун-Джуна, но у нее было очень дружелюбное отношение, что позволяло предположить, что она может быть дочерью хозяина гостиницы.

- Есть ли места у окна?

- Конечно, вот сюда, пожалуйста. Из окна вы сможете увидеть пирс и реку.

- Спасибо. - Два молодых человека улыбнулись, поблагодарили официантку и сели.

- Что будете заказывать?

- Что-нибудь простое и сытное, пожалуйста.

- Тогда как насчет жареной свинины? Нам только что доставили очень вкусное мясо.

- Звучит отлично!

Молодая официантка освежающе улыбнулась и хихикнула: - Хи-хи! В таком случае, пожалуйста, подождите, пока мы приготовим еду. - Затем она развернулась и побежала в сторону кухни.

Джин Му-Вон заметил, что Квак Мун-Джун не отрываясь смотрит в спину уходящей девушки. Он озорно усмехнулся и спросил: - Понравилась?

- Что!? Н-нет! - Воскликнул Квак Мун-Джун, отчаянно тряся головой.

В этот момент кто-то открыл дверь гостиницы и вошел внутрь, когда за ним последовала группа людей. Джин Му-Вон узнал некоторых из вошедших.

- Мы снова встретились, - Сказал Чон-Ри Му Хван, улыбаясь Джин Му-Вону. Похоже, он, Чхэ Як-Ран и другие члены Железной Бригады тоже решили поесть в гостинице. Они быстро выбрали столик и сели.

Сразу же за наемниками вошла еще одна группа людей и села за другой стол.

То, отчего не стоит отказываться I

Железная Бригада села за стол рядом с Джин Му-Воном и Квак Мун-Джуном. Когда Квак Мун-Джун посмотрел на них, его лицо покраснело, а глаза вспыхнули от зависти.

"Ах, этот парень... похоже, он до сих пор не выкинул из головы рассказы о приключениях наемников..."

Взгляд Джин Му-Вона переместился на другую группу, вошедшую в трактир. Всего их было трое: подросток примерно одного возраста с Квак Мун-Джуном и двое мужчин средних лет в даосских одеяниях.

В этот момент он услышал, как кто-то шепнул ему: - Судя по вышивке зеленого бамбука на рукавах, это даосские священники из секты Конгтонг. Зеленый бамбук - символ стойкости, как бамбук на ветру.

Джин Му-Вон повернулся лицом к говорящему, Чон-Ри Му Хвану, который улыбнулся ему в ответ и продолжил: - Я не думаю, что парень с ними - обычный ученик. Секта Конгтонг никогда не позволяет ученикам такого возраста покидать секту, если только они не являются учениками первого поколения или их боевое искусство не достигло определенного уровня.

- В таком случае, этот парень должен быть одним из двух вариантов, если не обоими.

- Верно. Однако, если он и вправду смог стать учеником первого поколения в столь юном возрасте, то он, вероятно, гений.

- Понятно, - Ответил Джин Му-Вон, опустив голову, чтобы его не заметили.

Словно подтверждая подозрения Чон-Ри Му Хвана, он заметил, что у того парня очень хорошо развиты мышцы, а также свирепый, высокомерный характер.

Как и Джин Му-Вон, Квак Мун-Джун также спокойно наблюдал за даосами.

Джин Му-Вон спросил: - Завидуешь ему?

- Нет, совсем нет.

Удивленный, Джин Му-Вон переспросил: - Правда? Он ученик большой секты, и у него есть доступ ко всем видам боевых искусств.

- Я знаю, но моя мечта - стать сопровождающим.

- Почему?

- Отец однажды сказал мне, что хотя сопровождающие - это люди, которые работают за деньги, это работа, которой он гордится. Мы те, кто защищает жизни других людей, а также важные для них вещи. Мы можем умереть в любой момент, но даже тогда мы выбираем чистую жизнь и используем наши боевые навыки, чтобы помогать людям, а не вымогать или грабить их. Разве может быть более почетная работа, чем эта?

Квак Мун-Джун всегда равнялся на своего отца, Квак И-Су. Два года назад один из кораблей торговой ассоциации Белый Дракон был атакован пиратами во время путешествия по реке Янцзы. Поскольку все застряли на корабле, от пиратов было не убежать. В такой ситуации Квак И-Су до последнего защищался от пиратов, защищая команду корабля, пока те спасались бегством. До самой смерти он не выпускал из рук свой меч.

Он был человеком, который пожертвовал своей жизнью, чтобы защитить других; настоящим героем, который гордился своей работой в качестве эскорта.

Квак Мун-Джун стремился стать таким же великим человеком, как его отец. Он хотел стать "настоящим сопровождающим", героем, который защищает других.

Джин Му-Вон склонил голову в знак уважения и сказал: - Твой отец - достойный восхищения человек.

- Хе-хе! - Квак Мун-Джун смущенно почесал голову.

Им Чжин-Еп, который находился неподалеку, подслушал их разговор и рассмеялся: - Хахаха! Знаешь что, я предлагаю тост в честь твоего отца! Что скажешь? Вперед!

- Но мы же на работе!

- Хм, в таком случае, вместо этого мы выпьем сегодня вечером. Не забудь зайти ко мне, хорошо?

- Хорошо! - Квак Мун-Джун с энтузиазмом приняла предложение Им Чжин-Епа.

Напряженная и неловкая атмосфера, созданная Джин Му-Воном и Чон-Ри Му Хваном, сразу же разрядилась, к облегчению остальных членов Железной Бригады. Они с благодарностью смотрели на Квак Мун-Джуна.

В этот момент к столам подошла молодая официантка с большой тарелкой еды. Она поставила тарелку на стол Джин Му ю-Вона и громким и четким голосом объявила: - Прошу внимание к знаменитой жареной свинине гостиницы Южного Моря!

- Пфф! - Квак Мун-Джун не смог сдержать смех.

Официантка положила руки на бедра и уставилась на Квак Мун-Джуна.

Его лицо мгновенно покраснело, когда он извинился: - Я... я прошу прощения!

- Жареную свинину приготовил мой отец. Если она окажется невкусной, мы не возьмем с вас за нее ни цента.

- Да я не поэтому смеялся... простите. - Квак Мун-Джун почесал голову в недоумении.

Вдруг девушка усмехнулась и сказала: - Извинения приняты.

- Спасибо!

- Меня зовут Со-Рен. Хам Со-Рен. А тебя?

- Квак Мун-Джун.

- Братец, ты сопровождающий?

- Да!

- Круто! Хи-хи!

Лицо Квак Мун-Джуна быстро покраснело.

Видя смущенное выражение лица мальчика, Им Чжин-Еп грубо воскликнул: - О боже! Поздравляю, молодой человек! Как тебе удалось привлечь внимание такой красивой девушки? Могу сказать, что через несколько лет она станет легендарной красавицей, которая покорит сердце каждого мужчины. Как же я тебе завидую!

Квак Мун-Джун был совершенно ошарашен внезапными словами Им Чжин-Епа. С другой стороны, Хам Со-Рен спокойно смотрела на Квак Мун-Джуна, совершенно не стесняясь.

Джин Му-Вон улыбался, наблюдая за развитием ситуации. "Эта девушка тоже не совсем обычная. У нее умные глаза и зрелость не по годам."

Квак Мун-Джун был честолюбив и решителен, но он понимал, что при его нынешних силах называть себя сопровождающим - это, пожалуй, чересчур. Он заикнулся: - А-а насчет этого, я, наверное, еще только в процессе обучения...

Словно почувствовав искренность Квак Мун-Джуна, Хам Со-Рен весело сказала: - А, так ты все еще ученик?

- Вроде того. Но... даже если так, я все еще сопровождающий! - Квак Мун-Джун уверенно выпятил грудь.

Хам Со-Рен улыбнулась и сказала: - Тогда, если мне когда-нибудь понадобится защитник, могу я нанять тебя?

- Конечно!

- Хи-хи! Могу я считать это обещанием?

- Да! - Квак Мун-Джун энергично кивнул.

Хам Со-Рен снова улыбнулась ему, затем повернулась и торопливо вернулась на кухню. Квак Мун-Джун смотрел ей вслед, пока его лицо горело.

- Вот это да! Эта девочка - настоящая лиса!

- Она полностью обвела его вокруг пальца. Неужели в наше время дети все такие?

Наемники Железной Бригады громко заговорили, шокированные бесцеремонностью Хам Со-Рен. Однако по их счастливым лицам было видно, что они жалуются не потому, что расстроены, а потому, что искренне рады за Квак Мун-Джуна.

Даже обычно суровая Чхэ Як-Ран слабо улыбнулась. Смелость и дерзость Хам Со-Рен напомнила ей себя в юности.

- Ну же, налетай.

- Хорошо!

Квак Мун-Джун взял палочки и попробовал жареную свинину. Она оказалась такой же вкусной, как и говорила Хам Со-Рен. То, что он смог поесть такую вкусную еду в захудалом трактире, можно назвать удачей.

Джин Му-Вон и Квак Мун-Джун набросились на еду. Тем временем Хам Со-Рен записывала заказы как наемников из Железной Бригады, так и даосов из секты Конгтонг.

- После того как завершим задание, придем ли мы сюда снова? - Спросил Джин Му-Вон.

- Мммм, - Рот Квак Мун-Джуна был набит, поэтому он охотно кивнул в ответ.

Немного погодя подали еду и наемникам. Как и Джин Му-Вон, Железная Бригада не могла не похвалить вкусную стряпню.

- Ух ты! Такую вкусную еду трудно найти даже в провинциальных столицах.

- Да, повар действительно искусен.

Наемники заказывали один кувшин вина за другим, чтобы подсластить вкус еды еще более четче. Однако в тот момент, когда Джин Му-Вон и наемники наслаждались едой, кто-то резко окликнул: - Кто повар в этой гостинице?

Джин Му-Вон повернулся и увидел, что даосы из секты Конгтонг отложили палочки. Старший из двух даосов средних лет хлопнул кулаком по столу и сердито прокричал: - Эй, повар! Ты что, оглох? Выходи, сейчас же!

Голос старого даоса был настолько громким, что отразился эхом в гостинице, отчего лица наемников потемнели от недовольства. Лицо Квак Мун-Джуна побледнело, так как у него была самая слабая Ци среди присутствующих, и он пострадал больше всех.

- Меня кто-то звал? - Спросил мужчина средних лет, похожий на отца Хам Со-Рена, выбегая из кухни. Он отчаянно вытирал свои руки о фартук, чтобы очистить их, но как только он увидел даосов, цвет исчез с его лица, а сам он застыл.

- С-старший брат?

- Хмф! Так и знал, что это ты, Хам Чжи-Пен!

- Старший брат, почему ты здесь...? - Спросил Хам Чжи-Пен, заметно смутившись.

Даос холодно посмотрел на Хам Чжи-Пена и сказал: - Значит, слухи были правдивы. Я слышал, что ты работаешь здесь поваром.

- Я уже порвал все свои связи с сектой Конгтонг. Ты ведь должен знать об этом лучше всех, верно? Старший брат?

Грубый ответ Хам Чжи-Пена, казалось, только сильнее разозлил даоса. Он прорычал: - Хорошо, допустим, я поверю тебе на слово, и то, что сейчас произошло, не имеет никакого отношения к твоему отлучению от секты. Если это так, то как ты собираешься объяснить это?

Даос указал на молодого человека рядом с собой, который выплюнул что-то в руку. Это были осколки сломанного зуба, покрытые слюной. Даос продолжил: - Во время еды, у Соль-Гуна сломался зуб, когда он накололся на что-то в еде. Хотя сейчас он всего лишь ученик первого класса, он гений, которого дядя-гроссмейстер выбрал для личного обучения. Другими словами, он человек, которому доверено будущее секты Конгтонг, но такой человек сломал себе зуб, когда ел приготовленную тобой еду. Как ты собираешься компенсировать этот свой прокол, а?

- Ч-что...? - Плечи Хам Чжи-Пена задрожали.

Все ингредиенты, используемые в блюдах гостиницы Южное Море, были специально отобраны, подготовлены и приготовлены им. Он знал это, поскольку всегда проверял качество еды, прежде чем подать ее клиентам. Именно поэтому он завоевал доверие местных жителей, несмотря на то, что проработал в трактире всего год. А теперь этот человек говорит ему, что в его блюде было что-то? Это было невозможно!

- Старший брат! - Хам Чжи-Пен посмотрел на даоса средних лет с раздражением в глазах.

Даоса звали Му-Хэ, и Хам Чжи-Пен когда-то тренировался вместе с ним как ученик секты Конгтонг. Если бы его ядро Ци не был уничтожен, что разрушило его боевое искусство и привело к отлучению от церкви, то он бы точно стал первоклассным учеником секты.

- Ты все еще зациклен на событиях того дня? Поэтому ты сейчас так со мной поступаешь?

- Я не знаю, о чем ты.

- Старший брат, в тот день я навсегда потерял способность использовать боевые искусства. С другой стороны, ты потерял только достоинство. Неужели тебе пришлось зайти так далеко?

Глаза Му-Хэ вспыхнули убийственным намерением: - Ты говоришь так, будто я тебя подставил. Послушай, старый дурак, у Соль-Гуна сломан зуб, и это факт, который ты не можешь отрицать!

Пятнадцать лет назад Му-Хэ был одним из лучших учеников секты Конгтонг. Однако впереди него всегда шел один человек: Хам Чжи-Пен.

Пока существовал Хам Чжи-Пен, Му-Хэ всегда был вторым. В те времена Хам Чжи-Пен нес на своих плечах ожидания и зависть всей секты. Му-Хэ знал, что Хам Чжи-Пен не любит внимания и считает его обузой, но для него это ничего не меняло.

Каждые три года секта Конгтонг приглашала своих гражданских учеников и финансовых сторонников на дружеский турнир по боевым искусствам. Цель такого мероприятия заключалась в развитии и укреплении отношений, а также в проверке навыков учеников в боевых искусствах.

Победитель турнира получал титул "Элита Конгтонга", что означало, что он является самым перспективным учеником секты Конгтонга.

В прошлом Му-Хэ пробился на турнир и в финале сразился с Хам Чжи-Пеном за это звание. Однако он проиграл тот бой очень позорно, прямо на глазах у всех в секте Конгтонг.

Этот опыт оставил ужасный шрам в его сердце. Чтобы избавиться от своих внутренних демонов, Му-Хэ планировал через три года снова бросить вызов Хам Чжи-Пену на турнире, но, к несчастью для него, этому не суждено было случиться.

Всего через несколько месяцев после победы на турнире Хам Чжи-Пен каким-то образом оказался замешан в чем-то неблаговидном. В наказание его ядро Ци было разрушено, а самого его выгнали из секты Конгтонг. Всем было интересно, за что его так сурово наказали, но высшие чины секты упорно отказывались объяснять причины своего решения.

Прошло время, и Хам Чжи-Пен был забыт всем миром. Однако был один человек, который все еще помнил его.

Му-Хэ.

И вот теперь Му-Хэ нашел его. Того, кто стал обычным поваром.

Соль-Гун стоял в стороне и с удовольствием наблюдал за разворачивающейся драмой, как будто она не имела к нему никакого отношения. Он был восходящей звездой секты Конгтонг, как когда-то Хам Чжи-Пен.

Нет, он был даже лучше. В пятнадцать лет он стал первоклассным учеником, и мудрец Красного Снега, его дядя-гроссмейстер, а также сильнейший мечник секты, заявил, что будет лично обучать его.

Хотя он все еще не получил свое даосское имя и пользовался именем, которое дали ему родители, он мог сказать, как сильно секта Конгтонг ценит его.

"Хухуху! Это становится интересным!" - Усмехнулся про себя Соль-Гун.

По правде говоря, ему было плевать на ненависть Му-Хэ к Хам Чжи-Пену. Он просто использовал старшего для удовлетворения своих амбиций. Он не собирался вечно оставаться простым учеником первого класса, поэтому ему нужно было как можно раньше начать строить свою политическую сеть.

Пока он помогал Му-Хэ в его мести, он мог получить его рекомендацию и поддержку, чтобы стать следующим главой секты Конгтонг. После этого он сможет стать одним из следующих Девяти Небес.

Соль-Гун был знаком с внутренней политикой секты Конгтонг и понимал, что без рекомендации Му-Хэ он не сможет стать официальным преемником. Поэтому он обратился к Му-Хэ и предложил свою помощь. Он решил, что один зуб - это небольшая цена за безраздельную поддержку Му-Хэ, а с влиянием Му-Хэ он сможет привлечь на свою сторону большинство других первоклассных учеников.

Теперь, когда его роль в спектакле была закончена, ему оставалось только смотреть представление.

Хам Чжи-Пен встретился взглядом с Му-Хэ и спросил: - Он точно сломал зуб, когда ел приготовленную мною еду?

- Доказательство прямо здесь. - Соль-Гун протянул руку, показывая Хам Чжи-Пен сломанный зуб.

- Ты же его не подбросил?

- Ты называешь меня лжецом? - Яростно огрызнулся Соль-Гун, нахмурив брови.

Хам Чжи-Пен вздохнул и сказал: - Хаа... подумать только, гений, выбранный дядей-гроссмейстером, лжет, не поведя и глазом. Будущее секты Конгтонг мрачно.

Му-Хэ тут же зарычал: - Что?! Как ты смеешь оскорблять секту Конгтонг?

БАМ!

Хам Чжи-Пен не успел даже вскрикнуть, как полетел в стену.

То, отчего не стоит отказываться II

- ПАПА! - Закричала Хам Со-Рен, бросившись к отцу, который кашлял кровью и неконтролируемо дергался. С растерянным выражением лица она крепко обняла отца.

Хам Чжи-Пен когда-то был гением боевых искусств, но сейчас он был обычным человеком. Он не мог защититься от внезапной атаки Му-Хэ.

Му-Хэ встал над Хам Чжи-Пеном и сказал: - Как ты смеешь оскорблять секту Конгтонг? Ты сам напросился на неприятности!

- Хватит! Не трогайте моего отца! - Хам Со-Рен заплакала, глядя на Му-Хэ. По ее лицу текли слезы, но Му-Хэ лишь безжалостно смотрел на отца и дочь.

От бешеного сочетания радости, высокомерия, ярости и недовольства на лице Му-Хэ, семья Хам могла только дрожать от страха.

- Карма реальна, в конце концов. Ты пожинаешь то, что посеял, высокомерный ублюдок!

- Ложь! - Крикнула Хам Со-Рен. Му-Хэ нахмурился, но Хам Со-Рен продолжила: - Все, что ты сказал, - ложь! Еда моего отца - самая лучшая! Как в еду могло попасть что-то после того, как он проверил блюдо несколько раз? Ты грязный лжец!

- Прекрати нести чушь, маленькая сучка! Что ты знаешь, а? Просто держи свой рот на замке и сиди тихо.

- Я все знаю! Я знаю, что ты специально издеваешься над отцом!

Хам Со-Рен повернулась лицом к Соль-Гуну, который стоял рядом с Му-Хэ, и добавила: - Зачем ты лжешь? Мы не сделали ничего плохого.

- ......

- В еде правда что-то было? Тогда покажи!

Соль-Гун нахмурил брови, но ничего не ответил. Увидев его реакцию, Хам Со-Рен еще больше убедилась в своей правоте.

- ЛЖЕЦЫ! Ну и что, что вы даосы из секты Конгтонг? Я доложу о вас! Я доложу о вас, даже если мне придется ползти вверх по горе Конгтонг! - Голос Хам Со-Рен эхом разнесся по всей гостинице.

Лицо Соль-Гуна вспыхнуло от ярости. Никто еще не оскорблял его в лицо!

Он был не только талантлив, но и упорно трудился, чтобы заслужить уважение старших братьев и обожание старейшин. Он не заслуживал такой клеветы!

ШЛЕП!

Не успел он опомниться, как его рука уже двинулась. Глаза Хам Со-Рен расширились от шока, когда ее голова откинулась в сторону. Соль-Гун не чувствовал, что вложил в удар много силы, но для молодой девушки даже небрежной пощечины от Мастера боевых искусств было достаточно, чтобы потерять сознание.

- А? Я...

Члены Железной Бригады, которые спокойно наблюдали за этой сценой, вздохнули в унисон. Им Чжин-Еп и Дам Чжон-Хон, два самых пылких наемника, хотели встать и вмешаться, но Чон-Ри Му Хван быстро остановил их: - Не забывайте, они ученики секты Конгтонг.

- Но...

- Секта Конгтонг может быть одной из самых слабых среди больших сект, но они все еще способны стереть Железную Бригаду с лица этого мира.

- Кххх!

Чон-Ри Му Хван четко понимал положение Железной Бригады в этом мире. Они были знамениты, но по сравнению со небольшими сектами боевых искусств они были никем. Такова была печальная реальность. Единственный способ защитить Железную Бригаду - это сделать так, чтобы они не вступали в конфликты с людьми и фракциями, более сильными, чем они сами.

В конце концов, месть - это цикл, который никогда не заканчивается. В такой ситуации он должен был действовать рационально, даже если это противоречило его здравому смыслу. Он не мог допустить, чтобы Железную Бригаду захлестнула волна ненависти.

Им Чжин-Еп и Дам Чжон-Хон неохотно сели обратно. Они были в ярости, но не собирались идти против решения Чон-Ри Му Хвана, так как понимали, что его холодная рациональность защищает Железную Бригаду от уничтожения.

Чхэ Як-Ран была в не меньшей ярости, чем эти двое, но тоже сдерживала себя. В итоге наемники могли лишь наблюдать за действиями даосов, затаив дыхание.

Однако не все могли закрыть глаза на то, что происходило прямо у них на глазах.

- Со-Рен!

Квак Мун-Джун вскочил со своего места и бросился к Хам Со-Рен. Он обнял девушку и посмотрел на Соль-Гуна, крикнув: - Эй, сволочь, ты зашел слишком далеко!

Голос молодого человека пронзил тишину.

- ......

Му-Хэ был потрясен до глубины души. Хотя он знал, что в гостинице есть и другие люди, он предполагал, что те не посмеют вмешиваться в их дела, зная, что они ученики секты Конгтонг.

Соль-Гун раздраженно посмотрел на Квак Мун-Джуна и спросил: - А ты кто?

- Я? Я - сопровождающий.

- Сопровождающий? Ты работаешь на Белого Дракона?

- Да.

- Ха! Кажется ты не знаешь об отношениях между сектой Конгтонг и высшими чинами Белого Дракона? Поэтому ты суешь свой нос в наши дела?

Квак Мун-Джун опустил голову, не в силах сохранить мужество под убийственным взглядом Соль-Гуна.

По правде говоря, он был напуган. Когда он увидел, как издеваются над Со-Рен, он без раздумий бросился вперед, но теперь, когда его попросили взять ответственность за свое действие, он не знал, что делать. Однако, глядя на дрожащую девушку без сознания, он решительно закусил губу.

- Не могли бы вы простить ее хотя бы на этот раз? Я не совсем понимаю, что произошло, но она всего лишь ребенок!

- Тц! Ты возомнил себя героем справедливости? - Соль-Гун прищелкнул языком. Он посмотрел в сторону наемников Железной Бригады, как бы проверяя, готовы ли они прийти на помощь Квак Мун-Джуну; однако те лишь молча посмотрели в ответ, и он понял, что Квак Мун-Джун не является для них кем-то важным.

Му-Хэ сказал: - Малыш, вмешательство в дела секты Конгтонг - тяжкое преступление, но, поскольку мы добрые даосы, мы простим тебя, если ты немедленно отступишь.

- Если вы так добры, не могли бы вы найти в своем сердце силы простить и ее?

- Аргх! Ты совсем не понимаешь, да? - Прорычал Му-Хэ, испуская такую мощную ауру, что тарелки и чаши на столах завибрировали в резонансе.

- АААА! - Квак Мун-Джун закрыл уши руками из-за звона.

Если бы Ци Му-Хэ была хоть немного сильнее, Квак Мун-Джун получил бы внутренние повреждения. Тем не менее, травмы, которые он получил в данный момент, не были чем-то из ряда вон выходящим. Его нижняя часть тела неконтролируемо тряслась, как будто он мог в любой момент обмочиться. Его губы пересохли, а все волосы на теле встали дыбом... но, тем не менее, Квак Мун-Джун не отпускал Хам Со-Рен.

Его непреклонное упорство только еще больше разозлило Соль-Гуна.

- Ты!

БАМ!

Соль-Гун со всей силы ударил Квак Мун-Джуна ногой, отчего того вырвало кровью.

- Кухаак!

- Ты знаешь, кто я? Я - будущий глава секты Конгтонг! И все же! Низший сопровождающий, который работает за деньги, осмеливается встать у меня на пути!

- ВОЗЬМИ СВОИ СЛОВА ОБРАТНО...! - Квак Мун-Джун кричал во всю мощь своих легких. У Соль-Гуна и Му-Хэ от шока отвалились челюсти, а Квак Мун-Джун воспользовался возможностью и продолжил кричать: - Не смейте оскорблять нас, сопровождающих! Мы работаем за деньги? Мы просто берем то, что по праву заслужили за свою работу! Хватит говорить, будто мы вам не нужны! Мы отдаем свои жизни, чтобы защитить людей, ради которых вы не хотите жертвовать своим напыщенным самолюбием. Мы гордимся своей работой, так что не смей называть нас отбросами.

Хотя плечи Квак Мун-Джуна дрожали, это было не потому, что он боялся. А потому, что он был в ярости от своей слабости и беспомощности.

- Брат... - Хам Со-Рен, очнувшаяся от слов Квак Мун-Джуна, поднялась и коснулся лица юноши.

Му-Хэ присел на корточки перед Квак Мун-Джуном и сказал: - Видишь? Ты только что доказал, что сопровождающий - мусор. Настоящие мастера боевых искусств никогда бы не повели себя так безрассудно, как ты. Поэтому, парень, позволь мне сделать тебе предложение.

- Какое предложение?

- Хахаха! Все, что тебе нужно сделать, это доказать, что сопровождающие не хуже настоящих Мастеров боевых искусств.

- Это...

- Если ты этого не докажешь, я убью отца и дочь. Хорошо подумай, потому что их жизни сейчас в твоих руках.

Глаза Му-Хэ сверкнули злобой. В Квак Мун-Джуне он увидел Хам Чжи-Пена пятнадцатилетней давности, и ему не понравились решимость и гордость в поведении молодого человека.

"Я хочу дать миру понять, что гордость и решимость ничего не стоят перед лицом абсолютной силы. Я хочу научить этих наивных детей, что справедливости не существует, и что они должны преклоняться перед кем-то, кто выше их."

- А теперь, почему бы тебе не попробовать? Неужели твоя гордость как сопровождающего стоит больше, чем их жизни? Ты можешь защитить их только своей глупой гордостью?

- Я...

- Справедливость без силы - это просто бессмысленный детский лепет.

Квак Мун-Джун снова прикусил губу.

- Тебе нужно доказать только одну фразу: "сопровождающие не хуже Мастеров боевых искусств". Если ты откажешься, то я не только лишу жизни этих двоих, но и отрублю одну из твоих рук в наказание за вмешательство в правосудие секты Конгтонг.

ШИИНГ!

Му-Хэ достал меч, висевший у него на поясе. Меч назывался бамбуковый клинок, из-за зеленого бамбука, выгравированного на ножнах. Это был меч, который представлял самого старшего ученика секты Конгтонг.

Му-Хэ направил бамбуковый клинок на Квак Мун-Джуна и сосредоточил свое убийственное намерение, отчего лицо Квак Мун-Джуна стало белым, как полотно.

"Я должен это доказать... как еще я могу спасти Со-Рен и ее отца?"

Но если Квак Мун-Джун не докажет, это будет равносильно отрицанию всего, за что стоял его отец. Какой смысл жить, если нельзя даже гордо поднять голову?

- Я, я... - Голос Квак Мун-Джуна дрожал. Слезы текли по его щекам и капали на лицо Хам Со-Рена.

- Э-это не п-правда... - Квак Мун-Джун споткнулся о собственные слова. Ему было трудно говорить между рыданиями. Му-Хэ и Соль-Гун жестоко улыбались, наблюдая за его борьбой.

- Хууу... - Джин Му-Вон вздохнул и встал. Он не любил вмешиваться в чужие дела, но в этот раз даосы перешли все границы. Он поднял Снежный цветок, прислоненный к столу.

В этот момент он почувствовал, что кто-то схватил его за плечо. Обернувшись, он увидел Чон-Ри Му Хвана, который качал головой и шептал: - Не будь дураком. Секта Конгтонг велика и могущественна, их влияние распространяется за пределы провинции Ганьсу, вплоть до Сычуани. Если ты сейчас наживешь себе врага, они будут охотиться за тобой.

Джин Му-Вон понял, что имел в виду Чон-Ри Му Хван. Мурим - это место, где незначительный на первый взгляд конфликт может привести к большим и серьезным последствиям. Было разумно держать свои руки при себе. Кроме того, противник на этот раз имел солидный опыт работы в секте Конгтонг.

Секта Конгтонг называла себя даосами и проповедовала миролюбие, но для того, чтобы стать одной из крупнейших фракций муримов, сколько крови они пролили за эти годы? Их секта, несомненно, была построена на вершине горы трупов.

Они не могли ужиться со всеми, и у них наверняка было много врагов, которые страстно желали их уничтожить. Чтобы оставаться сильными, они должны были проявлять твердость по отношению к тем, кто выступал против них, даже безжалостно истребляя своих врагов.

В тот момент, когда они покажут хоть какую-то слабость, секта Конгтонг начнет приходить в упадок. По этой причине они не могли позволить жить никому, кто открыто конфликтовал с ними, если только они не пользовались поддержкой другой могущественной секты или клана.

- Пожалуйста, просто потерпи. Гордость этого парня может быть разрушена, но, по крайней мере, ему не причинят вреда, - Объяснил Чон-Ри Му Хван, рационально анализируя ситуацию. Это было унизительно, но Чон-Ри Му Хван чувствовал, что Квак Мун-Джун быстро забудет о том, что произошло сегодня, и без проблем вернется к своей жизни в качестве сопровождающего.

Вопреки его ожиданиям, Джин Му-Вон покачал головой и ответил: - В том, что ты сказал, есть кое-что неправильное.

- А? В чем я ошибся?

- Такую вещь, как "унижение", можно просто перетерпеть. А что касается гордости? Ха, ее можно скормить псам. Однако есть одна вещь, от которой человек никогда не должен отказываться.

- Что...?

- Убежденность. Человек никогда не должен отказываться от своего самого главного убеждения.

- .......

- Прямо сейчас эти даосы намерены сломать убеждения этого ребенка. Они заставляют его предать все, во что он когда-либо верил.

Джин Му-Вон посмотрел прямо в глаза Чон-Ри Му Хвану, но по какой-то причине Чон-Ри Му Хван чувствовал, что не может смотреть в глаза другому человеку.

- Если ребенок потеряет свои убеждения, то что, по-твоему, с ним будет в будущем? Какое будущее ты представляешь себе для ребенка, которому не во что верить?

- Т-так... не слишком ли ты преувеличиваешь...

- Я?

- .......

Чон-Ри Му Хван, человек, известный как Методичный Стратег потерял дар речи от рассуждений Джин Му-Вона.

- Этот ребенок - сопровождающий. Разве ты не слышал, как он об этом заявил? Неважно, что о нем думает мир, он поклялся стать настоящим сопровождающим. Для нас стоять в стороне и ничего не делать - обычная трусость. Неужели героические приключения, о которых вы рассказывали на гулянке, просто пьяные выдумки?

Чхэ Як-Ран и другие наемники позорно повесили головы. Они значительно превосходили Джин Му-Вона по численности, но никто из них не мог заставить себя опровергнуть его слова.

Джин Му-Вон шагнул вперед. Позади себя он услышал, как Чон-Ри Му Хван пробормотал: - Ты дурак... ты же понимаешь, что наживаешь себе врага секты Конгтонг из-за такой мелочи...

Чон-Ри Му Хван просто не мог понять, что подстегивает Джин Му-Вона. Это противоречило его представлениям о рациональности.

Вдруг Джин Му-Вон бросил на него взгляд: - А что в этом плохого?

- .......

- Разве мир не станет лучше, если в нем будет больше таких дураков, как я?

(*вы всегда можете подписаться на группу вк, и поддержать меня копеечкой)

То, отчего не стоит отказываться III

Квак Мун-Джун хотел заговорить, но единственный звук, который вырвался из его рта, был хнык. Он сжал губы в агонии.

Му-Хэ высоко поднял бамбуковый клинок: - За свое высокомерное и дерзкое вмешательство тебе придется расплатиться вместе с этой семьей!

Соль-Гун и другие даосы с извращенным восторгом наблюдали за взаимодействием Му-Хэ и Квак Мун-Джуна. Как они и ожидали, Му-Хэ без колебаний обрушил свой меч на Квак Мун-Джуна.

Квак Мун-Джун зажмурил глаза. В его ушах стоял свист рассекающего воздух клинка. Однако боль, которую он ожидал... так и не пришла.

ТВАК!

- Кххх!

На внезапный крик Му-Хэ, Квак Мун-Джун медленно и осторожно открыл глаза. Его взору предстала широкая спина мужчины.

- Б-брат?

Глаза Квак Мун-Джуна расширились, как будто собирались выскочить из глазниц. Мужчина в красно-коричневой накидке, с левой рукой, заложенной за спину и держащей Снежный цветок, мог быть только Джин Му-Воном.

Квак Мун-Джун немного перевел взгляд, и, к его полному шоку и ужасу, Джин Му-Вон зажал бамбуковый клинок Му-Хэ между указательным и средним пальцами. Со своего места он не мог хорошо разглядеть лезвие, но, по крайней мере, мог сказать, что все пальцы Джин Му-Вона остались целы.

Напротив, выражение лица Му-Хэ было озадаченным. Даос никогда не думал, что его меч может быть заблокирован; особенно таким вот образом.

"Он остановил мой клинок пальцами!?"

Он и раньше слышал о людях, совершавших подобные подвиги, но это было редкостью и требовало большой подготовки. Самое главное, что такое можно было совершить, только если человек был сильнее или хотя бы равен по силе своему противнику.

Му-Хэ не вливал в свой клинок никакой Ци, но это все равно был удар мечом Мастера боевых искусств. Тот факт, что стоящий перед ним человек заблокировал атаку двумя пальцами, доказывал, что он не слабак.

Му-Хэ убрал меч и посмотрел на Джин Му-Вона: - Кто ты? Ты знаешь, что я ученик секты Конгтонг?

- Я - на стороне этого мальчика. Теперь, когда ты знаешь, кто я, ты все еще будешь настаивать на том, что я не имею права вмешиваться?

Лицо Му-Хэ дернулось: - Ха! Теперь я понял. Причина такой самоуверенности этого парня в том, что ты, скрытый мастер, защищающий его.

Му-Хэ неправильно понял ситуацию, но Джин Му-Вон не собирался утруждать себя объяснениями. Безопасность Квак Мун-Джуна была гораздо важнее, чем то, что думает о нем этот даос.

- Теперь ты должен в состоянии простить этого ребенка, верно? Я уверен, что он усвоил урок после такого тяжелого опыта, через который ему пришлось пройти сегодня.

- Что? Хочешь сказать, что он должен уйти безнаказанным? Это не путь мурима! Если я отпущу его сегодня, то цикл мести никогда не закончится. - Му-Хэ нахмурился.

Джин Му-Вон вздохнул. Это был самовлюбленный человек, который погряз в собственном горе и ярости, но был совершенно неспособен сочувствовать чужой боли. Такой эгоцентрист никогда не забудет обиду, какой бы незначительной она ни была. Скорее, они будут грызть свою злобу снова и снова, подпитывая ею негодованием. Если подумать, то сегодняшний конфликт произошел именно по этой причине.

Му-Хэ спросил: - Из какой ты секты? Или у тебя даже не хватает смелости заявить о своей принадлежности?

- Не понимаю, почему я должен отвечать на этот вопрос.

- Ха! Дело уже дошло до этой точки, а ты все еще пытаешься скрыть свою личность? Что за ересь! Не слишком ли ты принижаешь нашу секту Конгтонг?

- Это не имеет никакого отношения к секте Конгтонг. Это личная проблема, между мной и тобой.

- Что?

- Или я ошибаюсь? - Джин Му-Вон посмотрел прямо в глаза Му-Хэ.

Му-Хэ вздрогнул. Взгляд Джин Му-Вона не был ни пронзительным, ни злобным, и он не почувствовал за этим взглядом никакого убийственного намерения. Тем не менее, он был обескуражен тем, что не мог заставить себя встретиться с молодым человеком взглядом.

- Ты смеешь угрожать мне? Мне, МурХэ из Конгтонга? - Прорычал он.

- Я не угрожаю тебе. Я лишь прошу простить ребенка. Так каков твой ответ?

- Разве так должен вести себя человек, молящий о пощаде?

- О? Тогда... как я должен вести себя?

- Отруби ребенку одну из рук. Сделай это, и я забуду все, что он сделал сегодня.

Му-Хэ повернулся к Квак Мун-Джуну. Он все еще не простил ребенка и, наверное, не простит даже через десять лет.

Джин Му-Вон покачал головой и сказал: - Я отказываюсь. Если бы все поступали так, как ты, даос, ни у кого в этом мире не осталось бы руки.

- Ты специально провоцируешь меня? У тебя получилось! УМРИ! - Прорычал Му-Хэ, пуская в ход одну из лучших техник секты Конгтонг, "Меч меньшего Ян".

ВШУУУХ!

Бамбуковое клинок Му-Хэ метнулось к горлу Джин Му-Вона.

"Какая безжалостная техника убийства. Несмотря на то, что этот человек - даос, он размахивает своим клинком без всякой пощады."

Эмоции в глазах Джин Му-Вона исчезли, сменившись жутким спокойствием. Он поднял указательный и средний пальцы правой руки, имитируя меч, и быстро рубанул ими в сторону Му-Хэ.

Му-Хэ захихикал: - Хмф! Неужели ты думаешь, что я позволю тебе снова остановить мой клинок голыми руками?

Му-Хэ влил свою Ци в меч, намереваясь отрубить пальцы Джин Му-Вону. В ответ бамбуковый клинок сверкнуло резким светом.

- Брат!

- Эй...?

Квак Мун-Джун и Им Чжин-Еп предупреждающе закричали. В их глазах пальцы Джин Му-Вона выглядели так, будто их вот-вот отрубят.

Однако в тот момент, когда пальцы Джин Му-Вона соприкоснулись с мечом Му-Хэ, произошло нечто странное. Острие меча прошло насквозь его пальцев, которые слегка соприкоснулись о середину клинка.

Му-Хэ насмехался: - Что за фокус...

КРЕК!

На той части клинка, к которой только что прикоснулся Джин Му-Вон, появились трещины; улыбка на его лице исчезла.

- Что...?

ТРЕСК!

Бамбуковый клинок разлетелся на куски, разбрасывая осколки во все стороны. Лицо Му-Хэ было порезано одним из осколков, но он не почувствовал боли. Да и не мог.

Он тупо смотрел на рукоять меча в своей руке, где когда-то был клинок.

- Б-бамбуковый клинок...

Бамбуковый клинок был символом ученика секты Конгтонг. Для Му-Хэ, дорожившего своей репутацией больше всего на свете, он был так же дорог, как и его собственная жизнь.

Бамбуковый клинок разлетелся вдребезги после того, как в него ткнули голыми пальцами Джин Му-Вона. Му-Хэ показалось, что мир вокруг него рушится.

По правде Джин Му-Вон не просто ткнул меч, а использовал Палец Разоружения, технику, которую он случайно создал много лет назад, когда неоднократно терпел неудачи в фехтовании. (*палец ярости... кхе-кхе... продолжаем)

Для Му-Хэ бамбуковый клинок был знаменитым и совершенным мечом, но в глазах кузнеца Джин Му-Вона он был полон изъянов.

- Старший! - Закричал другой даос средних лет, которого звали Му-Воль. Он не ожидал, что Му-Хэ проиграет, и потому не успел вовремя среагировать.

ШИИНГ!

Он быстро выхватил свой бамбуковый клинок и со всей силы метнул его в сторону Джин Му-Вона. Он видел, что случилось с Му-Хэ, когда тот недооценил Джин Му-Вона, и не собирался повторять его ошибку.

Джин Му-Вон быстро сделал шаг назад. Лезвие Му-Воля пронеслось мимо его головы, срезав волосок. Как и Му-Хэ, Му-Воль тоже стремился убить его.

Глаза Джин Му-Вона вспыхнули холодным светом, и он сказал: - Есть такая поговорка: молодой человек заботится только о себе; родитель заботится только о своих детях; торговец заботится только о своем прибыли; даос заботится только о спасении людей. Насколько я могу судить, последняя строка этой поговорки должна быть ложной.

Голос Джин Му-Вона эхом разнесся по гостинице, отчего лица Му-Хэ и Му-Воля покраснели от ярости и смущения. Одним предложением Джин Му-Вон опроверг саму причину их существования.

- Заткнись, ублюдок!

Му-Хэ и Му-Воль набросились на Джин Му-Вона. Му-Хэ, чей меч был сломан, использовал Кулак Преследования, в то время как Му-Воль размахивал своим клинком. Два даоса двигались в унисон, и было ясно, что они часто тренировались вместе.

ВУУУШ! СВОШ!

Вся внутренняя часть гостиницы была охвачена гигантским ураганом, созданным ветром от кулака Му-Хэ и порезами Му-Воля, размахивающим мечом. В этом диком шторме Джин Му-Вон двигался свободно и грациозно. Когда два даоса атаковали, он отступал назад, а когда они отступали, он сокращал расстояние и наносил удар.

Видя это, Им Чжин-Еп не мог не воскликнуть: - Он словно танцует...

Джин Му-Вон, который не чувствовал угрозы, так и не достал свой меч. Он просто поднял палец и нацелился на меч Му-Воля. Хотя Му-Воль уже видел, что случилось с клинком Му-Хэ, он не думал, что Джин Му-Вону повезет во второй раз.

"Проклятое отродье! Я отрублю тебе пальцы!"

Вместо того чтобы насторожиться, Му-Воль обрадовался. Он влил свою Ци в меч и замахнулся им на Джин Му-Вона.

ТРЕСК!

Меч столкнулся с пальцем.

ТРЕСК... ТРЕСК...

КЛАНГ!

Му-Воль безучастно наблюдал, как его клинок тоже разбился.

- ...А?

Лицо Му-Воля выглядело так, будто его ударили лицом в грязь. Раньше он думал, что "ударить лицом в грязи" - это просто абстрактная идиома, но он ошибался, потому что сейчас он чувствовал себя так, будто его буквально ударили лицом в грязь.

БАМ! БУМ! БАМ!

Теперь, когда их оружие было сломано, у обоих даосов не было другого выбора, кроме как использовать свои кулаки.

- Кхх!

Му-Воль отступил, а правая рука Му-Хэ безвольно повисла. Во время одной из стычек с Джин Му-Воном его правая рука была вывихнута.

В глазах Му-Хэ блеснуло недоверие. Он даже не знал, когда и как Джин Му-Вон атаковал его.

Внезапно Джин Му-Вон остановился на месте. Не сводя глаз с двух даосов, он протянул руку за спину и схватил меч.

- А!? - Воскликнул Соль-Гун, который попытался подкрасться к Джин Му-Вону, пока тот отвлекся.

По мере набирания оборотов схватки, Соль-Гун постепенно понял, что у двух его старших братьев нет шансов победить Джин Му-Вона. По крайней мере, если они будут действовать обычными методами. Поэтому он решил напасть на Джин Му-Вона исподтишка.

К несчастью для него, Всеохватывающее Восприятие Джин Му-Вона обнаружило его присутствие прежде, чем он успел причинить какой-либо вред.

Джин Му-Вон окинул Соль-Гуна спокойным взглядом и сказал: - Парень, ты трус. Если кто-то вроде тебя станет следующим главой секты, то секта Конгтонг наверняка обречена.

Джин Му-Вон повернул клинок в своей рукояти.

КА-КРАК!

- АХХХХХХХХХХ!

Звук ломающейся правой руки Соль-Гуна был быстро заглушен его пронзительным криком.

(*когда за четыре дня выпустил 19 глав)

То, отчего не стоит отказываться IV

Тишина в гостинице была удушающей, и долгое время никто не решался заговорить. Все наблюдающие чувствовали себя так, словно увидели что-то, чего не должны были видеть.

- ......

Противники Джин Му-Вона не были обычными Мастерами боевых искусств, все они были первоклассными учениками секты Конгтонг, а также воинами, которых люди в муриме часто называли Мастерами боевых искусств.

Трое из этих "Мастеров" объединились против одного человека и проиграли. Более того, за все время боя Джин Му-Вон не достал меч и использовал только одну руку. Он лишь уклонялся от атак, используя странную технику пальцев, которая разрушала оружие.

Выражение лица Чон-Ри Му Хвана было жестким. Он не мог в это поверить. Перед его глазами секта Конгтонг была унижена...

"Тем не менее, это не самый важный вопрос. Тот факт, что мы, Железная Бригада, стали свидетелями всего этого фиаско, гораздо более тревожен, чем результат этой битвы!"

"Секта Конгтонг точно не останется в стороне. Как только они начнут расследование, они обязательно выяснят, что в центре этого инцидента были Джин Му-Вон и Квак Мун-Джун, и начнут преследовать их."

"Однако, даже если мы ничего не делали, нам не удастся избежать косвенной причастности. Потому что это неоспоримая правда, что мы стали свидетелями того, как трое учеников Конгтонга, включая будущего лидера секты, вели себя неподобающе."

"Зная этих людей, они сделают все, чтобы заткнуть нам рты и сохранить свою репутацию. Мы в дерьме!"

"Нет... если я хочу защитить Железную Бригаду, то с этого момента мне придется действовать очень осторожно!"

- КХАХХХХХХХХХ! - Кричал Соль-Гун. По сравнению с физической болью, которую он испытывал, душевные муки от унижения и оскорбления были в несколько раз сильнее.

- Как ты смеешь! Как ты смеешь! - Повторял он снова и снова, глядя на Джин Му-Вона. Если бы взгляд мог убивать, он бы уже разорвал Джин Му-Вона на куски.

- Младший!

Му-Хэ и Му-Воль бросились осматривать рану Соль-Гуна. Убийственный взгляд их глаз был не менее пронзительным, чем у Соль-Гуна, но Джин Му-Вон не обратил на них никакого внимания.

Вместо этого он подошел к Квак Мун-Джуну и помог ему подняться: - Ты в порядке?

- А? Да! - Ответил Квак Мун-Джун, все еще ошеломленный. Даже в самых смелых мечтах он не представлял, что Джин Му-Вон может быть настолько сильным.

- Ты думаешь, что с тобой все будет в порядке после того, как ты покалечил ученика секты Конгтонг? - Прорычал Му-Хэ сквозь стиснутые зубы.

- Если бы я беспокоился о таких вещах, то ничего бы не добился.

- Секта Конгтонг не оставит тебя в живых!

- Правда?

- Да! Секта Конгтонг никогда не забывает обид!

- В таком случае, мне просто придется стереть все улики, верно? - Сказал Джин Му-Вон, мягко улыбаясь.

По позвоночнику Му-Хэ пробежала дрожь. До сегодняшнего дня ему и в голову не приходило, что улыбка, в которой нет ни капли убийственного намерения, может быть такой страшной. Он заикнулся: - Э-это угроза?!

- А почему бы и нет? Разве я не имею права угрожать?

- Ик!

Голос Джин Му-Вона был низким и спокойным, но для Му-Хэ он звучал как шепот дьявола. Юноша показал им лишь малую часть своей силы.

"Как только он выхватит меч... нет, даже если я ему не ровня, я не могу... струсить..."

Джин Му-Вон сделал шаг ближе к даосам, и те инстинктивно отступили на шаг. Их воля была подавлена пугающей аурой Джин Му-Вона. Так Джин Му-Вон продолжал медленно давить на них, заставляя отступать, пока они не уперлись спинами в стену.

Вдруг дверь гостиницы открылась, и раздался голос молодой женщины: - Старший брат Му-Хэ? Я слышала, что вы здесь?

Обладательницей голоса была младшей дочерью торговой ассоциации Белого Дракона Юн Со-Ин. Она вошла в трактир, радостно улыбаясь, но когда почувствовала необычную атмосферу в комнате, выражение ее лица сразу стало жестким.

- Что здесь произошло?

Вместо ответа даосы из секты Конгтонг просто уставились на Джин Му-Вона, словно хотели его убить.

Юн Со-Ин повернулась лицом к Джин Му-Вону и снова спросила: - Может кто-нибудь мне объяснит, что происходит?

- Ничего серьезного. Мы просто немного разошлись во мнениях.

- Правда? - Скептически спросила Юн Со-Ин.

Джин Му-Вон пожал плечами, как будто его это не касалось. Однако, в отличие от него, три даоса вовсе не расслабились. Они не собирались терять бдительность рядом с Джин Му-Воном.

Му-Хэ спросил: - К-как тебя зовут?

- Джин Му-Вон.

- Секта Конгтонг запомнит это имя.

С этими словами Му-Хэ, Му-Воль и Соль-Гун, прихрамывая, покинули гостиницу. Юн Со-Ин последовала за ними, крича: - Старший брат!

Когда они ушли, Джин Му-Вон помог Хам Чжи-Пену сесть на стул.

- *кха-кха*! - Хам Чжи-Пен кашлял снова и снова. Сломанные ребра давили на легкие, и он не мог нормально дышать.

КРАК! КА-РАК!

Джин Му-Вон несколько раз ткнул Хам Чжи-Пена в грудь и вернул сломанные кости обратно(?). Когда тот снова смог дышать, багровое лицо Хам Чжи-Пена медленно стало возвращаться к своему нормальному цвету. (*я... хер его знает как... но допустим)

- Как вы себя чувствуете?

- Спасибо, спаситель!

- Пока что не нагружайте себя. Если вы хорошенько не отдохнете, то никогда не восстановитесь.

- Не беспокойся обо мне, спаситель. Вам лучше о себе по беспокоится!

- ...из-за секты Конгтонг?

- Старший брат Му-Хэ никогда не забывает обид.

Хотя Хам Чжи-Пен был очень благодарен Джин Му-Вону за то, что тот вмешался и спас его, он чувствовал себя виноватым всякий раз, когда думал, что именно он стал причиной будущих неприятностей молодого человека. Секта Конгтонг, которую он знал, не была такой уж неразумной, какой ее представлял Му-Хэ, но он не мог быть уверен, ведь прошло уже много лет с тех пор, как он покинул секту.

Джин Му-Вон улыбнулся и сказал: - В следующий раз, когда они обратятся ко мне, они наверняка приведут кого-нибудь посильнее.

- Раз вы это понимаете, пожалуйста, поспешите спрятаться! Неважно, насколько вы хороши в боевых искусствах, вы не сможете остановить их!

Джин Му-Вон мягко покачал головой и ответил: - Мне жаль, но я не могу этого сделать.

- Тогда что же вы собираетесь делать, спаситель?

- ...вы сильно ранены. Вам следует отдохнуть.

Джин Му-Вон быстро запечатал один из меридианов Хам Чжи-Пена, лишив его сознания.

В это время Хам Со-Рен очнулась, подбежала к Джин Му-Вону и спросила: - С моим папой все в порядке?

- Он будет в порядке после отдыха.

На лице Хам Со-Рен появилось выражение облегчения. Джин Му-Вон повернулся к Квак Мун-Джуну и сказал: - Позаботься о Хам Со-Рен и Хам Чжи-Пене за меня.

Чон-Ри Му Хван подошел к Джин Му-Вону. Он все еще не оправился от шока, когда увидел невероятное боевое мастерство Джин Му-Вона. Ситуация изменилась, и он понял, что больше не может относиться к Джин Му-Вону так же, как раньше. Он замешкался на мгновение, а затем сказал: - Секта Конгтонг не отпустит тебя.

- Я знаю.

- Чего?...

- Что по-твоему мне оставалось делать? Спокойно наблюдать, как моему младшему брату отрубают руку? Или наблюдать, как невинные отец и дочь погибают прямо у меня на глазах?

- Разве ты не мог поступить по-другому? Возможно, тебе удалось бы избежать прямого конфликта, если бы ты провел с ними рациональные переговоры, - Серьезно сказал Чон-Ри Му Хван.

Независимо от того, насколько сильным было боевое искусство, один человек ничего не может поделать, когда его значительно превосходят числом. Это было несправедливо, но "тирания большинства" была одним из основных правил мурима.

Кроме того, на этот раз противником была одна из самых малых и могущественных сект, секта Конгтонг. Они были достаточно сильной фракцией, чтобы править частью мира.

Джин Му-Вон встретился взглядом с Чон-Ри Му Хваном и сурово произнес: - Ты всегда просчитываешь последствия каждого своего действия?

- Как еще я могу выжить в этом безумно опасном мире? Знать свои пределы и действовать соответственно - вот секрет дальнейшего существования и процветания Железной Бригады.

Джин Му-Вон опустил голову, пробормотав: - Понятно. Большинство людей в мире живут так же, как и вы.

- А...

- Иногда мы должны следовать зову сердца, а не здравого смысла. Для меня это был один из таких случаев.

Слова Джин Му-Вона тяжело легли на сердца Чон-Ри Му Хвана и наемников Железной Бригады, словно сигнал к пробуждению.

Прежде чем они успели что-то сказать, Джин Му-Вон продолжил: - Все говорят, что в этом мире справедливости не место. Богатые отбирают у бедных каждое рисовое зернышко, чтобы пополнить свою переполненную казну, а те, кого угнетают, могут лишь молча страдать. В такие времена, когда мы, как Мастера боевых искусств, следуем рыцарскому пути, не хотим отстаивать свою правоту, зачем тогда вообще называть себя воинами?

Десять лет назад, когда Армия Севера была распущена, бесчисленные Мастера боевых искусств бросились вперед и сражались за все сокровища, которые могли получить. Все они были ослеплены своей жадностью, и никому не было дела до правды. Если бы не Хван-Чоль, Джин Му-Вон, наверное, давно бы уже поддался отчаянию и ненависти.

Однако Хван-Чоль был живым доказательством того, что в мире еще остались хорошие люди. Он дал Джин Му-Вону повод продолжать жить.

"Если бы я отвернулся от этих людей, смог бы я заставить себя встретиться с дядей Хваном, когда снова встречу его?"

Неуверен...

Внезапно Джин Му-Вон почувствовал, как что-то изменилось внутри него, как будто тот, кто был сейчас, и тот, кто был минуту назад, были совершенно разными людьми.

Чон-Ри Му Хван сказал: - Ты не можешь изменить мир в одиночку! Так дела не делаются!

- Неужели?

Джин Му-Вон улыбнулся, но Чон-Ри Му Хван избегал его взгляда. Он знал, что стоит ему взглянуть в глаза Джин Му-Вона, как он поймет, о чем думает молодой человек. Тем не менее, он не мог заставить себя сделать это. Это было бы равносильно признанию того, что все решения, принятые им для Железной Бригады, были ошибкой.

"Этот человек опасен. Чертовски опасен. Пройдет совсем немного времени, и он вызовет большой переполох в муриме."

"Он харизматичный лидер, который вдохновит людей на действия. Однако у таких людей никогда не бывает счастливого конца!"

"Правители этой эпохи просто не позволят никому разрушить созданный ими порядок! Для них такой нонконформист, как Джин Му-Вон, - это семя хаоса, которое должно быть уничтожено!"

Хотя в голове Чон-Ри Му Хвана непрерывно звенели тревожные колокольчики, не успел он опомниться, как встретился взглядом с Джин Му-Воном. Молодой человек обладал странной силой, которая притягивала к себе других. На первый взгляд он казался совершенно обычным, но стоило заглянуть в его решительные, упрямые глаза, как человек неосознанно погружался в их непостижимую глубину.

У Чон-Ри Му Хвана была иллюзия, что что бы ни сказал Джин Му-Вон, это должно быть правдой. Он не мог смириться с этим иррациональным чувством, но и отрицать его тоже не мог.

Джин Му-Вон выглянул в окно. Чистое голубое небо отражалось в его глазах.

- Возможно, я не смогу изменить мир, но я могу хотя бы стать тем светом, который освещает тьму. Я не могу спасти всех, но я буду защищать тех, кто передо мной.

В этот момент мальчик, оставшийся один в разрушенной крепости, наконец-то стал воином с сердцем, широким как мир.

- Вот она... причина, по которой я изучал боевые искусства, и путь, по которому решил идти.

Не все идут сквозь бурю с опущенной головой I

- Что за человек мастер Джин?

- Из какой он секты?

- Мне откуда знать! Почему вы меня спрашиваете!?

Квак Мун-Джун выглядел так, будто вот-вот заплачет, когда его допрашивали Им Чжин-Еп и Дам Чжон-Хон. Они думали, что мальчик специально скрывает правду, но он сам ничего не знал о человеке по имени Джин Му-Вон.

Квак Мун-Джун знал только то, что Джин Му-Вон - племянник Хван-Чоля, и что Хван-Чоль его очень любит. Он понятия не имел, откуда он родом и какими боевыми искусствами владеет.

В данный момент напряжение в караване Белого Дракона было необычайно высоким. С одной стороны, Гон Чжин-Сон хотел как можно скорее продолжить путешествие, а с другой - Юн Со-Ин настаивала на том, что они должны оставаться на месте, пока не решится вопрос с сектой Конгтонг. В результате они оказались в тупике и не могли двигаться дальше, пока не получили информацию о дальнейших действиях секты Конгтонг.

Когда Джин Му-Вон вышел из гостиницы Южное Море, все наемники и сопровождающие обернулись, чтобы посмотреть на него. Однако никто из них не подошел к нему. Они не решались подступать, поскольку это могло бы вызвать гнев Юн Со-Ин, а общение с Джин Му-Воном было очень хорошим способом вызвать ее раздражение.

- Брат!

Квак Мун-Джун был единственным, кто побежал к Джин Му-Вону. Тот погладил мальчика по голове и огляделся. Он чувствовал на себе холодные взгляды окружающих.

После разговора с Хам Чжи-Пеном атмосфера вокруг него внезапно изменилась. Дружеские приветствия исчезли, на смену им пришли враждебные взгляды.

Джин Му-Вон горько улыбнулся и ушел вместе с Квак Мун-Джуном.

По лицу Квак Мун-Джуна текли слезы, он всхлипывал: - Мне так жаль, брат. Из-за меня...

- Это не твоя вина.

- Но этого бы не случилось, если бы я не совал свой нос куда не следует.

- Ты поступил правильно. Нелегко набраться храбрости в такой ситуации. Однако ты допустил одну серьезную ошибку.

Джин Му-Вон посмотрел прямо в глаза Квак Мун-Джуна и выругался: - Ты не учел свои возможности. Любой может сделать то, что ты сделал. Но твоя ошибка в том, что ты не подумал, прежде чем действовать. Ты создал проблему, которую не смог решить самостоятельно, не будучи готовым взять на себя ответственность и столкнуться с последствиями своих действий.

- М-мне очень жаль, - Заикаясь, произнес Квак Мун-Джун.

Джин Му-Вон продолжил: - Всегда думай трижды, прежде чем действовать. Твое решение может подвергнуть опасности всех окружающих, и кто знает, как далеко могут зайти твои враги? До каких низших средств они могут опуститься?

- Я запомню это накрепко.

- Тем не менее, благодаря тебе, два человека были спасены. Ты можешь быть уверен, что поступил правильно.

- Да!

Когда его тревоги развеялись, слезы потекли по лицу Квак Мун-Джуна, как водопад.

Джин Му-Вон улыбнулся. Квак Мун-Джун был еще ребенком. Он не владел боевыми искусствами и не был хорошо образован, но у него был сильный дух, которым обладали очень немногие. Этот дух позволил ему встать и начать действовать, когда даже Железная Бригада, группа Мастеров боевых искусств, не смогла этого сделать. Самое главное, что сильный дух нельзя было купить за деньги или обучиться в школе.

Хотя это могло привести к болезненным последствиям, сильный дух был достоинством, а не недостатком. Это означало, что Квак Мун-Джун способен сопереживать чужой боли и действовать честно. Прежде всего, это означало, что он был человеком убежденным, которым двигала не жадность, а глубокая вера, сиявшая ярче, чем у других.

- С этого момента ты должен упорно работать над тем, чтобы стать сильнее, и научиться следить за собой.

- Да, я буду! - Энергично ответил Квак Мун-Джун.

Квак Мун-Джун не стал спрашивать у Джин Му-Вона, как ему стать сильным. Он не знал почему, но чувствовал, что пока он будет рядом с Джин Му-Воном, он будет становиться сильнее, как в боевых искусствах, так и как человек. В данный момент он смотрел на старшего брата больше, чем на кого-либо другого.

В этот момент раздался резкий женский голос: - Эй!

Джин Му-Вон обернулся и увидел Юн Со-Ин, которая смотрела на них, положив руки на бедра. - В чем дело? - Спросил он.

- В смысле в чем дело? Это ты виноват в том, что торговая ассоциация Белый Дракон вступила в конфликт с сектой Конгтонг!

Когда голос Юн Со-Ин эхом разнесся по гавани, сопровождающие один за другим отворачивались и делали вид, что ничего не видели и не слышали.

- Молодая госпожа, сейчас не время повышать голос.

- Заткнитесь, господин Гон.

Гон Чжин-Сон пытался успокоить Юн Со-Ин, но его усилия были тщетны. Юн Со-Ин направилась к Джин Му-Вону, который просто смотрел на нее в упор. Однако его спокойствие только подстегнуло гнев Юн Со-Ин.

- Ты в своем уме? С какой стати ты разозлил секту Конгтонг? Разве ты не знаешь, насколько близки торговая ассоциация Белый Дракон и секта Конгтонга? И что я тоже являюсь учеником этой секты? И как ты посмел ранить младшего брата Соль-Гуна? Что ты будешь делать, если секта Конгтонг из-за этого разорвет отношения с торговой ассоциацией Белого Дракона?

Юн Со-Ин разразилась яростной тирадой, но Джин Му-Вон молчал и не спорил с ней.

- Такими темпами мы больше не сможем позволить тебе присоединиться к нашему путешествию в Юннань! Я не хочу тратить каждую свободную минуту, беспокоясь о людях, преследующих нас! Ну? Скажи мне! Что ты собираешься делать со всей этой неразберихой? - Юн Со-Ин начала задыхаться.

Джин Му-Вон терпеливо ждал, пока Юн Со-Ин закончит разглагольствовать, и наконец сказал: - А спросить меня о причине, по которой все закончилось именно так, вы не собираетесь, да?

- Что ты сказал?

- Этому ребенку чуть не отрезали руку. Он может быть молод, но он все еще сопровождающий, работающий на Белого Дракона, на вас! Разве его безопасность не должна быть вашей первой заботой? Кроме того, трактирщик и его дочь едва не погибли. Разве вы не Мастер боевых искусств? Что случилось с вашими приоритетами?

- Я...

- Мисс Юн, я знаю о ваших отношениях с сектой Конгтонг. Однако вы, прежде всего, являетесь лидером торговой ассоциации Белого Дракона и ответственной за эту поисково-спасательное задание. По моему скромному мнению, было бы разумно выслушать всех, прежде чем выносить преждевременные суждения.

Лицо Юн Со-Ин покраснело от стыда и смущения. Она была ослеплена своей яростью. В глубине души она знала, что Джин Му-Вон прав, но даже тогда она не хотела этого признавать. Вместо этого она закричала: - Так ты хочешь сказать, что это моя вина? И что ты не сделал ничего плохого? Хмф! Тебя даже не волнует, что случится с торговой ассоциацией Белого Дракона, не так ли?

"Мдааа.... в ее словах нет ни логики, ни понимания моих слов, только бессвязная ярость." - Джин Му-Вон спокойно ответил: - Я беру на себя ответственность за все, что произошло. Я бы не стал вмешиваться, если бы не был готов к этому.

- Хмф! Как ты собираешься взять на себя ответственность? С помощью своих второсортных боевых искусств? Ты знаешь, кто твой противник? Это секта Конгтонг! Одна из старейших и величайших сект боевых искусств, секта Конгтонг!

В голосе Юн Со-Ин слышалась гордость за секту Конгтонг, частью которой она являлась. Эта гордость не позволила бы ей принять то, что он сказал, но, тем не менее, он должен был это сказать.

- Ничто в этом мире не длится вечно.

- А?

- Секта Конгтонг может быть могущественной, но она не будет существовать вечно.

Даже Армия Севера, которая была намного сильнее секты Конгтонг, рухнула в одно мгновение. И это был лишь один пример в долгой истории мурима, где подобные события происходили часто. Любая фракция, вышедшая из фаворита, была поглощена жестокой реальностью.

Секта Конгтонг не стала исключением. Однако разгневанная Юн Со-Ин снова не поняла смысла слов Джин Му-Вона.

- Ты оскорбляешь секту Конгтонг? Такие отбросы, как ты...

- Джин Му-Вон, на секундочку.

- Ну и что...

- ...и я не отброс. Пожалуйста, следите за словами.

Голос Джин Му-Вона был мягким, и он не использовал Ци. Тем не менее, его голос содержал силу, непостижимую для Юн Со-Ин.

Юн Со-Ин неосознанно сделала шаг назад. Затем, осознав, что она только что сделала, прикусила губу и попыталась продолжить кричать на Джин Му-Вона. Однако в тот момент, когда она встретилась с ним взглядом, она вздрогнула. Она открыла рот, но слова не выходили.

Хотя она была в ярости, но не была идиоткой. Джин Му-Вон не был работником торговой ассоциации Белый Дракон, которым она могла распоряжаться по своему усмотрению. Он был Мастером боевых искусствах, который сразил Му-Хэ, Му-Воля и Соль-Гуна, несмотря на то, что они набросились на него одновременно. Он не был противником, которого она могла бы победить.

Она вдруг почувствовала, что все ее тело словно облили холодной водой.

- Я...

- Как я уже сказал, я беру на себя ответственность за все, что произошло сегодня. Если вам будет угодно, мы с Мун-Джуном покинем караван и отправимся в путь самостоятельно.

"Ну, я с самого начала планировал путешествовать один. Я также не хочу доставлять неприятности людям, которые мне помогли."

Юн Со-Ин растерялась. Никто и никогда не упрекал ее подобным образом.

Гон Чжин-Сон, который не мог больше смотреть на эту сцену, вышел вперед и сказал: - Достаточно. Мы не настолько торопимся, чтобы принимать решение прямо сейчас. Почему бы тебе не провести ночь с нами, и мы вместе обсудим дальнейшие планы? Что думаете, госпожа?

- А? Хорошо... - Юн Со-Ин бросила неловкий взгляд на Джин Му-Вона, а затем направилась к месту, где собрались сопровождающие.

Гон Чжин-Сон спросил: - Итак... какие у тебя планы? Как сказала молодая госпожа, секта Конгтонг не будет стоять на месте.

- Подожду, когда они придут ко мне.

- Чего? Подождать!?

- Да, - Спокойно ответил Джин Му-Вон, глядя в сторону горы Конгтонг.

"Я же не просто так позволил Му-Хэ сбежать..."

Не все идут сквозь бурю с опущенной головой II

Джин Му-Вон и Квак Мун-Джун сидели на пустом участке возле гавани, наслаждаясь прохладным речным бризом. Сопровождающие из торговой ассоциации Белый Дракон, и наемники из Железной Бригады держались от них на расстоянии, словно не желая иметь с ними ничего общего. Хам Чжи Пен и его дочь были единственными, кто осмелился подойти к ним, и даже принесли еду своим благодетелям.

Джин Му-Вон нахмурился. Во время одной из бесед с Хам Чжи-Пеном он узнал о событиях пятнадцатилетней давности, которые в итоге привели к отлучению Хам Чжи-Пена от секты Конгтонг. Хотя он мысленно готовился к встрече с даосами, оказалось, что он также непреднамеренно ввязался в нечто гораздо большее, чем ожидал.

"Я должен осторожно решить эту проблему, иначе последствия могут перерасти к нечто неожиданное."

Он посмотрел на сидящего рядом Квак Мун-Джуна.

"Все еще дуется. Отчуждение и неприятие со стороны других сопровождающих ужасно на него влияет. Быть преданным людьми, которых он считал семьей... он, должно быть, крайне подавлен."

Квак Мун-Джун свернулся клубочком и тихо пробормотал: - Мурим - такое бессердечное место.

Джин Му-Вон кивнул в знак согласия, молча наблюдая за Квак Мун-Джуном. Десять лет назад, когда ему было всего тринадцать, в него жестоко вбили истинное значение фразы "выживает сильнейший". Никто лучше него не понимал, что сейчас чувствует мальчик. В конце концов, то, что Четыре Столпа сделали с его отцом и Армией Севера, было гораздо, гораздо хуже.

Когда-то он считал Четырех Столпов своей семьей. Его отец часто бывал занят, поэтому они вчетвером практически брали на себя роль крестных отцов, когда Джин Кван-Хо не было рядом. Тогда он думал, что так будет всегда.

Однако эти четыре человека, которым он доверял больше всего, в итоге предали Армию Севера и вынудили его отца покончить жизнь самоубийством.

В этом жестоком мире, где даже кровные родственники могут предать свою семью, он был глупцом, слепо веря в людей, совершенно не связанных с ним.

Теперь и Квак Мун-Джун почувствовал на себе безжалостность этого мира.

"Возможно, какое-то время он будет подавлен, но если он сможет пережить этот период, то это станет ценным опытом, который сделает его сильнее."

Внезапно Джин Му-Вон поднял голову. Испугавшись внезапного движения, Квак Мун-Джун воскликнул: - Брат...?

- Шшш! - Джин Му-Вон приложил палец к губам.

Квак Мун-Джун тут же закрыл рот. На небольшом расстоянии от них, в лагере торговой ассоциации Белого Дракона возникли беспорядки. Они ждали некоторое время, пока группа из семи Мастеров боевых искусств не вышла из лагеря и не подошла к ним.

На их рукавах красовалась зеленая бамбуковая вышивка, а на поясе у каждого из них было по бамбуковому клинку. Было ясно, что все они были первоклассными учениками секты Конгтонг. Джин Му-Вон заметил, что Му-Хэ и Му-Воль были среди семерых.

Мужчина, который выглядел как лидер семерки, обменялся взглядами с Джин Му-Воном и Квак Мун-Джуном.

"Он искусный фехтовальщик", - Подумал Джин Му-Вон. Хотя рост лидера был едва ли больше пяти футов, его глубокие глаза и исходящая от него аура, похожая на лезвие, сразу же произвели на Джин Му-Вона сильное впечатление. Более того, он заметил, что даже гордые Му-Хэ и Му-Воль послушно шли за лидером. Из этого нетрудно было сделать вывод, что статус лидера намного выше, чем у них.

Даже в темноте глаза даосского лидера сияли словно лампа, заставив Квак Мун-Джуна икнуть.

Резким голосом, словно холодное лезвие, лидер спросил: - Ты Джин Му-Вон?

Джин Му-Вон встал и ответил: - Да. А ты?

- Меня зовут Му-Цзин, - С гордостью объявил лидер свое даосское имя. Он принадлежал к тому же поколению, что и Му-Хэ, но их навыки боевых искусств отличались. Му-Цзин был человеком, который стоял на вершине учеников секты Конгтонг, и все остальные ученики первого класса должны были уважительно обращаться к нему как к первому старшему брату.

Другими словами, было принято считать, что он будет следующим главой секты Конгтонг.

В отличие от других учеников, Му-Цзин никогда не участвовал во внутренних турнирах Конгтонга. Это было потому, что его способности уже были признаны другими членами секты, и ему не нужно было доказывать свою состоятельность.

Он был не только талантлив, но и трудолюбив. Пока остальные ученики были заняты соревнованием друг с другом на турнире, он тренировался в уединении и изучал одну из сильнейших техник меча секты Конгтонг - Божественный Клинок Пяти Инь.

Божественный Клинок Пяти Инь был техникой меча, созданной мудрецом Облачного Неба, легендарным мечником секты Конгтонг триста лет назад, путем объединения всех остальных техник меча в секте. С тех пор этому мощному приему обучали только последующие поколения глав секты.

С тех пор прошло пятнадцать лет, когда Му-Цзин впервые изучил Божественный Клинок Пяти Инь. За все это время он ни разу не показал свои истинные способности ни в секте, ни за ее пределами. Тем не менее, никто из первоклассных учеников не сомневался в его мастерстве.

А все из-за того, что Му-Цзин был одержим боевыми искусствами, и только и делал, что целыми днями тренировался, не обращая никакого внимания на повседневные дела секты Конгтонг. По правде, он был настолько одержим тренировками, что даже пытался отказаться от должности преемника, оправдываясь тем, что "это только сократит время тренировок".

- Я слышал, что ты несправедливо напал на трех учеников секты Конгтонг. Это правда?

- Если ты называешь это "несправедливым нападением", то мне больше нечего сказать.

- Значит, ты отрицаешь это? В таком случае, зачем ты сломал бамбуковые клинки нескольких учеников?

Глаза Му-Цзин вспыхнули убийственным намерением. Бамбуковые клинки были символом первоклассного ученика секты Конгтонг. Сломать их мечи означало разрушить их гордость за себя и свою секту.

Изначально Му-Хэ не хотел рассказывать Му-Цзиню о своем сломанном мече, так как ему было очень стыдно за себя. Однако он все еще хотел раздуть эту проблему, поэтому он сговорился с несколькими другими учениками и привел их с собой, когда жаловался Му-Цзиню. К несчастью для него, Му-Цзин мгновенно раскусил его ложь.

- Хотя я не знаю, почему ты напал на моих младших братьев без причины, я по крайней мере обещаю тебе, что если ты сдашься, то секта Конгтонг будет судить тебя справедливо.

- Судить меня справедливо? Это вообще возможно?

- Ты не доверяешь мне?

- Кому я не доверяю, так это твоим младшим братьям.

Брови Му-Цзиня дернулись. В этот момент Му-Хэ, стоявший рядом с ним, закричал: - Не слушай этого парня, старший брат! Он пытается обмануть тебя! Ты должен осудить его прямо здесь и сейчас!

- Верно, старший брат! Его боевое искусство странное, и он хитрый, как лиса. Мы должны покорить его немедленно! - Добавил Му-Воль.

Глаза Джин Му-Вона внезапно сверкнули.

"Как и ожидалось! Когда Хам Чжи-Пен рассказал мне обо всем, что произошло пятнадцать лет назад, я просто не мог заставить себя поверить его одностороннему мнению. Однако нынешнее поведение Му-Хэ и Му-Воля развеяло все мои подозрения."

"В таком случае... что же мне делать?"

Джин Му-Вон послал телепатическое сообщение Квак Мун-Джуну: [На всякий случай, сходи в гостиницу Южное Море и проверь, как там дела у семьи].

Квак Мун-Джун сразу понял, что имел в виду Джин Му-Вон, и тихонько отступил назад.

В то же время Му-Цзин приблизился к Джин Му-Вону и пригрозил: - Ты будешь сопротивляться или тихо сдашься? Выбирай.

Джин Му-Вон покачал головой. Он был последним повелителем Армии Севера. Если бы речь шла о личном, он бы не возражал против унижения и преклонения перед другим. Однако на этот раз в деле участвовали Хван-Чоль и Квак Мун-Джун, поэтому такой вариант был невозможен.

*вздох* - Почему ты выбираешь кнут, а не пряник?

- Прежде чем мы сразимся, я хотел бы задать тебе вопрос.

- Слушаю.

- Твои младшие братья рассказали тебе, почему они пришли в эту деревню?

Кровь отхлынула от лиц Му-Хэ и Му-Воля. Му-Хэ немедленно атаковал Джин Му-Вона, крича: - Старший брат! Не слушай белеберду этого ублюдка! Он - дьявол!

Му-Воль и четверо других даосов быстро последовали его примеру и бросились на Джин Му-Вона.

СВУУУШ!

Кулаки и мечи заполнили взор Джин Му-Вона, заставив его слегка нахмурить брови. Он был крайне расстроен внезапным вмешательством Му-Хэ, но останавливать его было уже поздно.

"Ну, неважно. Начну с того, что закончу с этими шестью."

Хотя Му-Хэ и Му-Воль все еще не оправились от вывихнутых плеч, их кулачные техники были отточены. Остальные четыре даоса тоже не были слабаками, и аура вокруг них была впечатляющей.

ВШУУУХ!

Четыре бамбуковых клинка рассекали воздух, а Му-Хэ и Му-Воль восполняли промежутки между атаками. Это была комбинированная атака без слабых мест.

Видя выдающуюся командную работу своих товарищей, Му-Цзин не мог не кивнуть в знак одобрения. По отдельности их боевые искусства, может быть, и обычны, но они прекрасно компенсируют слабости друг друга.

Однако, к удивлению и восхищению Му-Цзина, Джин Му-Вон беспрепятственно преодолевал шквал атак. В своей повседневной красновато-коричневой одежде и легкими шагами он выглядел как человек, неспешно прогуливающийся по парку.

Му-Цзин мог сказать, что Джин Му-Вон не использовал никаких техник передвижения, но, несмотря на это, его шаги были уверенными, и никто из шести даосов не мог и пальцем его тронуть.

"Он как ветер!"

Впервые в жизни Му-Цзин не мог не похвалить своего противника.

Не все идут сквозь бурю с опущенной головой III

Глаза Юн Со-Ин расширились в недоумении. Она наблюдала за битвой издалека, и то, что Джин Му-Вон давал отпор шестерым ее старшим братьям до такой степени, что они не смогли даже коснуться подола его одежды, поразило ее до глубины души.

- Как? Что?! Почему?... - Пролепетала она.

- Мурим - большое место со множеством скрытых Мастеров, которые прячут свои способности и сливаются с обычными людьми. Старый Матриарх хорошо это знает, и всегда с опаской относилась к людям, которые на первый взгляд кажутся обычными.

- То есть вы хотите сказать, что он скрытый Мастер?

- ...... - Гон Чжин-Сон не ответил. Нет, он не мог ответить, потому что, как и Юн Со-Ин, он тоже был виновен в недооценке Джин Му-Вона.

"Похоже, что все, чем хвастался брат Хван о своем племяннике, было правдой."

Каждый раз, когда Гон Чжин-Сон выпивал с Хван-Чолем, мужчина средних лет всегда хвастался своим племянником. К сожалению, в те времена никто не воспринимал его всерьез.

"Откуда родом Хван-Чоль? Я не могу вспомнить его биографию... теперь, когда я думаю об этом, я почти ничего не знаю о прошлом этого человека. Я никогда не думал о нем как о чем-то большем, чем просто сопровождающем."

"Почему твой племянник такой страшный!? Для обычного воина, вроде меня, одна мысль о том, чтобы сразиться с первоклассным учеником секты Конгтонг, пугает меня до чертиков, а сейчас я наблюдаю, как шесть учеников получают по заднице от Джин Му-Вона!!!"

- Прекрати уклоняться, ублюдок!

- ГАХААА!

Му-Хэ и Му-Воль усилили давление на Джин Му-Вона, но это было бесполезно. Даже загнанный в угол, он всегда как-то выкручивался из их окружения с расслабленным выражением лица.

- Что за черт!? - Воскликнул один из даосов. Он и его товарищи были сильнейшими среди первоклассных учеников секты Конгтонг, и все они были признаны Мастерами пикового уровня. Кроме того, Му-Хэ и Му-Воль были мастерами меча. Однако ни один из них не смог коснуться одежды Джин Му-Вона, а это означало, что сила Джин Му-Вона намного превосходила их.

Что еще хуже, Джин Му-Вон еще не достал свой меч. Вместо этого он иногда выставлял пальцы с таким выражением лица, словно собирался кого-то ткнуть ими, отчего шесть даосов в панике отступали назад.

Наблюдая за всем этим, Гон Чжин-Сон не мог не задаться вопросом, чем объясняются странные действия даосов. В конце концов, он решил, что, вероятно, просто слишком слаб, чтобы понять суть битвы.

Вдруг на границе Всеохватывающего Восприятия, Джин Му-Вон почувствовал присутствие кого-то, кто не должен был находиться здесь, и кто направлялся в определенное направление.

- Вот как... - Пробормотал он про себя. Он не мог больше откладывать этот бой. Если он это сделает, то будет жалеть об этом всю оставшуюся жизнь. Его глаза начали мерцать странным светом.

По позвоночникам шести даосов пробежала дрожь, а по всему их телу побежали мурашки. Воздух вокруг них словно застыл.

Впервые с начала боя Джин Му-Вон перестал двигаться. Почувствовав удобный момент, даосы набросились на него, с кулаками и размахивая мечами.

Однако, увидев это, Му-Цзин закричал: - Нет!

К сожалению, Му-Хэ и остальные проигнорировали его. Их глаза были наполнены неистовым желанием убить Джин Му-Вона.

"Мы должны убить его!"

Даосы открыли свои техники убийств: "Уничтожение Дракона". Ци окружила Джин Му-Вона, перекрыв ему пути отхода. Даосы были уверены, что этой атакой им удастся разорвать Джин Му-Вона на куски.

К их удивлению, Джин Му-Вон не попытался уклониться. Вместо этого он бросился на них.

УДАР! БАМ! УХАМ!

Одна за другой атаки даосов были отбиты. Джин Му-Вон воспользовался мгновенным прорывом, созданным их уверенностью в последней атаке, чтобы выполнить один из базовых приемов Теневого Клинка Разрушения, Разрушение Души, только вместо меча он использовал удары кулаком.

- КУВАА!

- УГААА!

Получив удары в грудь и шею, даосы закричали и упали на землю. Хотя Джин Му-Вон использовал руку вместо клинка, техника меча была не менее отточенной. Если бы он не сдержался, даосы были бы уже мертвы. Семь лет упорных тренировок на горе Киновари наконец-то дали свои результаты.

- Кххх!

Му-Хэ лежал на земле, контуженный. Его зрение затуманилось, и ему захотелось блевать. Он попытался встать, но не смог пошевелится.

Тем временем Джин Му-Вон перепрыгнул через них и бросился бежать.

- Стой! - Крикнул Му-Цзин, преследуя его.

КА-ЧИНК!

Му-Цзин выхватил свой бамбуковый клинок.

РЫК!

Несколько десятков ярких лучей света вырвались из бамбукового клинка Му-Цзиня, когда он подготовил одну из техник меча секты Конгтонг "Упокоение Демонов". Лучи света принимали форму бамбуковых клинков, поэтому трудно было определить, кто из них настоящий, а кто - иллюзия.

КЛАНГ!

Не оборачиваясь, Джин Му-Вон взмахнул Снежным цветком в ножнах, защищаясь от техники меча Му-Цзина с высокой точностью. Затем он использовал силу удара, чтобы прыгнуть вперед и увеличить расстояние между собой и Му-Цзин, при этом отрываясь с бешеной скоростью.

- Пытаешься сбежать от меня? - Прорычал Му-Цзин. Когда он преследовал Джин Му-Вона, его убийственное намерение усилилось.

- ХААА!

Му-Цзин снова и снова взмахивал мечом, выбрасывая Ци меча в виде бесчисленных лучей света в Джин Му-Вона. Однако, как будто у него были глаза на затылке, Джин Му-Вон уклонялся от всех его атак, не оглядываясь назад.

- Отродье! Стой!

В отчаянии Му-Цзин собрал свою Ци и выполнил одну из техник передвижения секты Конгтонг - Поступь Парящего Феникса. Словно феникс, взмывающий в небо, Му-Цзин широко раскинул руки и ускорился, быстро приближаясь к Джин Му-Вону.

Он обрушил свой меч на спину Джин Му-Вона, но тот ответил тем же, что и раньше, перехватывая атаки Снежного цветка, не оглядываясь и не замедляясь.

КЛАНГ! КЛАНГ! КА-КЛАНГ!

В темноте вспыхнула искра, и тело Джин Му-Вона затряслось от удара. Тем не менее, он не позволил ни одному удару достичь себя.

Разъяренный Му-Цзин влил в свой бамбуковый клинок еще больше Ци и прошипел: - Ты так и будешь убегать? Неужели у тебя нет гордости воина?

СВУУШ!

Му-Цзин зарядил свой меч Ци и испустил технику, известную как "Разрушающий душу Громовой Удар", один из последних приемов Упокоение Демонов. Это была техника, которая требовала разделить Ци в своем теле на пять нитей, затем смотать нити в уплотненную веревку и запустить ее как вращающуюся стрелу, способную сокрушить душу цели.

К радости Му-Цзина, это была не та атака, от которой Джин Му-Вон мог бы легко увернуться или заблокировать. В отличие от прежнего, Джин Му-Вон был вынужден остановиться, повернуться и серьезно посмотреть ему в лицо.

ШВАААА!

В тот момент, когда сгущенная Ци меча должна была поразить его, Джин Му-Вон изящно и ловко вывернул Снежный цветок. Не вынимая клинка из ножен, он парировал атаку Му-Цзина и отклонил ее в сторону.

БУМ!

Громовой Удар влетел в стену соседнего здания.

- Отклонение Силы? - Воскликнул Му-Цзин в шоке.

Отклонение Силы было техникой парирования, которая изменяла направление атаки противника. Это было то, что мог сделать любой Мастер боевых искусств.

Однако техника, которую большинство людей называли Отклонением Силы, могла применяться только на физические атаки. Му-Цзин никогда не слышал, чтобы кто-то использовал эту технику против нематериальной атаки Ци.

Более того, Джин Му-Вон использовал эту технику на завершающем приеме, выполненном им, Мастером пикового уровня. Му-Цзин не смел и представить, насколько точным должен быть контроль Джин Му-Вона над своей Ци, чтобы провернуть такое.

Джин Му-Вон прекратил бегство и посмотрел на Му-Цзиня.

По позвоночнику Му-Цзиня пробежала дрожь. Только сейчас он понял, что Джин Му-Вон был гораздо более грозным мечником, чем он предполагал ранее.

"Зачем такому человеку понадобилось трусливо нападать на Му-Хэ и других моих младших братьев? В этом нет никакого логики..."

Внезапно Му-Цзин понял, что взгляд Джин Му-Вона устремлен не на него, а на поврежденное здание. Он повернулся, чтобы посмотреть, что привлекло внимание младшего.

Открывшееся перед ним зрелище привело его в полное замешательство. Стена здания обрушилась, обнажив внутренние помещения и людей, находившихся внутри. Там он увидел своего младшего брата Соль-Гуна с мечом в руках и паническим выражением лица.

"...а? Что здесь делает младший брат Соль-Гун?"

Отчаянно ища ответы, Му-Цзин перевел взгляд на людей напротив Соль-Гуна. Первым он увидел мальчика Квак Мун-Джуна, который широко раскинул руки, защищая кого-то позади себя. Что касается людей, которых защищал мальчик...

- М-Му... Гун? Младший брат Му-Гун? - Крикнул Му-Джин, неконтролируемо дрожа.

"Му-Гун" было даосским именем, от которого Хам Чжи-Пен отказался, когда его отлучили от секты Конгтонг.

Внутри поврежденного здания, которое раньше было гостиницей Южное Море, Хам Чжи-Пен и его дочь тоже заметили Му-Цзиня. Когда первоначальный шок прошел, из глаз Хам Чжи-Пена потекли слезы.

Хам Чжи-Пен воскликнул в ответ: - Старший брат Му-Цзин!

- Му-Гун, почему ты здесь...

Му-Цзин мгновенно забыл о Джин Му-Воне и медленно, на цыпочках направился к Хам Чжи-Пену.

Не все идут сквозь бурю с опущенной головой IV

Му-Цзин посмотрел на Соль-Гуна и спросил: - Что здесь происходит?

Соль-Гун промолчал и ничего не ответил. В конце концов, что он должен был сказать? Что он пришел сюда, чтобы убить Хам Чжи-Пена и стереть доказательства их правонарушения, пока Му-Цзин, Му-Хэ, Му-Воль и остальные четверо отвлекали Джин Му-Вон?

Он никак не мог признаться в этом Му-Цзин., который ничего не знал о темной стороне Конгтонг. Кроме того, его роль в их плане должна была быть самой простой. Хам Чжи-Пен уже потерял все свои боевые искусства и не представлял для него никакой угрозы.

К сожалению, он не учел, что Квак Мун-Джун будет защищать семью Хам и тянуть время, пока не прибудет Джин Му-Вон и не разрушит стену.

С другой стороны, несчастье одного человека - удача другого. Благодаря вмешательству Квак Мун-Джуна и Джин Му-Вона, Хам Чжи ю-Пен снова был спасен от гибели.

Видя, что Соль-Гун не собирается ему отвечать, Му-Цзин повернулся лицом к Хам Чжи-Пену и сказал: - Младший брат Му-Гун, что происходит? Почему ты здесь? Знаешь ли ты, как долго я тебя искал?

- Старший брат Му-Цзин, я... скучал по тебе.

Слезы текли по лицу Хам Чжи-Пена. Хам Со-Рен не понимала, что происходит, но когда она выдохнула, затаив дыхание, ее глаза тоже наполнились слезами.

Му-Цзин был в полном замешательстве. Хам Чжи-Пен был его любимым младшим братом, и раньше они были близки, как настоящие братья. Однако, пока он тренировался в уединении, Хам Чжи-Пен исчез из секты Конгтонг.

Официальной причиной исчезновения Хам Чжи-Пена было то, что он сошел с ума из-за отклонения Ци и напал на нескольких своих учеников, но Му-Цзин не верил ни единому слову из этого оправдания. Он хотел найти Хам Чжи-Пена и убедиться в правдивости этой версии. Это было самое меньшее, что он мог сделать как брат.

Однако, когда он спросил других младших братьев о местонахождении Хам Чжи-Пена, все до единого промолчали, словно были соучастниками. Му-Цзин пытался сам разыскать Хам Чжи-Пена, но безуспешно.

Только теперь, увидев Соль-Гуна и Хам Чжи-Пена в одном месте, Му-Цзин наконец-то начал собирать все пазлы воедино. Он направил свое убийственное намерение на Соль-Гуна и пригрозил: - Быстро говори, что происходит.

- С-старший брат?

- Повторять не буду.

- Я... я ничего не знаю. Я просто... выполнял приказ старшего брата Му-Хэ. - Соль-Гун отчаянно пытался объясниться, но пронзительный взгляд Му-Цзина заставлял его чувствовать себя настолько виноватым и напуганным, что он дрожал как лист на ветру.

- Му-Хэ? - Взгляд Му-Цзин обратился к тому месту, где Му-Хэ был сбит с ног Джин Му-Воном.

Почувствовав удобный момент, Джин Му-Вон добавил: - Пятнадцать лет назад Хам Чжи-Пен подвергся нападению со стороны своих учеников, которые завидовали ему. В итоге он взял вину за драку на себя и был отлучен от секты Конгтонг.

Му-Цзин тут же опроверг: - Не лги мне. Дисциплина в секте Конгтонг соблюдается очень строго. Не может быть, чтобы что-то подобное произошло.

- Все, что он сказал - правда, старший брат Му-Цзин, - Сказал Хам Чжи-Пен, подойдя к Му-Цзину.

- Тогда как Му-Хэ так долго скрывал правду? Я уверен, что глава нашей секты провел бы надлежащее расследование.

- Когда это случилось, глава секты был занят обучением тебя. Он не принимал участия ни в расследовании, ни в суде.

- Ты хочешь сказать, что он мог не знать об этом?

- Да. Расследование и суд проводил дядя Тхэ-Хен.

- Дядя... Тхэ-Хен? - Голос Му-Цзина задрожал. Преподобный Тхэ-Хён был Мастером Му-Хэ и младшим братом его собственного мастера, преподобного Тхэ-Воля, который также был лидером секты.

- Кроме того, мое ядро не было уничтожен в качестве части наказания. Это была травма, которую я получил во время боя. Поскольку я уже был калекой и никогда больше не смогу заниматься боевыми искусствами, а дядя- сказал мне, что все, кто мне дорог, будут в порядке, если я буду держать язык за зубами, я согласился на отлучение от Конгтонга.

По словам Хам Чжи-Пёюена, вся эта история началась с того, что Му-Хэ словесно оскорбил его после победы на турнире. Когда Хам Чжи-Пен проигнорировал оскорбления, Му-Хэ вышел из себя и напал на него вместе с Му-Волем и несколькими другими учениками.

Вскоре после этого наставник Му-Хэ, Тхэ-Хен прикрыл своего ученика и возложил вину на Хам Чжи-Пена, в результате чего у того не осталось иного выбора, кроме как покинуть секту Конгтонг.

- Что!? Как мог дядя Тхэ-Хен так поступить...! - Вскричал Му-Цзин.

Это было совсем не похоже на то, что он слышал. Он вспомнил, как однажды спросил об этом Тхэ-Хена, и дядя ответил на его вопрос следующим образом: - Глава секты и все старейшины подтвердили, что Хам Чжи-Пен напал на своих учеников после несчастного случая на тренировке, вызванная отклонением Ци. Мы решили, что лучшим наказанием за его грехи будет отлучение.

Ошеломленный Му-Цзин спросил Хам Чжи-Пена: - Так... где же ты был все эти годы?

- Я боялся, что Му-Хэ и Тхэ-Хен убьют меня, чтобы стереть все улики, поэтому я никогда не осмеливался приближаться к горе Конгтонг. Лишь недавно я переехал в эту деревню, надеясь, что смогу снова встретиться с тобой и рассказать правду о том, что произошло. К сожалению, Му-Хэ нашел меня первее.

Соль-Гун тут же опустился на колени перед Му-Цзином, хлопнул головой о землю и заплакал: - Старший брат Му-Цзин, пожалуйста, прости меня. Я просто выполнял указания старшего брата Му-Хэ. Я невиновен!

Однако Му-Цзин не поверил в ложь Соль-Гуна. Он холодно посмотрел на него и сказал: - Может, Му-Хэ и был зачинщиком, но ты точно соучастник. "Мертвецы не рассказывают сказки", не так ли?

- Старший брат, пожалуйста, простите меня! Я правда ничего не знал! - Закричал Соль-Гун. Может, я и не смогу противостоять старшему брату Му-Цзину, но я должен хотя бы уметь использовать факты против него! Ведь пятнадцать лет назад я был еще ребенком! Что бы Му-Хэ ни сделал тогда, это не имеет ко мне никакого отношения! Если я смогу убедить старшего брата Му-Цзина отпустить меня сегодня, дядя Тхэ-Хен позаботится обо всем остальном!

Не обращая внимание на то, что Соль-Гун рыдает и кланяется Му-Цзину, Му-Цзин внимательно наблюдал за ним. Заметив хитрый взгляд в глазах Соль-Гуна, Му-Цзин не мог не посмотреть на небо и не посмеяться над собственной глупостью.

- Хахаха! Я чувствую себя тряпичной куклой, слепой и глухой ко всему вокруг, с одной тренировкой в голове. Каким же посмешищем я выгляжу перед своими учениками, которые успешно скрывали от меня такой грязный секрет целых пятнадцать лет.

Му-Цзин сделал небольшую паузу, затем посмотрел на Хам Чжи-Пена и сказал: - Мне жаль. Должно быть, тебе пришлось нелегко.

- Старший брат... - Как будто узел в его сердце был распутан, Хам Чжи-Пен опустился на землю и начал плакать.

- Ах! Папа, пожалуйста, не плачь! - Хам Со-Рен крепко обняла отца, слезы текли по ее щекам, она разделяла его боль.

Джин Му-Вон и Му-Цзин молча наблюдали за ними.

Через некоторое время, когда Му-Хэ и Му-Воль пришли в себя, они сразу же увидели Му-Цзина и семью Хам. В частности, Му-Цзин смотрел на них сверху вниз очень холодными глазами.

"Черт! Мы крупно облажались."

Два даоса инстинктивно поняли, что все пошло не так, и быстро встали на колени.

- Старший брат, это недоразумение! Пожалуйста, позволь мне объясниться.

- Верно. Я не знаю, что они тебе сказали, но этим людям нельзя доверять.

Хотя Му-Хэ и Му-Воль отчаянно умоляли его, для Му-Цзина, который уже услышал историю Хам Чжи-Пена, все сказанное ими звучало как бесстыдные оправдания отъявленных ничтожеств.

- Все это время я и не подозревал, что вы настолько жестоки...

- С-старший брат... - Пробормотал Му-Хэ дрожащим голосом. По правде он боялся Му-Цзина так сильно, что хотел убить Хам Чжи-Пена до того, как Му-Цзин найдет его.

Его старший брат Му-Цзин был честным человеком, для которого справедливые суждения были важнее отношений. Если бы его младший брат совершил преступление, он бы его безжалостно наказал. Поэтому, когда Му-Цзин вызвался сопровождать его в деревню, Му-Хэ подстроил так, чтобы Соль-Гун тайно убил Хам Чжи-Пена, пока Му-Цзин и Джин Му-Вон заняты битвой.

- Приготовьтесь к суровому наказанию по возвращении на гору Конгтонг. Вас будут судить за обман меня, главы секты и всей секты Конгтонг.

- Что угодно, только не это! Пожалуйста, простите меня, старший брат...

Му-Хэ и Му-Воль горячо молили о прощении, но Му-Цзин не обращал на них внимания. Он не хотел слышать больше ни слов.

Му-Хэ и Му-Воль чувствовали, что все, что они построили за эти годы, разваливается на куски. Их гордость как первоклассных учеников секты Конгтонг, положение старейшин, которое они получат еще через несколько лет, уважение других учеников...

Два даоса внезапно обменялись взглядами. Они одновременно пришли к одному и тому же выводу.

- К черту все это!

- Умри!

Они бросились к Му-Цзиня, чтобы застать его врасплох. Му-Хэ использовал Ладонь Уничтожения Демонов, а Му Воль - Кулак Семи Травм. Эти две техники были одними из сильнейших боевых искусств в секте Конгтонг, и оба даоса считали их своими козырями.

- Так и знал!

Вопреки тому, что думали Му-Хэ и Му-Воль, их неожиданная атака превзошла ожидания Му-Цзина. С тех пор, как он узнал правду, он уже подозревал, что произойдет нечто подобное.

ШИИНГ!

Бамбуковый клинок на его поясе выскользнул из ножен и прочертил в воздухе дугу.

- Кхаа!

- Гах!

Му-Хэ и Му-Воль закричали от боли еще до того, как их атаки достали до Му-Цзина, а из глубоких колотых ран на их плечах фонтаном хлынула кровь. Атака мечом Му-Цзина достигли их первыми.

- Неужели вы думали, что сможете ранить меня своей жалкой силой? Вы двое не только бессердечны, но и глупы!

Му-Хэ положил руку на рану на плече, чтобы остановить кровотечение, и с горечью посмотрел на Му-Цзина: - Хаха! С чего ты взял, что ты умнее нас? Ты хоть что-нибудь знаешь, кроме боевых искусств?

- Так вот почему ты мне солгал?

- Вот именно! Ты слишком силен, и все знали, что ты станешь следующим главой секты, поэтому соревноваться с тобой не было никакого смысла. А вот тот парень рядом с тобой постоянно вставал у меня на пути!

Взгляд Му-Хэ переместился на Хам Чжи-Пена. Это был человек, который отличался скромным и дружелюбным нравом, несмотря на то, что был моложе и талантливее его. Он чувствовал, что пока существует этот младший брат, он никогда не сможет выделиться среди своих сверстников. Особенно после поражения на турнире, это чувство ужаса только усилилось.

- Хмф! Так вот почему ты спровоцировал его на драку и разрушил его ядро?

- Да! Ну и? Что ты собираешься делать? Что?! Убьешь меня?

- Нет, я не убью тебя. Я оттащу тебя обратно на гору Конгтонг, где ты будешь наказан в соответствии с правилами секты.

- Мой Мастер не будет сидеть сложа руки. Сдавайся... нет, у меня есть идея получше. Постарайся изо всех сил доказать свою точку зрения, старший брат. Даже если ты станешь следующим главой секты, то меня все равно будут поддерживать больше первоклассных учеников, чем тебя. Я покажу тебе, что ты не сможешь ничего добиться без их помощи.

- ...хочешь заключить со мной пари?

- Раз уж ты предложил это, старший брат, то почему бы и нет? Тебе все равно нечего терять.

Уверенный тон Му-Хэ ударил Му-Цзина как удар в сердце, толкнув его в бездну отчаяния. Он до крови закусил губу, чтобы прийти в себя.

"Проклятье! Я и не подозревал, что наша секта Конгтонг прогнила изнутри... Му-Хэ был прав, когда назвал меня дураком, не знающим ничего, кроме боевых искусств!"

- Хорошо, я поставлю на карту репутацию Му-Гуна и свою собственную. Я, Му-Цзин, открою правду о событиях пятнадцатилетней давности и восстановлю честь младшего брата Му-Гуна. Кроме того, я позабочусь о том, чтобы виновные в преступлении понесли соответствующее наказание.

Услышав последнее заявление Му-Цзина, с лиц Му-Хэ и Му-Воля исчезли все краски.

☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆

Му-Хэ, Му-Воль, Соль-Гуну и еще четырем даосам запечатали их акупунктурные точки и заперли в подвале гостиницы Южное Море. Соль-Гун неоднократно настаивал на том, что его использовал Му-Хэ, но Му-Цзин делал вид, что не слышит его.

Как только зачинщики были арестованы, Му-Цзин отправил голубя-посыльного обратно в секту Конгтонг, попросив подкрепление из дисциплинарного совета доставить их обратно на гору Конгтонг на следующее утро.

Пока он ждал их, Му-Цзин и Хам Чжи-Пен до самого утра обсуждали события последних пятнадцати лет. Когда Му-Цзин слушал о положении семьи Хам, на его глаза навернулись слезы от сочувствия и сожаления о собственной небрежности.

Хам Со-Рен сидела рядом с отцом, помогая тому рассказывать и добавлять факты, которые он забыл. По ней Му-Цзин мог судить, что она невероятно умная девочка.

- Сколько тебе, Со-Рен?

- В этом году мне исполнилось двенадцать.

- Двенадцать? - Глаза Му-Цзина загорелись интересом. Хотя по меркам крупных сект двенадцать лет было маловато для начала изучения боевых искусств, но и в этом возрасте не было ничего необычного. По внешнему виду Хам Со-Рен нельзя было сказать, насколько она талантлива, но если она умна, то вероятность того, что ее способности ниже среднего, была очень мала. Кроме того, она была дочерью его лучшего друга.

Му-Цзин подумал о том, чтобы взять ее в ученицы. Он никогда раньше никого не учил, поскольку был сосредоточен на собственном обучении, но теперь понял, что ему нужно расширить свой кругозор. Вероятно, это будет трудно сделать официально, поскольку она была женщиной и не могла вступить в секту, состоящую из одних мужчин, но женщины все же могли быть приняты в качестве гражданских учеников. После этого он сделает ее своей номинальной ученицей.

"Однако с этим придется подождать, пока я вернусь в секту и приберу мусор. Дядя Тхэ-Хен и еще несколько старейшин сделают все возможное, чтобы скрыть правду, да и сообщников Му-Хэ не стоит недооценивать. Это будет непросто, но ради будущего секты Конгтонг я не могу этого избежать."

- Тебе было тяжело все эти годы, поэтому, пожалуйста, предоставь остальное мне. Поспи сейчас, пока есть возможность, ты должен знать, как тяжело подниматься на гору Конгтонг. - Му-Цзин ласково погладил Хам Со-Рен по голове и встал.

Хам Чжи-Пен, казалось, был шокирован внезапным поступком Му-Цзина. Он спросил: - Э? Я думал, мы собирались поболтать еще немного?

- Я хочу, но сначала я должен кое-что сделать.

- Старший?

- Это правда, что тот человек спас тебя, но также правда и то, что он спровоцировал секту Конгтонг.

Хам Чжи-Пен на мгновение замер, пока слова Му-Цзина медленно прокручивались в его голове. Затем он заикнулся: - Но...

- Бамбуковый клинок - символ секты Конгтонг. Сломать наши мечи - то же самое, что растоптать нашу гордость.

Му-Цзиня часто называли "гордостью секты Конгтонг", и в ответ он гордился тем, что является частью секты. Все, что он имел, было дано ему сектой, поэтому некоторые вещи он просто не мог отпустить.

- Теперь тебе нужно отдохнуть.

Хам Чжи-Пен не посмел возражать против решения Му-Цзина и тихо удалился.

Тем временем Му-Цзин вышел из гостиницы Южное Море. Солнце еще не взошло, и снаружи все еще было темно.

"Интересно, что, хотя он и другие даосы накануне устроили большой переполох, никто из сопровождающих или жителей деревни не подошел к месту сражения."

"Полагаю, за это надо благодарить Юн Со-Ин и Гон Чжин ю-Сона. Хорошо, что ни один невинный человек не пострадал от наших действий, и эти люди не смогут распространять плохие слухи о секте Конгтонг, если ничего не узнают. Это стало бы большим позором для секты."

Му-Цзин распространил свои чувства и усмехнулся. Некое присутствие давало о себе знать в темноте. Му-Цзин пошел к поляне, недалеко от доков.

Там он нашел Джин Му-Вона, который ждал его, как будто тот уже предвидел, что Му-Цзин придет его искать.

Му-Цзин спросил: - Ты ждал здесь все это время?

Джин Му-Вон молча кивнул в ответ.

- Как ты узнал, что я пойду искать тебя?

- Я знал человека с таким же характером, как у тебя.

- О?

- Как и ты, он ценил гордость своей секты выше собственной репутации. Он был человеком, который мог вынести личное унижение, но если это касалось его секты, он боролся против этого до конца.

Му-Цзин кивнул, сказав: - Ты видешь меня насквозь. Верно, я упрямый дурак, который не понимает, как идти на компромисс.

Он положил руку на свой меч и продолжил: - Я знаю, что у тебя была веская причина, но ты ранил нескольких моих учеников и даже сломал их мечи. Я не могу оставить тебя безнаказанным.

- Планируешь развеять ветер коррупции внутри секты Конгтонг?

- Это уже моя собственная проблема. Ты тут ни при чем.

- Пхахаха! Ясно! - Рассмеялся Джин Му-Вон. Му-Цзин ответил на его вопрос, хотя и очень косвенно.

Внезапно Му-Цзин отсалютовал кулаком Джин Му-Вону и заявил: - Я, Му-Цзин, первоклассный ученик секты Конгтонг, прошу официального поединка с Джин Му-Воном. Независимо от результата, я буду считать все наши споры решенными после этого поединка. Вы согласны?

Джин Му-Вон ответил на приветствие Му-Цзиня и сказал: - Я, Джин Му-Вон, смиренно принимаю просьбу мастера Му-Цзиня. Мы разрешим все наши споры в этом поединке.

- Отлично! - Му-Цзин кивнул и достал бамбуковый клинок.

ШИИНГ!

Острый как бритва край бамбукового клинка сверкнул в темноте. Джин Му-Вон почувствовал, как Снежный цветок дрожит в его руке, как будто жалуясь, почему он еще не достал его.

"Хорошо, на этот раз я отвечу на твой зов."

Когда показался клинок, темнее ночи, сердце Му-Цзина учащенно забилось. Он был очарован жуткой красотой Снежного цветка.

- Это... не обычный меч.

- Снежный Цюцветок. Я создал его сам.

- Правда? Потрясающая работа.

Му-Цзин сконцентрировал свою Ци, и его бамбуковый клинок закричал в знак признательности. Сегодня он впервые открыл миру тот факт, что изучил Божественный Клинок Пяти Инь секты Конгтонг. Это было объявление о том, что он является преемником секты.

- Тогда давайте начнем.

ВУШ!

Не успел он договорить, как Му-Цзин использовал Ступени Летящего Феникса и появился прямо перед Джин Му-Воном.

РЯЗЬ!

Когда он выпустил первую форму Божественного Клинка Пяти Инь, Темная луна Раскалывающая Небо, его клинок прочертил красную дугу по воздуху и разрезал Джин Му-Вона надвое.

"Нет! Я не почувствовал никакого сопротивления, что означает, что атака его не настигла."

Выражение лица Му-Цзина ожесточилось. Как только он двинулся, Джин Му-Вон тоже двинулся. Рефлексы и реакция молодого человека оказались намного быстрее, чем он думал.

"Где он?"

Му-Цзин поискал ауру Джин Му-Вона и зафиксировал его позицию. Используя левую ногу в качестве опоры, он крутанулся вокруг себя, взмахнул клинком и выпустил пять образов Ци меча.

Это была третья форма Божественного Клинка Пяти Инь, Алый Цветок Пяти Инь. Когда пять образов Ци меча поражали цель, распускался алый цветок с лепестками из Ци меча и крови.

Однако атака Му-Цзина снова не достигла своей цели, так как Джин Му-Вон исчез с места, на котором когда-то стоял.

"Я не хочу больше затягивать с битвой, поэтому закончу битву прямо сейчас," - Подумал Джин Му-Вон.

ВЗРЫВ!

Словно изящная ласточка, скользящая на ветру, Джин Му-Вон помчался к Му-Цзин. Он крепко сжал Снежный цветок, отчего меч возбужденно завибрировал.

Когда Му-Цзин увидел, что тени вокруг Джин Му-Вона внезапно потемнели, и будто ожили, его сердце заколотилось в предвкушении.

"Я встречусь с ним лицом к лицу!"

Джин Му-Вон поднял свой меч, который сверкал в темноте, и готовый рассечь небеса. Это была подготовка к Разрушению Души, первой форме Теневого Клинка Разрушения.

Напротив него Му-Цзин тоже не собирался просто стоять на месте. Даос пробормотал: - Вспышка Небесного Меча.

Божественный Клинок Пяти Инь содержал в себе семь форм. Из этих семи форм Му-Цзин больше всего был знаком с пятой, самой мощной формой - Вспышкой Небесного Меча.

ХУММММММ!

Бамбуковый клинок испустил зеленый свет в форме гигантского меча. Этот зеленый свет был Потоком Меча, утонченной формой Ци меча, которой мечтал достичь каждый фехтовальщик.

- ЙАХХХХХ! - Прорычал Му-Цзин, его аура прорвалась сквозь тьму.

А затем...

БУУУУМ!

Два мечника столкнулись друг с другом.

Фехтовальщик говорит мечом; кузнец - ковкой

КРАК! КЛИНК!

По земле разлетелись куски сломанного меча.

- Хаа... - Отчаяния человека, который смотрел на свой сломанный меч, был неслышен на ветру; это был вздох даоса из секты Конгтонг, Му-Цзин.

- Как ты... я даже использовал Поток... - Пробормотал он, недоумевая. Он не чувствовал никакой Ци вокруг меча Джин Му-Вона, и все же его бамбуковый клинок был сломан пополам. Это противоречило здравому смыслу.

Он поднял голову и посмотрел на черный меч, прислоненный к его шее. Не было никаких сомнений в его поражении.

- Как такое возможно? Как ты прорвался сквозь мой Поток...?

- Поток Ци меча - это техника конденсации Ци на внешней стороне клинка. Вместо этого я увеличил плотность Ци внутри своего клинка.

- Мой меч сломался из-за разницы в плотности Ци?

- Ну... можно и так сказать.

- Вот как? Я не могу понять твое объяснение, но я признаю свое поражение, - Сказал Му-Цзин сквозь стиснутые зубы; его плечи дрожали от разочарования.

Когда Джин Му-Вон убрал Снежный цветок от шеи Му-Цзиня, меч запульсировал, словно расстроился, что ничего не разрубил.

Му-Цзин посмотрел на небо, снова вздохнул и пробормотал про себя: - Му-Цзин, ты идиот. Не видел дальше своего носа! Насколько же ты был самонадеян? Позор тебе! Ты слабак, который не может продержаться и секунды против своего противника...

Джин Му-Вон молча наблюдал за Му-Цзинем. Если он попытается утешить Му-Цзиня сейчас, это, скорее всего, приведет к обратному результату. Терпеливо ждать, пока Му-Цзин смирится со своим поражением, было лучшим вариантом.

Наконец, Му-Цзин снова посмотрел на Джин Му-Вона и сказал: - Возможно, я проиграл тебе сегодня, но мое поражение не означает, что секта Конгтонг также потерпела поражение.

- Понимаю.

- Как и было оговорено ранее, на этом наши споры разрешены.

- Благодарю.

- После того, как я решу проблемы в секте, я вернусь к тренировкам в уединении. В следующий раз, когда я выйду, я снова брошу тебе вызов. Мечник с севера, готов ли ты принять мой вызов в будущем?

- Да.

- Спасибо.

Му-Цзин уставился на Джин Му-Вона со сложным выражением лица.

"Это похоже на кошмарный сон. Как может существовать такой молодой и опытный фехтовальщик? Мне уже за сорок, а этому парню явно около двадцати. И все же он намного сильнее меня."

"Если это и есть настоящий гений, то жизнь слишком несправедлива. Сила этого человека еще более нелепа, чем у Семи молодых Небес."

Семь молодых Небес были самыми перспективными молодыми людьми в муриме. Им едва исполнилось двадцать, но они уже успели доказать миру свои способности. Еще больше усугубляло ситуацию то, что они не только обладали талантом, благословленным небесами, но и происходили из могущественных сект и семей, которые обеспечивали им наилучшие условия для роста и развития.

Му-Цзин мог быть самым сильным учеником в секте Конгтонг, но ни его талант, ни происхождение не могли сравниться с этими молодыми людьми. Поэтому он, может, и завидовал им, но не до такой степени, чтобы потерять всякую надежду догнать их. Он всегда считал, что если будет работать немного усерднее, то обязательно сможет достичь их уровня.

Однако Джин Му-Вон отличался от них. Му-Цзин чувствовал, что этот молодой человек находится далеко за пределами его возможностей.

"Он даже может быть таким же талантливым, как Одинокая Звезда Лазурного Неба..."

Му-Цзин вспомнил мальчика, которого он встретил много лет назад. Тот ребенок был настолько выдающимся, что он не чувствовал ни малейшей зависти. В конце концов, завидовать можно было только тогда, когда человек верил, что может обладать тем, чем обладает другой человек.

- Хаа... - Му-Цзин вздохнул еще раз. В глубине души он поклялся себе, что это поражение станет для него стимулом стать сильнее. Его глаза наполнились смесью эмоций, он медленно наклонился и подобрал сломанные части меча.

Джин Му-Вон молча наблюдал за ним. Эта долгая и насыщенная событиями ночь наконец-то подошла к концу.

☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆

На следующее утро несколько членов дисциплинарного совета секты Конгтонг явились, чтобы забрать группу Му-Хэ обратно на гору Конгтонг.

Прежде чем уйти с ними, Му-Цзин сказал Джин Му-Вону: - Торговая ассоциация Белый Дракон сообщила мне о твоей ситуации. Я слышал, что ты собирался в Юннань на поиски пропавшего члена семьи?

- Да.

- Мне жаль, что из-за нас ты потратил целый день. Я не смогу компенсировать тебе эту потерю, но я представлю тебе своего старого друга. Когда прибудешь в город Куньмин в Юннани, найди "Ученого трех Умов", Ха Чжин-Воля. Он вроде как на слуху, так что найти его будет несложно. Просто скажи ему мое имя, и я уверен, что он поможет тебе.

- Понял.

Затем Му-Цзин повернулся лицом к Квак Мун-Джуну, который стоял рядом с Джин Му-Воном, и сказал: - Секта Конгтонг в большом долгу перед тобой.

- Что вы, я ничего не сделал...

- Пока я жив, секта Конгтонг не забудет того, что ты сделал для нас. Тебе там всегда будут рады.

Хам Со-Рен, которая собиралась уходить вместе с Му-Цзин, вдруг спросила: - Братец, ты навестишь секту Конгтонг, когда освободишься?

- Конечно!

- Тогда, я буду ждать тебя, хорошо? - Хам Со-Рен ярко улыбнулась, но слезы, наворачивающиеся на глаза, выдавали ее истинные чувства.

Джин Му-Вон спокойно наблюдал за тем, как молодые влюбленные произносят свои напутственные слова. Их появление напомнило ему о событиях семилетней давности.

Его сердце сжалось от боли и горечи.

☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆

Переправившись на лошадях через реку, караван Белого Дракона продолжил свой путь на юг, в Юннань. Та расслабленная атмосфера, в которой они находились в начале пути из Ганьсу, исчезла, сменившись тишиной и напряжением, которые висели в воздухе.

Причиной всего этого беспокойства был молодой человек, ехавший в повозке в самом хвосте каравана. Сила, которую Джин Му-Вон продемонстрировал предыдущей ночью, потрясла не только сопровождающих, но и наемников Железной Бригады. Наемники гордились своими навыками, но до того, как Джин Му-Вон добровольно раскрыл себя, никто из них и не подозревал о его истинных способностях.

Всего за одну ночь Джин Му-Вон превратился из неприметного наемника в Мастера боевых искусств, который легко одолел шестерых первоклассных учеников секты Конгтонг, а также будущего лидера секты Му-Цзиня. Секта Конгтонг очень старалась скрыть этот факт, но невозможно было остановить утечку информации, особенно среди членов каравана, которые отдыхали в деревне.

Хотя секта Конгтонг была самой слабой из устоявшихся сект, тем не менее, она считалась мощной фракцией с сотнями Мастеров. Среди этих Мастеров, Му-Цзин и Му-Хэ были известны как лучшие и самые перспективные ученики.

И тем не менее, Джин Му-Вон сокрушил их, не получив ни единой царапины. Это могло означать только то, что по уровню мастерства он был выше так называемых Мастеров пикового уровня. Для сопровождающих, которые в основном были второсортными и третьесортными воинами, он был совсем в другой лиге.

Естественно, сопровождающие стали отдаляться от Джин Му-Вона, как будто между ними был невидимый барьер.

Тем не менее, вряд ли именно на сопровождающих больше всего повлияли способности Джин Му-Вона. Их шок был ничто по сравнению с тем, через что пришлось пройти Чон-Ри Му Хвану из Железной Бригады и Юн Со-Ин из торговой ассоциации Белого Дракона.

Что касается Чон-Ри Му Хвана, то, хотя он и ожидал, что Джин Му-Вон и секта Конгтонг придут к столкновению, он никогда не предполагал, что все закончится так мирно. Тем не менее, учитывая все обстоятельства, это был неплохой результат для него и Железной Бригады.

"Он снова превосходит мои ожидания. Это расстраивает..."

Чон-Ри Му Хван был стратегом. Для таких людей, как он, неожиданные ситуации, даже если они приносили пользу, были чем-то, с чем нельзя было мириться. И каждый раз, когда Джин Му-Вон превосходил его ожидания, он терпел неудачу как тактик.

Если Чон-Ри Му Хван был расстроен, то Юн Со-Ин была совершенно опустошена. Она ясно помнила, как выплеснула свой гнев и обрушила на Джин Му-Вона множество оскорблений. Будучи гражданским учеником секты Конгтонг, она ни на секунду не сомневалась, что Джин Му-Вон будет жестоко наказан, но... к ее удивлению, все разрешилось не только мирно, даже ее замкнутый и отстраненный старший брат Му-Цзин признал Джин Му-Вона.

Поскольку Му-Цзин был преемником секты Конгтонг, это означало, что сама секта признала Джин Му-Вона.

Юн Со-Ин перевела взгляд на Квак Мун-Джуна, который теперь повсюду следовал за Джин Му-Воном. Перед уходом Му-Цзина она слышала, как он сказал, что находится в большом долгу перед мальчиком. Это означало, что даже Квак Мун-Джун теперь находится под защитой секты Конгтонг.

"Я напортачила... наверное, уже поздно извиняться, но как лидер этого каравана я не могу опустить голову перед подчиненными мне людьми."

Юн Со-Ин вздохнула.

Тем временем Джин Му-Вон, человек, ответственный за то, что испортил атмосферу, радостно вел свою повозку. Благодаря событиям в секте Конгтонг он окончательно определился со своим жизненным путем. Он чувствовал, что его решение, вероятно, принесет ему много неприятностей и втянет его во множество будущих конфликтов, но он знал, что пока его сердце твердо, он будет двигаться вперед. Такой уж он был человек.

Когда он улыбался про себя, Квак Мун-Джун внезапно подъехал к нему верхом на лошади и закричал: - Брат!

- Что?

- Эээ... ничего. Не бери в голову. - Квак Мун-Джун смущенно улыбнулся. Его возбуждение от предыдущей ночи еще не улеглось. Хотя он был еще молод, но понимал, что случившееся в гостинице Южное Море навсегда изменит его жизнь.

Хотя Квак Мун-Джун просил Джин Му-Вона не обращать на него внимания, он долго смотрел на Джин Му-Вона блестящими глазами.

Когда Джин Му-Вон, который не чувствовал, что сделал что-то, заслуживающее восхищения мальчика, достиг предела своего самообладания, он повернулся к нему и спросил: - Что?

- Я тебя уважаю.

- Чего?

- Как ты стал таким сильным? Я и представить не мог, что ты сможешь победить тех парней.

Квак Мун-Джун часто слышал, как Хван-Чоль хвастался Джин Му-Воном, но, как и все остальные, он всегда думал, что старик просто преувеличивает. Однако после событий прошедшего дня он понял, что Хван-Чоль говорил правду.

Джин Му-Вон был не только достаточно силен, чтобы проигнорировать угрозы секты Конгтонг, но, прежде всего, его мужество и честность не имели себе равных. Квак Мун-Джун гордился тем, что такой человек - его "брат".

Однако, когда он вдруг задумался о своей ситуации, выражение его лица быстро погрустнело. В конце концов, Джин Му-Вон ввязался в это дело только потому, что тот был слишком слаб, чтобы защитить себя. Он не смел мечтать о том, чтобы стать таким же сильным, как Джин Му-Вон, но он, по крайней мере, хотел быть в состоянии защитить себя и выполнять свою работу в качестве сопровождающего должным образом.

- Брат, как я могу стать таким же сильным, как ты? - Спросил он.

Джин Му-Вон улыбнулся. Он понимал чувства Квак Мун-Джуна, так как сам когда-то был на его месте.

- Мун-Джун.

- М?

- Техника медитации Трех Истоков, которой тебя научил дядя Хван, - это не обычное боевое искусство. Ты можешь не заметить улучшений, когда только начнешь практиковать ее, но как только ты достигнешь определенного уровня мастерства, ты вдруг начнешь становиться сильнее с невероятной скоростью. Поэтому, если ты будешь продолжать упорно тренироваться, я верю, что однажды ты обязательно станешь Мастером.

- Понял! Спасибо.

- Кстати, советую тебе купить меч потяжелее того, которым ты сейчас пользуешься. Практикующие технику медитации Трех Истоков лучше всего подходят для использования тяжелого оружия.

- Тяжелое оружие? Насколько тяжелое?

- Для начала тебе следует приобрести меч, который в два раза тяжелее того, что у тебя сейчас, но когда ты привыкнешь к нему, тебе нужно будет приобрести настоящий большой меч, который будет в четыре раза тяжелее.

- Хорошо! Я обязательно сделаю так, как ты сказал!

Квак Мун-Джун ни на секунду не сомневался в словах Джин Му-Вона. После того, что они прошли огонь и воду, он полностью доверял советам Джин Му-Вона.

(*осталось три главы чтобы догнать анлейт...)

Фехтовальщик говорит мечом; кузнец - ковкой II

- Так это и есть Ирригационная система Дуцзянъянь?

Сопровождающие гудели от восторга, любуясь чудом инженерной мысли, известным как Ирригационная система Дуцзянъянь. Прямо на их глазах чудесная река Мин с ее яркими миридианами цветов была разделена на две части искусственным каналом.

Первоначально, когда зима переходила в весну, талый снег с близлежащих гор стекал в реку Мин и затапливал близлежащие районы, причиняя страдания жителям. Чтобы решить эту проблему, Ли-Бин, местный чиновник провинции Сычуань времен династии Цинь, вместе со своим сыном Ли-Раном разработали и построили ирригационную систему, которая должна была перенаправить воды реки Мин и предотвратить наводнения. В общей сложности для строительства, - которое заняло целых восемь лет, - было привлечено более десяти тысяч рабочих.

Когда поток реки, который изначально был единым, разделился на внешние и внутренние реки, водный путь стабилизировался, и местность стала свободной от наводнений.

Такова история ирригационной системы Дуцзянъянь - места, где поток природы был изменен руками человека. Это инженерное чудо, спасшее множество жизней и средств к существованию, заставило многих сычуаньцев считать это сооружение священным.

Гон Чжин-Сон сказал Юн Со-Ин: - Нам потребуется два дня, чтобы добраться из Дуцзянъяна в Чэнду. Сегодня вечером нам лучше переночевать здесь.

- Хорошо, - Тихо ответила Юн Со-Ин.

Гон Чжин-Сон бросил сочувственный взгляд на Юн Со-Ин. Она была подавлена после инцидента с сектой Конгтонг, который открыл ей глаза на вершину силы и показал, что она всего лишь лягушка в колодце.

Хуже того, Юн Со-Ин была не единственным человеком, пострадавшим от этого инцидента. Между Джин Му-Воном и остальными членами каравана, включая его самого и Железную Бригаду, образовалась огромная пропасть. Путешествие с человеком такого уровня оказалось гораздо более нервным, чем он мог предположить.

Самым напряженным моментом было отношение Джин Му-Вона, которое осталось совершенно неизменным. Вместо того чтобы требовать лучшего обращения, Джин Му-Вон спокойно возил повозку и каждый день готовил для всех горячую похлебку. Этот поступок помог ему восстановить отношения с некоторыми сопровождающими, но большинство из них по-прежнему избегали его.

"Молодой госпоже предстоит решить, должна ли она оставить все как есть, или отбросить свою гордость и извиниться."

Гон Чжин-Сон вздохнул. Ему все еще нужно было что-то сделать, поэтому он не мог тратить слишком много времени на то, чтобы отвлекаться на Юн Со-Ин. Он забронировал двенадцать номеров в гостинице Здоррвье, самой большой гостинице в Дуцзянъяне, и приказал сопровождающим распаковать багаж. Ночь еще не наступила, но путь в Юннань был существенным, поэтому он хотел воспользоваться этой возможностью, чтобы дать членам каравана передохнуть.

Обычно три или четыре человека размещаются в одной большой комнате, но Гон Чжин-Сон выделил Джин Му-Вону и Квак Мун-Джуну небольшую двухместную комнату. Он считал, что это самое малое, что он может сделать для этих двоих, которые были отчуждены от остальных членов группы. Что касается остальных комнат, то половина из них была отведена Железной Бригаде, а другая половина - торговой ассоциации Белый Дракон.

Гон Чжин-Сон оставил минимум людей для охраны повозок, а затем приказал сопровождающим взять выходной. Услышав его объявление, измученные сопровождающие, которые полмесяца спали под открытым небом, громко закричали, разделились на небольшие группы и с радостью отправились в квартал красных фонарей, где их с нетерпением ждали проститутки, которые видели, как караван въезжал в город.

Хотя Джин Му-Вон отчаянно хотел продолжить путь в Юннань, он понимал, что не может быть эгоистом и игнорировать нужды других. Поэтому, поскольку ему нечем было заняться, он решил расслабиться и провести остаток дня, осматривая город вместе с Квак Мун-Джуном.

Два молодых человека прогуливались по рыночному району Дуцзянъяна, наслаждаясь атмосферой города, в котором они никогда раньше не были. На улицах толпились люди, слышались громкие возгласы торговцев, страстно приветствующих и торгующихся со своими покупателями, а также смех и гневные крики. Это было похоже на шумный и хаотичный фестиваль.

Интересно, что по улицам ходило много людей в даосских одеяниях. Квак Мун-Джун, который по долгу службы немного изучал географию, указал на горный хребет к югу от города и представил его Джин Му-Вону как гору Цинчэн, одно из мест зарождения даосизма и местонахождение секты Цинчэн.

Гора Цинчэн состояла из тридцати шести вершин, на которых было построено более восьмидесяти монастырей. Все эти монастыри, вместе взятые, образовывали секту Цинчэн. Отдельные монастыри попеременно то сотрудничали, то враждовали друг с другом, но все они, тем не менее, гордились своей сектой.

Жители Дуцзянъяна относились к даосам секты Цинчэн с большим уважением, а даосы, в свою очередь, принимали их гостеприимство как должное, будучи защитниками этой местности.

"Я помню, как дядя Хван рассказывал мне, что Дуцзянъян был территорией секты Цинчэн; однако одно дело услышать, как кто-то говорит об этом, и совсем другое, увидеть это своими глазами."

В Сычуани существовали три крупные фракции муримов: секта Цинчэн, секта Эмэй и клан Тан. Секта Цинчэн и секта Эмэй были могущественными сектами, а клан Тан был одним из пяти великих кланов. Силы этих трех сект были достаточно сбалансированы, и вместе они разделили и управляли землями провинции Сычуань.

Тем не менее, эти три фракции могли быть бесспорными королями Сычуани, но из-за существования Небесной Вершины их влияние на всю центральную равнину было ограничено. Они могли командовать только на своих территориях.

"Помнится, дядя Хван также говорил, что секта Цинчэн самая нейтральная и благоразумная из трех фракций. В муриме даже есть известная поговорка: "Жестокий клан Тан, агрессивная секта Эмэй и умеренная секта Цинчэн"."

На первый взгляд, эта поговорка верна. Даосы секты Цинчэн, с их спокойными улыбками и мягкими выражениями лиц, прекрасно подходят под описание "умеренных".

Вдруг Квак Мун-Джун потянул Джин Му-Вона за рукав, и указал в определенном направлении: - Брат, может сходим туда?

С того направления, куда указывал Квак Мун-Джун, Джин Му-Вон услышал звуки ударов молота по стали. Он посмотрел в сторону и увидел, что мальчик с нетерпением смотрит на улицу, заполненную оружейными магазинами и кузницами.

Было очевидно, чего он хочет. Джин Му-Вон усмехнулся и сказал: - Хочешь купить новый меч?

- ...разве не ты сказал мне купить меч потяжелее?

Джин Му-Вон кивнул, ответив: - Тогда давай воспользуемся случаем и купим тебе новое оружие.

- Хорошо! Пойдем! - Крикнул Квак Мун-Джун, возбужденно скача вперед.

Когда Джин Му-Вон вышел на оружейную улицу, ностальгический запах горящего металла защекотал ему нос. Мало того, жар от печей в кузницах выходил на холодные улицы в виде белого пара. Все эти знакомые виды и запахи сразу же напомнили ему о годах, проведенных за тяжелой работой по ковке мечей.

Единственным отличием между тем временем и сейчас были красочные вывески, висевшие над каждым прилавком.

"Мастерская небесного Оружия, Магазин божественного Оружия и Доспехов... Что это за названия? Пффф, хахаха..."

Броские названия - это одно, но эти были слишком вычурными. Джин Му-Вон, будучи сам мечником, прекрасно понимал, что ни один приличный кузнец не смог бы повесить такую вывеску без чувства неловкости. Однако Квак Мун-Джун не знал об этом и рассматривал товары в каждой лавке.

- Брат, что скажешь?

Джин Му-Вон покачал головой.

- Тогда как насчет этого?

Джин Му-Вон снова покачал головой.

Квак Мун-Джун без устали ходил из магазина в магазин, выбирая понравившиеся ему мечи и спрашивая мнение Джин Му-Вона.

Хотя магазинов с броскими названиями было много, Джин Му-Вон чувствовал, что лишь немногие из продаваемого там оружия были выкованы умелыми кузнецами. Выставленные мечи выглядели гладкими и блестящими, но они были скорее декоративными, чем практичными.

"Магазины на этой части улицы ориентированы на обычных людей, ищущих оружие для самообороны, и они не для настоящих Мастеров боевых искусств."

Двое молодых людей медленно двинулись к другому концу улицы. По мере того как они шли, они заметили, что магазин становятся все меньше и меньше. Лишь у немногих были вывески, и никто не пытался рекламировать товары.

В то же время Джин Му-Вон заметил, что качество оружий и доспехов, по мере прохождения улицы, становится все лучше и лучше. Кроме того, теперь он мог отчетливо слышать звуки ударов молота и ощущать жар от печей. Это были настоящие кузницы.

Он выбрал кузницу, где звуки молота приятнее всего отдавались в ушах, и вошел туда.

- Хм? Брат? - Спросил Квак Мун-Джун, озадаченный внезапной переменой в поведении Джин Му-Вона.

Внутри кузницы два ростовых кузнеца по очереди били молотом по раскаленной стали, придавая ей окончательную форму. Квак Мун-Джун, который видел это впервые, не мог закрыть рот от изумления.

Джин Му-Вон кивал в знак признательности и неосознанно постукивал пальцем по бедру в такт ударам молотка.

Когда старший из двух кузнецов увидел действия Джин Му-Вона, его глаза на мгновение загорелись интересом, но он быстро вернулся к своей работе.

Через некоторое время, когда процесс обработки молотом и придания формы был завершен, оба кузнеца окунули металл в ванну с маслом.

ПШШШШШШШ!

Металл быстро остывал в масле, отчего пар поднялся и заполонил комнату.

- Фух! - Только тогда старый кузнец вздохнул с облегчением, размотал полотенце, обернутое вокруг головы, и вытер пот с верхней части тела.

- У меня довольно хорошее предчувствие на этот меч. Оставлю на тебе закалку.

- Хорошо, отец.

Наконец старый кузнец подошел к Джин Му-Вону и Квак Мун-Джуну: - Какое оружие или доспехи вы ищите?

- Меч для этого парня.

- А себе?

- У меня уже есть. - Джин Му-Вон поднял руку, держащую Снежный цветок, и показал ее старому кузнецу.

Глаза старого кузнеца сверкнули, когда он спросил: - Ты сам его сделал?

- Как вы догадались?

- Я видел, как ты постукивал пальцем в такт молота. Только мастер мог бы уловить этот ритм.

Джин Му-Вон был ошеломлен. Тот факт, что старый кузнец мог заметить такое тонкое движение во время удара молотом, означал, что он был мастером своего дела.

- Не позволишь взглянуть на меч?

Джин Му-Вон на мгновение замешкался, а затем передал Снежный цветок старому кузнецу. Старый кузнец собрал все свои силы, чтобы вытащить Снежный цветок из ножен, но как бы он ни старался, все было бесполезно.

- Кхеее! Эй, этот меч запечатан? - Воскликнул старый кузнец. Он попробовал вытащить Снежный цветок еще несколько раз, но в конце концов сдался и вернул его Джин Му-Вону.

Джин Му-Вон улыбнулся, взял обратно Снежный цветок и одним плавным движением вытащил его.

ШИНГ!

В отличие от раза, когда старый кузнец пытался достать его, Снежный цветок в руках своего хозяина, легко выскользнул из ножен. Однако, как только старый кузнец увидел темный как ночь клинок, его лицо побледнело.

- А-а... проклятый меч!?

Фехтовальщик говорит мечом; кузнец - ковкой III

- Что значит проклятый меч? - Спросил Квак Мун-Джун.

Старый кузнец не ответил ему. Он просто стоял неподвижно, словно окаменев.

С другой стороны, Джин Му-Вон с любопытством смотрел на старого кузнеца. "Не могу поверить, что он с одного взгляда распознал в Снежном цветке проклятый меч... он должно быть очень опытный и умелый кузнец, раз почувствовал слабые следы проклятой энергии, которые не смогли обнаружить многие другие Мастера боевых искусств. Может быть, это потому, что он всю жизнь занимался только кузнечным делом?"

Когда старый кузнец оправился от шока и свирепо уставился на Джин Му-Вона, молодой человек спокойно выдержал его взгляд, ответив холодным взглядом. В отчаянии старый кузнец вздохнул и сказал: - Хаа... думаю, нам есть о чем поговорить, но не стоит делать этого здесь. Следуйте за мной.

Старый кузнец пошел в сторону задней части кузницы. Когда Джин Му-Вон двинулся за ним, он сказал все еще недоумевающему Квак Мун-Джуну: - Давай, пошли.

Квак Мун-Джун быстро подошел к Джин Му-Вону и старому кузнецу, который привел их в скрытый подвал под кузницей. Никто из них не заметил подвала, так как было немыслимо, чтобы в такой маленькой и потрепанной мастерской было такое помещение.

Когда Джин Му-Вон вошел в подвальное помещение, он заметил, что стены выложены шедеврами старого кузнеца, которые он ковал на протяжении многих лет, и одобрительно кивнул. Качество этого оружия намного превосходило даже то, что было на улице.

- Ого! - Воскликнул Квак Мун-Джун, приковав взгляд к выставленному оружию.

Старый кузнец указал на стул и сказал Джин Му-Вону: - Присаживайся.

- Спасибо.

Два мастера сели лицом к лицу за стол. В воздухе витало напряжение, когда старый кузнец сосредоточил свое внимание на Джин Му-Воне.

- Ты знаешь, что меч, который ты носишь, является проклятым оружием?

- Да.

- Не мог бы ты рассказать мне, зачем ты сделал этот меч?

- Я не делал его. Так получилось.

- Тогда...

- Я говорю правду.

- ...в это трудно поверить.

- Правда есть правда, верите вы в нее или нет.

- Хм... - Старый кузнец устало застонал, на его лице появилось сложное выражение.

Словно прочитав мысли старого кузнеца, Джин Му-Вон спросил: - Вы думаете о том, стоит ли вам запустить ловушки в этой комнате?

- Как ты узнал!? - Удивленный, старый кузнец уставился на Джин Му-Вона.

Джин Му-Вон улыбнулся. Многие ловушки в этой комнате были похожи на те, что были установлены в северной крепости, поэтому он заметил их наличие, как только вошел внутрь.

- Как только вы нажмете на спусковой механизм под ногой, ловушки активируются и атакуют меня. Я прав?

Не опуская ноги с механизма, старый кузнец кротко ответил Джин Му-Вону: - ...да. Как только я поставлю ногу, все скрытое оружие в этом помещение выстрелит в то место, где ты сидишь.

"Даже если он знает, что я знаю о ловушках, он все равно готов их использовать?"

С другой стороны, Квак Мун-Джун был ошеломлен до глубины души происходящем. До сих пор он не чувствовал напряженной атмосферы между двумя мастерами. "А-а... мне еще есть над чем работать. Я так отвлекся на красивое оружие, что не заметил, что происходит..."

Несмотря на то, что ловушки были раскрыты, два мастера каким-то образом продолжали нормально разговаривать.

- Ты пытаешься ввергнуть мир в хаос?

- Зависит от обстоятельств. Я не могу дать вам ответ прямо сейчас.

- Тогда я спрошу тебя снова. Зачем ты сделал проклятый меч?

- Как я уже говорил, я сделал его не потому, что хотел этого. Я понял, что в нем есть проклятая аура, только после того, как он был завершен.

Глаза старого кузнеца затвердели, когда он объяснил: - Когда воля и желания мастера вливаются в его работу, созданный предмет может быть либо божественным, либо демоническим сокровищем. Хотя сокровища, созданные нами, людьми, не могут творить чудеса, они влияют на психическое состояние пользователя. Следуя желаниям мастера, оно может превратить пользователя в героя или монстра. Вот почему мы, мастера, всегда должны быть осторожны при создании шедевров.

- Я знаю об этом.

- Правда?

Голосом, полным убежденности, Джин Му-Вон повторил: - Да, я в курсе.

Когда старый кузнец посмотрел в решительные глаза Джин Му-Вона, его решимость ослабла. Он вздохнул и сказал: - ...я все равно не понимаю. Я не понимаю, как человек с такими ясными глазами, как у тебя, может выковать проклятый меч. Это противоречит здравому смыслу.

- Источник проклятия, вероятно, не я, а материал, из которого сделан этот меч.

- О? Расскажи-ка поподробнее.

Джин Му-Вон рассказал старому кузнецу о происхождении черного камня, из которого был сделан Снежный цветок. Когда он закончил свой рассказ, старый кузнец незаметно убрал ногу с механизма ловушки на полу.

- Другими словами, источник проклятия - отчаяние и ненависть племени, которое было истреблено?

- Я так думаю.

- Хуууу... - Старый кузнец вздохнул. Теперь он понимал, что Джин Му-Вон не специально создал Снежный цветок, но даже это не меняло того факта, что меч был проклят.

Сначала он решил представиться: - Меня зовут Тан Со-Воль. Теперь ты понимаешь, почему я так разволновался, когда увидел проклятое оружие?

- Это потому, что вы член клана Тан.

- Я просто член семьи, но поскольку я только что использовал фамилию Тан, это означает, что в настоящее время я действую как член клана Тан.

- А разве клан Тан не живет в башне Тан?

- Как ты думаешь, насколько велика эта башня? И сколько, по-твоему, членов во всем клане Тан? Большинство членов семьи, таких как я, живут за ее пределами.

Хотя клан Тан специализировался на ядах и скрытом оружии, девизом клана была "справедливость и рыцарство". Поэтому многие члены клана Тан называли себя рыцарским кланом Тан.

Они были известны своей жестокостью, но это было потому, что они были беспощадны, когда дело доходило до того, чтобы обрушить молот правосудия на тех, кого они считали злодеями.

- Я слышал, что все кузнецы клана Тан живут в башне Тан, но теперь думаю, что все немного не так.

- С определенной точки зрения, то, что ты сказал, правильно. Чтобы предотвратить утечку секретной информации, все ремесленники, изучившие секретные ремесленные техники клана, должны жить в башне. Однако я не обучался кузнечному делу в клане Тан, а научился этому в кузницах города.

Когда Тан Со-Воль достиг определенного уровня мастерства, клан Тан предложил ему переехать в башню Тан и унаследовать секретные техники клана. Однако он отказался от их предложения в пользу свободы. Он считал, что возможность создавать вещи по своему усмотрению более эффективна для повышения его мастерства, чем обучение у клана. И как оказалось потом, он был прав.

Тем не менее, в его жилах текла кровь клана Тан. Гордость заставляла его отстаивать убеждения своего клана и делала его чрезвычайно чувствительным к людям и вещам, которые могли быть злыми.

- Пожалуйста, пользуйся этим мечом с осторожностью. Если ты отвлечешься во время боя, это повлияет на твое психическое состояние.

- Благодарю за наставление. Я буду осторожен.

- Итак, что привело такого мастера, как ты, сюда? Я не думаю, что тебе нужен другой меч.

- Я хотел купить хороший меч для этого мальчика, - Ответил Джин Му-Вон, указывая на Квак Мун-Джуна.

- Какой меч ты ищешь?

- Большой меч длиной около трех футов и весом не менее десяти.

- А это не слишком ли для ребенка?

- Он сейчас изучает Технику Доминирующего Меча, которая специализируется на тяжелых мечах. Я куплю ему меч весом всего десять фунтов, так как он еще ребенок и новичок, но когда он привыкнет к клинку, то со временем ему понадобится меч весом двадцать фунтов.

- Вот оно как.

Тан Со-Воль встал со своего места и подошел к деревянному ящику, прислоненному к стене. Он открыл ящик, наполненный всевозможным оружием, и достал оттуда большой меч. Он протянул меч Джин Му-Вону и сказал: - Это меч, который лучше всего соответствует твоему описанию. Я сделал его по своей прихоти пять лет назад, но никто не хотел его брать, потому что он был слишком тяжелым. Я хранил его здесь, думая, что он никогда не будет продан, но... подумать только, что сегодня настал его день.

- Это хороший меч. Баланс и вес отличные, а по едва заметному красному свечению кажется, что он был выкован из гематитовой руды?

- Как и ожидалось, ты сразу узнал материал. Гематит тверже и тяжелее обычной железной руды, поэтому он идеально подходит для изготовления тяжелых мечей.

Джин Му-Вон провел пальцем по лезвию.

ШИНГГГГ!

Звон меча был чистым и ясным. Джин Му-Вон улыбнулся и похвалил Тан Со-Воля: - Неплохо.

- Он не настолько хорош, чтобы считаться шедевром, но это определенно меч, которым я доволен. Эй, парень, не стой столбом! Ты - пользователь, поэтому твое мнение - самое важное. Подойди сюда и попробуй подержать меч.

- А? О, да! - Дрожащими руками Квак Мун-Джун взял меч из рук Джин Му-Вона... и чуть не выронил его.

- Кхххх! Тяжелый!

- Ты должен привыкнуть к весу. С этого момента носи его с собой, куда бы ты ни пошел.

- Х-хорошо! Я буду обращаться с ним, как с частью своего тела. - Квак Мун-Джун крепко обнял меч, ухмыляясь от уха до уха.

- Парень, я вложил душу и сердце в ковку этого клинка. Не делай ничего, что могло бы опозорить его и меня.

Квак Мун-Джун громко заявил: - Понял! Я сделаю все возможное, чтобы не запятнать вашу репутацию!

- Вот это хороший ответ.

Внезапно Квак Мун-Джун прошептал: - Кстати... сколько стоит этот меч?

Тан Со-Воль посмотрел на него безмолвно и ответил: - ...неужели ты думал, что меч, выкованный лично мной, будет стоить дешево? Даже нескольких сотен серебряных таэлей едва хватит, чтобы заплатить за этот клинок.

- Несколько сотен серебряных таэлей? У меня нет столько денег...

Сейчас у Квак Мун-Джуна в кармане было всего три серебряных таэля. Он никак не мог позволить себе купить меч Тан Со-Воля.

- Я не возьму деньги.

- ...тогда?

Тан Со-Воль повернулся лицом к Джин Му-Вону и сказал: - Вместо этого я отдам тебе этот меч в качестве извинения за свою грубость.

- Не стоит. Я заплачу за меч.

- Хм, в таком случае, как насчет этого? В качестве платы за меч, если у клана Тан когда-нибудь будут проблемы, пожалуйста, помоги им от имени этого старика, который не знает ничего, кроме кузнечного дела.

- Я? Помочь клану Тан? Скорее наоборот, и я всего лишь обычный человек...

- Хмф! Даже не думай одурачить меня.

Хотя Тан Со-Воль ничего не знал о боевых искусствах, он был мастером, когда дело касалось оружия. Его опыт подсказывал ему, что человек, обладающий силой и волей, чтобы владеть таким проклятым мечом, как Снежный цветок, не может быть слабым.

Тан Со-Воль оглянулся на Квак Мун-Джуна и сказал ему: - С сегодняшнего дня этот меч принадлежит тебе. Когда он станет для тебя слишком легким и тебе понадобится более тяжелый, обязательно приходи ко мне в мастерскую. Я выкую клинок на заказ специально для тебя.

Потрясенный таким щедрым предложением, Квак Мун-Джун воскликнул: - Понял. Большое спасибо!

С другой стороны, Джин Му-Вон горько улыбнулся. "Неужели я только что дал странное обещание? Как говорится: чем старше имбирь, тем острее специи..."

Когда Тан Со-Воль увидел горькое выражение лица Джин Му-Вона, хитрый старик удовлетворенно усмехнулся.

Капитан Железной Бригады I

- Хе-хе-хе! - Квак Мун-Джун крепко обнимал свой новый меч и хихикал, как идиот.

- Тебе так нравится?

- А то!

До сих пор Квак Мун-Джун пользовался только дешевыми железными мечами, поэтому он впервые стал обладателем хорошо выкованного меча. Он решил назвать меч "Багровый Клык" за его тусклое красное свечение, напоминающее окровавленный клык.

- Хорошее имя.

- Правда? Хе-хе!

- Теперь, когда у тебя есть хороший меч, тебе нужно усердно тренироваться, чтобы вырасти в воина, который не опозорит свое оружие.

- Да, я буду тренироваться изо всех сил! Большое спасибо тебе, брат! Может быть, сейчас я могу поблагодарить тебя только словами, но я клянусь, что буду работать изо всех сил, чтобы стать полезным для тебя.

- Не за что, и я с нетерпением жду этого дня.

Решимость Квак Мун-Джуна была четко написана на его лице. Он мог сказать, что Джин Му-Вон правда заботится о нем и искренне желает ему помочь. Если бы он обманул ожидания такого великого человека, то не смог бы смириться с этим.

Когда наступил вечер, двое молодых людей отправились обратно в гостиницу Здоровье, где ночевал караван Белый Дракон.

Когда они вошли в гостиницу, Гон Чжин-Сон, Юн Со-Ин и наемники из Железной Бригады, собравшиеся в холле, вдруг обернулись и уставились на них.

Джин Му-Вон заметил среди наемников несколько незнакомых лиц. Его глаза загорелись интересом.

Чон-Ри Му Хван тут же нахмурился, но мужчина рядом с ним, гигант семи футов роста в красном одеянии воина, встал со своего места. У него были грубые черты лица и густые, беспорядочные волосы, похожие на львиную гриву. Через спину у него был перекинут тяжелый дао из чешуи дракона, а на поясе висела шестигранная дубинка толщиной с человеческую руку. В целом, он выглядел очень грозно.

Гигант распростер руки в знак приветствия и подошел к Джин Му-Вону, говоря: - Хахаха! Так вот ты какой, Джин Му-Вон!

- Чего...

- Приятно познакомиться! Меня зовут Ен Му-Сон. Вахахаха!

Как и предполагал Джин Му-Вон, смеющийся суровый гигант действительно был Ен Му-Суном, капитаном Железной Бригады. Он отсалютовал Ен Му-Сону кулаком и представился: - Джин Му-Вон. Рад знакомству с вами, капитан Ен.

- Я слышал, что ты очень упрямый человек. Наш заместитель много чего о тебе рассказал, хахаха!

Ен Му-Сон похлопал Джин Му-Вона по плечу и продолжил реветь от смеха. Хотя было очень больно, и все его тело тряслось при каждом похлопывании по плечу, Джин Му-Вон не сдвинулся ни на дюйм.

Чон-Ри Му Хван, не в силах больше смотреть на этот фарс, громко запротестовал: - Капитан!

- Что? Я сказал что-то не то?

К сожалению, Ен Му-Сон не понял намека и продолжил разговаривать с Джин Му-Воном.

- Давай, присядь.

- К-капитан Ен? - Гон Чжин-Сон заикался, паникуя.

Однако Ен Му-Сон проигнорировал его и сел рядом с Джин Му-Воном.

- А! Кстати, я слышал, что твой дядя был среди тех, кто пропал. Ты в порядке? Должно быть, ты сильно волнуешься! В таком случае, наверное, будет лучше, если ты присоединишься к нашей дискуссии о том, как нам действовать дальше.

- Об этом, капитан Ен...

Не успел Гон Чжин-Сон закончить свое предложение, как Ен Му-Сон перебил его: - Ты сказал мне, что этот парень силен, верно? А сейчас мы находимся в той ситуации, когда нам нужна вся сила, которую мы можем только собрать.

- Гух! Ладно, я понял.

Гон Чжин-Сон потерял дар речи от логики Ен Му-Сона. Стоявшие в стороне Чон-Ри Му Хван и Чхэ Як-Ран, много раз видевшие эту сцену, беспомощно качали головами.

Ен Му-Сон всегда все решал спонтанно и произвольно. Из-за этого его поведение часто приводило их к неприятностям. Однако, поскольку Ен Му-Сон привел хороший довод, на этот раз они решили не возражать.

Джин Му-Вон, возможно, и был проблемной личностью, но все здесь признавали его силу. В конце концов, оставлять без внимания союзника, который, вероятно, был одним из сильнейших Мастеров боевых искусств в муриме, было неразумно.

- Я пойду в комнату, - Сказал Квак Мун-Джун, читая атмосферу. Он понимал, что ему не стоит оставаться здесь.

Когда Квак Мун-Джун ушел, Ен Му-Сон представил новичков Джин Му-Вону.

- Ты уже познакомися с некоторыми членами моей группы, поэтому я представлю только трех человек, которые сегодня присоединились к каравану. Первый - "Красноногий Дьявол". Он потерял правую ногу в битве десять лет назад и заменил ее протезом красного цвета. Даже я не знаю, как его зовут на самом деле. Ахахаха!

Человек с красным протезом ноги поднял руку и поприветствовал: - Здароу. Как сказал капитан, зови меня просто Красноногий Дьявол.

Затем Ен Му-Сон представил следующего человека: - Девушки, пожалуйста, остерегайтесь этого человека с красивым лицом. Его зовут Ман Со-Джин, и он мастер по соблазнению женщин.

Красивый мужчина помахал рукой и улыбнулся в знак приветствия.

Наконец, Ен Му-Сон жестом указал на третьего человека; тот был очень худым мужчиной, а также с холодными, и пронизывающими душу глазами.

- Это Чжи Сун-Юль. Как ты видишь, у него ужасно скверный характер, так еще и упрямый до чертиков. Всем вам следует быть осторожными и не злить его, иначе вы можете получить удар по затылку, когда меньше всего этого ожидаете.

Несмотря на жгучее представление Ен Му-Сона, Чжи Сун-Юль не стал жаловаться. Вместо этого он просто внимательно наблюдал за Джин Му-Воном.

Джин Му-Вон поприветствовал троих: - Джин Му-Вон, приятно познакомиться.

- Теперь, когда мы закончили представлять друг друга, давайте начнем нашу встречу.

Гон Чжин-Сон кивнул в знак согласия и начал обсуждение.

- Прежде всего, нынешняя ситуация в Юннани неоднозначная. Еще несколько лет назад секта Дянькан была единственной достойной фракцией в муриме, но теперь нам нужно учитывать и секту Тиранического Кулака.

Секта Тиранического Кулака в настоящее время быстро расширяла свое влияние, что привело к жестоким столкновениям с сектой Дянькан по всей провинции Юннань. Обычно Небесная Вершина вмешивалась и останавливала их столкновения, но по какой-то причине в этот раз они решили остаться в стороне и ничего не предпринимать.

В результате ситуация стала настолько хаотичной, что в нее оказались втянуты не только малые и средние секты, но и торговая ассоциация Белого Дракона, торговая ассоциация Ослепительной Луны и материковая торговая ассоциация десяти крупных компаний. Все было настолько запутанно, что никто не мог предсказать, что произойдет дальше.

- Из-за пропажи караванов ни одна из других ассоциаций не хочет вести дела в Юннани. Наш торговый филиал в основном зарабатывает на этих караванах, поэтому наши прибыли резко упали.

Ен Му-Сон задумчиво потер подбородок и пробормотал: - Вы думаете, что кто-то намеренно пытается контролировать поток товаров и денег?

- Да. Мы подозреваем, что за этим стоит либо секта Дянькан, либо секта Тиранического Кулака, но мы не можем быть уверены, кто из них несет ответственность, пока не прибудем в Юннань.

- Возможно ли, что зачинщиком является третья сторона?

- Да, такая возможность тоже существует.

- Какая неразбериха. Плохи ваши дела, мастер Гон.

Ен Му-Сон повернулся и посмотрел на Чон-Ри Му Хвана, который беспомощно улыбнулся ему в ответ и сказал: - Вы ведь все равно согласитесь на это дело, даже если я сочту ее безнадежной?

- Да... - Извиняюще почесал голову Ен Му-Сон.

Обычно Железная Бригада никогда не соглашалась на задание, в котором были риски для жизни. Потому что они твердо верили, что остаться в живых гораздо важнее, чем разбогатеть.

Однако не так давно они попали в тяжелое положение и теперь остро нуждались в деньгах. Торговая ассоциация Белый Дракон предложила им наибольшую сумму за свои услуги, поэтому у них не было другого выбора, кроме как согласиться на это задание.

Вдруг Джин Му-Вон, который молча слушал, спросил: - Вы знаете, куда исчез мой дядя?

Гон Чжин-Сон покачал головой и ответил: - Нет. Хотя мы пытались выяснить это, мы не можем получить никакой информации о событиях в Юннани. Если моя догадка верна, то мы сможем легко войти в Юннань, но выйти оттуда будет уже не так просто.

- Другими словами, мы даже не сможем провести расследование, не войдя в провинцию.

- Верно.

Лицо Джин Му-Вона сразу же омрачилось.

Ен Му-Сон попытался успокоить его: - Не волнуйся. Я уже заранее отправил туда несколько своих людей. Возможно, мы сможем получить от них какую-то информацию вскоре после прибытия в Юннань.

- Мне было интересно, куда делся Чу-Гэ. Теперь я понял, что капитан послал его на разведку.

- Хаха! Этот парень в любом случае не поможет в бою! Поскольку он хорошо собирает информацию, я отправил его сначала в Юннань.

- Отличная работа, капитан. - Чон-Ри Му Хван одобрительно кивнул. Может, он и был стратегом команды, но в конечном счете Ен Му-Сон был лидером Железной Бригады, и все следовали его воле.

Чу-Гэ, который отправился с ними на разведку, был нищим. Он утверждал, что связан с сектой Нищих, но никто ему не верил. Однако его способность собирать информацию была действительно выдающейся, что обеспечило ему положение одного из самых важных членов Железной Бригады.

- Ну, мы мало что можем сделать, пока не получим больше информации, так что, думаю, на сегодня все. Угягягя!

Ен Му-Сон встал и потянулся.

- Капитан, встреча еще не закончена...

- Я уверен, что вы более чем способны позаботиться об остальном, заместитель. В конце концов, вы прекрасно справлялись и без меня, верно?

- Но...

- Никаких "но"! Придираться к деталям - не мой стиль. Просто изложите мне краткое содержание вашей дискуссии позже. И не волнуйтесь. Когда мы получим свежую информацию о ситуации в Юннани, я обязательно присоединюсь к планированию операции.

- ...понял, - Ответил Чон-Ри Му Хван с покорным выражением лица. Такое отношение было нормальным для его капитана, поэтому он уже давно оставил попытки убедить его в обратном.

Вдруг Ен Му-Сон повернулся к Джин Му-Вону, игриво ухмыльнулся и спросил: - Эй, ты долго собираешься здесь оставаться? Не хочешь пойти подышать свежим воздухом?

☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆ ☆

Джин Му-Вон отправился на прогулку с Ен Му-Суном.

"Интересно, куда он меня ведет?"

Обычно люди, совершающие неспешную прогулку, беспорядочно смотрят по сторонам и выглядят немного потерянными, но Ен Му-Сон был не таким. Он четко знал цель и шел к ней, не отвлекаясь.

- Разве ты не хочешь меня о чем-то спросить? - Неожиданно спросил Ен Му-Сон.

- Что вы имеете в виду?

- Разве тебе не интересно, почему я попросил тебя прогуляться со мной и куда мы идем?

- Даже если я не спрошу, я все равно узнаю, поскольку уже иду с вами, верно?

- Ты сейчас серьезно? Как и ожидалось, ты странный.

- Чего?

- ...неважно.

Джин Му-Вон замолчал. Ен Му-Сон, вероятно, имел в виду причину, по которой Чон-Ри Му Хван держался от него на расстоянии.

- Этот парень, Чон-Ри Му Хван, - стратег, который считает необходимым, чтобы все соответствовало его расчетам. Для этого он распределяет людей по категориям и на основе этого предсказывает их действия. Однако ты - непредсказуемый человек, который не всегда действует рационально, поэтому его это несколько беспокоит.

Даже без слов Джин Му-Вон мог понять, что Чон-Ри Му Хван инстинктивно хотел избегать непредсказуемых людей, которые не поддаются его расчетам, так как именно они могут нарушить его планы.

"Он может быть умным, но даже ему не удается избежать стереотипного мышления стратега, да?"

- И что вы хотите, чтобы я сделал? Мне извиниться?

- Хахаха! С чего бы? В тебе нет ничего плохого. По правде, я думаю, что ты очень забавный малый.

- Разве вы не сердитесь из-за того, что произошло? Ведь Чон-Ри Му Хван - ваш подчиненный.

- Да, но он также очень скучный парень. Кукуку! - Ен Му-Сон зарычал от смеха.

Джин Му-Вон не удержался и усмехнулся, слушая, как лидер наемников радостно критикует своего подчиненного. Тот факт, что Ен Му-Сон мог делать подобное, не чувствуя стыда, доказывал, насколько сплоченными были члены Железной Бригады.

- В любом случае, этот упрямец постоянно усложняет мне жизнь и мешает делать многие вещи. Однако он все еще работает на меня, так что даже если он груб со мной, я все равно должен уважать его желания.

- Он должно быть чрезвычайно способный, если вы работаете с ним, несмотря на его грубость и неуважение к вам.

- А, он не такой уж и грубый...

- Но у этого человека нет даже элементарной вежливости, чтобы уважать своего капитана, да?

- Да, это правда, но...

- Такой человек, как он, не усвоит урок и не изменит своего поведения, если не будет сурово наказан. Поэтому в следующий раз, когда он выступит против вас, вы должны просто разбить ему колени и навсегда сделать его калекой.

- Мне правда нужно заходить так далеко? Я могу не обращать внимания на грубость, а если он не уважает меня, я могу просто отругать его...

- Думаю, это тоже нормально.

- ...так, стоп! Ты специально все это сказал!? Ты выглядишь стоически и серьезно, но на самом деле ты довольно нахальный, не так ли? Ахахаха, ты мне нравишься все больше и больше!

*вздох* - Как мы вообще дошли до этого?

- Разве это имеет значение? Я получаю удовольствие, так что не беспокойся об этом.

Чем больше Джин Му-Вон разговаривал с Ен Му-Соном, тем больше убеждался, что лидер наемников говорит так, чтобы слушателю было приятно. "Несмотря на то, что сегодня я встречаюсь с ним впервые, он разговаривает со мной непринужденно, без всякой неловкости."

Они продолжали идти и болтать еще некоторое время, пока Ен Му-Сон в конце концов не привел Джин Му-Вона в тихий переулок в углу рыночного района.

- Здесь что-то есть? - Спросил Джин Му-Вон.

- Хахаха! Не волнуйся, я привел тебя сюда не для того, чтобы прикончить.

- Вы серьезно думаете, что сможете убить меня?

- Мы не узнаем, пока не сразимся, верно? - Загадочно усмехнулся Ен Му-Сон и повернулся лицом к Джин Му-Вону.

Его пылающие глаза тут же встретились со спокойным взглядом Джин Му-Вона.

Однако спустя некоторое время Ен Му-Сон отвел взгляд и сказал: + Жаль, но сегодня у нас есть более важные дела.

- Какие дела?

- Собрать информацию.

- Информацию?

- Да, информацию о текущей ситуации в Юннань.

- Ранее, вы разве не говорили, что не можете получить никакой информации?

- Тогда это тогда, сейчас это сейчас.

Джин Му-Вон нахмурил брови от противоречивых слов Ен Му-Сона, но в ответ на его замешательство Ен Му-Сон лишь самодовольно усмехнулся, подошел к обычному на вид дому в конце переулка и постучал в дверь.

ТУК-ТУК!

Командир железной бригады II

Джин Му Вон внимательно осмотрел дом перед собой, но как бы пристально он на него ни смотрел, он выглядел точно так же, как типичное жилище простолюдина в Сычуань.

#Единственная необычная вещь в этом - маленький черный флаг, висящий у окна. Это какой-то знак?

На самом деле, черный флажок был таким маленьким, что он бы его не заметил, если бы заранее не знал, что в этом доме есть что-то странное.

Постучав в дверь, двое мужчин подождали некоторое время, прежде чем невысокий мужчина средних лет открыл ее и высунул голову наружу.

“Что случилось?”

“Я здесь, чтобы заключить сделку...”

“Вы пришли не в то место. Если вы хотите заключить сделку, вам следует пойти в какой-нибудь магазин...”

“Я ищу что-то освещенное светом черной луны ...”

“Что бы ты ни искал, у меня этого нет...”

“Шпион Черной Луны сказал, что я могу приходить, когда захочу, хотя ...”

“Как тебя зовут?”

“Я Ен Му Сон, командир Железной бригады”.

В тот момент, когда он услышал имя Ен Му Сjна, выражение лица мужчины средних лет изменилось. Он быстро огляделся, чтобы убедиться, что поблизости никого нет, затем сказал: “Пожалуйста, входите”.

Ен Му Сон и Джин Му Вон вошли в дом. Как и снаружи, внутри дом на первый взгляд казался совершенно обычным. Во всяком случае, он чувствовал, что вошел в тихий горный храм. Однако Джин Му Вон чувствовал, что за ним наблюдают.

#Как и ожидалось, это не обычный дом.

Мужчина средних лет провел Джин Му Вона и Ен Му Сона в самую дальнюю комнату. Дизайн комнаты был простым, без украшений, и единственной мебелью внутри был стол, окруженный четырьмя стульями. Это было похоже на заброшенный дом.

“Пожалуйста, подождите здесь”, - сказал мужчина средних лет, выходя из комнаты.

Джин Му Вон повернулся к Ен Му Сону и спросил: “Что это за место?”

“Это один из филиалов Черной Луны”.

Джин Му Вон нахмурил брови. Он никогда раньше не слышал названия “Черная Луна”. Ен Му Сон ухмыльнулся, как будто мог сказать, о чем думал Джин Му Вон.

“Проще говоря, это место, которое расследует и управляет сверхсекретной информацией”.

“Это значит, что люди могут купить информацию здесь?”

“Да, но не каждый может это сделать”.

“…….”

“Черная Луна продает информацию только лидерам сект и тем, кто находится на том же уровне”.

#Единственные люди того же уровня, что и лидер секты, - это старейшины крупных сект. Сколько людей во всем Гангхо принадлежат к этому уровню? Их не может быть много.

“Они проявляют инициативу, чтобы получить важную информацию, которая нужна лидерам мурим, обобщают ее в понятной форме, а затем продают ее своим клиентам. Роль, которую они играют, настолько важна, что даже Небесный Саммит и крупные секты зависят от них в принятии решений.

“Конечно, не каждый лидер отправляется на Черную Луну, только те, кто понимает ценность быстрого и точного получения информации. Эти люди также склонны мудро планировать будущее ”.

“Это действительно нормально, что ты открываешь мне все это, несмотря на то, что мы только сегодня впервые встретились?”

“Пфф, ха-ха! Разве я тебе уже не говорил? "Черная Луна продает информацию только лидерам сект и тем, кто находится на том же уровне’. Даже если вы знаете о существовании этого места, вы не можете купить информацию ”.

“Я понял”.

“Я просто хотел, чтобы вы знали, что подобные места существуют, и что Гангхо гораздо больше и сложнее, чем вы себе представляли”, - уверенно заявил Ен Му Сон.

#Теперь я знаю, почему Ен Му Сон привел меня сюда. Это связано с тем, как я столкнулся с  Чон Ри Му Хваном. Он хотел, чтобы я понял, что, поскольку в этом мире много неизвестных опасностей, я должен лучше заботиться о себе и дважды подумать, прежде чем действовать. По крайней мере, любой нормальный человек, узнавший о существовании такого места, с этого момента тщательно пересмотрел бы свои обстоятельства.

“Спасибо вам за ваш совет. Я буду иметь это в виду”.

“Я надеюсь, что ты это сделаешь.” Ен Му Сон бросил многозначительный взгляд на Джин Му Вона.

В этот момент в комнату вошел человек и сказал ясным голосом: “Надеюсь, я не заставил вас двоих ждать слишком долго”.

Двое мужчин посмотрели на дверь и увидели женщину с вуалью на лице, грациозно идущую к ним. Каждый раз, когда она двигалась, подчеркивались красивые изгибы ее тела, придавая ей очень соблазнительный вид.

Женщина посмотрела на Ен Му Сона и спросила: “Я слышала, что ты был командиром Железной бригады. Это верно?”

“Это верно. А кто вы?”

“Я Мэй Вол Рен, глава Сычуаньского филиала ”Черной Луны"."

Глаза Ен Му Сона заблестели от любопытства. По тону и высоте голоса женщины он догадался, что она довольно молода, и это было совершенно беспрецедентно для кого-то примерно ее возраста, чтобы подняться до должности главы филиала.

“Приятно познакомиться, мисс Мэй”.

“А кто этот человек рядом с тобой?”

“Он один из моих попутчиков”.

Мэй Вол Рен посмотрела на Цзинь Му Вона и спросила: “Вы, должно быть, довольно выдающийся человек, раз вам позволили сопровождать командира Ена здесь. Не могли бы вы назвать мне свое имя?

“Меня зовут Джин Му Вон. Я новичок в Гангхо, и за мной нет никаких достижений. Командир Ен взял меня с собой только потому, что беспокоится обо мне, поэтому, пожалуйста, не обращайте внимания на мое присутствие ”, - ответил Джин Му Вон, сложив руки в приветствии.

Глаза Мэй Вол Рен, единственная часть ее лица, не скрытая вуалью, сразу же загорелись интересом. Она задумчиво посмотрела на Джин Му Вона и сказала: “Разве вы не знаете, что мы очень заинтересованы в перспективных новичках, мастер Джин?”

Ее глаза изогнулись по краям, как будто она улыбалась под вуалью.

Никто в Ганьгхо не знал, кто был лидером Черной Луны, или когда и почему была основана такая организация. Даже количество и личности членов этой организации были полными загадками. Единственное, в чем большинство людей могли быть уверены, так это в том, что способность Черной Луны получать информацию была ужасающей. Так или иначе, они всегда были первыми, кто что-то узнавал.

Небесный Саммит и крупные группировки понимали, что информация - это сила, и поэтому все они очень хотели заполучить ресурсы Черной Луны. Они чувствовали, что если они смогут захватить шпионскую организацию, они смогут получить подавляющее преимущество над своими конкурентами.

Фактически, одна из этих фракций, клан Хван Бо из Пяти Великих кланов, действительно предпринимала такую попытку раньше. Среди Пяти кланов у них была худшая информационная сеть, и они хотели дополнить свою слабость, чтобы стать новым лидером Пяти Кланов.

Как только их решение было принято, клан Хван Бо действовал быстро и без колебаний, чтобы не насторожить шпионов Черной Луны. Они мобилизовали не только свою собственную элиту, но и позаимствовали воинов у своих союзников и начали атаку на одну из ветвей Черной Луны.

Неожиданно, отделение Черной Луны не оказало никакого сопротивления внезапной атаке клана Хван Бо. Никто там не сопротивлялся, и ветка упала в течение нескольких минут. Захваченных пленников затем допрашивали, пытали и убили, однако ни один из них не раскрыл личность и местонахождение своего лидера, шпиона Черной Луны.

Некоторые из замученных членов Черной Луны действительно говорили, но они также были теми, кто ничего не знал о начальстве. В конце концов, клан Хван Бо был вынужден отступить, не получив никакой информации из той, что они хотели.

Однако на этом все так просто не закончилось. Отступление клана Хван Бо только ознаменовало начало контратаки Черной Луны.

Контратака началась с изоляции клана Хван Бо от внешнего мира. Черная Луна не только перекрыла все информационные и коммуникационные каналы клана Хван Бо, но и использовала это против них, распространяя фальшивые новости и слухи.

Затем Черная Луна использовала большие суммы денег, чтобы нанять убийц, нацеленных на руководство клана. Десятки этих целей были убиты или тяжело ранены, что едва не привело к уничтожению клана.

В конце концов, клан Хван Бо был вынужден сдаться Черной Луне. Однако к тому времени они уже потеряли большую часть своих лидеров и элиты. Клан быстро пришел в упадок и был унизительно изгнан из Пяти Великих Кланов.

Пройдут еще десятилетия, прежде чем клан Хван Бо снова возвратится в ряды Пяти Великих Кланов.

В результате этой серии событий крупные группировки пришли к пониманию, что ничего хорошего не выйдет из-за обострения Черной Луны, и по сей день легенда о злобности Черной Луны продолжается.

В рамках расширения своей информационной сети, одной из целей, которые больше всего беспокоили Черную Луну, была идентификация и отслеживание новичков в Гангхо. По опыту Черная Луна очень хорошо знала, что равновесие в Гангхо часто легко нарушается появлением еще неизвестных талантов.

Мэй Вол Рен внимательно оглядел Джин Му Вона с головы до ног.

#Они могут быть небольшой группой, но Железная бригада по-прежнему остается одной из наиболее влиятельных фракций в Гангхо. В частности, их лидер, командир Ен Му Сон, является одним из сильнейших мастеров боевых искусств в мире. Мало того, в отличие от его вульгарной внешности, он на самом деле невероятно умен и хорошо разбирается в людях.

#Такой человек никогда бы не позволил случайному человеку сопровождать их. Другими словами, несмотря на то, что он выглядит нормально, Ен Му Сон уже признал талант Джин Му Вона.

#В заключение, Джин Му Вон, безусловно, воин, на которого стоит обратить внимание.

Сам того не зная, Джин Му Вон стал объектом наблюдения "Черной Луны". Этого не ожидал даже Ен Му Сон.

Наконец, Мэй Вол Рен повернулась к Ен Му Сону и спросила: “Итак, с какой целью вы посещаете Черную Луну, командир Ен?”

“Я хочу знать, что происходит в Юньнань”.

“Хм! На этот вопрос нелегко ответить ”.

“Зная способности Черной Луны, это не должно быть слишком сложно, верно?”

“Вы нас переоцениваете. Даже у нашей информационной сети есть пределы.”

Несмотря на то, что она сказала, голос Мэй Вол Рен был полон уверенности. Ен Му Сон почувствовал это и ухмыльнулся, добавив: “Я заплачу вам, ребята, столько, сколько вы захотите, поэтому, пожалуйста, расскажите мне о текущих событиях в Юньнань. Я принял запрос от Торговой ассоциации Белого Дракона, связанный с необычными событиями там, и я в растерянности, потому что не могу получить никакой информации об этом ”.

“Я понимаю...”

“Пожалуйста, помоги мне”.

Мэй Вол Рен закрыла глаза, приводя в порядок свои мысли. Как менеджер филиала, ее работа заключалась в том, чтобы запоминать всю информацию. Причина этого заключалась в том, что Черная Луна не вела никаких письменных записей, поскольку они хотели избежать повторения трагедии клана Хван Бо.

Через некоторое время Мэй Вол Рен сказала: “Я не уверена, осознаете ли вы, насколько сложной сейчас является ситуация в Юньнань. Большинство людей думают, что это просто столкновение между сектой Кулака Тирана и сектой Дяньцан, но на самом деле это больше похоже на какую-то священную войну”.

“Вы пытаетесь сказать, что в конфликте есть нечто большее, чем борьба за территорию между двумя сектами?”

“Да. Две секты действительно ведут войну, но ...” Голос Мэй Вол Рен затих.

Почувствовав, что она собирается раскрыть большой секрет, Ен Му Сон и Джин Му Вон навострили уши.

Мэй Вол Рен прошептала: “Черная Луна считает, что в конфликт может быть вовлечена третья фракция. Нам еще не удалось получить абсолютных доказательств этого, но если мы рассмотрим обстоятельства, это должно быть правдой”.

“Хм...!”

“У нас есть еще одно убедительное доказательство того, что в этом замешана третья группировка. Небесный Саммит направил в Юньнань следственный отряд.”

Все детали, касающиеся следственных отрядов Небесной вершины, были совершенно секретными. Однако тот факт, что Черная Луна знала об их передвижениях, показал, насколько далеко простиралась их досягаемость.

“Тогда, третья фракция нацелилась на торговые ассоциации, чтобы разжечь войну между сектой Кулака Тирана и сектой Дяньцан?”

“Это то, что мы думаем”.

“В таком случае существует очень высокая вероятность того, что люди с караванами, которые исчезли в Юньнань, были либо задержаны, либо убиты”.

“Если бы они были убиты, я уверен, что мы бы уже нашли их трупы, так как невозможно тихо избавиться от такого количества тел”.

Когда он услышал, что есть хороший шанс, что Хван Чхоль все еще жив, глаза Джин Му Вона загорелись светом надежды.

“Какова идентичность этой третьей фракции?”

“Мы еще не знаем. Однако, как только мы объединим наши ресурсы, я уверена, что мы сможем выяснить это довольно быстро ”.

Джин Му Вон слышал гордость в голосе Мэй Вол Рен, когда она говорила о возможностях "Черной Луны". Было ясно, как сильно она верила в организацию.

“И еще кое-что. Можете ли вы дать мне некоторые подробности о следственном отряде, который Небесный Саммит отправил в Юньнань?”

"Небесная вершина довольно хорошо хранит секреты, поэтому мы пока мало что знаем о ней. Единственное, в чем мы можем быть уверены, так это в том, что люди в отряде - это тщательно отобранная элита, специализирующаяся на управлении хаосом Юньнань".

“Тьфу...” Ен Му Сон застонал.

#Небесная вершина - это неожиданная переменная, которая может сильно изменить ситуацию. Как бы то ни было, мы абсолютно не можем провалить эту миссию. Кроме того, если мы разорвем контракт, репутация, которую мы так усердно создавали, рассыплется на куски.

*Вздох*. #У меня нет выбора, кроме как отправиться в Юньнань и сделать все возможное, чтобы завершить миссию с минимальными потерями.

“Тск! Похоже, нас ждут трудные времена ”.

“Вы сказали, что приняли задание от Ассоциации торговцев Белого Дракона, верно? Вашей целью должны быть поиски пропавшего третьего сына ”.

“Да, верно”.

“Это будет нелегко. Как я уже сказала, даже мы не знаем всего, что происходит в Юньнань, и без информации невозможно предсказать, что может произойти. ”

Мэй Вол Рен с сожалением посмотрела на Ен Му Сона. Вопреки своей внешности, она долгое время работала на "Черную Луну". Достаточно долго, чтобы понять, что иногда единственный способ пережить бурю - это опустить голову.

Что еще хуже, шторм, который в настоящее время назревает в Юньнань, был не обычной бурей, а бушующим ураганом. Никто не знал, насколько все будет плохо.

Ен Му Сон поднялся со своего места. Хотя это было не так уж много, он действительно получил некоторую полезную информацию во время этого разговора. На самом деле, простое знание о существовании третьей фракции сделало визит стоящим того. Вооруженный этой новой информацией, он вскоре собирался заняться подготовкой к вступлению в Юньнань.

Он достал два золотых юаньбао(1) размером с детский кулак и положил их на стол.

“Я надеюсь, что этого достаточно для информации”.

“Этого более, чем достаточно. В качестве благодарности за дополнительный совет, я добавлю еще одну информацию. ”

“Продолжай”.

“Командир Ен, вы стали мишенью ”Савана смерти"."

“……”

Ен Му Сон вздрогнул. Это было не то имя, которое он ожидал услышать. В конце концов, Саван смерти(2) был организацией убийц. Это была не лучшая организация убийц в Гангхо, но, безусловно, самая порочная и безжалостная из всех. Ни одна из их целей не была встречена быстрой и безболезненной смертью.

Ен Му Сон не стал утруждать себя вопросом, почему он стал мишенью. Причина была очевидна.

“Похоже, информация о том, что я принимаю эту текущую миссию, просочилась”.

“Разве ты не хочешь знать, кто слил это?”

“Ты скажешь мне, если я спрошу?”

Глаза Мэй Вол Рен странно блеснули, когда она ответила: “Вы бы поверили мне, если бы я сказала, что это был Ньонг Вон Пхен?”

“Ага! Как и ожидалось, это был он. Хаа… Неудивительно, что у меня было плохое предчувствие по поводу этой миссии. ” Ен Му Сон вздохнул.

1. Юаньбао (яп.元宝宝): разновидность золотых и серебряных слитков, использовавшихся в императорском Китае с момента его основания при династии Цинь до падения династии Цин в 20 веке. Название “юаньбао” является латинизацией пиньинь мандаринского произношения иероглифов “инаугурационных сокровищ”. При китайской династии Тан, монеты с надписью “Кай юань Тун Бао” (開元通寶, “циркуляционный сокровище начало эры”), позже сокращено до просто “ящик”.

2. Саван смерти (無影殺幕): буквальный перевод – Скрытые завесы Смерти. “Занавес” - это занавес, который закрывается в конце театральной пьесы. Я подумал, что мог бы просто объединить “скрытые шторы” в одно слово, например, “окутанный” или “завуалированный”... Я не знаю, что дальше писать, приятного прочтения.

Командир железной бригады III

После того, как Джин Му Вон и Ен Му Сон ушли, Мэй Вол Рен, казалось, была одна в комнате.

“Хоук Но”,(1) - сказала она.

Потайная дверь с одной стороны комнаты открылась, показав старика, одетого во все черное. Лицо старика было покрыто уродливыми шрамами, что придавало ему устрашающий вид.

Этот старик, которого звали Хоук Но, подошел к Мэй Вол Рен и спросил: “Вы звали меня, Юная мисс?”

“Ты хорошо рассмотрел мастера Джина?”

“Да, я это сделал”.

“Что ты о нем думаешь?”

“С моими способностями мне трудно судить его”.

“Неужели?”

“Юная мисс, вы подозреваете, что он кто-то особенный?”

“Хм, я не знаю. Может быть.”

Мэй Вол Рен вздохнула и сняла вуаль, открыв свое ослепительно красивое лицо. Это было лицо, которое могло принадлежать только двадцатилетней женщине, возраст, в котором блеск молодости сосуществовал с соблазнительностью зрелой женщины.

Прошло уже пять лет с тех пор, как она стала управляющей Сычуаньского филиала Черной луны. За это время она встретила много выдающихся и известных людей, от лидеров фракций, таких как Ен Му Сон, до старейшин крупных сект и кланов.

Несмотря на свой юный возраст, она никогда не испытывала ни малейшего страха перед ними. Скорее, она использовала свой опыт общения с этими лидерами, чтобы улучшить свои навыки суждения и умение разбираться в людях.

Однако Джин Му Вон был другим. Она не смогла почерпнуть о нем никакой полезной информации, просто наблюдая за его речью и языком тела. Это было так, как если бы он был совершенно обычным человеком, за исключением того факта, что Ен Му Сон признал его своим компаньоном.

#Тем не менее, в нем есть что-то такое, что действительно беспокоит меня, и я не могу выбросить его из головы… Такого со мной еще никогда не случалось! Я видела много мужчин, которые были намного красивее и знаменитее его, так почему же он первый, кто вызвал мой интерес?

#Что в нем такого, что я нахожу таким интригующим ...?

Мэй Вол Рен вспомнила внешность Джин Му Вона и некоторое время размышляла над этим, прежде чем внезапно пришла к осознанию.

#Это его глаза, или, скорее, выражение его глаз. В отличие от других молодых людей его возраста, его глаза не полны надежд и мечтаний, но в то же время они не отстраненные и бесстрастные.

Спокойные глаза Джин Му Вона не подходили к лицу молодого человека лет двадцати с небольшим. Только у опытного воина, пережившего бесчисленные взлеты и падения ганго, могли быть такие глаза.

#Через что, черт возьми, он прошел, чтобы закончить так?

Мэй Вол Рен постучала пальцем по подбородку, в то время как Хоук Но молча наблюдал за ней. Он слишком хорошо понимал, что у нее была привычка делать это всякий раз, когда она погружалась в свои мысли.

Некоторое время спустя Мэй Вол Рен сказала: “Хоук Но”.

“Да, юная мисс?”

“Как только Цзинь Му Вон войдет в Юньнань, пусть один из Тайных шпионов Луны (秘月) проследит за ним”.

“Какого ранга должен быть шпион?”

“Выбери одного из Небесного Ранга”.

Глаза Хоук Но расширились от шока. Все лучшие тысячи шпионов Черной Луны принадлежали к Секретному Лунному отряду. Затем Тайные лунные шпионы были разделены на три категории в зависимости от их способностей: Небесные, Земные и Смертные. Среди этих троих двадцать или около того шпионов Небесного Ранга были самыми опытными во всей Черной Луне.

Таким образом, когда Хоук Но услышал, что его госпожа использует такой драгоценный ресурс на таких, как новичок Гангхо, он был поражен. За всю долгую историю Черной Луны это было впервые.

“Действительно ли есть необходимость заходить так далеко?”

“Я еще не уверена. Однако, чтобы собрать информацию в Юньнань, нам все равно придется отправить туда хотя бы одного шпиона Небесного ранга, так что независимо от того, интересен нам Джин Му Вон или нет, мы не понесем потерь. ”

“Понятно. Я выберу подходящего человека из шпионов Черной Луны и отправлю его в Юньнань. Кстати...” Хоук Но колебался.

Мэй Вол Рен ободряюще улыбнулась ему и сказала: “Продолжай”.

“... Зачем вы сказали Ен Му Сону, что Саван Смерти нацелился на него?”

Черная Луна не была благотворительной организацией. Они никогда не раскрывали даже самую маленькую информацию своим клиентам, если им не платили соответствующую цену, и не было никакого способа, чтобы Мэй Вол Рен не знала об этом.

“Это было потому, что я хотела кое-что подтвердить”.

“Подтвердить что?”

“Хоук Но, что ты знаешь о Железной бригаде?”

“Это небольшая группа элитных наемников, которые никогда не проваливали ни одной миссии ...”

“Верно. Благодаря этому достижению Железная бригада закрепила за собой положение одного из сильнейших отрядов наемников в Гангхо.”

Для отряда наемников их бизнес был пропорционален их репутации, и Железная Бригада действительно в полной мере использовала свою хорошую репутацию, чтобы получать огромную прибыль, а также восхищение многих молодых мастеров боевых искусств.

Улыбка Мэй Вол Рен стала шире. “Разве это не странно? Ты действительно веришь, что эти ребята заслуживают своего видного положения в Гангхо? А как насчет слухов о том, что они никогда не проваливали ни одной миссии? Это действительно возможно?”

“Другими словами, вы думаете, что Железная бригада что-то скрывает или фальсифицирует. Верно, юная мисс?

“Это всего лишь давнее подозрение, но я все еще хочу подтвердить правдивость легенды. По крайней мере, из того, что я вижу, они действительно кучка очень умных людей. От таких людей, как они, есть своя польза, понимаешь?

“Хм...”

“В любом случае, в Юньнань назревает шторм, но мы до сих пор не знаем, останется ли он удерживаемым в пределах провинции, или в конечном итоге он поглотит весь мир. Мы можем готовиться только к худшему ”, - заключила Мэй Вол Рен, тупо глядя вдаль, как будто мир отражался в ее глазах.

Джин Му Вон и Ен Му Сон бок о бок вышли из "ветви Черной Луны", но в отличие от того, как они вошли, Ен Му Сон теперь хмурился.

“...Третья фракция в Юньнань. Какая головная боль.

“Разве ты уже не догадывался, что во время встречи в гостинице была задействована третья фракция?”

“Дикое предположение - это не то же самое, что подтверждение. Точно так же, как потенциальная угроза - это не то же самое, что та, которая находится прямо перед вами”.

Ен Му Сон потратил два золотых юаньбао только для того, чтобы подтвердить этот факт, но это того стоило. Знание того, кто их потенциальные враги, означало, что они могли подготовиться к этому и, следовательно, смягчить угрозу.

“Кстати, кто такой Ньонг Вон Пхен? И что такое Саван Смерти?”

“Ах, тот старик?” Ен Му Сон вздохнул и внезапно остановился как вкопанный.

Джин Му Вон уставился на него и ждал продолжения.

“Ньонг Вон Пхен - клиент, на которого я работал до тех пор, пока не присоединился к каравану "Белый дракон". Я сопровождал его от бассейна Кайдам в Цинхае до самой Сычуани”.

“С ним что-то случилось?”

“Он нашел очень ценный предмет в бассейне Кайдам. Настолько ценный, что если бы о существовании этого предмета стало известно всему миру, он был бы крайне обеспокоен. В нашем контракте на миссию мы пообещали, что сохраним этот предмет в секрете, но, учитывая, что он использовал Саван Смерти, похоже, что он все-таки не доверял нам ”.

“Это означает, что Саван Смерти - это...”

“Очевидно, организация убийц. Только мертвецы не рассказывают сказок, понимаешь?

Хотя Ен Му Сон говорил шутливо и небрежно, как он всегда это делал, в его глазах не было улыбки. Вместо этого они были глубокими и пугающими, как бесконечная бездна.

Джин Му Вон нисколько не удивился этому. Этот серьезный Ен Му Сон, вероятно, был настоящим им, в то время как дружелюбие было всего лишь притворством, которое он разыгрывал.

Внезапно, как будто он наконец заметил напряженную атмосферу, Ен Му Сон ухмыльнулся, похлопал Джин Му Вона по плечу и сказал: “Ха-ха-ха! Не волнуйся и просто предоставь все нам. Мы позаботимся о том, чтобы наше путешествие в Юньнань прошло настолько гладко, насколько это возможно ”.

“Хм, я не волновался”.

“В таком случае, спасибо тебе за то, что веришь в нас. Кроме того, мне нужно кое-куда сходить одному, так что не мог бы ты вернуться в гостиницу без меня?

“Конечно”.

“Я угощу тебя выпивкой позже. Тогда мы сможем поговорить подробнее.

Джин Му Вон пожал плечами в ответ на предложение Ен Му Сона, и двое мужчин пошли каждый своей дорогой. Когда Ен Му Сон ушел, Джин Му Вон некоторое время смотрел на него, а затем направился обратно в гостиницу "Оживление".

В отличие от Ен Му Сона, его не особенно беспокоило положение дел в Юньнань. Это была не его проблема, и, вероятно, у него все равно не было возможности вмешаться.

Вместо этого он был гораздо более заинтригован другим моментом, который затронула Мэй Вол Рен, и это была возможность того, что Хван Чхоль все еще жив.

Вернувшись в гостиницу, Джин Му Вон сел на стул и стал наблюдать, как Квак Мун Чжун циркулирует свою ци, используя Технику медитации Трех Истоков. Это было то, что Квак Мун Чжун делал каждый день в обязательном порядке, даже несмотря на то, что это было чрезвычайно скучно.

Багровый Клык, новый двуручный меч Квак Мун Чжуна, лежал рядом с ним. Рукоять меча была покрыта потом и грязью; доказательство того, как усердно мальчик тренировался владеть мечом ранее.

“Продолжай в том же духе и не останавливайся. Ну и что с того, что твое улучшение идет медленно? Имеет ли значение, сколько времени это займет, если ты знаешь, что в конце концов достигнешь вершины?” - Прошептал Джин Му Вон, обращаясь как к Квак Мун Чжуну, так и в качестве напоминания самому себе.

В конце концов, он очень хорошо понимал, что до тех пор, пока человек остается терпеливым и никогда не сдается, даже со скоростью улитки, он сможет проехать тысячу миль до конечного пункта назначения… Хотя он понятия не имел, что означает достижение этого конечного пункта назначения, сам он прошел только часть пути.

Внезапно он услышал шум за пределами гостиницы. Он встал, подошел к окну и выглянул наружу. Там он увидел, как собираются наемники Железной бригады, в том числе Ен Му Сон.

Почувствовав его взгляд, Ен Му Сон поднял глаза и встретился с ним взглядом. В этот момент Джин Му Вон заметил хитрую ухмылку на лице Ен Му Сона, и его охватило странное предчувствие.

Ен Му Сон помахал рукой Джин Му Вону, а затем покинул территорию гостиницы вместе с остальной частью Железной Бригады.

Джин Му Вон нахмурился. У меня плохое предчувствие по этому поводу...

И что, что мы попутчики? I

С самого рассвета в гостинице "Оживление" кипела бурная деятельность. Сопровождающие Ассоциации торговцев Белого Дракона поспешили подготовить багаж, погрузить телеги и запрячь лошадей в них. После короткого отдыха им снова пришло время продолжить свое путешествие в Юньнань.

Между тем, повара гостиницы также приготовили завтрак до рассвета, и официанты в настоящее время были заняты переносом еды из кухни в столовую.

Закончив последние проверки крытой телеги, за управление которой он отвечал, Джин Му Вон направился в столовую. Гон Чжин Сон и Юн Со Ин уже были там, поэтому он подошел к ним и поздоровался: “Доброе утро, вы двое, конечно, рано встали”.

Гон Чжин Сон поприветствовал его в ответ, сказав: “Ты тоже рано встал. Мы планируем отправиться в путь без перерывов в течение нескольких дней и питаться сухими пайками на ходу, так что ешьте хорошо, пока еще можете. Совсем скоро мы, вероятно, будем отчаянно желать таких вкусных блюд, как эти! ”

“Хорошо, я так и сделаю”, - сказал Джин Му Вон, затем направился к свободному месту.

Внезапно Юн Со Ин, которая некоторое время не могла заставить себя заговорить с Джин Му Воном, заикаясь, произнесла: “М-мастер Джин...”

“Хм?” Джин Му Вон повернулся, чтобы посмотреть на нее.

Юн Со Ин слегка прикусила губу, чтобы успокоить нервы, и натянуто продолжила: “О прошлом разе… Простите, я зашла слишком далеко.”

Юн Со Ин была очень гордой женщиной, из-за чего ей было трудно извиняться перед кем-либо. Кроме того, она все еще была расстроена поражением своего старшего брата. Однако она понимала, что на этот раз явно ошиблась, и не хотела продолжать страдать от чувства вины за то, что не извинилась. Кроме того, сила Джин Му Вон была большим преимуществом для ее текущей миссии. Сейчас было не время для ее упрямства.

Джин Му Вон тепло улыбнулся и ответил: “Все в порядке, я прощаю тебя. Пожалуйста, больше не беспокойся об этом. ”

Юн Со Ин заметно расслабилась, получив прощение Джин Му Вона. Увидев это, Гон Чжин Сон предложил: “Почему бы нам не поесть вместе?”

“Но...”

“Вас это устроит, мастер Джин?”

Теперь, когда дело дошло до этого, было бы невежливо со стороны Джин Му Вона отказаться от предложения Гон Чжин Сона. Он сел за их стол, который уже был заставлен едой.

Юн Со Ин некоторое время с любопытством смотрела на Джин  Му Вона, прежде чем резко спросить: “Это может показаться немного грубым, но не могли бы вы рассказать нам больше о себе, мастер Джин?”

Глаза Гон Чжин Сона рядом с ней также загорелись интересом.

“На самом деле мне нечего особо сказать о себе. Я просто изучал боевые искусства, которые долгое время передавались в моей семье, и я впервые вхожу в Гангхо, так что мне тоже нечего рассказывать ”.

На лице Юн Со Ин промелькнуло разочарование. Она чувствовала, что Джин Му Вон намеренно лжет о своем происхождении.

Увидев выражение ее лица, Джин Му Вон немедленно попытался сменить тему, спросив: “Где командир Ен? Я не видел его со вчерашнего дня.

“Прошлой ночью все наемники Железной бригады отправились выполнять какое-то поручение. Они обещали, что обязательно вернутся до нашего отъезда, так что, вероятно, они скоро будут здесь.”

“Понятно”.

Джин Му Вон посмотрел на еду и уже собирался приступить к еде, но внезапно дверь в гостиницу открылась и вошла большая группа людей.

“Я так голоден, мне кажется, что передняя часть моего живота приклеена к коже на спине!”(1)

“Не то чтобы ты много сделал. Почему ты так голоден?”

“Что вы имеете в виду в том, что я мало что сделал?! Я провел всю ночь за работой! ”

Наемники Железной Бригады громко жаловались, ворвавшись в обеденный зал гостиницы. Когда Ен Му Сон заметил Джин Му Вона и двух лидеров Белых Драконов, он счастливо улыбнулся и сказал: “Вау, это выглядит восхитительно! Не возражаете, если мы присоединимся к вам? Я умираю с голоду!”

Однако, прежде чем Ен Му Сон смог закончить разговор, наемники уже ворвались в столовую, плюхнулись на стулья и потянулись к еде, как голодные призраки, которые не ели три месяца.

У Юн Со Ин от шока отвисла челюсть. “Чем вы, ребята, занимались всю ночь? И ТЬФУ! От вас всех разит потом!”

“Не разговаривай со мной. У меня в животе голодный нищий”.

“Не могли бы вы заказать еще еды? Этого недостаточно”.

Не получив ничего, кроме неуместных ответов, Юн Со Ин не осталось иного выбора, кроме как заказать еще еды для наемников. Точно так же Джин Му Вон отказался от попыток отобрать еду у изнасилованных наемников и просто сидел и смотрел, как они едят.

Жареная утка, которую официант только что принес к столу несколько минут назад, исчезла в мгновение ока, оставив на столе только груду костей. Даже тогда наемники, которые еще не наелись, облизывали масло с пальцев, ожидая, когда подадут следующее блюдо.

Когда официант, наконец, принес следующее блюдо, оно тоже было опустошенно в одно мгновение, оставив после себя только жир.

В конце концов, Ен Му Сон был первым человеком, который наелся досыта и пришел в себя настолько, чтобы повернуться к Юн Со Ин и извинился: “Простите за это, мисс Со. Я работал без остановки всю ночь напролет и чувствовал, что умираю с голоду! ”

“Что ты делал прошлой ночью? И почему вы все одеты как нищие?”

“Я встретился со знакомым и поговорил с ним по душам”.

Юн Со Ин нахмурилась. Она понятия не имела, о чем говорил Ен Му Сон.

Ен Му Сон многозначительно посмотрел на Джин Му Вона, поскольку он, вероятно, был единственным человеком за пределами Железной бригады, который знал, о ком он только что говорил. Однако Джин Му Вон в ответ только сморщил нос. Наемники были слишком вонючими!

#Это не только их пот, они также воняют кровью.

Привилегированная Юн Со Ин не смогла распознать запах, но для Джин Му Вона было невозможно не заметить его. Он был абсолютно уверен, что темная одежда наемников была покрыта пятнами крови.

Именно тогда Чхэ Як Ран, не мигая, уставился на Джин Му Вона.

“Тебе что-то нужно от меня?” Спросил Джин Му Вон.

“Если ты не собираешься это есть, можно мне?” Чхэ Як Ран указала на еду в миске Джин Му Вона.

Джин Му Вон безучастно кивнул и передал свою миску Чхэ Як Ран. Она слегка склонила голову в знак благодарности, затем наклонилась и принялась за еду.

“Что, черт возьми...!?” Юн Со Ин, наблюдавшая за этой сценой, не смогла удержаться от громкого восклицания.

Рядом с ней уголки губ Ен Му Сона слегка приподнялись, когда он коротко обменялся взглядами с Джин Му Воном.

После завтрака караван "Белый дракон" покинул гостиницу и медленно ускорил шаг, направляясь к шоссе.

Наемники Железной бригады так устали от своей ночной вылазки, что заснули на крышах фургонов. Не пощадили даже фургон Джин Му Вона, так как Ен Му Сон забрался на него и счастливо храпел.

Квак Мун Чжун подъехал к Джин Му Вону верхом на лошади.

“Что, черт возьми, они делали всю ночь, чтобы так устать?” спросил он, бросив косой взгляд на спящего Ен Му Сона.

“Разве ты не можешь определить это по запаху?”

“Пахнет? Чем пахнет?” Квак Мун Чжун понюхал свою одежду, думая, что Джин Му Вон имеет ввиду его.

Внезапно в передней части каравана послышался шум.

“Огонь!”

“Дым идет вон оттуда!”

Дижн Му Вон и Квак Мун Чжун посмотрели в ту сторону, куда указывали сопровождающие. Там они увидели мерцание красно-оранжевого пламени среди больших шлейфов черного дыма, закрывшего небо.

Джин Му Вон сузил глаза..

Гун Чжин Сон подозвал одного из сопровождающих и приказал: “Иди туда и выясни, что происходит”.

“Да, сэр!”

Эскорт побежал к огню, и караван остановился, пока они ждали его возвращения.

“Ах, как красиво горит! Какое зрелище для воспаленных глаз! Хахаха! ” Ен Му Сон, который проснулся, сел, скрестив ноги, на крыше крытой телеги Джин Му Вона и пришел в восхищение от сцены разрушения.

“Да, это действительно потрясающе. Хухуху!”

Как и Ен Му Сон, наемники Железной бригады тоже были разбужены шумом и теперь спокойно наблюдали за пожаром.

Дрожь пробежала по спине Квак Мун Чжуна, и его волосы встали дыбом. Сопровождающие, которые слышали разговор наемников, также неосознанно вздрогнули.

Некоторое время спустя сопровождающий, отправившийся на разведку пожара, прибежал обратно к каравану. Гон Чжин Сон сразу же спросил его: “И что? Ты что-нибудь выяснил?”

“Название горящего здания - фамильный особняк Ньонг ”.

“Фамильный особняк Ньонг?”

“Да! Семья Ньонг - самая влиятельная правительственная фракция в Дуцзянъянь. Прошлой ночью на их особняк напали неизвестные, и все там, от телохранителей до членов семьи Ньонг, были убиты.”

“Серьезно?”

“Кроме того, похоже, что семья Ньонг планировала провести свадьбу через несколько дней, и там было много гостей. В результате количество смертей было даже больше, чем должно быть. Вздох, какими жестокими должны быть эти убийцы, чтобы убивать даже женщин и детей ... ”

Лица Гон Чжин Сона и Юн Со Ин застыли. Из всех ужасных таймингов что-то подобное просто должно было произойти, пока они отдыхали в Дуцзянъянь.

“Итак, если нападение произошло прошлой ночью, что происходит сейчас?”

“Ну, констебли все еще заняты поиском преступников”.

“По крайней мере, преступники установлены?”

“Нет. Нападение произошло поздно ночью, и свидетелей не было.”

“Никаких свидетелей!? Ха-ха, как могло случиться что-то подобное... - вздохнул Гон Чжин Сон.

Чон Ри Му Хван подошел к Гон Чжин Сону и сказал: “У нас нет времени, чтобы тратить его впустую. Мы должны оставить это констеблям и идти своей дорогой. Если мы будем медлить, то можем оказаться втянутыми в эту историю.

Гон Чжин Сон кивнул, соглашаясь с предложением Чон Ри Му Хвана. Он повернулся к фургону и крикнул: “Ладно, все, поторопитесь! Мы покидаем это место как можно скорее! ”

Жаль, что случилось с семьей Ньонг, но это не имеет к нему никакого отношения. Гангхо был безжалостным местом, и часто лучше было не вмешиваться в такие дела.

Внезапно низким, леденящим душу голосом Джин Му Вон спросил: “Кстати, главу семьи Ньонг зовут Ньонг Вон Пхен?”

“...Я не знаю, может быть? В любом случае, подобные трагедии - причина, по которой мы, люди Гангхо, должны избегать наживать врагов, насколько это возможно. Никогда не знаешь, когда кто-то внезапно ударит тебя ножом в спину”, - ответил Ен Му Сон с крыши фургона Джин Му Вона.

“Я понимаю. Эта семья Ньонг, должно быть, действительно нажила себе очень опасного врага ”.

“Я так полагаю? Что еще более важно, если семья Ньонг владела таким большим особняком, они, должно быть, были богаты, не так ли? Интересно, куда делись все их сокровища? Эти убийцы не могли быть настолько глупы, чтобы сжечь все это, не так ли?”

“Откуда мне знать? Может быть, им каким-то образом удалось унести все ценные вещи, прежде чем поджечь особняк.

“Вау, тогда они, должно быть, разбогатели. Я ревную!”

“Я не думаю, что есть какая-то причина завидовать трусам, которые притворяются благородными, игнорируя крики невинных и совершая зверские действия при малейшей угрозе. Это просто поступок людей, которые поддались своим страхам ”.

Джин Му Вон мгновенно почувствовал на себе множество жгучих взглядов, направленных на него. Наемники Железной бригады смотрели на него так, словно хотели сожрать.

Джин Му Вон не избегал их пристальных взглядов.

1. Корейская поговорка, обозначающая, когда твой желудок пустой и плоский.

И что, что мы попутчики? II

Штаб-квартира клана Тан, который также был известен как Сычуаньский клан Тан или Рыцарский клан Тан, располагалась в деревне Тан Хилл(1), в Сычуань, и была одной из самых известных достопримечательностей в мире.

В деревне Тан Хилл проживало более тысячи человек, даже больше, чем в обычной деревне. Более того, большинство людей, живущих там, были мастерами боевых искусств и ремесленниками клана Тан. Однако, на первый взгляд, деревня Тан Хилл выглядела так же, как и любая другая обычная деревня в регионе. Это сильно отличалось от других членов Пяти Великих кланов, которые часто строили причудливые особняки и резиденции, чтобы показать свою силу.

Только когда посетишь саму деревню Тан Хилл, поймешь, что она устроена совсем не так, как другие деревни.

Главная резиденция главы Клана располагалась прямо в центре деревни и была лишь немного больше других резиденций. Дома, непосредственно окружающие главную резиденцию, предназначались для ближайших членов семьи главы Клана.

Прямо за домами, где жили ближайшие члены семьи, находился большой особняк для старейшин клана Тан, их Зал. Зал Старейшин был одним из самых важных зданий в деревне клана Тан, так как это было место, где старейшины передавали свои знания и боевые искусства своим потомкам.

Рядом с Залом Старейшин находилось здание под названием Павильон Десяти тысяч ядов. Это был самый важный объект в деревне Тан Хилл, где проводились все исследования в области ядов и ремесел. Причина, по которой он был расположен так близко к Залу Старейшин, заключалась в том, что там жили лучшие эксперты клана Тан, и поэтому это было самое безопасное место в деревне.

Все эти важные здания были тогда окружены обычными жилыми домами. Однако даже эти обычные жилища не были расположены случайным образом. Их размещение соответствовало балансу пяти элементов в гигантском, по всей деревне, формировании, предназначенном для ловушки захватчиков.

Кроме того, эти обычные дома принадлежали воинам клана Тан, которые были специалистами в области ядовитого искусства и скрытого оружия. Большинство из этих людей были кровными родственниками, поэтому всякий раз, когда они обнаруживали незнакомца в деревне, они быстро поднимали тревогу и формировали первую линию обороны клана от незваных гостей.

Соберите все эти меры безопасности вместе, и деревня Тан Хилл, вероятно, станет одним из самых безопасных и секретных мест в мире.

В самой глубокой части деревни Тан Хилл, в резиденции главы клана, три человека сидели за столом. Пожилой сельский житель лет шестидесяти, мужчина средних лет лет сорока и молодая леди лет двадцати с небольшим.

Старик, одетый в одежду из грубого льна, занял место во главе стола. Его звали Тан Кван Хо(1), и он был нынешним главой клана Тан.

Традиционно главы клана Тан унаследовали тот же титул от своих предшественников: Император Десяти тысяч Ядов. Однако, поскольку Тан Кван Хо никогда не покидал деревню Тан Хилл с момента своего рождения. Мало кто знал, что человек с таким устрашающим титулом выглядел не более чем обычным старым деревенским жителем.

Тан Кван Хо внимательно наблюдал за двумя людьми, сидевшими слева и справа от него.

Мужчина средних лет, Тан Ги Мун, был одновременно его племянником и главой Павильона Десяти тысяч Ядов. В клане Тан, Тан Ги Мун не только был вторым после себя мастером ядов, он был отличным врачом, который мог даже использовать яды в качестве лекарства. Однако, поскольку он категорически отказывался изучать какие-либо техники скрытого оружия, предпочитая всю свою жизнь исследовать яды, Тан Ги Мун стал хорошо известен в Ганьгхо, как эксцентричный человек клана Тан.

Что касается юной леди, Тан Ми Ре, она была его внучкой и гением с настолько острыми чувствами, что уже в юном возрасте овладела одним из десяти лучших искусств Скрытого Оружия клана Тан. Это было беспрецедентно, поскольку клан Тан был очень традиционной семьей, которая редко обучала женщин боевым искусствам. Более того, из-за своей необычайной красоты она была известна многим как “Цветок Сычуань”.

Тан Кван Хо спросил: “Вы закончили приготовления к отъезду?”

“Что здесь нужно подготовить? Все, что нам нужно сделать, это уйти”, - ответил Тан Ги Мун.

“Хохохо! Глава Павильона Десяти тысяч Ядов лично переезжает по просьбе Небесной Вершины. Я думаю, тебе нужно больше осознавать, насколько ты важен ”.

“Почему Небесная Вершина попросила меня об этом?”

Выражение лица Тан Кван Хо бессознательно потемнело. Он сказал: “Я тоже не уверен, но, вероятно, это как-то связано с ядом, используемым в Юньнань”.

Два дня назад клан Тан получил срочный вызов с Небесного саммита с просьбой о сотрудничестве в отправке человека, знакомого с ядами, в город Куньмин, столицу провинции Юньнань. Затем они немедленно созвали собрание, чтобы обсудить, кого они пошлют, наконец, остановив свой выбор на Тан Ги Муне, главе Павильона десяти тысяч ядов. Чтобы защитить Тан Ги Муна, который не знал боевых искусств, они также послали бы Тан Ми Ре и около дюжины других воинов.

“Технически, я должен быть тем, кто едет, но мне нужно расставить приоритеты в управлении внутренними делами нашего клана”.

“Репутация клана Тан была бы разрушена, если бы самому Главе нашего Клана пришлось подчиниться приказу Небесной Вершины. Я думаю, вы, ребята, приняли правильное решение. Кроме того, меня защищает Ми Ре, так что не волнуйтесь.

“Если вы думаете, что ситуация становится слишком опасной, не стесняйтесь отступать. Помните, ваша безопасность превыше всего ”.

“А если Небесная Вершина придет за нами за это?”

“Хохохо! Ну и что, если они это сделают?”

Тан Ги Мун усмехнулся. Это была гордость Рыцарского клана Тан. Что касается Небесного саммита? Ха, пусть они придут! Клан Тан не боится.

Тан Кван Хо, возможно, и не был членом Девяти Небес, но это было не потому, что он был недостаточно силен. Это было потому, что он был отшельником, который не хотел покидать деревню на холме Тан, и был удовлетворен только титулом “Император десяти тысяч ядов”.

Наконец, Тан Кван Хо повернулся к Тан Ми Ре и сказал: “Ми Ре, пожалуйста, позаботься о себе и возвращайся сюда в целости и сохранности”.

“Не волнуйся, глава клана. Со мной все будет в порядке ”, - ответила Тан Ми Ре, мягко улыбаясь. Она решила сопровождать Тан Ги Муна, поскольку ее очень интересовало его “Искусство живого яда”, несмотря на то, что она более талантлива в скрытом оружии, чем в искусстве яда.

Тан Ги Мун знал об этом и учил ее, когда у него было свободное время. Одной из причин, естественно, было то, что он любил свою милую племянницу, но он также искренне верил, что она была будущим клана Тан.

Если и было что-то, чего сейчас не хватало Тан Ми Ре, так это опыта. С ее наивностью было трудно видеть в ней лидера. Однако это была проблема, которую можно было решить, только позволив ей испытать многое, поэтому Тан Ги Мун согласился позволить ей сопровождать его в Юньнань.

Тан Кван Хо беспокоился о своей внучке, но даже он понимал, что не сможет нянчиться с ней вечно. Несомненно, настанет день, когда ей придется вырасти и покинуть гнездо.

“Ну что ж, тогда мы отправляемся прямо сейчас”.

“Хорошо”.

Три человека покинули резиденцию главы клана. Снаружи их встретила дюжина молодых воинов, одетых в фирменную светло-зеленую форму клана Тан. Это были воины, которым было поручено защищать Тан Ги Муна и Тан Ми Ре в Юньнаньской миссии.

“Глава клана!”

“Это важная миссия. Все вы, обязательно защитите Главу Павильона(3), Ми Ре и самих себя! Я буду ждать твоего возвращения!”

“Предоставь это нам, глава Клана!” - ответил Тан Юнь Хо, уверенно ударяя себя кулаком в грудь. Он был лидером молодых воинов, собравшихся здесь, и самым выдающимся членом этой элиты. С их силой уничтожить даже секту среднего размера было бы проще простого. Таким образом, они на самом деле не беспокоились за свою безопасность. Для них это была не более чем обычная поездка на отдых.

Тан Кван Хо с беспокойством посмотрел на этих молодых представителей элиты. У него было чувство, что они относятся к этой миссии слишком легкомысленно. На мгновение он подумал о том, чтобы предупредить их несколькими словами, но в конце концов решил воздержаться. Молодые люди, подобные им, не любят придираться и учатся всему на собственном горьком опыте. Эта поездка в Юньнань послужит им хорошим уроком.

“Хорошо, тогда ты можешь идти прямо сейчас”.

”Да, сэр!”

Тан Ги Мун и молодые воины вышли из деревни. Когда они шли, многие жители деревни сразу узнали их и приветственно замахали руками, как будто они были обычными жителями деревни, молящимися о благополучном возвращении молодежи своей деревни.

“Счастливого пути!”

“Возвращайся целым и невредимым”.

Добравшись до въезда в деревню, они сели на лошадей, которые уже были приготовлены для них.

Тан Ги Мун приказал: “Нам придется ехать быстро”.

“Да, сэр!”

Воины клана Тан быстро поскакали на юг. Неизвестная им пара глаз издалека наблюдала за их уходом.

“Хлебай!”

Огромный мужчина сидел у придорожного ларька и хлебал лапшу. Слева от него была огромная стопка из более чем десяти пустых мисок. Пожилая женщина, которая держала стойло, смотрела, как он ест, с выражением недоверия.

Мужчина, которого звали Чан Хан, носил густую бороду на лице, что делало невозможным определить его точный возраст. Рядом с ним лежала огромная алебарда небесного носителя(4).

Пожилая женщина осторожно спросила мужчину: “С твоим желудком все будет в порядке, если ты съешь так много?”

“Хахаха! Причина, по которой я не могу перестать есть, в том, что твоя лапша очень вкусная, бабушка! ...И сделай мне еще одну миску.”

“Еще одну?”

Пожилая женщина устало приготовила еще одну миску лапши и принесла ее мужчине, который с удовольствием уставился на дымящуюся лапшу.

“Ммм! Я просто не могу насытиться этим ”.

Когда Чан Хан, наконец, доел и удовлетворенно похлопал себя по животу, он заметил большой торговый караван, проезжавший мимо него по главной дороге.

“Хм! Так это караван Торговой ассоциации Белого Дракона, да? - пробормотал он, с любопытством глядя на караван, размахивающий флагом с символом белого дракона, и наблюдая за его участниками, когда они проходили мимо.

Первыми, кто привлек его внимание, были наемники Железной бригады, особенно Ен Му Сон.

“Вау! Эти парни выглядят действительно сильными! ”

Чан Хан сломал свои деревянные палочки для еды пополам и использовал их как зубочистки, открыто глядя на наемников, но никто из них не заметил его взгляда.

“...А?”

Внезапно его взгляд упал на последнюю повозку в караване. Если быть точным, это был водитель той повозки. Он не знал, было ли это просто совпадением, но водитель фургона, одетый в красно-коричневое, смотрел прямо на него.

В толпе было бесчисленное множество людей, но этот человек выбрал его из всех остальных людей. Его инстинкты говорили ему, что это не могло быть совпадением.

Этот панк выделил мою ауру среди всех этих людей?

Взгляды двух мужчин встретились.

“Командир отделения”.

Чан Хан повернулся лицом к человеку, который окликнул его. Это был молодой человек лет двадцати с очень заурядной внешностью. Молодой человек склонил голову перед Чан Ханом и сказал: “Клан Тан сделал свой ход”.

“Тогда мы тоже переезжаем. Скажи детям, чтобы они готовились ”.

“Да, сэр!” Энергично ответил молодой человек, отдавая честь Чан Хану кулаком.

Чан Хан оглянулся на главную дорогу, но караван Белого Дракона уже исчез из виду, забрав с собой таинственного водителя фургона, который встретился с ним взглядом.

“Этот парень...”

……….

Этот человек…

Джин Му Вон нахмурился, подумав о человеке, с которым он только что обменялся взглядами. Он не мог разглядеть черты лица мужчины из-за его густой бороды, но высокомерный взгляд этих глаз и аура, подобная бушующему шторму, оставались ясными в его сознании.

Даже в этой густонаселенной провинции Сычуань, заполненной экспертами по боевым искусствам из секты Цинчэн, секты Эмэй и клана Тан, аура этого человека выделялась среди остальных. К сожалению, никто другой, даже командир Железной бригады Ен Му Сун, не заметил присутствия этого человека.

Я молюсь, чтобы в этом не было ничего особенного…

Внезапно голос Квака Мун Чжуна вывел его из задумчивости.

“О чем ты так напряженно думаешь?”

“Ничего особенного. Что-то не так?”

“Мне сказали передать сообщение, что мы не будем останавливаться здесь, в Чэнду(5) , потому что нам нужно спешить в Юньнань”.

“Понял”.

Это было именно то, чего хотел Джин Му Вон. Чем быстрее он доберется до Юньнани, тем выше вероятность спасения Хван Чхоля.

Квак Мун Чжун некоторое время ехал рядом с фургоном Джин Му Вона, прежде чем обеспокоенно спросить: “Ты в порядке? Что-то случилось?”

“...Что?”

“Знаешь, между тобой и ними...” Квак Мун Чжун посмотрел в сторону Железной Бригады.

С тех пор, как Джин Му Вон сделал это уничтожительное замечание в адрес Железной Бригады, они отнеслись к нему холодно. Каждый, даже самый слабый из сопровождающих, мог сказать, что напряженность между ними накалялась до предела. Даже Ен Му Сон, с его дружелюбным и общительным характером, не разговаривал с Джин Му Воном.

В этой ситуации Гон Джин Сон и Юн Со Ин, которые в конечном итоге предпочли поверить в знаменитую Железную бригаду таинственному Джин Му Вону, решили посмотреть в другую сторону. Сопровождающие не могли ослушаться своих лидеров и поэтому избегали Джин Му Вона.

... Не то, чтобы Джин Му Вон хоть немного заботился о ситуации.

“Не волнуйся, я в порядке”.

“Но...”

“У нас все хорошо, пока мои отношения с ними не станут хуже, чем сейчас, и я очень сомневаюсь, что это произойдет”.

Квак Мун Чжон кивнул. Он хорошо разбирался в ситуации и мог почувствовать правду в словах Джин Му Вона. Железная бригада явно не хотела наживать врага в лице Джин Му Вона. Вместо этого они признали его силу и полезность в их предстоящей миссии.

Если вы видите это, то вы попали не по адресу.

Однако, хотя Джин Му Вон понимал, как думала Железная бригада, это не означало, что он соглашался с ними. Они были прагматичными людьми, но именно этот прагматизм привел их к убийству семидесяти восьми человек в семейном особняке Ньонг за одну ночь. Если бы он включил наемных воинов, это число составило бы более сотни.

Если односторонняя резня не была достаточно серьезной, многие из погибших были невинными свидетелями, которые даже не были частью Гангхо. Они были просто обычными деловыми партнерами семьи Ньонг и гостями на свадьбе. Тем не менее, они все равно были убиты с целью устранения улик.

Таким образом, даже при том, что он знал, что Железная Бригада сделала это только для того, чтобы защитить себя от Савана Смерти, и что Глава Семьи Ньонг был виноват, он не мог заставить себя принять это. Теперь, каждый раз, когда он разговаривал с наемниками, в его голосе звучала определенная резкость; и каждый раз, когда он смотрел на них, в его взгляде, несомненно, была суровость.

Цзинь Му Вон считал, что есть какая-то грань.

Линия на песке(7), созданная людьми для людей.

Линия, которая определила минимально приемлемую этику и мораль, которой всегда должны придерживаться все люди.

Черта, которую никогда нельзя пересекать, потому что в тот момент, когда кто-то это сделает, он потеряет свою человечность и станет зверем.

Железная бригада, несомненно, пересекла эту черту, и они не только пересекли ее, но и нисколько не пожалели об этом.

Для них их собственная безопасность была главным приоритетом. Если кто-то или что-то представляло для них угрозу, они сделали бы все, чтобы избавиться от этого, даже ценой своей человечности и морали. Это был истинный секрет выживания Железной бригады и их идеального послужного списка.

Джин Му Вон очень хорошо понимал, что путь, выбранный Железной Бригадой, был эффективным и логичным. Тем не менее, он не мог признать их, потому что это означало бы отрицать свои собственные убеждения. Хотя в настоящее время он разделял ту же конечную цель и шел с ними параллельным путем, он был уверен, что эти два пути не пересекутся.

Это был хрупкий союз, и никто не знал, когда он распадется.

И Джин Му Вон, и Железная бригада болезненно осознавали этот факт.

Несмотря на это, те, кто перешел черту, и тот, кто этого не сделал, пока останутся попутчиками.

1.  Деревня Танг Хилл (唐文陀): я неправильно перевел это как башню Тан в C68 раньше, но теперь это исправлено. Автор-ним использовал довольно нетрадиционное слово для обозначения “деревни на холме”, которое звучит точно так же, как “башня”, поэтому я не осознавал этого, пока не увидел ханджу в этой главе...

2.  Тан Кван Хо: На случай, если кому-то интересно, ДА, у этого старика ТО ЖЕ ИМЯ, что и у отца нашего ведущего, Джин Кван Хо, просто разные фамилии. Его имя было изменено на Тан Гон У в манхва, чтобы избежать путаницы.

3.  Глава павильона: Я не собираюсь снова и снова печатать “Глава павильона десяти тысяч ядов”, и вы, вероятно, тоже не захотите это читать. Поэтому я сокращу название Тан Ги Муна до “Голова ядовитого павильона” или просто “Голова павильона”, когда это будет уместно.

4.  Небесная алебарда (方天畫戟): разновидность китайской алебарды, которая стала популярной, как он был использован знаменитый генерал Люй Бу в романе “Троецарствие”. Однако, несмотря на то, что Лу Бу - реальный исторический персонаж, он жил в эпоху, когда такое оружие еще даже не было изобретено.

6.  Чэнду: столица провинции Сычуань.

7.  Линия на песке: Автор-ним буквально написал здесь “Линия Мажино (마지노선)”, что в разговорном значении означает “линия, которую нельзя пересекать”, а не укрепление Второй мировой войны, которое оказалось бесполезным. Я беру на себя смелость заменить его, чтобы избежать путаницы.

И что, что мы попутчики? III

Торговый караван "Белый дракон" покинул Чэнду и продолжил свой путь на юг. Они прошли мимо горы Эмэй, города Сичан и округа Датчан, почти не отдыхая и не выспавшись. И все это для того, чтобы добраться до границы между Сычуань и Юньнань менее чем за две недели.

Все были измотаны. Пыль осела на их головах и плечах. Тем не менее, осознание того, что они приближаются к концу своего путешествия, поддерживало их и немного снимало усталость.

“Мы отдохнем здесь сегодня вечером и завтра войдем в провинцию Юньнань. Я дам всем выходной, когда мы прибудем в Куньмин, так что, пожалуйста, продолжайте в том же духе!”

Сопровождающие единодушно вздохнули при мысли о том, чтобы снова разбить лагерь на открытом воздухе. Тем не менее, Гун Джин Сон пообещал, что у них будет выходной в Куньмине, так что, по крайней мере, можно было ожидать чего-то небольшого.

Отработанными движениями конвоиры окружили фургоны и установили лагерные ограждения. За исключением тех немногих, кого поставили на первое дежурство, мужчины быстро поставили палатки и начали готовить ужин.

Пока все это происходило, Джин Му Вон тихо отвел Квак Мун Чжуна на пустынную поляну неподалеку, чтобы понаблюдать за его тренировкой. С тех пор, как они покинули Чэнду, это стало частью повседневной жизни двух молодых людей.

Целью Джин Му Вона было не научить Квак Мун Чжуна его боевым искусствам, а указать на его ошибки и дать советы о том, как ему следует совершенствоваться, точно так же, как Хван Чхоль сделал для мальчика перед исчезновением.

СВИСТ!

Двуручный меч Квак Мун Чжуна рассек темноту. Его дыхание было прерывистым, а лицо покраснело от напряжения. Однако мальчик не произнес ни единого слова жалобы, а только продолжал размахивать своим мечом снова и снова.

Он понял, что получил драгоценную возможность, доступную лишь немногим в мире; возможность быть ведомым настоящим мастером.

Вместо того, чтобы насильно пытаться изменить привычки Квак Мун Чжуна, Джин Му Вон предпочел наблюдать за его сильными сторонами и отталкиваться от них. Он чувствовал, что это лучший способ для так называемого “бездарного человека”, такого как Квак Мун Чжун, совершенствоваться.

Когда движения Квак Мун Чжуна, наконец, начали замедляться, он внезапно закричал: “Остановись, на сегодня достаточно!”

“Хафф ... Хафф…Я все еще могу продолжать!”

“Ты не станешь лучше, просто размахивая мечом. Пока не сможешь двигаться, ничего не добьешься.”

“Но...”

“Отдых и восстановление очень важны для роста мышц. Кроме того, мы очень скоро войдем в Юньнань, и не знаем, какие опасности ждут нас впереди. Вам нужно экономить энергию и следить за тем, чтобы всегда оставаться в отличной форме ”.

“... Понятно”. Квак Мун Чжун был немного разочарован, но он не опроверг логику Джин Му Вона. Встреча с этим удивительным человеком была лучшим, что когда-либо случалось с ним, и до сих пор Джин Му Вон никогда ни в чем не ошибался.

На самом деле, если бы кто-то спросил его, кого он сейчас больше всего уважает, он бы с абсолютной уверенностью сказал, что это Джин Му Вон.

“Тем не менее, ты стал намного лучше, чем раньше”.

“Правда? Хи-хи!” Квак Мун Чжун смущенно хихикнул. Ничто не делало его счастливее, чем комплимент от его кумира.

“Давай вернемся. Если мы опоздаем, нам не достанется еды.”

“Да!”

Однако, как только двое молодых людей собрались возвращаться в лагерь, кто-то встал у них на пути. Это был ледяной, с каменным лицом фехтовальщик Семи навыков из Железной бригады, Гун Сон Чанг.

Гун Сон Чанг спросил Джин Му Вон: “Не могли бы вы уделить мне немного своего времени?”

“Зачем?”

“Давай устроим дуэль”.

“Дуэль?” спросил Джин Му Вон, внимательно наблюдая за лицом Гун сон Чанга.

Он относится к этому абсолютно серьезно.

Джин Му Вон почувствовал слабое желание убить в глазах Гон Сон Чанга. Казалось, что этот человек подошел к нему подготовленным. В тот момент, когда он соглашался на дуэль, наемник вытаскивал свой меч и атаковал.

Гун Сон Чанг прикусил губу и вспомнил, как он впервые встретил Джин Му Вона. Тогда он сказал: “В мире много оружия, но меч - король всего оружия. Изучите это хорошо, и я верю, что вы станете отличным фехтовальщиком. “

Думая об этом сейчас, он понял, что, вероятно, полностью опозорился перед мастером. Всякий раз, когда он представлял, как Джин Му Вон втайне смеется над ним, он чувствовал, как его кровь закипает.

Он был знаком с навыками Му Джина, преемника секты Конгтонг, и никогда не сомневался в силе даоса. И все же, этот Му Джин легко проиграл Джин Му Вону.

Гун сон Чанг понял, что проблема заключается в нем, а не в Джин Му Воне. Именно он почувствовал, что его самооценка была раздавлена и растоптана. Однако единственный способ, который он мог придумать, чтобы восстановить свою поврежденную гордость, - это сразиться с молодым человеком.

Он был уверен, что Джин Му Вон согласится на поединок, который он выиграет без особых усилий. Увы, реакция молодого человека была не такой, какой он ожидал.

“Я отказываюсь”.

“Что?” Гун Сон Чанг удивленно поднял брови. Когда это удивление исчезло, его убийственное намерение снова начало просачиваться наружу.

“Почему?” он спросил.

“Есть ли какой-то смысл в том, что мы сейчас дуэлируем, мастер Гун Сон?”

“Есть ли в этом смысл? Хм! Тебе не кажется, что ты слишком самонадеян? Я что, похож на слабака? Сказать, что дуэль со мной бессмысленна... ”

“Извините, я не это имел в виду. Я просто не хочу сейчас отвлекаться на другие вещи ”..

“Чего ты так боишься?”

“Что?”

“Ты боишься сразиться со мной и проиграть, или ты боишься превратить Железную бригаду в своего врага?”

Бровь Джин Му Вона дернулась. Гун Сон Чанг специально провоцировал его. К сожалению, Джин Му Вон не был обычным человеком.

“Как я только что сказал, я не хочу отвлекаться на другие вещи и бессмысленно тратить свою энергию, особенно сейчас, когда мы вот-вот войдем в Юньнань”.

Джин Му Вон не был заинтересован в дуэли с Гун Сон Чангом. Он ничего не получил от этого, ни славы, ни прибыли.

Рот Гун Сон Чанга раздраженно скривился, когда он издевательски произнес: “Я думал, что ты великий человек, но оказалось, что ты просто трус”.

Квак Мун Чжун в ярости сжал кулак. Он уже собирался закричать в ответ, когда Джин Му Вон схватил его за плечо, чтобы успокоить.

“Хён?”

Квак Мун Чжун посмотрел на Джин Му Вона. В отличие от Гун Сон Чанга, чьи глаза подергивались от ярости, глаза Джин Му Вона были спокойны, как стоячая вода.

“Хмф!” Гун Сон Чанг презрительно фыркнул, затем быстро развернулся и умчался прочь.

Торговый караван Белого дракона вошел в Юньнань. В то время как погода в начале лета на Центральных равнинах была все еще приятной и прохладной, в Юньнань уже было жарко и влажно. Сопровождающие, которые не привыкли к такой погоде, обливались потом, а их лица покраснели.

Если вы видите это, вы попали не по адресу.

Гун Джин Сон напомнил им: “Будьте осторожны, чтобы не быть укушенными ядовитыми насекомыми”.

“Да, сэр!”

Из-за жаркого и влажного климата леса Юньнань были местом размножения многих ядовитых существ.

#Мы наконец-то в Юньнань?

Глаза Джин Му Вона заблестели. Он приближался к концу этого долгого и скучного путешествия. Конечно, это был просто конец путешествия, а не конец его миссии.

Тем не менее, мысль о том, что Хван Чхоль был рядом, была, мягко говоря, утешительной.

Внезапно он почувствовал, что на него направлен острый взгляд. Это был Гун Сон Чанг. С тех пор как он отказался от дуэли с ним день назад, наемник смотрел на него с открытой враждебностью.

С другой стороны, Джин Му Вон не проявлял никакого интереса к Гун Сон Чанг, кроме того факта, что он был на самом деле очень раздражен зацикленностью этого человека на нем. Однако он не хотел тратить свое время и энергию на что-то настолько бессмысленное. Вместо этого он подумал о том, что он будет делать дальше.

#Судя по текущему состоянию моих отношений с Железной бригадой, было бы глупо с моей стороны полагаться на их информацию. Я думаю, что сначала я должен найти человека, о котором мне рассказал Му Джин из секты Конгтонг, “Триединый ученый” Ха Джин Вол.

#Хотя я не уверен, насколько этот человек мог бы помочь, поскольку у него есть такой титул, как “Триединый ученый”, он должен, по крайней мере, обладать объединенным интеллектом трех человек, верно? Один Такой человек не может быть обычным. Он должен хотя бы рассказать мне о ситуации в Юньнань.

Джин Му Вон вздохнул. Он чувствовал, что был слишком оптимистичен. Несмотря на это, он не мог упустить шанс найти местонахождение Хван Чхоля, независимо от того, насколько мала была вероятность.

Джин Му Вон нежно ласкал Снежный Цветок, погруженный в свои мысли.

Внезапно он вспомнил Ын Хан Соль. Прошло уже семь лет с тех пор, как она ушла от него, но он все еще отчетливо помнил каждую мелочь о ее внешности.

# Я надеюсь, что у тебя все хорошо и ты живешь хорошей жизнью.

Каждый раз, когда он думал о женщине, которую любил, его сердце болело так, как будто кто-то вонзил в него нож.

Внезапно он пришел в себя от криков людей.

“Это же труп!”

“Здесь тоже есть труп!”

Джин Му Вон встал со своего места водителя фургона и посмотрел в ту сторону, откуда доносились крики. Там он увидел несколько трупов, разбросанных по земле прямо у дороги.

В воздухе стоял металлический запах крови. Это было доказательством того, что прошло совсем немного времени с тех пор, как эти люди были убиты.

Джин Му Вон подошел к тому месту, где лежали трупы. Он слышал, как Гон Джин Сон и наемники Железной Бригады обсуждали состояние тел.

“Прошло совсем немного времени с тех пор, как эти люди умерли”.

Они пришли к тому же выводу, что и он.

Это некоммерческий перевод. Вы не должны видеть рекламу.

Чон Ри Му Хван перевернул один из трупов. Это был человек в красных одеждах и доспехах. Кинжал размером с детскую ладонь был воткнут ему в затылок, в единственную часть, которая не была прикрыта его доспехами.

Чон Ри Му Хван нахмурился.

Ен Му Сон спросил: “Что случилось?”

“Это яд. Судя по черному цвету лица этого человека, он умер от отравления ”.

“Яд?” Глаза Ен Му Сона сузились.

Спрятанное оружие и яд. Личность преступников не может быть более очевидной.

“... Клан Тан?”

Чон Ри Му Хван кивнул, отчего лица всех присутствующих стали мрачными.

Клан Тан был одной из самых известных фракций в муриме, несмотря на то, что они были кучкой кровнородственных затворников. Это потому, что они не имели себе равных в искусстве ядов и скрытого оружия.

“Почему клан Тан сделал это?”

Один и тот же вопрос возник у всех в голове. Несмотря на то, что яды и скрытое оружие были их сильной стороной, клан Тан обычно воздерживался от применения насилия.

“Кто-то определенно столкнулся с кланом Тан, но мы не можем быть уверены, кто начал драку”.

На лице обычно бесстрашного Ен Му Сона появилось беспокойство. Он не хотел наживать врагов в клане Тан. Хотя Железная бригада была мощной группой, признанной Ганьгхо, они были ничем по сравнению с кланом Тан.

Обеспокоенный возможностью отравления, Ен Му Сон надел перчатки из оленьей кожи, прежде чем обыскивать трупы в поисках чего-то, что могло бы их идентифицировать. Однако он ничего не нашел.

“Какая головная боль”.

Тот факт, что у этих трупов не было ничего, что могло бы подтвердить их личность, может означать только то, что они были готовы к столкновению с кланом Тан. Мало того, это также означало, что эти люди не боялись силы клана Тан.

Ен Му Сон взглянул на Чон Ри Му Хвана, как будто спрашивая его, что он думает обо всей этой ситуации.

Чон Ри Му Хван немного подумал, чтобы собраться с мыслями, а затем сказал: “Во-первых, я не думаю, что мы должны вмешиваться в дела клана Тан, а во-вторых, ни одна из этих сторон не является людьми, которых мы должны делать врагами”.

“Тск!”

Ен Му Сон казался недовольным, но Чон Ри Му Хван проигнорировал его и твердо продолжил: “Наша текущая миссия - спасти Третьего Молодого Мастера Торговой ассоциации Белого Дракона и его коллег. Пока все это не закончится, мы не можем рисковать ввязываться во что-то еще ”.

Лидеры каравана Белого Дракона кивнули в знак согласия со словами Чон Ри Му Хвана. С их нынешней силой защита себя была пределом. Они не могли позволить себе вмешиваться в чужие дела.

Юн Со Ин пробормотала себе под нос: “Даже клан Тан здесь… Что происходит в Юньнань?”

Никто не ответил ей, потому что у всех в голове был один и тот же вопрос.

Пока все остальные были погружены в свои мысли, Джин Му Вон наклонился и осмотрел труп.

Мышцы его верхней части тела крепкие, как говяжья грудинка, а правая рука толстая, как ствол дерева. Только пользователь тяжелого оружия может развить эти особые мышцы до таких крайностей.

Джин Му Вон огляделся в поисках следов мертвеца и проследил путь, который он прошел по траве прямо перед смертью. Затем он встал и пошел по следам, пытаясь воссоздать последние мгновения жизни мертвеца, но никто не обратил на него никакого внимания.

Следы привели его к небольшому холму с видом на лес, где проходила главная дорога. Когда он поднялся на холм, он заметил, что он был покрыт высокой травой, которая, казалось, была вытоптана многими людьми.

Мертвец и его спутники спрятались здесь, чтобы устроить засаду своему врагу.

Джин Му Вон подсчитал количество разных следов.

Здесь было по меньшей мере тридцать человек, включая нескольких экспертов по боевым искусствам.

Он мог примерно определить, насколько сильным был человек, по следам, которые он оставлял позади. Все эксперты были легки на подъем и почти не оставляли следов на земле. Кроме того, эти легкие следы будут плоскими, указывая на то, что распределение веса человека было идеально сбалансированным и всегда контролировалось.

Джин Му Вон посмотрел вниз на лес. Отсюда он мог ясно видеть караван Белого Дракона. Воины клана Тан, вероятно, попали в засаду на том самом месте, где в настоящее время находился караван.

Леса, подобные этим, являются одними из самых неблагоприятных мест для тех, кто использует яды и скрытое оружие.

Распространение ядов по воздуху замедлилось бы из-за отсутствия ветра на лесной подстилке, а деревья можно было бы использовать в качестве укрытия, чтобы уклоняться от брошенного оружия. Кроме того, нападавшие носили толстую броню, которую было бы трудно пробить с помощью стрелкового оружия.

Это была тщательно спланированная засада. Если бы мы были теми, кто прибыл сюда первыми... Тогда, за исключением нескольких членов Железной бригады, большая часть каравана была бы перебита.

При мысли об этом Джин Му Вон почувствовал, как у него кровь застыла в жилах.

Зловоние смерти пропитало это место.

Это было поле битвы.

И что, что мы попутчики? IV

По мере того, как караван Белого Дракона проходил через Юньнань, количество трупов, которые они находили по обочинам дороги, увеличивалось. Все трупы были одеты либо в красные доспехи, либо в зеленую униформу, что доказывало то, что они принадлежали только к двум фракциям.

Чем больше тел они видели, тем мрачнее становились лица наемников Железной бригады.

Только члены клана Тан носили такую зеленую форму. Кроме того, это была униформа, которую клан Тан надевал только тогда, когда они были готовы к битве, а не то, что они обычно носили в деревне на Холме Тан.

На данный момент больше нельзя было отрицать причастность клана Тан. Все, от эскорта Белого Дракона до наемников Железной бригады, тащились вперед с тяжелым сердцем.

В мире существовало множество сект и кланов муримов, но не было фракции, которая определяла бы столь четкую границу между “другом” и “врагом”, как клан Тан. Те, кто относился к клану Тан с добротой, будут вознаграждены в десять раз, а те, кто оскорбил их, будут наказаны стократно.

Самое главное, что любой, кто причинит вред члену клана Тан по официальным делам клана, будет внесен в черный список всего клана.

#Я облажался. Когда мы нашли первое тело, нам следовало немедленно развернуться и отправиться обратно.

Одна и та же мысль пронеслась в головах Гон Чжин Сона и Чон Ри Му Хвана.

На данный момент они уже нашли несколько десятков мертвых тел. Было ясно, что клан Тан ведет затяжную борьбу с грозным врагом.

Чон Ри Му Хван повернулся к Ен Му Сону и сказал: “Будет лучше, если этот конфликт закончится до того, как мы догоним его, но если этого не произойдет, мы должны быть готовы к драке в любое время”.

“Тск! Это безумие. Я не могу поверить, что мы столкнулись с такой ситуацией сразу после въезда в Юньнань. Тем не менее, это миссия, которую мы абсолютно не можем провалить ”.

“Это моя вина. Мне следовало быть более осторожным ”. Лицо Чон Ри Му Хвана потемнело.

Образ действий Железной бригады заключался в том, чтобы избегать потенциально опасных ситуаций, насколько это возможно, а если они не могли этого избежать, они проявляли инициативу, чтобы избавиться от угрозы. Выбирая миссии, они соглашались только на те, в которых были уверены, что преуспеют, стараясь никогда не рисковать, что может уничтожить их.

“Ну, с этим мы сейчас ничего не можем поделать. Все, будьте начеку. Мы понятия не имеем, с чем можем столкнуться. Чон Ри Му Хван, с этого момента ты отдаешь приказы.”

“Да, сэр!” - закричали наемники, готовя свое оружие.

Чон Ри Му Хван посмотрел на Им Чжин Йопа и сказал: “Чжин Йоп-хён, ты берешь на себя инициативу”.

“Конечно!”

Им Чжин Йоп, который раньше был охотником, был самым подходящим человеком, чтобы разведать путь впереди.

“Командир, вы и вице-командир Чэ должны следовать прямо за ним”.

Два лидера наемников кивнули в знак согласия.

“Джин Хон Хён, пожалуйста, приготовь свой лук и стрелы, чтобы стрелять в любой момент”.

“Понял”.

“Гон Сон Хен, ты посередине. Ман-хён и Джин-хён, вы двое поддерживаете его ”.

.

“Хорошо!”

Чон Ри Му Хван без колебаний приказал наемникам развернуться. Он был стратегом Железной бригады, факт, который понимал даже неуправляемый Джи Сон Юл, поэтому никто не ослушался его и не спорил с ним.

После размещения наемников на стратегических позициях, Чон Ри Му Хван сказал Гон Чжин Сону: “Финансовый директор Гон, пожалуйста, прикажи сопровождающим быть готовыми покинуть караван в любое время. В худшем случае нам придется отказаться от фургонов и багажа ”.

“Но...”

“Выживание - наш высший приоритет”.

“... Хорошо”. Гон Чжин Сон сдался и принял мнение Чон Ри Му Хвана.

Наконец, Чон Ри Му Хван повернулся к Джин Му Вону. Он открыл рот, как будто собирался что-то сказать, но затем снова закрыл его.

Ен Му Сон недоверчиво посмотрел на него, спрашивая: “Разве ты не собираешься давать ему инструкции, как ты делал со всеми остальными?”

“Нет. Он не тот человек, которого я могу контролировать, и если я не могу быть уверен, что он сделает то, что я скажу, я могу просто исключить его из своих планов”.

“Прямо сейчас, имея еще одного воина, было бы ...”

“Я понимаю твою точку зрения, но я уже принял решение”.

Гон Сон Чанг, которому не так давно Джин Му Вон отклонил его просьбу о дуэли, кивнул в знак согласия. Видя, что даже один из его самых доверенных подчиненных ведет себя подобным образом, Ен Му Сун слегка нахмурил брови, но не стал продолжать обсуждение этого вопроса.

Если уход Джин Му Вон был окончательным решением Чон Ри Му Хвана, то так тому и быть. Он верил в мудрость своего заместителя командира, который до сих пор защищал Железную бригаду от всевозможных опасностей.

#Тск! Похоже, нам все-таки не избежать ухудшения наших отношений с ним.

Неприятные комментарии, которые Джин Му Вон сделал по поводу семейного дела Ньонг, действительно испортили их отношения с ним безвозвратно.

Если они не могут доверять друг другу настолько, чтобы подставлять друг другу спины, тогда они могли бы просто исключить Джин Му Вон из своего формирования. Это была пустая трата мощной боевой силы, но даже Ен Му Сон не мог быть уверен, что молодой человек будет беспрекословно выполнять приказы.

#Я хотел пригласить его работать под моим началом, но поскольку это больше невозможно, мне придется провести черту между нами и ним. Если я заставлю ребят работать с ним сейчас, это подорвет их моральный дух.

В конце концов, желания Железной бригады оказались важнее всего остального. Судя по тому, как Джин Му Вон вел себя во время всего этого путешествия, он не был похож на человека, который спокойно выполнял приказы убегать, чтобы не впутаться в дела клана Тан. С другой стороны, даже если им приходилось делать что-то трусливое, Железная бригада всегда выживала. Пока существовала эта разница в принципах, они не могли работать вместе с ДжинМу Вон.

“Хорошо, делай, как тебе заблагорассудится”, - заключил Ен Му Сон.

“Спасибо”.

Чон Ри Му Хван краем глаза взглянул на Джин Му Вона, однако молодой человек тупо смотрел перед собой, как будто их разговор его не касался.

Как я и думал, я вообще не могу понять, что происходит в голове этого человека!

Как и Ен Му Сон, Чон Ри Му Хван понимал, что отказ от участия Джин Му Вона в их планах, вероятно, был неправильным поступком. Но даже в этом случае он не мог узнать этого человека. Их личные ценности были слишком разными.

#Однажды вы также узнаете, что Гангхо - это не то место, где вы можете выжить в одиночку.

Он стиснул зубы и приказал каравану продолжить свое путешествие.

Ведя свой фургон, Джин Му Вон заметил Чон Ри Му Хвана, который стоял впереди и возглавлял караван Белого Дракона. Он чувствовал, что стратег намеренно избегает его и воздвиг между ними непреодолимую стену.

Эта стена была кристаллизацией противоположных моральных принципов и ценностей, которых придерживался каждый из них. Убеждения человека - это не то, что можно легко изменить, и уж точно не потому, что кто-то другой с ним не согласен.

СВИСТ!

Внезапно двое людей, мужчина и женщина, бросились по траве к фургону, их одежда была испачкана кровью.

Ен Му Сон крикнул: “Остановись прямо там!”

ШИНГ!

Наемники Железной бригады и эскорт Белого Дракона немедленно вытащили свое оружие.

Увидев это, окровавленная женщина, Тан Ми Ре, закричала: “Подождите! Мы принадлежим к клану Тан, и за нами гонятся головорезы! Пожалуйста, помогите нам!”

Ен Му Сон встал перед женщиной, которая поддерживала едва приходящего в сознание пожилого мужчину, истекающего кровью из его открытых ран как сумашедший, и спросила: “Ты из клана Тан?”

“Да! Этот человек - мой дядя, мастер Тан Ги Мун! Мы попали в засаду, и мой дядя был тяжело ранен! Пожалуйста, помогите нам, мы обязательно отплатим вам за вашу доброту! ”

“Тск!”

Ен Му Сон был в противоречии. Железная бригада выиграла бы, если бы они помогли клану Тан, но в то же время они также нажили бы врага из того, кто устроил им засаду. Не зная деталей, он не мог решить, на чьей стороне он должен быть.

Он бросил взгляд на Чон Ри Му Хвана, который мягко покачал головой.

Тан Ми Ре не был ни слепым, ни бестактным человеком. Ен Му Сон и Ассоциация торговцев Белого Дракона явно не хотели ей помогать, но это все равно не означало, что она могла сдаться.

“Пожалуйста, я умоляю тебя. Если ты поможешь мне на этот раз, клан Тан щедро вознаградит тебя.

“Мне очень жаль, юная мисс. Мы всего лишь обычный торговый караван и не желаем вмешиваться в хаотичные дела Ганьгхо, - твердо ответил Чон Ри Му Хван. Ему было неприятно бросать кого-то в беде, но на этот раз у него не было свободы выбора.

#Враг, которому даже Клан Тан не может противостоять, определенно тот, с которым нам не следует связываться.

Тан Ми Ре прикусила губу. Если бы она не была в такой отчаянной ситуации, она бы никогда не опустила голову и не стала умолять другого человека о помощи. Однако неизвестные враги расставили ловушки и устроили засаду на клан Тан. Исходя из того факта, что они были нацелены на Тан Ги Муна, мастера яда, во-первых, их атака была тщательно спланирована заранее.

Воины клана Тан отважно сопротивлялись, но скрытое оружие, в котором они так хорошо разбирались, не могло пробить красную броню их врагов. Тан Юн Хо, их самый сильный воин, храбро бросился головой вперед на врагов, но был разрублен пополам одним ударом вражеского клинка.

Затем воины клана Тан быстро обнаружили слабые места красной брони между суставами и уничтожили несколько из них, но к тому времени было уже слишком поздно. В конце концов, вся молодая элита клана Тан была уничтожена.

Эти молодые воины были родственниками и друзьями Тан Ми Ре. Если бы ей не было поручено защищать Тан Ги Муна, она бы предпочла сражаться до самого конца с остальными, а не убегать, плача кровавыми слезами.

Приготовления врагов к битве с кланом Тан были пугающе тщательными. Однако самым страшным среди них должен был быть их лидер, гигант…

СОДРОГНИСЬ!

От одной мысли об этом мужчине у нее по коже побежали мурашки.

Тан Ми Ре снова посмотрела на Ен Му Сона и взмолилась: “Пожалуйста...”

“Мне очень жаль, юная мисс”, - сказал он, делая знак каравану продолжать движение.

Когда они проходили мимо, наемники Железной Бригады и эскорт Белого Дракона смотрели на Тан Ми Ре со сложными чувствами, прекрасно понимая, насколько бессердечными они были, но никто из них не сказал ничего, что могло бы вывести из себя Чон Ри Му Хвана.

Тан Ми Ре в отчаянии встретилась взглядом с каждым из них, даже когда она поддерживала своего раненого дядю. Она поняла, что нет смысла снова просить их. Если бы она была на их месте, она могла бы сделать то же самое. Тем не менее, она никогда не предполагала, что с кланом Тан будут обращаться так жестоко в такой отдаленной части мира.

#В конце концов, мир - жестокое место, да?

Она чувствовала, что стоит посреди ямы отчаяния, медленно погружаясь все глубже в ее глубины каждый раз, когда мимо нее безмолвно проезжал фургон.

Однако, как только она почувствовала, что весь караван собирается уходить, темная тень заслонила свет перед ней.

Она подняла голову, только чтобы увидеть, как один из водителей фургонов смотрит на нее сверху вниз. Он протянул руку и сказал: “Садись”.

“Ах!”

Глаза Тан Ми Ре задрожали от удивления и благодарности.

Месть - это цикл, который никогда не заканчивается I

Требуется сто дней, чтобы научиться пользоваться копьем. Тысяча дней, чтобы овладеть дао. И десять тысяч дней, чтобы привыкнуть к мечу.

Однако требуется всего один день, чтобы научиться убивать людей.

К сожалению, Гангхо был местом, кишащим монстрами, которые убивали людей, чтобы заработать на жизнь.

Дрожащими глазами Тан Ми Ре посмотрела на протянутую ей руку. С одной стороны, она была такой изящной и неповрежденной, что трудно было поверить, что она принадлежала мужчине. Словно рука изящной женщины, которая никогда в жизни не занималась никакой тяжелой работой по дому.

С другой стороны, она чувствовала мощную силу за этой рукой, силу, которую можно было получить, только пройдя через бесчисленные трудности и испытания в жизни.

Мужчина повторил: “Заходи”.

Тан Ми Ре почувствовала необъяснимое влечение к мужскому голосу и схватила его за руку. Затем мужчина быстро затащил ее и Тан Ги Муна в повозку и усадил их рядом с собой.

- С-спасибо, - пробормотала она, запинаясь.

Джин Му Вон, человек, который помог ей, ответил: “Тебе не нужно меня благодарить. Это вполне естественно - помогать нуждающемуся человеку”.

Внезапно выражение его лица стало жестким. Чон Ри Му Хван и Железная бригада маршировали к нему.

“Что ты делаешь?” - спросил Чон Ри Му Хван, свирепо глядя на Джин Му Вона. Как будто в поддержку своего заместителя командира, остальная часть Железной бригады носила такое же выражение ярости и неодобрения на своих лицах.

Однако Джин Му Вон не дрогнул.

“Почему ты взял их без разрешения? Разве ты не слышал, что я только что сказал? ”

“Я слышал тебя очень ясно.”

“И ты все еще помогал им? О чем, черт возьми, ты думаешь...”, Чон Ри Му Хван так сильно прикусил губу, что из нее покапала кровь. Если бы глаза могли убивать, он бы уже убил Джин Му Вона своим пронзительным взглядом.

#Этот человек совершенно неуправляем. Чтобы действовать безопасно, нам нужно действовать сплоченно, как группа. Каждый должен научиться терпеть некоторое количество неудовлетворенности и дисгармонии, чтобы оптимизировать наши сильные стороны и минимизировать наши потери, потому что это то, что значит быть частью группы!

#И все же этот человек, Джин Му Вон, неоднократно нарушал это основное правило. Его девиантное поведение представляет угрозу для всех в караване и сильно повлияет на успех нашей миссии. Я больше не могу сидеть спокойно и позволять ему делать все, что ему заблагорассудится!

“Пожалуйста, не обращайте на них внимания. Ты ставишь под угрозу безопасность всего каравана.

“Мастер Джин, пожалуйста, делайте так, как инструктирует заместитель командующего, Чон Ри Му Хван”, - добавил Гон Джин Сон, проясняя свою позицию.

Джин Му Вон перевел взгляд на Ен Му Сона, который стоял рядом с Чон Ри Му Хваном.

“Командир Ен, вы чувствуете то же самое, что и они двое?”

“Имеет ли значение, что я думаю? Я имею в виду, что я могу сделать? Если это то, чего все хотят, у меня нет выбора, кроме как следовать за ними.” Ен Му Сон беспечно пожал плечами.

Чон Ри Му Хван сделал шаг вперед и пригрозил: “Ну, мастер Джин?”

Хотя они не выражали это так явно, как Чон Ри Му Хван, большинство членов каравана поддержали стратега Железной бригады. Их коллективные взгляды упали на плечи Джин Му Вона, как огромный груз, пытающийся сокрушить его железную волю.

Бессловесное давление на Джин Му Вона было настолько велико, что даже Квак Мун Чжун мог это почувствовать.

Тем не менее, выражение лица Джин Му Вона не изменилось. Видя отсутствие реакции, даже Чон Ри Му Хван не мог не чувствовать себя немного напуганным.

После долгой паузы Джин Му Вон спросил: “Ты действительно думаешь, что выберешься отсюда в целости и сохранности только потому, что оставил их позади?”

“До тех пор, пока вероятность не равна нулю, не стоит рисковать их спасением. Ваши действия ставят под угрозу не только вас, но и каждого из нас. Поскольку есть хороший шанс, что мы сможем избежать неприятностей, просто закрыв один глаз, мы не должны усугублять проблему. Вот почему я приказываю вам отказаться от них сейчас же.

Каждое слово, слетавшее с уст Чон Ри Му Хвана, было подобно острому, как бритва, кинжалу, предназначенному для того, чтобы пронзить сердце слушателя, особенно Тан Ми Ре.

#Теперь я вижу, что рыцарство в Гангхо умерло.

До того, как она впервые покинула клан Тан, Тан Ми Ре все еще питала иллюзии о величии и рыцарстве Ганьгхо в своем сердце.

Она представляла себе, что Гангхо - это место, где вершится правосудие, где сильные помогают слабым, где коррупция наказывается.

Однако то ганхо, которое она испытала, было совершенно другим. Это было жестокое, безжалостное место, где в тот момент, когда человек проявлял слабость, звери, прячущиеся в темноте, немедленно набрасывались на него и разрывали в клочья.

Тан Ми Ре с тревогой посмотрел на спину Джин Му Вона, но тот молчал, как будто испуганный растущим давлением, исходящим от Чон Ри Му Хвана и членов каравана.

Он был ее единственной надеждой. Тан Ми Ре искренне молился, чтобы Джин Му Вон выступил против тирании большинства.

Наконец, Чон Ри Му Хван выдвинул свой ультиматум, сказав: “Мы или она? Пожалуйста, выбирайте сейчас ”.

“......” Джин Му Вон ответил не сразу. Его взгляд был устремлен вдаль, как будто он был чем-то отвлечен.

Взбешенный тем, что его проигнорировали, Чон Ри Му Хван взревел: “Ты...”

“Подожди!” - внезапно воскликнул Ен Му Сон, схватив Чон Ри Му Хвана за плечо.

“Что за…?!”

“Ш-ш-ш!”

У Ен Му Сона было серьезное выражение лица. Увидев это, Чон Ри Му Хван немедленно закрыл рот.

“Черт! Я опоздал, уже слишком поздно.

“Что?”

“Разве ты не чувствуешь этого?”

Чон Ри Му Хван поспешно задействовал свои усиленные ци чувства, и затем он, наконец, обнаружил то, что насторожило Джин Му Вона и Ен Му Сона – намерение убить.

“С каких это пор?”

Намерение убить было окружено стеной, предназначенной для того, чтобы загнать их в клетку, но проблема была в том, что Чон Ри Му Хван понятия не имел, когда их начали окружать. Он повернулся к Джин Му Вону за ответами, но Джин Му Вон не обратил на него внимания.

Только тогда суровая правда поразила его.

#Почувствовал ли он их примерно в то время, когда мы начали разговаривать? Как далеко они должны были быть в то время?

Ен Му Сон щелкнул языком.

“Ну, будь я проклят. Этот парень с самого начала знал, что мы окружены. Даже если бы мы проигнорировали этих воинов клана Тан, мы не смогли бы вырваться из их окружения.

“Тогда он должен был сказать это с самого начала ...” Голос Чон Ри Му Хвана затих. Даже он чувствовал, что сейчас ведет себя крайне неубедительно и мелочно.

Намерение убить было направлено не только на Тан Ми Ре и Тан Ги Муна, но и на всех, кто был поблизости. Это означало, что каждый здесь был мишенью для казни.

“Тск!” Чон Ри Му Хван поморщился.

Джин Му Вон сказал Квак Мун Чжуну: “Что бы ни случилось, никогда не оставляй меня”.

“Понял, Хен!” Квак Мун Чжун отчаянно закивал.

ХЛОП, ХЛОП, ХЛОП!

“Какая жалость. Это было действительно интересное шоу, которое вы, ребята, устроили, и я планировал наблюдать за вами до конца, понимаете? Тем не менее, даже несмотря на то, что он был неполным, мне очень понравилось представление ”.

Крупный мужчина с бородой, похожей на ежа, появился из-за деревьев, хлопая в ладоши в знак аплодисментов. На спине он нес устрашающую алебарду небесного пронзителя.

Когда человек приблизился к ним, наемники Железной Бригады и воины сопровождения быстро выхватили свое оружие.

Если вы видите это, то вы попали не по адресу.

Чон Ри Му Хван закричал: “Кто ты такой?!”

Мужчина не ответил Чон Ри Му Хвану и только раздраженно поковырял в ушах, услышав голос стратега. Увидев это, Чон Ри Му Хван закусил губу от негодования.

Мужчина немного огляделся, и когда его взгляд наконец остановился на Джин Му Воне, в его глазах загорелся интерес.

“Меня зовут Нам Гун Ви. А как насчет тебя?”

“Джин Му Вон”.

“Какое милое имя. Итак, когда вы узнали, что мы окружили вас? В тот момент, когда мы начали?

“…….”

“Кукуку! Я так и думал. Теперь ты, кажется, уверен, что выйдешь отсюда живым, но это просто лишает меня дара речи, понимаешь?”

Хотя гигант, который называл себя Нам Гун Ви, по-детски хихикал, пока его лицо не покраснело, никто в караване Белого Дракона не осмелился действовать опрометчиво. Сам человек был безумным и опасным, но пятьдесят воинов в красных доспехах, появившихся позади него, были не менее угрожающими, каждый из которых обладал аурой такой же силы, как наемники Железной бригады.

#Кто, черт возьми, эти люди? Как будто они идеальные копии друг друга, сделанные по одному образцу, с одинаковыми боевыми искусствами и аурами! Даже самым могущественным группировкам в Ганьгхо было бы трудно собрать финансы, ресурсы и эликсиры, необходимые для создания такой военной силы. Самое главное, я никогда раньше не видел красных доспехов, которые они носят на Центральных Равнинах. Чон Ри Му Хван был сбит с толку.

Он осторожно спросил: “Откуда вы, люди? Вершина Небес?”

“Что за глупый вопрос. Что заставляет вас думать, что мы дадим вам ответ? ”

“Ты отпустишь нас, если мы просто тихо уйдем?”

“Вау, я никогда раньше не встречал такого бесстыдного человека, как ты. Зачем мне идти на все, чтобы окружить тебя, если я планировал позволить тебе сбежать? Я думал, что ты выглядишь довольно умно, но, думаю, в конце концов, это просто внешность и никаких мозгов. Губы Нам Гун Ви скривились в усмешке. Он сдерживался только до тех пор, пока забавляться с Чон Ри Му Хваном было в некотором роде весело.

Его миссией было уничтожить каждого члена экспедиционных сил клана Тан, не раскрывая его личность. Зная силу клана Тан и тот факт, что они принадлежали к Вершине Небес, он не мог позволить себе быть беспечным.

Лицо Чон Ри Му Хвана сморщилось от оскорбления, но Нам Гун Ви уже потерял к нему всякий интерес, вместо этого повернувшись к Джин Му Вону и спросив: “Эй, если я тебя вежливо попрошу, не мог бы ты любезно передать мне этих двоих и уйти?”

“Не будь смешным. Зачем мне позволять им садиться в мой фургон, если я собирался бросить их? Я думал, что ты выглядишь довольно умно, но, думаю, в конце концов, это просто внешность, а не мозги.

Попробовав свое собственное лекарство, Нам Гун Ви расхохотался: “Кукуку! Черт возьми, как я люблю этого парня! Кухахаха! Он смеет так разговаривать со мной, Нам Гун Ви. Какой интересный парень!”

СВИСТ!

Оглушительный звук раскатистого смеха Нам Гун Ви зазвенел у них в ушах и отразился в их черепах, заставив лица наемников Железной бригады и сопровождающих Белого Дракона побелеть как полотно.

Ен Му Сон крикнул: “Собери свою ци и защити свои сердца 1 от разрыва!”

Мастера боевых искусств немедленно выполнили указания Ен Му Сона, но для некоторых из них было уже слишком поздно. Неожиданная атака звуковой волны Нам Гун Ви застала их врасплох и вызвала внутренние повреждения, прежде чем они смогли отреагировать.

#Какая мощная ци! Глаза Чон Ри Му Хвана дрогнули от шока и смятения. Только настоящий мастер более высокого уровня может вызвать внутренние повреждения, просто смеясь.

“Если ты не отдашь их мне, тогда ты не оставляешь мне другого выбора, кроме как убить всех здесь”.

По команде Нам Гун Ви воины в красных доспехах бросились вперед, одновременно обнажая оружие.

СВИСТ!

Ен Му Сон быстро встал перед Чон Ри Му Хваном и сказал: “С этого момента я главный”.

“Но, коммандер!..”

“Этот бой за пределами твоих возможностей”.

“Прекрасно… Я понимаю.”Чон Ри Му Хван был расстроен, но закусил губу и послушно отступил назад.

Ен Му Сон почесал затылок и посмотрел на Нам Гун Ви, говоря: “Ну, я не хотел столкнуться с вами, красными призраками, но раз уж столкнулся, предупреждаю вас, что не стоит недооценивать Железную бригаду. То, что я не люблю раздражать и участвовать в глупых битвах, не значит, что я слабее тебя.

“Мы посмотрим на это”.

“Не волнуйся, ты не пожалеешь, увидев это”.

Ен Му Сон широко улыбнулся, обнажив десны. Его аура вырвалась из него, и в ответ наемники Железной Бригады также выпустили свои убийственные ауры.

РЕВ!

Подобно огромному красному цунами, воины в красных доспехах обрушились на Железную Бригаду и воинов Белого Дракона.

Месть- это цикл, который никогда не заканчивается II

РРРРРРРРР!

Чхэ Як Ран стиснула зубы, наблюдая, как воины в красных доспехах устремляются к ней.

СОДРОГНУЛСЯ!

Она чувствовала, как сопровождающие Белого Дракона рядом с ней дрожат от ужаса. Страх был очень заразной болезнью, и если все будет продолжаться так, как было, их моральный дух упадет до точки невозврата, что сделает сопровождение бесполезным и, по сути, приведет к их коллективной гибели.

#На этот раз Му Хван допустил серьезный просчет.

Решив проигнорировать воинов клана Тан, Железная бригада показала свою уязвимость и неуверенность сопровождающим Белого Дракона. В результате эскорт теперь сомневался в своей силе и способности обеспечить их безопасность, особенно перед лицом ужасающе сильного врага.

Недалеко от Чхэ Як Ран, Ен Му Сон пришел к тому же выводу, что и она.

#Черт, я не должен был передавать командование Му Хвану. Если бы я заранее знал, что все так закончится, я бы сделал шаг вперед и сам взял на себя ответственность за это решение.

Как и его заместитель командира Чон Ри Му Хван, Ен Му Сон также не мог смириться с прямотой Джин Му Вона. Однако, как лидер, он чувствовал, что именно он должен был показать их уродливую сторону вместо своего подчиненного. Но теперь было уже слишком поздно сожалеть.

#Что ж, об этом стоит подумать после того, как мы переживем этот кризис!

Ен Му Со н крепче сжал свой дао из драконьей чешуи и крикнул: “Все, соберите свои задницы! Цзинь Хун, обеспечь поддержку сзади!”

“Да, сэр!” - твердо ответил Дам Цзинь Хун. Он обострил свой взгляд, как никогда раньше, наложил стрелу на тетиву, прицелился в одного из воинов в красных доспехах и выстрелил.

ЗВОН!

С громким свистом стрела пролетела по воздуху у головы врага, единственной жизненно важной части тела, которая не была защищена броней. Точно так же, как Дам Цзинь Хун верил, что его стрела пронзит горло цели…

БАХ!

Его вера в свое мастерство была разрушена вместе со стрелой, которую легко отбила шипастая булава воина.

Затем воин ухмыльнулся Дам Джин Хонгу, как будто он уже знал, куда нацелится наемник.

Этот ублюдок!

Глядя в глаза врага, которые были такими же дикими, как у голодного волка, Дам Цзинь Хун почувствовал, как его кровь застыла.

“А-А-А!”

Тем временем разразилась тотальная битва, когда столкнулись воины в красных доспехах, Железная бригада и эскорт Белого Дракона. Повсюду были слышны крики людей и лязг оружия, когда сцена превратилась в настоящий хаос.

Кровь хлынула в небо, как гейзер, и отрубленные конечности упали на землю со звуком "плюх".

Юн Со Ин стояла посреди беспорядка, ее лицо было белым, как простыня.

“Это смешно. Почему это происходит с нами ...? ”

Мертвые тела громоздились одно за другим, и кровь лилась рекой.

Еще несколько мгновений назад Юн Со Ин была уверена, что сможет защитить себя, используя боевые искусства, которым она научилась у секты Конгтонг. Эта вера в себя заставила ее присоединиться к каравану Юньнань, думая, что ее собственной жизни никогда не будет угрожать опасность.

Теперь жестокая реальность говорила ей, насколько она была неправа. Прямо перед ее глазами лежали безжизненные тела сопровождающих, которых она знала годами, брошенные на землю, как бесполезный мусор.

Она даже беспомощно наблюдала, как искра жизни погасла в одном из их глаз, как свечи на ветру.

ДРОЖЬ!

Ее рука с мечом неудержимо дрожала. Она знала, что должна взять себя в руки, но она просто не могла стереть яркое воспоминание о взгляде в глазах этого эскорта, когда его жизнь угасала.

Заметив, что она беззащитна, один из воинов в красных доспехах подошел к ней.

СВИСТ!

Если вы видите это, то вы попали не по адресу.

Зазубренный меч воина полетел прямо в шею Юн Со Ин, но она все еще была слишком потрясена, чтобы заметить это.

ЛЯЗГ!

Чхэ Як Ран, который был рядом, едва успел вовремя блокировать зазубренный меч и закричал: “Эй! Проснись! Ты хочешь умереть?”

Юн Со Ин наконец пришла в себя.

“П-прости...”

“Это зависит от тебя, чтобы защитить себя. Будь начеку ”.

“Я понимаю”.

Юн Со Ин крепче сжала свой меч-хлыст (уруми). Дрожь в ее руках немного утихла, но тревога в ее глазах была ясна как день.

Она никогда не чувствовала себя такой частью жестокого ганго, как сегодня. Не имея другого выбора, она изо всех сил подавляла свой страх и боролась за свою дорогую жизнь.

Вы должны прочитать это по адресу northbladetl.com .

На некотором расстоянии, в середине танца смерти, Джин Му Вон и Нам Гун Ви стояли лицом друг к другу.

Возможно, именно потому, что Нам Гун Ви выбрал его своим противником, воины в красных доспехах избегали Джин Му Вона. В свою очередь, Нам Гун Ви не винил их, как будто это было естественно.

“УВАААААРРХ!”

Когда отчаянные крики умирающих членов каравана достигли его ушей, лицо Джин Му Вона потемнело. Возможно, он не ладил с ними, но ему тоже было не по себе, просто наблюдая, как они умирают.

Тем не менее, пока здесь был Нам Гун Ви, он не мог им помочь. Огненная аура вражеского лидера взорвалась подобно извержению вулкана, но ее истинная природа была ближе к природе шипящей змеи, хладнокровно наблюдающей за Джин Му Вон, тщательно рассчитывающей свои силы, даже когда она была готова нанести удар.

Обычно стимуляция от наблюдения вызывала бы реакцию “коленного рефлекса”, но Джин Му Вон оставался совершенно неподвижным и спокойным вопреки здравому смыслу Нам Гун Ви.

#Либо он вообще не владеет боевыми искусствами, либо он мастер, который полностью контролирует свое тело. Учитывая его самообладание, вероятно, последнее.

Внезапно взгляд Нам Гун Ви обратился к Тан Ми Ре, который стоял позади Джин Му Вона. Он угрожающе сказал: “Эй, сука! Все эти люди умирают из-за тебя, так что ты должен взять на себя ответственность за них ”.

Тан Ми Ре вздрогнула, когда огромное количество убийственных намерений в голосе Нам Гун Ви напомнило ей, насколько пугающим был человек перед ней. Это был монстр, который одним ударом убил троих молодых представителей элиты клана Тан. Кроме того, она не знала, насколько эффективен яд на нем, но она знала, что ее скрытое оружие было совершенно бесполезно против толстой красной брони, которую он носил.

#Эти люди буквально являются естественными врагами клана Тан.

Не нужно быть гением, чтобы понять, что эта группа была тщательно создана с единственной целью - победить клан Тан.

Тан Ми Ре вздрогнул.

#У клана Тан нет шансов против этих воинов. Но кто они? Есть ли могущественная фракция, которая так сильно ненавидит клан Тан, что они сделают это только для того, чтобы уничтожить нас?

Хотя Клан Тан был сверхдержавой, а также членом Пяти Великих Кланов, Тан Ми Ре не мог вспомнить никого, кого они оскорбили настолько, чтобы потратить столько денег и ресурсов на что-то настолько экстремальное.

#Возможно, мы неосознанно оказались вовлечены в масштабный, жуткий заговор.

Кровь Тан Ми Ре застыла в жилах, когда она задрожала от страха и трепета.

Однако, вместо страха перед неизвестностью, непосредственное давление, исходящее от Нам Гун Ви перед ней, было гораздо труднее вынести. Для нее, неопытной, глаза гиганта были похожи на глаза дикого зверя, смотрящего на свою жертву, возбужденные, но кровожадные.

ШАГ.

Водитель фургона, одетый в красновато-коричневую одежду, похожую на пропитанную кровью землю, встал между ней и Нам Гун Ви, приняв на себя основную тяжесть его ауры вместо нее.

“Ах!”

Огромное давление на Тан Ми Ре мгновенно исчезло, как будто его никогда и не было.

Этим возницей фургона был, естественно, Цзинь Му Вон.

“Хмф!”

Нам Гун Ви насмешливо фыркнул и схватил свою алебарду "небесный пронзатель". В одно мгновение его аура усилилась в несколько раз.

Несмотря на возросшее давление, словно большой валун пытался придавить его, расслабленное выражение лица Джин Му Вона никогда не менялось, оставляя глубокое и неизгладимое впечатление на Тан Ми Ре.

Нам Гун Ви направил свою алебарду на Джин Му Вона и насмешливо произнес: “Ты же не собираешься теперь струсить от меня, не так ли?”

“Если бы я собирался отступить, я бы вообще не вмешивался”.

Нам Гун Ви ухмыльнулся и сконцентрировал свою ци, когда ответил: “Хорошо, давай узнаем, насколько ты силен!”

РЕВ!

С оглушительным ревом алебарда пронзающего небо обрушилась на Джин Му Вона, как яростная волна на штормовом море. На ветру, который превратился в лезвия, его одежда дико развевалась, угрожая прорезать его кожу.

Джин Му Вон сузил глаза.

Нам Гун Ви был, безусловно, самым сильным противником, с которым он столкнулся после прихода на Центральные равнины. Даже Му Цзинь из секты Конгтонг не мог сравниться с Нам Гун Ви.

Тем не менее, он не чувствовал ни малейшего страха. Вместо этого его сердце было наполнено жутким спокойствием, не содержащим ни волнения, ни нервозности, как будто его душа была отделена от тела и наблюдала за ситуацией со стороны.

“Прежде чем мы сразимся, я должен кое-что узнать. Не возражаете сначала ответить на вопрос?

“До тех пор, пока это вопрос, на который я могу ответить”.

“Ты тот, кто вызвал исчезновение торговых караванов?”

“Хм, интересно...” Нам Гун Ви ответил неопределенно, с загадочной улыбкой на лице.

Это решило все для Джин Му Вон. Гигант определенно причастен к исчезновениям. Он снова спросил: “Ты несешь ответственность за все, что происходит в Юньнань?”

“Ух ты, вот так! Ты меня переоцениваешь. Я не вдохновитель, просто человеческое оружие. ”

“Тогда кто же стоит за всем этим?”

“Тебе интересно?”

Джин Му Вон кивнул.

Нам Гун Ви ухмыльнулся, как непослушный мальчишка, собирающийся сделать какую-нибудь пакость, но Джин Му Вон не купился на его плохую игру. В отличие от остальных, он ясно видел варварскую дикость и безжалостность, окружавшие гиганта подобно бушующему вихрю.

Нам Гун Ви погрозил пальцем Джин Му Вону в приглашающем жесте и сказал: “Если ты хочешь знать ответ, сначала тебе придется победить меня”.

“Если я это сделаю, тогда ты скажешь мне то, что я хочу знать?”

“Может быть?..”

“Я понимаю, в таком случае...”

СУКА!

Джин Му Вон исчез из поля зрения Нам Гун Ви, заставив его инстинктивно поднять свою алебарду для защиты.

БАМ!

Мощный удар обрушился на алебарду Нам Гун Ви, отбросив его на дюжину шагов назад и оставив зияющую борозду в твердой земле.

“Черт!”

Улыбка была начисто стерта с лица Нам Гун Ви, когда он пошатнулся от шока от удара, передавшегося по всему его телу.

На том самом месте, где он был еще мгновение назад, стоял Цзинь Му Вон, держа все еще заключенный в ножны Снежный Цветок.

“...Я просто побью тебя и продолжу спрашивать”.

Джин Му Вон шагнул к Нам Гун Ви.

Месть - это цикл, который никогда не заканчивается III

“Чертов сукин сын!” Лицо Нам Гун Ви ужасно исказилось, его расслабленное поведение быстро исчезло, открыв истинный облик чудовищного зверя под маской. Хаотичный поток ци собрался вокруг него, как бушующее цунами, и обрушился на Джин Му Вона.

Хотя давление, исходящее от Нам Гун Ви, было настолько сильным, что было трудно дышать, Джин Му Вон шагнул к гиганту без малейшего изменения в выражении лица.

ХРУСТ. ХРУСТ.

Шаги Джин Му Вона, когда он тащился по лесной земле, выделялись из какофонии. Нам Гун Ви нахмурился и направил свою алебарду пронзающего небо на молодого человека.

СКРИИИИП!

Алебарда душераздирающе вскрикнула и испустила слабую волну ци в виде размытой дымки. Дымка тянулась от того места, где Нам Гун Ви сжимал оружие, растягиваясь и скручиваясь, пока не покрыла всю алебарду.

“Так это и есть твоя ци Алебарды, да?”

Алебарда пронзающего небо была очень креативным древковым оружием. В дополнение к наконечнику копья, к концу были прикреплены двойные лезвия в форме полумесяца, чтобы увеличить рубящий и режущий урон, а не полагаться в основном на колющие удары, как у копья.

Это сделало оружие очень универсальным, но и более сложным в освоении по сравнению с простым копьем. В результате некогда обычное оружие становилось все реже и реже среди мастеров боевых искусств, вплоть до того, что приемы боевых искусств "алебарды пронзающей небо" были почти утрачены.

И все же Нам Гун Ви умудрялся размахивать алебардой пронзающего небо так же естественно, как дышать. Это могло означать только то, что его боевые искусства были экстраординарными, по крайней мере, достаточно экстраординарными, чтобы запугать большинство обычных мастеров боевых искусств.

Однако тактика запугивания Нам Гун Ви совершенно не повлияла на Джин Му Вон. Скорее, он был в приподнятом настроении. Это был его первый раз с тех пор, как он поступил в ганго, когда он столкнулся с испытанным мастером боевых искусств, а не с еще неопытным молодым талантом.

Глаза Нам Гун Ви угрожающе сверкнули, когда он прорычал: “Теперь моя очередь нанести удар первым!”

Хотя Нам Гун Ви сказал это, еще до того, как он закончил говорить, его фигура уже исчезла из поля зрения Джин Му Вона, оставив после себя остаточное изображение.

Джин Му Вон не запаниковал, вместо этого он спокойно поднял Снежный Цветок и отразил удар, направленный ему в голову.

БАХ!

Алебарда пронзающая небо Нам Гун Ви, врезалась в Медленный Цветок со взрывной силой, отбросив Джин Му Вон назад. Как и Джин Му Вон, Нам Гун Ви доказал, что он также может двигаться со скоростью, недоступной восприятию человеческого глаза.

“Хм! Ты не так уж и плох, - фыркнул Нам Гун Ви, снова взмахивая алебардой.

СВИСТ! ВЖИК!

Каждый раз, когда Нам Гун Ви взмахивал своей алебардой, пронзающей небо, в воздухе угрожающе раздавался крик вакуума. Он двигался таким образом, чтобы сохранить свой абсолютный контроль над областью непосредственно вокруг него, образуя область смерти.

ШИНГ!

Джин Му Вон увернулся от всех атак Нам Гун Ви и вытащил Снежный Цветок из ножен. Проклятый клинок немедленно начал выть, как будто закатывал детскую истерику.

Джин Му Вон крепче сжал меч.

Внезапно Нам Гун Ви почувствовал перемену в ауре Джин Му Вона. Присутствие молодого человека претерпело невероятную трансформацию сразу после того, как он вытащил свой клинок.

“Возьми это!” - Закричал Нам Гун Ви, нанося вращающийся удар в сердце Джин Му Вона.

Вместо того, чтобы отступить или увернуться, Джин Му Вон прыгнул головой вперед в порочные объятия Нам Гун Ви, все время размахивая Снежным Цветком.

ЛЯЗГ!

Звон металла о металл разнесся по лесу, когда алебарда Нам Гун Ви была безжалостно отброшена в сторону. Джин Му Вон воспользовался возможностью, чтобы прицелиться в грудь Нам Гун Ви, но гигант использовал свою правую ногу в качестве опоры и развернулся в сторону, чтобы избежать смертельного удара.

КРАХ! ЛЯЗГ! БАМ!

Фейерверки вспыхивали во всех направлениях, когда Снежный Цветок и алебарда пронзающего небо сталкивались снова и снова.

Нам Гун Ви вращал свою алебарду, как ветряную мельницу, и смешивал различные удары, удары и разрезы в своем наступлении, максимально используя уникальные преимущества своего оружия.

Несмотря на яркие приемы Нам Гун Ви, Джин Му Вон оставался непоколебимым, предпочитая спокойно справляться с диким шквалом Нам Гун Ви одним ударом за раз. Независимо от того, что делал Нам Гун Ви, все его атаки отскакивали от молодого человека, как от неприступной стены.

Впечатленный, Нам Гун Ви не мог не воскликнуть, даже во время неустанной атаки: “Черт! Ты чертовски силен, парень!”

Не похоже, чтобы кто-то из них использовал какие-то особые приемы. Это было столкновение чистого мастерства владения оружием, но оба бойца были такими мастерами, что самые простые удары были не менее эффективны, чем лучшие техники боевых искусств в Ганьгхо.

Как и он, Джин Му Вон также максимально использовал выбранное им оружие и нейтрализовал каждую атаку своего противника. Такой подвиг был невозможен без полного понимания характеристик меча.

#С каких это пор мастер боевых искусств был так верен основам в Ганьгхо?

Большинство воинов мурим были одержимы изучением боевых искусств и техник более высокого уровня, поскольку они чувствовали, что это лучший способ самосовершенствования.

Однако, чем больше человек овладевает боевыми искусствами, тем больше он осознает важность хорошего фундамента. Так было и с Нам Гун Ви, поэтому в определенный момент он начал отчаянно тренироваться в основах.

Благодаря этому он теперь мог использовать всю мощь и гибкость алебарды небесного пронзателя, и он даже чувствовал, что может победить своих врагов, не используя специальные приемы. По правде говоря, он был полностью разочарован противниками, с которыми он сталкивался до сих пор на Центральных равнинах. Однако встреча с Джин Му Вон разрушила все его иллюзии.

ЛЯЗГ! БАХ! КРУШЕНИЕ!

Джин Му Вон наносил ему удар за ударом, используя только три основных движения меча: выпад, удар и парирование. Мало того, он также противостоял ему, используя лишь минимальное количество движений. Это был боевой стиль, который превыше всего подчеркивал эффективность.

Мастерство владения мечом Джин Му Вон было настолько оптимальным, что даже Нам Гун Ви, враг, не мог не восхищаться этим. Молодой человек не использовал меч как инструмент, скорее, это было так, как если бы он стал единым целым с мечом.

#Термин “тот, у кого есть меч”, вероятно, был создан для описания именно этого состояния.

Нам Гун Ви выжал еще больше своей ци. Как бы он ни восхищался мастерством Джин Му Вона, они были врагами, и теперь, когда он убедился в силе своего врага, пришло время сделать все возможное, чтобы победить его.

Почувствовав внезапный всплеск энергии Нам Гун Ви, Джин Му Вон нахмурил брови.

РАММММММ!

Ци алебарды вырвалась из кончика оружия Нам Гун Ви, как будто он хотел расколоть небеса пополам, эффективно увеличив длину своей алебарды пронзающей небо на три фута.

Несмотря на то, что три фута - это очень короткое расстояние для обычного человека, в поединке между мастерами крошечное изменение досягаемости может означать разницу между победой и поражением, жизнью и смертью.

Нам Гун Ви был уверен, что после этого Джин Му Вон отступит. Однако, как оказалось, он не мог ошибаться сильнее. Это был человеческий инстинкт отступать, когда сталкиваешься с опасностью или неожиданностями, но Джин Му Вон преодолел этот инстинкт и вместо этого продолжил сражаться с Нам Гун Ви в ближнем бою.

Джин Му Вон хорошо знал, что обладатели шестового оружия всегда имели подавляющее преимущество на расстоянии из-за большей дальности действия своего оружия. Если бы он отступил, это было бы то же самое, что прыгнуть в море пламени с мешком сухой соломы.

Нам Гун Ви вонзил свою алебарду и, наконец, сумел ранить Джин Му Вона, но, к несчастью для него, он на волосок не попал молодому человеку в сердце. Хотя одежда Джин Му Вона была разорвана в клочья, а его кровь брызнула в воздух из раны, его взмахи меча не прекратились и не замедлились, как будто рана нисколько не повлияла на него.

СВИСТ!

“Гхх!” Нам Гун Ви издал болезненный стон, когда Снежный Цветок оставила длинную, глубокую рану на его плече. К счастью, это был не смертельный удар, но все же он был достаточно близок, чтобы заставить сердце Нам Гун Ви учащенно биться.

Только тогда Нам Гун Ви окончательно убедился в силе Джин Му Вона.

#Этот чувак - настоящее дело. Он не поверхностный, недоделанный мастер боевых искусств, как большинство воинов на Центральных Равнинах.

#Он настоящий мастер боевых искусств, полностью преданный своему ремеслу и мастерству владения мечом даже ценой собственной жизни.

Сильное чувство тревоги и волнения охватило его. Прошло много времени с тех пор, как он в последний раз чувствовал себя так.

Внезапно Нам Гун Ви отступил назад и посмотрел на Джин Му Вон, который немедленно перестал размахивать Снежным Цветком и уставился на него.

Нам Гун Ви закричал: “Очень хорошо! Я дарую вам честь стать свидетелями моей Настоящей Пылающей Алебарды Огненного Дракона! Я, капитан Нам Гун Ви из Корпуса Алых Призраков, буду сражаться с тобой, Джин Му Вон, со всей своей силой!”

РОААААААР!

Рев льва разнесся по небу, когда Нам Гун Ви поднял свою алебарду небесного пронзателя вертикально, как будто строил мост между Небом и Землей.

Это была начальная стойка для Настоящей Пылающей алебарды Огненного Дракона, техники боевого искусства, которую практиковал Нам Гун Ви. Тем не менее, это был первый раз, когда он использовал его на Центральных равнинах, поскольку он никогда не встречал никого достаточно достойного, чтобы заставить его использовать его раньше.

Вместо того, чтобы дать Нам Гун Ви словесный ответ, Джин Му Вон просто указал на него Снежным Цветком. Это было простое объявление войны, и оно оказало огромное давление на Нам Гун Ви.

Губы гиганта изогнулись в усмешке. Как и он, Джин Му Вон еще не проявил всей своей доблести.

Настоящая битва только начиналась.

“ХААААА!” Нам Гун Ви оглушительно взревел, когда чи сорвался с его алебарды небесного пронзателя.

ХМММММММ!

Ци быстро сформировалась в форму алебарды пронзающего небо и наложилась на физическое оружие Нам Гун Ви как Поток Алебарды.

Затем, как будто подстригая траву, Нам Гун Ви провел своей алебардой "пронзающей небо" по коленям Джин Му Вона, в то же время выпустив на волю одну из Самых Ярких Алебард Огненного Дракона - Огненный Дракон, Сжигающий Душу.

ХЛОП!

Одежда Джин Му Вона развевалась на ветру, когда он оттолкнулся от земли и прыгнул вперед, низко опустив Снежный Цветок, чтобы встретить алебарду Нам Гун Ви.

СВИСТ! ЛЯЗГ!

Снежный Цветок столкнулась с алебардой пронзающего небо, повсюду разлетелись искры и поднялось облако пыли.

Тан Ми Ре поспешно отступила назад, неся Тан Ги Муна на спине, и Квак Мун Чжун быстро последовала ее примеру. В тот момент, когда они оказались вне опасности, фургон, на котором они ехали, был разбит вдребезги в результате нападения.

Прямо перед ними разворачивалась битва, выходящая далеко за рамки их воображения.

Джин Му Вон снова и снова взмахивал своим мечом, как будто он был продолжением его тела. Он был единым целым со своим клинком.

“Невероятно..!” Глаза Тан Ми Ре расширились от изумления.

Мечник с Севера I

ТРЕСК!

С оглушительным треском грудь одного из воинов в красных доспехах провалилась внутрь, в нее вонзилось дао из гигантской драконьей чешуи.

“Хм!” Ен Му Сон фыркнул. Он вытащил свой дао из груди воина в красной броне с мрачным выражением на лице.

При весе более пятидесяти фунтов дао драконьей чешуи, которым он владел, весил в несколько раз больше, чем оружие, которым пользовалось большинство воинов. Несмотря на это, ему все равно пришлось ввести значительное количество своей ци в клинок, чтобы повредить красную броню врага.

Огромное количество разрушительной силы, необходимой, чтобы пробить эту броню, было смехотворным. Это было возможно только потому, что это сделал Ен Му Сон, и факт оставался фактом: ни один из других воинов вокруг не был способен повторить его подвиг.

Как будто для того, чтобы вдолбить эту горькую правду, эскорт Белого Дракона очень плохо сражался в бою, и только наемники Железной бригады были способны победить воинов в красных доспехах.

#Откуда, черт возьми, взялись эти люди? На протяжении многих лет я путешествовал по всему Гангхо, и все же я никогда раньше не видел таких воинов, как эти!

“Ого! На этот раз я серьезно влип в чертовски неприятную историю.”

#Но даже в этом случае я не могу отступить. Доверие - это жизненная сила Железной бригады. Потери, которые мы понесем, отказавшись от запроса на полпути, слишком велики, и нам пришлось бы потратить много времени и усилий, чтобы вернуться.

Заметив, что их товарищ убит, пятеро воинов в красных доспехах одновременно бросились на Ен Му Сона, излучая ауру такой интенсивности, что у любого, кто смотрел на них, болели глаза.

Ен Му Сон сразу понял, что он не сможет победить этих парней, используя только базовые приемы.

“Тск! В конце концов, я все еще вынужден использовать один из своих козырей, ха ”, - проворчал он, наполняя свое дао из чешуи дракона ци, заставляя его светиться красным.

Его губы изогнулись в широкой ухмылке, обнажив необычно белые клыки. Он замахнулся своим дао драконьей чешуи на атакующих воинов в красных доспехах, сказав: “Проклятые ублюдки, даже не мечтайте, что я подарю вам безболезненную смерть”.

Подобно когтям бесстрашного дикого зверя, дао драконьей чешуи рассекло воздух.

РАААААМ!

Красный торнадо опустошил небеса и землю, поглотив всех воинов в красных доспехах и подбросив их в воздух. Воины пытались сопротивляться, но безуспешно.

Затем красное свечение, окружающее дао драконьей чешуи Ен Му Сона, усилилось.

“ААААА!”

ШЛЕПОК! БАМ! ХЛОП!

Под оглушительные крики пятеро воинов упали на землю, когда дождь крови смешался с кусками брони, плоти и костей.

Это была секретная техника Ен Му Сона, Адский клинок из чешуи Дракона, атака настолько ужасающая, что даже демонические практики запрещали ее применять, потому что она никогда не оставляла трупы своих целей целыми, вместо этого разрывая их на части, как будто на них напали десятки адских тварей.

Наконец, воины в красных доспехах заколебались, пораженные свирепостью и безжалостностью Адского Клинка Ен Му Сона из чешуи Дракона. Они посмотрели друг на друга на мгновение, затем начали отступать.

Увидев это, Ен Му Сон торжествующе просиял.

“Ха-ха-ха! Я думаю, что в конце концов, в вас, ребята, не было ничего особенного… А?” Голос Ен Му Сона затих, когда до него дошло, что воины в красных доспехах боялись не его. Странная атмосфера охватила это место, поскольку не только враги вокруг него, но и все воины в красных доспехах отступали.

На мгновение наемники Железной бригады и сопровождающие Белого Дракона, которые плохо сражались в бою, растерянно огляделись вокруг. Когда они, наконец, заметили, что происходит, их глаза широко раскрылись.

ЛЯЗГ! БАХ! БУМ! АВАРИЯ!

В непосредственной близости от них происходила невообразимая битва.

Это были Джин Му Вон и Нам Гун Ви.

В разгар своей яростной битвы двое мужчин уничтожали все вокруг себя, даже отправив на смерть нескольких ничего не подозревающих воинов, которые случайно оказались рядом с ними.

СВИСТ!

Каждый раз, когда Джин Му Вон взмахивал своим клинком, воины поспешно закрывали глаза, как будто их порезали.

“...”

Нескольким воинам вскоре удалось заставить себя открыть глаза, но никто из них не осмелился заговорить перед лицом удушающего давления со стороны двух мастеров боевых искусств.

Спустя долгое время Чон Ри Му Хван наконец пробормотал: “Какого черта..?”

Он не мог поверить своим глазам. Нам Гун Ви и его алебарда пронзающего небо были действительно устрашающими, но Джин Му Вон оставил его мозг в полном беспорядке. Он не мог ощутить ни унции энергии меча или потока меча от меча Джин Му Вона, и все же каждый раз, когда молодой человек взмахивал им, леденящая острота клинка вызывала дрожь у него по спине.

Его разум был в таком беспорядке, что он не мог сказать ничего даже смутно связного.

“Как это возможно?” Гонсон Чанг, Фехтовальщик семи навыков, ахнул, когда его плечи неудержимо затряслись. Он был гордым фехтовальщиком, который стремился к полному мастерству владения мечом, что было уровнем Потока Меча.

Здравый смысл подсказывал ему, что Поток оружия можно блокировать и противостоять только Потоку Оружия, поэтому, чтобы достичь этой стадии, он очень усердно работал.

Однако битва, разворачивающаяся прямо у него на глазах, говорила ему об обратном. Это разрушало все его самые фундаментальные убеждения и здравый смысл.

“Как...” Кровь хлынула из раны, когда Гонсон Чанг сильно прикусил губу.

Другие члены Железной бригады спокойно наблюдали, как их товарищ дрожит от шока и недоверия. Хотя они также были сильно затронуты демонстрацией мастерства и силы Джин Му Вон, это было не в такой степени, как у Гунсон Чанга. Чем больше был гордец, тем тяжелее они падали, и Гонсон Чанг был, безусловно, самым гордым из всех. Они даже представить себе не могли, сколько разочарования и отчаяния должен испытывать этот человек.

Чэ Як Ран тихо вздохнул.

Джин Му Вон.

Она никогда не думала, что эти три слова окажут такое большое влияние на Железную бригаду.

“С этого момента имя этого человека потрясет весь Гангхо”.

Наемники Железной бригады кивнули в знак согласия.

Тем временем выражение лица Нам Гун Ви было мрачным. Он только что применил одну из своих лучших техник, Пылающее Уничтожение Огненного Дракона, но Джин Му Вон легко уклонился от нее, просто слегка пошевелив телом.

#Он как тень, лишенная субстанции. Как может существовать такой человек?

Лицо Нам Гун Ви исказилось от отвращения, когда он крепче сжал свою алебарду, отчего вены на тыльной стороне его рук вздулись, как дождевые черви. Джин Му Вон был неожиданной переменной, которую никто не мог предсказать, и, что еще хуже, эта переменная была врагом, мешающим ему выполнить свою миссию.

#Даже этот человек не мог предвидеть появления такого человека, как Джин Му Вон, хотя он самый умный человек, которого я знаю, и может вместить знания о мире в крошечный мозг размером с мой кулак. Как бы я его ни уважал, все еще есть вещи, выходящие за рамки его расчетов, да.

#Итак, откуда, черт возьми, взялся этот парень?

Нам Гун Ви был лидером воинов в красных доспехах, также известных как Корпус Алых Призраков. Десятки лет и невообразимая сумма денег были вложены в создание Корпуса Багровых Призраков, и точно так же было невозможно, чтобы такой мастер фехтования, как Джин Му Вон, прошел обучение за одну ночь.

#Стоит ли за этим Небесная Вершина?

В тот момент, когда идея возникла в его голове, Нам Гун Ви покачал головой. Он был уверен, что понимает внутренние и внешние движения Небесной Вершины лучше, чем кто-либо другой, включая многих членов самой Небесной Вершины.

Хотя Небесная Вершина и была самой могущественной организацией в мире, как в отношении силы отдельных мастеров боевых искусств, так и группы в целом, метод создания мастера был не совсем таким же, как обучение группы воинов. Это было не то, что можно было сделать намеренно.

Жажда убийства в глазах Нам Гун Ви усилилась.

#Если я не смогу убить этого парня сейчас, он станет чумой, которую мы никогда не сможем игнорировать.

Здравый смысл подсказывал, что отдельные люди не могут изменить общую траекторию мира, но иногда появлялся человек, который переворачивал этот здравый смысл. Они отвергли существующий порядок и написали историю так, как считали нужным, отправив мир по спирали в водоворот хаоса, наполненный неопределенностью и нестабильностью.

Естественно, не все одобрили такие радикальные изменения, особенно Небесная Вершина, которые создали и извлекли наибольшую выгоду из нынешнего порядка. Для них такая нестабильная переменная, как Джин Му Вон, была подобна яду в их политических водах.

То же самое можно было сказать и о фракции, к которой принадлежал Нам Гун Ви. Хотя они желали перемен, они не хотели, чтобы такая неконтролируемая переменная, как Джин Му Вон, устраивала беспорядок, куда бы он ни пошел.

БУМ!

Аура Нам Гун Ви взорвалась, выпустив поток, который смел все вокруг.

РОААААААР!

Он со всей силы обрушил свою алебарду небесного пронзителя на Джин Му Вона, вызвав оглушительный грохот, как будто он возвещал конец света.

Перед лицом тотальной атаки Нам Гун Ви, Джин Му Вон выглядел как беспомощный лист, который вот-вот унесет ужасной бурей. Однако выражение его лица было таким же спокойным и собранным, как и всегда.

#Как говорится: несгибаемое дерево легко сломать. Одному Глупо стоять прямо и встречать бурю лицом к лицу.

#Если противник будет пробиваться вперед, я позволю ему добиться своего, но в тот момент, когда он отступит, я буду приближаться к нему.

#Ключ к этому - внимательно чувствовать и читать его дыхание.

Можно было притворяться, используя свои глаза и движения мышц, но дыхание никогда нельзя было замаскировать. Короткие интервалы между вдохом и выдохом всегда раскрывают намерения врага, позволяя ему реагировать соответствующим образом.

Что ж, это было легко сказать, но читать характер дыхания противника в середине ситуации жизни и смерти вряд ли было тривиально. Кроме того, Нам Гун Ви не был слабаком.

Независимо от того, насколько человек закалял свое сердце, было трудно сохранять самообладание, когда сталкивался с угрозой для своей жизни. Как бы то ни было, сохранять спокойствие и принимать логичные решения в пылу битвы было первостепенным для выживания и победы.

По крайней мере, для Джин Му Вона хладнокровное участие в ближнем бою с Нам Гун Ви было возможно только благодаря его Всеобъемлющему Знанию.

Мало того, он также использовал гиганта как ступеньку, чтобы улучшить свои навыки до следующего уровня, когда он сражался. Эта особая способность была отличительной чертой Теневого Клинка Разрушения и одной из причин, по которой она была одной из самых ужасающих техник боевых искусств.

По мере того, как битва продолжалась, лицо Нам Гун Ви постепенно бледнело от чрезмерного использования ци. Истощение энергии было настолько сильным, что даже его физическая сила была истощена. Более того, постоянные контратаки Джин Му Вона полностью нарушили его ритм дыхания.

#Если я позволю этому затянуться еще дольше, мои шансы нанести ответный удар будут становиться все ниже и ниже. Я должен закончить эту битву одним решающим ходом!

#Черт! Подумать только, что мне придется пройти через такой кошмарный опыт в глуши Юньнань!

Разочарованный и разъяренный, Нам Гун Ви взревел: “ПРОКЛЯТЫЙ УБЛЮДОК! ДАВАЙТЕ ПОКОНЧИМ С ЭТИМ!”

Алая энергия обернулась вокруг алебарды пронзающего небо Нам Гун Ви, как свернувшийся дракон, когда он вложил всю оставшуюся энергию в оружие, готовясь к своей сильнейшей технике "Дракон-берсерк возносится на небеса".

Наблюдая, как тело Нам Гун Ви выгибается назад, как натянутый лук,  Джин Му Вон прищурился. Его инстинкты подсказали ему, что эта атака отличается от всех предыдущих.

Он крепче сжал Снежный Цветок, который закричал в ответ, как будто знал, о чем он думает.

Алебарда пронзающего небо Нам Гун Ви полетела в сторону Джин Му Вона, разрывая все на своем пути.

В ответ на провокацию Нам Гун Ви, Джин Му Вон выпустил третью форму Теневого Клинка Разрушения  - Разделяющий Небесные Моря.

КРААААААХХХХХХХ!

Мечник с Севера II

КАП!

Капля крови упала на Снежный Цветок.

Пока все смотрели затаив дыхание, кроваво-алая капля без трения скользнула по сине-черному лезвию, не оставляя никаких следов. Как капли дождя, падающие на лист лотоса.

Внезапно капля остановилась на краю лезвия, как будто колебаясь, падать или нет. Зрители бессознательно сжали кулаки в предчувствии.

ХЛОП!

““Ах...””

Наконец, когда капля крови наконец упала на землю, наблюдающие воины одновременно выдохнули. Их умы, которые были в восторге от сюрреалистической сцены, свидетелями которой они только что стали, были, наконец, возвращены в реальность.

“Кек!”

Хмурое выражение на лице Нам Гун Ви усилилось. Он опустился на одно колено на землю, используя то, что осталось от его алебарды пронзающей небо, которая была аккуратно разрезана пополам, чтобы удержаться от падения. Под его ребрами была огромная глубокая рана, и кровь лилась из раны, как будто завтра не наступит.

Однако прямо сейчас боль от раны едва ли имела для него значение.

#Когда!? Как!? Что?!

Глаза Нам Гун Ви задрожали от недоверия. Он действительно был удивлен, что его высшая техника была заблокирована, но что действительно сводило его с ума, так это то, что он понятия не имел, когда и как он получил травму.

Не было ни звука, ни следов нападения. Не было ни единого намека на движение.

Это было так, как если бы его полоснул невидимый меч.

#Это безупречная техника владения мечом мастера-убийцы… Нет, ассасины - это люди, которые совершают тайные нападения на своих врагов, скрываясь. Джин Му Вон напал на меня лоб в лоб!

Абсолютная абсурдность этого сводила его с ума.

Напротив Нам Гун Ви Джин Му Вон медленно успокаивал дыхание, его лицо горело красным от напряжения.

“Разделяющий небесные моря” - это форма меча, которая наилучшим образом использовала уникальные характеристики Теневой Ци. Он был бесформенным и бесследным; клинок убийцы, спрятавшегося в тени своего противника, затаившего дыхание и ожидающего удара.

К тому времени, когда враг заметил их, было слишком поздно реагировать. И результат атаки… Текущее состояние Нам Гун Вина было хорошим примером этого.

Что ж, Джин Му Вон был немного разочарован. Это был его первый раз, когда он использовал технику в бою, и он не выполнил ее идеально. Если бы он это сделал, Нам Гун Ви уже испустил бы дух.

Он спросил: “Ты должен быть в состоянии ответить мне сейчас, верно? Имеет ли исчезновение торгового каравана ”Белый дракон" какое-либо отношение к группе, к которой вы принадлежите? "

Нам Гун Ви пристально посмотрел на Джин Му Вон. Его лицо было невыразительным, как будто ничто в мире не могло потрясти его, но это была просто еще одна его маска.

Он был мечом.

Меч, отточенный с единственной целью убивать.

Не задумываясь, он ответил: “Да”.

“Я так и знал”.

“Ты не получишь от меня больше одного ответа”.

Это вольный перевод. Вы не должны видеть рекламу.

“Мы посмотрим на это”.

Джин Му Вон шагнул к Нам Гун Ви и поднял свой меч. Он не собирался позволить всему так закончиться. Он хотел поставить Нам Гун Ви на колени и заставить его выложить все, что он знал.

Как будто он мог прочитать мысли, Джин Му Вона, Нам Гун Ви напрягся.

ВЖУХ!

Внезапно в ушах Джин Му Вона зазвенел звук какого-то предмета, просвистевшего в воздухе. Он быстро перестал размахивать своим клинком и отскочил назад, едва избежав стрелы, которая точно вонзилась в землю там, где он только что стоял.

Затем из небольшого кожаного мешочка, прикрепленного к стреле, начал быстро подниматься едкий зеленый дым, который открылся при ударе о землю.

Осознав, что он чувствует себя странно неуютно после вдыхания дыма, Ен Му Сон прикрыл нос и рот рукавом и закричал: “Это яд! Всем отойти!”

Наемники Железной бригады и эскорт Белого Дракона немедленно бросились прочь от дыма, но предупреждение Ен Му Сона все равно пришло слишком поздно для тех, кто находился в непосредственной близости от него.

“УАХХХХХХ!”

Когда ядовитый туман поглотил воинов, они царапали себе горло, крича от боли, пока не потеряли сознание.

Когда Джин Му Вон, затаив дыхание, попытался броситься в дым, в него полетело еще больше стрел и встало у него на пути.

УХ ТЫ!

Сила, стоящая за каждой стрелой, была настолько велика, что у него по спине пробегали мурашки, не оставляя Джин Му Вону другого выбора, кроме как уклоняться от стрел, когда он бросался вперед, вместо того, чтобы просто блокировать их и отбивать в сторону.

ГЛУХОЙ УДАР!

Две стрелы вонзились в землю там, где он только что стоял, и вонзились так глубоко, что над землей осталось только оперение, все еще дрожащее от удара.

“Черт возьми!”

Выйдя из ядовитого тумана, Джин Му Вон нахмурился. Нам Гун Ви и оставшиеся воины в красных доспехах ушли. У них было очень мало времени для работы, но, очевидно, этого времени было достаточно, чтобы эти хорошо обученные воины сбежали.

““Ха...””

Избежав кризиса, выжившие сопровождающие Белого Дракона вздохнули с облегчением. Хотя наемники Железной бригады не полностью ослабили свою охрану, как сопровождающие, по правде говоря, они чувствовали то же самое.

Ен Му Сон подошел к Джин Му Вону и сказал: “Эй...”

Однако, прежде чем он смог закончить свою реплику, Джин Му Вон бросился в направлении, где исчезли Нам Гун Ви и воины в красных доспехах.

“У-У...”Ен Му Сон мог только тупо смотреть, разинув рот, пока Джин Му Вон преследовал нападавших.

Тан Ми Ре покорно покачала головой и произнесла: “Я не думаю, что он готов так легко их отпустить”.

“Да...”

Когда Тан Ми Ре тоже посмотрела в сторону Джин Му Вона, в ее глазах вспыхнула интенсивность, которой раньше не было.Каждый раз, когда Джин Му Вон делал шаг вперед, пейзаж вокруг него резко менялся, как будто он телепортировался. Он маневрировал в лесу, как текущая вода, сливаясь с ветром, пока искал след Нам Гун Ви. Так же, как и его мастерство владения мечом, его движения были беззвучными и бесследными.

Он использовал шаги плавного потока(2), которым он научил Со Му Сона давным-давно, но с годами он модифицировал и улучшал боевое искусство, чтобы оно лучше подходило ему.

Хотя было не так много подсказок, основываясь на направлении, в котором трава, на которую наступали, была изогнута, и нескольких слабых следах, Джин Му Вон выследил Нам Гун Ви и приближался к нему с пугающей скоростью.

#Я должен поймать его и заставить рассказать о местонахождении дяди Хвана!

Джин Му Вон стиснул зубы. Он не знал, к какой фракции принадлежал Нам Гун Ви, но было нетрудно сделать вывод, что это была большая и могущественная организация. Против такой группы, чем дольше он искал свою цель, тем более невыгодным было бы его положение.

Кроме того, он отчаянно хотел узнать истинную личность Нам Гун Ви и название группы, к которой он принадлежал. У него было ощущение, что эти люди специально устроили засаду на торговцев, чтобы привлечь внимание секты Кулака Тирана, а также ганго к провинции Юньнань, и если это действительно так, то они должны быть уверены, что не наживут врагов всему муриму.

#Возможно, это они…

Название определенной организации сразу же пришло на ум, заставив его сердце бешено биться.

Внезапно его чувства предупредили его о неизвестной опасности. Он инстинктивно дернул головой вниз, как будто кто-то ударил его молотком.

СВИСТ!

Длинный острый предмет просвистел мимо того места, где только что была его голова.

#Это была стрела?

Джин Му Вон повернулся, чтобы посмотреть на дерево позади него, и обнаружил стрелу, глубоко вонзившуюся в него, все еще дрожащую от внезапного удара.

Эта стрела летела быстрее скорости звука. Если бы не его Всеобъемлющее Знание, он был бы застигнут врасплох и умер бы в одно мгновение.

#Черт возьми, они оставили лучника, чтобы выиграть время, пока Нам Гун Ви и воины в красных доспехах убегают.

Капля холодного пота скатилась по спине Джин Му Вона, когда он напряг свои чувства, чтобы найти лучника.

Как и ожидалось, вскоре в него полетела еще одна стрела…Нет, на этот раз стрел было три! Мало того, что стрелы были быстрыми, они также были выпущены с чрезвычайно быстрыми интервалами!

УДАР! УДАР! БАМ!

Джин Му Вон отбил все стрелы, используя Снежный Цветок, но его рука теперь онемела от отдачи. Кем бы ни был этот снайпер, он был, по крайней мере, таким же опытным, как “Сумеречный железный лучник” Дам Джин Хонг, мастер-лучник Железной бригады.

СВИСТ! ШЕЛЕСТ!

Лучник передвигался на высокой скорости, непрерывно стреляя из лука, чтобы его не заметили, но Всеобъемлющее Знание ДжинМу Вона не было простой техникой, которую можно было легко ввести в заблуждение. Хотя он не мог точно определить местоположение лучника, он все еще мог чувствовать их общее направление.

СВИСТ!

Джин Му Вон резко развернулся и побежал по прямой к части леса с необычно густой растительностью.

“Что!” Лучник бессознательно громко воскликнул. Он не ожидал, что Джин Му Вон найдет его так быстро.

ТВАНГ! ТВАНГ!

У лучника не осталось выбора, кроме как попытаться замедлить Джин Му Вона, беспрерывно выпуская стрелы.

Хотя от мощных стрел у него онемели руки, Джин Му Вон встретил их лицом к лицу. У него не было времени, чтобы тратить его впустую.

УДАР! УДАР!

В воздухе появилась темная картина, созданная остаточным изображением его черного меча в сочетании со стрелами, падающими на землю, как дождь.

Внезапно чувства Джин Му Вона предупредили его о чьем-то движении. Казалось, что лучник намеревался сменить позицию и найти новое укрытие после того, как выпустил в него еще одну стрелу. Он быстро развернулся, используя левую ногу в качестве опоры, и прыгнул к новой позиции лучника.

“Тьфу!”

ДжинМу Вон взмахнул Снежным Цветком, срубая все на своем пути и обнажая врага. Это был невысокий мужчина лет сорока с небольшим, с непропорционально широкой грудью и толстыми руками, с пурпурным луком.

“Кек!” - воскликнул мужчина средних лет в ужасе. Он привык убивать свои цели на большом расстоянии, и число людей, погибших таким образом от его рук, легко превысило тысячу. Среди всех этих целей ни одна никогда не находила его и не раскрывала его позицию подобным образом.

#Откуда, черт возьми, взялся этот монстр…

Джин Му Вон в мгновение ока определил его местоположение и без колебаний бросился на него. Хотя он не мог сказать, был ли молодой человек уверен в себе или просто был безрассуден, одно он понял точно: этот человек был безумно опасен!

РУБИ!

Черный клинок, покрытый проклятой энергией, полетел в него.

“Черт!”

Лучник быстро поднял свой фиолетовый лук, чтобы блокировать атаку ДжинМу Вона, поскольку его инстинкты кричали ему, что он не может уклониться.

ЛЯЗГ!

В тот момент, когда два оружия столкнулись, лучник отлетел назад, его пурпурный лук почти сломался пополам.

“Кхек!” Изо рта лучника хлынула кровь, когда он закашлялся. Его кишечник был сильно поврежден в результате удара. Однако у него было предчувствие, что Джин Му Вон пока не сдастся.

#Я не смогу блокировать следующую атаку. В таком случае…

Злобный огонек вспыхнул в глазах лучника.

РЫВОК!

Джин Му Вон ударил лучника в плечо, разбрызгивая кровь повсюду. У него не было намерения убивать лучника, только подчинить их и допросить.

Однако, к его удивлению, лучник проигнорировал травму, широко раскинул руки и обнял Джин Му Вона.

“Умрем ли мы вместе? Хахаха!” - прошептал лучник на ухо Джин Му Вону.

Дрожь пробежала по спине Джин Му Вона от холодного голоса мужчины средних лет. Его инстинкты предупредили его о надвигающейся опасности. Он нахмурился и попытался вырваться из железной хватки лучника, но эти толстые руки сковали его крепко, как металлические цепи.

“ПШШШШШ…”

Внезапно из тела лучника поднялся зеленый дым.

#Это…

Джин Му Вон задержал дыхание, собрал свою ци и выпустил ее в лучника, заставив его руки на мгновение ослабнуть. Затем он немедленно воспользовался возможностью, чтобы выскользнуть из хватки мужчины и отпрыгнуть от него.

Когда зеленый дым быстро поглотил лучника целиком, тело мужчины начало таять, как воск свечи. На последнем издыхании он произнес голосом, похожим на зловещее проклятие: “Поскольку ты встал на пути нашей работы, знай, что ты наверняка умрешь мучительной смертью. Ку-ха-ха!”

“Кто ты, черт возьми, такой?”

“Хухуху! Это только начало… Скоро весь мир будет...” Голос лучника затих. Он был мертв.

Джин Му Вон яростно уставился на расплавленный комок плоти, который продолжал пузыриться, пока не превратился в жидкость и не просочился в землю. Довольно скоро даже зеленый дым исчез вместе с трупом.

Он вздохнул: “Хаа… В конце концов, я ничего не смог выяснить.”

Мечник с севера III

“Хаа ...” вздохнул Ен Му Сон, глядя на ситуацию вокруг него.

Прошло совсем немного времени, но погибло почти тридцать человек, погрузив караван Белого Дракона в атмосферу уныния и отчаяния. Все привыкли жить на грани, но иметь дело со смертями людей, с которыми только что разговаривали и шутили, никогда не было легко.

Даже наемники Железной бригады не были избавлены от горя и шока. Более того, они были подавлены не только силой воинов в красных доспехах, но и солидарностью и командной работой, которые они продемонстрировали, когда предприняли усилия, чтобы забрать трупы своих товарищей, прежде чем отступить.

Это было не то, что сделала бы любая нормальная организация, поскольку это значительно уменьшило бы их шансы на успешный побег. Однако, если посмотреть на это с другой точки зрения, это означало, что воины в красных доспехах отчаянно старались не оставлять после себя трупов, которые могли бы раскрыть намеки на их истинные личности.

Ен Му Сон почесал голову и пробормотал себе под нос: “Черт возьми, черт возьми! Эти гребаные сумасшедшие ублюдки ... ”

В отличие от Ен Му Сона, остальная часть каравана не озвучивала это вслух, но все они чувствовали то же самое, что и он. Никогда в своих мечтах они не представляли, что так много из них погибнет в первый же день в Юньнани. Неожиданный удар сокрушил их обнадеживающий дух.

Чон Ри Му Хван подошел к Ен Му Сону и самоуничижительно вздохнул: “Хаа…Это все моя вина. Это было мое решение, что ... ”

“Ты не единственный, кто виноват. Как ваш командир, я в равной степени несу ответственность за то, что произошло здесь сегодня. Я позволил этим парням вытереть столько дерьма о мое лицо, что с этого момента я не смогу поднять голову перед другими, куда бы я ни пошел ”.

“Мне жаль”, - извинился Чон Ри Му Хван, затем посмотрел в сторону фургона, где Тан Ми Ре лечила своего дядю.

Вскоре после того, как их враги отступили, Тан Ми Ре оказала своему раненому дяде, Тан Ги Муну, неотложную помощь. В результате Тан Ги Мун быстро пришел в сознание. Затем Тан Ми Ре быстро ввела своего дядю в курс их текущей ситуации, включая тот факт, что Железная бригада и Ассоциация торговцев Белого Дракона хотели отказаться от них.

Что ж, если бы их двоих убили, никто бы ничего не узнал, и правда о том, что здесь произошло, была бы похоронена в песках времени. Тем не менее, они выжили, и теперь обида от того, что их бросили, сильно горела в их сердцах.

“Пойдем”, - сказал Ен Му Сон.

Сбитый с толку, Чон Ри Му Хван спросил: “А? Куда идти?..”

“Мы должны извиниться перед этими двумя, пока не стало слишком поздно”. Ен Му Сон направился к фургону.

Чон Ри Му Хван коротко вздохнул, затем последовал за ним. Ен Му Сон был прав. Попытка притвориться, что ничего не произошло, не решит их проблем.

Два наемника Железной бригады остановились перед фургоном, сложили руки в приветствии кулаком и слегка склонили головы. Ен Му Сон сказал: “Приветствую тебя, Великий Старейшина клана Тан. Я Ен Му Сон из Железной бригады, и я всего лишь скромный младший в боевых искусствах ”.

“Приветствую тебя, старейшина Тан Ги Мун. Я Чон Ри Му Хван, тоже из Железной бригады”.

Тан Ги Мун молча смотрел на двух мужчин долгое время, заставляя их потеть от напряжения. Наконец, он сказал голосом холодным, как лед: “Приятно познакомиться, я Тан Ги Мун, глава Павильона Десяти тысяч ядов в клане Тан. Я уже слышал всю историю от моей племянницы, и я не забуду вашу ‘ помощь ’ в ближайшее время. ”

Лица двух наемников сморщились. Даже обычный старейшина клана Тан не был тем, кого они могли позволить себе оскорбить, не говоря уже о главе Павильона Десяти тысяч Ядов, гораздо более уважаемой должности, которая была частью основного руководства клана Тан.

Чон Ри Му Хван хотел упасть в обморок прямо там, где стоял. Только сейчас он осознал всю серьезность своей ошибки.

#Черт возьми, если бы я знал, кто он такой, я бы помог ему, несмотря на опасность!

#... Но сейчас нет смысла плакать из-за пролитого молока. Мой лучший вариант - попытаться исправить положение, чтобы клан Тан не обрушил на нас молот возмездия.

“Мне действительно жаль, но, как вы только что увидели, с нашей ничтожной силой мы ничего не могли сделать, чтобы помочь вам”.

“Почему ты извиняешься? Все, что ты сделал, это действовал как типичный воин гангхо ”.

Под холодным взглядом Тан Ги Муна сердце Чон Ри Му Хвана упало. Ему казалось, что старик видит его намерения насквозь.

Увидев это, Ен Му Сон взял инициативу в свои руки, сказав: “Старейшина Тан, мы искренне сожалеем об этом. Если бы мы знали, кто ты, мы бы определенно рисковали своими жизнями, чтобы защитить тебя. Кроме того, в то время мы были не в том состоянии, чтобы принимать какие-либо рациональные решения ... ”

“Вы оцениваете жизни людей по их статусу?”

“Разве это не путь ганго?”

Тан Ги Мун встретился взглядом с Ен Му Соном, который нагло ухмыльнулся в ответ.

“Путь Гангхо, ха...” Тан Ги Мун не мог опровергнуть заявление Ен Му Сона, потому что это была правда.

В конце концов, он мог только цинично заключить: “Я вижу. Спасибо, я многому научился сегодня, и это один урок, который я никогда не забуду ”.

“Ого! Я ничему тебя не научил, понимаешь?”

“В свою очередь, я не буду продолжать то, что ты сделал сегодня”.

“Спасибо”.

“Я тоже тебе ничего не должен. В конце концов, это ‘путь ганго’, верно?”

“Хахаха! Я доволен, пока вы не возлагаете вину на нас ”, - беззастенчиво рассмеялся Ен Му Сон.

#Итак, это Ен Му Сон, командир Железной бригады. Он довольно дерзкий, дерзкий человек. Большинство мастеров боевых искусств задрожали бы при упоминании моего титула, но этот парень даже глазом не моргнул. Отныне нашему клану Тан придется опасаться этого человека. Он ненормальный.

Тан Ги Мун попытался встать, но почти сразу же снова упал на задницу, пошатываясь от боли. Его внутренние повреждения были намного серьезнее, чем он думал, и все его органы чувствовали, что они были смещены. К счастью, он избежал смерти благодаря экстренному лечению Тан Ми Ре, но он все еще остро нуждался в надлежащей медицинской помощи.

Он повернулся к Тан Ми Ре и приказал: “С этого момента, не позволяйте никому приближаться ко мне”.

“Да, дядя”.

И снова, под любопытными взглядами Ен Му Сона, Чон Ри Му Хвана и остальных членов каравана, Тан Ги Мун заставил себя подняться на ноги, слез с повозки и заковылял к небольшой поляне. Затем он сел, скрестив ноги, и достал из нагрудного кармана две крошечные керамические бутылочки.

Лицо Тан Ми Ре стало белым, как полотно.

“Дядя...?” она воскликнула.

“Не волнуйся, это для лечения моих ран”.

Тан Ги-Мун открыл крышку бутылки справа, выпустив ужасную вонь, от одного запаха которой кружилась голова.

#Это яд?! Ен Му Сон немедленно затаил дыхание и бессознательно отступил на несколько шагов назад. Любой яд, который носил Тан Ги Мун, не мог быть чем-то мягким или относительно безвредным.

Однако Тан Ги Мун без колебаний влил каплю яда в рот и проглотил. Его лицо быстро побледнело, и все его тело начало неудержимо дрожать.

Название яда, который он только что принял, было “Кислота белой лягушки”, названная так потому, что она была извлечена из кожи Кровавой белой лягушки(1), ядовитой лягушки, обитающей в отдаленных районах провинции Цинхай. В отличие от других лягушек, Кроваво-белая Лягушка не впадала в зимнюю спячку, вместо этого она становилась все более и более энергичной, когда погода становилась холоднее. Это необычное поведение было результатом того, что его организм вырабатывал яд такой силы, что одной капли его было достаточно, чтобы убить более десяти здоровых быков.

В прошлом Тан Ги Мун потратил целых два месяца, обыскивая каждый уголок и щель провинции Цинхай только для того, чтобы найти лягушку и получить этот яд.

Действие яда заключалось в том, что в тот момент, когда он попадал в организм, он стимулировал всю нервную систему, непрерывно посылая сигналы, указывающие на “боль” в мозг, и неописуемая агония, которая следовала за этим, отправляла большинство людей на смерть.

Однако Тан Ги Мун не был обычным человеком. Он был мастером отравления и обладал устойчивостью к большинству ядов. Кислота Белой Лягушки действительно была сильнодействующей, но для него боль все еще была терпимой.

Дрожащими руками Тан Ги Мун открыл бутылку в левой руке, поднес ее ко рту и залпом осушил.

Эта бутылка была наполнена другим сильнодействующим ядом под названием “Красная корона журавля”, и, как и кислоты Белой лягушки, одной капли было достаточно, чтобы убить несколько десятков человек. Его получали из красных коронок на головах старых журавлей, которые жили несколько сотен лет, и трудность получения этого яда была настолько высока, что это было все равно, что пытаться срывать звезды с неба.

Если бы кто-нибудь, кто знал о ядах, увидел, что только что сделал Тан Ги Мун, они бы испугались и назвали его “сумасшедшим”. Одной капли каждого вида яда было достаточно, чтобы убить десятки людей, и все же он проглотил не один, а оба яда!

“Кек!” В тот момент, когда Красная Корона Журавля вошла в его живот, Тан Ги Мун прикусил губу от боли. Его устойчивость к ядам может быть выдающейся, но комбинированный эффект от двух разных ядов был невыносим даже для него.

Удивительно, однако, что два яда яростно сталкивались только некоторое время, прежде чем они начали сотрудничать и исцелять тело Тан Ги Муна. По прошествии времени его искаженное от боли лицо начало расслабляться, и к нему вернулось некоторое подобие цвета.

“Тьфу ты”…

Внезапно ядовитые пары хлынули из пор его кожи.

Ен Му Сон поспешно крикнул: “Все, отойдите от него!”

После напоминания Ен Му Сона все, кто с любопытством наблюдал за Тан Ги Муном, быстро отступили назад, хотя Ен Му Сон продолжал внимательно наблюдать за стариком.

#Лечит ли он яд ядом? Нет, если я правильно помню, это явление должно называться “гармония ядов”.…

Кислота Белой лягушки стимулирует его нервную систему, вызывая боль, но вызывая естественную реакцию заживления его тела. С другой стороны, Красная Корона Журавля повредила внутренние органы, защищая нервную систему. Само по себе разрушительное действие каждого яда превосходило его целебный эффект, но вместе сводились на нет только негативные эффекты.

Что ж, этот грубый метод сработал только потому, что он был Тан Ги Муном и мог противостоять худшим побочным эффектам каждого яда. Для любого другого, если бы количество и концентрация каждого яда были хотя бы немного отклонены, результатом была бы верная смерть.

Вскоре смещенные органы Тан Ги Муна вернулись на свои законные места, а его разорванные мышцы срослись.

#Как и ожидалось от главы Павильона Десяти тысяч Ядов, с горечью подумал Ен Му Сон. Если бы только он решил спасти Тан Ги Муна, он и Железная бригада получили бы большую пользу от мастера, который превзошел стадию отравления людей до смерти и достиг царства, где он мог превращать яд в драгоценные эликсиры.

По мере того, как из тела Тан Ги Муна выходило все больше и больше ядовитых испарений, его ближайшее окружение быстро превратилось в круг смерти, где растения, которые всего несколько мгновений назад были пышными и зелеными, стали серыми и бесплодными. Напротив, сам Тан Ги Мун казался все более и более оживленным.

Наконец, с тихим вздохом Тан Ги Мун открыл глаза, поднялся на ноги и направился к Тан Ми Ре.

“Дядя, тебе сейчас лучше?”

“Да, благодаря тебе я в основном восстановился. Кроме того, мне жаль, что я вообще не мог помочь вам во время битвы. Я был просто обузой.”

“Фух...” Тан Ми Ре вздохнул с облегчением.

Внезапно она услышала звук шуршащей травы. Джин Му Вон вернулся.

Она тут же радостно закричала: “Спаситель!”

Как и его племянница, Тан Ги Мун также повернулся лицом к Джин Му Вону, и взгляды двух мужчин встретились.

Глаза Джин Му Вона загорелись интересом. Прямо перед тем, как отправиться в погоню за Нам Гун Ви, Тан Ги Мун был в предсмертном состоянии, и все же теперь мужчина стоял прямо, как будто он никогда не был ранен.

“Так ты тот молодой человек, который спас мне жизнь. Спасибо, и, пожалуйста, позвольте мне представиться, я Тан Ги Мун ”.

“Меня зовут Джин Му Вон. Кроме того, вам не нужно благодарить меня, я просто сделал то, что сделал бы любой в такой ситуации. ”

“Несмотря на это, я член клана Тан. И враждебность, и доброта - это то, что мы никогда не забудем, поэтому во имя Тан Ги Муна я клянусь, что верну эту услугу ”, - непреклонно настаивал Тан Ги Мун.

Тем, кто относился к клану Тан с добротой, воздастся в десятикратном размере, а тем, кто оскорбил их, воздастся в стократном размере. Это было кредо клана Тан, и из всех членов клана Тан Ги Мун был тем, кто наиболее твердо придерживался принципов своей семьи. Его слово стоило больше, чем вес тысячи золотых монет.

Пока все это происходило, Ен Му Сон и Чон Ри Му Хван могли только наблюдать со стороны с такими выражениями, как будто они только что съели кислый виноград.

К их огорчению, это обещание было только между Джин Му Вон и Тан Ги Муном.

1. Кроваво-белая лягушка (血文蛙): Это чисто вымышленный вид лягушек, вероятно, заимствованный из романа Цзинь Юна “Небесный меч и сабля, убивающая драконов”, где главный герой Чжан Уцзи съедает Кровавую лягушку (которая содержит чистую энергию Ян), чтобы нейтрализовать холодный (Инь) яд от техники его врага, Божественной Ладони Холодной Тьмы.

Дракон, живущий среди Черни I

Куньмин, столица провинции Юньнань, располагался на плато примерно на высоте 7000 футов (2000 метров) над уровнем моря. Это было даже выше, чем вершины многих знаменитых гор на Центральных равнинах.

Вопреки ожиданиям, в Куньмине было совсем не холодно. Скорее, город мог похвастаться теплым климатом круглый год, что делало возможным ведение сельского хозяйства независимо от времени года. Благодаря этому жизнь в регионе была комфортной даже до прихода ханьцев, когда в этом районе было всего несколько племен, разбросанных по всему району.

Кроме того, атмосфера Куньмина отличалась от других городов на Центральных равнинах. Это было место, где пересекались различные культуры и этнические группы, и часто можно было увидеть людей, одетых в традиционную одежду разных племен, прогуливающихся по оживленным улицам.

Или, скорее, таким должен был быть город.

Когда караван Белого Дракона вошел в Куньмин, шумных, оживленных улиц, которых они ожидали, нигде не было видно. Вместо этого город был тихим и пустынным, а прохожие смотрели на них с настороженным выражением на лицах. Совсем недавно потеряв в битве нескольких своих товарищей, члены каравана были не менее бдительны и мрачны, чем горожане. Напряжение в воздухе было настолько удушающим, что каждый мог почувствовать жесткое, сокрушительное давление.

Джин Му Вон сидел на месте возницы своего фургона и спокойно осматривал окрестности. Даже он не был исключением из напряженной атмосферы в Куньмине. Время от времени он чувствовал, что прохожие смотрят на него глазами, полными подозрения, и когда он присмотрелся к этим людям, он понял, что большинство из них были полностью вооруженными мастерами боевых искусств.

#Почему в этом городе так много мастеров боевых искусств? Они также не одеты ни в одну из традиционных одежд местных племен. Это может означать только то, что все эти люди пришли откуда-то еще.

#Что здесь происходит?

Не так давно Тан Ги Мун сообщил ему, что клан Тан отправился в Юньнань по приказу Небесного Саммита, но Небесный Саммит на самом деле не дал им много информации о ситуации. Однако, основываясь на том факте, что они указали его имя, он предположил, что там, вероятно, произошла катастрофа, связанная с ядом.

Как раз в этот момент два члена клана Тан высунули головы из укрытой кабины фургона, прямо за сиденьем водителя. По сравнению с тем, что было несколько дней назад, Тан Ги Мун выглядел намного здоровее, в результате постоянного ухода за своим телом даже после первоначальной обработки двумя ядами.

Тан Ги Мун спросил: “Не возражаете, если мы присядем рядом с вами на минутку?”

“Нет, вовсе нет”. Джин Му Вон отошел в сторону, позволив Тан Ги Муну и Тан Ми Ре забраться на водительское сиденье.

“Наконец-то я могу размять свое тело”. Лицо Тан Ги Муна просветлело. Внутри кабины фургона было темно и тоскливо, и глоток прохладного, свежего воздуха показался ему прекрасным.

“Как ты себя чувствуешь?”

“Благодаря вам, мастер Джин, я полностью выздоровел”.

“Я ничего не делал. Ты был тем, кто без отдыха ухаживал за своими ранами.”

“Если бы ты не спас меня, я бы до сих пор не дышал”.

Тан Ги Мун посмотрел в переднюю часть каравана, где находились лидеры Железной бригады и Ассоциации торговцев Белого Дракона. Он не забыл, как эти люди бросили его в тот день. Даже когда они путешествовали вместе, он никогда не заводил с ними разговора, а когда его заставляли говорить с ними, он отвечал им только односложными ответами или просто игнорировал их.

Как лидер престижного клана Тан и мастер своего дела, такое высокомерие подходило Тан Ги Муну. Тем не менее, то, как он вел себя по отношению к Джин Му Вону, было полной противоположностью тому, как он вел себя по отношению к Железной бригаде и Ассоциации торговцев Белого Дракона.

Голосом, переполненным беспокойством, Тан Ги Мун сказал: “Ты, должно быть, устал. Ты уже несколько дней ведешь фургон без единого перерыва.”

Причина, по которой Тан Ги Мун был так добр к Джин Му Вону, заключалась не только в том, что молодой человек спас ему жизнь, но и в том, что он искренне любил его. Хотя Джин Му Вон не был симпатичным мальчиком, он обладал определенным уникальным шармом, который привлекал к нему других, и, прежде всего, он был человеком, который искренне заботился о других людях.

За все время их путешествия в Куньмин молодой человек ни разу не попросил клан Тан отплатить ему за доброту и не напомнил им о своих деяниях. Из этого Тан Ги Мун мог сказать, что Джин Му Вон спас их не потому, что он чего-то хотел от них. Он просто следовал желанию своего сердца помогать нуждающимся.

#В наши дни мы не часто видим таких людей, как он.

Если и было что-то, что беспокоило Тан Ги Муна, так это прошло с появлением Джин Му Вона. За все время, проведенное вместе, молодой человек никогда не раскрывал никакой информации о себе. Однако единственный способ, которым он мог стать настолько сильным, - это учиться у выдающегося мастера или принадлежать к известной секте.

#Нет, даже тогда я не могу вспомнить ни одного человека или секту, которые могли бы воспитать кого-то подобного ему. Я должен отвести молодого человека в сторону и попытаться расспросить его об ответах позже.

Внезапно Тан Ми Ре, который долгое время ничего не говорил, спросил: “Мастер Джин, вы собираетесь продолжать оставаться вместе с Торговой ассоциацией Белого дракона теперь, когда мы достигли Куньмина?”

Хотя ее вопрос был простым, он имел много последствий.

“Нет, я планирую получить собственное жилье”.

“Почему?”

“Если мы заставим себя сотрудничать друг с другом, несмотря на плохие отношения, мы только будем мешать друг другу. Вот почему с этого момента я собираюсь действовать самостоятельно ”.

“Тогда почему бы тебе не пойти с нами?”

Удивленный ее предложением, Джин Му Вон тупо уставился на нее.

Тан Ми Ре улыбнулся и продолжил: “Сначала мы планируем отправиться в секту Кулака Тирана и встретиться с другими мастерами боевых искусств, посланными сюда Небесной Вершиной”.

“Секта Кулака тирана?” Джин Му Вон сузил глаза.

Секта Кулака Тирана была фракцией, основанной “Демоном Кулака” Джо Чон У, одним из бывших Четырех столпов Северной армии. Когда-то Джо Чон У был близким другом своего отца, настолько близким, что они называли друг друга братьями. Для Джин Му Вона он также был дядей, которым можно гордиться.

Однако в тот роковой день Джо Чон У был первым человеком, который повернулся спиной к Джин Кван Хо и армии Севера. В награду за это Небесный Саммит дал ему лицензию на создание секты Кулака Тирана в провинции Юньнань.

“Было бы намного проще найти твоего дядю, если бы ты мог получить помощь от секты Кулака Тирана, верно?”

“Спасибо за предложение, но на данный момент я действительно не хочу входить в это место”.

“Почему ты не хочешь туда идти?”

“Есть кое-что, что я должен сделать сначала, однако, я приду за тобой после того, как закончу свои дела”.

“Это так? Тогда ничего не поделаешь. ” Тан Ми Ре разочарованно вздохнула, услышав первую часть ответа Джин Му Вона, но только через некоторое время полный смысл того, что он сказал, дошел до ее сознания. Их расставание было лишь временным. Улыбка быстро появилась на ее лице, когда она достала нефритовый жетон и передала его Джин Му Вону.

“Пожалуйста, обязательно приходи к нам, когда закончишь, хорошо? Просто покажите это секте Кулака Тирана, и они позволят вам войти ”.

Джин Му Вон посмотрел на нефритовый жетон. На нем было выгравировано слово “Тан (唐)”, символ клана Тан. Он сразу понял, что это было не то, что Клан Тан раздавал легко, поскольку такой знак можно было использовать даже для входа в штаб-квартиру Небесного Саммита, не подвергаясь допросам и проверкам.

“Спасибо”, - сказал он, кладя жетон в нагрудный карман.

В стороне Тан Ги Мун, который только что наблюдал за перепалкой двух молодых людей, посмотрел на небо и пробормотал себе под нос: “Весна - всегда такое ПРЕКРАСНОЕ время года, не так ли?~”

Лицо Тан Ми Ре сразу же покраснело от смущения.

Затем Тан Ги Мун повернулся к Джин Му Вону и сказал: “Я верю, что ты знаешь, что делаешь, но, пожалуйста, будь осторожен и сделай все возможное, чтобы оставаться в безопасности. Прямо сейчас Куньмин ничем не отличается от логова демонов. Судя по тому факту, что Небесный Саммит призвал нас сюда, нетрудно догадаться, насколько плоха ситуация.”

“Я буду иметь это в виду”.

“Еще одна вещь, возьми это”.

Тан Ги Мун достал маленькую деревянную шкатулку и передал ее Джин Му Вону.

“Что в этом?”

“Противоядие, называемое Красным серебряным эликсиром”.

“Разве это не чрезвычайно ценно?”

“Все в порядке, я сделал это сам. Это противоядие мгновенно нейтрализует большинство ядов, и в качестве бонуса оно также увеличит вашу устойчивость к ядам более чем на десять лет ”.

“Я не могу принять такой драгоценный подарок”.

“Эй, ты, как думаешь, сколько стоит моя жизнь? По сравнению с этим, это ничто “.

#Я думаю, с этим не поспоришь. Джин Му Вон, наконец, смягчился и принял подарок, сказав: “Спасибо, я обязательно воспользуюсь им с пользой”.

“Я уверен, что это будет полезно для вас в чрезвычайной ситуации, так как, к сожалению, это все, что я могу дать вам прямо сейчас”, - извиняющимся тоном ответил Тан Ги Мун. Однако, в отличие от того, как он выразился, Красный Серебряный эликсир вряд ли был бесполезным предметом. На самом деле это был проект, в который он вкладывал значительные средства в течение нескольких десятилетий, и ему потребовалось собрать в общей сложности несколько десятков бесценных ядов.

Даже тогда ему удалось синтезировать только двадцать доз Красного серебряного эликсира, и после того, как он поделился ими со своими близкими друзьями и семьей, а также лидерами клана Тан, у него осталось всего пять доз. Тем не менее, он нисколько не сожалел о том, что дал его Джин Му Вону.

Пока трое людей разговаривали, караван проехал мимо главных ворот секты Кулака Тирана, и Джин Му Вон остановил свой фургон.

Секта Кулака Тирана была немалой сектой. Хотя он не мог сравниться с Северной армией в ее расцвете, он мог похвастаться масштабом и великолепием, которые ни в чем не уступали великим старым сектам Центральных равнин. Более десяти больших залов и вилл возвышались над высокими стенами, в то время как несколько десятков павильонов поменьше усеивали пейзаж.

Как будто для того, чтобы показать положение секты Кулака Тирана как центра силы, многочисленные воины выстроились в линию от главных ворот через внутренний двор только для того, чтобы приветствовать посетителей.

Тан Ги Мун и Тан Ми Ре вышли из фургона, и Джин Му Вон отмахнулся от них, отсалютовав кулаком, сказав: “Мне пора идти. Скоро увидимся снова.”

“Я буду ждать тебя, мастер Джин”.

“Тогда до следующего раза”.

Тан Ги Мун кивнул в знак подтверждения и зашагал к главным воротам секты Кулака Тирана. Тан Ми Ре следовала за ним по пятам, но каждые несколько шагов, которые она делала, она не могла не с сожалением оборачиваться и смотреть на спину некоего молодого человека, когда он уезжал вслед за караваном.

У ворот дядя и племянница раскрыли свои личности стражам ворот, вызвав небольшой переполох, пока, наконец, мужчина средних лет не выбежал из секты, чтобы поприветствовать двух уважаемых посетителей.

“Добро пожаловать, я Ю Чжон Мун, главный администратор секты Кулака Тирана”.

“Рад познакомиться с вами, главный администратор Ю”.

“Вы прибыли намного позже, чем мы ожидали. Что-то случилось?”

“По пути сюда на нас напал враг. Нам двоим удалось получить помощь и мы были спасены, но, к сожалению, остальные члены нашей группы погибли ”.

“О нет, я так сожалею о вашей потере. Тогда тебе следует быстро войти и отдохнуть. Лидер Секты и Молодой Лидер ждут вас.”

“Хорошо”.

Ю Чжон Мун привел двух членов клана Тан в дом. Когда они проходили мимо ворот, Тан Ми Ре в последний раз оглянулась, но караван Белого Дракона и фургон Джин Му Вона уже исчезли вдали.

После путешествия, которое длилось несколько месяцев, караван "Белый дракон" наконец прибыл к месту назначения, самой большой гостинице в Куньмине, гостинице "Белый мрамор". Пока сопровождающие разгружали багаж и разносили его по комнатам, Джин Му Вон подошел к Гон Джин Суну и сказал: “Спасибо тебе за все, что ты сделал для меня до сих пор”.

“Почему ты вдруг это говоришь?”

“Я думаю, что будет лучше, если с этого момента мы будем двигаться отдельно. Я сам найду себе жилье”.

Если вы видите это, вы попали не по адресу.

“Эээ...” Выражение лица Гон Джин Суна стало жестким. Он видел силу ДжинМу Вона своими собственными глазами и понял, что молодой человек был воином, на которого он мог положиться. Однако он не мог заставить себя сказать ему, чтобы он не уходил.

К настоящему времени пропасть между Джин Му Вон и членами каравана стала настолько большой, что превратилась в зияющую пропасть. Наемники Железной бригады, чья гордость была задета, не хотели иметь ничего общего с молодым человеком. С другой стороны, более слабые сопровождающие боялись его.

Самое главное, что даже сам Гон Джин Сон не был уверен, что сможет обуздать Джин Му Вона. Если бы молодой человек был холодным, расчетливым человеком, он мог бы просто нанять его за деньги, но, к сожалению, Джин Му Вон не был человеком, движимым такими мелочами. Он действовал исключительно исходя из своих собственных принципов и чувства справедливости, и его не прельщала никакая материальная выгода.

Это сделало его очень трудным человеком для найма.

Однако, несмотря на то, что Гон Джин Сун отказался от найма Джин Му Вона, он не хотел полностью разрывать свои отношения с этим человеком.

“Я уважаю твое решение. Тем не менее, если вам когда-нибудь понадобится помощь от Ассоциации торговцев Белого Дракона, пожалуйста, найдите меня. Пока это в моих силах, я сделаю все возможное, чтобы помочь вам ”.

“Спасибо, я чрезвычайно благодарен за ваше предложение”. Цзинь Му Вон отсалютовал Гун Цзиньсуну кулаком, затем повернулся и ушел.

Тем временем Квак Мун Чжун, который слушал их разговор, также поклонился Гон Джин Суну, сказав: “Спасибо за заботу и внимание, которые ты проявлял ко мне все это время”.

“Ты собираешься следовать за ним? Путь, который он выбрал, обязательно будет трудным.”

“Хен Ним был тем, кто показал мне путь вперед, и я хочу сделать все возможное, чтобы увидеть, что в конце пути”.

“Я вижу”. Гун Джин-Сон кивнул. Он не знал почему, но чувствовал, что может понять решение Квак Мун Чжуна.

“Однажды, когда я почувствую, что могу справиться с ответственностью, я вернусь в Торговую ассоциацию Белого Дракона. В то время, вы бы наняли меня снова? ”

Это некоммерческий перевод. Рекламы нет.

“Конечно, я буду ждать. Теперь тебе действительно следует поторопиться и отправиться за ним.”

Услышав напоминание Гон Чжин Сена, Квак Мун Чжон поспешно попрощался и погнался за Джин Му Вон.

Гун Джин Сун спокойно наблюдал, как двое молодых людей уходят. Тем временем Ен Му Сон, Чон Ри Му Хван и Юн Со Ин подошли к нему.

“Так он ушел, да?”

“Во-первых, он не был тем, с кем мы могли бы мирно работать”.

Принципы Джин Му Вона противоречили принципам Ен Му Сона и Железной бригады, и пока эти двое были в ссоре, Ассоциация торговцев Белого Дракона никак не могла заставить его остаться.

“Откуда на земле появился такой человек?”

Чон Ри Му Хван бессознательно пробормотал: “Я помню, он говорил, что он с Севера”.

Дракон, живущий среди Черни II

Назойливые люди в Ганьгхо любили классифицировать мастеров боевых искусств по их сильным сторонам и создавать рейтинговые списки. Хотя у них часто возникали споры, они всегда соглашались, что самые сильные девять человек в муриме - это Девять Небес Небесной Вершины. Имена и названия Девяти Небес были следующими:

Демонические когти из Алого нефрита (紅玉魔文), Шим Му Ваэ.

Сражение до слов (不文不言), Дам Джок Шим.

Император Меча Лазурного дракона (蒼龍劍帝), Би Са Вон.

Император демонической Души (魔靈帝), Хен Хен Со.

Призрак Чжугэ Ляна (鬼諸葛), Со-Мун Хва.

Непобедимый аскет (無敵修士), Мо Ен Юл Чхон.

Шалфей алого листа (赤葉眞人) из секты Удан.

Настоятель храма Будды (佛影神僧) в Шаолинь.

Предвестник бури (風雲旛主), Ньонг Гон Хви.

Вместе эти девять мастеров обладали абсолютной властью над Гангхо. Некоторые из них были известны своей боевой силой, в то время как другие были известны тем, что были лидерами самых могущественных сект в мире.

Каждый из них обладал достаточной квалификацией, чтобы оспорить титул Сильнейшего в мире. Однако, поскольку эти девять человек никогда не сражались между собой, было невозможно определить, кто был самым сильным мастером боевых искусств.

Таким образом, папарацци ганго собрали их вместе и назвали их Девятью Небесами. Конечно, были и другие мастера боевых искусств, которые могли бы бросить вызов этим девяти, включая Четыре столпа Северной армии:

Призрачный клинок (赤文鬼劍), Ен Чхон Хва.

Демон кулака (拳魔), Джо Чхон У.

Император железной крови (鐵血武帝), Дже Хек Шим.

Император Ветра (風帝), Кен Му Сен.

Хотя Четыре Столпа ответвлялись от великого древа, которым была Северная Армия, всего за десять лет они создали фракции, которые были не менее могущественны, чем старые секты Центральных равнин.

Конечно, большинство людей знали, что определенно были другие, менее известные гроссмейстеры, скрытые в массах или живущие в уединении, но никто не думал, что всех этих людей, вместе взятых, будет больше тридцати.

Тем не менее, если бы эти люди родились в разные времена, каждый из них был бы правителем ганго по своему праву. К счастью для простых людей, их существование в ту же эпоху привело к балансу сил и общему миру для людей.

#Тем не менее, этот мир чрезвычайно хрупок, как балансирование на острие ножа.

Со сложными чувствами Тан Ги Мун посмотрел на мужчину средних лет, сидящего перед ним на золотом троне, на котором выгравированы драконы, поднимающиеся к небесам. Мужчина обладал большим ростом, напоминающим медведя, и имел угловатую челюсть, толстые губы, плоский нос и тигриные глаза, которые, казалось, видели душу человека насквозь. Однако, в отличие от тупых и неуклюжих медведей, его аура была достаточно острой и интенсивной, чтобы сокрушить тысячу человек.

Он был Джо Чон Ву, “Демоном Кулака”, одним из бывших Четырех Столпов Северной армии, и нынешним главой секты Кулака Тирана.главой секты Кулака Тирана.

И прямо сейчас у этого Джо Чхон Ву было очень серьезное выражение лица. Тот факт, что клан Тан попал в засаду в провинции Юньнань, на его территории, сильно разозлил его.

После долгой паузы Чо Чхон Ву прорычал: “Эти парни перешли черту”.

Тан Ги Мун вздрогнул, как будто он только что услышал рев страшного тигра. Всегда ли четыре Северных столпа были такими сильными? Из всех людей, которых я встречал раньше, Джо Чон У обладает самым сильным присутствием, как будто все в этом зале находится под его абсолютным контролем.

Хотя Тан Ги Мун не знал боевых искусств, он все еще был членом клана боевых искусств. После встреч и разговоров с многочисленными воинами он почувствовал, что у него появился острый взгляд на людей.

#Если он настолько силен, я понимаю, почему он был бы недоволен тем, что служил другому в качестве простого генерала в армии Севера.

Те, у кого было достаточно силы, чтобы потрясти мир, никогда не довольствовались бы тем, что играли вторую скрипку при другом, и Джо Чон У, безусловно, был таким человеком.

“Вам удалось идентифицировать убийц?”

“Мои подчиненные отправились на расследование, и это только вопрос времени, когда правда выйдет на свет”, - уверенно ответил Джо Чон У.

За десять лет, прошедших с тех пор, как в Юньнани была основана секта Кулака Тирана, они росли и развивались чрезвычайно быстрыми темпами. В частности, Чо Чхон Ву придавал первостепенное значение развитию своего отдела сбора информации, известного как Око Небес.

В конце концов, он своими глазами видел, как недостаток информации привел к уничтожению Северной армии.

Теперь, спустя десять лет с момента создания Ока Небес, он был уверен, что они ничем не уступают любой информационной организации на Центральных равнинах. Это также было причиной, по которой он был уверен, что его агенты обязательно узнают правду о странных инцидентах в регионе.

“Надеюсь, мы сможем выяснить, кто они такие, как можно скорее. Из того, что я испытал, они очень тщательно заметают свои следы ”.

“Хм! Пока они в Юньнани, они не смогут вечно избегать моих шпионов. Момент, когда мы их опознаем, станет моментом, когда они испустят последний вздох ”.

Намерение убить в голосе Джо Чхон Ву было очевидным. Кто бы ни создавал проблемы в Юньнань, он занимался этим уже более шести месяцев, и с исчезновением торговых караванов экономика Юньнань сильно пострадала.

Естественно, секта Кулака Тирана, которая обеспечивала безопасность караванов в качестве основного источника дохода, погибла вместе с ним. Хотя они действительно развивались очень быстро за последние десять лет, их экономические основы все еще были недостаточно прочными, чтобы выдержать такие радикальные изменения.

Напротив, их сосед в Юньнань, давняя секта Дяньцан, владела обширными сельскохозяйственными угодьями и была самодостаточной даже без прибыли от торговли.

В такой ситуации не только финансы секты Кулака Тирана были в отчаянном положении, их репутация также сильно пострадала. Дела были настолько плохи, что им даже понадобилась помощь от следственной группы Небесного Саммита, чтобы выяснить причину проблем.

Очевидно, Чо Чхон У не мог быть счастлив в такой ситуации, но у него не было выбора. Наряду с недавним упадком секты Кулака Тирана, начали появляться все больше и больше сомнений в его лидерских способностях, и он больше не мог поддерживать абсолютный контроль над всем внутри секты.

“В любом случае, я рад, что с тобой все в порядке, глава павильона Тан”.

Если бы Тан Ги Мун, глава Павильона десяти тысяч ядов, умер в Юньнань, то секта Кулака Тирана, несомненно, оказалась бы в очень затруднительном положении.

“Если бы мне не посчастливилось получить помощь, я бы наверняка погиб. Враг был настолько тщательно подготовлен к встрече с кланом Тан, что мы были полностью в их власти ”.

“Что ж, тогда мы должны благодарить небеса за это. Кроме того, любой благодетель клана Тан также является благодетелем секты Кулака Тирана. Назови мне имя своего спасителя, и я обязательно передам им привет.”

“К сожалению, я до сих пор не знаю его истинной личности или личной истории. Тем не менее, я определенно скоро снова встречусь с ним. Когда это произойдет, я представлю его тебе, лидер секты Джо ”.

“Я уже с нетерпением жду встречи”.

“Поверь мне, ты не пожалеешь об этом”.

При уверенном утверждении Тан Ги Муна глаза Джо Чхон Ву блеснули интересом.

В комнате в Миролюбивой гостинице Джин Му Вон распаковал свой багаж. Гостиница была очень убогой, но она занимала место в отличном месте прямо в центре города, и хотя он был в одноместном номере, комната была на самом деле достаточно большой для трех или четырех человек.

Квак Мун Чжун оглядел комнату и удивленно воскликнул: “Вау! Это намного лучше, чем я ожидал, для гостиницы, которая снаружи выглядит так, будто может рухнуть в любой момент.”

“Шеф-повар здесь, предположительно, довольно опытный, и владелец гостиницы также позволил нам использовать их задний двор”.

“Означает ли это, что я смогу практиковать свои боевые искусства там?” Глаза Квак Мун Чжуна ярко блеснули. Он никогда так остро не осознавал, насколько он слаб, как во время битвы с воинами в красных доспехах. Кроме того, хотя он практиковал свои боевые искусства всякий раз, когда у него было время, пока они путешествовали, факт оставался фактом: у него почти не было свободного времени.

“Я собираюсь отправиться в путь один на несколько дней, так что тем временем тебе следует сосредоточиться на собственном обучении”.

“Понятно!” Квак Мун Чжун ответил страстно.

Затем Джин Му Вон оставил целеустремленного мальчика и спустился вниз. Он увидел молодого официанта, который двигался между столиками, и окликнул его: “Малыш”.

“Вы звали меня, сэр?” Официант немедленно подбежал к нему.

“Я пытаюсь найти кое-кого, и я хотел бы спросить вас, слышали ли вы о нем”.

“Кого ты ищешь?”

“Триединый ученый Ха...”

“О, это он. Сумасшедший парень!”

“Сумасшедший парень?” - Спросил озадаченный Джин Му Вон.

“Здесь его все так называют. Ходили слухи, что когда-то он был гением, но однажды он внезапно сошел с ума и сошел с ума. Из-за этого мы также называем его Сумасшедшим ученым ”.

“Он просто внезапно сошел с ума в один прекрасный день?”

“Да! Я не знаю подробностей, но, по-видимому, он просто появился однажды и заявил, что он сумасшедший ”.

“Где я могу его найти?”

“Насчет этого...” Голос официанта затих, как будто он чего-то ждал.

Джин Му Вон понимающе улыбнулся и протянул мальчику монету.

Молодой официант немедленно расплылся в широкой улыбке и продолжил: “Если вы продолжите двигаться на юг по центральному бульвару, вы найдете трущобы. Прямо посреди трущоб есть здание под названием “Вест Винд Инн”. Вы должны быть в состоянии найти его там ”.

“Он остановился в той гостинице?”

“Здание может называться гостиницей, но на самом деле это игорный притон. Я должен предупредить вас заранее, что это довольно опасное место.”

“Спасибо, я позабочусь о том, чтобы быть особенно осторожным”.

“Хе-хе!”

Джин Му Вон помахал ликующему официанту на прощание, вышел из гостиницы и собирался направиться к месту назначения, когда его внимание привлек проходящий мимо патрульный отряд с эмблемой секты Кулака Тирана.

Выражение его лица бессознательно напряглось. Как бы он ни старался сохранять спокойствие, у него просто не получалось. Нынешним лидером секты Кулака Тирана был человек, которого он когда-то нежно называл дядей, и хотя прошло десять лет, лицо этого человека все еще было ясно в его памяти.

Он тихо вздохнул и покачал головой. Он был иррационален и раздражен, но сейчас вряд ли было время терять себя в ненависти.

“Сначала мне нужно спасти дядю Хуана”, - сказал он себе, продолжая идти к трущобам, о которых ему рассказал официант.

Везде, где собиралось много людей, естественным образом образовывались трущобы. Это был мир для тех, кто не мог вписаться в общество или был вытеснен на периферию своими обстоятельствами.

Таким образом, в тот момент, когда Джин Му Вон вошел в трущобы, он почувствовал изменение атмосферы. В отличие от остальной части Куньмина, в трущобах было холодно независимо от погоды.

Это было заморожено сердцами бедных; их ненавистью и отчаянием.

Проходя по трущобам, Джин Му Вон чувствовал растущую настороженность окружающих его людей. Старик, сидящий на пороге его дома, подозрительно уставился на него, в то время как дети, игравшие в переулках, убежали, как только увидели его.

За каждым его шагом внимательно следили, как будто вся улица ожила только для того, чтобы следить за его движениями.

Что ж, это не было неожиданностью. Все эти люди родились и выросли в этих трущобах, что укрепило их солидарность. Они, вероятно, знали всех остальных в этой области как свои пять пальцев. Внезапное появление такого же незнакомца, как он, должно было вызвать удивление.

Джин Му Вон сделал вид, что не заметил пристальных взглядов жителей трущоб, и плавно зашагал к намеченному месту назначения, гостинице "Западный ветер". Однако, когда он, наконец, добрался туда, двое мускулистых мужчин преградили ему путь. Они тщательно изучили его с пугающими взглядами, прежде чем один из них спросил: “Почему ты здесь? Чего ты хочешь?”

“Я здесь, чтобы встретиться с Триединым Ученым Ха Джин Волем”.

Мужчины мгновенно взорвались необузданной яростью.

“Этот лживый мошенник!”

“Гребаный мошенник!”

“Ты, ты в сговоре с этим мошенником?”

Атмосфера накалилась, когда еще больше крупных, крепких мужчин внезапно выскочили из гостиницы.

Дракон, живущий среди Черни III

Джин Му-Вон был окружен более чем дюжиной разъяренных хулиганов. Если бы нормальный человек оказался на его месте, он наверняка бы испугался, но, к сожалению, Джин Му Вон не был обычным человеком.

Он хладнокровно наблюдал за гигантскими головорезами, вооруженными дао, вокруг него и спросил: «Есть проблема?»

— Ты спрашиваешь нас об этом, потому что действительно не знаешь?

Мужчина, который, по-видимому, был головорезом босса, выступил вперед и пристально посмотрел на Джин Му Вона. У него был большой пивной живот и длинный шрам через все лицо, придававший ему угрожающий вид.

Джин Му Вон небрежно пожал плечами и ответил: “Я совершенно уверен, что никогда раньше никого из вас не встречал”.

“Ты пришел сюда, чтобы найти мошенника, Ха Джин Вол, верно?”

“Это проблема?”

“Конечно, это проблема. Поставьте этого ублюдка на колени!”

Еще до того, как босс закончил отдавать свои приказы, головорезы уже замахнулись клинками на Джин Му Вона.

Свист!

Вид дождя лезвий, падающего на них, отпугнул бы большинство людей, но Джин Му Вон был худшим из возможных противников, которого можно было попытаться напугать.

Он просто вытянул два пальца на одной руке и потянулся навстречу приближающимся лезвиям.

“Ты что, с ума сошел?” - засмеялся один из нападавших, но в следующее мгновение улыбка исчезла с его лица.

РАЗЛЕТЕТЬСЯ ВДРЕБЕЗГИ!

В тот момент, когда пальцы Джин Му Вона коснулись его двери, она разлетелась вдребезги, как стекло. Молодой человек использовал свое Оружие - Раздробленный Палец (碎兵指).

После этого Джин Му Вон продолжил тыкать в остальное оружие, и одно за другим оно разлетелось на куски и с грохотом упало на пол.

У пузатого босса отвисла челюсть, когда он застонал: “Ооо...!!”

Он не мог поверить в то, что видел. Эта сцена бросала вызов здравому смыслу. Как мог человек уничтожить стальное оружие голыми пальцами?

“Ты? Ты... - пробормотал он.

Джин Му Вон повернулся к боссу, который внезапно потерял силу в ногах и упал на задницу, наблюдая, как два смертоносных пальца сомкнулись у него на лбу. Вокруг них другие мужчины, все оружие которых было уничтожено, могли только стоять неподвижно, как статуи, их глаза были полны ужаса.

Дерьмо! Мы выбрали не того парня.

Он мастер, он мастер…

Хотя в Куньмине было много воинов мурим, за последнее десятилетие никто из них никогда не посещал трущобы. По этой причине головорезам и в голову не пришло, что Джин Му Вон был мастером боевых искусств. Они даже не заметили меч, висящий на поясе молодого человека, пока их не избили до полусмерти.

Черт! Почему мастер пришел в такое место, как это…

Джин Му Вон уничтожил клинок голыми руками, нет, одним касанием пальца. Это могло быть способностью только верховного мастера.

Когда та же мысль пришла в голову головорезам, они невольно сглотнули от страха.

Джин Му Вон присел на корточки перед головорезом-боссом и спросил: “У тебя все еще есть ко мне претензии?

“Нет, вообще никаких проблем”. Головорез-босс отчаянно замотал головой.

Если вы видите это, вы находитесь не в том месте.

“Тогда, может быть, сейчас подходящее время для беседы?”

“Конечно! Мы можем поболтать в любое время. Хи-хи!”

“Хорошо”.

Джин Му Вон улыбнулся. Однако для головореза босса улыбка молодого человека была похожа на оскал дьявола. Он улыбался, но если бы эти дьявольские пальцы ткнули его в лоб…

СОДРОГНИСЬ!

Одно только представление об этом заставляло его дрожать, как лист на ветру.

“Итак, почему простое упоминание имени Ха Джин Вола так вас разозлило, ребята?”

“Этот сукин сын би...” Головорез-босс хотел выругаться, но когда он увидел лицо Джин Му Вона, он немедленно закрыл рот. Лучше не расстраивать мужчину, когда он еще не понял отношений между ним и Ха Джин Волем.

Вздохнув, главный головорез рассказал Джин Му Вону свою версию истории. Его имя было придумано, и он был одновременно владельцем игорного притона и лидером жителей трущоб. Можно подумать, что строить игорный притон в бедных трущобах было плохой идеей, но поскольку большинство правительственных информаторов и констеблей старались избегать убогих трущоб, клиентура игорного притона в конечном итоге состояла в основном из высокопоставленных чиновников и богатой элиты, которые хотели повеселиться, скрывая свою личность. Таким образом, норма прибыли Ма Дьюна была высокой, а бизнес - хорошим, что привело его к накоплению значительного состояния до такой степени, что он планировал попытаться расширить свой бизнес до торгового центра Куньмин.

Однако его грандиозные амбиции были неожиданно разрушены человеком по имени Ха Джин Вон.

Ха Джин Вон был нищим на вид ученым, поэтому, когда он впервые посетил трущобы всего с одной серебряной монетой в руке, его никто не побеспокоил. Он быстро проиграл эту серебряную монету, а затем продолжил занимать деньги в игорном притоне.

Именно тогда все быстро пошло под откос.

Ма Деунг не знал, скрывал ли Ха Джин Вол просто свои первоначальные навыки или его навыки внезапно улучшились, но коэффициент выигрыша Ха Джин Вол начал быстро расти, пока даже его лучшие дилеры ничего не смогли сделать, чтобы остановить ученого. Таким образом, прошло совсем немного времени, прежде чем Ха Джин Вол выиграл столько денег у своих лучших клиентов, что это стало проблемой.

Естественно, Ма Деунг не мог просто сидеть сложа руки и игнорировать проблему. Он немедленно мобилизовал своих людей, чтобы отнять у Ха Джин Воля все его деньги и отрубить одну из рук ученого.

“Однако, ты знаешь, что сделал этот парень? Он просто ухмыльнулся и беспорядочно пошевелил пальцами в воздухе. Сначала я подумал, что он собирается что-то сделать, поэтому я просто наблюдал и ждал, но...” Словно вспоминая ужасное воспоминание, он сжал зубы, и все его тело затряслось от ярости.

“Но?” Настаивал Джин Му Вон, его интерес был вызван этим воспоминанием, которое Ма Деунг, казалось, не хотел вспоминать.

“Внезапно у меня по-настоящему закружилась голова, и потом...армия прекрасных фей спустилась с небес и предстала передо мной.”

Многочисленные соблазнительные дамы в легких, развевающихся одеждах из светоотражающего материала появлялись и похищали его сердце. Их шелковистая белая кожа, глубокие черные глаза, ангельские голоса и соблазнительные движения были настолько завораживающими, что Ма Деунг и все его люди были околдованы и полностью забыли, где они были и что делали.

“Это было похоже на сон, нет, даже в своих мечтах я никогда не думал, что встречу таких великолепных женщин. В тот момент я почувствовал, что сбылось нечто более дикое, чем мои самые смелые мечты”.

И вот, Ма Деунг и его люди занимались любовью с прекрасными феями... пока они не очнулись от своих сладких грез и не попали в кошмар, который был реальностью.

Первое, что увидел Ма Деунг, когда открыл глаза, был большой камень в его руках. Что еще хуже, он развлекался с большим камнем, с голой задницей, на виду у всех остальных в трущобах.

Его репутация вылетела прямиком в окно, и ее никогда не исправить в этих беззаконных джунглях трущоб. В одночасье страшный тиран превратился в жалкое посмешище.

Могло ли это быть иллюзорным образованием? Джин Му Вон прищурил глаза.

По словам тех, кто был свидетелем того, как Ма Деунг впал в немилость, Ха Джин Воль очень долго оставался на месте происшествия, все это время немигающе глядя на головорезов и что-то бормоча себе под нос. Его размышления, по-видимому, звучали примерно так: “Как и ожидалось, люди более инстинктивны, чем логичны? Или эти головорезы просто аморальны от природы? Если это так, то чем они отличаются от животных?”

Джин Му Вон попытался представить эту сцену в своем воображении и не смог удержаться от смеха: “Пффф, ха-ха-ха-ха...однако, что произошло дальше?”

“Пока мы были... нездоровы, этот ублюдок сбежал со всеми деньгами из моего игорного дома. Он забрал все! Все деньги, которые я копил годами! Угггх...”

Ма Деунг немного поплакал, затем продолжил рассказывать остальную часть своей истории. После инцидента с ограблением среди бела дня он быстро мобилизовал всех своих людей, чтобы захватить Ха Джин Вол. Однако, хотя поймать самого ученого было несложно, Ха Джин Воль имел тенденцию сразу же убегать, как скользкий угорь, что каким-то образом делало ситуацию еще более неприятной, чем если бы они вообще его не поймали...!

“Вы знаете, где он сейчас?”

“Недавно он появился на рынке крупного рогатого скота в конце Сияющей улицы, но я не могу быть уверен, пойдет ли он туда снова”.

“Я понимаю.” Джин Му Вон встал.

“Ты собираешься сейчас уходить?”

“Ты хочешь, чтобы я остался?”

“Нет, пожалуйста, продолжай, и я надеюсь, что ты никогда не вернешься”.

***

Слежка за человеком по имени Ха Джи Вон оказалась сюрреалистичным опытом.

Если вы видите это, вы находитесь не в том месте.

Ха Джи Вон сначала купил дюжину крепких коров на рынке крупного рогатого скота и отогнал их в соседнюю деревню. Затем он провел соревнование по корриде и наблюдал за корридой в течение двух дней. После этого он устроил пир для жителей деревни, бесплатно раздал им быков и удалился в монастырь на одном из близлежащих холмов.

Там он провел целую вечность, споря со старым монахом. Говорили, что их дебаты были настолько ожесточенными и напряженными, что ничем не отличались от смертельного поединка между двумя мастерами боевых искусств. В конце концов, монах в слезах оставил монашество и вернулся в нормальное общество. Джин Му Вонг нашел бывшего монаха и спросил его о содержании дебатов, но монах категорически отказался что-либо говорить.

Джин Му Вон повернулся и ушел, качая головой.

Только когда Ма Деунг убедился, что молодой человек скрылся из виду и вне пределов слышимости, он крикнул своим лакеям: “Эй, ребята! Принеси соль! А потом посыпьте им ВСЕ ВОКРУГ!”

Судя по его действиям, казалось, что Ха Джи Вон был таким же сумасшедшим, как описал его официант. В его поведении не было никакой закономерности и никаких признаков четкой цели. Он просто спонтанно делал все, что ему хотелось делать.

Вероятно, было бы понятно, если бы на этом этапе кто-то отказался от поисков этого человека, но Джин Му Вон этого не хотелось. По какой-то причине ему вроде как нравился этот милый псих. И вот, он продолжал идти по следам безумного ученого... до самого Каменного леса (石林).

Как следует из названия, Каменный лес был буквально лесом, состоящим из камней. Всевозможные скалы странной формы выстроились там бок о бок, что делает его очень привлекательным туристическим объектом с древних времен.

Даже Джин Му Вон, который был впечатлен его величием и великолепием.

“В мире было такое место, как это?”

Там была скала, похожая на меч, и одна, напоминавшая Будду, но просто тот факт, что все эти бесчисленные разные скалы могли идеально сочетаться друг с другом, образуя переплетающийся лес, заставлял осознать, насколько таинственной и гармоничной может быть природа.

Джин Му Вон медленно шагал по Каменному лесу, восхищаясь его великолепием.

Это было последнее место, где был замечен Ха Джин Вол, и для того, чтобы добраться сюда, он провел целый день, путешествуя без отдыха. Он должен был быть крайне раздражен, но по какой-то причине выражение лица Джин Му Вона было расслабленным.

Его любопытство по поводу странного персонажа, которого представил ему Му Цзинь, намного пересилило его раздражение. Он всерьез хотел знать, каким эксцентричным человеком был Ха Джин Вон, раз отправился в такое дикое и причудливое путешествие.

Внезапно он остановился как вкопанный. Озадаченный, он уставился на камень в форме меча прямо перед собой. Он был уверен, что не так давно видел точно такой же камень!

“...Ни за что?”

Джин Му Вон двинулся дальше мимо скалы в форме меча. Ранее в этом месте он поворачивал налево, но на этот раз предпочел повернуть направо. Тем не менее, через некоторое время он снова оказался перед скалой в форме меча.

Он был ошеломлен.

“Когда я вошел в строй?”

Несмотря на то, что его Всеобъемлющее Сознание все еще было активным, он вошел в строй, не заметив этого.

“Это твоя идея церемонии приветствия?”

Он был пойман в ловушку формации, которая искажала чувства человека, создавая иллюзию. Это был действительно очень “мечтательный” прием. К счастью, формирование, похоже, не было создано с целью убийства, но если он продолжит ходить по кругу подобным образом, рано или поздно он утомит себя.

Джин Му Вон. Который некоторое время наблюдал за окружающим, затем поднял глаза на небо за высокими каменными деревьями.

Бум!

Джин Му Вон оттолкнулся от земли и подпрыгнул высоко в воздух. Как раз в тот момент, когда он подумал, что сможет вырваться из строя, все вокруг него стало черным как смоль, и он не мог видеть места, куда мог бы безопасно прыгнуть. И снова его чувства были искажены, и у него не было другого выбора, кроме как приземлиться в том же месте, откуда он прыгнул.

“Похоже, нет лазейки, которой я мог бы воспользоваться, прыгнув, да?” - задумчиво сказал он.

Он чувствовал, что Ха Джин Вон испытывает его, и на самом деле наблюдал за ним откуда-то поблизости, радостно хлопая в ладоши и восхищаясь результатами своего шедевра.

“Хм, мне не очень нравится находиться в подобных ситуациях...”

Было два способа иметь дело с высокоинтеллектуальными людьми. Во-первых, будь умнее их, или, во-вторых, просто используй грубую силу.

Джин Му Вон остановил свой выбор на последнем способе.

Он очень хорошо знал, что танцевать на ладони у своего противника в его области знаний было настолько глупо, насколько это вообще возможно. Что ж, если бы Ха Джин Вон хотел сыграть именно так, тогда все, что ему нужно было бы сделать, это встретиться лицом к лицу с ученым, использующим свою собственную специальность.

Он положил руку на Снежный Цветок, затем одним быстрым движением вытащил клинок.

Свист!

Вслед за яркой вспышкой света, подобной падению метеора с небес, свисток Снежного Цветка, прорезавший приветственный подарок некоего ученого, громко зазвенел по всему Каменному лесу.

Трещина!

Подобно тому, как раздвигаются театральные занавесы в начале спектакля, строй разделился, открыв человека, стоящего за ним.

“...А?”

***

Сияющая улица: название случайной улицы, 광명로, улица Кванмён. Согласно картам Google, это настоящее название улицы.

Считается, что соль отпугивает злых духов, если вы этого еще не знали, но я чувствую, что это одно из распространенных суеверий, которое пересекает континенты…

Каменный лес (石林): Шилин, или, точнее, «Каменный лес», расположен в провинции Юньнань, примерно в 100 км или 60 милях от столицы Куньмин. В мире есть несколько других каменных лесов, в том числе национальный парк Цинги-де-Бемараха (Мадагаскар) и национальный парк Гунунг-Мулу (Малайзия).

Дракон, живущий среди Черни IV

Лицо таинственного человека сморщилось, как лист бумаги, когда он кинжально посмотрел на Джин Му Вона и заорал: “ЭЙ, ты! ЧТО, ЧЕРТ ВОЗЬМИ, ТЫ ДЕЛАЕШЬ!? Я потратил полдня, настраивая это построение! Почему тебе нужно было пойти и уничтожить его?”

“......” Джин Му Вон наблюдал за этим человеком. Он был исключительно изящен на вид, с широким лбом, гладким круглым носом, тонкими губами и чрезвычайно бледной кожей. Если не знать, что он мужчина, его легко было принять за женщину. Однако, вопреки его утонченной внешности, голос мужчины был грубым и хриплым.

“Знаешь ли ты, что я работал без остановки с раннего утра, просто устанавливая это? Черт возьми! Это займет вечность, чтобы исправить...”

“Ты Ха Джин-Вол, Триединый Ученый?”

"Хм? Ты меня знаешь?”

“Му-Джин из секты Конгтонг сказал мне найти тебя”.

“Му-Джин?” Ха Джин-Вол нахмурился. Он действительно был тем человеком, которого искал Джин Му Вон.

“Какие у тебя отношения с этим парнем?”

«Что?»

“Он бы не послал тебя ко мне, если бы ты не соответствовала его стандартам. Вы один из тех даосов секты Конгтонг?”

"Нет."

“Тогда?”

“У меня была с ним дуэль...”

“Так кто же победил?”

“Я не помню, чтобы проигрывал”.

“Серьезно?”

Внезапно выражение глаз Ха Чжинволя изменилось. В какой-то момент он смотрел на Джин Му Вона так, словно молодой человек был интересной игрушкой, но в следующий момент его глаза вспыхнули, как будто какие-то опасные идеи пришли ему в голову.

“Ты победил его?”

Ха Джин-Воль внимательно наблюдал за Джин Му-Вон, затем начал кружить вокруг него, как ястреб.

“Хмм… Снаружи ты не выглядишь таким сильным, но в то же время Му-Джин, которого я знаю, никогда не прекращает своих тренировок. Я не сомневаюсь, что он хорош, и все же ты все равно победил этого жестокого ублюдка. Это может означать только то, что ты выше пикового уровня”, - пробормотал Ха Джин Воль себе под нос, задумчиво потирая подбородок.

Джин Му Вон молча наблюдал за ним.

“Итак... почему ты ведешь себя так скромно? Хахаха! Разве ты не довольно хитрый парень?”

“Я просто хочу прожить долгую жизнь”.

“Бинго! Есть много людей, которые хвастаются своей силой, и мало кто из них живет очень долго. Единственные, кто живет достаточно долго, чтобы умереть от старости, - это хитрые люди вроде тебя.”

При упоминании о том, что он “хитрый”, Джин Му Вон лукаво ухмыльнулся, но это только еще больше возбудило любопытство Ха Чжинволя.

“Ты, оставайся здесь и никуда не уходи, пока я не закончу свою работу”.

Ха Джин-Воль подождал, пока Джин Му-Вон кивнет головой в знак согласия, затем развернулся и пошел к большому камню, который Джин Му-Вон разбил, когда разрушал формацию. Это был тот, который напоминал меч, и Ха Джин-Вол назвал его “Острием меча”.

Если вы видите это, вы находитесь не в том месте.

“Как вы узнали, что эта скала была ядром образования?”

“Инстинктивно...”

“ИНСТИНКТ!?” Ха Джин-Воль был ошеломлен и потерял дар речи. Он чувствовал, что Джин Му Вон просто подшучивает над ним, но он и не подозревал, что Джин Му Вон на самом деле говорит правду. Молодой воин просто ударил своим клинком в то место, где он почувствовал наибольшую плотность энергии, и это место оказалось тем, где находился кончик Меча.

“Хмф! Возможно, у тебя действительно острые чувства, но тебе все равно повезло, потому что мое формирование было неполным. Если бы это было закончено, то в тот момент, когда вы ударились об этот камень, вы бы закашлялись кровью и умерли”, - гордо заявил Ха Джин Воль.

Его уверенность, вероятно, небезосновательна. Я не уверен, что его завершенная формация была бы достаточно мощной, чтобы убить меня, но, по крайней мере, я бы не смог так легко ее сломать.

“Что это за образование такое?” - спросил Ха Му Вон.

“Прямо сейчас у меня есть только приблизительная концепция для этого, поэтому я еще не дал ему названия. Кроме того, нет смысла называть неполное формирование, это просто глупо.”

Ха Джин-Воль приступил к своей работе, безостановочно ворча и старательно передвигаясь. С точки зрения Джин Му Вона, ученый небрежно прокладывал себе путь между камнями, расставляя их своими ловкими руками.

Ха Джин-Волю это казалось простой задачей, но в том, как он двигал и расставлял камни, было что-то таинственное. Более того, Джин Му Вон мог чувствовать, как энергия в каменном лесу усиливается каждый раз, когда Ха Джин Вол что-то делал.

Он прищурил глаза. Это...!

Энергия в формации была несравнима с тем, когда он был заперт внутри нее. В конце концов, Ха Джин-Воль не хвастался; ему действительно было бы намного труднее сбежать из завершенного формирования.

Время шло, напряжение в воздухе начало нарастать. Предчувствие Джин Му Вона подсказало ему, что вот-вот произойдет что-то большое, поэтому он, не мигая, наблюдал, как Ха Джин Вол закончил свою работу. Этот человек был гением, и если гений вложил все свои силы в создание формации, это должно было быть экстраординарно.

“Человек стоит между небом и землей. Таким образом, небо и земля находятся в гармонии благодаря мне, и мир теряет смысл своего существования, когда меня нет. В конце концов, мир существует только потому, что существую я”, - напевал себе под нос Ха Джин Воль, устанавливая последний камень на место.

Строй с ревом ожил, окутав весь Каменный лес кромешной тьмой.

Что же это за образование такое...? Цзинь Му Вон примерно понимал принципы, лежащие в основе формаций, и мог сам создать несколько простых иллюзорных формаций.

Однако масштаб формирования Ха Цзинь Воля был настолько велик, что для его создания нужно было не только хорошо разбираться в формациях, но и быть знакомым с законами природы. Проще говоря, это означало, что человек по имени Ха Джин-Вол был сведущ во всех дисциплинах, известных человечеству.

Колебания в воздухе усилились, и когда они достигли пика, сильные подземные толчки начали сотрясать мир вокруг них.

КООООООО!

При этом зрелище Ха Джин Воль расхохотался: “ХА-ХА-ХА, ЭТО ПРЕКРАСНО! Теперь, если я сделаю это...”

Ха Джин-Воль встал перед активирующимся строем и поднял обе руки, заставив молнию сверкнуть в небе... и сильное чувство дурного предчувствия в сердце Джин Му-Вона. Без промедления Цзинь Му Вон на максимальной скорости помчался к Ха Чжинволю.

“Что ты д...?”

В приступе паники Ха Джин-Воль ослабил бдительность, дав Джин Му-Вону возможность быстро схватить ученого и оттолкнуться от земли.

БУУУУУМ!

Гигантская молния ударила в то место, где только что стоял Ха Джин-Воль. Более того, прежде чем ошарашенный Ха Цзинь Воль смог что-либо сказать, энергия в завершенном образовании начала неестественно колебаться.

“О, черт!”

Джин Му Вон прыгнул снова, все еще неся Ха Джин Вол. Сразу после того, как он двинулся, формация, наконец, полностью разрушилась, охватив местность сильной бурей.

Ха Джин-Вол безучастно смотрел на сцену разрушения из объятий Джин Му-Вона. Каменный лес рушился, как будто кто-то взорвал там бомбу.

“Я абсолютно убедился, что с моими расчетами не было никаких проблем, так в чем же именно заключалась проблема? Это определенно не математика... ” бездушно пробормотал он. Он знал, что его расчеты были идеальными и что он учел все переменные, используя свои обширные знания. Однако результат все равно оказался провальным.

Джин Му Вон приземлился на месте, которое не было разорено, и уложил Ха Джин Вола. Однако даже тогда ученый только сидел на земле с пустым взглядом, как будто жизнь больше не имела для него никакого смысла.

Единственное, что мог сделать Джин Му Вон, это молча ждать, пока Ха Джин Вол придет в себя.

***

“Черт возьми! Я снова потерпел неудачу. Так в чем же я ошибся?”

“……”

“Официант! Принеси мне еще жареную утку.”

Ха Джин-Воль серьезно жевал свою утку, в то время как Джин Му-Вон с выражением абсолютного отвращения наблюдал за столом, заваленным остатками еды ученого.

Депрессия Ха Джин Воля оказалась лишь временной, так как он быстро пришел в себя и направился в ближайшую гостиницу. Затем он начал обжираться, как будто, выплеснув свой гнев на еду, он почувствовал себя лучше. Более того, поглощая пищу, он постоянно бормотал что-то себе под нос, анализируя причину, по которой его строй взорвался.

Неужели все гении такие? Когда он погружается в свои мысли, он настолько сосредоточен, что игнорирует все, включая меня, который сидит прямо рядом с ним.

Джин Му Вон спокойно потягивал вино и решил не обращать внимания на Ха Джин Вола, чьи мысли были заняты, даже когда его руки были заняты запихиванием еды в рот. Всем остальным разительный контраст между этими двумя мужчинами, сидящими за одним столом, должно быть, казался неуклюжим и неподходящим друг другу.

Несколько часов спустя Ха Чжинволь, наконец, поднял глаза и сказал: “Да, проблема определенно заключается в позиции Кан. Мне не удалось разместить буфер между ним и позицией Цянь, что привело к дисбалансу.”

Он резко встал, сверкая глазами, затем повернулся к двери.

Джин Му Вон поставил свой кубок с вином и спросил: “Куда ты идешь?”

“Что ты имеешь в виду под ‘куда я иду’? Я разобрался с проблемой, поэтому, естественно, я направляюсь обратно в Каменный лес, чтобы создать свое формирование.”

“Уже наступила ночь, и вы не сможете видеть достаточно хорошо, чтобы выстроиться в строй”.

“...А?” Ха Джин-Вол выглянул в окно только для того, чтобы обнаружить, что Джин Му-Вон был прав. Прежде чем он осознал это, на улице уже стемнело.

“Черт! Как раз тогда, когда я, наконец, нашел решение...” Ха Джин-Воль с сожалением застонал.

Внезапно его взгляд упал на кувшин с вином, стоявший перед Джин Му Вон. С блестящими глазами он протянул Джин Му Вону свой собственный кубок с вином и сказал: “Эй, налей мне выпить”.

Однако сразу после того, как Джин Му Вон безмолвно наполнил свой кубок, Ха Цзинь Воль залпом выпил все вино и снова протянул свой кубок молодому человеку. Точно так же Джин Му Вон закончил тем, что налил три кубка вина для Ха Цзинь Воля, прежде чем ученый удовлетворенно вздохнул: “Фух! Наконец-то я снова чувствую себя живим”.

“Вам удалось найти решение вашей проблемы?”

“Мы не узнаем наверняка, пока не попробуем, но я думаю, что нашел подсказку, поэтому собираюсь ее проверить”.

“Ты пытаешься запечатать небеса? Что это за формирование такое сложное?”

“Запечатывание небес? Хахаха! Хотел бы я это сделать. АХАХА, ЕСЛИ БЫ ТОЛЬКО Я МОГ!” Ха Джин-Воль снова начал пить.

Джин Му Вон чувствовал, что с Ха Цзинь Волем что-то происходит, но он не стал расспрашивать ученого об этом. У каждого были какие-то секреты, которые они никогда бы не рассказали никому другому. Он продолжил потягивать вино, ожидая, пока ученый снова успокоится.

Краем глаза Ха Джин-Воль с любопытством наблюдал за Джин Му-Вон. Если подумать, он ничего не знал о Джин Му-Воне, кроме того, что Му-Джин был тем, кто познакомил его с молодым человеком.

“Эй, а ты вообще кто такой?”

“Меня зовут Джин Му Вон”.

“Я спрашивал не о твоем имени, а о твоей истинной личности”.

“Какая истинная личность?”

“О, так вот как ты хочешь это разыграть? Ладно, тогда давай забудем об этом. Итак, почему ты пришел искать меня?”

“Я здесь, чтобы найти кое-кого”.

“Если вы ищете пропавшего человека, вам следует обратиться к властям. Я не настолько удивителен, чтобы узнать, где сейчас находятся все в мире, понимаешь?”

“Человек, которого я ищу, пропал в Куньмине шесть месяцев назад”.

Ха Цзинь Воль, который как раз собирался залпом выпить еще одну чашу вина, вместо этого поставил свою чашу и уставился на Джин Му Вона, сказав: “Шесть месяцев назад торговый караван торговой ассоциации "Белый дракон" появился здесь, в Куньмине, а затем исчез несколько дней спустя. Человек, которого вы ищете, является частью этого каравана?”

"Да."

“Хм!”

“Ты что-нибудь знаешь об этом?”

“Человек, которого вы ищете, ваш родственник? Твоя сестра?”

"Нет."

“Тогда я предлагаю тебе сдаться”.

"Нет."

“Ты собираешься продолжать искать их, даже если это означает, что ты можешь умереть?” - строго спросил Ха Джин-Воль, все признаки его прежнего легкомыслия исчезли.

Джин Му Вон решительно ответил: “Да, потому что этот человек - человек, ради которого стоит рисковать моей жизнью”.

Примечания

Позиция Кань (坎位): часть багуа в фэн-шуй, состоящая из восьми символов, используемых в даосской космологии для представления фундаментальных принципов реальности, рассматриваемых как ряд из восьми взаимосвязанных концепций. Позиция Кан представляет элемент воды, направление на север и имеет атрибут опасности. Позиция Цянь представляет элемент неба, северо-западное направление и атрибут силы.

Непрошенное внимание (I)

Шел дождь.

Высокий, похожий на медведя мужчина гордо стоял под проливным дождем, как будто ему принадлежал весь мир. Несмотря на то, что дождевая вода стекала по его огромному телу и тяжело стучала по зеленому каменному полу со звуком, похожим на то, как обжаривают бобы на железной сковороде, мужчина бесстрастно стоял неподвижно, как неподвижная каменная статуя.

Этим человеком с подавляющим присутствием мог быть только Чжо Чхон Ву.

Долгое время Чжо Чхон Ву молча смотрел на ночной пейзаж города Куньмин. Там, где когда-то стоял бессонный город, бурлящий ночной жизнью даже после наступления сумерек, Куньмин теперь был окутан тихой, одинокой, удушающей темнотой.

Причиной всего этого стала серия разрушительных инцидентов, которые часто происходили в течение последних нескольких месяцев. Эти инциденты практически нанесли ущерб экономике Юньнани, и последствия были наиболее заметны в Куньмине, столице провинции Юньнань.

Даже его собственная секта Кулака-тирана серьезно пострадала от экономического спада в Куньмине. Их истощающиеся финансы ввели их в чрезвычайное положение, вынудив значительно сократить свою деятельность, чтобы сократить операционные расходы.

Для секты Кулака Тирана, которая в настоящее время соперничала с сектой Дяньцан за контроль над Юньнанью, это был смертельный удар.

Внезапно молодой человек, не обращая внимания на дождь, подошел к Чжо Чхон Ву и сказал: “Отец”.

В отличие от гигантского Кулачного демона Чжо Чхон Ву, его сын Чжо Ун Ген был обычного роста, со стройным телосложением.

Чжо Чхон Ву холодно взглянул на своего сына и спросил: “Почему ты здесь?”

“Главы Торговой ассоциации Белого Дракона направили сюда следственную группу”.

“Торговая ассоциация ”Белый дракон"?"

“По-видимому, они ищут членов каравана, которые пропали здесь шесть месяцев назад”.

“И они просят нас о помощи?”

“...Да”.

“Сколько раз мы уже получали подобные запросы?”

“Если мы включим это, то в общей сложности шесть раз”.

“Другими словами, в Юньнани исчезло более шести торговых караванов”. Джо Чхон Ву прищурил глаза.

“Мы не можем больше игнорировать этот вопрос, отец. Все наши торговые партнеры начали сомневаться в том, чтобы вести с нами бизнес”.

“Хмф!”

“Мы должны, по крайней мере, сделать что-то, чтобы успокоить их”.

“……”

“Отец, пожалуйста...”

“Вы сами разберетесь с этим вопросом. Также...” Голос Джо Чон Ву затих.

Видя, что его отец собирается что-то сказать, Чо Ун Ген подсказал: “...Да

Однако Чжо Чхон Ву только покачал головой, ответив: “Ничего страшного. Просто иди и усмири этих торговцев.”

“Понятно”.

“А теперь проваливай!”

"Да!" Джо Ун Ген быстро поклонился своему отцу и поспешно убрался прочь.

Чо Чхон Ву подождал, пока молодой человек выбежит за пределы слышимости, затем крикнул: “Йеоп Пен”.

Одетый в красное мужчина средних лет беззвучно появился под дождем, чинно поклонился и ответил: “Я здесь, мой господин”.

Хотя мужчина и без того был довольно невысокого роста, то, как он склонил голову в сторону Чжо Чхон Ву, заставило его казаться еще меньше. Он был Йеоп Пен, лидером разведывательного подразделения секты Кулака тирана "Око Небес", а также единственным человеком, которому Чжо Чхон Ву полностью доверял.

“Каково твое мнение о Ун Ген?”

“Что ты имеешь в виду?”

“Как вы думаете, из него вышел бы хороший преемник?”

“Да, он очень хорош в своей работе”.

«Действительно?»

“Он справляется со своими обязанностями с апломбом и пользуется большим уважением у других членов секты. Разве этого не было бы достаточно, чтобы сделать его хорошим преемником?”

“Однако он слишком мягкосердечный. Чтобы быть хорошим правителем, нужно всегда быть рациональным и держать свои эмоции под контролем”.

Это свободный перевод. Вы не должны видеть рекламу.

“Ну, разве это не то, чему он может научиться со временем? Не то чтобы мы торопились”, - сказал Йеоп Пен, улыбаясь. Он хорошо понимал, о чем беспокоился Чжо Чхон Ву.

Так же, как и их внешность, личность Чо Ун Кена была полной противоположностью личности Чо Чхон Ву. В то время как отец был вспыльчивым и высокомерным, сын был спокойным и притихшим.

“Как бы то ни было, он все еще мой преемник. Я боюсь, что он не примет то, как я планирую все делать”.

“Я уверен, что он переживет это, поскольку он сын моего господина. Ребенок тигра должен быть тигренком, верно?”

“Даже если так, я не стану впутывать его в это дело. Если бы он знал правду, этот парень определенно пошел бы против меня”.

Это некоммерческий перевод. Здесь нет рекламы.

“Понял, милорд”.

“Я не удовлетворюсь тем, что просто буду править маленьким уголком Юньнани. Если бы я был таким легко удовлетворяемым человеком, тогда я бы не беспокоился о предательстве Джин-Хена, моего бывшего господина.”

Джо Чон Ву посмотрел вниз на свои кулаки. Его огромные руки были покрыты мозолями, а кожа толстая и жесткая, как лапы медведя. Он пошевелил пальцами, чувствуя взрывную силу внутри. Это было результатом того, что он натренировал свои руки до предела.

“Иметь власть, но не использовать ее - грех...” - пробормотал он себе под нос.

Улыбка Йоп Пена стала шире. Мир, в котором они жили, вращался вокруг сильных, но когда сильнейшие бездействовали, вместо того чтобы приносить мир, именно тогда мир погрузился в хаос.

Чжо Чхон Ву был человеком со слишком большими амбициями и силой, чтобы довольствоваться тем, что он просто был одним из четырех столпов Северной армии. После окончания войны с Безмолвной Ночью он хотел отправиться на Центральные равнины, чтобы захватить власть... но был остановлен вечно непоколебимой “Северной стеной” Джин Кван-Хо.

Джин Кван-Хо был абсолютно верен первоначальной миссии Северной армии — защищать Центральные равнины от вторжения Безмолвной Ночи. С другой стороны, Чжо Чхон Ву просто не мог понять, почему человек, обладающий такой военной мощью, может жить как монах, сопротивляясь соблазну политического господства.

В результате Чжо Чхон Ву отказался от Джин Кван Хо ради Небесная вершина и получил часть того, чего хотел, в виде провинции Юньнань. По сей день он ни разу не пожалел о своем решении.

“Мой Господин, конечно, прав, и именно поэтому я также следую за тобой. Пожалуйста, предоставьте заботу обо всех мелочах мне, чтобы мой Господь мог сосредоточиться на общей картине”.

“Спасибо”.

“Если это все, тогда я пойду своей дорогой, милорд”.

“Ты сейчас отправляешься?”

"Да. К счастью, нам удалось завершить все наши приготовления вовремя. Тем не менее, мы все еще приближаемся к цели, так что нам придется поторопиться”.

“Убедись, что ты закончишь все до того, как Небесный Саммит сможет вмешаться”.

“Не волнуйся. Если меня что-то и беспокоит, так это то, что мы, возможно, станем свидетелями гораздо большего кровопролития, чем предполагали изначально”.

“Бах! Нет успеха без жертв. Если бы мы боялись маленького греха, мы бы не шли по этому пути”.

“Тем не менее, последствия, скорее всего, будут намного серьезнее, чем ожидалось. Нам нужно свести к минимуму негативную реакцию”.

“Как ты думаешь, насколько хуже все станет?”

“По крайней мере, несколько сотен человек, может быть, даже тысяча, умрут”.

“Ну, в Юньнани уже довольно давно не было дождя. То есть кровавый дождь”. Джо Чхон Ву гордо стоял и смотрел вниз на мир под ним, в то время как дождь продолжал лить не переставая.

Йеоп Пен низко поклонился Чжо Чхон Ву, затем исчез так же бесшумно, как и появился.

Когда Чо Ун Ген вошел в главный зал секты Кулака Тирана, четверо ожидавших там людей - Гон Чжин Сон, Юн Со Ин, Ен Му Сон и Чон Ри Му Хван встали, чтобы поприветствовать его.

От имени группы Ен Му Сон сказал: “Мне действительно жаль, что я вот так врываюсь к вам. Я командир Ен Му Сон из Железной бригады, а этот человек - мой заместитель командира, Чон Ри Му Хван. С нами финансовый директор Гон Чжин Сон и мисс Юн Со Ин из торговой ассоциации ”Белый дракон"."

“Приятно познакомиться со всеми вами. Присаживайся.”

“Спасибо”.

Когда Ен Му Сон и остальная группа расселись, Чжо Ун Ген сел на трон своего отца.

Ух ты! Ен Му Сон не мог удержаться от восхищения при виде высокомерия Чжо Ун Гена. Хотя молодой человек внешне не был дерзким, как его отец, его речь и манеры создавали впечатление, что у него все под контролем. Была ли это родословная наследника престижной семьи?

“Я много слышал о Железной бригаде. Поскольку вы здесь с людьми из Торговой ассоциации Белого Дракона, я полагаю, вы приняли от них задание?”

"Да. Наша миссия состоит в том, чтобы найти членов каравана, которые пропали здесь без вести”.

“Просто услышав, что ты здесь, чтобы помочь, я чувствую себя увереннее”. Чжо Ун Ген встретился взглядом с Ен Му Соном, который не стал уклоняться от него.

Ен Му Сон вызвал у него те же чувства, что и у его отца, пробудив его интерес. Мало того, что эти двое мужчин имели физическое сходство в виде крупного телосложения, у них также были очень властные, доминирующие личности.

Чо Ун Ген спросил: “Вы нашли какие-нибудь зацепки, чтобы разыскать пропавших людей?”

“В том-то и проблема, что мы пока ничего не нашли. Мы пришли в секту Кулака тирана в надежде, что у вас есть информация”, - признался Ен Му Сон.

Правда заключалась в том, что если бы не битва с воинами в красных доспехах, он никогда бы не подумал посетить секту Кулака Тирана так скоро. Однако, если бы в Юньнани было больше таких врагов, то ситуация, несомненно, стала бы опасной, если бы они начали расследование без предварительного уведомления.

Непрошенное внимание (II)

Джин Му-Вон и Ха Джин-Воль вместе вернулись в Куньмин, идя бок о бок. Когда они подошли к таверне «Мирная таверна», Ха Джин-Воль помахал Джин Му-Вону на прощание, сказав: «Не забывай, что я говорил тебе ранее».

— Ты уверен, что не хочешь остаться со мной?

«Хухуху! Сейчас я живу очень комфортной жизнью, так зачем мне искать неприятности? Не похоже, что это грязное дело имеет какое-то отношение ко мне.

— Ты не боишься?

Ха Джин-Воль нахмурился в ответ на неожиданный вопрос Джин Му-Вона.

— Чего бы я боялся? он спросил.

«Пока я шел по твоим следам, я заметил, что за тобой охотится очень много людей, и большинство из них называли тебя сумасшедшим мошенником».

"Хм! Ну, наверное, я немного сумасшедший. Но ты, кажется, так не думаешь?

Джин Му-Вон кивнул и ответил: «Да, верно. Мне ты гораздо больше кажешься отчаявшимся человеком, которого загнали в угол.»

Настоящие сумасшедшие были неспособны действовать логично, и хотя то, что Ха Джин-Воль делал в своем путешествии казалось случайным, как только Джин Му-Вон задумался об этом глубже, он заметил, что в действиях ученого существовала закономерность.

Однако большинство обычных людей не смогли бы заметить эту закономерность, поскольку они были подопытными Ха Джин-Воля в его исследованиях психологии человека. Оказывая различное давление на людей и наблюдая за их реакцией, он, следовательно, изучал взаимосвязь между естественными человеческими инстинктами и более широкими законами природы.

Это не было подвигом, который мог бы совершить любой сумасшедший, но и не то, что любой нормальный человек сделал бы добровольно. Джин Му-Вон был уверен, что настойчивость и отчаяние Ха Джин-Воля были вызваны каким-то человеком или событием.

— Не пытайся понять меня своим здравым смыслом, у тебя это не получится.

«Хотя я не могу знать, о чем вы думаете, я могу делать свои собственные предположения, верно?»

«Хм! В любом случае, не смей игнорировать мое предыдущее предупреждение! Тем не менее, если вы настаиваете на продолжении, отправляйтесь в город Юйси. ”

— Юйси?

«Это все, что я могу вам сказать, и я сообщаю вам это только потому, что Му-Джин был тем, кто порекомендовал меня вам».

"Заботиться!"

Ха Джин-Воль быстро исчез под дождем, его тело раскачивалось из стороны в сторону на ходу. Джин Му-Вон долгое время тупо смотрел в ту сторону, куда исчез ученый.

«Хён!»

Когда Джин Му-Вон наконец вошел в гостиницу, его встретил очень счастливый Квак Мун-Джон.

— Тебе было скучно?

«Нет, я был так поглощен практикой боевых искусств, что время просто пролетело. Удалось ли вам продвинуться в расследовании?

«Мне не удалось достичь своей первоначальной цели, но я, по крайней мере, получил некоторую полезную информацию».

"Какое облегчение."

«Кроме того, завтра утром мы отправляемся в Юйси. Обязательно закончите свои приготовления заранее».

"Понятно."

"Не ел ли ты еще?"

— Нет, я ждал возвращения Хёна, чтобы мы могли поесть вместе.

"Тогда ладно. Я ничего не ел весь день, и я голоден!»

"Давайте есть!"

Джин Му-Вон подозвал официанта, заказал несколько простых блюд и сел за столик у окна.

Снаружи ливень, начавшийся ранее вечером, становился все сильнее, и не было никаких признаков того, что дождь прекратится в ближайшее время. Ожидая подачи еды, Джин Му-Вон и Квак Мун-Джон смотрели на туманные пейзажи города Куньмин во время грозы.

Хотя Джин Му-Вон ничего не сказал, правда заключалась в том, что с тех пор, как он услышал мнение Ха Джин-Воля о ситуации в Юньнани, его чувства были в полном смятении.

«Здесь, в Юньнани, происходит огромный заговор, и это не просто борьба за контроль над провинцией. Если ты в это ввяжешься, кем бы ты ни был, тебя поглотят нити судьбы».

Джин Му-Вон был уверен, что Ха Джин-Воль что-то знал, но ученый, похоже, не хотел рассказывать ему подробности.

Нам Гун-Ви тоже сказал что-то в этом роде. Однако он всего лишь человеческое оружие, а не тот, кто отдает приказы.

Вероятность того, что вдохновитель Багрового Корпуса Призраков также стоял за всеми событиями в Юньнани, была чрезвычайно высока.

К сожалению, тогда мне не удалось поймать Нам Гун-Ви.

«Хён!»

Голос Квак Мун-Джона заставил Джин Му-Вона прийти в себя.

"Хм? С тобой что-то случилось?»

— Хён, ты действительно напугал меня только что.

"Я?"

"Да!" Квак Мун-Джон сухо ответил.

Джин Му-Вон не знал, что он выпустил свою ауру в гостинице, погрузившись в свои мысли, создав давление, от которого задохнулись и Квак Мун-Джон, и официант.

Испуганный официант подошел к столу Джин Му-Вона, неся несколько тарелок с едой.

— С-сэр, ваша еда готова, — заикаясь, пробормотал официант с бледным как полотно лицом. Затем он поспешно поставил посуду на стол и бросился обратно на кухню так быстро, как только могли нести его ноги.

Джин Му-Вон мог только горько улыбнуться, увидев это. Он чувствовал, что должен извиниться за то, что сделал случайно.

— Поедим?

"Ага."

Двое молодых людей тихонько взяли свои палочки для еды.

Снаружи лил дождь, как будто завтра не наступит.

Семейная клиника Ю была известна в Куньмине тем, что в ней работали отличные специалисты по акупунктуре. Однако, хотя обычно доктор Ю был очень уверенным в себе врачом, сегодня холодный пот непрерывно стекал по его спине.

«Доктор-ним, пожалуйста, сначала вылечите меня!»

«Пожалуйста, подождите немного. Этот пациент на первом месте».

"Это срочно! Я не могу терпеть боль больше!"

— Хорошо, хорошо, я сейчас приду.

По клинике эхом разносились оглушительные крики более двадцати тяжелораненых пациентов. Однако, к несчастью для доктора Ю, это были не обычные пациенты, а вооруженные мастера боевых искусств. Их раны также не были обычными травмами, они были нанесены различным жестоким оружием.

Он чувствовал, что его душа была высосана насухо их прибытием. Он мобилизовал всех своих учеников, чтобы справиться с нагрузкой, но ее все равно было слишком много. Кроме того, его ученики не были достаточно опытны, чтобы лечить большинство этих ран.

В конце концов нескончаемые крики боли и мольбы о помощи превратили маленькую клинику в сцену столпотворения.

Блин! Если бы этих ублюдков не поддержала Ассоциация торговцев Белого Дракона, я бы определенно выгнал их. Почему я должен так страдать в ранние утренние часы!?

Люди, которых он сейчас лечил, были ранеными эскортами каравана Белого Дракона, на который напали воины в красных доспехах по пути в Юньнань.

Один из сопровождающих, которого звали Со Джо-Гён, был ранен мечом в живот, и в настоящее время гной сочился через бинты, обернутые вокруг его раны. Не в силах вынести мучительную боль, он закричал доктору Ю: «Пожалуйста, поторопитесь, доктор-ним! КУААААААК!»

К несчастью для Со Джо-Гёна, доктор Ю только на словах отплатил ему и проигнорировал его мольбы о лечении людей, которым, по его мнению, нужно было уделять первоочередное внимание.

Лицо Со Джо Гёна побледнело, когда он закричал: «АААА»

«Хорошо, хорошо, я иду», — сказал доктор, подходя к Со Джо Гёну.

Со Джо Гён смутно кивнул в знак благодарности, его глаза затуманились от сильной боли.

Врач развязал повязку конвоира и осмотрел рану. — Хм… твоя рана инфицирована. Однако это не могло быть сделано обычным мечом; вы, должно быть, были поражены двуручным мечом или каким-то другим большим оружием.

— Доктор-ним, п-можете ли вы вылечить меня?

— Не волнуйся, ты не станешь калекой. Я думаю."

"Что?"

— Извини, я имел в виду, ты не умрешь от этого. Хухуху!»

Со Джо Гён поднял голову, чтобы бросить предупреждающий взгляд на лечащего его доктора, но у него так кружилась голова, что он не мог сосредоточиться на лице мужчины.

Тем временем доктор пробормотал себе под нос: «Ни одно боевое искусство Центральных Равнин не может быть таким порочным. Полностью оправиться от такой раны будет непросто. Боевое искусство, которое сделало это, было разработано, чтобы калечить, даже если не убивая. Невероятно, но группа, использующая подобные боевые искусства, все еще существует в нынешнем бандхо?

«Доктор-ним, пожалуйста, вылечите меня…»

«Ах, не волнуйтесь. Ты не собираешься умирать какое-то время».

«Вот почему ты должен лечить меня… КУАААААК!

"Вам будет хорошо."

Доктор перевязал живот Со Джо Гёна чистыми бинтами и встал. Хотя лечение было кратким и простым, боль Со Джо Гёна значительно уменьшилась, а из раны перестал сочиться гной.

Со Джо Гён хотел поблагодарить лечившего его доктора, но по какой-то причине нигде не мог его найти. Он исчез!

Много времени спустя доктор Ю наконец подошел к Со Джо Гёну. Он размотал бинты сопровождающего, затем нахмурился и спросил: «А? Эй, кто тебя лечил?

Кровь перестала течь из уродливой раны Со Джо Гёна. Работа была не совсем профессиональной, но уровень лечения был ненамного хуже, чем у него самого.

«Только что был другой врач…»

— Другой… врач? — озадаченно сказал доктор Ю. Он был единственным врачом в семейной клинике Ю, и никто из его учеников еще не был так хорош!

«Кто это сделал!?»

Врач вышел из семейной клиники Ю и почесал затылок. В это мгновение его лицо внезапно постарело еще на двадцать лет, превратив его из мужчины средних лет в пожилого человека.

«Это трудовая эксплуатация. Блин! Даже мне нужно время на отдых, понимаете? — проворчал старик невнятным голосом. Однако, в отличие от его внешности, его голос был таким же энергичным, как у молодого человека.

Его звали Чеонг-Ин, и он был элитным членом Тайной Луны, отряда, состоящего из тысячи лучших членов шпионской организации Черной Луны. Кроме того, в Черной Луне он был известен как «Десять шагов, десять трансформаций», прозвище, данное ему за его способность превращаться в десять совершенно разных людей каждые десять шагов, которые он делал. В один момент он мог быть стариком, а в следующий — ребенком. Он мог даже принять любой пол, какой хотел.

Единственным человеком, который знал его истинный облик, был лидер Черной Луны.

Он только что закончил миссию в Юэяне, но затем его сразу же отправили в Юньнань для следующей миссии.

Внезапно он потер левую ногу.

«Ой, как больно! Какой бы важной ни была миссия, людям нужно время на отдых. Не говоря уже о том, что мне платят гроши, даже несмотря на то, что я работаю до смерти. Это трудовая эксплуатация, говорю вам… Тск!

Травма, которую он получил в своей предыдущей миссии, все еще жалила его болью, и хотя это не влияло на его движения, это очень раздражало.

«Они хотят, чтобы я не только выследил таинственных плохих парней, скрывающихся в Юньнани, но и в то же время присматривал за Джин Му-Вон? Неужели они думают, что я способен делать клонов самого себя? Гребаные сумасшедшие, которые никогда раньше не выходили на поле боя, всегда отдают эти нелепые приказы!

Тем не менее, хотя Чеонг-Ин любил много жаловаться, он относился ко всем своим миссиям с абсолютной серьезностью.

За последние несколько дней он проследил по следам Ассоциации торговцев Белого Дракона от точки, где они вошли в Юньнань, до самого Куньмина, и обнаружил, что они попали в засаду неизвестных врагов недалеко от контрольно-пропускного пункта Юньнани.

Затем он внимательно изучил следы, оставленные на поле битвы, и определил силу врагов, с которыми столкнулся караван Белого Дракона. Как оказалось, эти враги оказались намного сильнее, чем он думал, до такой степени, что это было ненормально.

Тем не менее, этот вывод был основан лишь на косвенных предположениях. Ему нужны были веские доказательства, поэтому он вернулся в Куньмин и замаскировался под врача в клинике, где лечили раненых сопровождающих Белого Дракона.

Его осмотр ран Со Джо Гён подтвердил его подозрения, а также сообщил ему, какие боевые искусства использовали нападавшие. Он не знал, кого может заинтересовать такая второстепенная информация, но как профессиональный шпион он понимал, что часто эти маленькие кусочки информации складываются в общую картину.

На данный момент ему не удалось опознать нападавших, но, по крайней мере, он получил некоторые сведения о них.

«Хорошо, теперь я должен начать наблюдать за человеком по имени Джин Му-Вон. Интересно, какое лицо мне следует использовать?» Глаза Чеонг-Ина озорно загорелись, выражение, совершенно неуместное на его нынешнем стариковском лице.

Он заглянул в окно «Мирного трактира» и обнаружил, что его цель пьет вино за столом.

"Хм…"

Уголки его рта приподнялись в ухмылке.

Непрошенное внимание (III)

Ночь в Куньмине была тихой, как мертвая. Все огни были погашены, и все люди давным-давно легли спать. В течение последних шести месяцев ночная жизнь города практически отсутствовала.

Даже Миролюбивая гостиница, где остановился Джин Му Вон, была такой же. На кухне не горели лампы, а остальные гости уже спали.

Джин Му Вон и Квак Мун Чжон также досрочно ушли на пенсию. Возможно, из-за того, что он был измотан тренировками, Квак Мун Чжун быстро погрузился в глубокий сон.

В темноте Джин Му Вон лежал на своей кровати, прислушиваясь к ровному дыханию спящего Квак Мун Чжуна. Не в силах заснуть, он в конце концов оставил попытки и выпрямился на своей кровати. Отсутствие одного ночного сна не сильно повлияло бы на него, и ему не нравилось тратить свое время впустую, лежа и ничего не делая.

Он открыл окно, чтобы подышать свежим воздухом.

Издалека донеслась изысканная мелодия, такая прекрасная, что задевала струны сердца. Кто-то играл на цине.

Сначала Джин Му Вон подумал, что это просто хорошая музыка, но выражение его лица внезапно напряглось. Мелодия раскачивала его разум взад-вперед, как лодку в штормовом море, и каждая нота превращалась в кинжал, который раз за разом вонзал его в сердце.

Что за!?

Джин Му Вон быстро повернулся, чтобы проверить, как там Квак Мун Чжон, но обнаружил, что мальчик все еще спокойно спит, как будто ничего не слышал и не чувствовал.

Этот музыкант нарочно издевается надо мной? Я единственный, на кого влияет их музыка!

Джин Му Вон поднял Снежный цветок и выпрыгнул из окна. Если кто-то зашел так далеко, чтобы подстрекать его... тогда он просто не позволил бы им добиться успеха.

В тот момент, когда он вышел на улицу, звук цинь стал отчетливее, нарастая подобно гигантской волне бушующего цунами и ударяя его в грудь громом бьющего барабана. Как ни странно, никто больше, казалось, не слышал музыки, поскольку они не открывали свои двери и не зажигали лампы.

Джин Му Вон активировал "Искусство десяти тысяч теней", чтобы защитить свое сердце и артерии, и почти сразу почувствовал себя намного лучше.

Подумать только, что существовал такой искусный мастер звукового искусства (音功)...!

Общеизвестным фактом было то, что стать мастером звукового искусства было намного сложнее, чем овладеть мечом или любым другим оружием. Люди, обладавшие способностями к таким искусствам, были редкостью, в результате чего изначально было очень мало мастеров, а эти мастера, в свою очередь, не могли воспитать много учеников. Более того, даже если кому-то посчастливилось найти мастера, это не означало, что они в конечном счете смогут достичь того же уровня.

Таким образом, хотя Джин Му Вон поступил в Гангхо всего несколько месяцев назад, было странно, что он никогда не слышал о таком редком мастере звуковых искусств в Муриме.

Джин Му Вон проследил источник музыки до павильона рядом с небольшим озером на окраине Куньмина. Игрок в цинь был одет в белоснежные одежды, а его волосы, собранные в пучок, были прикрыты шелковой тканью. Его точеные черты лица были красивы, а полуприкрытые черные глаза придавали ему таинственную атмосферу.

Он также все еще играл на цине, как будто не заметил прихода Джин Му Вона.

Возможно, это было потому, что пьеса, которую он играл, достигла своей кульминации, но звук цинь вызвал мощную рябь на поверхности озера, которая быстро распространилась по всему озеру.

Звон!

Когда была взята последняя нота в исполнении этого человека, рябь, наконец, утихла, как будто ее никогда и не было с самого начала. Только тогда он поднял голову, чтобы посмотреть на Джин Му Вона.

Улыбка медленно расплылась по лицу мужчины, пока он не засиял от счастья, как будто встреча с Джин Му Вон была величайшей вещью в мире.

“Как и ожидалось, вы пришли искать меня”, - сказал он.

“Разве не ты тот, кто вызвал меня?”

Мужчина встал, держа в руках свой цинь. Слабый лунный свет, казалось, струился по его свободным одеждам, подчеркивая его силуэт.

Джин Му Вон продолжил: “Кажется, ты знаешь, кто я, но я не знаю, кто ты”.

“ О боже, я прошу прощения за свою грубость. Приветствую, мастер Джин, меня зовут Гым Дан-Ёп, - ответил мужчина голосом, который был мягким и низким, но в то же время таким же чистым и красивым, как звучание его цинь. Затем он спустился из павильона и направился к Джин Му Вону.

Ты действительно такой удивительный, какой он тебя описывал. В конце концов, вам удалось услышать мою Музыка души за тысячу миль (千里靈音)” и откликнуться на нее.

Он? Кто?”

“ Хотя я почти уверен, что вы двое уже встречались? Его зовут Нам Гун Ви...”

Джин Му Вон прищурил глаза. “Ты с ним?” - спросил он.

“Да, мы довольно близки”.

Джин Му Вон чувствовал, как колотится его сердце. Мои инстинкты подсказывают мне, что это тот самый вдохновитель, о котором говорил Нам Гун Ви.

“ Так это был ты. Ты тот, кто стоит за всеми событиями в Юннани.”

Нам Гун Ви рассказал тебе об этом, да?

Гым Дан-Ёп на мгновение удивился, но быстро улыбнулся и кивнул, сказав: “Ну, если это ты, то, думаю, я не против рассказать тебе еще больше. Признаюсь, мне немного любопытно узнать о человеке, который оставил Нам Гун Ви в самом плачевном состоянии, в каком я его когда-либо видел.”

Гым Дан-Ёп был слишком хорошо знаком с силой и конкурентоспособностью Нам Гун Ви. Этот человек определенно мог оправдать свое высокомерие, поскольку количество людей во всей провинции Юннани, которые были способны даже просто ранить его, можно было пересчитать по пальцам одной руки. Эта сила была причиной, по которой Гым Дан-Ёп беззаботно доверил ему эту миссию.

Однако, когда Нам Гун Ви вернулся после тяжелого ранения от Джин Му Вона, его генеральный план, который продвигался так же гладко, как смазанные шестеренки, внезапно был нарушен.

Это было появление непредсказуемой переменной. Поначалу ему казалось, что он уже рассмотрел все возможности, и появление Джин Му Вона не входило в число этих возможностей. У него не оставалось другого выбора, кроме как подтвердить, почему такой человек приехал в Юннани именно сейчас, а не когда-либо еще.

“Если вы не возражаете, не могли бы вы сказать мне, к какой секте вы принадлежите?”

“Я не принадлежу ни к какой секте, и единственные боевые искусства, которые я знаю, - это те, которые были переданы моей семьей”.

“Тогда ваша семья, должно быть, довольно великий воинственный клан”.

“Это не так уж удивительно. Кроме того, он уже разрушен, и никто даже не помнит о нем больше.”

“Это так?”

Гым Дан-Ёп пристально смотрел на Джин Му Вона глазами, которые, казалось, видели его насквозь. Невозможно было лгать перед такими глазами. Однако Джин Му Вон лишь уверенно посмотрел на него в ответ, без колебаний или беспокойства.

Гым Дан-Ёп не мог не быть впечатлен. Хотя внешне Джин Му Вон казался обычным человеком, в его глазах была непоколебимость горы, которая простояла тысячи лет.

Глаза - это окна в душу, и твердость взгляда человека отражает силу его решимости. Я определенно вижу непоколебимую решимость Джин Му Вона в его глазах. Таких мужчин, как он, в принципе невозможно поколебать или соблазнить.

“Поскольку ты, кажется, не желаешь говорить мне, из какого ты клана, ничего, если я спрошу тебя, почему ты пришел сюда вместо этого? Ты выполняешь приказы с Вершины Небес?”

“Причина, по которой я здесь, не имеет никакого отношения к Небесной вершине”.

“Тогда?”

“Я ищу кое-кого”.

Гым Дан-Ёп слегка нахмурил брови, спрашивая: “И кто это?”

“Шесть месяцев назад здесь, в Куньмине, исчез караван, принадлежащий торговой ассоциации "Белый дракон". К сожалению, среди них был один из моих знакомых.”

“……”

“ Теперь моя очередь задавать вопросы. Живы ли еще люди, которые пропали без вести в то время?”

“Ху...” Гым Дан-Ёп вздохнул, затем продолжил: “Вы были здесь по личным причинам?”

Вы мне еще не ответили.

“Они все еще живы, но...”

Пожалуйста, верните их мне. Сразу после этого я покину Юннань.”

“Я бы хотел, но это не так просто, как кажется...” Гым Дан-Ёп колебался, встревоженный.

Снежная буря, казалось, окутала лицо Джин Му Вона облаками, и атмосфера сразу же застыла, как будто это был разгар зимы.

Значит, ты не собираешься возвращать их мне?

“По крайней мере, не прямо сейчас, потому что тогда я окажусь по уши в дерьме”.

“……”

А как насчет этого? Когда я закончу со своими планами относительно Юннань, я верну их вам в целости и сохранности. Я клянусь в этом своим именем”, - предложил компромисс Гым Дан-Ёп, но Джин Му Вон ему не ответил.

Он мог только снова вздохнуть и сказать: “Ху... Я думаю, что дать тебе мое слово для тебя недостаточно. Какая дилемма.”

Гым Дан-Ёп скрестил руки на груди и нахмурился. Есть ли место для переговоров? Нет, это не так. Этот парень абсолютно не примет “нет” в качестве ответа. Даже если он ничего не скажет, я почему-то просто знаю, что он не согласится ни на что из того, что я предложу.

Что ж, я пришел сюда только сегодня, чтобы понаблюдать за ним и убедиться в наличии этой переменной собственными глазами.

Гым Дан-Ёп, казалось, был огорчен, но Джин Му Вон ни на мгновение не поверил в его поступок. Хотя на первый взгляд этот человек казался очень мягким и рассудительным человеком, однако Джин Му Вон по опыту знал, что такие люди, как он, самые страшные из всех.

“Хаа…Это нехорошо, и это тоже нехорошо… В конце концов, кажется, что нам суждено сражаться. Как грустно. Я уже довольно давно не встречала человека, который бы мне так сильно нравился.”

Последняя фраза Гым Дан-Ёп была искренней. У него было не так много близких друзей, так как вокруг него было не так много людей его уровня. Кроме того, хотя он и не был знаком с Джин Му Вон долгое время, этот парень ему нравился. Они даже были примерно одного возраста. К сожалению, они были по разные стороны баррикад и никак не могли стать друзьями.

Джин Му Вон крепче сжал Снежный цветок. Температура окружающей среды, которая и без того была ледяной, упала еще ниже. Это был его способ донести свое намерение до Гым Дан-Ёп.

Похоже, что Джин Му Вон - человек, который никогда не сдастся, не добившись своего. Просто очень жаль, что я такой же человек. Гым Дан-Ёп печально улыбнулся. Было кое-что, что он должен был сделать, несмотря ни на что. Миссия, которую не смог бы выполнить никто другой. Он планировал это очень долго, и то, что ему нравился Джин Му Вон, не было достаточной причиной для того, чтобы отступить сейчас.

Джин Му Вон подошел к Гым Дан-Ёп, но Гым Дан-Ёп отступил от него.

“Ты собираешься убежать?”

“Это не то место, где мы с тобой будем сражаться. Разве ты не согласен, что было бы жаль, если бы мы дрались в таком убогом месте, как это, без зрителей, которые могли бы наблюдать за нами?”

Гым Дан-Ёп небрежно пожал плечами, но Джин Му Вон в ответ только подскочил к нему. Независимо от того, каковы были Гым Дан-Ёп, Джин Му Вон не собирался отпускать этого человека.

свист!

Внезапно из близлежащего леса посыпался град стрел. Точно так же, как когда он сражался с Нам Гун Ви, лучники снова преградили Джин Му Вону путь.

К счастью, он уже предсказал, что нечто подобное произойдет. Джин Му Вон легко отбил стрелы Снежным Цветком и ускорился, мгновенно сократив расстояние между собой и Гым Дан-Ёп, пока они практически не оказались лицом к лицу друг с другом.

Однако затем Гым Дан-Ёп снова начал играть на своем цине.

Джин Му Вон невольно вздрогнул, когда этот звук обрушился на него, как волны, разбивающиеся о скалу. Он пробился сквозь стену звука, но когда он, наконец, вышел за пределы ее досягаемости, Гым Дан-Ёп исчез.

Откуда-то издалека до него доносились звуки пения этого человека.

Мужчины и женщины, старые и молодые, инь и ян.

Два мира, о которых я знаю, - фантазия и реальность

Наконец-то слейтесь воедино, раскрывая свои истинные желания.

Небеса мечтают о тихой ночи,

В то время как тихая ночь мечтает вырваться из своей скорлупы.

Вы, люди, восставшие из пустоши,

Поторопись, потому что у тебя осталось не так много времени.

Когда песня подошла к концу, даже окружающие лучники ушли, оставив на сцене только Джин Му Вона.

***

Цинь (琴): щипковый семиструнный китайский музыкальный инструмент, также известный как гуцинь. На нем играли с древних времен, и ученые, дворяне и даже члены королевской семьи традиционно предпочитали его как инструмент большой тонкости и утонченности. Он похож на гучжэн / японское кото / корейское геомунго, но не имеет подвижных мостов под каждой струной.

Гым Дан-Йоп (金單葉/燁): Дан-Йоп означает «Одинокий лист» или «Одинокое сияющее пламя». Случайный интересный факт: в наши дни Гым Дан-Ёп на самом деле произносится как Ким Дан-Ёп, поскольку хангыль для 金 был изменен с 금 (Гым) на 김 (Ким) где-то в 1400-х годах, но по какой-то причине только при использовании в качестве фамилии. Hanja 金 по-прежнему произносится как Geum, когда речь идет о «золоте», это буквальное значение. Автор-ним уверен, что исследовал даже такую мелочь…

Непрошенное внимание (I)

Джин Му Вон и Квак Мун Чжон проснулись ранним утром, слегка позавтракали, а затем покинули гостиницу. Улицы были пустынны - признак того, что город еще не пробудился ото сна.

“Поехали. Если мы будем поддерживать хороший темп, то к завтрашнему вечеру будем в Юйси”.

“Да!”

Благодаря торговой ассоциации "Белый дракон" их поездка сюда, в Куньмин, была в очень комфортабельном вагоне, но отныне им придется передвигаться на своих двоих. Джин Му Вон купил бы лошадь, если бы мог, но ни одна из конюшен не была открыта в этот час, и он, вероятно, все равно не мог себе ее позволить.

К счастью для двух новоприбывших из Гангхо, главная дорога в Юси была очень ухоженной, и они не рисковали заблудиться.

Когда солнце поднялось из-за горизонта, Квак Мун Чжон пробормотал: “Это удивительное место. Погода была такой жаркой и влажной, когда мы впервые въехали в Юннань, но здесь, в Куньмине, хорошо и прохладно”.

"Да. Кажется, что температура здесь ниже, потому что Куньмин расположен на плато”, - логично ответил Джин Му Вон, хотя он был в равной степени поражен чудесами природы. Он даже слышал от владельца "Миролюбивой гостиницы", что десятки племен этнических меньшинств все еще живут недалеко от Куньмина, что является доказательством того, насколько прекрасна окружающая среда для проживания людей.

Джин Му Вон согласился с владельцем гостиницы. Здесь всего было в изобилии, в отличие от бесплодного Севера, откуда он родом. В частности, благодаря мягкому климату круглый год был возможен двойной сбор урожая, а дикорастущие фрукты росли в изобилии в лесу. До тех пор, пока человек был готов приложить некоторые усилия, у него было бы больше еды, чем он мог бы съесть.

Жаль, что в то время как земля здесь благословлена богами, коренные народы - нет.

Коренные жители Юннань, по-видимому, не отличались особой жадностью, вероятно, потому, что привыкли иметь все в изобилии. Настоящая проблема заключалась в жадности и богатстве людей, иммигрировавших сюда с Центральных равнин, не говоря уже о силе мастеров боевых искусств. У туземцев не было против них ни единого шанса.

Интересно, что лучше: суровая жизнь северян или теплая жизнь в Юннань? Как бы то ни было, у меня такое чувство, что мне здесь не место.

Внезапно Квак Мун Чжон нарушил ход его мыслей, спросив: “О чем ты так напряженно думаешь?”

”Только это и то..."

“Это место тоже заставило тебя многое пересмотреть, да”.

“Ты тоже?”

“Да, у меня в голове постоянно возникает множество случайных идей. Честно говоря, в последнее время я немного беспокоюсь...”

Хотя Квак Мун Чжон смело решил последовать примеру Джин Му Вона, в конце концов, он все еще был тринадцатилетним мальчиком. Для него было невозможно не испытывать беспокойства, когда он понятия не имел, что его ждет впереди.

Джин Му Вон мог посочувствовать младшему мальчику, потому что он тоже чувствовал то же самое. С тех пор как он появился на свет, он сталкивался только с одним могущественным врагом за другим, как будто его судьба была переплетена с приступом ужасного везения.

Он осознавал, что больше не может жить так свободно, как раньше, и правда о нескончаемом круговороте ненависти внутри Гангхо звучала в его ушах правдивее, чем когда-либо прежде.

”Я тоже немного волнуюсь".

"В самом деле? Ты?”

“ Я тоже человек. Как я вообще могу быть свободен от каких-либо забот? Тем не менее, это не значит, что мы можем отступить сейчас, не так ли? Когда человек не рассматривает отступление как вариант, тогда он может только продвигаться вперед. Это мой девиз”.

“Что означает эта идиома, Хен?”

“Когда люди дают себе выход, они склонны съеживаться перед лицом опасности, и я твердо верю, что такие трусы никогда не смогут победить тех, кто день за днем живет в отчаянии”.

Квак Мун Чжон прикусил губу от удивления и восхищения. Он никогда не ожидал, что у Джин Му Вона, которого он считал сверхсильным, будет такой девиз.

Если бы у меня тоже было такое мышление, тогда, возможно, я смог бы стать таким же сильным, как Хен? Мне нужно будет отчаянно жить, как будто каждый день был моим последним…

Хен действительно потрясающий…

Сначала Квак Мун Чжону нравился Джин Му Вон только потому, что он был племянником Хван Чхоля, но чем больше он узнавал молодого человека, тем больше тот покорял его сердце. Джин Му Вон был братом, которому он мог доверять и на которого можно было положиться.

“Хи-хи-хи!”

В чем дело?

Ничего, хи-хи-хи! Давай просто уйдем.”

“...Хорошо”. Джин Му Вон кивнул и сравнялся со скоростью ходьбы Квак Мун Чжона.

Путешествие в Юйси прошло без происшествий. Главная дорога была в хорошем состоянии, так что можно было не бояться заблудиться, а погода стояла прохладная и комфортная, идеально подходящая для путешествий. Однако, поскольку Юйси находился не совсем рядом с Куньмином, у них не было другого выбора, кроме как провести ночь на открытом воздухе.

Незадолго до захода солнца двое молодых людей решили переночевать на поляне, которая находилась не слишком далеко от дороги, с хорошей ровной почвой и небольшим ручьем неподалеку, что позволяло легко добывать питьевую воду.

Джин Му Вон нарубил дров для костра, а Квак Мун Чжон принес питьевую воду. Оба они привыкли разбивать палатки на открытом воздухе, поэтому приготовления были быстро закончены.

Обед состоял из сухих пайков, которые они приготовили заранее. Квак Мун Чжон, который закончил трапезу немного раньше Джин Му Вона, начал тренироваться со своим двуручным мечом "Багровый клык".

свист! свист!

Возможно, из-за того, что мускулы подростка теперь были более развиты, он с легкостью размахивал тяжелым двуручным мечом. Это было огромным улучшением по сравнению с предыдущим. Несмотря на то, что он делал всего один маленький шаг за раз, Квак Мун Чжон действительно неуклонно рос.

Пришло время. Джин Му Вон встал и поднял ветку дерева.

Квак Мун Чжон в замешательстве посмотрел на Джин Му Вона и спросил: “Хен?”

“Сражайся со мной всем, что у тебя есть”.

Какое-то мгновение Квак Мун Чжон просто тупо моргал, не в силах осмыслить то, что только что сказал Джин Му Вон. Когда смысл, наконец, дошел до него, он прикусил губу в предвкушении.

Наконец-то…Я так долго ждал этого!

До сих пор Джин Му Вон время от времени давал ему советы, но никогда не инструктировал его напрямую, и он тоже не осмеливался просить его об инструкциях. Он понимал, что пропасть между ними слишком велика, и что нет смысла просить об этом, пока он не достигнет определенного уровня.

Квак Мун Чжон крепче сжал Багрового Клыка. Его сердце бешено колотилось, а кровяное давление повышалось.

Внезапно Джин Му Вон сказал: “Успокойся. Как ты собираешься правильно тренироваться, когда тебя распирает от возбуждения?”

“Хорошо!”

“А теперь сразись со мной!”

“Да!” - крикнул Квак Мун Чжон, бросаясь к Джин Му Вону.

Свист!

Увидев, что Квак Мун Чжон бросился на него, как бешеный бык, Джин Му Вон сделал шаг в сторону и с легкостью уклонился от атаки. Затем он легонько похлопал Квак Мун Чжона по локтю своей веткой дерева, сказав: “Больше выпрямляй локти, когда будешь размахивать мечом, и ты сможешь вложить в него больше силы”.

Понял!

Квак Мун Чжон выпрямил локти, как и предлагал Джин Му Вон, но на этот раз вместо этого ветка Джин Му Вона слегка ударила его по плечу.

Удар!

“Твои рефлексы замедлятся, если твое тело будет слишком жестким”

"Да!"

“Не своди глаз со своего противника”.

"Да!"

”Твердо ступай на землю".

”Дыши глубоко животом".

“Куак!”

Поскольку Джин Му Вон бил его по слабым местам каждый раз, когда он что-то говорил, Квак Мун Чжон заканчивал тем, что снова и снова кричал от боли. Удары казались легкими, но по какой-то причине этой небольшой силы было достаточно, чтобы сотрясти его внутренние органы.

Однако, хотя передвигаться, когда ему было больно, было тяжело, а его тело было покрыто синяками от падения на землю, Квак Мун Чжон не сдавался. Снова и снова он отчаянно атаковал Джин Му Вона, но его инструктор никогда ни по какой причине ничего не упускал из виду.

Устранение недостатков в основах гораздо важнее, чем отработка техник. Настоящему мастеру боевых искусств даже не нужны техники, потому что каждый их удар - это непревзойденная техника. Однако это не означает, что изучение и практика техник не являются необходимыми, потому что сначала нужно достичь полного овладения техникой, чтобы достичь уровня, на котором техника больше не нужна.

Бонк!

И снова Квак Мун Чжон был отправлен в полет. Его одежда была в лохмотьях, волосы растрепаны, а лицо превратилось в неузнаваемый беспорядок.

Только тогда Джин Му Вон отбросил свою ветку в сторону.

“Я... все еще... могу продолжать...” Квак Мун Чжон крепко стиснул зубы и, пошатываясь, встал.

“Я знаю, но есть время тренироваться и время отдыхать. Поторопитесь и воспользуйтесь техникой медитации ”Три истока"."

В конце концов, у Квак Мун Чжона не было другого выбора, кроме как сдаться и начать медитировать.

Ухаживая за костром, Джин Му Вон внимательно наблюдал за Квак Мун Чжоном. Как он и предполагал изначально, внутренности мальчика превратились в месиво, ему было трудно дышать, его мышцы были сильно разорваны, а суставы расшатаны.

Для нормального человека эти травмы были бы чрезвычайно серьезными, но для Квак Мун Чжона тело, нуждающееся в исцелении, было оптимальным условием для тренировки техники медитации Трех Истоков и делания его сильнее.

Лично Джин Му Вону не очень нравилось использовать этот ускоренный метод обучения, но если он в ближайшее время не сделает Квак Мун Чжона сильнее, шансы мальчика выжить в надвигающемся хаосе будут крайне низкими. Было бы лучше, если бы он помогал мальчику в обучении с самого детства, но сейчас думать о "что, если" было бессмысленно.

Он должен был поставить выживание Квак Мун Чжона превыше всего остального.

Когда медитация Квак Мун Чжона достигла своего пика, пот потек по всему его телу подобно дождю, а кожа стала красной, как свекла. Это был признак того, что техника медитации Трех Истоков в настоящее время залечивала его раны.

Увидев это, Джин Му Вон подбросил еще дров в костер, повысив температуру вокруг них.

Час спустя Квак Мун Чжон наконец закончил медитировать. Его ранее бледное лицо теперь выглядело здоровым, а тело было наполнено энергией.

“Отличная работа, ты усердно трудился”, - улыбнулся Джин Му Вон.

“Ты работал намного усерднее, чем я, Хен. Спасибо вам.”

Квак Мун Чжон низко поклонился Джин Му Вону.

Однако улыбка Джин Му Вона внезапно исчезла, и выражение его лица посуровело. Прежде чем Квак Мун Чжон успел выразить свое потрясение, Джин Му Вон прошептал: “Посмотри в направлении главной дороги”.

Квак Мун Чжон посмотрел туда, куда указывал Джин Му Вон, но там была кромешная тьма, и он ничего не мог разглядеть. Однако он знал, что Джин Му Вон не сказал бы ничего подобного без причины, поэтому он тщательно сфокусировал взгляд и попытался вглядеться в темноту.

Через некоторое время он услышал стук лошадиных копыт и не мог не восхититься невероятным зрением Джин Му Вона.

Группа, появившаяся из темноты, состояла из повозки, сопровождаемой дюжиной воинов. Сразу же заметив Джин Му Вона и Квак Мун Чжона, они направились прямиком к двум молодым людям.

Квак Мун Чжон нервно обнажил Багровый клык. На данный момент было невозможно узнать, были ли эти люди врагами или союзниками.

Когда группа прибыла на поляну, эти двое, наконец, смогли хорошенько рассмотреть этих людей. У воинов были яркие глаза и необычайно мощные ауры. Кроме того, иероглиф “Тиран (覇)” был нанесен на их нагрудные доспехи.

Мастера боевых искусств из секты Кулака Тирана, секты, созданной Чжо Чхон Ву, предателем, которого я когда-то называл дядей.

Глаза Джин Му Вона на мгновение вспыхнули. Его чувства к этим людям были слишком сложными, чтобы он мог выразить их словами.

Старший воин, который, вероятно, также был лидером, спешился со своего коня и подошел к Джин Му Вону. На вид ему было под сорок, с довольно характерными чертами лица, такими как широкие плечи, бедра толщиной со ствол дерева, узкие глаза и подавляющая аура, как будто он хотел сокрушить любого, кто столкнется с ним лицом к лицу.

Он крикнул Джин Му Вону: “Как и ожидалось, кто-то добрался сюда первым. Мы уже планировали остаться здесь на ночь, так что не могли бы вы разделить с нами это пространство? Мы часто разбиваем здесь лагерь, когда путешествуем на свежем воздухе.”

“Конечно”.

“Спасибо”.

Получив разрешение Джин Му Вона, старый воин повернулся обратно к своим подчиненным.

Мы будем делать лагерь здесь. Все начинайте распаковывать вещи.”

“Да, сэр!” Воины громко подтвердили это. Затем они спешились со своих лошадей и начали готовиться к ночевке на открытом воздухе.

Тем временем Джин Му Вон дрожащими глазами взглянул на старого воина исподлобья.

...Неужели он не узнал меня?

Он опустил голову и горько улыбнулся.

Однако его размышления внезапно были прерваны знакомым голосом, произнесшим: “Мастер Джин, это вы?”

Непрошенное внимание (II)

Джин Му Вон поднял глаза только для того, чтобы увидеть два знакомых лица, Тан Ми Ре и Тан Ги Муна, выходящих из кареты. Тан Ми Ре направился к Джин Му Вону, совершенно обрадованный его появлением.

Что привело вас сюда, мисс Тан?

“Мы направляемся в Юси. Я никогда не мечтала, что смогу встретить вас на нашем пути туда, мастер Джин.”

“Юси, ты говоришь?”

"Да!" Тан Ми Ре улыбнулся.

Тем временем Тан Ги Мун подошел к нему сзади и спросил: “А как насчет тебя? Разве вы не останавливались в гостинице в Куньмине?”

“У меня тоже есть дела в Юси, так что, похоже, мы движемся в одном направлении. Кстати, а где люди с Небесной вершины? Разве ты не собирался встретиться с ними в секте Кулака Тирана?”

“Небесная Вершина внезапно сменил место нашей встречи на Юси”.

“Хм...”

“К счастью, воины из секты Кулака Тирана согласились сопроводить нас туда”.

Поскольку Тан Ги Мун уже подвергся нападению по пути в Куньмин, секта Кулака Тирана отправила отряд элиты для охраны двух членов клана Тан. Он посмотрел на командира стражи и представился: “Вон тот воин - Им Су Кван, Восьмирукий Небесный генерал. Очевидно, он один из пяти лучших мастеров секты Кулака Тирана, а также эксперт в кулачных техниках. Говорят, что его боевое мастерство также не имеет себе равных.”

Джин Му Вон взглянул на Им Су Квана со сложным выражением на лице. Однако на улице уже стемнело, и никто не заметил его ненормальности.

“Если бы я знал, что вы тоже направляетесь в Юси, мастер Джин, я бы остался с вами с самого начала. С другой стороны, отныне мы можем просто путешествовать вместе, верно? Ха-ха, я бы чувствовал себя гораздо увереннее, если бы ты был рядом!” Тан Ги Мун рассмеялся. С его точки зрения, Джин Му Вон был гораздо более надежным человеком, чем Им Су Кван, который был ему совершенно незнаком.

“Пойдемте, давайте сядем и поговорим”, - продолжил он, ведя группу к костру, где они сели в круг.

“Вы знаете, что именно произошло в Юси?”

“До меня доходили кое-какие слухи, но это было настолько экстремально, что я просто не могу в это поверить”.

Не могли бы вы мне сказать?

“Ну что ж… Я не уверен, сколько мне следует говорить, поскольку я даже сам не смог подтвердить правду. Мы все узнаем, как только войдем в город, так что не могли бы вы пока набраться терпения?” Спросил Тан Ги Мун с суровым выражением на лице.

“Хорошо”. Почувствовав тяжелую атмосферу, лица Джин Му Вон и Квак Мун Чжуна потемнели.

Внезапно Им Су Кван подошел к Тан Ги Муну и сказал: “Мастер Тан, наши приготовления к походу завершены”.

“Хорошая работа. Этот человек - мастер Джин, мой спаситель.”

Глаза Им Су Квана загорелись интересом, когда он быстро оценил Джин Му Вона, сказав: “Может, ты и молод, но я могу сказать, что ты уже сильный мастер боевых искусств. Я Им Су Кван из секты Кулака Тирана.”

“Меня зовут Джин Му Вон”, - покорно поздоровался Джин Му Вон.

Пораженный Им Су Кван воскликнул: “Я знаю кое-кого с точно таким же именем, как у тебя! Не могли бы вы сказать мне, к какой секте вы принадлежите?”

“Это всего лишь небольшая секта. Даже если бы я сказал тебе, ты бы этого не узнал.”

Хм... - Им Су Кван замолчал. Он чувствовал, что Джин Му Вон уклоняется от ответа, но, если молодой человек не хочет ничего говорить, ему будет трудно продолжать развивать эту тему.

Джин Му Вон, которого я знал, умер семь лет назад, так что это никак не мог быть он, верно?

События, произошедшие много лет назад, все еще тяжелым грузом лежали на его сердце, и, хотя он больше не мог вспомнить лицо мальчика, оставленного в крепости Северной армии, он помнил его имя - Джин Му Вон. То же имя, что и у человека, стоящего сейчас прямо перед ним.

Тогда у него не было другого выбора, кроме как плыть по течению, но он всегда уделял пристальное внимание любым новостям, касающимся Джин Му Вона. Вот почему, когда он услышал о смерти Джин Му Вона семь лет назад, его так захлестнуло чувство вины, что он несколько дней не мог заставить себя есть или спать.

Им Су Кван снова внимательно наблюдал за Джин Му Вона. Если подумать, молодой человек действительно был похож на мальчика из его воспоминаний. Однако поведение этого Джин Му Вона было слишком спокойным.

Если бы он действительно был тем Джин Му Вон, которого я знал, он бы никогда не смотрел на меня так бесстрастно. Им Су Кван вздохнул и сел.

Почувствовав напряжение в воздухе, Тан Ми Ре надулся, не понимая, что происходит. Ей о многом хотелось спросить Джин Му Вона, который сидел рядом с ней, но из-за тяжелой атмосферы ей было трудно что-либо сказать.

Той ночью, после того как все остальные уснули, Джин Му Вон сидел один у костра, держа в объятиях Снежный цветок. Рядом с ним беззаботно спал Квак Мун Чжон.

Он поднял глаза. Море звезд, сверкающих в ночном небе, напомнило ему о Севере.

До того, как его бросили, он всегда был окружен теплыми и заботливыми людьми. Это создало у него ошибочное впечатление, что мир - доброе место.

На самом деле, Им Су Кван был одним из таких людей. Каждый раз, когда они встречались, этот человек приветствовал его с улыбкой и многому учил.

Однако в тот роковой день Им Су Кван отвернулся от своего отца и от самого себя более бессердечно, чем кто-либо другой. Тем не менее, Джин Му Вон не очень обижался на этого человека, поскольку он был не единственным, кто предал их.

Хотя было невозможно смотреть в лицо Им Су Квану без смешанных чувств, Джин Му Вон не хотел, чтобы такой человек беспокоил его. В конце концов, Центральные равнины были заполнены такими же людьми, как он. Если бы он разозлился на каждого из предателей, то в конечном счете только погубил бы себя.

"Это еще одна несправедливость, которую мне приходится терпеть", - утешал он себя.

Внезапно он вспомнил свою встречу с Гым Дан Ёпом накануне вечера. Этот таинственный человек вызвал его ни с того ни с сего, сказал несколько слов, а затем исчез. Единственная информация, которую он вытянул из него, заключалась в том, что он был вдохновителем событий в Юннань.

Просто кто он такой? Какова его цель?

Хотя это была первая встреча Джин Му Вона с Гым Дан Ёпом, он мог сказать, что тот не из тех, кто стал бы делать все это из-за личной обиды. Следовательно, у него должна была быть какая-то мотивация. К сожалению, у него не было возможности выяснить, какова была его истинная цель.

И все же у него было предчувствие, что им суждено встретиться снова.

Джин Му Вон подбросил несколько веток в угасающее пламя костра, снова разжигая его.

Что, если он…

Выражение его лица потемнело.

***

Нам Гун Ви сел без рубашки в кромешно-черной потайной комнате. Прямо под его грудной клеткой была пугающего вида колотая рана. Он закрыл глаза и сосредоточился на циркуляции своей ци.

Каждый раз, когда он вдыхал и выдыхал, из его ноздрей выходил белый туман. Когда его медитация достигла своего пика, крупные капли пота выступили у него на лбу, а все тело покраснело.

свист!

Внезапно он сильно вздрогнул, и его лицо исказилось от боли. Белый туман, который он выдохнул, закружился вокруг него, но он резко втянул его обратно одним глотком.

Наконец-то он закончил свою медитацию. Нам Гун Ви медленно открыл глаза и осторожно дотронулся до раны от лезвия в боку. Затем он нахмурился, пробормотав: “Кхе! Ух ты! Несмотря на то, что я медитировал весь день, рана еще даже не затянулась.”

Для него большинство обычных ран затянулись бы после раунда медитации, так что даже если бы они еще не были полностью заживлены, он все равно смог бы передвигаться без проблем. Однако раны, которые он получил от Джин Му Вона, были совсем не такими.

Они не только заживали очень медленно, но и причиняли адскую боль. В результате Нам Гун Ви не осталось иного выбора, кроме как запереться в потайной комнате на несколько дней, ничего не делая, кроме как обрабатывая свои раны.

Он небрежно накинул на себя какую-то одежду и вышел из комнаты. Выйдя на улицу, он сразу же был встречен видом живописного сада, окруженного высоким забором. Большие разновидности ухоженных деревьев, цветов и трав демонстрировали свои самые яркие краски, мягко покачиваясь на ветру.

Нам Гун Ви безразлично шагал по пейзажу. Хотя сад явно был результатом чьего-то тяжелого труда, его не интересовали подобные поверхностные вещи; оттачивание своих боевых искусств было гораздо более продуктивным использованием времени. Однако он понимал, что не все с ним согласны.

Вскоре он обнаружил мужчину в лохмотьях, выдергивающего сорняки из сада.

” Дан Ёп".

Мужчина, бедно одетый, как бедный фермер, поднял голову на его зов и улыбнулся. Это был Гым Да Ёп.

“Гун-Ви, сейчас ты выглядишь намного лучше, чем раньше”.

“Ты снова играешь с грязью? Ты всегда так делаешь, когда тебе нужно о многом подумать”.

“Ха-ха!” Вместо ответа Гым Дан Ёп просто ухмыльнулся. Как и говорил Нам Гун Ви, каждый раз, когда ему было, о чем подумать, он занимался садоводством.

Внезапно что-то вспомнив, Нам Гун Ви спросил: “Ты ходил с ним встречаться?”

"Да."

“Так вот что произошло. Он разрушает твои планы, не так ли?”

Нам Гун Ви плюхнулся на ближайшую скамью, заставив его зловеще заскрипеть под его весом. Увидев это, Гым Дан Ёп улыбнулся и сел рядом с ним.

“Как ты себя чувствуешь?”

“Я не полностью исцелен, но, слава богам, по крайней мере, теперь я могу двигаться. Блин, тогда я всерьез думал, что мне крышка…кашель! Наверное, просто мне не повезло нарваться на самого дьявола.”

“Это большое облегчение”.

“А как насчет тебя?”

Нам Гун Ви прямо не уточнил, кого он имел в виду, но Гым Дан Ёп мгновенно понял его, ответив: “Он нарушил мои планы”.

Неужели все так плохо? Даже для тебя?

“Он действительно необычный парень. Он дает мне ощущение огромной, неподвижной скалы. Для меня полная загадка, почему я до сих пор не встретил никого похожего на него”.

У Нам Гун Ви отвисла челюсть. Он никогда раньше не слышал, чтобы Гым Дан Ёп кого-либо так высоко хвалил. Этот человек всегда был в высшей степени циничен и критичен по отношению к другим, и единственная другая похвала, которую он когда-либо слышал от него, была “несколько полезной”.

Тем не менее, он чувствовал, что может посочувствовать Гым Дан Ёп. В конце концов, он не только сокрушительно потерял одного из снайперов "Железного призрака", которого тренировал всем сердцем, но и сам был на волосок от того, чтобы расстаться с жизнью из-за Джин Му Вона.

“С ним нет места для переговоров”.

“Как и ожидалось”. Нам Гун Ви опустил голову. Нежная внешность Джин Му Вона была всего лишь фасадом. Внутри он был человеком, пылающим страстью и решимостью. С таким человеком было невозможно вести переговоры, если он на что-то решился, и как воин, непосредственно сражавшийся с молодым человеком, Нам Гун Ви полагал, что он может лично подтвердить этот факт.

“Итак, что мы собираемся делать? Мы же не можем отступать сейчас, не так ли?”

“Нет, мы не можем. Он может быть непредсказуемой личностью, но мы не можем отменить все наши планы только из-за одного человека”.

“Да!”

Кроме того, мы уже зашли слишком далеко, чтобы сейчас поворачивать назад.

Гым Дан Ёп поднял глаза к небу, побуждая Нам Гун Ви сделать то же самое. Безоблачное лазурное небо, казалось, простиралось на тысячу миль, но Гым Дан Ёп смотрел на место еще дальше.

Как бы то ни было, теперь все стало гораздо веселее. Независимо от того, насколько хорошо мы планируем, именно неожиданные переменные делают эту скучную жизнь стоящей того, чтобы ее прожить

“Кукуку! Есть над чем посмеяться? Это так угнетает, что слезы не текут”.

“Нет, это должно быть так...”

“Дан Ёп...”

— Если мы хотим разбудить Безмолвную Ночь от ее глубокого сна, — прошептал Гым Дан-Ёп тихим, но сильным голосом.

Непрошенное внимание (IIІ)

Джин Му Вон и Квак Мун Чжон проснулись ранним утром и приготовились уходить. В то же время, как будто они были синхронны, воины секты Кулака Тирана также начали собирать вещи.

Поскольку ни у кого из них не было большого багажа, прошло совсем немного времени, прежде чем все были готовы отправиться в путь. Внезапно Им Су Кван подошел к Джин Му Вону и спросил: “Мастер Тан сказал мне, что вы присоединитесь к нам в нашем путешествии в Юси. Это правда?”

“Да, однако, мы не хотим вам навязываться, и если вы сочтете нас обузой, мы отправимся туда сами”.

“ Нет, вовсе нет! Вы можете прокатиться на наших запасных лошадях.”

Да

- Не нужно меня благодарить. Иди сюда. Давай быстренько позавтракаем перед уходом.

“Хорошо”.

Джин Му Вон и Квак Мун Чжун последовали за Им Су Кваном к лагерному костру, где другие воины секты Кулака Тирана приготовили на завтрак простую кашу. Там уже сидели Тан Ги Мун и Тан Ми Ре, и каждый держал в руках миску с едой.

Доброе утро, мастер Джин

Пожалуйста, присаживайтесь.

Они поприветствовали Джин Му Вона и Квак Мун Чжуна сияющими улыбками.

Им Су Кван тоже сел, сказав: “Эта каша приготовлена из отварных продуктов, но на вкус она не так уж плоха. Мы всегда выживаем за счет этого, когда путешествуем.”

“Это хорошая идея. Очень эффективно.”

- Да, даже в те дни, когда я жил на Севере…Нет, не бери в голову. Просто... ешь еду, пока она еще горячая.

Им Су Кван лично налил две миски каши и вручил их Джин Му Вон и Квак Мун Чжуну. Когда Джин Му Вон взглянул на него, он понял, что в нем не только размокшая мука, но и крупинки. Зерна, должно быть, были добавлены в сухой паек при его приготовлении.

Это то же самое, что ели воины Северной армии во время войны с Безмолвной ночью. Скоро мне тоже придется готовить такие пайки для себя.

Джин Му Вон отхлебнул каши и улыбнулся. Как и сказал Им Су Кван, на вкус это было не так уж плохо. На самом деле, это было настолько вкусно, что даже Квак Мун Чжон был готов проглотить его.

В этот момент Тан Ги Мун повернулся к Им Су Кван и спросил: “Сколько еще времени до прибытия в Юси?”

“Мы определенно будем там до захода солнца”.

Я понимаю!

“Наша секта владеет виллой в Юси. Ты можешь подождать воинов с Вершины Небес там.”

“Ладно, думаю, до тех пор я могу отдохнуть”.

“Да, в конце концов, у тебя не будет времени на отдых, как только появится Небесная вершина”.

“Мм”, - ответил Тан Ги Мун, накладывая себе еще одну миску каши. Ему нужно было хорошо питаться, чтобы набраться сил на оставшуюся часть путешествия.

Сидевший рядом с ним Тан Ми Ре посмотрел на Джин Му Вона и спросил: “Мастер Джин, не хотите ли еще тарелку каши?”

“Нет, но спасибо тебе за предложение”.

Действительно?

“У меня есть привычка не есть, пока я не насытился”.

“Это хорошая привычка. Когда вы наедитесь, ваши чувства и рефлексы притупятся, - внезапно вмешался Им Су Кван. Он продолжил: “Для того, чтобы постоянно оставаться начеку, крайне важно есть меньше”.

“Спасибо вам за ваш совет”.

“Сам того не осознавая, кажется, что я только что сказал что-то очень самонадеянное мастеру боевых искусств. Пожалуйста, притворись, что ты не слышал моего комментария”, - тут же добавил Им Су Кван, когда до него дошло, что он пытался дать совет такому мастеру, как Джин Му Вон.

Странно, он был не из тех, кто обычно проповедовал бы другим подобным образом… Просто в Джин Му Воне было что-то такое, что развязало ему язык.

Неужели я подсознательно думаю о нем как о том же человеке, что и Джин Му Вон, которого я знаю? Только потому, что у них одинаковое имя? Выражение лица Им Су Кван потемнело. Он поднял глаза и уставился на Джин Му Вона, но молодой человек уже встал со своего места.

Джин Му Вон

Некоторое время спустя группа Джин Му Вона проходила мимо озера Диан. Глядя на огромное озеро, противоположного берега которого не было видно, Джин Му Вон раздраженно нахмурился.

Тан Ги Мун, который наблюдал за той же сценой из окна кареты, улыбнулся и сказал: “Это шестое по величине озеро на Центральных равнинах. Люди, которые видят его впервые, часто принимают за море.”

“Природа действительно очень загадочна. Немыслимо, как такое большое озеро может существовать прямо посреди этих высокогорий”.

“Я согласен. Озеро Дянь - источник жизненной силы Юннань, поскольку от озера зависят средства к существованию многих ее жителей.”

Солнце, поднимавшееся над горизонтом, окрашивало озеро в темно-красный цвет. Джин Му Вон восхищенно смотрел на ослепительный праздник света, образованный рассеянием солнечных лучей на легкой ряби воды.

Верно. Даже свет может изгибаться и рассеиваться. Воды озера на первый взгляд кажутся спокойными, но на самом деле течения текут бесконечно.

Циклы природы нескончаемы. Чем ярче свет, тем темнее тень. Разве это не то же самое для человеческой истории?

Для многих это было самым обычным осознанием, но для Джин Му Вона это было настолько просветляющим, что он почувствовал, как что-то внутри него изменилось.

Его Теневая Ци, которая дремала в его центре ци, внезапно вырвалась наружу и затопила его кровеносную систему. Прорыв произошел настолько неожиданно, что Джин Му Вон запаниковал, хотя и постарался не выдать своего внутреннего беспокойства и молча позволил своей ци беспрепятственно циркулировать по телу.

Щелчок!

В ушах у него зазвенело от звуков лопающихся кровеносных сосудов. Однако он был единственным, кто мог это слышать. Это был звук его Теневой Ци, устраняющей закупорки в его кровеносных сосудах для оптимального кровотока.

Помимо оптимизации циркуляции ци, неизвестный нерв, который он никогда раньше не замечал, подключился к его мозгу, в несколько раз усилив его всеобъемлющее восприятие.

Джин Му Вон чувствовал себя слепым, впервые увидевшим мир, или глухим человеком, который внезапно обрел способность слышать. Теперь его чувства были намного острее, чем когда-либо прежде, что изменило его восприятие мира.

Это была неожиданная удача. В очередной раз Джин Му Вон осознал, что самое простое просветление может заставить людей чрезвычайно радикально измениться.

Хотя воины секты Кулака Тирана ехали рядом с ним, к счастью, никто из них не заметил его необычного поведения или внезапной перемены в нем.

Наконец, как будто это сделало свое дело, Теневая Ци Джин Му Вона вернулась обратно в его центр ци. Только тогда он выпустил задержанное дыхание.

“Ху...” Когда он выдыхал, нечистоты из его тела также выводились наружу.

“Хен, ты в порядке?” - спросил Квак Мун Чжон, обеспокоенно глядя на него.

Я в порядке

«Действительно?» Квак Мун Чжон, который долгое время был с Джин Му Вон, в замешательстве склонил голову набок. Он чувствовал, что Джин Му Вон теперь немного изменился, но не мог точно сказать, что изменилось.

Джин Му Вон схватил поводья своего коня и активировал Всеобъемлющее Восприятие, расширив свои чувства так, как никогда прежде. Информация, полученная его глазами, ушами и кожей, быстро объединялась в его мозгу, создавая высоко детализированную симуляцию реального мира внутри его сознания.

Джин Му Вон инстинктивно осознал правду об этом смоделированном мире. Это были его владения.

Когда мастер боевых искусств достигает определенного уровня просветления, он в конечном итоге формирует свою собственную область, пространство, где он может проявлять свои сильные стороны в полной мере и мгновенно реагировать на любое внешнее вмешательство.

Чем выше уровень мастерства, тем больше размер чьих-либо владений. Для экспертов по боевым искусствам большинство сражений было бы столкновением на границе владений каждого практикующего. В этой ситуации, хотя наличие большего домена не всегда гарантировало победу, это давало мастеру боевых искусств много преимуществ перед его противником.

Джин Му Вон улыбнулся. Это неожиданное улучшение, несомненно, окажется полезным во многих опасных ситуациях, с которыми он вскоре столкнется.

Внезапно Им Су Кван подошел к Джин Му Вону, заставив его немного занервничать из-за того, что перемена в нем была замечена. Однако, судя по выражению лица Им Су Кван, это было не так.

“Мы почти в Юси. Я не знаю, что будет происходить дальше, поэтому, пожалуйста, будьте всегда начеку”.

” Понял".

“Кроме того, не могли бы вы на всякий случай держаться поближе к мастеру Тану?”

” Вовсе нет".

Поговорив с Джин Му Вон, Им Су Кван ушел отдавать приказы своим подчиненным, которые быстро равномерно рассредоточились по вагону и настороженно осматривались по сторонам.

Даже Джин Му Вон не мог не восхититься их координацией и синергией. Эти люди чрезвычайно дисциплинированны. Что ж, Им Су Кван всегда был из тех, кто очень строго обучал своих подчиненных.

Хотя Им Су Кван, которого он знал, был беззаботным человеком, который свободно позволял своим подчиненным поднимать шум, его команда также всегда несла наименьшие потери на поле боя.

Джин Му Вон сохранял включенным свое Всеобъемлющее сознание, когда ехал верхом на лошади. Таким образом, даже если он не смотрел, он мог слышать дыхание Квак Мун Чжуна рядом с собой и улавливать малейшие движения Тан Ги Муна внутри кареты.

Гым Дан Ёп, Нам Гун-Ви и другие люди, прячущиеся в темноте…

Сначала Джин Му Вон подумывал предупредить Им Су Квана о Гым Дан Ёп, но в конце концов решил этого не делать. Мало того, что Им Су Кван был для него буквально незнакомцем, но, что самое главное, он просто не мог доверять никому, кто встал на сторону бывших Четырех Северных столпов.

“Капитан! Я кое-что нашел...”

Внезапно Джин Му Вон был возвращен к реальности одним из воинов секты Кулака Тирана, который ехал впереди отряда. Воин спешился со своего коня и начал разглядывать что-то на земле.

Джин Му Вон тоже слез с коня и присоединился к воину, но только для того, чтобы ахнуть при виде этого: “Тьфу!”

На земле были разбросаны расчлененные трупы нескольких человек, как будто их растерзал дикий зверь. Туловища и конечности лежали отдельно друг от друга, из-за чего было трудно сказать, скольким людям они первоначально принадлежали, известно только, что погибших было по меньшей мере трое.

“БЛААРГХ!” Квак Мун Чжон, который бездумно приблизился к ужасной сцене, поспешно обернулся, и его вырвало.

С другой стороны, лицо Им Су Квана посуровело, когда он сказал: “...Еще одно нападение?”

Джин Му Вон почерпнул много информации только из этих двух слов. Во-первых, такого рода атаки случались и раньше. Во-вторых, секта Кулака Тирана знает об этом. И, наконец, Небесная вершина очень серьезно относится к этому делу, но почему?

Джин Му Вон подробно осмотрел трупы, чтобы понять, сможет ли он понять причину интереса Небесной Вершины. В результате он заметил кое-что странное.

Судя по кровоподтекам на трупах, их раны были нанесены не каким-либо оружием, а скорее голыми человеческими руками.

Тан Ги Мун, который подошел к Джин Му Вону, пока тот анализировал сцену, вздохнул и сказал: “Эти люди были расчленены человеком с чудовищной силой голыми руками”.

Все это было серьезно сделано голыми руками!? Человеческим существом?

Глаза Джин Му Вона сузились. Убить человека было не так просто, как большинство могло бы подумать, потому что у нормальных людей были моральные устои, будь то результат семейного воспитания или социального взаимодействия. Такие люди инстинктивно понимали, какую черту им не следует переступать, и не решались бы отнять чужую жизнь.

Поэтому люди, стоящие у власти, часто прибегали к различным мерам, чтобы устранить или ослабить склонность своих подчиненных к убийству, включая предоставление им оружия по своему вкусу.

Как бы то ни было, убить кого-то с помощью оружия и разорвать его на части голыми руками - это две совершенно разные вещи. Даже если у кого-то были естественные инстинкты убийцы, независимо от того, насколько силен был обычный человек, для него было физически невозможно расчленить другое человеческое существо с помощью своей силы хватки.

С другой стороны, ни один опытный мастер боевых искусств не выбрал бы такой неэффективный метод убийства, когда существовали гораздо более простые способы сделать это.

Это оставляет нам только один возможный вывод: убийца - мастер боевых искусств, сошедший с ума. Однако это противоречит здравому смыслу! Действительно ли ситуация в Юси намного серьезнее, чем я первоначально думал?

Им Су Кван крикнул: “Всем оставаться в строю и быть начеку! Если ты увидишь кого-то, кто может быть врагом, не колеблясь, убей его!”

Да, сэр! - хором ответили воины секты Кулака Тирана, садясь на своих лошадей.

Глаза Джин Му Вона обратились к Юси, когда он пробормотал: “Похоже, несчастье имеет тенденцию следовать за удачей, да?”

***

Озеро Дянь (滇池): Озеро Дянь, также известное как Дяньчи или Озеро Куньмин, представляет собой большое озеро, расположенное на плато Юньнань-Гуйчжоу недалеко от Куньмина, Юньнань, Китай. Его прозвище — «Сверкающая жемчужина в высокогорье», но он очень загрязнен (смеется).

Шестое по величине озеро: во времена династии Мин озеро Дянь, площадь которого в то время составляла около 500 квадратных километров, было шестым по величине пресноводным озером сразу после традиционных пяти озер Китая (Поян, Дунтин, Тай, Хунцзе, Чао). Хотя озеро Цинхай является самым большим озером в Китае, в то время оно считалось внутренним морем, а не озером, поскольку было соленым озером. К сожалению, из-за глупого вмешательства человека во время «Большого скачка назад» площадь озера Диан сократилась на 200 квадратных километров до 300 квадратных километров.

Связанные проклятыми нитями судьбы (I)

Атмосфера в Юси была неожиданно мрачной. На улицах было всего несколько человек, и весь город был окутан жуткой, мрачной атмосферой.

Им Су Кван отвез группу в поместье, известное как Вилла Ясной Луны, которое одновременно являлось филиалом секты "Кулак тирана" в Юси.

Как будто его уже предупредили об их прибытии, управляющий виллой стоял за воротами вместе с другими слугами. “Добро пожаловать, я ждал вас”, - поприветствовал он.

Управляющий Йом, где воины с Небесной вершины?

Они еще не прибыли

Я вижу! Также, пожалуйста, подготовьте жилье для этих двух гостей”, - сказал Им Су Кван, указывая на Джин Му Вона и Квак Мун Чжуна

Однако Джин Му Вон покачал головой, сказав: “Спасибо за ваше внимание, но с этого момента мы намерены действовать независимо”.

Вы уже сопровождали нас всю дорогу сюда. Почему бы просто не принять наше предложение?

Так нам будет удобнее

Тан Ги Мун, наблюдавший за происходящим со стороны, выступил вперед и добавил: “Он здесь, чтобы найти своего пропавшего дядю. Пребывание на вилле ограничило бы его передвижения.”

“Я полагаю, это возможно”. Им Су Кван кивнул в знак согласия. Как гости, двое молодых людей должны были следовать правилам дома и получать разрешение каждый раз, когда они хотели покинуть виллу.

Вы уже нашли какие-нибудь зацепки относительно местонахождения вашего дяди?

Джин Му Вон покачал головой, отвечая: “Ничего, кроме того, что он пропал без вести здесь, в Юси”.

“ Хм! Что ж, это будет нелегко. Я надеюсь, ты найдешь своего дядю живым и невредимым. Если вам понадобится какая-либо помощь от секты "Кулак тирана", не стесняйтесь сообщить стюарду Йому. Пока это то, что я могу сделать, я буду помогать тебе, чем смогу.”

Спасибо. Тогда мы сейчас уходим...Джин Му Вон отсалютовал Им Су Квану кулаком, повернулся и ушел. Квак Мун Чжун быстро сделал то же самое и поспешил за Джин Му Вон.

Тан Ми Ре безучастно смотрела, как Джин Му Вон исчезает вдали, и ее глаза были полны сожаления.

Когда они шли по улицам Юси, Квак Мун Чжун спросил: Хен, ты решил, куда мы пойдем дальше?

Нет

Тогда не лучше ли было остановиться на вилле “Ясная луна"? Секта” Кулак тирана" предлагает нам свою помощь.

Это наше последнее средство, потому что я ни капельки не доверяю секте Кулака-тирана

“......” Квак Мун Чжун замолчал, услышав твердый ответ Джин Му Вона.

В ответ Джин Му Вон улыбнулся ему и продолжил: Тем не менее, мы не должны относиться к ним слишком враждебно. Я сказал это только потому, что, в конце концов, это Гангхо, где полностью доверять кому-либо - верх глупости.

Понимаю!

Мун Чжун, если бы ты приехал в Юси в составе торговой ассоциации “Белый дракон”, какую гостиницу ты бы выбрал?

“Если бы я был членом торговой ассоциации "Белый дракон", то выбрал бы самую большую гостиницу, потому что мы всегда путешествуем с большим караваном. Конечно, конюшня гостиницы должна быть хорошо оборудована, и было бы предпочтительнее, если бы мы могли остановиться в отдельном здании.”

Тогда давайте осмотримся вокруг и выясним, существует ли такая гостиница

"Ой! Вы пытаетесь отследить их передвижения, не так ли?” - воскликнул Квак Мун Чжун, только теперь осознав истинные намерения Джин Му Вона.

"Да. Невозможно, чтобы не осталось никаких следов, когда так много людей таинственным образом исчезли одновременно.”

Более того, поскольку Юси намного меньше Куньмина, там не должно быть много гостиниц, которые могли бы их разместить, верно?

Верно

Тогда, не могли бы вы предоставить это мне? Я думаю, что у меня достаточно опыта в подобных вещах

“Конечно”.

Хорошо, тогда я сейчас вернусь”, - сказал Квак Мун Чжун, прежде чем убежать.

Через несколько минут он появился снова, пыхтя и отдуваясь.

“Я спросил местных жителей, и они сказали, что в Юси есть только одна большая гостиница -” Джамбо Инн"."

В” Джамбо Инн"?

"Да! Каждый большой торговый караван, который прибывает сюда, остается там.”

Казалось, теперь их пункт назначения был определен. Двое молодых людей направились к гостинице "Джамбо Инн", которая располагалась на окраине Юси. Трехэтажное деревянное здание было обшарпанным, но определенно достаточно большим, чтобы вместить фургоны побольше.

Они вошли в гостиницу и обнаружили, что там никого нет, если не считать одного официанта-подростка, задремавшего в углу. Квак Мун Чжун, который больше не мог смотреть на это жалкое зрелище, сказал: “Эй”.

"Хм? Да! Добро пожаловать!” Удивленный официант открыл глаза, проворно, как кошка, вскочил на ноги и поспешил к ним.

У вас есть какие-нибудь свободные номера?

«Что? Как вы можете видеть, все, что у нас здесь есть, - это пустые комнаты. Хе-хе!” официант преувеличенно указал на пустую гостиницу, заставив Джин Му Вона и Квак Мун Чжуна рассмеяться над забавным зрелищем.

«Понимаю. Здесь так тихо, что слышно, как жужжат мухи.”

“Так было в течение последних шести месяцев. Если так будет продолжаться и дальше, гостиница будет вынуждена закрыться.”

Настолько серьезно?

Даже не заставляй меня начинать с этого. Вся наша клиентская база была отрезана. Вокруг ходит так много слухов, что никто не осмеливается здесь оставаться.

А

Джин Му Вон и Квак Мун Чжун заняли места в ресторане гостиницы, в то время как официант поставил на их столик кофейник и чашки.

“На сколько дней вы планируете остаться?” - спросил официант.

Примерно через три или четыре дня. Может быть, и дольше.

Официант ухмыльнулся и ответил: “Хорошо. Я отведу тебе лучшую комнату, потому что здесь все равно больше никого нет. Хе-хе!”

Спасибо

“Не за что. Еда для вас двоих?”

“Да, пожалуйста. Мы умираем с голоду после долгого путешествия, так что подавайте нам свои лучшие блюда. Принеси нам еще вина, если у тебя есть.”

Хе-хе! Хорошо, я сейчас же все это подготовлю. Пожалуйста, подождите немного. Официант вбежал на кухню.

Джин Му Вон и Квак Мун Чжун смотрели на улицы Юси. Несмотря на прекрасный пейзаж, эти улицы, которые обычно были заполнены поэтами и художниками, были пустынны и безмолвны, как мертвые.

Внезапно Квак Мун Чжун спросил: “А торговая ассоциация” Белый дракон" и Железная бригада тоже не отследят это место?"

Ты прав, они, вероятно, так и сделают, поскольку тоже идут по стопам предыдущего каравана. Однако, поскольку они должны координировать свои передвижения с сектой” Кулак тирана", я не думаю, что они продержатся здесь какое-то время.

Из-за планирования, организации и процедурных вопросов путешествовать и проводить расследования большой группе всегда было сложнее, чем маленькой. Хотя это было безопаснее, вызванная этим задержка на один или два дня могла иметь решающее значение для предотвращения необратимой трагедии.

Железная бригада, Торговая ассоциация “Белый дракон", секта "Кулак тирана", Небесная вершина… Интересно, какие еще фракции были вовлечены в эту неразбериху?

“Что ж, одно можно сказать наверняка, все только начинается”.

Хаа... - вздохнул Квак Мун Чжун. Хотя он ни на секунду не думал, что эта миссия будет легкой, он также не думал, что в ней будет задействовано так много больших шишек. Если бы не присутствие Джин Му Вона, от одних только названий этих могущественных фракций у него подкосились бы ноги.

Джин Му Вон вспомнил имя вдохновителя всего этого.

Гым Дан-Ёп

Они встречались всего один раз, но Джин Му Вон не мог забыть лицо этого человека.

Только чего он добивается? Что за план нарисовал этот человек для Юннань?

Джин Му Вон попытался взглянуть на вещи с точки зрения Гым Дан-Ёп, но у него было слишком мало информации об этом человеке, чтобы прийти к какому-либо выводу. Единственное, что он знал о Гым Дан- Ёп, это то, что 1) он был экстраординарной личностью и 2) он был мастером звукового искусства.

Кроме того, на стороне Гым Дан-Ёп был Нам Гун-Ви, мастер боевых искусств. Грандиозный план, который они придумали, определенно должен был сработать, но, к сожалению, у него не было возможности узнать, что это было.

Как бы то ни было, моя первоочередная задача - спасти дядю Хвана. Все остальное будет потом.

Прямо сейчас для Джин Му Вона Хван Чхоль был самым важным человеком. Спасение его имело приоритет над всем остальным.

Пока Джин Му Вон приводил в порядок свои мысли, официант принес к их столику тарелки, наполненные горой еды.

Хе-хе, спасибо, что подождали! Клянусь, ты не будешь разочарован

Центральным блюдом застолья был приготовленный на пару карп, а вокруг него было расставлено несколько других блюд. Аромат, исходивший от еды, действительно разжёг аппетит у этих двоих.

Наконец официант поставил на стол кувшин, запечатанный красной бумагой, со словами: “А это фирменное блюдо нашей гостиницы” Джамбо Инн", лично сваренное моим боссом, - нефритовый ликер".

Даже запечатанное, дразнящий аромат вина щекотал им носы.

“Это хорошее вино!”

Попробуй. Ты не пожалеешь об этом!

Джин Му Вон вскрыл крышку, отчего наружу вырвался аромат вина. Он быстро осушил кубок вина.

Ух ты! Ощущение крепкого вина, обжигающего горло, было таким волнующим, что Джин Му Вон не смог удержаться от удивленного возгласа.

Квак Мун Чжун, сидевший рядом с ним, уставился на него блестящими щенячьими глазами.

Джин Му Вон сразу понял, чего хочет мальчик. “Не хотите ли чего-нибудь выпить?” он спросил.

Нет, я не могу... Но, если вы предложите мне, я выпью только одну чашку. Эхехе! Квак Мун Чжун выглядел немного нерешительным, но не отклонил предложение Джин Му Вона.

Джин Му Вон улыбнулся и налил Квак Мун Чжуну кубок вина, вызвав улыбку на лице мальчика.

Хотя Квак Мун Чжун был еще молод, ему и раньше приходилось пить вино вместе с другими членами торговых караванов. Это было потому, что для людей Гангхо, в тот момент, когда кто-то брал в руки оружие и получал возможность защитить себя, их возраст больше не имел значения, только то, что они были мастерами боевых искусств.

Квак Мун Чжун осторожно сделал глоток сердечного напитка. Исключительная сладость мгновенно поразила его воображение.

Хе-хе! Это восхитительно. Он ухмыльнулся от уха до уха.

Приятного аппетита! Позовите меня, если вам что-нибудь понадобится, - официант ушел

Джин Му Вон и Квак Мун Чжун ели и болтали. Как и гарантировал официант, еда была превосходной, а вино изысканным. Впервые за долгое время двое молодых людей смогли насладиться вкусной едой.

Поев, они удалились в свою комнату. Возможно, из-за того, что они проделали долгий путь, им обоим хотелось спать, и они заснули сразу же после того, как улеглись в свои кровати.

Я полагаю, сейчас самое подходящее время для меня приступить к работе?

Внезапно кто-то тихо открыл дверь комнаты и просунул голову внутрь. Это был официант. Увидев спящих Джин Му Вона и Квак Мун Чжуна, он удовлетворенно улыбнулся.

Как и ожидалось, они заснули. ” Сотня грез наяву" действительно сильна, хе-хе!

Словно бездомный кот, он беззвучно вошел в комнату.

Он подсыпал в вино, которое давали Джин Му Вон и Квак Мун Чжуну, мощное успокоительное под названием “Сто грез наяву”. Наркотику требовалось много времени, чтобы подействовать, но как только жертва засыпала, разбудить ее, не дав противоядия, было невозможно.

Хотя наркотик был не таким мощным, как предполагало его название, даря людям сотни грез наяву, он все еще был достаточно силен, чтобы воздействовать на мастеров боевых искусств. Самое главное, что он не был классифицирован как разновидность яда, поэтому большинство экспертов не смогли бы его обнаружить.

Истинной личностью официанта был мастер-шпион Чонг-Ин. До сих пор он наблюдал за Джин Му Вон только издалека, но в конце концов решил рискнуть и переодеться официантом, чтобы подойти к молодому человеку.

Убедившись, что Джин Му Вон действительно спит, Чон Ин тщательно обыскал его багаж.

Что-то странное. Я просто не могу найти никакой информации об этом парне. Как будто однажды он просто свалился с неба.

Вплоть до недавнего времени Чон Ин внимательно наблюдал за Джин Му Воном, чтобы определить его истинную личность. Однако боевые искусства молодого человека, его образование, возраст и т.д. были совершенно неизвестны.

Единственной достоверной информацией, которой он располагал об этом парне, было то, что он искал пропавшего родственника и что он путешествовал вместе с Торговой ассоциацией Белого Дракона, но даже эту информацию он получил с помощью обширной шпионской сети Черной Луны, а не лично.

В конце концов, у Чон Ина не осталось иного выбора, кроме как рискнуть и покопаться в багаже Джин Му Вона в поисках улик о его личности. Он быстро нашел нефритовый жетон, который дал ему Тан Ми-Ре, кое-какую запасную одежду и... все.

Он разочарованно вздохнул: “Черт возьми! Что за человек носит с собой только это барахло...”

Не было ничего, что могло бы подтвердить личность Джин Му Вона

Внезапно взгляд Чон Ин упал на Снежный цветок, который лежал рядом с кроватью Джин Му Вона

“...Возможно?”

Как будто он был одержим, как только он увидел Снежный цветок, он просто не смог отвести от него глаз и бессознательно потянулся к нему…

В тот момент, когда пальцы Чонг Ина коснулись Снежного Цветка, его глаза остекленели.

Связанные проклятыми нитями судьбы (II)

Джин Му Вон открыл глаза на крик Снежного Цветка только для того, чтобы увидеть ошеломленную Чеонг Ин, стоящую перед ним, держа Снежный цветок на руках.

Нахмурившись, он пустил в ход свою теневую ци, чтобы проверить свое физическое состояние. После одного раунда медитации он, наконец, обнаружил в своей крови успокоительное "Сто грез наяву".

Казалось, что теневая ци нейтрализовала действие успокоительного, заставив его проснуться гораздо раньше, чем он мог бы проснуться в противном случае.

Я был неосторожен.

Он попался на удочку официанта и ни на секунду в нем не усомнился.

Я всего лишь ненадолго отважился выйти в Гангхо, и все же я уже начал становиться неряшливым. Я становлюсь тщеславным?

Джин Му Вон пристально посмотрел на Чеонг Ина, чьи глаза остекленели, как будто он был чем-то загипнотизирован.

Это из-за Снежного цветка?

Снежный цветок был проклятым мечом, который признавал только Джин Му Вона своим владельцем. Любой другой был бы затронут его проклятой энергией, и независимо от того, сколько ци у человека было, проклятая энергия не была чем-то, от чего можно было защититься.

Если вы видите это, то вы обратились не по адресу.

Джин Му Вон задумчиво уставился на Чеонг Ина. Ему не хотелось так легко отпускать этого незваного гостя, но если он не заберет Снежный цветок у этого человека, тот останется в этом ошеломленном состоянии, пока не умрет от голода.

Гипноз используется для допросов, и он, похоже, загипнотизирован Снежным цветком, так почему бы мне не попробовать допросить его?

Джин Му Вон был не из тех, кто стал бы колебаться после принятия решения. Он подошел к Чеонг Ину и спросил: Как тебя зовут?

Че-Чеонг-Ин

Как оказалось, гипотеза Джин Му Вона была верна

На кого вы работаете?

Тайная луна.

Расскажи мне о Тайной Луне.

Секретная Луна - это сверхсекретное подразделение Черной Луны, специализирующееся на шпионаже и слежке. Агенты Тайной Луны делятся на три ранга: Небесный, Земной и Смертный, причем Небесный ранг состоит из лучших шпионов Тайной Луны.

Какое у вас ранг?

Я агент небесного ранга.

В своем загипнотизированном состоянии Чеонг Ин бессознательно выболтал все, чего не должен был говорить.

Похоже, Мей Вол Рен имела в виду то, что сказала, а?

Мей Вол Рен был главой сычуаньского филиала Черная луна, и Джин Му Вон вспомнил, как он упоминал, что Черная луна очень интересовалась подающими надежды новичками из Гангхо

Однако для Джин Му Вона это была плохая новость. Он не боялся быть разоблаченным, но это значительно усложнило бы выполнение чего-либо.

Как раз в тот момент, когда он погрузился в глубокие раздумья о том, что делать с Чеонг Ин, он вспомнил одно событие.

Недалеко от Куньмина было найдено несколько расчлененных трупов. Вам что-нибудь известно о преступнике?

Это...Несмотря на гипноз Снежного Цветка, Чеонг Ин колебался.

Это могло означать только то, что эта информация была чрезвычайно важна.

Продолжай говорить

Некоторое время назад на улицах Куньмина начали случайным образом появляться сумасшедшие люди. Все они были обычными людьми, и не было ясной причины, по которой они сошли с ума. Более того, они не только потеряли рассудок, но и значительно увеличили физическую силу. В своем безумии они разорвали своих родителей, братьев и сестер на части, даже не узнав их.

Все это было сделано обезумевшими обычными людьми?

Если вы видите это, то вы обратились не по адресу.

Насколько нам известно, да. Что касается причины, то и Небесная вершина, и секта Кулак тирана подозревают, что здесь замешаны наркотики. Таким образом, они также вовлекли в это клан Тан.

Джин Му Вон прищурился. Если речь действительно идет о наркотиках, то это означает, что кто-то намеренно их распространяет. Ты знаешь, кто они такие?

Мы можем только предположить, что это была работа тех же людей, которые похитили торговцев

Расскажи мне об этих людях.

В настоящее время Черная луна расследует это, используя множество различных методов

На самом деле ты ничего о них не знаешь, не так ли?

Это... это верно

Хм...Джин Му Вон погрузился в глубокую задумчивость.

Каждый раз, когда он думал о какой-то возможности, он расспрашивал Чеонг Ина об этом. Загипнотизированный Снежным цветком, Чеонг Ин бездумно отвечал на все вопросы Джина в меру своих способностей.

Внезапно Чеонг Ин начал дрожать и пускать слюни. Это был побочный эффект гипноза Снежного Цветка, и если Джин Му Вон оставит его в покое, пройдет совсем немного времени, прежде чем он лишится рассудка.

Джин Му Вон некоторое время мучился над тем, стоит ли забирать Снежный цветок обратно, но, в конце концов, он решил это сделать.

В тот момент, когда Снежный цветок покинул руки Чеонг Ина, он перестал дрожать и вместо этого начал тяжело дышать, приговаривая: Ура!

Только некоторое время спустя он наконец пришел в себя и огляделся, бормоча: Что со мной случилось?

Казалось, он понятия не имел, что признался Джин Му Вону во всем, что знал. Его воспоминания длились только до того момента, как он схватил Снежный цветок.

Затем он поднял глаза... только для того, чтобы увидеть Джин Му Вона, спокойно смотрящего на него сверху вниз.

Черт! Меня поймали! Как опытный шпион, Чеонг Ин инстинктивно понял, когда его обнаружили.

Я не знаю, что со мной случилось, но Джин Му Вон проснулся и нашел меня, пока я был занят своими мыслями.

Какое-то мгновение Чеонг Ин не мог решить, что делать дальше. Должен ли я попытаться убежать? Смогу ли я победить его, если застану врасплох?

Внезапно, голосом, пронзительным, как кинжал, Джин Му Вон сказал: Тебя зовут Чеонг Ин, верно?

К-как ты это узнал?? Глаза Чеонг Ина расширились, и ему показалось, что сердце вот-вот выскочит из груди. Лидер Черной Луны и Мей Вол Рен были единственными двумя людьми, которые должны были знать его настоящее имя!

Что, черт возьми, со мной случилось? Я отчетливо помню, как схватил этот странный меч, а потом… Ах, если бы я мог, я бы прямо сейчас повернул время вспять и проверил!

Взбешенный, он снова поднял голову, но на этот раз его встретил ледяной взгляд Джин Му Вона, который немедленно высосал всю энергию из его тела.

Что ты со мной сделал? Что за злое проклятие...

Если вы видите это, то вы обратились не по адресу.

Злое проклятие? Это здорово слышать от тебя, человека, который накачал меня успокоительными.

Ах...Чеонг Ин был ошеломлен заявлением Джин Му Вона и потерял дар речи. Теперь, когда я думаю об этом, как только человек принимает Сто снов наяву, он не может проснуться, пока не получит противоядие. Итак, как, черт возьми, этот парень проснулся?

Джин Му Вон проглотил столько успокоительного, что смог бы нокаутировать более двух мастеров боевых искусств! При такой дозировке он должен был проспать еще полдня, даже после приема противоядия.

Даже Квак Мун Чжун, который сделал всего лишь глоток, погрузился в глубокий сон. Чеонг Ин просто не мог понять, как Джин Му Вон был в сознании после того, как выпил целый кувшин вина с шипучкой.

В любом случае, спасибо вам за информацию.

Информация? Какая информация? Что, черт возьми, я сказал?

Вместо того чтобы ответить, Джин Му Вон просто понимающе улыбнулся в ответ.

Разум Чеонг Ин погрузился в хаос. Мне кажется, я определенно что-то сказал, но я просто не могу вспомнить, что именно! Как будто кто-то взял железный прут и пошевелил моими мозгами.

Теперь ты можешь уходить. Я хорошо воспользуюсь информацией, которую вы мне предоставили. Еще раз благодарю вас

П-подожди, ты серьезно не против отпустить меня вот так?

Разве мы уже не получили друг от друга всю необходимую информацию?

А-А-А-А! Это сводит меня с ума! Чеонг Ин закричал и стал рвать на себе волосы.

Джин Му Вон ухмыльнулся и наслаждался зрелищем. В конце концов, забыть обо всем, что произошло, пока ты был пьян, было, вероятно, одной из самых неприятных вещей в мире.

Внезапно Чеонг Ин достал кинжал, спрятанный у него на груди. Кинжал в форме полумесяца, светящийся зеленым светом, был фирменным оружием Чеонг Ина, кинжалом Затмения (玄月匕).

Тайная Луна, к которой принадлежал Чеонг Ин, была не военной сектой, а шпионской организацией. Наиболее важными навыками для ее членов были те, которые необходимы для сбора информации, включая маскировку, скрытность, шпионаж и проникновение. Однако участники, обладавшие только этими навыками, могли принадлежать только к рангу Смертных.

Чтобы защитить себя и Черную Луну, все шпионы Небесного и Земного рангов должны были изучать боевые искусства. В частности, члены Небесного ранга были почти так же сильны, как среднестатистический эксперт по муриму.

Я не знаю, что я сказал, но эти секреты не должны покинуть эту комнату! Чеонг Ин решительно стиснул зубы. Хотя Джин Му Вон был объектом специального наблюдения, ценность его жизни была несравнима с ценностью секретов Черной Луны.

Меч Чи появился на его кинжале Затмения.

Сопляк, приготовься! Грех, связанный с раскрытием секретов Черной Луны, может быть прощен только твоей смертью!

Ты пожалеешь об этом, ты знаешь?

Я член Тайной луны, и мы никогда не сожалеем о своих поступках!

Лицо Чеонг Ин озарилось отчаянием, когда он вонзил свой кинжал Затмения в Джин Му Вона.

***

Квак Мун Чжун ворочался в своей постели, когда мурашки пробегали у него по спине и голова шла кругом. Когда он, наконец, открыл глаза, то увидел Джин Му Вона, стоящего перед ним с маленькой керамической бутылочкой в руках.

Хен?

Ты не спишь? Как ты себя чувствуешь?

Хм? Я в порядке, но что, черт возьми, такое...? Квак Мун Чжун озадаченно оглядел комнату. Он был совершенно уверен, что заснул в обычной комнате гостиницы, но прямо сейчас не только ледяной ветер дул сквозь дыру в стене, но и стонущий незнакомец лежал на полу.

Более того, у незнакомца были черные глаза панды, множество синяков на лице и кровь по всему носу и рту.

Что случилось? Кто этот парень? Разгромленная комната указывала на то, что только что произошла крупная драка, и Квак Мун Чжун просто не мог поверить, что он мирно спал во время всего этого хаоса.

Джин Му Вон объяснил: Тебя усыпили с помощью успокоительного под названием «Сто грез наяву». Я слышал, что, как только ты его выпьешь, ты никогда не проснешься, пока не примешь противоядие.

Хорошо, тогда что насчет того парня?

Джин Му Вон кивнул Чеонг Ину, который поднял голову и крикнул, словно по команде: “Кхе! Тайная Луна не потерпит унижения! Просто убей меня уже, черт возьми!”

К этому времени Чеонг Ин понял, что Джин Му Вон не тот противник, с которым он мог бы справиться грубой силой. Его шансы на победу были столь же малы, как облако пыли, поднимающееся в разгар грозы.

Что касается сопротивления? Ха, ему не было смысла сопротивляться, если только его сила не была, по крайней мере, на том же уровне, что и у его противника.

Это не было соревнованием. Хотя Чеонг Ин не был слабым по меркам мурима, Джин Му Вон был кем-то другим.

Как могло существовать такое чудовище?.. Я шпионил за многими мастерами боевых искусств, но никогда не видел такого, как Джин Му Вон.

Что еще хуже, Джин Му Вон в одностороннем порядке избил Чеонг Ина до полусмерти, даже не прикоснувшись к Снежному цветку. Даже любимое отравленное оружие Чеонг Ина, кинжал Затмения, разлетелось на куски от одного тычка пальца Джин Му Вона.

Просто поторопись и убей меня уже, ты, демон!

Действительно ли мне нужно лично убивать тебя?

Что ты имеешь в виду?

Даже если я ничего не сделаю, Черная Луна не будет стоять на месте. Когда они узнают, что ты был виновником утечки информации, ты действительно думаешь, что они снимут тебя с крючка?

Хм! Они могли бы это сделать, но это не имеет значения. Я покончу с собой задолго до того, как они придут и заберут меня. Шпион, который не умеет хранить секреты, не заслуживает того, чтобы жить. Я не знаю, какую информацию ты вытянул из меня, но больше ты от меня ничего не получишь, как только я умру.

Джин Му Вон кивнул на мрачное выражение лица Чеонг Ин и, пододвинув стул, спросил: И все же, тебе действительно нужно покончить с собой?

Что именно ты пытаешься сказать?

Черная Луна хочет получить информацию обо мне, но мне не нужна информация о Черной Луне.

Хм?

Что мне нужно, так это информация о необычных событиях в Юннань и о тех, кто стоит за всем этим

Глаза Чеонг Ина заблестели. Только теперь он понял, к чему клонил Джин Му Вон.

Связанные проклятыми нитями судьбы (IIІ)

Обезумевший мужчина взревел от смеха, несколько раз ударяясь головой о металлические прутья своей камеры, несмотря на то, что его череп уже треснул и кровоточил. Его глаза были налиты кровью, а изо рта стекала слюна.

Сбитый с толку, Тан Ги Мун воскликнул: “Какого черта...?”

У Тан Ми Ре, который был рядом с ним, было такое же озадаченное выражение лица, когда он пробормотал: Это и есть тот самый сумасшедший-убийца?

Да, и потребовалось несколько экспертов нашей секты, работающих сообща, только для того, чтобы захватить его живым. - ответил Им Су Кван. На самом деле, из пяти мастеров секты Кулака Тирана, мобилизованных для поимки безумца, двое были ранены.

Прямо сейчас сумасшедший все еще отчаянно пытался сбежать из своей камеры, ударяясь своим изломанным телом о металлические прутья, и каждый раз, когда он ударялся об них, они слышали зловещий треск.

Тан Ги Мун внимательно наблюдал за сумасшедшим, говоря: “Это ненормальный тип безумия. Возможно, он подхватил бешенство от укуса собаки...”

Тан Ги Мун помолчал и покачал головой. Бешенство не было той болезнью, которая могла бы увеличить силу нормальных людей в несколько раз.

- Как бы то ни было, мне нужно будет провести его медицинский осмотр. Ты можешь усыпить его?

Мы пытались откачать у него кровь, чтобы он потерял сознание, но это не сработало

Хм! Если даже откачивание крови не успокоит его, то это может означать только то, что у него проблемы с системой кровообращения. В конце концов, это вызвано ядом?

Поскольку все остальные варианты были исключены, единственной причиной безумия оставался яд.

Тан Ги Мун достал из нагрудного кармана маленькую керамическую бутылочку и бросил ее в камеру сумасшедшего.

Что это?

- Это яд травы, забывающей кровь, растения, которое растет только в Южной Африке. Это не особенно смертельно, но очень эффективно снижает мозговую активность и, следовательно, вызывает сон

Когда Им Су Кван начал задаваться вопросом, знаком ли Тан Ги Мун со всеми существующими видами ядов. Тан Ги Мун внимательно наблюдал за сумасшедшим, чтобы убедиться, подействовал ли его яд.

Сначала в поведении сумасшедшего ничего не изменилось, но внезапно, как раз в тот момент, когда все начали думать, что яд все-таки не подействовал, сумасшедший споткнулся, как пьяный, и рухнул на землю.

Тан Ги Мун и Тан Ми Ре быстро открыли дверь камеры и осмотрели лежащего без сознания сумасшедшего. Тан Ги Мун вытащил из нагрудного кармана деревянную коробочку и открыл ее, обнажив десятки серебряных игл. Он достал самую длинную и толстую иглу и вонзил ее на три дюйма в грудь сумасшедшего, вызвав у него конвульсии.

Тан Ги Мун и Тан Ми Ре немедленно напряглись, но, к счастью, сумасшедший не проснулся.

Тан Ги Мун вытащил серебряную иглу и посмотрел на нее, сказав: Хм, это необычный вид яда

Большинство ядов заставили бы серебряную иглу почернеть, но были и такие, которые этого не делали, поэтому Тан Ги Мун решил попробовать другие методы обнаружения. Он достал сложенный лист бумаги, наполненный белым порошком, развернул его, затем поднес бумагу к носу сумасшедшего, чтобы тот вдохнул порошок.

Стоявший в стороне Им Су Кван с интересом наблюдал за происходящим, задаваясь вопросом, как именно Тан Ги Мун, глава Ядовитого павильона клана Тан, диагностировал состояние безумца. Он был совершенно незнаком с ядами, так как, подобно многим другим мастерам боевых искусств, он в основном избегал людей, которые использовали яды, считая их коварными. Однако клан Тан был исключением.

Хотя клан Тан славился своими жестокими формами правосудия, он редко слышал о том, чтобы они использовали яд против своих врагов.

Это было связано с тем, что использование яда строго регулировалось в клане Тан, так что злоупотреблять им было нельзя.

К сожалению, вдыхание белого порошка не вызвало никакой реакции у сумасшедшего.

Никакого ответа, да? Похоже, это яд не животного происхождения.

Откуда ты это знаешь?

Этот порошок используется только для обнаружения ядов животных.

Означает ли это, что для обнаружения разных видов ядов используются разные методы?

Конечно. Существует три основных типа яда: животный яд, растительный яд и минеральный яд. Затем каждый тип яда может быть дополнительно разделен на подкатегории, например, яды для животных включают яд насекомых, змеиный яд и т.д. Этот белый порошок, в частности, использует преимущества, присущие всем ядам животного происхождения, чтобы отличать их от других видов ядов.

Ух ты! - воскликнул Им Су Кван, пораженный объяснением Тан Ги Муна.

Тан Ги Мун достал еще один пакетик с порошком, но на этот раз порошок был красным. Он точно так же позволил сумасшедшему вдохнуть порошок, но ответа снова не последовало.

Теперь перейдем к последнему тесту

Последним порошком, который Тан Ги Мун заставил безумца вдохнуть, было серебро. Некоторое время в сумасшедшем ничего не менялось, но как только на лице Им Су Квана появилось разочарованное выражение, сумасшедший открыл глаза и начал биться в конвульсиях.

Глаза Им Су Квана загорелись, когда он спросил: “Есть ответ! Означает ли это, что причиной его безумия является минеральный яд?”

Нет, что-то не так... Тан Ги Мун покачал головой. В случае отравления минералами нормальной реакцией на серебряный порошок была сыпь, а не судороги.

Внезапно сумасшедший вскочил на ноги и бросился на Тан Ги Муна. Все произошло так быстро, что даже Им Су Кван, стоявший прямо рядом с Тан Ги Муном, не успел среагировать.

Сумасшедший схватил Тан Ги Муна за плечи с такой силой, что тот почувствовал, как его мышцы болезненно разрываются на части.

Треск!

ААААА! - закричал Тан Ги-Мун, когда его плечи были вывихнуты, а глаза широко раскрылись от шока.

Блядь! Им Су Кван бросился вперед, чтобы защитить Тан Ги Муна, его разум, наконец, зафиксировал неожиданное нападение.

Н-не убивайте его...! - крикнул Тан Ги Мун.

В одно мгновение Им Су Кван скорректировал свою атаку, чтобы вывести из строя, а не убить, нанеся удар ладонью прямо в солнечное сплетение безумца.

Бум!

Пораженный ладонью Им Су Квана размером с крышку от кастрюли, сумасшедший отлетел назад и приземлился на задницу.

Уф...Тан Ги Мун вздохнул с облегчением. Если бы Им Су Кван действовал чуть позже, ему, скорее всего, оторвало бы руки. А так они просто распухли.

Дядя! Ты в порядке? - спросил Тан Ми Ре, быстро подбегая, чтобы проверить, как там Тан Ги Мун.

К счастью, это, кажется, несерьезная травма, но...Тан Ги Мун устремил свой пристальный взгляд на сумасшедшего.

Сумасшедший снова набросился на Тан Ги Муна, но на этот раз Им Су Кван встал у него на пути.

Тсс, как ты смеешь! Им Су Кван прищелкнул языком.

Сумасшедший продолжал пытаться напасть на Тан Ги Муна, но не смог преодолеть стену, которой был Им Су Кван. Хотя он был намного сильнее обычного человека, он никак не мог победить мастера боевых искусств, нанося случайные удары без каких-либо приличных приемов.

Тан Ги Мун внимательно наблюдал за схваткой, хмурясь и бормоча: Неужели это действительно какой-то минеральный яд? Нет, его реакция на тестирующий агент была слишком резкой, и он слишком энергичен.

Минеральные яды, как правило, лишают человека жизненных сил и медленно истощают его жизнь. Симптомы безумца были прямо противоположны этому, высвобождая его физический потенциал и сводя его с ума. Даже Тан Ги Мун раньше не слышал о подобном минеральном яде.

Им Су Кван быстро подавил безумца, запечатав его меридианы, заставив его тело застыть, как у статуи. Затем он улыбнулся Тан Ги Муну и сказал: Теперь ты можешь расслабиться

Э-это...?  Внезапно и Тан Ги Мун, и Тан Ми Ре издали предупреждающий крик.

Из отверстий безумца хлынула черная кровь, за которой последовали сильные конвульсии, затем он застыл.

Что за...? Им Су Кван в замешательстве уставился на тело сумасшедшего. Он был уверен, что все, что он сделал, - это ограничил передвижения безумца, а не убил его!

Тан Ги Мун поспешно осмотрел сумасшедшего, затем заключил: “Он мертв”.

Что теперь?

Не волнуйся, я не думаю, что это твоя вина. Похоже, он умер от отказа органов, вызванного неестественным, чрезмерным напряжением.

Это то, что минеральный яд делает с человеком?

Я тоже не уверен. - вздохнул Тан Ги Мун. Он был совершенно уверен, что знает о ядах все, что только можно знать, но события на этот раз заставили его усомниться в себе.

- Пожалуйста, помогите мне занести труп внутрь, чтобы я мог рассмотреть его поближе. Я выясню причину его безумия, даже если мне придется работать всю ночь.

Хорошо. Им Су Кван вызвал нескольких слуг и приказал им перенести труп в смотровую.

Тан Ми Ре нервно задался вопросом: Что, черт возьми, здесь происходит?

Я не знаю, но что бы ни происходило, это гораздо серьезнее, чем кто-либо из нас когда-либо мог себе представить

***

Джин Му Вон сидел на крыше гостиницы, глядя вниз на город Юси. Нет, благодаря Чеонг Ину, теперь он полностью проснулся и не мог снова заснуть. Ночь в Юси на первый взгляд казалась тихой и умиротворенной, но Джин Му Вон чувствовал, что это всего лишь затишье перед бурей.

Ху!

Визг!

Как только Джин Му Вон начал вздыхать, Снежный Цветок вскрикнул, заставив его крепче сжать меч. Хотя он был тем, кто сделал это, ему иногда казалось, что меч живой, но в то же время он просто не мог понять, почему у него возникла такая иррациональная мысль.

Кто ты, черт возьми, такой на самом деле?..

Проклятый меч, к которому только он мог прикоснуться.

Меня действительно это устраивает?

Джин Му Вон не думал, что Чеонг Ин был слабоумным человеком. Однако даже тогда Снежный цветок околдовал его, заставив раскрыть то, чего он никогда не хотел. Что еще хуже, Чеонг Ин был опытным мастером боевых искусств. Джин Му Вон даже не хотел думать о том, что произошло бы, если бы обычный человек вступил в контакт со Снежным Цветком.

Более того, Джин Му Вон надеялся, что у него просто паранойя, но проклятая аура Снежного Цветка, казалось, стала сильнее с тех пор, как он ступил в Юннань.

Это потому, что ты находишься близко к своему дому?

Давным-давно Хван Чхоль рассказал ему, что черной скале когда-то поклонялось племя, но это племя уже было уничтожено сектой Кулака-тирана.

После этого мне нужно будет найти время, чтобы навестить это племя

Хотя Джин Му Вон мог пока сдерживать Снежный Цветок, если проклятая аура меча продолжит усиливаться, он не знал, потеряет ли он контроль и вызовет ли ужасную катастрофу.

Визг!

Снежный цветок снова закричал, словно говоря ему, чтобы он не волновался. Его голос был сладким и успокаивающим, как шепот возлюбленной.

Как раз в этот момент окрашенное в красный цвет небо на востоке возвестило о наступлении рассвета, и на улицах внизу несколько человек начали собираться на работу.

Торговцы?

Несмотря на вялую экономику Юйси, людям все еще приходилось работать, чтобы накормить себя.

Ах!

Внезапно в голове Джин Му Вона возникла идея, и он спрыгнул с крыши.

Те, у кого есть амбиции, не заботятся о кровопролитии и слезах (I)

Джин Му Вон и Квак Мун Чжун покинули гостиницу ранним утром, а Чеонг Ин следовал за ними по пятам.

Когда они добрались до рыночной улицы, Джин Му Вон остановился и огляделся. Хотя место было довольно тихим, до такой степени, что его можно было даже назвать пустынным, некоторые магазины все еще были открыты для бизнеса. Тем не менее, несмотря на большое разнообразие товаров, выставленных на прилавках, мало кто покупал их, и торговцы выглядели мрачными.

Как и ожидалось, появление безумцев сильно повлияло на экономику Юси, но, по крайней мере, для Джин Му Вона знание причины чего-либо не означало, что он мог принимать вещи такими, какие они есть.

Нахмурившись, он продолжил свой путь.

Черт! Как я, агент Черной Луны Небесного ранга, оказался в таком положении... Чеонг Ин что-то проворчал себе под нос, следуя за Джин Му Вона.

Мало того, что его поймали с поличным во время шпионской миссии, теперь он должен был сопровождать Джин Му Вона. Если Черная Луна когда-нибудь узнает об этом, он никогда не сможет заставить себя посмотреть им в глаза.

“Во всем виноват этот меч. Если бы я не был околдован этим мечом... Взгляд Чеонг Ина переместился на Снежный цветок, который был пристегнут ремнями к талии Джин Му Вона. Даже сейчас, каждый раз, когда он вспоминал, что Снежный Цветок сделала с ним, мурашки пробегали у него по спине. Никогда в своих мечтах он не думал, что однажды будет загипнотизирован мечом.

Внезапно он почувствовал зуд на одной стороне лица, как будто на нем был сосредоточен чей-то взгляд. Разъяренный, он закричал: “Я что, похож на обезьяну в клетке? Почему ты так на меня смотришь?”

Квак Мун Чжун пожал плечами, извиняясь: “П-простите, я просто подумал, что это было потрясающе”.

Что?

Это твое настоящее лицо? - спросил Квак Мун Чжун. Ему было искренне любопытно узнать о внешности Чеонг Ина. Еще вчера у их шпиона было лицо официанта-подростка, но сегодня он выглядел как мужчина средних лет, лет пятидесяти. Он даже вырос на целый фут выше и обзавелся пивным животом.

Я просто не могу поверить в то, что вижу, в этом нет никакого смысла! Он может изменить свое лицо, надев маску, но как, черт возьми, ему удалось так кардинально изменить свое телосложение?

Чеонг Ин фыркнул: ”Хм!"

В одно мгновение он снова изменил свою внешность. На этот раз это был здоровый, эффектный мужчина лет тридцати.

Ого! Потрясенный, лишившийся дара речи, Квак Мун Чжун мог только удивленно моргать своими большими глазами.

Я иногда даже забываю, как выглядит мое настоящее лицо, так что вам лучше не задавать мне подобных вопросов.  - самодовольно сказал Чеонг Ин. Его прозвище не зря было “Десять шагов десяти трансформаций (十步十變)”, так как при уровне владения боевыми искусствами Квак Мун Чжуна разглядеть его трансформацию насквозь было невозможно.

Настоящая проблема в том, что этот человек...! Чеонг Ин взглянул на Джин Му Вона, который немедленно почувствовал его пристальный взгляд и послал ему взгляд узнавания, хотя его внешность была совершенно другой, чем мгновение назад. Хуже всего то, что я просто не могу понять, как он это делает!

Черт возьми! Несмотря на то, что я должен быть шпионом, меня поймали на крючок, леску и грузило. Что это за хреновая ситуация такая!?

Пока они шли, Чеонг Ин заметил, что Джин Му Вон никогда, ни разу не удосужился проведать его. Это разозлило его еще больше.

Хм! Хм! Он фыркал снова и снова. Он был вполне уверен в своих боевых искусствах, вплоть до того момента, пока Джин Му Вон не разгромил его в одностороннем порядке, даже не обнажив меча.

Он прищурил глаза, погружаясь в глубокую задумчивость.

Как догадалась менеджер филиала Мэй, он не обычный воин. Во всем этом муриме единственные молодые люди, которые, возможно, могут сравниться с ним, принадлежат к Семи Младшим Небесам.

Несмотря на это, все, что связано с Джин Му Вон, остается загадкой. Его происхождение, его боевые искусства и его цели - все это неизвестно. Как будто он просто свалился с неба в один прекрасный день, и даже Черная Луна не может раскопать о нем никакой информации.

Как бы то ни было, сейчас он является объектом нашего расследования, и "Путь черной луны" должен продолжаться до тех пор, пока мы не узнаем все, что можно знать о Джин Му Воне: его место рождения, семья, история, личность, вплоть до его неловких моментов; мы узнаем их все.

Пффф! Джин Му Вон не смог сдержать смеха. Кошачье выражение лица Чеонг Ина, когда он погружался в свои мысли, было просто слишком забавным.

Резко придя в себя, Чеонг Ин растерянно спросил: “Кстати, чем мы сейчас занимаемся?”

По какой-то неизвестной причине все, что они делали с раннего утра, - это наугад прогуливались по улицам Юси. Джин Му Вон иногда просматривал выставленные товары, но никогда ничего не покупал. Сначала Чеонг Ин подумал, что он просто не нашел ничего, что ему понравилось бы, но со временем он понял, что Джин Му Вон просто разглядывал витрины.

По правде говоря, Квак Мун Чжун задавался точно таким же вопросом. Джин Му Вон, которого он знал, был не из тех, кто стал бы тратиться на предметы роскоши, и у них уже был хороший запас предметов первой необходимости. Тем не менее, он не осмеливался поднять этот вопрос, потому что Джин Му Вон всегда действовал с определенной целью, даже если эта цель не была очевидна сразу.

Внезапно Джин Му Вон остановилась и посмотрел на прилавок в углу рыночного квартала. Там старый торговец продавал все, что только можно вообразить, включая товары, которые обычно можно было найти только на Центральных равнинах.

Когда он внимательно присмотрелся к товарам торговца, тот восхищенно спросил: “Видишь что-нибудь, что тебе нравится?”

Вот этот. - сказал Джин Му Вон, поднимая железный меч со старинной резьбой на рукояти. В его глазах это был настолько хорошо сделанный меч, что он не мог поверить, что его продают на уличном рынке.

Он вытащил меч и присмотрелся повнимательнее. В отличие от причудливой рукояти, лезвие было треснуто во многих местах, как будто кто-то сражался им раньше. Тем не менее, пока он был отремонтирован, мечом можно было пользоваться еще очень долго.

Торговец широко ухмыльнулся, показав свои пожелтевшие зубы, и сказал: “Ха-ха! Вы действительно выбрали потрясающую вещь! Вы можете получить его за три серебряных монеты.”

Это слишком дорого

Хорошо, тогда, если ты считаешь, что это слишком дорого, иди куда-нибудь в другое место.

Хорошо. Джин Му Вон положил меч обратно.

Однако это только заставило торговца в панике закричать: “Эй, эй, эй? Ты что, собираешься вот так просто уйти?”

Разве не ты был тем, кто сказал мне пойти куда-нибудь еще, если я сочту, что меч слишком дорогой?

- А-а, черт возьми! Две серебряные монеты. Я не могу снизить еще ниже

Я дам тебе три серебряных, если ты ответишь на мои вопросы.

Вопросы? Уши торговца навострились.

Где ты взял этот меч?

- Это так важно?

- Мне просто любопытно.

- Это... - торговец заколебался.

Джин Му Вон полез в нагрудный карман и достал еще денег, сказав: “Если ты ответишь мне, я дам тебе еще три серебряных монеты”.

Это составило в общей сложности шесть серебряных монет, что в два раза превышало первоначальную цену меча. Не понимая, почему Джин Му Вон платит такую непомерную цену за меч, Чеонг Ин и Квак Мун Чжун просто молча наблюдали за ним.

Мгновение торговец смотрел на деньги в руках Джин Му Вона, но в конце концов уступил своей жадности и ответил: “Не так давно на черном рынке появился огромный приток товаров. Именно там я купил этот меч.”

- На черном рынке?

- Да, он открывается лишь изредка, но в последнее время там начали продавать много качественных товаров. Хотя я не единственный, кто покупает там вещи, в этом виновато больше половины торговцев в Юси.

Вы знаете, когда снова откроется черный рынок?

- Я не уверен. Может быть, сегодня вечером, может быть, несколькими месяцами позже.

- Тогда, не могли бы вы сказать мне, где он проводится? Джин Му Вон потряс серебряными монетами перед торговцем, глаза которого мгновенно загорелись жадностью.

“Если вы направитесь отсюда на север, то найдете дорогу под названием улица Черной черепахи (玄武路). Черный рынок находится на пустыре в конце этой улицы.”

Спасибо. Джин Му Вон бросил торговцу шесть серебряных монет и ушел с железным мечом в руке.

Теперь, когда сделка была заключена, Квак Мун Чжун больше не мог подавлять свое любопытство, поэтому он спросил: “Хен, как ты мог купить такой меч за целых шесть серебряных монет?”

Однако, вопреки замешательству Квак Мун Чжуна, Чеонг Ин внимательно осмотрел меч в руках Джин Му Вона, обнаружив кое-что примечательное. Он пробормотал: “Этот меч... возможно?”

- Такие мечи, как эти, - редкое зрелище в Юннань.

Воины разных провинций, как правило, предпочитали разное оружие, и на это сильно влияли рельеф местности и климат региона. Например, толстые и тяжелые дао были гораздо более распространены в Юннань, чем элегантные мечи, из-за обширных лесов, через которые иногда приходилось прорубаться.

Даже те, кто пользовался мечами в Юннань, такие как мастера боевых искусств из секты Дяньцан, выбирали оружие, которое было тяжелее и лучше сбалансировано у рукояти, чем обычные мечи Центральных равнин. Это делало их клинки гораздо более приспособленными для рубящих действий, а не для уколов.

Однако меч, который только что купил Джин Му Вон, явно не был таким тяжелым, как этот.

Чеонг Ин позаимствовал меч у Джин Му Вона и подробно осмотрел его, сказав: “Я сомневаюсь, что этот меч был изготовлен в Юннани. Мечи здесь, как правило, тяжелее и короче.”

Это было сделано на Центральных равнинах, вероятно, в регионе к северу от Хунани.  - добавил Джин Му Вон. Будучи сам превосходным кузнецом, он мог определить, из какого типа железа сделан клинок, просто щелкнув по нему пальцем.

Это объяснялось тем, что в каждом регионе существовал свой собственный метод выплавки чугуна, что приводило к незначительным различиям в составе и структуре конечного материала. Большинство людей никогда бы не смогли определить происхождение куска металла, но для кузнеца профессионального уровня различия были ясны как божий день.

“Когда мы осматривали рыночный район, я заметил много товаров, происходящих с Центральных равнин. Разве это не странно? В последнее время не так много торговых караванов осмеливалось заходить в Юннани. - объяснил Джин Му Вон. Несоответствие между количеством импортируемых в Юннани торговых товаров и их доступностью сильно беспокоило его.

- Вы весьма проницательны, не так ли? Чеонг Ин не смог удержаться от восклицания. Они втроем прогуливались по одним и тем же улицам и видели одни и те же достопримечательности, но только Джин Му Вон был достаточно проницателен, чтобы заметить небольшие аномалии. Это было так, как если бы они смотрели на мир с совершенно разных точек зрения.

Тем временем Квак Мун Чжун, который явно был не в курсе событий, поочередно поглядывал то на Джин Му Вона, то на Чеонг Ина, ожидая объяснений. Однако вскоре он потерял терпение и пожаловался: “Эй, вы двое не могли бы объяснить все это так, чтобы я понял?”

Чеонг Ин раздраженно прищелкнул языком, затем ответил: “Тсс, неужели за твоими вьющимися волосами действительно скрывается маленький мозг? Думай своей головой. Товары, которые, как предполагалось, были в ограниченном количестве в Юннани, вместо этого появились в больших количествах. Что бы это могло значить?”

Это вещество должно было откуда-то взяться, верно?

- Итак, откуда же это могло взяться? В следующий раз подумай, прежде чем задавать такие глупые вопросы, тупица.

Подожди, ты пытаешься сказать, что...? Квак Мун Чжун застыл. Только теперь он осознал значение замечания Джин Му Вона.

- Это именно то, о чем ты думаешь. Люди, похитившие торговцев, продавали их товары на черном рынке. Этот меч, должно быть, принадлежал одному из сопровождавших караван.

Хотя многие люди были мобилизованы на поиски пропавших караванов, до сих пор никто не нашел никаких зацепок об их местонахождении, даже Черная Луна. Однако все, что потребовалось Джин Му Вону, - это одна утренняя прогулка, чтобы найти жизненно важную зацепку.

Для Чеонг Ина это откровение обрушилось как гром среди ясного неба. Теперь у него не было другого выбора, кроме как увидеть Джин Му Вона в новом свете.

Удивительны не только его боевые искусства, интуиция этого парня просто пугающая.

В то время как большинство людей просто сосредоточились на отслеживании шагов пропавших людей и поиске следов, Джин Му Вон выбрал совершенно нетрадиционный подход, и это принесло свои плоды.

Такой способности нельзя было научить или натренировать, она была врожденной.

Похоже, что с Джин Му Вон гораздо труднее иметь дело, чем я думал изначально…

Внезапная дрожь пробежала по спине Чеонг Ина, и в его сердце поселилось чувство беспокойства. Он сомневался, что это пройдет очень скоро.

Джин Му Вон повернулся к Чеонг Ину и безмолвно встретился с ним взглядом

Чеонг Ин сразу понял, чего хочет молодой человек. - С этого момента я возьму это на себя. Дайте мне час, чтобы собрать всю информацию, доступную на черном рынке.  - предложил он.

Теперь, когда у них был прорыв в расследовании, самое трудное было позади. Остальную необходимую им информацию можно было легко получить через сеть Черной Луны.

Взгляд Джин Му Вона устремился на север, где находилась улица Черной Черепахи.

Наконец-то я стал на один шаг ближе к сути дела.

Однако, сам того не ведая, шторм только начинался.

Те, у кого есть амбиции, не заботятся о кровопролитии и слезах (II)

Черные рынки были местами, где торговали незаконными товарами, и из-за характера таких товаров не было постоянных источников поставок, и большинство таких рынков открывались лишь эпизодически. По этой причине можно было с уверенностью сказать, что у широкой публики было мало способов получить доступ к черному рынку, если только они не знали об этом заранее.

Кроме того, из-за непосредственной близости Юси к Куньмину, где можно было приобрести большинство обычных товаров, открытие там черного рынка было очень необычным. Однако, поскольку в последнее время торговые пути были перекрыты, многие предметы первой необходимости, должно быть, были в дефиците, что вынуждало торговцев искать альтернативные источники, такие как черный рынок.

Что же касается самих торговцев, то с каких это пор торговцы стали заботиться о происхождении своих товаров? Их интересовала только прибыль, и не всегда только из-за жадности, а потому, что это был их хлеб с маслом. В любом случае, было непохоже, что большинство их клиентов даже знали о существовании черных рынков.

Однажды поздно ночью на пустыре в конце улицы Черной Черепахи внезапно появилась группа людей, за которыми следовало около дюжины карет. Они быстро выгрузили содержимое карет на землю, и когда закончили, на стоянку внезапно ввалилась толпа торговцев, как будто они заранее договорились о времени отправления.

Торговцы тщательно оценивали выставленные товары, среди которых были шелка, керамика, лекарственные травы, оружие и т.д. Если и было что-то общее во всех этих предметах, так это то, что ни один из них было нелегко достать в Юннань

Группа, организовавшая черный рынок, на этот раз почти не взаимодействовала с торговцами, вместо этого решив отойти в сторону, тихо перешептываясь друг с другом.

Некоторое время спустя торговцы собрались в центре стоянки. По предыдущему опыту они знали, что торг и аукцион вот-вот начнутся.

Человек, который, по-видимому, был лидером организаторов черного рынка, выступил вперед, и все взгляды устремились на него, когда он объявил: “Я уверен, что вы все закончили оценивать и пришли к выводу, что ничего бракованного нет. Цены на товары такие же, как и в прошлый раз. Теперь подходите по одному, чтобы завершить транзакцию.”

Торговцы немедленно выстроились в очередь, вызвав при этом небольшой переполох, поскольку они толкали друг друга. Один особенно низкорослый торговец из их числа затем спросил организатора: “Вы абсолютно уверены, что эти товары не бракованные? Что, если возникнет проблема...”

Это полностью зависит от вас, хотите вы покупать что-то или нет, потому что за вами выстраивается множество людей

Похоже, ты ничего не можешь гарантировать, ха

Если вы видите это, то вы обратились не по адресу.

Устав отвечать на бесконечные вопросы продавца, организатор вместо этого выпустил мощную убийственную ауру и пригрозил: “Больше никаких вопросов”.

- Я не спрашиваю ни о чем очень сложном, не так ли? Вы же знаете, что здесь мы тоже идем на большой риск

И я уже говорил тебе, что ты не обязан ничего покупать, если тебе это не нравится

- Ты уклоняешься от всех моих вопросов. Как и ожидалось, эти товары были приобретены нелегально, не так ли?

В одно мгновение намерение организатора убить усилилось, и его глаза вспыхнули красным.

Кто вы?  требовательно спросил он.

Перед лицом запугиваний организатора черного рынка низкорослый торговец только ухмыльнулся и выпалил в ответ: “Я тот, кто должен задать вам этот вопрос. Кто ты такой?”

- Ты не обычный торговец.

И ты тоже.

Даже перед лицом демонстрации силы организатором черного рынка низкорослый торговец оставался спокойным. Однако это только еще больше раздражало организатора.

Один за другим оставшиеся организаторы сплотились вокруг своего лидера и выпустили свои собственные убийственные ауры. Почувствовав, что назревают неприятности, другие торговцы быстро сделали несколько шагов назад, пытаясь отступить из зоны конфликта.

Невысокий торговец продолжал широко улыбаться главарю.

Организаторы выхватили оружие, но, тем не менее, низкорослый торговец не испугался, вместо этого скрестил руки на груди и наблюдал за ними с веселым видом.

А? Он…Нет, ни за что.  - подумал лидер, прежде чем крикнуть: "Убейте их всех и сотрите все следы нашего присутствия здесь сегодня!"

Да, сэр!

Вооруженные люди немедленно набросились на торговцев.

Помогите!

Торговцы закричали и попытались убежать, но мужчины погнались за ними и зарубили их. Пустая стоянка быстро превратилась в столпотворение по мере того, как разбрызгивалось все больше и больше крови. Это была сцена прямо из ада, но низкорослый торговец, который спровоцировал организаторов черного рынка, даже глазом не моргнул.

Свист!

Умри! Ведущий организатор замахнулся мечом на низкорослого торговца, который поднял руку, чтобы блокировать удар.

Лязг!

Глаза ведущего организатора расширились от шока, когда он почувствовал отдачу от своей атаки. Торговец остановил свой клинок голыми руками!

Ты?

Ха-ха-ха! - рассмеялся торговец, стирая тонкую пленку со своего лица и открывая совершенно другой внешний вид. Его кожа была такой бледной, что казалось, будто она никогда не видела солнца, губы были красными, как кровь, а глаза холодными, как у змеи.

- Маска? Глаза ведущего организатора задрожали, но не потому, что торговец был переодет, а потому, что его истинный облик был слишком тревожным.

Бледнокожий мужчина холодно ухмыльнулся, сказав: “Наконец-то я поймал вас на месте преступления, чертовы скользкие крысы”.

Кто ты такой?

Юл Гён - Чон.

Ты из отряда Снежной Бури!

Ведущий организатор, которого звали Юн Мун Чон, вздрогнул и поспешно огляделся. Как и ожидалось, еще двадцать человек в белых доспехах появились из ниоткуда и окружили черный рынок.

Отряд снежной бури— военная организация, непосредственно служащая Чо Чхон-Ву, лидеру секты Кулака Тирана. Они отвечали за всю теневую работу и подчинялись только Чо Чхон-Ву и Ёп Пьюну. 1

Более того, отряд полностью состоял из экспертов высочайшего уровня, прошедших тщательную подготовку для улучшения координации, настолько, что они могли понимать намерения друг друга с помощью простого обмена взглядами. Однако они также были чрезвычайно жестоки и ради своей миссии убивали даже беспомощных женщин и детей.

Таким образом, ходили слухи, что, где бы ни проходил отряд Снежной Бури, в живых не останется даже муравья. Они были объектом страха для всех, кто знал об их существовании.

А Юл Гён - Чон, “Командир отвратительного отряда”, был капитаном отряда Снежной Бури, а также безжалостным воином с множеством достижений.

Хотя Юн Мун Чон был вполне уверен в своих силах, он не думал, что сможет сравниться с Юлом Гён - Чеоном. Он быстро отступил назад, крича: “Черт возьми!”

Однако Юл Гён - Чеон не собирался позволять ему сбежать.

Что заставляет тебя думать, что ты сможешь сбежать?

Свист!

Одежда Юл Гён - Чеон громко хлопал, когда он бросился на Юн Мун Чон, догнав его в одно мгновение. Независимо от того, как быстро кто то отступал назад, они никогда не сравнялись бы со скоростью того, кто бежит вперед.

Юн Мун - Чон в отчаянии замахнулся мечом на шею Юл Гён - Чона.

Свист!

Несмотря на то, что меч метнулся в него, как ядовитая змея, Юл Гён – Чон не запаниковал. Вместо этого он просто протянул руку в белой перчатке и схватил лезвие. Он верил, что его перчатки, сделанные из Небесного шелка, не будут повреждены обычным лезвием.

Затем он крепче сжал лезвие, переломив его пополам.

Блядь! Юн Мун Чон немедленно отбросил в сторону свой сломанный меч и замахнулся кулаком на Юл Гён - Чон, но следующий удар ладонью Юл Гён - Чон пришелся ему в грудь прежде, чем его разум успел это осознать.

Бам!

Юн Мун Чон упал на землю, перекатываясь. Он изо всех сил пытался встать, но по какой-то причине не мог собраться с силами в своих руках и ногах.

Насмешливым тоном Юл Гён - Чон сказал: “Не утруждай себя попытками встать. Когда человек получает удар моей Пустой ладонью (空線掌), он теряет контроль над своими мышцами”.

Юн Мун Чон быстро огляделся в поисках помощи, но в какой-то момент все его люди были подавлены отрядом Снежной бури, в результате чего все погрузились в тишину. Вздох, как и ожидалось от печально известного отряда Снежной бури…

Внезапно одного из подавленных организаторов черного рынка вырвало кровью, и он рухнул на землю

- Он принял яд! Сдерживайте их движения! - крикнул один из членов отряда Снежной бури, но было уже слишком поздно. Лица всех организаторов почернели, и они были на грани смерти. Яд, который они приняли, был быстродействующим и смертельным.

Ни за что...? Юл Гён - Чон немедленно повернулся к Юн Мун Чону.

свист!

Звук чего-то, рассекающего воздух, ужалил уши Юл Гён - Чона, и он инстинктивно пригнулся в ответ, едва увернувшись от стрелы, нацеленной ему в голову.

Кто это? - крикнул он, вытаскивая дао из-за пояса, но единственный ответ, который он получил, был в виде еще трех стрел.

Треск! Треск! Треск!

Он взмахнул своим дао и срубил все стрелы, но он не был счастлив.

Как ты смеешь!

Юн Мун Чон исчез. За то короткое время, пока он отвлекался, кто-то утащил этого человека прочь. Он мгновенно бросился в погоню, прорычав сквозь стиснутые зубы: “Ты думаешь, что сможешь убежать от меня?”

Юл Гён - Чон мчался по темным улицам Юси, отряд Снежной бури следовал прямо за ним. Была глухая ночь, и эти волки сейчас были на охоте.

Тем временем на пустыре, где раньше находился черный рынок, воцарилась тишина. Большинство торговцев, которые были втянуты в драку, теперь неподвижно лежали на земле, мертвые или умирающие, и все до единого организаторы черного рынка также покончили с собой. Зрелище напоминало бойню, но все погибшие были человеческими существами.

- Ух ты, какой бардак! Это настоящая бойня. - сказал худощавый мужчина лет двадцати, качая головой.

Тощим мужчиной, естественно, был Чеонг Ин. Всю дорогу сюда Квак Мун Чжун ловил себя на том, что его постоянно раздражают постоянно меняющиеся лица шпиона. Сколько раз он меняет свое лицо за один день? он задумался.

Однако кровавая сцена на стоянке быстро привлекла его и Джин Му Вона внимание. Это была картина, изображающая ад.

Джин Му Вон мрачно огляделась по сторонам. Ни организаторы черного рынка, ни отряд Снежной Бури не уделяли никакого внимания безопасности торговцев, но, насколько он мог судить, на самом деле отряд Снежной Бури убил больше торговцев, чем организаторов черного рынка.

Чеонг Ин виновато посмотрела на Джин Му Вона. Он чувствовал себя довольно виноватым в сложившейся ситуации, поскольку бойню можно было бы предотвратить, если бы он смог быстрее получить информацию на черном рынке.

Что теперь? Я думаю, мы опоздали. - спросил он.

Вместо ответа Джин Му Вон просто поднял одну из стрел, выпущенных в Юл Гён - Чона. Они имели поразительное сходство с теми, которыми в него стреляли не так давно.

Это корпус багровых призраков

- Корпус Багровых призраков? - спросил Чеонг Ин. Он никогда раньше не слышал о такой группе.

Хмм.. А? Эй?! Он как раз собирался расспросить Джин Му Вона о подробностях, когда молодой человек внезапно исчез в темноте, не оставив ему и Квак Мун Чжуну другого выбора, кроме как бежать за молодым человеком.

- Черт возьми! Эй, неужели так сложно объяснить кое-что нам, невежественным людям, прежде чем мы сразу во что-то погрузимся?

Те, у кого есть амбиции, не заботятся о кровопролитии и слезах (III)

Большинство религиозных учреждений располагались глубоко в горах или вдали от населенных пунктов, поскольку это облегчало аскетам воздержание от мирских соблазнов. Однако храм Девяти драконов (九龍寺) был расположен в центре города Юйси и славился своей грандиозной тринадцатиэтажной каменной пагодой, известной как пагода Девяти драконов.

Если бы кто-нибудь поднялся на вершину пагоды Девяти драконов, то смог бы полюбоваться видами всего Юйси. По этой причине это была обязательная к посещению достопримечательность для любого нового посетителя города.

Обычно пагода Девяти Драконов была бы переполнена путешествующими паломниками и любопытными туристами, но прямо сейчас обычные толпы сменились большой группой мастеров боевых искусств.

Один из этих мастеров боевых искусств стоял на крыше, глядя вниз на Юйси. Это был невысокий, слегка горбатый мужчина с обычным, ничем не примечательным лицом. Однако любой, кто знал, кем он был на самом деле, никогда бы не назвал его обычным.

Это был Ёп Пьюнгом, командир "Ока небес" и ближайший помощник Чо Чхон-Ву, лидера секты "Кулак тирана".

Какофония в городе постоянно поражала его уши, перемежаясь с пронзительными криками людей, разрывающими мертвую тишину ночи. Уличные фонари были зажжены, несмотря на то, что давно пора было ложиться спать, и охота на людей, стоящих за черным рынком, была в самом разгаре.

Все началось, когда отряд Снежной бури выследил Юн Мун-Чона. Эта безжалостная группа не пожалела усилий, чтобы преследовать его, уничтожая все, что стояло на их пути. К сожалению, их врага тоже нельзя было недооценивать.

По всему городу начали появляться случайные убийцы, одетые как гражданские. То пожилая дама бросит спрятанное оружие, то домохозяйка внезапно нападет с кухонным ножом. Неспособные отличить нормальных людей от убийц, действия отряда Снежной бури сильно затруднились, и некоторые из их членов даже стали жертвами убийц.

Однако это не остановило Отряд снежной бури. Они просто считали любого, кого видели, врагом, убивая даже невинных мирных жителей в своем горячем преследовании. Они крушили все здания на своем пути и убивали людей в их постелях.

В результате вскоре вся Юйси погрузилась в хаос.

Ёп Пён бесстрастно наблюдал за всем этим с крыши Пагоды Девяти Драконов. Невинные умирали сотнями, но ему было на них наплевать. Наказание тех, кто осмелился замышлять против секты Тиранического Кулака, было гораздо важнее.

В конце концов, Секта Кулака Тирана больше всего пострадала от исчезновения торговых караванов, и это не ограничивалось только экономическим ущербом. Потеря доверия и репутации среди клиентов отразится на них на долгие годы вперед.

Что еще хуже, продолжающаяся ситуация дала Небесной вершине повод вмешаться в дела Юннань, земли, которую они получили в обмен на предательство Северной армии. Хотя они действительно работали с Небесной Вершиной раньше, правда оставалась в том, что каждая фракция всегда действовала только в соответствии со своими собственными интересами, и когда-нибудь неизбежно возникнет конфликт.

Вот почему до сих пор Чо Чеон-Ву делал все возможное, чтобы предотвратить вмешательство Небесной Вершины. Однако по мере того, как исчезало все больше и больше торговых караванов, а он не давал никаких результатов в расследовании, вся его тяжелая работа оказалась напрасной.

Поэтому, когда он услышал, что Вершина небес отправляет следственную группу в Юннань, он немедленно приказал Ёп Пьюну: «Выследить виновных и устранить их любой ценой . Нам нужно решить всю эту проблему до того, как появится Небесная Вершина.

Как подчеркнул Чо Чеон-Ву, он хотел, чтобы виновные были пойманы «любой ценой». Другими словами, пока дело было совершено, ему было все равно, сколько невинных людей погибло в процессе.

Ёп Пьюнг немедленно активизировал свои усилия, но поиск скрытого врага вряд ли был простой задачей, и этот враг, в частности, казался очень опытным в стирании своих следов. В результате, хотя он легко идентифицировал Юйси как базу противника, с этого момента его расследование полностью остановилось.

Для него это могло означать только одно.

У них много сообщников в лице Юйси, которые помогают им скрывать свои передвижения.

К сожалению, даже Ёп Пён не мог оценить, сколько было сообщников. Это могут быть всего несколько человек, а могут быть сотни. В конце концов, он решил сообщить о своих выводах и предположениях Чо Чхон-Ву и позволить своему хозяину принять окончательное решение.

Неудивительно, что Чо Чхон-Ву был в ярости.

«Уничтожьте всех, кто причастен к теневой деятельности, и их сообщников, даже если вам придется стереть Юйси с лица земли», — сказал он.

Как и было приказано, Ёп Пьюнг начал изучать все теневые действия, происходящие в Юйси, и, как и Джин Му-Вон, вскоре заметил необычайно частую деятельность черного рынка. Дальнейшее расследование показало, что товары, проданные на черном рынке, совпадают с теми, что перевозили пропавшие торговцы.

Теперь, когда у него была зацепка, охота, наконец, могла начаться. Все, что ему оставалось сделать, это наказать тех, кто осмелился бросить вызов авторитету Секты Кулака Тирана.

Ёп Пьюнг обернулся и увидел группу воинов, одетых во все черное. Это были воины под прикрытием, которых Секта Кулака Тирана тайно привела в Юйси и собрала в Храме Девяти Драконов. Чтобы сохранить их существование в тайне, о них не был проинформирован даже Чо Ун-Гён, Молодой Мастер Секты Кулака Тирана.

Давайте начнем.

Да сэр!

Воины разделились на небольшие отряды и быстро рассеялись по Юйси.

Ёп Пён смотрел, как они уходят, бормоча себе под нос: «Все будет так, как хочет мой сеньор».

В тот день на Юйси обрушился кровавый дождь.

***

Им Су-Кван сидел, скрестив ноги, и работал над своим любимым оружием — регулярным обслуживанием Серебряной Чешуйчатой Перчатки. Как следует из названия, Серебряные Чешуйчатые Рукавицы (銀鱗殺匣) были изготовлены путем ковки кольчуги из Закаленной Темной Стали (百鍊墨鋼), что привело к прочности, сравнимой с известным мечом, и в то же время увеличило силу его кулачных техник. .

Как только Им Су-Кван надел свои перчатки, он был уверен, что, кроме Чо Чхон-Ву, мало кто из секты Кулака Тирана сможет победить его. Однако он также редко носил свои перчатки, потому что даже без них большинство людей не могли сравниться с ним.

Обычно он был наиболее расслаблен, поддерживая Серебряные Чешуйчатые Рукавицы. Работа была для него чем-то вроде медитации; средство общения и улучшения его синергии с его оружием. Однако прямо сейчас он не мог отделаться от ощущения, что упустил что-то действительно важное.

Вздох! Я просто не могу успокоиться

Когда началось это беспокойство? Это было, когда я вошел в Юйси? Нет… это началось сразу после того, как я встретил человека по имени Джин Му-Вон!

Джин Му-Вон.

Это имя глубоко ассоциировалось с его внутренними демонами.

Поначалу Им Су-Кван старался не слишком много думать, поскольку «Джин Му-Вон» не было таким необычным именем. Однако, чем больше он пытался игнорировать это, тем больше это беспокоило его.

Этого не может быть. Он мертв. Даже Вершина небес пришел к выводу, что он мертв. Так почему…

Почему я продолжаю чувствовать это стеснение в груди?

Им Су Кван вспомнил лицо Джин Му Вон. Глубоко посаженные глаза, поджатые губы и точеные черты лица молодого человека были совсем не похожи на мальчика из его воспоминаний.

Тем не менее, он колебался. Северная армия распалась более десяти лет назад, и его воспоминания о людях того времени поблекли с течением времени.

Это еще больше расстроило его.

— Угу…

Когда он впервые ушел из Северной армии на Центральные равнины, он ничуть не пожалел о своем решении. Скорее, он чувствовал, что освободился от своих цепей и теперь может преследовать свои героические амбиции.

Однако через десять лет — это ощущение свободы давно ушло, сменившись тяжелым бременем на его совести. Джо Чеон-Ву, сюзерен, за которым он следовал, сильно изменился с тех пор. Если когда-то его сюзерен обладал чувством справедливости и духом братства, то теперь все, чего он желал, — это власть и сила.

Им Су-Квану все больше и больше не нравилось поведение Чо Чхон-Ву, и это не ускользнуло от внимания Чо Чхон-Ву. В результате Чо Чеон-Ву назначил его на незначительную должность, чтобы держать его на расстоянии вытянутой руки.

Это идеально подходило Им Су Квану. Он даже вызвался сопровождать Тан Ги-Муна, чтобы ненадолго сбежать от Чо Чхон-Ву.

Им Су-Кван снова обдумывал встречу с Джин Му-Воном, но, насколько он мог судить, в глазах молодого человека не было никаких эмоций, ни обиды, ни любопытства незнакомца. Это привело его в еще большее замешательство.

Это действительно он? По крайней мере, я надеюсь, что это он.

Он закрыл глаза в созерцании. Он хотел знать правду. Вина и тревога разрывали его на части, и у него болела голова.

Внезапно из-за пределов комнаты раздался знакомый голос: Старейшина!

Кто это?

— Я Сон Гён.

Сон Гён был молодым воином секты Кулака Тирана, которого отправили вместе с ним.

Что-то случилось?

Да. Пожалуйста, выйдите сейчас и посмотрите.

Почувствовав настойчивость в голосе Сон Кён, Им Су Кван поднялся со своего места и вышел из комнаты. В тот момент, когда он открыл дверь, его встретило испуганное лицо молодого воина.

Что происходит? – спросил он.

Большое происшествие!

— Что за инцидент? Им Су-Кван поднял бровь.

Многие неизвестные воины устроили погоню посреди города и уже убили много невинных мирных жителей.

— Что ты имеешь в виду под «неизвестными воинами»?

Насколько Им Су-Кван знал, в Юйси, которая была частью их территории, не было муримских фракций или сект, о которых не знала бы секта Кулака Тирана.

Может ли это быть связано с безумцами? Если да, то нам нужно пойти посмотреть.

Да сэр!

Двое мужчин быстро выбежали из Виллы Чистой Луны на улицы Юйси.

Э?! Им Су-Кван задохнулся от шока и ужаса.

Улица, которая еще вчера была в первозданном виде, теперь лежала в руинах. Здания повсюду рухнули, а земля была усеяна трупами. При ближайшем рассмотрении он увидел, что из резаных ран на трупах все еще текла кровь, что доказывало, что их убили всего несколько мгновений назад.

Кто бы это сделал…?

Лицо Им Су Квана вспыхнуло от убийственной ярости. Он надел перчатки с серебряной чешуей, повернулся к Сон Гёну и скомандовал: «Защити Мастера Тана от меня».

— А вы, старейшина?

— Я иду за убийцами. Помните, Мастер Тан не должен причинять вреда даже ценой собственной жизни.

Да сэр! - ответил решительно Сон Гён

Им Су-Кван активировал свою технику ног и бросился за убийцами, следуя по оставленным ими следам. Когда он летел по улицам, его лицо ожесточилось от абсолютной бесчеловечности и жестокости всего происходящего.

Куда бы он ни пошел, улицы были картиной ада. Бесчисленное количество людей лежало на земле, мертвых или тяжело раненых. Хотя среди жертв было несколько вооруженных воинов, большинство из них оказались невинными гражданскими лицами.

ВАААА! Мама, мама, проснись! — закричал ребенок, цепляющийся за свою упавшую мать.

Душераздирающий крик пронзил уши Им Су Квана, как кинжал, вонзенный в его сердце. Он сразу ускорил темп, рыча: Непростительно. Абсолютно непростительно!

Внезапно он увидел, как воин в черном зарубил другого человека.

Остановись — закричал он, бросаясь на воина в черном.

Удивленный воин в черном попытался сделать шаг назад, но был слишком медленным.

Им Су-Кван приблизился к воину в черном и применил Незримую Ладонь Серебряного Дракона (銀龍無影掌), одну из техник, за которую он получил прозвище «Восьмирукий божественный генерал» (八臂神).

Воин в черном взмахнул клинком, пытаясь заблокировать технику ладони Им Су-Квана, но этого было недостаточно.

Треск! Крушение!

Им Су-Кван разбил меч воина, ударил его в живот и отправил в полет.

Кто вы? — закричал Им Су-Кван, хватая все еще сопротивляющегося воина за воротник.

Кха! Воин кашлянул кровью.

Им Су-Кван пристально посмотрел в лицо воина. Он был весь в крови, но черты лица все еще можно было различить. Глаза Им Су Кван медленно расширились, узнавая его.

Воин застонал: Старейшина Им…

Вы… Чан О из отряда «Железный дух» (鐵靈隊)? Что вы здесь делаете?

Лицо Чан О побледнело. Я просто выполнял приказы лидера секты.  — ответил он.

Лидер секты? Вы говорите мне, что лидер секты приказал отряду Железного Духа устроить бойню?

Не только мы. Снежная буря и Властный отряд также были мобилизованы

Это три отряда, непосредственно подчиняющиеся Чо Чхон-Ву. Я знаю нескольких их участников, но даже я не знаком с их деятельностью.  — подумал Им Су Кван, прежде чем спросить: «Почему он это делает?»

Мы подтвердили, что наши враги прячутся в этом городе, выдавая себя за мирных жителей, поэтому он отправил нас сюда, чтобы убить их всех

Тогда почему вы убиваете и невинных людей?

Наш главный приоритет — убить всех врагов. Чтобы гарантировать, что мы получим их всех и отправим им строгое предупреждение не связываться с сектой Тиранического Кулака, лидер секты приказал нам убить все, что движется в Юйси.

— Он с ума сошёл!

Им Су-Кван напрягся. Больше, чем кто-либо другой, он понимал варварское, грубое поведение Чо Чеон-Ву. Однако он ни разу не подумал, что мужчина падет так низко.

Несмотря на то, что он все еще истекал обильным кровотечением, Чан О внезапно умолял: «Старейшина, пожалуйста, не вмешивайся в это. Наша секта рискует своим будущим ради успеха этой операции».

Невинные люди гибнут! Твоими руками!

Все, что я делаю, я делаю ради нашей секты.

Хватит! Оглушительный рев Им Су Квана эхом прокатился по городу, отчего лицо Чан О побледнело еще больше.

Затем он посмотрел на небо, сокрушаясь: «Лидер секты, о чем ты думаешь? Это действительно то, чего ты хочешь?»

Мастер Мечей (I)

Вице-капитан отряда «Снежная буря» Кан Джу Мён был доверенным лицом капитана Юл Гён Чон и мастером боевых искусств, признанным сектой «Кулак тирана». У него был мелочный и жестокий характер, который в сочетании с двумя короткими копьями, которыми он владел, наводил ужас на любого, кто сталкивался с ним.

Как ты смеешь выступать против секты Тиранического Кулака! — сказал он, вонзая копье в сердца двух вражеских воинов, а затем отбрасывая их в сторону, как нанизанное на вертел мясо.

Кровь расплескалась по всей земле. Кто-то закричал, но Кан Джу Мён их проигнорировал. У него и остальных членов отряда Снежной бури была миссия, которую нужно было выполнить — выследить и уничтожить всех врагов секты Кулака Тирана.

В кои-то веки ему не нужно было заботиться о том, сколько людей погибло в процессе, или о том, будут ли втянуты в бой какие-нибудь мирные жители. Было здорово. Не существовало ни одного мастера боевых искусств, который не страдал бы от желания показать свою силу и доказать свою силу, и он не был исключением. Это был естественный результат обучения бою.

АААААА!

Еще несколько человек погибли, попав в его технику копья. Некоторые из них были врагами, пытавшимися защитить Юн Мун Чона, но другие были просто несчастными гражданскими лицами, случайно оказавшимися поблизости.

Кяа!

Несколько свидетелей упали на колени и наложили в штаны. Они никогда в жизни не видели такого ужасного зрелища и могли только тупо смотреть на Кан Джу Мёна, ошеломленного его насилием и жестокостью.

Кан Джу Мён счастливо ухмыльнулся им. Как и ожидалось, он был на другом уровне, чем эти слабаки. Страх на их лицах, когда они смотрели на него, разжигал в нем чувство превосходства.

— Да, продолжайте смотреть на меня так. Такой вид идеально подходит таким жалким жукам, как вы. Ха-ха-ха!

Ты псих! — крикнул один из воинов, защищавших Юн Мун-Чона. Вид взбесившегося Кан Джу Мён заставил даже их заколебаться. Никогда в своих самых смелых мечтах они не представляли, что Секта Кулака Тирана будет без разбора нападать на всех, включая невинных гражданских лиц, просто чтобы выследить их всех.

Отряд Снежной бури действительно был сильным. Однако чертами, которые действительно делали их страшными, были их настойчивость и безжалостность.

Нетрудно было понять, почему Секта Кулака Тирана ценила свое дальнейшее существование. Они были необходимы не только для уничтожения врага, но и для поддержания дисциплины внутри секты.

Хи хи! Ну что, начнем? Кан Джу Мён рассмеялся и щелкнул одним из своих копий

Со звуком сцепленного металла два коротких копья соединились в одно длинное копье с двумя концами. Затем Кан Джу Мён прыгнул вперед, размахивая оружием, как маньяк. Всех, кто попадался ему на пути, разрезало горизонтально пополам, забрызгивая кровью и расплескивая кишки. Мучительные крики его жертв, которые не умерли сразу, эхом разносились по улицам.

Внезапно огромная алебарда, пронзающая небо, пронзила воздух к Кан Джу Мёну, заставив его блокировать атаку своим длинным копьем.

Лязг!

От удара Кан Джу Мён откинулся назад, и с его губ потекла струйка крови. Он вытер рот рукавом и посмотрел на вновь прибывшего, спрашивая: «Кто ты?»

Кукуку! Я псих, как и ты. — ответил Нам Гун Ви со слабой улыбкой на лице. В руках он держал гигантскую алебарду для пронзания неба. Возможно, из-за того, что его ремонтировали в спешке, на валу все еще были видны следы того, что Джин Му Вон расколол его пополам.

Кан Джу Мён осторожно посмотрела на Нам Гун Ви. Его инстинкты подсказывали ему, что Нам Гун Ви был опасным человеком.

— Я спросил тебя, кто ты.

Это важно? Хи хи!

Я понимаю. Ты прав, это совершенно не имеет значения».

Кан Джу Мён направил свое копье на Нам Гун Ви. Этот человек был прав; не имело значения, откуда он, только то, что они были врагами, и что они собирались скрестить мечи в поединке не на жизнь, а на смерть.

В конце концов, сила была права, и историю писали победители.

Да! Кан Джу Мён взревел, метнув свое копье вперед, как игла, пронзающая воздух, создавая пустоту на своем пути.

Хахаха! Неплохо! Нам Гун Ви усмехнулся, чувствуя, как его руки дрожат от силы атаки Кан Джу Мёна.

Он вспомнил, что Гым Дан Ёп сказал ему прямо перед уходом.

Гун Ви, пожалуйста, выложись изо всех сил и устрой беспорядок. Чем ужаснее сцена, тем лучше.

Глаза Нам Гун Ви сверкнули светом безумия.

— Как ты и сказал, я окраслю этот город в красный цвет кровью. Хи-хи-хи!

Рев!

Он взмахнул своей алебардой, пронзающей небо, и нарисовал пылающего дракона своей ци. Это была форма его техники, Истинная Пылающая Алебарда Огненного Дракона (火龍眞炎戟).

Вот и все, финальная битва!

Бум! Крушение!

Огненный дракон проглотил Кан Джу Мён целиком, но на этом не остановился. Он продолжил и разрушил несколько зданий позади воина Секты Кулака Тирана.

Вопль боли Кан Джу Мён сотряс город.

Хахаха! Нам Гун Ви, смеясь, огляделся, его глаза все еще сияли от возбуждения.

Вокруг него можно было увидеть членов отряда «Вьюга», которые преследовали Юна Мун Чхона, сражающихся с воинами в красных доспехах Багрового Корпуса Призраков.

Крики страдающих от боли людей раздавались снова и снова какофонией, нарушавшей ночную тишину. Гражданские дома либо горели, либо лежали в руинах, а простые люди отчаянно бежали из города, изо всех сил стараясь избегать любого, кто был похож на воина.

Однако даже тогда бесчисленное количество мирных жителей было убито случайными ударами мастеров боевых искусств, которым было наплевать на них.

Это было столкновение между двумя группами диких сумасшедших.

— Как все закончилось таким образом? Чеонг Ин задохнулся, заставляя свои дрожащие ноги двигаться. Хотя он был опытным агентом Черной Луны, объездившим весь мир, он впервые попал в ад. Дети, потерявшие своих родителей, вырыгивали глаза, а люди, израненные шальной мечом ци, лежали на земле, медленно истекая кровью.

— Это слишком жестоко. — прошептал Квак Мун Юнг, по его щекам текли слезы. Он решил следовать за Джин Му Воном, чтобы вырасти сильным воином, но решимость в его юношеском сердце рушилась перед лицом этой ужасающей сцены.

Что-то темное мелькнуло в глазах Джин Му Вона. В отличие от двух других, на первый взгляд он казался спокойным, но на самом деле его эмоции бушевали безудержно.

Большинство людей, живущих в Юйси, были обычными гражданскими лицами, никогда не обучавшимися боевым искусствам. Несмотря на то, что их жизнь иногда пересекалась с Гангхо-людьми, мастера боевых искусств и гражданские в основном жили в двух разных мирах.

Но теперь жизнь этих простых людей рушилась из-за мастеров боевых искусств.

Они потеряли свои дома, свои жизни, свои семьи и свою волю к жизни.

Несмотря на то, что их жизни угрожала опасность, этим людям некуда было идти, кроме города, в котором они жили. Все, что могли делать выжившие. Это беспорядочно бродить по руинам своих домов.

Потерянные взгляды на их лицах сильно резонировали с Джин Му Воном, напоминая ему о давно минувших временах. Он шел по следам битвы, но кровь на улицах казалась ему цепями на ногах, отягощая каждый его шаг.

Неужели это дело рук муримских воинов? Это полное нарушение этикета Гангхо!

Даже во время войны с Безмолвной Ночью, когда были многочисленные жертвы, между обеими сторонами существовало негласное соглашение избегать боевых действий вблизи мест, где жили мирные жители. В результате большинство погибших были воинами-муримами, и поскольку каждый боролся за свои идеалы, никто не считал эти смерти несправедливыми.

То, что происходило сейчас, было полной противоположностью этому.

По мере того, как все трое приближались к центральному полю боя, масштабы разрушений значительно увеличивались. Не в силах переварить кошмарную сцену, Чеонг Ин и Квак Мун Юнг изо всех сил старались не смотреть по сторонам.

Однако к ним внезапно подошла группа мужчин.

Кто вы? — спросил один из мужчин. Он и другие воины с ним принадлежали к секте Кулака Тирана, и все их руки были пропитаны кровью.

Джин Му Вон внимательно изучил лицо мужчины и спросил в ответ: «А кто вы?»

……

— Вы не собираетесь отвечать на это, да. Значит, вы стоите за всем этим?

— Мы здесь задаем вопросы.

Вы так стыдитесь своих поступков, что даже не можете сказать мне, кто вы?

Оскорбление Джин Му Вона, должно быть, задело их за живое, потому что мужчины были в ярости.

Ты, как ты смеешь оскорблять Секту Кулака Тирана!

Джин Му Вон сузил глаза и кивнул, говоря: «Я так и знал. Вы, ребята, принадлежите к секте Кулака Тирана.

Мужчины вздрогнули. Джин Му Вон обманом заставил их раскрыть свою принадлежность. Тем не менее, теперь, когда правда вышла наружу, им нужно было с ней разобраться. Они приблизились к Джин Му Вон, сказав: «Ты уже слишком много знаешь».

Хотя эти люди были безоружны, ауры, исходящие от их тел, не были тривиальными.

Джин Му Вон взглянул на их мозолистые руки и заметил трещины, бегущие по ним, как панцирь черепахи, и ногти, окрашенные в синий цвет. Это были отличительные черты Синего Кулака Солнца и Луны (靑文日月拳), одного из боевых искусств, принадлежащих Северной армии, а также единственного боевого искусства в мире, которое окрашивало ногти в синий цвет.

Синий Кулак Солнца и Луны был создан в разгар войны с Безмолвной Ночью с единственной целью — быстро и эффективно создавать экспертов. Чтобы научиться этому, нужен был не только метод медитации, но и особое лекарство, составленное из нескольких десятков различных ядов. Это лекарство впитывалось через кожу рук практикующего, в результате чего его кулаки становились тверже стали.

К сожалению, хотя Синие Кулаки Солнца и Луны давали огромную силу на поле боя, у него был фатальный недостаток. Со временем токсины, впитавшиеся в руки, постепенно диффундировали в мозг, сводя практикующего с ума или делая его инвалидом.

В конце концов, для практикующих боевое искусство было только два возможных финала: 1) смерть на поле боя 2) смерть от психического вырождения.

Кроме того, если просто сойти с ума было недостаточно, многие из этих сумасшедших даже без разбора убивали своих товарищей. По этой причине Северная Армия сначала пыталась усовершенствовать Синие Кулаки Солнца и Луны и устранить его недостатки, но в конце концов они сдались и сочли это запрещенным искусством. Таким образом, он вскоре исчез в неизвестности.

Дядя, действительно ли нужно было так далеко идти, чтобы удовлетворить свои амбиции?

Джин Му Вон знал, что Джо Чеон Ву прекрасно понимал побочные эффекты Кулака Солнца и Луны, окрашенного в синий цвет. Однако он все же решил научить этому своих подчиненных. Это могло означать только то, что все, о чем заботился человек, это создание множества эффективных машин для убийства.

Умри!

Воины Секты Кулака Тирана бросились вперед, разделившись на три группы, чтобы атаковать Джин Му Вона, Чеонг Ина и Квак Мун Юнга.

Блин! Чеонг Ин выругался, вытаскивая кинжал, чтобы защитить себя. Точно так же Квак Мун Юнг вытащил свой великий меч Багровый Клык.

Лязг! Бам!

Стальное оружие этих двоих столкнулось с кулаками воинов, и полетели искры, как будто эти руки были сделаны из металла, а не из плоти и крови.

В то же время трое воинов выбрали Джин Му Вона своей целью.

Перед Джин Му Воном возник шквал кулаков, каждый из которых был нацелен на его жизненно важные органы. Это было только начало боя, но воины уже выкладывались изо всех сил и использовали свои самые мощные приемы.

Впервые в глазах Джин Му Вон вспыхнуло намерение убить. Как бы он ни старался подавить свое негодование и притворяться беспечным, он мало что мог сделать, чтобы подавить гнев и негодование, копившиеся годами.

Это были цепи ненависти, от которых ему нужно было освободиться.

— Интересно, это судьба?

— Ты так напуган, что говоришь чепуху, сопляк? — рассмеялся один из воинов.

Джин Му Вон крепче сжал Снежный Цветок. У этих людей нет ни гордости, ни чести.

Когда кулаки воинов секты Тиранического Кулака обрушились на него, словно цунами, Снежный Цветок очертил в воздухе изящную дугу.

……

А потом наступила тишина.

Даже воины Секты Тиранического Кулака, напавшие на Чон Ин и Квак Мун Юнга, замерли на месте, глупо моргая. Почему-то они чувствовали себя неловко.

Джин Му Вон убрал Снежный Цветок в ножны и небрежно прошел между напавшими на него воинами.

Удар! Крушение!

Один за другим воины падали, как мухи. Это было сюрреалистично. Видя, как их товарищи так легко падают в бою, другие воины секты Кулака Тирана бессознательно затаили дыхание от ужаса.

На поле боя бушевала новая буря.

Шторм по имени Джин Му Вон.

Мастер Мечей (II)

Гым Дан-Йоп стоял один в темной комнате, освещенной лишь слабым свечением люминесцентной жемчужины, и холодно смотрел на «вещь» в противоположном углу.

Существо задыхалось, снова и снова ударялся головой о стену.

— Я не собираюсь извиняться за то, что сделал это с тобой. — пробормотал Гым Дан-Ёп себе под нос.

Внезапно кто-то вошел в комнату и встал на колени, говоря: «Мой сеньор!»

Это был Юн Мун Чхон, лидер организаторов черного рынка. После того, как отряд Снежной бури преследовал его, он был весь в крови и поту с головы до ног.

Здравствуйте, администратор Юн

— Я вернулся, мой сеньор.

Тебе пришлось нелегко. Хорошая работа.

— Я не заслуживаю вашей похвалы, мой сеньор. Я сделал только то, что должен. Юн Мун-Чхон поклонился, ударив головой об пол, пока его лоб не начал кровоточить, но он не обращал внимания на боль. Наконец он поднял голову и посмотрел на Гым Дан-Ёпа, его глаза были полны благоговения.

Мое сердце плачет о вас и ваших людях. Было жестоко с моей стороны отправить вас на смерть.

Пожалуйста, не извиняйтесь. Мы добровольно выбрали то, что мы сделали. Ваша воля - наша воля, мой сеньор. Вы единственный, кто может разбудить спящую Тихую Ночь. Мы будем очень довольны, если сможем внести свой вклад в ваше дело, пожертвовав собой

Администратор Юн…

Мой повелитель, хотя командир отряда Нам в настоящее время вступает в бой с сектой Кулака Тирана, их слишком много. Пожалуйста, покиньте это место до того, как они придут

Гым Дан-Ёп грустно улыбнулся, а затем ответил: «Я не убегу».

Мой господин!

По правде говоря, я кое-что скрыл от всех вас. Что бы мы ни делали, Тихая Ночь не будет вмешиваться. У них больше нет мотивации для этого

Безмолвная Ночь давно утратила стремление к господству, и Гым Дан-Ёп понимал этот факт яснее, чем кто-либо другой.

— Но если бы они знали о планах моего сюзерена…

Просто знать недостаточно. Что им нужно, так это сильный тревожный звонок. Только тогда Четыре Великих Владыки Демонов, включая Ведьму Белой Ночи, начнут действовать. И в тот момент, когда они это сделают, Тихая Ночь действительно пробудится

Мой господин!

Теперь ты знаешь, почему я совершенно не могу убежать, кто бы что ни говорил. Как тот, кто придумал этот план, я также несу ответственность за его реализацию

РЕВ!

Внезапно из тела Гыма Дан-Ёпа хлынула мощная аура, заставившая задрожать даже стены. Администратор Юн! — приказал он.

— Да, мой сеньор.

Приготовьтесь встретить наших гостей

Понял

И вот еще…

Да?

— …Нет, ничего. Вы можете идти сейчас.

— Да, мой сеньор. — сказал Юн Мун-Чон, прежде чем выйти из комнаты.

Взгляд Гым Дан-Ёпа обратился в сторону стонущих звуков.

— Джин Му-Вон… — прошептал он про себя.

Хотя он встречался с этим человеком всего один раз, Джин Му Вон произвел на него очень сильное впечатление. Он был единственным человеком, откликнувшимся на его Мелодию Души Тысячи Миль. Гым Дан-Ёп чувствовал, что если бы они встретились при других обстоятельствах, то наверняка стали бы лучшими друзьями. К сожалению, этому не суждено было случиться.

Моя роль — призвать эпоху хаоса

Только опустошение, созданное эпохой хаоса, могло разбудить Безмолвную Ночь. Однако, чтобы начать ту эру, нужно было умереть многим людям

— Ты уверен, что это то место? — спросил Ёп Пён, глядя на вывеску с надписью «Семейное поместье Пэк (白家莊園)».

Поместье принадлежало отставному высокопоставленному правительственному чиновнику, который не имел никаких связей с бандой и, таким образом, избежал внимания секты Кулака Тирана. До сих пор так было.

Юл Гён-Чон, капитан отряда Снежной бури, ответил: «Да, я. Мы выследили его до этого самого места.

Подумать только, что это место все время было кроличьим логовом. Ёп Пён холодно улыбнулся. Они пошли на крайние меры и даже убили сотни мирных жителей только для того, чтобы найти укрытие своих врагов, и он знал, что вскоре им придется заплатить цену за свои деяния, но его не заботила собственная судьба. Мы должны закончить это дело до того, как Небесная Вершина завоюет популярность, при этом убедившись, что нашего Сюзерена не беспокоят какие-либо оплошности.

К счастью, воины, посланные Небесной Вершиной, еще не прибыли в Юннань. Если бы они это сделали, секте Кулака Тирана не сошло бы с рук выполнение такого безумного плана в Юйси.

Юл Гён-Чон улыбнулся точно так же, как и его соратник, и сказал: «Конечно, командир».

Я с нетерпением жду возможности увидеть, что эти люди приготовили для нас

Как бы усердно они ни работали, они не смогут нас остановить

Давайте начнем.

Да сэр! Юл Гён-Чон согласно кивнул

Как будто это был сигнал, ожидающие члены отряда Снежной бури перепрыгнули через забор семейного поместья Бэк.

Лязг! КВАНГ!

Крики и лязг металла о металл эхом разнеслись по всему поместью, когда между защитниками поместья и захватчиками отряда Снежной бури вспыхнула массовая драка.

Так началась вторая фаза Ночи резни

Им Су-Кван уныло огляделся, но в глубине души ему хотелось закрыть глаза на мучительные декорации смерти и разрушения вокруг него. Что еще хуже, он знал, что причиной всего этого была его собственная секта.

Я жалок. Я не могу поверить, что так долго следовал за таким презренным лидером секты. — пробормотал он, бродя вокруг в оцепенении. Из-за сгорбленных плеч он выглядел совершенно несчастным, а серебряные рукавицы на руках казались свинцовыми.

Внезапно он поднял голову и посмотрел на северное небо. Возможно, восходящее солнце положит конец этому его кошмару, но его нигде не было видно.

Мой Лорд… Он вспомнил лицо лидера, которого не видел десять лет; лидер, которого он почти забыл

Джин Кван-Хо, Северная стена. Это был человек, который был сильнее любого другого, будь то физически или морально

Почему я не поверил ему тогда? Как такой человек мог вступить в сговор с Безмолвной Ночью? Ты такой идиот, Им Су-Кван. Нет, ты не просто дурак, ты еще и глухой и слепой. Им Су-Кван хотел проткнуть уши, которые были поколеблены искушениями славы Чо Чхон-Ву.

Он знал правду. Несмотря на это, он закрывал на это глаза, а все потому, что устал от монотонной жизни в Северной армии. Он попался на удочку, которую подкинул перед ним Джо Чеон-Ву.

Это был его грех, грех, от которого он никогда не мог избавиться.

ААААААА! — раздался вдалеке пронзительный девичий голос

Не раздумывая, Им Су-Кван немедленно бросился в сторону крика. Там он нашел воина средних лет, вытаскивающего меч из плеча девочки-подростка

— Что, черт возьми, ты делаешь, командир отделения Мак?! — взревел он.

Воин средних лет повернулся к Им Су Квану. Из-за характерного треугольного лица и прищуренных глаз, как у крысы, Им Су-Кван сразу узнал в нем Мака Квенга, капитана отряда Железного Духа, одного из трех отрядов, которые Чо Чон-Ву послал устроить резню в Юйси.

Здравствуйте, старейшина Им

— Я спросил тебя, что ты делаешь

Пожалуйста, не поймите меня неправильно, эта девушка мастер боевых искусств и представляет угрозу для нашей секты Кулака Тирана

— Тогда просто убей ее одним ударом. Почему ты должен так мучить ее?

Есть ли причина, по которой я не могу этого сделать?  Мак Квенг усмехнулся, как развратный подонок

Им Су-Кван нахмурился. Было что-то очень неправильное в том, как вел себя Мак Квенг. Ты… — начал он

Прежде чем он успел закончить свою реплику, Мак Квенг прервал его, сказав: «Вы знаете, в чем ваша проблема, старейшина Им? Вы слишком независимо мыслите. Лидер секты никогда не мог доверять такому человеку, как ты

— А ты не слишком груб?

— Тебе не хватает лояльности к нашему сюзерену. Мак Квенг выпрямил спину и взмахнул мечом. В мгновение ока девушка рухнула, истекая кровью из шеи

Им Су-Кван затрясся от ярости при виде этого зрелища.

Старейшина Им, ты знаешь, почему лидер секты послал тебя сюда?

— Почему ты вдруг заговорил об этом?

Правда в том, что лидер секты находит ваше недавнее поведение немного тревожным

Ни за что, это нелепо… — возразил Им Су-Кван, но он мог сказать, что Мак Квенг говорит правду. Как старейшине секты Тиранического Кулака, ему не было смысла действовать в качестве скромного эскорта для Тан Ги-Муна, и все же Чо Чхон-Ву приказал ему сделать именно это

Мак Квенг приблизился к Им Су-Квангу, все еще злобно улыбаясь. Пока они разговаривали, его подчиненные незаметно окружили старейшину секты Кулака Тирана

Им Су Кван вздохнул: «Лидер секты действительно прошел точку невозврата»

Видеть? Вот почему он считает вас проблематичным. Ну, неважно. Ты уже слишком много знаешь, так что… надеюсь, тебе понравится путешествие в загробный мир.

Воины отряда Железного Духа синхронно выхватили оружие.

Им Су-Кван на мгновение закрыл глаза, затем снова открыл их и сказал: «Кажется, я умру собачьей смертью, и я приму это как естественное следствие моих прошлых действий. Однако это не значит, что я сдамся без боя

Мак Квенг цокнул языком: «Тск! Ты мог бы умереть быстрой и безболезненной смертью, но нет, ты хочешь сделать это трудным путем, а?

Он подал сигнал своим людям, которые одновременно набросились на Им Су-Квана

Джин Му Вон безмолвно шел по улицам Юси, а Чон-Ин и Квак Мун-Юнг тихо следовали за ним.

Не могу поверить, что существует такой фехтовальщик, подумал Чеонг-Ин, его лицо было белым как полотно. Какой бы ужасной ни была резня в Юйси, он обнаружил, что гораздо больше боится молодого человека прямо перед ним. Он участвовал в бесчисленных миссиях в качестве главного агента Черной Луны и шпионил за многочисленными могущественными мастерами боевых искусств, но никогда раньше он не встречал такого воина, как Джин Му Вон.

Дело было не просто в силе фехтовальщика, а в явной интенсивности исходившей от него ауры. Как будто Джин Му Вон владел не только физическим мечом, но и мечом души, который разрезал волю его противников в клочья еще до того, как они начали сражаться.

Чеонг-Ин нервно бросил взгляд на лицо Джин Му Вона и вздрогнул

Внезапно Джин Му Вон остановился как вкопанный и посмотрел в определенном направлении

Чон-Ин, естественно, проследил за взглядом Джин Му Вона, только чтобы найти окровавленное тело, которое было так сильно изуродовано, что его едва можно было распознать как человека. К его шоку, этот человек все еще дышал.

Джин Му Вон опустился на колени перед умирающим, который собрал оставшиеся силы, чтобы открыть глаза

— Это… ты… — простонал он

Мастер Им…Несмотря на серьезные увечья, Джин Му Вон сразу узнал в этом мужчине Им Су Квана

Прежде чем пасть в битве, Им Су-Кван победил более десяти членов отряда «Железный дух», и теперь они мертвые лежали у его ног. Однако, к сожалению, ему не удалось убить Мака Квенга, их капитана. Тебя действительно зовут Джин Му Вон? -  прошептал он

Джин Му Вон кивнул, но ничего не сказал

— Ты… тот Джин Му Вон, которого я знаю?

Глаза Джин Му Вона дернулись. Двое других, возможно, не поняли, что имел в виду Им Су-Кван, но он никак не мог этого не понять. Более того, Им Су-Кван был на смертном одре, и они оба это знали. Даже тогда пожилой мужчина отчаянно хотел подтвердить свою догадку. Это было его предсмертным желанием

Пожалуйста… — умоляла Им Су Кван. Он всем сердцем надеялся, что этот «Джин Му Вон» был мальчиком того времени

Охрипшим голосом Джин Му Вон ответил: «Да, я. Вы часто обучали меня основам боевых искусств, когда я был ребенком.

Им Су-Кван задрожала от радости, говоря: «Ах, слава небесам! Я рад… ты жив. И… прости. Мне так, так жаль. Я… грешник. Я должен извиниться перед лордом Джином, когда встречу его в загробной жизни… — Голос Им Су-Квана оборвался, когда его сознание исчезло

Чтобы услышать его последние слова, Джин Му Вон наклонился и наклонился ближе к нему.

Пожалуйста, я умоляю тебя. Вы должны остановить буйство лидера секты. Пожалуйста, положи конец этому живому кошмару... Ты... единственный, на кого я могу рассчитывать... Им Су Кван замолчал. Он был мертв. Так глубоки были его горе и раскаяние, что он даже не мог заставить себя закрыть глаза и спокойно умереть

Джин Му Вон протянул руку и закрыл глаза

Мастер Мечей (III)

Воины под предводительством Ёп Пьюна быстро захватили поместье семьи Пэк у своих врагов и обнаружили скрытый подземный ход. Когда Ёп Пьюнг вел отряд Снежной бури по тропе, он скомандовал: «Я уверен, что их лидеры прячутся здесь. Не дай ни одной крысе сбежать»

Не волнуйтесь, мы обезопасили периметр поместья. Ничто не пройдет мимо нас живым. — ответил Юл Гён-Чон

Хорошо. Ёп Пён удовлетворенно улыбнулся. Никто не сможет обвинить секту Кулака Тирана в том, что произошло в Юйси, как только они опознают своих врагов и спасут захваченных торговцев. В качестве бонуса они также смогут переложить на этих ублюдков ответственность за все смерти мирных жителей

Внезапно один из членов отряда Снежной бури протянул свой фонарь и сказал: «Командир, пожалуйста, взгляните на это»

Объект, который он осветил, был железной клеткой, внутри которой свернулось несколько человек

ГРАУРРРРР! Люди в клетке зарычали с налитыми кровью глазами

Ёп Пён нахмурился. Юл Гён-Чон некоторое время наблюдал за людьми, а затем сказал: «Я думаю, что это захваченные торговцы»

Вы уверены?

Да, я узнаю парня, который дальше всего от нас»

Есть идеи, почему они ведут себя как дикие звери?

Я думаю, что они сошли с ума точно так же, как сумасшедшие, которых мы нашли на улицах»

Я согласен. Хм… — Ёп Пьюнг сузил глаза. До сих пор Секта Кулака Тирана так и не выяснила причину безумия, и если все похищенные торговцы были такими, то у них была серьезная проблема

Безумные торговцы несколько раз ударились о прутья клетки. К счастью, клетка была очень прочной и крепко держалась, несмотря на повышенную силу безумцев

В любом случае, мы можем подумать о том, как решить эту проблему позже. Наша первоочередная задача — поймать вдохновителя

Да сэр! - ответил Юл Гён-Чон, взяв на себя инициативу в исследовании подземного перехода

Пока они шли, Ёп Пён часто оглядывался на клетку с обезумевшими торговцами. Не знаю почему, но у меня плохое предчувствие на их счет… В любом случае, я могу потратить время на расследование того, что с ними случилось после того, как мы здесь закончим

Двигаясь к концу коридора, Ёп Пён и Юл Гён-Чон часто попадали в засады врагов, но каждый раз выходили победителями. Когда, наконец, они достигли конца, путь им преградили огромные, казалось бы, непроходимые железные ворота. Однако Юл Гён-Чон просто вытащил свой меч и разнес дверь вдребезги

Бам!

За рухнувшими железными воротами был невероятно просторный зал, а посреди зала стояли Гым Дан-Ёп и его люди

Крушение!

Внезапно распахнулись и железные ворота на противоположной стороне зала, открыв воинов Железного Духа и Властных Отрядов

Ёп Пён посмотрел на Гым Дан-Ёпа и рассмеялся: «Хахаха! Теперь ваши судьбы решены»

Хотя он никогда раньше не встречал Гыма Дан-Ёпа, его инстинкты подсказывали ему, что это был вдохновитель всей операции

Воины Секты Кулака Тирана окружили группу Гыма Дан-Ёпа, но вместо того, чтобы запаниковать, Гым Дан-Ёп только усмехнулся: «Я вижу, ты наконец нашел дорогу сюда. Я приветствую вас за вашу тяжелую работу и энтузиазм»

«Хм! Думал ли ты, что будешь в безопасности после того, как совершишь подобное на территории секты Кулака Тирана?

С каких это пор Юннань стал собственностью секты Кулака Тирана?

— С тех пор, как десять лет назад мы обосновались здесь

Ах, да. Вы получили Юннань в обмен на продажу Северной армии, верно?

Лицо Ёп Пьюна исказилось. Было табу упоминать о падении Северной армии кому-либо из бывших четырех северных столпов и их людей. Он кричал: «Заткнись! Какой бы ни была ваша цель, теперь для вас все кончено! Просто сдавайся уже!»

«Это было бы трудно. Я потратил много времени на планирование этого, понимаете?

— Ты все еще не мечтаешь о побеге, не так ли?

Не волнуйся, я изначально не собирался уходить отсюда. Гым Дан-Ёп по-детски усмехнулся

По спине Ёп Пёна пробежали мурашки, но он подавил их и пригрозил: «Значит, ты хочешь сделать это трудным путем, да?»

— Я думаю, вы что-то здесь не понимаете. У тебя нет ни сил, ни права требовать от меня чего-либо

Что? Ёп Пён был в ярости

Однако Гым Дан-Ёп проигнорировал его. Когда он впервые придумал этот план, он не мог спать несколько дней подряд. Он не хотел терять свою человечность, но он также не думал, что у него есть выбор в этом вопросе. Единственным способом достичь своей цели было сойти с пути человека и стать диким зверем. К такому выводу он пришел после того, как несколько сотен раз прокрутил это в уме

Я просто обращаюсь с этими дьяволами так же, как они обращались с моими предками. Кроме того, это единственный способ пробудить Безмолвную Ночь ото сна. Гым Дан-Ёп закусил губу и спросил: «Ты видел сумасшедших в клетке?»

……

Разве тебе не любопытно? Как они сошли с ума? А где остальные купцы и сокровища?

Бровь Ёп Пьюна дернулась. С тех пор, как он увидел этих безумцев, он чувствовал, что что-то грызет его глубоко внутри. Однако он не мог определить причину своего беспокойства

Гым Дан-Йоп продолжил: «Это расплата за то, что вы сделали с нами несколько десятилетий назад»

— О чем, черт возьми, ты говоришь?

— О, вы, наверное, ничего не знаете, не так ли? Ну, я понимаю. В конце концов, ты всего лишь любимая собака своего хозяина. Думаю, единственное, о чем я сожалею, это то, что Чо Чхон-Ву здесь нет, хотя, вероятно, это было просто принятием желаемого за действительное с моей стороны». Гым Дан-Ёп поднял руку, и внезапно из тьмы, где они прятались, поднялась армия безумцев

ГРРРРРР! Безумцы зарычали, их красные глаза сверкнули в темноте. Их одежда была изодрана, и они больше походили на зверей, чем на людей

Опять сумасшедшие?! Ёп Пьюнг нахмурил брови, но прежде чем он успел что-то сказать, безумцы набросились на секту Кулака Тирана

Как капитан отряда Снежной бури, Юл Гён-Чон вместо него отдавал приказы, крича: «Убей их всех!»

Н-но…Несколько воинов заколебались. Они знали, что эти безумцы были пропавшими торговцами, которых они искали все это время. Более того, если тот факт, что Секта Кулаков Тирана убила этих торговцев, когда-либо станет известен, они не смогут избежать критики

Как будто этого было недостаточно, Десять Великих Компаний, вероятно, обвинили их в смерти своих торговцев, сделав ценность жизни этих торговцев намного выше, чем у обычных жителей Юйси

Однако Юл Гён-Чон настаивал: «Неважно, кем они были, теперь они наши враги! Убить их всех!"

Как приказал Юл Гён-Чон, воины секты Кулака Тирана вступили в бой с безумцами и начали их резню. Хотя физические возможности безумцев были повышены до нечеловеческого уровня, они все еще не могли сравниться с должным образом обученными мастерами боевых искусств

Хитрые ублюдки! Ёп Пён стиснул зубы, поняв, что сыграл прямо на руку Гым Дан-Ёпу. К сожалению, у него больше не было свободы выбора

Столпотворение бушевало в зале, когда воины Секты Тиранического Кулака столкнулись с безумцами. Несмотря на то, что Секта Кулака Тирана одержала верх, их численность превосходила более чем два к одному. В таких условиях травмы были неизбежны

Глаза Юла Гён-Чона сверкнули убийственным намерением, когда он сразил как минимум одного сумасшедшего каждым безжалостным взмахом своего меча. Даже если вы просто надоедливые мухи… — пробормотал он

Наконец, он пробился сквозь толпу и приблизился к Гым Дан-Ёпу. Краем глаза он заметил, что Мак Квенг, капитан отряда Железного Духа, сделал то же самое. Было ясно, что они увидели одну и ту же цель, вдохновителя всех их проблем, Гыма Дан-Ёпа

Это была битва, которая закончилась только тогда, когда одна сторона была полностью уничтожена, так как обе стороны уже погрузились в боевое безумие. Даже воины Секты Кулака Тирана начали терять рассудок, когда металлический запах крови наполнил их носы, ускоряя их падение в безумие

Глаза Гым Дан-Ёпа потемнели. Око за око, зуб за зуб. Это закон Гангхо. Я уже решил оставить все свои сожаления и оговорки позади. Это не те эмоции, которые могут быть у моего нынешнего «я»

Внезапно все мечи секты Тиранического Кулака закричали одновременно, начиная с тихого жужжания, а затем быстро поднимаясь до крещендо

Что происходит? Воины недоуменно переглянулись. Их мечи звучали в гармонии, независимо от их намерений, и хотя крик каждого клинка был незначительным, совокупность криков всех мечей была громче волчьего воя и величественнее драконьего рыка

Безумцы дрогнули перед лицом поющих мечей, а воины закрыли уши руками

В этот момент сквозь толпу небрежно прошел мужчина

Каждый раз, когда он проходил мимо меча, тот громко кричал, словно восхвалял его

И Ёп Пён, и Гым Дан-Ёп расширили глаза от шока и недоверия

— Т-ты…? Гым Дан-Ёп заикался

Наконец мужчина остановился между Ёп Пьюнгом и Гым Дан-Ёпом. Мечи тут же замолчали, и оглушительный хор всего лишь мгновение назад показался осознанным сном

Никто не смел дышать, опасаясь нарушить тишину. Все их взгляды были неизбежно обращены к мужчине, как будто они были загипнотизированы

Джин Му Вон, Мастер Мечей, взревел: «Вы двое пытаетесь начать эру хаоса? Если да, то вам придется сделать это через мой труп

Возвращение легенд (I)

Гангхо (江湖)

Место, где и благодарность, и обида впадают реками в озеро раздора

Место, где те, кто не борется за то, чтобы остаться на плаву, несомненно, опустятся на дно

За громоподобным ревом Джин Му Вон последовало мгновение молчания. Все уставились на него, затаив дыхание, словно их тут же разорвет на куски, если они хотя бы шевельнут мускулом или скажут хоть слово. От него они могли ощутить переполняющую ауру несравненного фехтовальщика с силой тысячи человек

Ёп Пён и Юл Гён Чон не стали исключением. Несмотря на их обширную информационную сеть, они каким-то образом не заметили присутствия такого могущественного мастера боевых искусств в Юннань. В частности, капитан отряда Снежной бури Юл Гён Чон был поражен тем, что он потерял контроль над криком своего меча из-за Джин Му Вона

Визг! Визг!

Словно плачущий ребенок, его меч продолжал кричать на Джин Му Вона, игнорируя собственные попытки восстановить контроль. Юл Гён Чон никогда еще не чувствовал себя таким преданным из-за собственного оружия или таким пугающе неудобным

Тем не менее, Гым Дан Ёп был тем, кого больше всего удивил внешний вид Джин Му Вона. Хотя он знал, что Джин Му Вон может вмешаться в его планы, он никак не ожидал, что молодой человек появится прямо сейчас

Ты просто мальчишка, у которого все еще мокрый за ушами! — закричал Сео Чан Юн, вице-капитан отряда «Железный дух», когда бросился на Джин Му Вона. Он был человеком с вспыльчивым характером и не мог заставить себя просто стоять в стороне, пока Джин Му Вон пытался его запугать

Кулак размером с крышку кастрюли полетел к Джин Му Вону в сопровождении Ци Кулака, огромной, как цунами. Джин Му Вон сразу же узнал в этой технике одну из тех, что принадлежали Северной армии, «Тринадцать кулаков Волчьего Клыка» (狼牙十三拳).

Увидев, что их вице-капитан сделал первый шаг, несколько экспертов из отряда Железного Духа последовали его примеру. Перед лицом их объединенной атаки стройная фигура Джин Му Вон выглядела как свеча на ветру

Так же, как все ожидали, что Джин Му Вон умрет, Снежный Цветок расколол небеса пополам, а затем вернулся в свои ножны. На мгновение все наблюдающие почувствовали себя разрезанными на части

Всплеск!

Теплая жидкость брызнула на всех, кто смотрел. Один из воинов рассеянно коснулся жидкости и пробормотал: Кровь?

Взгляды зрителей переместились на Со Чан Юна и солдат отряда Железный дух, которые напали на Джин Му Вон. Как ни странно, все они застыли как вкопанные, но как только люди начали выглядеть озадаченными, на их телах появилась красная полоса

Сначала многие подумали, что их только что порезали, но вдруг… тела разделились на две половины и упали на пол

В большом зале стало так тихо, что было слышно биение нервного сердца каждого

ЧАН ЮН! Мак Квенг, непосредственный начальник Со Чан Юна и капитан отряда Железный дух, взревел. Потеряв всякий рассудок после смерти своего подчиненного, он тоже бросился на Джин Му Вона. Проклятый панк! Я никогда тебя не прощу!

Точно так же, как он расчленил и убил Им Су Квана, он хотел разорвать Джин Му Вона в клочья

Очередной поток ци угрожал поглотить Джин Му Вона, но на этот раз он нырнул в поток и проворно проплыл через него, как лосось, карабкающийся по водопаду

Мак Квенг узнал эту технику ног. Это был Идеальный Шаг (獨步無雙), одна из техник, принадлежащих к Шагам Текущего Потока Северной Армии (溪流步).  К сожалению, к тому времени, как он его зарегистрировал, было уже слишком поздно

Последним, что он увидел, был Джин Му Вон, приближающийся к нему и выпускающий вспышку света из его пальцев

На лбу Мак Квенга появилась дыра размером с монетой

Звук падения трупа Мак Квенга на землю прозвучал, как гром, в сердцах присутствующих воинов

Глаза Ёп Пён дёрнулись. Хотя перед смертью все были равны, капитан Мак Квенг из отряда Железный дух не был человеком, который должен был умереть бессмысленно, даже не вступив в бой

Долгое время никто не решался пошевелиться. Эксперты по боевым искусствам, в частности, все еще были ошеломлены нелепой силой Джин Му Вона, которая позволила ему одним выстрелом убить Мак Квенга и Со Чан Юна без использования каких-либо специальных приемов. Кроме того, не говоря уже о специальных методах, в полном отходе от здравого смысла Джин Му Вон даже не использовал ни Поток Меча, ни Ци Меча, чтобы уничтожить их

Джин Му Вон холодно огляделся, спрашивая: «Кто следующий?»

Каждый воин, на которого смотрел Джин Му Вон, инстинктивно отворачивался и избегал встречаться с ним взглядом, пока один человек не решил отомстить

Дерзкий панк! — закричал Гван Сан Хо, член отряда «Багровый призрак» и один из подчиненных Нам Гун Ви, вонзая копье в горло Джин Му Вона

Гван Сан Хо крутил свое копье в ладони, чтобы максимизировать силу удара в технике, известной как Проникающая вспышка. Он был уверен, что сможет по крайней мере разрушить иллюзию непобедимости молодого человека, даже если у него недостаточно сил, чтобы убить его. Мы не можем допустить, чтобы наш грандиозный план был разрушен незваным гостем! Не после того, как лорды Гым Дан Йоп и Нам Гун Ви провели бесчисленные бессонные ночи и приложили огромные усилия, чтобы воплотить это в жизнь!

В ответ на нападение Гван Сан Хо, Джин Му Вон протянул Снежный Цветок в ножнах горизонтально и направил его на него

Все чувствовали, что он сошел с ума, не вытащив меч, и что он всего лишь хотел блокировать выпад Гван Сан-Хо. Однако то, что последовало дальше, превзошло все их ожидания

Когда меч встретился с копьем, копье было расколото вдоль на две половины. Шок от отдачи даже сломал запястья Гван Сан Хо, разбрызгивая кровь повсюду

Гван Сан Хо закричал, но его голос внезапно оборвался, когда Снежный Цветок пробил дыру в его мозгу на ширину своей оболочки. Как срубленное дерево, он с громким стуком рухнул на землю

Джин Му Вон снова огляделся и повторил: «Кто следующий?»

……

На этот раз никто не подошел. Нет, они не могли подняться

Присутствовало много элитных воинов, но никто не осмелился встретиться взглядом с Джин Му Вон

Его присутствие было слишком подавляющим

Хотя сердце Ёп Пёна билось так же бешено, как и у других воинов, он с досадой нахмурился. Он абсолютный мастер, сравнимый с моим сюзереном, Чо Чеон Ву. Почему такой человек вдруг появился здесь?! Более того… я его где-то раньше видел? Где…?

Нет, я уверен, что никогда раньше не видел его лица. Даже тогда, почему мне кажется, что он кого-то мне напоминает…?

Ну, несмотря ни на что, я должен что-то сделать

Приняв решение, Ёп Пён выступил вперед и сказал: «Кто ты? Ты вмешиваешься в дела секты Кулака Тирана. Если ты отступишь сейчас, я могу сделать вид, что этого никогда не было

— Ты можешь сделать вид, что ничего не произошло, но я не могу

Глаза Ёп Пьюна снова дернулись. Ответ Джин Му Вона был гораздо более наглым, чем он ожидал, до такой степени, что казалось, что молодому человеку было все равно, станет ли он врагом секты Кулака Тирана или нет. Как дерзко. Я не могу поверить, что существует человек, который осмеливается смотреть свысока на секту Кулака Тирана. — сказал он

Что такого замечательного в секте Кулака Тирана?

Что?

Что хорошего в секте, которая убивает невинных мирных жителей, не связанных с бандой? Ты хоть посчитал, сколько людей ты убил в Юйси?

Это была необходимая жертва ради общего блага. Кроме того, если бы не эти ребята, мы бы никогда не сделали ничего столь экстремального. — сказал Ёп Пьюнг, немедленно перекладывая всю ответственность за бойню на Гым Дан Ёпа

Гым Дан Ёп, который до сих пор хранил молчание, наконец потерял терпение, сказав: «Вы намного сильнее, чем я думал, мастер Джин»

— А ты гораздо безжалостнее, чем я думал

Это так? Если вы действительно так думаете, то вы никогда не станете кем-то большим, чем просто наивным романтиком. Закон Гангхо состоит в том, чтобы делать все возможное для достижения своих целей, потому что, только взобравшись на вершину, мы можем создать доказательство своего существования

Какой смысл доказывать свое существование? Как это стоит того, чтобы пожертвовать жизнями стольких людей?

Ты действительно хочешь знать?

Джин Му Вон кивнул, а Гым Дан Ёп просиял

— Я скажу тебе после того, как ты победишь меня. — добавил он.

Вы всегда повторяете одни и те же фразы. — вздохнул Джин Му Вон. Он вспомнил, что Нам Гун Ви говорил то же самое

Ха-ха! Разве это не естественно? Мы с ним одного типа. — весело ответил Гым Дан-Ёп. Однако улыбка на его лице затем медленно растаяла, открывая совершенно другую, хладнокровную личность. Его ледяной взгляд переместился с Джин Му Вона на секту Кулака Тирана

Ёп Пьюнг и Юл Гён Чон сразу же почувствовали его сильное намерение убить и глубоко укоренившуюся ненависть к ним

Есть ли у него обида на секту Кулака Тирана?

Когда секта Тиранического Кулака впервые обосновалась в провинции Юннань, они растоптали жизни и дома многих людей, чтобы создать нынешний статус. Было очевидно, что эти люди затаили на них злобу. Однако с тех пор прошло всего десять лет, и этого времени явно не хватило, чтобы собрать столько ресурсов и обучить столько специалистов по боевым искусствам, сколько имел Гым Дан Ёп. По крайней мере, никакими обычными средствами

Гым Дан Ёп посмотрел на свои руки. Кожа на этих руках была совершенно безупречной и более шелковистой, чем у большинства женщин. Однако те самые руки были также обагрены кровью невообразимого количества людей

Он поднял голову к Джин Му Вон и сказал: «Я дьявол, который никогда не остановится и не будет колебаться, пока не вздохну в последний раз. Если ты хочешь положить конец этому фиаско, то убей меня»

— Почему ты такой?..

Если меня кто-то должен убить, то я надеюсь, что это сделаете вы. Я серьезно

Атмосфера в подземном зале накалилась, когда Гым Дан Ёп снова зажег огонь, который потушил Джин Му Вон

Внезапно мужчина с громким голосом закричал позади Джин Му Вона: «Хо-хо-хо! Не волнуйся, Дэн Йоп, потому что я точно умру раньше тебя. Я гарантирую это»

Джин Му Вон обернулся и увидел знакомого великана, стоящего у входа в зал. Ты Нам Гун-Ви.  — сказал он

Воистину я! Давно не виделись, Демон Меча! Нам Гун Ви весело поздоровался, держа свою фирменную алебарду для пронзания неба через плечо. Кровь все еще капала с алебарды, свидетельство того, что еще несколько мгновений назад он убивал людей

— Демон Меча?

Хи хи! Ты не думаешь, что заслужил такое великолепное прозвище после того, как серьезно ранил меня? Нам Гун Ви со смехом вошел в холл, а за ним следовал отряд Багровых Призраков в красных доспехах. Как и у их лидера, кровь капала с их доспехов и оружия

Глаза Ёп Пёна задрожали от этого зрелища. Невозможно…!? — пробормотал он

Хухуху! Мы разобрались с идиотами, которых вы поместили снаружи. Вы, ребята, все, что осталось от сил секты Кулака Тирана

Ёп Пён знал, что Нам Гун Ви говорит правду. Его подчиненные ни за что не пропустили бы Нам Гун Ви и его войска, пока они были еще живы, а свежая кровь, в которой был пропитан Отряд Багрового Призрака, могла принадлежать только его людям

Нам Гун Ви закричал: «Убей их всех!»

Отряд Багрового Призрака немедленно подчинился приказу Нам Гун Ви и двинулся к секте Кулака Тирана. Они знали, что Нам Гун Ви не нужен их ответ, и Нам Гун Ви верил, что они сделают то, что он сказал, даже не глядя, а это означало, что он мог игнорировать их и сосредоточить все свое внимание на Джин Му Вона

Он подошел к Джин Му Вону и сказал: «Эй, ты заявил, что мы можем продолжать убивать только из-за твоего трупа, верно? В таком случае, пожалуйста, возьми на себя ответственность за свои слова»

Нам Гун Ви высвободил свое намерение убить, в то время как Гым Дан Ёп испустил тревожную ауру. Как ни странно, когда две силы смешались, температура в зале начала медленно подниматься

Между тем борьба между двумя группировками уже началась. Повсюду брызнула кровь, вокруг кричали люди. Это была ожесточенная битва, которая закончилась только тогда, когда одна из сторон была полностью уничтожена

Из этого Джин Му Вон узнал кое-что новое. Если кто-то не возьмет полный контроль над полем битвы, безумие в конце концов возьмет верх

Как только пронзающая небо алебарда Нам Гун Ви полетела к нему, он, наконец, вытащил Снежный Цветок

Возвращение легенд (II)

Лязг!

Звук удара по металлу раздался вместе с огромной дрожью, вызванной убийственным намерением, заключенным в вибрирующих звуковых волнах

И Джин Му Вон, и Нам Гун Ви были отброшены силой столкновения, но вскоре снова оторвались от земли и бросились друг к другу

Лязг! Удар! Крушение!

Когда Снежный Цветок и пронзающая небо алебарда снова и снова сталкивались, их объединенное убийственное намерение быстро посылало ударные волны смерти, распространяющиеся по всему полю боя. После их предыдущей дуэли каждый боец полностью понял, насколько ужасным был другой

В самом начале боя Нам Гун Ви высвободил все, что у него было. Это был его первый раз, когда он выложился на полную после изучения Истинной Пылающей Алебарды Огненного Дракона. Он вкладывал сердце и душу в каждый удар и сосредоточивал свои чувства, как никогда раньше

Подобно ревущему дракону, его алебарда излучала свой дух во всех направлениях, собирая нити энергии, которые он ранее рассеивал, и скручивая их в отчетливую форму алебарды, пронзающей небо. Это был поток алебарды, улучшенная версия обычной ци алебарды

Запечатывающий Душу Огненный Дракон! — закричал он, стреляя потоком алебарды в Джин Му Вона

Однако Джин Му Вон просто сделал шаг в сторону и протянул Снежный Цветок, словно отмахиваясь от незначительного раздражения

Снежный Цветок ударил в бок гигантской ци-алебарды, отправив ее в сторону сражающихся Багрового Призрака и отряда Снежной бури

Бум!

Незадачливые воины, вставшие на пути алебарды ци, мгновенно взорвались, как живые бомбы, не успев даже крикнуть

Было ли это перенаправлением энергии (借力彌氣)? Это продвинутая, более энергоэффективная форма Отклонения Силы (移花椄木)! Атака также не тратится впустую, так как он может контролировать ее направление, а не просто отклонять ее случайным образом! Нам Гун Ви нахмурился. Он не был удивлен, что Джин Му Вон мог использовать такую технику, однако он был зол на себя за то, что позволил использовать ее на себе

Как ты смеешь! Он стиснул зубы и прыгнул на Джин Му Вона, свирепо и зловеще размахивая пронзающей небо алебардой, словно медведь, обнажающий клыки. На первый взгляд его взмахи казались дикими, но на самом деле это были расчетливые и очень точные удары, которые учитывали все направления, в которых его противник мог увернуться. До сих пор никому не удавалось успешно противостоять этой цепной атаке

В тот момент, когда он заблокирует первую атаку, последует более сильная, а если и она будет заблокирована, то следующая будет еще более мощной. Это была стратегия, которая всегда работала для Нам Гун Ви.. до сих пор

К несчастью для него, Джин Му Вон обладал Всеохватывающим Знанием. У него были глаза, которые не пропускали ни единого движения мышц, уши, которые могли точно уловить дыхание его противника, и кожа, которая могла улавливать слабые воздушные потоки. Сложите все это вместе, и Джин Му Вон сможет буквально предсказать все атаки своего противника. Более того, он хорошо тренировал свое тело, чтобы свести к минимуму задержку между его мыслью и скоростью реакции, что дало ему возможность справляться с каждой атакой с высочайшей точностью

Таким образом, обмен мнениями между двумя воинами был настолько интенсивным и быстрым, что если бы кто-то из них сделал хотя бы одну ошибку, битва была бы окончена. Это была такая рукопашная схватка, что никто не осмелился вмешаться

В разгар битвы Нам Гун Ви внезапно взревел: «Кто ты, черт возьми, такой?!»

Услышав скрытый смысл вопроса Нам Гун Ви, Джин Му Вон решил не отвечать и просто сосредоточился на битве с Нам Гун Ви

Улавливайте дыхание противника, предугадывайте его движение и заранее блокируйте его. Он повторял одну и ту же схему снова и снова, в процессе оттачивая свое мастерство фехтования

Лязг! Лязг! Бам!

Звук пронзающей небо алебарды Нам Гун Ви и Снежного Цветка, ударяющих друг друга с ослепительной скоростью, эхом разносился по всему залу, и хотя клинок Снежного Цветка казался тонким и нежным по сравнению с алебардой, Нам Гун Ви не мог оставить ни единого звука

Двое мужчин пробивались от западной стороны подземного зала к восточной части, а затем направились на север. Каждый раз, когда другие воины замечали их приближение, они немедленно отключались и убегали от них, не желая умирать от случайных атак

БАМ!

Всякий раз, когда Нам Гун Ви ударялся об пол, образовывался большой кратер, разбрасывая осколки камня повсюду. Однако Джин Му Вона всегда нигде не было видно, хотя он стоял там всего минуту назад

Тем не менее, Нам Гун Ви не впал в отчаяние. Он уже знал, что никогда не сможет поцарапать Джин Му Вона обычными приемами, потому что, как вода, текущая по извилистой реке, движения Джин Му Вона постоянно менялись, делая его непредсказуемым

Он стиснул зубы. Никогда в жизни он не мечтал, что будет вынужден сражаться изо всех сил. Я не смогу поймать этого парня, не рискуя. В этот самый момент я перестану быть человеком.

Он сломал печать внутри своего тела и разбудил спящего зверя

***

Пока Джин Му Вон и Нам Гун Ви сражались, Ёп Пён и Юл Гён Чон подошли к Гым Дан Ёпу. По сравнению с неважным хаосом, происходящим вокруг них, подчинение лидера было гораздо более важным для завершения этой битвы

Вместо того, чтобы избежать окружения, Гым Дан Ёп мягко улыбнулся, как будто приветствуя их

Напротив, лицо Ёп Пёна застыло, когда он угрожал: «Я спрошу тебя в последний раз. Я знаю, что ты не в состоянии сделать все это без посторонней помощи. Где истинный вдохновитель?»

— Тебе тоже любопытно, не так ли?

— Ответь мне, и я убью тебя как можно безболезненнее

Хахаха! Это должно быть какая-то шутка? Ты забавный.  — рассмеялся Гым Дан Ёп, как будто ему было весело

Ёп Пён был в ярости. Не думай, что все кончено, когда ты мертв. Я найду твоих родителей, твоих братьев и сестер, твоих родственников, всех, о ком ты когда-либо заботился, и замучу их до смерти. Вы можете быть уверены, что наша Секта Кулака Тирана абсолютно способна сделать это

Я знаю это. Если бы ваш господин Чо Чеон Ву не был таким мудаком, он бы не предал Северную армию

Слова Гыма Дан Ёпа задели Ёп Пёна за живое. Прошло уже десять лет, но о Северной армии еще не забыли. Все знали, что Четыре Северных Столпа смогли расшириться на Центральные Равнины в обмен на предательство Северной Армии. Просто в лицо об этом не сказали

Ёп Пён признал, что это была их карма, и что им придется терпеть всю оставшуюся жизнь. Однако ему не нравилось слышать нечто подобное из уст врага

Он кивнул Юлу Гён Чону, который шагнул вперед и направил свой меч на Гыма Дан Ёпа

— Не думай о легкой смерти, панк. Я срежу твою плоть с твоих костей по крупицам

Какое совпадение! Я также не собираюсь убивать тебя легко

Хм! Посмотрим, как долго ты сможешь оставаться такой расслабленным!

Юл Гён Чон и Ёп Пьюнг одновременно бросились на Гым Дан Ёпа. Юл Гён Чон целился в голову Гыма Дан Ёпа, а Ёп Пьюнг кружил за его спиной

Однако Гым Дан Ёп небрежно уклонился и предотвратил их атаку. Затем он улыбнулся им, вынул из нагрудного кармана серебряную флейту и поднес ее ко рту

Юл Гён Чон фыркнул при виде этого зрелища и сказал: «Как смешно. Что ты собираешься делать с этой игрушкой?»

Он применил убийственную технику к Гым Дан Ёпу, но в ответ молодой человек очень спокойно начал играть на своей флейте забытую мелодию

Юл Гён Чон и Ёп Пьюнг замерли, когда музыка заставила их задуматься

Это Звуковое искусство (音功)?

Первыми проявились симптомы шума в ушах. Юл Гён Чон и Ёп Пьюнг начали двоиться в глазах, и сохранять равновесие становилось все труднее и труднее. Хотя оба они были экспертами и быстро защитили свои сердца и разумы своей внутренней энергией, неожиданное нападение все же очень встревожило их

Поскольку о специалистах по звуковому искусству почти никто не слышал на Центральных равнинах, меньше всего они ожидали, что Гым Дан Ёпа окажется редким мастером звукового искусства, способным повлиять на них, просто сыграв несколько нот

Гым Дан Ёп закрыл глаза и погрузился в игру

Несколько воинов поблизости закричали, когда их сердца взорвались, не сумев вовремя защититься от звуковой атаки Гым Дан Ёпа

Когда он увидел, что его подчиненные из Отряд снежной бури падают, Юл Гён Чон окунул свой клинок в Ци меча и замахнулся им на Гым Дан Ёпа, взревев: «Хватит играть, черт возьми!»

Истинный ужас Звукового искусство заключался в его способности запускать неблокируемую атаку на большую группу целей. Поскольку звуковые волны передавались по воздуху, за исключением нескольких жертв, которые были достаточно опытны, чтобы защитить себя с помощью ци, большинство из них были беззащитны перед ней

Если бы Гым Дан Ёопу было позволено бежать на свободе, нанесенный им ущерб неизбежно увеличился бы в геометрической прогрессии. Зная это, Юл Гён-Чон сразу же отказался от поимки Гыма Дан Ёпа и решил убить его как можно быстрее

Он вонзил свой клинок в Гыма Дан Ёпа и подготовил пять видов последующих приемов, думая, что молодой человек заблокирует его атаку флейтой, но этого не произошло

Меч Юла Гён Чона отскочил от невидимой стены, окружавшей Гым Дан Ёпа

Отдача отбросила его на три или четыре шага назад, и, чтобы остановить его движение, его ноги оставили глубокие следы на каменном полу, когда он отступал. Из его рта потекла струйка крови, а глаза дрожали от шока и недоверия. «Это не может быть…Неосязаемый звуковой барьер (無形音膜)?» — пробормотал он.

Только мастер Звукового Искусства мог использовать Неосязаемый Звуковой Барьер. Технически это было похоже на поле самообороны, созданное обычным мастером боевых искусств, но созданное с помощью звука вместо ци, что значительно усложняло его изучение и использование

Ёп Пён был в равной степени поражен мастерством Гым Дан Ёпа в звуковом искусстве. Он абсолютный мастер. Есть ли организации, которые могут нанять таких, как он? Что еще более важно, мы двое ему не ровня. Наш сюзерен Джо Чеон Ву — единственный человек в секте Кулака Тирана, который достоин сразиться с ним

Внезапно его осенила смелая идея. — Ч-что, если… он принадлежал к Безмолвной Ночи?

Как бы он ни думал об этом, Тихая Ночь была единственным местом, где могли обучить такого мастера, и если это правда, то новости о возвращении Тихой Ночи, циркулировавшие по Северной Армии десять лет назад, не были мистификацией. Все просто отвергли это как слух, потому что с тех пор не было никаких новых сообщений об их передвижениях

Нет, возможно, все было наоборот. Никакой информации о «Тихой ночи» получено не было, потому что не было Северной армии, чтобы следить за ними

Тем не менее, после уничтожения всех остальных, Тихая Ночь была единственной возможной организацией, способной спланировать и осуществить Юннанский заговор

Ёп Пён посмотрел на улыбающегося Гым Дан Ёпа, и по его спине пробежали мурашки. Почему-то ученый вид и грациозная улыбка юноши делали его еще более страшным, чем его свирепый друг

— Ты наконец понял, кто мы? Как и ожидалось, мы так долго бездействовали, что практически канули в лету

— Подожди, ты правда из Безмолвной Ночи? Ёп Пён старался сохранять спокойствие, насколько мог, но его дрожащий голос выдавал его истинные чувства. Как бывшего воина Северной Армии, одно упоминание о Безмолвной Ночи сильно беспокоило его

Гым Дан Ёп встретился взглядом с Ёп Пёном и прямо сказал: «Я понимаю, что ты должен чувствовать, как человек, который не принадлежит к поколению, которое напрямую сражалось с Безмолвной Ночью

Те, кто никогда лично не испытывал страха, всегда смеются над страхами других, думая, что им будет лучше. Таким образом, страхи, как правило, уменьшались с течением времени

Точно так же жители Центральных Равнин забыли о страхе перед Безмолвной Ночью. Для них Тихая Ночь была частью истории, а не реальностью

Глаза Гыма Дан Ёпа покраснели, и он прорычал: «На этот раз я позабочусь о том, чтобы вы, ребята, никогда больше этого не забывали»

Он пожертвовал всем, чтобы подготовить эту сцену. Теперь его было не остановить

Он сунул флейту обратно в рот

Возвращение легенд (III)

Была веская причина, по которой Гым Дан Ёп выбрал замкнутое пространство, такое как подземный зал, в качестве поля битвы, поскольку изогнутые стены оптимизировали акустику помещения

Он снова начал играть на флейте

Когда звуковые волны ударялись о стены и отражались от них, они усиливались до такой степени, что больше не звучали как флейта. Все звуки боя в зале быстро заглушились

Аааа! повсюду люди кричали и катались по полу, из их барабанных перепонок текла кровь. Звуковые вибрации также повлияли на глазные яблоки некоторых более слабых воинов, в результате чего они стали красными и в конечном итоге лопнули

В одно мгновение Гым Дан Ёп превратил зал в ужасное море безумия и смерти

Ёп Пьюнг, чьи артерии были раздавлены атакой, кашлял кровью. Его попытка защитить свою сердечно-сосудистую систему с помощью ци потерпела неудачу, поскольку он не принял во внимание звуковые волны, напрямую передаваемые в его мозг через барабанные перепонки

Рядом с ним в похожей ситуации оказался Юл Гён Чон. Он также сопротивлялся, максимально подняв свою ци, но, судя по покраснению его глаз, он также не полностью заблокировал атаку

Вокруг них воины Секты Кулака Тирана падали на землю, как мухи. В отличие от этого, отряд Багровый призрак казался незатронутым, хотя они также были захвачены атакой

Лицо Ёп Пёна побледнело. Как они не пострадали, хотя слышали те же звуки, что и мы? Я не понимаю… Нет, возможна только одна причина. Гым Дан Ёп намного страшнее, чем мы думали изначально

Когда сольный концерт Гыма Дан Ёпа достиг своего апогея, количество павших воинов Секты Кулака Тирана увеличилось в геометрической прогрессии. Звуки, проникающие в их барабанные перепонки, эхом отдавались в их черепах, превращая их мозги в кашу. Это была медленная, мучительная смерть

Гым Дан Ёп бесстрастно посмотрел на ужас, который он выпустил. Умирающие смотрели на него глазами, полными обиды и ненависти Он мог слышать проклятия, которые они не произносили. Это моя карма, подумал он

Он играл на своей флейте с еще большей энергией, чем раньше

Пожалуйста… просто убей меня. — умоляли воины

Воины Секты Кулаков Тирана были не единственными, кого затронула неожиданная звуковая атака Гым Дан Ёпа. Струйка крови стекала по губам Джин Му Вона, когда он поспешно защитил себя Искусством Десяти Тысяч Теней и огляделся. Вокруг него лежали мертвые и умирающие люди

Только теперь Джин Му Вон осознал всю степень угрозы, исходящей от Звукового искусство, особенно если пользователь был решительным мастером, таким как Гым Дан Ёп. Однако у него не было времени на неторопливые размышления. Нам Гун Ви все еще атаковал его в полную силу

Куда ты смотришь? Не отвлекайся!

Бам!

Удары Нам Гун Ви были в несколько раз сильнее и яростнее, чем раньше. Все, что попадалось на пути его пронзающей небо алебарды, было разнесено вдребезги

Тратят ли они свои жизненные силы? И Гым Дан Ёп, и Нам Гун Ви безрассудно сражаются, как будто им нечего терять. Я не знаю, что заставляет их заходить так далеко, но из-за них умирает много людей!

С другой стороны, я уверен, что только что слышал, как они упомянули, что они принадлежат Безмолвной Ночи. Внутри Безмолвной Ночи происходит какой-то внутренний конфликт…?

Лицо Джин Му Вон помрачнело. Был кто-то, кого он никогда не мог забыть в Безмолвной Ночи

Хан Соль…

Сначала это был Хван Чхоль, а теперь Ын Хан Соль. Два человека, к которым он был ближе всего, каким-то образом были замешаны в этом беспорядке, и он не собирался продолжать вот так тащиться, ничего не зная

Он крепче сжал Снежный Цветок, пока не стало видно, как вздулись его вены

В глазах Нам Гун Ви мелькнула паника. Его инстинкты предупреждали его, что что-то в Джин Му Вон изменилось. Он немедленно выжал всю свою энергию, заставив его одежду развеваться

— Давай покончим с этим. — сказал он, бросаясь на Джин Му Вона, как бешеный бык, в то время как его алебарда, пронзающая небо, ослепительно светилась

Сам воздух был подожжен, и взрыв пламени, похожий на дыхание дракона, угрожал поглотить Джин Му Вона. Однако перед лицом жара, который легко обжег легкие, Джин Му Вон и глазом не моргнул

Его взгляд был направлен не на горящую алебарду, пронзающую небо, а на Нам Гун Ви за ней. Когда глаза двух воинов встретились, Джин Му Вон направил Снежный Цветок на Нам Гун Ви и применил пятую стойку Теневого Клинка Разрушения, «Вспышка крови» (閃光血)

Снежный Цветок, который был синхронизирован с волей Джин Му Вона, издал леденящий душу крик, когда сияющая стрела света пронзила Нам Гун Ви со звуком, подобным звуку рвущегося шелка

…… Как будто время остановилось, Нам Гун Ви остановился на полпути, его алебарда, пронзающая небо, все еще была поднята

Затем вдруг на его широко раскрытом лице появилась большая трещина, и его руки невольно задергались в конвульсиях. Он улыбнулся, обнажив окровавленные зубы, и сказал: «Ты действительно Меч… Демон…»

Пронзающая небо алебарда упала на пол и откатилась, и огромное тело Нам Гун Ви последовало ее примеру

Джин Му Вон вытер кровь вокруг рта рукавом, глядя на труп Нам Гун Ви. Он пожертвовал частью своей защиты ци, чтобы быстро победить Нам Гун Ви, и в результате он получил некоторые внутренние повреждения от продолжающейся атаки звуковой волной Гыма Дан Ёпа

Однако сейчас у него не было свободного времени, чтобы лечить свои раны. Ему нужно было остановить безумие Гыма Дан Ёпа

Джин Му Вон крикнул Гым Дан Ёпу: «Стой! Достаточно!»

Однако Гым Дан Ёп, вопреки остановке, приложил еще больше усилий к своей игре

Словно тигриный рык, звук флейты был в десятки сотен раз усилен акустикой подземного зала. Ёп Пьюнг и Юл Гён Чон, которые уже боролись, наконец достигли предела своих возможностей и упали на землю

Кашель!

Через несколько мгновений они были мертвы, и Джин Му Вон остался единственным оставшейся целью Гым Дан Ёпа

Джин Му Вон почувствовал, как его разум на мгновение опустел, когда интенсивные звуковые волны были сфокусированы на нем, заставляя его одежду и волосы развеваться, как сумасшедшие, хотя ветра не было

Он застонал, когда его оттолкнула невидимая сила, оставив две глубокие борозды в земле от упирания его ног. И только тогда в его сознании всплыла давно забытая легенда

Это Серенада Апокалипсиса (天崩滅絶音) Демона Небесного Звука (天空音魔)! Техника звукового искусства, созданная с единственной целью массового уничтожения!

В разгар войны между Северной армией и Безмолвной Ночью на поле боя появился мастер звукового искусства, известный как Демон Небесного Звука. Каждый раз, когда он играл в свою пипу умирали десятки воинов, а за всю войну общее количество отнятых им жизней исчислялось тысячами

Хотя он не был так силен в единоборстве, как Четыре Великих Владыки Демонов, которые были известны как «человеческие бедствия», он был так же известен, как и они, своей способностью доминировать на любом поле битвы и уничтожать пушечное мясо гораздо быстрее и эффективнее. Дела пошли настолько плохо, что Небесная Вершина была вынуждена пожертвовать жизнями бесчисленного количества людей только для того, чтобы поймать его в ловушку, и даже больше, чтобы в конечном итоге убить его

Серенада к Апокалипсису была высшей техникой звукового искусства этого Небесного Звукового Демона. Было сказано, что всякий раз, когда Серенада начинала играть, радиус 300 м вокруг Демона Небесного Звука превращался в землю смерти

Внезапно Гым Дан Ёп перестал играть на флейте и печально посмотрел на труп Нам Гун Ви, бормоча: «Гун Ви…»

Нам Гун Ви был его единственным другом и доверенным лицом, и он не мог не оплакивать его смерть

Через некоторое время Гым Дан Ёп снова посмотрел на Джин Му Вона и сказал: «Джин Му Вон… Я уже слышал это имя раньше, и не раз и не два. Однако до сих пор я просто не мог вспомнить, кто это был. В конце концов, Джин Му Вон, последний лорд Северной армии, как говорят, скончался десять лет назад

Вы потомок Демона Небесного Звука?

Да, и я также нынешний Демон Небесного Звука

Джин Му Вон и Гым Дан Ёп, потомки Северной Армии и Безмолвной Ночи, стояли лицом друг к другу, как и их предки много лет назад. Для большинства фракции, к которым они принадлежали, уже были затеряны в песках времени, но каким-то образом они все еще оказывались в той же ситуации

Как и ожидалось, слухи остаются слухами. Вы знали? Десять лет назад, когда я услышал известие о твоей смерти, все, что я почувствовал, было отчаянием. В конце концов, если кто и помнит, кто мы такие, так это ты, последний наследник Северной армии. Хреново быть забытым, невидимым, как будто меня никогда не существовало. Я был в ужасе от этого чувства, и оно сводило меня с ума

— Поэтому ты сделал всю эту сумасшедшую чушь? Просто потому, что ты хотел, чтобы мир знал о твоем существовании? Потому что ты хотел оставить свой след в истории?

Конечно, нет, мир не так прост. Мои обстоятельства куда более… сложны, чем вы думаете

— Ты говоришь о распрях в Безмолвной Ночи?

— Вау, ты вообще знаешь об этом? Глаза Гым Дан Ёпа расширились от удивления

Четыре великих генерала демонов живы и здоровы?

Хотя были небольшие проблемы, да, они все еще живы и здоровы

Джин Му Вон крепко сжал кулаки, чтобы скрыть волнение, и внутренне вздохнул с облегчением. Уф… Значит, Хан Соль в безопасности

Гым Дан Ёп улыбнулся и сказал: «Вы знаете, наша сегодняшняя встреча здесь — действительно чудесное совпадение. И Безмолвная Ночь, и Северная Армия практически уничтожены, а мы все же собрались в одном месте. Думаю, это часть того, что делает мир таким интересным»

В отличие от Гыма Дан Ёпа, Джин Му Вон не мог заставить себя улыбнуться. Ему было не до смеха. Он пришел сюда, чтобы найти Хван Чхоля, но эскорта средних лет нигде не было видно

Зачем ты похитил торговцев и довел их до бешенства? А где остальные пропавшие люди?

— Отвечая на ваш первый вопрос, это было предупреждение, мастер Джин

Предупреждение?

Да, предупреждение Небесной Вершине

Что в мире…

— Это все, что я могу вам сказать. Остальное узнай сам. Гым Дан Ёп поднес флейту ко рту, чтобы продолжить играть Серенаду Апокалипсису

Чувствуя, что Гым Дан Ёп больше не хочет говорить, Джин Му Вон без колебаний нарисовал Снежный цветок

Оставшиеся багровые призраки прыгнули на него гигантской волной, в то время как Гым Дан Ёп сосредоточил на нем свои звуковые атаки. В то же время Снежный Цветок очертил в воздухе дугу, рванулся вперед и нырнул прямо в драку

Дождь мечей обрушился сверху, когда была выпущена четвертая стойка Теневого Клинка Разрушения, Штормовой Лес (暴雨林)

***

Чеонг-Ин и Квак Мун-Юнг стояли у входа в подземный зал, явно сбитые с толку. К счастью для них, они находились за пределами досягаемости Гыма Дан-Йопа и, следовательно, не пострадали от Серенады Апокалипсиса, иначе они были бы в том же состоянии, что и воины Секты Кулака Тирана.

***

Они были из Безмолвной Ночи?!

Хён-ним был потомком Северной Армии?!

Не одна, а две давно забытые легенды возрождались прямо на глазах и уже вцепились друг другу в глотки

Просто глядя на бой, они могли сказать. Эпоха мира закончилась, и вскоре ее сменила новая эра хаоса и перемен

Дрожащим голосом Чеонг Ин прошептал: «Это начало войны за превосходство?»

Стоит больше, чем жизнь (I)

Тан Ги Мун вздохнул, выпрямляя спину, а Тан Ми Рё протянула ему белое полотенце

Спасибо. Тан Ги Мун взял у нее полотенце и вытер пот с лица. Перед ним лежал труп сумасшедшего. Он осматривал тело всю ночь без отдыха, используя все известные ему методы. В результате труп был покрыт десятками серебряных иголок и обесцвечен различными ядами, которые применялись при вскрытии

— Вы выяснили причину безумия?

— Нет, мне еще предстоит пройти долгий путь. Тем не менее, осталось всего несколько возможностей, поэтому, пока я продолжаю пытаться, я уверен, что рано или поздно докопаюсь до сути

Это хорошие новости. Тан Ми-Рё вздохнула с облегчением

Ты в порядке? Ты выглядишь еще более изможденной, чем я.

— Н-ничего.

Нет, это не так. Пожалуйста, расскажи мне об этом. — настаивал Тан Ги Мун. Он был настолько поглощен своей работой, что понятия не имел, что происходит снаружи

У Тан Ми Рё не осталось иного выбора, кроме как рассказать Тан Ги Мун о трагедии в Юси, случившейся ночью. Пока она описывала инцидент, кровь медленно отливала от лица Тан Ги Муна

Неужели такое действительно произошло в Юйси?

Да!

Это безумие! Как они могли сделать такое прямо посреди Юси? Должно быть, погибло много невинных мирных жителей! — сказал Тан Ги-Мун, грустно качая головой. Хотя в Гангхо жили и мастера боевых искусств, и обычные люди, всегда существовало неявное понимание того, что мастера боевых искусств не будут вовлекать в свои бои мирных жителей

Одна из причин этого заключается в том, что тот, кто причинял вред гражданскому населению, мгновенно заклеймился бы врагом народа, и даже самые крупные секты не могли противостоять объединенным силам остальных муримов. В частности, ортодоксальные секты, в том числе Небесная Вершина, сделают все возможное, чтобы предотвратить открытые конфликты, которые могут повредить их репутации

Как бы то ни было, Секта Кулака Тирана вопиющим образом проигнорировала это неписаное правило и совершила массовый геноцид. Хотя они сделали это только для того, чтобы победить своего врага, который скрывался среди людей, их действия перешли черту

Когда мы вернемся в клан Тан, я объявлю об их преступлении всему миру

Дядя?

Все это время я знала, что Джо Чеон Ву, лидер секты Кулака Тирана, был амбициозен, но я понятия не имела, что он настолько безжалостен. Если вы не остановите его сейчас, кто знает, сколько еще невинных жизней будет принесено в жертву?

Он действительно собирается это предать гласности. Я никогда не видела его таким злым, подумала Тан Ми Рё. Если Тан Ги Мун сделает то, что он сказал, мир скоро погрузится в хаос

Интересно, что он сейчас делает? Внезапно перед ее мысленным взором возникло лицо определенного человека. Мастер Джин…

Джин Му Вон спас ее и ее дядю, когда все остальные бросили их умирать. В отличие от других, которые говорили о справедливости, но всегда делали пустые жесты, он был человеком, который действовал в соответствии со своими убеждениями, когда это имело значение. Сколько людей могли бы сделать это, особенно когда они сами могли бы подвергнуться опасности из-за этого? По крайней мере, Джин Му Вон был первым таким человеком, которого встретила Тан Ми Рё

Одно лишь воспоминание о его лице заставило ее сердце биться чаще

Именно тогда Сон Кён, охранявший их дом, сказал: «Это место запрещено. Пожалуйста, оставьте»

Однако следующее, что она поняла, это то, что Сон Гён, похоже, тихо обсудила что-то с посетителем и позволила ему пройти. Она могла слышать звук приближающихся шагов мужчины, пока, наконец, он не открыл дверь

— Вы Мастер Тан? — спросил посетитель, глядя на Тан Ги Муна. Ему было около тридцати, с аккуратно завязанными волосами, обернутыми белой тканью, и в академической небесно-голубой мантии. Позади него стояла дюжина воинов, вооруженных до зубов и испускающих угрожающие ауры

Тан Ги Мун нахмурился, когда ответил: «Правильно, я Тан Ги Мун. Кто вы?

Ученый улыбнулся и сказал: «Я Дам Джу Ин с Небесной Вершины»

— Вы тот эмиссар, который должен был встретить нас здесь?

Да, я являюсь членом Ассоциации Алого Тумана Небесной Вершины (赤霧黨)

— Ассоциация Алого Тумана?

Возможно, вы никогда не слышали об этом. Мы небольшая группа, и даже на Небесной Вершине о нас мало кто знает. — сказал ученый, но, поскольку Тан Ги Мун все еще был явно сбит с толку, он рассмеялся, вынул письмо из нагрудного кармана и продолжил: «Мастер Кван, главный администратор административного отдела, велел мне передать вам это письмо».

Мастер Кван? Он, должно быть, говорит о Кван Дэ Сыне из административного отдела. Я встречал его несколько раз раньше

Девять Небес не проживали на Небесной Вершине. Они жили в своих сектах и ходили туда только по особым случаям. Таким образом, повседневные дела Небесной Вершине были переданы Административному отделу во главе с главным администратором Кван Дэ Сыном

Тан Ги Мун заметил письмо, которое Дам Джу Ин вручил ему, и заметил печать Кван Дэ Сына вместе с заявлением, удостоверяющим его личность

Хорошо, я доверюсь рекомендации Мастера Квана. — заключил Тан Ги Мун, одобрительно кивнув, и внимательно посмотрел на Дам Джу Ин. На первый взгляд эмиссар казался заурядным ученым, так как он был безоружен и не подавал признаков того, что раньше занимался боевыми искусствами. Тем не менее, Тан Ги Мун не мог избавиться от ощущения, что в этом человеке было что-то странно отталкивающее, хотя и скрывал свое отвращение, поскольку у него не было причин подозревать этого человека

— А теперь, не могли бы вы помочь нам в расследовании? Я уже начал вскрытие трупа одного из сумасшедших, и с вашей помощью мы узнаем причину безумия гораздо раньше, чем если бы я делал это один

Больше нет необходимости продолжать расследование

Хм? Почему?

Мы уже определили причину безумия

Тан Ги Мун удивленно расширил глаза. Когда вы это сделали? Разве вы не прибыли сюда, в Юннань?

На самом деле, мы здесь уже довольно давно, и я прошу прощения за то, что скрыл этот факт от вас, мастер Тан

Что? Зачем вы это сделали? Тан Ги Мун повысил голос, явно расстроенный

Однако Дам Джу Ин остался бесстрастным, когда ответил: «Мне нужен был кто-то, чтобы отвлечь наших врагов, пока мы проводим наше расследование»

Тан Ги Мун и Тан Ми Рё на мгновение моргнули в замешательстве, но вскоре до них дошел истинный смысл заявления Дам Джу Ин

— Значит, вы использовали нас как приманку?

Благодаря вам, мастер Тан, мы, члены Ассоциации Алого Тумана, смогли быстро и незаметно завершить наше расследование. Будьте уверены, что Небесная Вершина щедро вознаградит вас за ваш вклад в наш успех.  — рассмеялся Дам Джу Ин

Однако его веселье поразительно отозвалось эхом в тихой комнате, которая мгновенно погрузилась в тяжелую атмосферу

***

Джин Му Вон выглядел так, будто принял душ в крови. С каждым его шагом все больше трупов падали на землю вокруг него. Он был истощен не физически из-за экстремальных тренировок, а морально

Он задыхался. Ему казалось, что его ноги отягощены душами умерших, цепляющихся за его ноги и отчаянно цепляющихся за них из страха быть утянутыми в подземный мир

Он никогда прежде не был окружен таким количеством смертей, даже десять лет назад. Более того, многие из этих смертей произошли от его рук. Хоть он и понимал, что это было убей или будь убитым, мысль о том, чтобы забрать так много жизней, мучила его

Кровь бесчисленного количества людей теперь запятнала Снежный Цветок, хотя на первый взгляд она казалась безупречной и чистой. Вес всех этих жизней нарастал, как гора, медленно сокрушая его

Ему казалось, что он бредет по глубокому болоту, и все же он не останавливался. Гым Дан Ёп стоял прямо перед ним, все еще играя на флейте с закрытыми глазами, когда он сосредоточился на кульминации своей пьесы и сосредоточил свой звук только на Джин Му Вон

Ноты, которые он играл, теперь были настолько высокими, что их не могли расслышать человеческие уши. Несмотря на это, звук пронзил барабанные перепонки Джин Му Вона, сотрясая его внутренности, несмотря на то, что теневая ци защищала его сердце и уши

Если бы Джин Му Вон был нормальным человеком, его тело уже взорвалось бы от звуковых волн, тем более что он был единственной целью Гым Дан Ёпа. Даже с его силой кровь все еще хлестала из его носа, когда звук сокрушил его защиту. На его коже появилась рябь, а лицо исказилось от боли

Серенада к Апокалипсису не только мощнее, чем я себе представлял, ее мощь в несколько раз усилена акустикой подземного зала. Чем дольше я пробуксовываю, тем невыгоднее мне это будет. Мне нужно снять его как можно быстрее

Как только он принял решение, Джин Му Вон начал действовать. Он убрал левую руку с рукояти Снежного Цветка, удерживая его только правой рукой, затем сконцентрировал свою ци в указательном пальце левой руки и ударил по лезвию Снежного Цветка

Лязг! Лязг! Лязг!

Звук звона лезвия Снежного Цветка мешал музыке Гыма Дан Ёпа, нарушая концентрацию Гыма Дан Ёпа. Почувствовав мгновенное открытие, Джин Му Вон немедленно приблизился к Шагам Текущего Потока

Гым Дан Ёп фыркнул. Неожиданный ход Джин Му Вона застал его врасплох, но этого было недостаточно, чтобы прервать его игру. Он глубоко вздохнул и изо всех сил выдул последнюю ноту Серенады

Звуковая атака на частоте за пределами человеческого слуха поглотила Джин Му Вона, и уверенность Гыма Дан Ёпа возросла. Он ни на мгновение не сомневался, что убьет Джин Му Вона одним этим движением

Однако в тот момент, когда атака поразила его, Джин Му Вон оттолкнулся от земли и подпрыгнул на дюжину метров в воздух, а затем бросился вниз к Гым Дан Ёпу. Падая, он высвободил Теневой Клинок Разрушения, включая такие техники, как Душа Метеора, Разделение Небесных Морей и Штормовой Лес, заполнив зал остаточными изображениями Снежного Цветка

Десятки, нет, сотни мечей обрушились на Гыма Дан Ёпа, который, ошеломленный великолепным зрелищем, забыл, что все еще играет на своей флейте

Значит, это техника владения мечом Северной Армии?

Звук взрывов фейерверков эхом разносился по всему подземному залу, разбрасывая во все стороны пыль и осколки камня. Чон Ин и Квак Мун Юнг, прятавшиеся у входа, поспешно присели, чтобы защитить себя

Когда взрывы стихли, они вдвоем высунули головы в зал, но сквозь облако ничего не разглядели.

— Хён?! Квак Мун Юнг вскрикнул дрожащим голосом, но не осмелился войти в зал

Через несколько минут пыль, наконец, осела, открыв состояние двух мужчин внутри. И Джин Му Вон, и Гым Дан Ёп стояли на одном колене лицом друг к другу

Гым Дан Ёп спросил: «Это был один из лучших приемов Северной армии?»

— Он называется «Теневой клинок разрушения»

Ха-ха! Подумать только, Северная армия успешно держала всех в неведении относительно такого мощного боевого искусства. Удивительно, действительно потрясающе…Внезапно Гым Дан Ёп кашлянул кровью, смешанной с кусочками внутренних органов, затем почти сразу после этого по всему его телу появились резаные раны, пропитавшие его кровью

Напротив, Джин Му Вон выглядел невредимым на поверхности, но Серенада Апокалипсиса все еще звенела в его мозгу и вызывала у него головную боль, как будто его неоднократно били молотком по голове. Его зрение двоилось, легкие с трудом набирали воздух, и тошнота угрожала одолеть его

Тем не менее Джин Му Вон не сводил глаз с Гым Дан Ёпа. Хотя Гым Дан Ёп был потомком Безмолвной Ночи, он не мог заставить себя ненавидеть этого человека. Наоборот, он чувствовал, что может сочувствовать ему, как человеку, который также был забыт миром

Гым Дан Ёп медленно поднял окровавленное лицо и оглянулся на Джин Му Вона, только чтобы увидеть грустное выражение лица молодого человека. Тебе не нужно… печалиться о моей смерти. Я уже достиг своей цели. Семена, которые я посеял… пробудят Безмолвную Ночь ото сна. Вот почему… я ни о чем не жалею

Я знаю. Ты не тот человек, который умрет с сожалением

Ха-ха! Как и ожидалось, вы… Горы Айлао… Долина Смерти… Идите туда… — Голос Гыма Дан Ёпа оборвался, когда жизнь угасла в его глазах

Джин Му Вон молча наблюдал за последним выражением лица Гым Дан Ёпа. Хотя его лицо окровавлено, он кажется умиротворенным. Только почему он такой отчаянный? Что толкнуло его на такие крайности? Что он ценит больше, чем собственную жизнь? У меня все еще есть много вопросов, чтобы задать ему, но он никогда больше не ответит мне

— Ты… — начал Джин Му Вон, но его прервал внезапный ураган

Стоит больше, чем жизнь (II)

Джин Му Вон замер. Его чувства сказали ему, что в тот момент, когда он двинется, его тело будет разорвано таинственной убийственной аурой

Чья это аура?

В тот момент, когда Гым Дан Ёп умер, на него снизошла аура неизвестного человека. Если бы он был в отличной форме, то никогда бы не попался в такую ловушку, но он был измотан, а голова все еще кружилась

Джин Му Вон болезненно оглянулся, но увидел только черную стену. Если бы не его Всеохватывающее Чувство, предупреждающее его о присутствии человека, он бы и не заподозрил, что в темноте что-то скрыто

Он прищурился и сморгнул кровь и пот, затуманившие его зрение. Затем он, наконец, увидел человека в черном плаще, стоящего перед почерневшей стеной. Плащ был слишком большим и обернулся вокруг мужчины, как крылья летучей мыши, трепеща, как живое существо, каждый раз, когда человек дышит, и время от времени обнажая серебристый блеск спрятанного внутри длинного копья

У мужчины были острые черты лица, и хотя его кожа была сильно морщинистой, он не выглядел старым. Скорее, резкие тени, отбрасываемые его морщинами, только, казалось, делали его внешний вид еще более ярким в тусклом свете, когда он печально смотрел на трупы Нам Гун Ви и Гым Дан Ёпа

На мгновение глаза мужчины вспыхнули золотым светом, но свечение быстро погасло

Вероятно, он овладел боевым искусством, которое позволяет ему подавлять свои эмоции. Но… кажется, я смутно припоминаю, что раньше узнавал о человеке в черном плаще с золотыми светящимися глазами? Кто это был… Джин Му Вон был уверен, что никогда раньше не видел этого человека, и все же далекое воспоминание продолжало грызть его в глубине сознания

Нет, сейчас не время думать обо всем этом. Мне нужно восстановить как можно больше сил. Джин Му Вон отбросил сомнения и сосредоточился на Искусстве Десяти Тысяч Теней. Он о многом хотел спросить этого человека, но не мог позволить себе тратить на разговоры свои ограниченные запасы энергии

К счастью, мужчина не был особенно заинтересован в том, чтобы убить его сразу

Внезапно мужчина вздохнул и горестно сказал: «Прошу прощения, Дэн Ёп, я прибыл слишком поздно. Тем не менее, почему вы должны были зайти так далеко? Он легко подошел к трупу Гыма Дан Ёпа, но ветер сильно дул с каждым его шагом

Джин Му Вон сузил глаза. Холодный пот стекал по его спине, волосы вставали дыбом, а в голове постоянно звенели предупреждающие звоночки. Аура человека в черном плаще накрыла подземный зал удушающим давлением, настолько тяжелым, что никто, кроме сильнейших, не мог остаться стоять внутри

Он даже сильнее мастера. В последний раз я встречал такого монстра в крепости Северной Армии. Демон Хаоса Тэ Му Кан и Ведьма Белой Ночи… Подожди, Ведьма Белой Ночи? Четыре Великих Владыки Демонов?

Внезапное откровение осенило Джин Му Вона

Когда темные крылья широко расправятся,

Божественное копье светится светом

Последнее блестящее зрелище,

Перед рассветом бесконечной ночи

Для Безмолвной Ночи этой живой легендой было Божественное Копье, но для Северной Армии он был Дьявольским Копьем

Черный плащ, похожий на крылья летучей мыши, и серебряное копье… Он Чернокрылое Божественное Копье (黑翼神槍)!

Джин Му Вон прикусил губу до крови. Если он был прав, то его положение не могло стать еще хуже. Даже если ему удастся восстановить часть своей энергии с помощью Искусства Десяти Тысяч Теней, он не сможет сразиться с Чернокрылым Божественным Копьем после битвы с Нам Гун Ви и Гым Дан Ёпом

Чернокрылое Божественное Копье баюкало Гыма Дан Ёпа на руках. Дан-Йоп, ты всегда был нашим золотым ребенком. Все лелеяли тебя и с нетерпением ждали твоего будущего, но ты пошел и пожертвовал собой, чтобы заставить нас выйти из укрытия

Джин Му Вон почувствовал, как его кровь стынет в жилах. Он искренне скорбит о смерти Гым Дан Ёпа. Я ясно слышу его печаль… и его ярость

Чернокрылое Божественное Копье поднялось со своего места, неся тело Гыма Дан Ёпа на руках, и направило свой взгляд на Джин Му Вона.  Джин Му Вон, маленький тигр Северной армии. — прорычал он, показывая молодому человеку свое убийственное намерение

Ты меня знаешь?

Как я могу не знать тебя? Северная Армия — враг нашей Безмолвной Ночи

Я понимаю. Ну, я полагаю, этого следовало ожидать. Я уже давно знаю, что Тихая Ночь все это время просто держалась в тени

Да, но теперь, со смертью Дан Ёп, Безмолвная Ночь пробудится от своего долгого сна и снова погрузит мир в хаос.  — заявил Чернокрылое Божественное Копье, его глаза снова загорелись золотым сиянием.

Джин Му Вон встретился с горящим взглядом старика. Ему казалось, что его глаза горят, но он не отвернулся

Дан Ёп был очень любимым ребенком, и все, кто заботился о нем, сделают все возможное, чтобы исполнить его предсмертное желание. В течение многих лет этот ребенок часто умолял нас покинуть наше тесное убежище и отправиться в большой мир, но в своем унынии и отчаянии мы игнорировали его крики. В конце концов, ради своего желания дать нам сигнал к пробуждению, он собрал немногочисленных товарищей, которые разделяли его убеждения, и пожертвовал всеми

Другими словами, Тихая Ночь снова станет активной, верно?

С нетерпением жду этого. Чернокрылое Божественное Копье посмотрело на темный потолок, освещенный фосфоресцирующими жемчужинами, словно это было звездное ночное небо. Гым Дан Ёп был звездой надежды Безмолвной Ночи, но его тусклый свет теперь погас, и как существа, живущие во тьме, они были вынуждены искать свою звезду

За пределами зала Чеонг Ин, который подслушивал разговор Джин Му Вона и Чернокрылого Божественного Копья, вздрогнул. Блин, Тихая Ночь возвращается к жизни? Нет, насколько я могу знать, они никогда не погибали

Хотя Чеонг Ин был слишком молод, чтобы непосредственно испытать ужас вторжения Безмолвной Ночи, как опытный агент под прикрытием, он был посвящен в секретную информацию о Безмолвной Ночи и понимал их грозную силу намного лучше, чем большинство. Он изо всех сил старался сохранять спокойствие, но его тело просто не переставало дрожать, инстинктивно распознавая и реагируя на опасное существо, которое было Чернокрылым Божественным Копьем

Рядом с ним разум Квака Мун Юнга стал совершенно пустым. Его мозг, не сумев преодолеть грозную ауру Чернокрылого Божественного Копья, решил отключить все связи с внешними раздражителями, чтобы защитить себя

Кровь потекла изо рта Джин Му Вона. Хотя он восстановил большую часть своей ци, этого все же было недостаточно, чтобы полностью защитить себя от прямого воздействия смертоносной ауры Чернокрылого Божественного Копья. Он знал, что находится в очень невыгодном положении, но стиснул зубы и держался. Это было не время и не место для проявления слабости, и он не мог рисковать, отвлекаясь от восстановления своей энергии

Он мог только попытаться тянуть время, спросив: «Почему Безмолвная Ночь бездействовала все это время? Это было из-за распрей?»

Распри? Если бы все было так просто. Не все можно четко определить как черное или белое

На лбу Джин Му Вона появился порез, даже когда он в замешательстве нахмурился. Как и в случае с Гым Дан Ёпом, ни одно из слов Чернокрылого Божественного Копья не имело смысла без контекста. Тем не менее, в этих загадках была скрыта правда, которую Джин Му Вон не мог воспринимать легкомысленно

Золотой блеск в глазах Чернокрылого Божественного Копья усилился, когда он усилил давление на Джин Му Вона

Джин Му Вон стиснул зубы еще сильнее и крепче сжал Снежный Цветок

Чернокрылое Божественное Копье посмотрело на Джин Му Вона и продолжило: «Я мог бы убить тебя прямо сейчас, но я не буду этого делать. Мне нужно, чтобы ты своими глазами увидел, как Центральные Равнины расплачиваются за свои грехи

Тудум!

Сердце Джин Му Вона екнуло, его вены были на грани разрыва, а глаза налились кровью. Каждое слово, исходившее из уст Чернокрылого Божественного Копья, было наполнено его твердой верой и силой, как если бы он читал пророчество. Не пощадили даже трупы Гыма Дан Ёпа и отряда Багровых Призраков, на телах появилось множество новых ран

Как только Джин Му Вон подумал, что его выносливость достигла своего предела, что-то внезапно изменилось внутри него. Без его сознательного участия сгусток Теневой Ци размером с ноготь большого пальца собрался в его Центре Ци, затем растворился в его кровотоке и распространился по всему его телу, как вода, пропитавшая кусок ваты

Чтобы восстановить и оживить его израненное и истощенное тело, Ци Тени действовала сама по себе и начала поглощать энергию из его окружения, в частности, внутреннюю Ци, которая когда-то принадлежала мертвым воинам, но рассеялась после их смерти

Интересно, что, несмотря на то, что Теневая Ци провернула что-то столь радикальное, Чернокрылое Божественное Копье совершенно не осознавало того, что происходило прямо перед его глазами. Это было следствием одного из уникальных свойств теневой ци: быть полностью незаметным для тех, кто использовал обычную ци, независимо от их мастерства в боевых искусствах

Однако поглощенная ци имела побочные эффекты. Ненависть и убийственные намерения мертвых воинов испортили их ци и повлияли на Джин Му Вона, угрожая пробудить его склонность к насилию. Даже Снежный Цветок был затронут, крича из своих ножен и излучая проклятую энергию

Услышав крики Снежного Цветка, Чернокрылое Божественное Копье, наконец, узнало о необычном явлении вокруг Джин Му Вона. Этот паршивец… Я участвовал в войне между Безмолвной Ночью и Северной Армией от начала до конца, и мало кто лучше меня разбирается в боевых искусствах Северной Армии. Однако я никогда не видел такого странного боевого искусства… Что? это проклятая энергия? Даже мое божественное копье жаждет этого!

Драгоценное оружие Чернокрылого Божественного Копья закричало в ответ на энергию Снежного Цветка. Это могло означать только одно. Джин Му Вон не был противником, которого ему следовало недооценивать

Его смертоносная аура запылала в предвкушении. Это человек, который убил нашего очаровательного ребенка Гым Дан Ёпа. Я должен просто убить его сейчас, прежде чем он станет большей угрозой. В его нынешнем состоянии прикончить его проще простого… Нет, Дан Ёп бы этого не хотел. Чернокрылое Божественное Копье покачало головой и развеяло мысли об убийстве Джин Му Вона

Тем не менее, Снежный Цветок заметил рост его ауры и в ответ усилил ее проклятую энергию, как вулкан перед извержением. Напряжение в подземном зале усилилось

За пределами зала Чеонг Ин понял, что этим он достиг своего предела. Он схватил Квака Мун Юнга и сразу же побежал к выходу. Конечно, ему было очень любопытно узнать больше о двух людях в холле, но ради этого не стоило рисковать жизнью

Несмотря на то, что они почувствовали побег этих двоих, Джин Му Вон и Чернокрылое Божественное Копье проигнорировали их и продолжали сражаться друг с другом, пока внезапно Чернокрылое Божественное Копье не сказало: «Я мог бы убить тебя прямо сейчас, но Дан Ёп не стал бы этого делать. Я этому не рад, поэтому я не буду этого делать. Тем не менее, моя гордость не позволяет мне позволить тебе покинуть это место целым и невредимым»

Он поднял руку из-под черного плаща, обнажив большое серебряное копье с выгравированным изображением призрака, высунувшего свой длинный язык, и метнул его в Джин Му Вона, как дротик

Вместе с его броском из копья вырвалась дюжина лучей света

Джин Му Вон стиснул зубы и изо всех сил замахнулся Снежным Цветком

Буря пронеслась по подземному залу

Стоит больше, чем жизнь (III)

С оглушительным грохотом Зал Чистого Неба, самый большой павильон в поместье семьи Бэк, рухнул, подняв огромное облако пыли

Чон Ин закричал, едва избежав того, что его раздавило падающими обломками. Выход из секретного прохода находился под Залом Чистого Неба, и если сам pал рухнул, это могло означать только то, что подземное пространство под ним также рухнуло

Глаза Чеонг Ина расширились от ужаса. Если бы он отложил бегство еще на мгновение, он был бы мертв

— Подожди, а что насчет того парня? — пробормотал он, задаваясь вопросом, выжил ли Джин Му Вон, сражавшийся с Чернокрылым Божественным Копьем

Это был не обычный бой. Это было столкновение между Безмолвной Ночью и Северной армией и сигналом, предвещавшим возрождение обеих легенд. Более того, как ни крути, а теперь его свяжут с Джин Му Воном и втянут в кашу

Чеонг Ин вздрогнул, и его сердце упало. Вся информация, которую я собирал раньше, теперь бесполезна. Мне нужно будет начать с нуля. Черт, это жестко. Я не могу сделать это один

Внезапно обломки Зала Чистого Неба сотряслись. Чеонг Ин поднял руки в защиту и собрал столько ци, сколько смог

Из-под обломков высунулась рука, а за ней мужчина, покрытый пылью с головы до ног. Это был Джин Му Вон

Ты жив! — воскликнул Чеонг Ин

Впервые Джин Му Вон выглядел жалко. Пыль и грязь попали в его открытые раны, а его красновато-коричневый костюм для боевых искусств был разорван в лохмотья

Со стоном Джин Му Вон упал на одно колено. В его боку была дыра размером с монету, как будто в его тело проткнули вращающееся сверло. Он поспешно надавил на рану, чтобы остановить кровотечение, но безрезультатно

Чеонг Ин немедленно бросился к нему и спросил: «Эй, ты в порядке?»

— Нет, не я. — прорычал Джин Му Вон, дрожащими руками доставая из нагрудного кармана деревянную коробку. Хотя легкое движение открыло его раны и усилило кровотечение, это был его последний шанс выжить. Коробка была прощальным подарком, который он получил от Тан Ги Муна, когда они разошлись возле секты Кулака Тирана, и содержала Красный Серебряный Эликсир (紅銀 神丹)

Джин Му Вон проглотил красный серебряный эликсир и начал медитировать, а Чеонг Ин наблюдал за ним со смешанными чувствами

Подумать только, что этот человек был наследником Северной Армии все это время…Раньше я списывал его со счетов как очередного странника или отшельника, который не имеет большого влияния на Гангхо, несмотря на его нелепые боевые искусства. Но если он преемник Северной армии, это все меняет

В банде все еще много людей, которые поддерживают Северную армию, и если они начнут собираться вокруг Джин Му Вона… Нет, Небесная Вершина никогда этого не допустит. Как только его существование станет для них угрозой, они устранят его

Мысли Чеонг Ина закружились. Он уже мог видеть, как Джин Му Вон меняет статус банды. Он надолго задумался, но в конце концов пришел к выводу

Что бы ни случилось в будущем, мы должны сначала скрыть тот факт, что этот человек — последний наследник Северной армии. Воскрешения Безмолвной Ночи уже достаточно, чтобы посеять массовое замешательство, и добавление Джин Му Вон в эту смесь было бы подливанием масла в огонь

Мне придется придумать для него фальшивое прошлое. Я не смогу вечно дурачить Небесную Вершину, но пока этого должно хватить. Кроме того, если я смогу заручиться поддержкой Черной Луны, изменить его биографию будет несложно, но мне придется придумать веский предлог, чтобы убедить их… Нет, пока я говорю им правду о том, что Джин Му Вон вызывает больше хаоса в Гангхо, они мне обязательно помогут

Сердце Чеонг Ина забилось быстрее, когда он бросил на Джин Му Вона сложный взгляд, полный волнения и беспокойства. Мечник с севера…Северный клинок, ты будешь предвестником неспокойных времен или светильником, освещающим мир?

***

Ветры дули из Юнаннь, неся с собой невероятные слухи: Тихая Ночь вернулась. Последние признаки их активности были десять лет назад, когда они ненадолго появились в крепости Северной Армии, но казалось, что на этот раз они здесь надолго

Содержание слуха говорило о большом количестве жертв, вызванных битвой между Безмолвной Ночью и сектой Тиранического Кулака, превратившей Юйси в город смерти. Этот слух, происхождение которого было неизвестно, быстро распространился по Центральным равнинам, как лесной пожар, повергнув в панику

Впервые за многие десятилетия калечащий страх, охвативший массы в давние времена, вновь вспыхнул, и Небесная Вершина пришла в состояние повышенной готовности

Тем временем также распространились истории о молодом фехтовальщике с севера, который появился в окрестностях секты Конгтонг, недалеко от границы между Ганьсу и Сычуань, и одолел первоклассных учеников Конгтонга, а также их первого старшего брата Му Джина. После этого он отправился на юг, в Юнаннь, по пути спас воинов клана Тан от отряда багровых призраков, а затем сыграл важную роль в битве при Юйси

Его техника владения мечом была не похожа ни на что, что мир когда-либо видел прежде, а его сила не имела себе равных среди его сверстников. Помимо того, что его звали Джин Му Вон и что он был родом с Севера, все в его прошлом было окутано тайной

Таким образом, люди стали называть его «Северным клинком» (北劍)

Однако не все соглашались с тем, что Северный Клинок превосходил или был равен Семи Младшим Небесам, лучшим молодым воинам в Гангхо. За всеми Семью Младшими Небесами стояли могущественные секты и кланы, а это означало, что они не только хорошо владели боевыми искусствами, но и обладали значительным политическим влиянием. Несправедливо сравнивать Северного Клинка, одинокого странника, с такими привилегированными людьми

Тем не менее, большинство людей признали, что Северный Клинок определенно входит в число лучших молодых мастеров боевых искусств в Муриме, и стали больше говорить о нем, тем более что он принимал участие в битве с воскресшей Безмолвной Ночью

Большинству неизвестно, откуда взялись слухи, что некий шпион Черной Луны по имени Чеонг Ин использовал ресурсы Черной Луны, чтобы путешествовать по Центральным равнинам и объявить миру о существовании Джин Му Вона, запечатлев молодого человека в анналы муримской истории

Этот молодой человек, однако, был больше озабочен другими проблемами, такими как его пропавший дядя Хван Чхоль

Через несколько дней после битвы при Юйси Джин Му Вон осмотрел свои раны. После приема красного серебряного эликсира Тан Ги Муна его внутренние травмы почти полностью зажили. Кроме того, эликсир также усилил его ци и повысил сопротивляемость ядам. Что касается его внешних повреждений, то они хоть и не зажили полностью, но перестали кровоточить и покрылись коркой. В его нынешнем состоянии путешествия должны быть возможны

Внезапно Квак Мун Юнг открыл дверь и вошел, держа в руках рваный комплект красновато-коричневой одежды.  Я закончил шить, Хён.  — сказал он, разворачивая пошитую одежду и показывая ее Джин Му Вон

Вышивка была некачественной, а остатки исходной ткани составляли менее половины окончательно заштопанной мантии, остальное составляли заплатки. Хотя Квак Мун Юнг изо всех сил старался пошить сильно поврежденную одежду, он явно не был портным

Это мысль, которая рассчитывает. Впечатленный, Джин Му Вон взял одежду у мальчика, без колебаний надел ее и сказал: «Я действительно счастлив называть тебя своим младшим братом. Спасибо»

Квак Мун Юнг хихикнул. Поскольку Джин Му Вон ранее сказал ему, что его одежда была подарком от Хван Чоля, он взял на себя инициативу пошить одежду, даже если ему пришлось тянуть всю ночь

Джин Му Вон посмотрел на Квака Мун Юна. За несколько дней подросток заметно повзрослел. Его глаза казались более задумчивыми, а лицо наполнялось решимостью. Хотя жестокость Секты Кулака Тирана и Безмолвной Ночи потрясла его до глубины души, она также непреднамеренно помогла ему задуматься о себе и своих мотивах

Помимо его умственного роста, боевые искусства Квака Мун Юнга также заметно улучшились. Беспомощность мальчика, когда он стал свидетелем жестокости Юйси, подтолкнула его к яростным тренировкам в течение последних нескольких дней, кульминацией которых стал значительный прорыв

Джин Му Вон с радостью принял сдачу Квака Мун Юна. Он никак не мог обвинить мальчика в том, что он искренне следует выбранному им пути

Он привязал Снежный Цветок к поясу и вышел из таверны Мир, где жил с Кваком Мун Джуном с тех пор, как они впервые вошли в Юйси. Многие дома и постройки были разрушены или сожжены во время резни, но, к счастью, гостиница была одной из немногих, которые уцелели

Выходя из здания, он повернулся к странному старику, подметавшему двор, и сказал: «Спасибо»

Я тебя знаю?

Вместо ответа Джин Му Вон просто понимающе улыбнулся

Лицо старика мгновенно помрачнело. «Ах, я сойду с ума. Как вы узнали? Моя маскировка идеальна!»

Как оказалось, старик на самом деле был переодетым Чеонг Ином

У Квака Мун Юна отвисла челюсть. Как, черт возьми, Хён узнает его сразу каждый раз? Никак не могу привыкнуть к его постоянно меняющейся внешности!

Напротив него Чеонг Ин был не менее смущен. Я проверял свою маскировку на бесчисленном количестве людей, включая мастеров боевых искусств, но меня еще ни разу не обнаружили! Как, черт возьми, Джин Му Вон сразу видит мою идеальную маскировку?

Внезапно большая шумная группа мастеров боевых искусств высадилась из пяти повозок и вошла в гостиницу. Джин Му Вон и Квак Мун Юнг из любопытства взглянули на них и поняли, что знают этих людей

Точно так же их заметили и воины. Какое совпадение! Ребята, вы тоже остаетесь здесь? Рад снова тебя видеть, ха-ха! - сказал один из них

Я тоже рад вас видеть, коммандер Юн.  — сказал Джин Му Вон, а затем поприветствовал остальную часть группы, которая состояла из Железной бригады во главе с Юн Му Соном и Ассоциации торговцев Белого Дракона во главе с Гонг Джин Соном. и Юн Со Ин

В отличие от своего неистового лидера, Джонри Му Хван и другие члены Железной Бригады были явно недовольны тем, что столкнулись с Джин Му Воном, хотя они все же угрюмо ответили на приветствие молодого человека, как будто их заставили

Я много слышал о вас и ваших достижениях за последние пару дней. Вы ушли и действительно сделали себе имя!

О чем ты говоришь?

— Подожди, разве ты не знал? Все говорят о тебе, новой звезде Гангхо. Они называют тебя «Северный клинок (北劍)», серьезно, Северный клинок!»

Джин Му Вон медленно повернулся и посмотрел на Чеонг Ина, который поспешно избегал его взгляда и делал вид, что подметает двор

Почему так много опавших листьев? Этому нет конца. О боже!

Увидев неудачную попытку Чеонг Ина скрыть свою вину, Квак Мун Юнг зажал рот рукой, чтобы скрыть смех

— В любом случае, я рад, что встретил тебя

Вы получили информацию, которую хотели, от секты Кулака Тирана?

Юн Му Сун покачал головой, отвечая: «Даже не упоминай об этой дыре. Эти ублюдки буквально выгнали нас оттуда»

Что случилось?

Как раз когда мы собирались завершить наше соглашение с сектой Тиранического Кулака, внезапно ворвалась группа воинов с Небесной Вершины и обвинила их в резне в Юйси. Благодаря этому я сомневаюсь, что Секта Кулака Тирана какое-то время будет открыта для посторонних

Ну, даже если бы Небесная Вершина не появилась, публика уже потеряла веру в Секту Кулака Тирана. Улики против них обнаруживаются одно за другим, и со смертью Ёп Пьюна, ответственного за отправку Юйси, у секты Кулака Тирана не осталось козла отпущения, на которого можно было бы свалить вину

Тем не менее, несмотря на то, что напряженность между Небесной Вершиной и Сектой Кулака Тирана, похоже, достигла апогея, я не думаю, что они на самом деле дойдут до драки. Между ними определенно существует огромный разрыв, который не будет преодолен в течение очень долгого времени. Какая головная боль

Джин Му Вон сузил глаза. Судя по этому, семена, которые посеял Гым Дан Ёп, уже начинают прорастать. Этот всемирный хаос — это то, что вы считаете более ценным, чем собственная жизнь?

Стоит больше, чем жизнь (IV)

Джин Му Вон и Квак Мун Юнг вышли из таверны, воины Железной Бригады следовали за ними

Всякий раз, когда Джин Му Вон оборачивался, чтобы посмотреть на Железную бригаду, Юн Му Сун избегал его взгляда и безобидно насвистывал. Однако, как только он возобновил ходьбу, Юн Му Сун продолжил следовать за ним

В конце концов, к радости Ён Му Сона, Джин Му Вон сдался, вздохнул и спросил: «Как долго ты собираешься следовать за мной?»

Хм? Мне? Нет, я просто иду тем же путем, что и ты

Тогда, пожалуйста, продолжайте. Я не хочу преграждать тебе путь

Нет! Я лучше пойду за тобой… Кроме того, тебе не нужен кто-то, кто будет прикрывать твою спину?

……Лица Че Як Рана и Джонри Му Хвана тут же покраснели от смущения из-за неприкрытой лжи Ён Му Суна, в то время как другие члены Железной бригады разразились смехом

В конце концов Джонри Му Хван выступил вперед и сказал: «Извините за нашу грубость, мастер Джин. Я знаю, что это бесстыдно с нашей стороны, но ты единственный, на кого мы можем рассчитывать прямо сейчас

Что ты имеешь в виду?

Чонри Му Хван глубоко вздохнул и посмотрел на Джин Му Вона со смешанными чувствами, прежде чем продолжить: «Мастер Джин, не могли бы вы поделиться с нами имеющейся у вас информацией?»

Поскольку Секта Кулака Тирана оказалась под давлением Небесной Вершины, переговоры между ними и Железной Бригадой быстро развалились. Для Железной Бригады, возлагавшей свои надежды на секту Кулака Тирана, это было как гром среди ясного неба. Время, которое они там провели, было потрачено впустую

Кроме того, за последние несколько дней они не получили никакой новой информации. С другой стороны, Джин Му Вон добился гораздо более значительного прогресса в расследовании и даже боролся с Безмолвной Ночью, виновниками дел о пропавших без вести. Таким образом, Джонри Му Хван полагал, что если у кого-то есть подсказки о местонахождении пропавших без вести, так это Джин Му Вон

К сожалению, Джин Му Вон был не тем, кого они могли бы запугать или заставить говорить. Хотя Джин Му Вон вел себя как наивный мальчишка, когда спас членов клана Тан, за которыми охотилась Безмолвная ночь, он был достаточно способным, чтобы ни одно из дел, в которые он сунул свой нос, не закончилось плохо

Сохранять спокойствие и извлекать максимальную пользу из плохой ситуации — это не то, что может сделать ребенок. Нравится мне это или нет, Джин Му Вон — удивительный воин, который может добиться даже более желанных результатов, чем я, стратег. Как бы я его не ненавидел, у меня нет другого выбора, кроме как признать его компетентность как мастера боевых искусств. Вот почему, как бы это меня ни раздражало и как бы ни ранило мою гордость, я все равно лучше получу его помощь, чтобы завершить свою миссию, чем провалю ее

Кроме того, люди никогда не обращают внимания на детали миссии, только на конечный результат. «Пока мы находим и спасаем этих пропавших без вести, статус и репутация Железной бригады будут расти как на дрожжах» — рассуждал Джонгри Му Хван

Ошеломленный внезапной просьбой Джонри Му Хвана, Джин Му Вон уставился на него, пытаясь прочесть его мысли через окошко его глаз, но стратег избегал встречаться с ним взглядом. Он повернулся к другим членам Железной Бригады, но результат был таким же. Только Юн Му Сун отреагировал иначе

Не лучше ли, чтобы над этим работало больше людей? Давайте не будем так жестоки друг к другу. Если вы поможете нам, Железная Бригада будет перед вами в огромном долгу.  — рассмеялся Ён Му Сун, положив руку на плечо Джин Му Вон, как будто они были друзьями

Увидев паршивый и отчаянный поступок Ён Му Суна, Квак Мун Юнг расхохотался

Он прав, я выиграю, если Железная бригада в долгу передо мной.  — подумал Джин Му Вон. Мне они не очень нравятся, но пока я являюсь частью банды, мне может когда-нибудь понадобиться их помощь. Как говорится, вечных врагов и союзников не бывает

Джин Му Вон кивнул и сказал: «Хорошо, мы будем искать пропавших вместе»

Действительно? Хе-хе! Это блестящая идея! Ён Му Сун ухмыльнулся и хлопнул Джин Му Вона по плечу

Джонри Му Хван вздохнул с облегчением. Теперь они могли открыто и бесстыдно следовать примеру Джин Му Вон

— Куда ты вообще направляешься? — спросил Юн Му Сун

Я иду в горы Айлао

Горы Айлао? — удивленно воскликнули Юн Му Сун и воины Железной бригады

Горы Айлао были горным хребтом, расположенным недалеко от Юйси. Горные вершины пронзали облака, а скалы были отвесны и круты. На склонах усеивали колоссальные деревья возрастом более ста лет, а ядовитые змеи и свирепые хищники называли его своим домом. Это был великолепный горный массив, протянувшийся более чем на триста миль

Однако он также был известен тем, что его было так трудно пройти, что многие люди, прожившие в Юйси всю свою жизнь, никогда не приближались к горам Айлао. Тем не менее, у Джин Му Вон не было выбора. Долина Смерти в горах Айлао была единственной подсказкой, которую он получил от Гым Дан Ёпа перед смертью, и ему пришлось рискнуть, даже если это окажется ловушкой. Тем не менее, с дополнительными силами Железной Бригады найти Долину Смерти в этих пиках должно быть намного проще и безопаснее

Подтвердив место назначения, Юн Му Сун дал двух лошадей Джин Му Вону и Кваку Мун Юнгу. Часы тикали, и чем быстрее они находили пропавших без вести, тем больше шансов, что они живы

Через полдня группа прибыла в горы Айлао. Теперь, когда они были здесь, горы казались еще более непреодолимыми, чем сказки

Джин Му Вон сказал Йонг Му Сону: «Давайте разделимся на небольшие группы и будем искать Долину Смерти. Постарайтесь не передвигаться в одиночку, так как это может быть опасно»

Понятно

Юн Му Сун повернулся к воинам Железной бригады и закричал: «Слышали, мальчики? Разделитесь на пары и ищите Долину Смерти. Если найдешь, свистни, чтобы подать сигнал остальным»

Давай! — ответили воины, прежде чем разбежаться в разные стороны

Джин Му Вон стал партнером Квака Мун Юнга и тоже собирался уйти, когда Че Як Ран, заместитель командира Железной бригады, попросил присоединиться к ним

— У меня такое чувство, что ты будешь первым, кто найдет Долину Смерти. Вы не возражаете, если я присоединюсь к вам?

— Нет, меня все устраивает

Спасибо. Клянусь, что я не стану тебе обузой

После этого Че Як Ран присоединился к отряду Джин Му Вона и обыскал горы Айлао. Однако, куда бы они ни пошли, они никогда не встречали ни охотников, ни лесорубов

Че Як Ран покачала головой, говоря: «Горы кажутся привидениями. Неудивительно, что никто не приходит сюда собирать ресурсы»

Если бы даже она, мастер боевых искусств, испытала это, то нормальным людям стало бы только хуже

Квак Мун Юнг потер мурашки по коже рук и согласился, добавив: «Да, это жуткое место. Если какие-то бандиты решат построить здесь свою базу, я уверен, что даже правительство ничего не сможет с ними поделать»

Все горы излучали разные виды энергии. У кого-то была энергия Ян, у кого-то энергия Инь. Одни были залиты водной стихией, другие были охвачены ветром. В зависимости от типа и силы энергии люди могут чувствовать себя либо бодро, либо некомфортно

В частности, энергия Инь преобладала в горах Айлао, что делало их местом, где собирались и процветали люди, привлеченные такими энергиями, такие как бандиты и преступники

Вы знаете, мастер Джин — очень уникальный человек

Действительно?

Иногда он действительно упрямый и душный, но иногда он сходит с ума и делает немыслимые вещи. Мы не часто видим человека с этими двумя противоположными качествами

Квак Мун Юнг согласно кивнул. Наблюдение Че Як Ран было точным. Джин Му Вон был человеком, который был добрым и великодушным к тем, кто был в его ближайшем окружении, но холодно относился к незнакомцам и держал их на расстоянии. Хотя он был вежлив со всеми, было до боли ясно, что он проводил черту между людьми, которых знал, и теми, кого не знал

Вероятно, скоро ты станешь знаменитым, мастер Джин. Однако чем больше человек выделяется, тем больше он должен научиться опускать голову и идти на уступки. В сегодняшней банде нет места упрямому индивидуалисту. Я знаю, что вы не одобряете манеры Джонри Му Хвана, но это факт, что мы выжили так долго благодаря ему. Вот почему я надеюсь, что ты сможешь смотреть сквозь поверхность и поладишь с ним. — предложил Че Як Ран. Она решила присоединиться к группе Джин Му Вона только для того, чтобы передать ему это сообщение, но она не собиралась заставлять его принять ее взгляд на мир. То, что он хотел сделать, зависело от Джин Му Вона

Спасибо за ваш искренний совет, я буду иметь в виду ваши слова. — ответил Джин Му Вон

Че Як Ран выдохнула. Уф, я рад, что он человек, который прислушивается к разуму. Если такой могущественный мастер боевых искусств, как он, стоит на своем, то он представляет опасность не только для себя, но и для всех окружающих

Внезапно Джин Му Вон прекратил случайные поиски и направился прямиком к глубокому каньону с гладкими отвесными скалами, как будто кто-то срезал его лезвием

Он что-то нашел? Че Як Ран старательно следовал за Джин Му Вона

Когда они вошли в каньон, группу окружил настолько густой туман, что едва можно было разглядеть что-то на дюйм впереди, и воздух наполнился призрачной атмосферой

— Думаю, мы нашли Долину Смерти. — сказал Джин Му Вон

Глаза Че Як Ран расширились от шока. Она знала, что Джин Му Вон обладал хорошей интуицией, но он нашел Долину Смерти так легко, что это было жутко. Однако она быстро пришла в себя и свистом подала сигнал остальным членам Железной Бригады

Ее свист эхом разносился по скалам и передавался на большое расстояние к ушам ищущих воинов, которые быстро направились туда, где она находилась. Юн Му Сун, первый появившийся человек, спросил: «Ты нашел это?»

Джин Му Вон ответил: «Ощущение смерти здесь очень сильное. Это должно быть так»

Действительно? Тогда давайте сразу внутрь. Вы не возражаете взять на себя инициативу? Как и Че Як Ран, Ён Му Сон ни на мгновение не сомневался в суждениях Джин Му Вона

Джин Му Вон кивнул, затем вошел в Долину Смерти и без колебаний повел группу сквозь сгущающийся туман и ухудшающуюся видимость, его Всеохватывающее Знание помогло ему определить путь вперед

Что за аура смерти? Горы Айлао могут быть известны своей плотной энергией Инь, но это слишком экстремально. Чувствуя влажный воздух, прилипший к его коже, и все более угнетающее чувство, давящее на его сердце, выражение лица Ён Му Сона ожесточилось. Он отправил телепатическое сообщение членам Железной Бригады, чтобы они оставались в состоянии повышенной готовности, и положил руку на Дао из Чешуи Дракона, готовый вытащить ее в любой момент.

Внезапно Джин Му Вон остановился как вкопанный

В чем дело? — спросил Юн Му Сун

Джин Му Вон указал на туман впереди них и ответил: «Туман там необычайно плотный, до такой степени, что он ощутим»

Ты прав, это как стена из тумана

— Я думаю, это часть формации

Формирование…? — пробормотал Ён Му-Сун, а затем тут же вызвал Джонри Му Хвана, главного эксперта по формациям в Железной бригаде. Можете ли вы сказать, что это за формация? он спросил

Я думаю, что это комбинация формации иллюзии и формации лабиринта. Мне нужно время, чтобы сломать его, поэтому, пожалуйста, отойдите и подождите немного

Хорошо!

Джин Му Вон и Ён Му Сун сделали, как просил Джонри Му Хван, и Джонри Му Хван вышел вперед, чтобы взять на себя инициативу. Пока все смотрели на него, затаив дыхание, он положил руку на стену тумана, закрыл глаза и что-то пробормотал себе под нос, анализируя формацию

Через час Джонри Му Хван наконец открыл глаза и заключил: «Это комбинация формации бесчисленного множества дезориентаций (萬狀迷路陣) и формации зеркальных иллюзий (銅鏡幻影陣)»

— Ты можешь сломать его?

Я так думаю. Командир и мастер Цзинь, пожалуйста, встаньте в позиции Цянь (север) и Кань (восток) соответственно и приготовьтесь нанести удар по строю, используя всю свою ци. Что касается остальных из вас…

Джонри Му Хван раздавал приказы, распределяя членов Железной бригады по разным позициям, чтобы демонтировать строй. Затем, когда он был удовлетворен, он крикнул: «Сейчас!»

По сигналу Джонри Му Хвана все атаковали строй в тандеме: Джин Му Вон размахивал Снежным Цветком, а Юн Му Сун использовал Дао из Чешуи Дракона

Гром!

Стена тумана на мгновение вздрогнула, как раненый зверь, прежде чем, наконец, сдаться и рассеяться

***

Горы Айлао: горный массив на юго-западе Юньнани, известный своим биоразнообразием

Что это за место? Юн Му Сун и воины Железной бригады в изумлении воскликнули

В тот момент, когда они прорвались сквозь туман, перед ними открылся невероятно красивый пейзаж. Десятки больших и маленьких павильонов усеивали долину, словно картины, а на заднем плане эффектно струился большой водопад. Живописный вид, наполненный цветущими цветами, развевающимися на ветру, был таким спокойным и безмятежным, что возникал вопрос, не было ли это место построено людьми

Джин Му Вон нахмурился. Пейзаж, конечно, красивый, но в то же время немного унылый

Он медленно вел Железную бригаду вперед, в то время как Йонг Му Сун предупредил своих людей: «Все, будьте в состоянии повышенной готовности. Мы не знаем, что может случиться»

Да сэр! Воины Железной Бригады вытащили оружие и осторожно огляделись

Когда Джин Му Вон шел по незнакомому ландшафту, у него возникло странное чувство дежавю, как будто он уже был здесь раньше. Он в замешательстве огляделся. Что это за место…?

Он чувствовал признаки активности вокруг всех павильонов. Один из них, казалось, был особенно переполнен живыми существами, поэтому он решил отправиться туда первым

Внутри павильона оказалось кромешной тьмой, но все присутствующие были искусными мастерами боевых искусств и не чувствовали темноты

Внезапно что-то скрытое в темноте зарычало. Джин Му Вон осторожно подошел к источнику звука и без колебаний открыл дверь в комнату, в которой он находился. Там он увидел человека, съежившегося в углу комнаты

Сумасшедший?

Глаза мужчины были красными и налитыми кровью, как у сумасшедшего. Однако, в отличие от сумасшедшего, которого он встретил в Юйси, этот человек не сразу набросился на него. Это могло означать только то, что он еще не совсем сошел с ума

Оставив безумца позади, Джин Му Вон проверил остальные комнаты одну за другой, но нашел еще людей в похожем состоянии

Что, черт возьми, здесь происходит? — пробормотал Юн Му Сун

Хотя они этого не говорили, другие члены Железной Бригады чувствовали то же самое. Павильон был полон безумцев, за которыми некому было присматривать. Хорошая новость заключалась в том, что они не были жестокими, поэтому не было необходимости убивать их, чтобы защитить себя. Плохая новость заключалась в том, что они еще не нашли лекарства от этой болезни

Это была не самая плохая ситуация, но все же было мудро быть начеку

Джин Му Вон продолжил свои поиски с помощью Всеохватывающего Познания. Обыскав самый большой павильон, он перешел ко второму по величине, а затем к следующему. Наконец, он оказался один и отделился от группы Юн Му Сона

Он вошел в самый маленький павильон, самый ветхий и изолированный из всех зданий. Чувствуя необычно холодную температуру в коридоре, он бессознательно ускорил шаг, пока, наконец, не достиг дверного проема в самой глубокой части павильона

Он на мгновение отдышался, затем открыл дверь и увидел человека, сидящего, скрестив ноги, посреди комнаты. Густые волосы и борода мужчины не позволяли различить его черты, но Джин Му Вон сразу его узнал

Дядя Хван! – закричал Джин Му Вон, его сердце колотилось так сильно, что готово было выпрыгнуть из груди

Хван Чхоль был одет в ту же поношенную одежду, что и при выходе из крепости Северной Армии, а его изможденные запястья и лодыжки были обмотаны серебряными цепями. Этот человек был тенью самого себя, но Джин Му Вон сразу понял, кем он был

Услышав голос Джин Му Вон, Хван Чхоль пробормотал: «Хех, раз я снова слышу голоса, я, должно быть, схожу с ума»

Дядя Хван!» Джин Му Вон снова позвал

Хван Чоль наконец понял, что что-то не так, и осторожно открыл глаза. Как будто он не мог поверить в то, что увидел, уголки его глаз дернулись. — Э… А…?

Дядя Хван, это я, Му Вон. Я здесь

— Вы действительно молодой господин? Голос Хван Чоля дрожал, глаза слезились

Джин Му Вон крепко обнял Хван Чоля. Тепло его объятий заставило Хван Чхоля понять, что то, что он видел и чувствовал, не было галлюцинацией

Почему вы здесь, молодой мастер…?

— Чтобы найти тебя, конечно. Глаза Джин Му Вон тоже наполнились слезами. К счастью, в отличие от других сумасшедших, Хван Чхоль все еще казался разумным

Пожалуйста, подождите несколько секунд

Джин Му Вон взял Снежный Цветок и разрубил цепи, связывающие Хван Чхоля, который сразу же был поражен своей вновь обретенной свободой. Он не ожидал, что цепи, непреклонные, как бы он ни старался, так легко порвутся

Я никак не ожидал увидеть вас здесь, молодой господин. Мне кажется, что я сплю

Как я мог сидеть спокойно, когда мой дядя Хван пропал?

Молодой мастер!

Увидев слезы, навернувшиеся на глаза Хван Чоля, Джин Му Вон вытер их. Что случилось, дядя Хван? Все остальные здесь сошли с ума, но ты один, кажется, в порядке

Я думаю, что мое состояние связано с Техникой Медитации Трех Истоков, но я не уверен, почему. Дядя Хван покачал головой

Пять месяцев назад отряд багровых призраков похитил его и привез сюда. Сначала он был заключен в тюрьму вместе с другими членами Ассоциации торговцев Белого Дракона, но со временем все больше и больше из них начали терять рассудок

Вид его ближайших товарищей, сходящих с ума, был ужасающим. Никто не знал, кто сойдет с ума на следующий день. Это может быть кто-то другой, а может быть и он сам

Именно тогда я начал концентрироваться на Технике Медитации Трех Истоков

К счастью для Хван Чоля, его меридианы не были запечатаны. Это означало, что он мог всем сердцем посвятить себя Технике Медитации Трех Истоков, тем самым отсрочив начало безумия. Однако, когда Тихая Ночь узнала о его необычном состоянии, они связали его железными цепями и поместили в карантин

Поскольку Джин Му Вон сам не изучил Технику Медитации Трех Источников, он мог только догадываться о ее эффектах. Похоже, что Техника Медитации Трёх Истоков, как и другие традиционные ортодоксальные боевые искусства, имеет побочный эффект повышения сопротивляемости зловещим энергиям, тем самым защищая человека от того, что вызвало безумие

Джин Му Вон внимательно изучил Хван Чоля, только чтобы обнаружить, что глаза его дяди стали более безмятежными, чем раньше, признак того, что он преодолел какое-то препятствие на тренировках, хотя он не был уверен, что именно это было за препятствие

— Я так рад, что ты в порядке. — пробормотал он себе под нос

Я прошу прощения за то, что беспокою вас в этот момент, молодой господин, но боюсь, мне нужно вам кое-что показать

Что?

Хван Чоль прошаркал в конец зала, а Джин Му Вон последовал за ним с озадаченным выражением лица. Двое мужчин в конце концов оказались на заднем дворе, который был на удивление голым и ветхим по сравнению с другими местами в этом скрытом раю

— Зачем ты привел меня сюда? — спросил Джин Му Вон

В ответ Хван Чхоль выкопал яму в земле, обнажив черный ящик, погребенный под землей. Пожалуйста, взгляните на это, молодой господин

Джин Му Вон посмотрел на коробку. Из него исходило большое количество зловещей энергии и ядовитого газа. Что это такое?

Не знаю, но после того, как наши похитители закопали его здесь, люди начали сходить с ума один за другим. — ответил Хван Чхоль, содрогнувшись от воспоминаний

Джин Му Вон использовал Искусство десяти тысяч теней, чтобы укрепить свою дыхательную систему, и открыл коробку. Немедленно, несмотря на его попытки защитить себя, яд настолько сильнодействующий, что у него закружилась голова. Будь он обычным человеком, его нервы были бы парализованы, и он бы задохнулся в считанные секунды

Хм? Заглянув в коробку, он обнаружил, что источником ядовитого газа были несколько серых ядовитых таблеток

Это причина безумия? Неужели все те безумцы, которых мы видели в Юйси… отравлены здесь? Джин Му Вон раздавил несколько таблеток и осмотрел их. К сожалению, был предел тому, что он, любитель в изучении медицины и ядов, мог определить

Хотя он был счастлив, что смог спасти Хван Чоля, он также хотел разгадать тайну резни в Юйси, а это означало, что его следующим шагом будет передача таблеток эксперту для детального анализа. Он обыскал павильон в поисках небольшого мешочка из оленьей кожи, положил внутрь таблетки и запечатал его

Почему Гым Дан Ёп свела людей с ума ядом? Он должен знать, что, хотя они и сильны, они все же не ровня среднему мастеру боевых искусств. Джин Му Вон смутно чувствовал, что Гын Дан Ёп пытается донести до него сообщение через противоречие между захватывающими дух пейзажами и жуткой жестокостью этого места

Внезапно Хван Чхоль сказал: «Это место напоминает мне истории, которые я слышал о штаб-квартире Безмолвной Ночи»

Что? Здесь?

Да. Я был очень удивлен, когда меня впервые схватили и привезли сюда. Давным-давно, когда я был ребенком, жил военнопленный, сбежавший из Безмолвной Ночи, и до сих пор я помню его описание штаба Безмолвной Ночи

Так вот почему у меня раньше было это чувство дежа вю! Когда я был ребенком в крепости Северной Армии, я тоже слышал такие истории. Подождите, значит ли это, что Гым Дан Ёп пытался создать имитацию старой Тихая ночь? Что-то щелкнуло в голове Джин Му Вона, но он никак не мог понять, что именно. Тем не менее, он знал, что был на шаг ближе к истине

— Наконец-то я нашел тебя.  — прогремел низкий голос. Это был Йонг Му Сун

Джин Му Вон и Хван Чоль обернулись и увидели Йонг Му Суна и воинов Железной бригады, приближающихся к ним со связанным сумасшедшим на буксире

Третий молодой мастер! Хван Чхоль встревоженно закричал, узнав в сумасшедшем Юн Чжа Мёна, Третьего Молодого Мастера Торговой Ассоциации Белого Дракона. Поскольку он был заперт в изоляции вскоре после похищения, это был первый раз, когда он видел Юн Чжа Мёна в таком состоянии

Фух! Похоже, я все-таки нашла нужного мужчину. Слава богу, он все еще жив, даже если он ненормальный.  — сказал Юн Му Сон, слегка нахмурившись. Он был действительно счастлив, что нашел свою спасительную цель, но что-то во всем этом его раздражало, например, когда выходишь из туалета после того, как сильно насрал, не вытерев задницу

Он повернулся к Джин Му Вон и продолжил: «Давай уйдем отсюда. Мы можем послать кого-нибудь еще, чтобы забрать остальных жертв. В этом месте есть что-то действительно тревожное, и я больше не могу этого выносить»

Я согласен. Джин Му Вон кивнул. Хотя он и не сказал этого, чем дольше он оставался здесь, тем более некомфортно он себя чувствовал. Он поддержал Хван Чоля одной рукой, и вместе они вышли из Долины Смерти

Однако вскоре он был вынужден остановиться

— Эй… Какого черта? Ён Му Сун хотел было спросить Джин Му Вона, почему он вдруг остановился, но тут же понял ответ. Прямо перед ними была блокада, образованная многочисленными мастерами боевых искусств во главе с мужчиной лет тридцати

Мужчина в светло-голубой мантии с аккуратно завязанными в белый пучок волосами нежно улыбнулся им

Джин Му Вон смотрел на мужчину настороженным взглядом, и мужчина смотрел на него в ответ, не говоря ни слова. Прежде чем они успели что-либо сделать, два человека пробились сквозь толпу воинов и подошли к Джин Му Вон

— Слава богу, ты в безопасности!

Мастер Джин

Это были Тан Ги Мун и Тан Ми Рё

Мастер Тан, мисс Тан, кто…

Это Дам Джу Ин, детектив из административного отдела Небесной Вершины — представил Тан Ги Мун

Мужчина в голубой мантии, Дам ДжиИн, подошел к Джин Му Вону и сказал: «Приветствую! Я Дам Джу Ин с Небесной Вершины»

Джин Му Вон

Для меня большая честь встретить новую восходящую звезду Гангхо, Мастера Джина. Дам Джу Ин улыбнулась и встретилась взглядом с Джин Му Воном

На мгновение Джин Му Вон почувствовал сильный дискомфорт, потому что, хотя Дам Джу Ин явно улыбался, его взгляд был пугающе холодным

Прежде всего, от имени Небесной Вершине я хотел бы поблагодарить вас за вашу тяжелую работу. Без вас мы бы не смогли контролировать масштаб резни в Юйси

Бойня — это не то, что можно «контролировать

Тем не менее, мы делаем все возможное

— Как ты нашел это место?

Мы какое-то время внимательно следили за передвижениями врага, хотя, должен сказать, я удивлен, что вам удалось найти это место раньше нас

Несмотря на резкий голос Джин Му Вон, Дам Джу Ин ничуть не смутилась. Глядя на спокойное лицо ученого, Джин Му Вон понял, что он очень привык к таким вещам

В каждой организации есть люди, которые отвечают за уборку после чужого беспорядка. Этот человек должен быть одним из них. Он тот, кто никогда не теряет самообладания, кто заставляет вас поверить, что он может решить любую проблему, и кто настолько способен, что с ним трудно иметь дело

Мастер Джин

Говори

Вы много работали, так почему бы вам не сделать перерыв и позволить нам позаботиться обо всем остальном? Конечно, мы в Небесной Вершине всегда будем благодарны за ваш вклад

Джин Му Вон нахмурился

Однако Дам Джу Ин проигнорировал его мнение и продолжил: «Хотя я знаю, что Мастер Джин — сильный мастер боевых искусств, это работа не для одного человека. Группы наемников, такие как Железная бригада, также вряд ли привыкли к такой работе. Как представители Небесной Вершине, мы добровольно изолируем и лечим этих безумцев вместо вас»

— Ты знаешь, как вылечить их безумие?

Мы еще не уверены, но я уверен, что скоро мы это выясним, поэтому, пожалуйста, доверьтесь нам, мастер Джин.  — вежливо ответил Дам Джу Ин, хотя в его голосе звучал оттенок запугивания. голос. Позади него мастера боевых искусств из Ассоциации Алого Тумана выстроились в строй и выпустили свои ауры, увеличивая напряжение в воздухе

Брови Юн Му Сона нахмурились. Ему не нравилось, когда ему угрожали, но в то же время он не хотел действовать опрометчиво. Противником была Небесная Вершина, правящая фракция Гангхо. Если он оскорбит их, то не только Железная Бригада потеряет свое место в Гангхо, но и он сам будет втянут в большие неприятности

Джин Му Вон бросил быстрый взгляд на Ён Му Сона и Железную бригаду. Выражения их лиц сказали ему, что они приняли решение

Дам Джу Ин поклонился Джин Му Вону и сказал: «Я прошу вас уважать мою просьбу, мастер Джин»

Теперь, когда Дам Джу Ин зашел так далеко, Джин Му Вон понял, что его ловко загнали в угол. Отказавшись от своей гордости, Дам Джу Ин лишил Джин Му Вона любого оправдания, от которого он мог бы отказаться. На такое мог пойти только опытный и проницательный политик

Дам Джу Ин… По сравнению с прямолинейными мастерами боевых искусств, с такими хитрыми людьми, как он, труднее всего иметь дело… В этот момент Джин Му Вон понял, что ему пора уйти в отставку

— Тогда я оставлю остальных жертв на тебя

Спасибо. Клянусь честью Небесной Вершины, что мы решим этот вопрос с предельной искренностью. Кстати… Взгляд Дам Джу Ин упал на черный ящик в руке Джин Му Вон. Эта коробка испускает очень сильный яд. Это причина безумия?

……

— Не могли бы вы передать его нам на анализ? Как только мы узнаем причину, лечить пациентов будет легче

Я думаю, что Мастер Тан больше подходит для этой задачи, чем Небесная Вершина

Конечно, мы пригласим Мастера Танга принять участие в изучении яда. До тех пор, пожалуйста, будьте уверены, что он будет в безопасности в моих руках». Дам Джу Ин протянул руку Джин Му Вону

Джин Му Вон посмотрел на Тан Ги Муна, который вздохнул и смиренно кивнул

Он передал черный ящик Дам Джу Ин, сказав: «Я искренне надеюсь, что ты сможешь найти лекарство от безумия»

— Не волнуйтесь, мастер Джин. Мы — Вершина Небес

Я понимаю. Затем…

Когда Джин Му Вон собрался уходить, Дам Джу Ин внезапно добавил: «Пожалуйста, загляните на Небесную Вершину когда-нибудь в будущем, мастер Джин. Я уверен, что люди наверху будут рады познакомиться с вами. Я оставлю сообщение охранникам во внешнем дворе, так что не стесняйтесь приходить, когда захотите»

Я подумаю об этом

Врата Небесной Вершины всегда открыты, мастер Джин. — намеренно заметил Дам Джу Ин, прежде чем повернуться и вернуться к своей работе

Джин Му Вон некоторое время смотрел, как он уходит, прежде чем тоже уйти, Тан Ги Мун и Железная бригада последовали за ним

Как только Джин Му Вон оказался вне пределов слышимости, вежливая улыбка с лица Дам Джу Ин исчезла. Он холодно посмотрел в ту сторону, где исчез Джин Му Вон, и спросил: «Джин Му Вон, не так ли? Я определенно где-то уже слышал это имя, но действительно ли он последний выживший из ныне несуществующей Секты Железного Меча?»

Да. Я подтвердил это с Черной Луной, так что это должно быть правдой. — ответил один из приспешников Дам Джу Ин. Будь то Небесная Вершина или лично Дам Джу Ин, Черная Луна была одним из их самых надежных источников информации

Секта Железного Меча была небольшой сектой, действовавшей в течение нескольких десятилетий в городе Цзиньчан провинции Ганьсу. К сожалению, район был настолько негостеприимным, что они не могли принять много учеников и пришли в упадок, прежде чем окончательно раствориться и быть забытыми. Единственной примечательной вещью в них было их искусство фехтования, которое, по слухам, было настолько велико, что до того, как линия секты была прервана, немногие секты в Ганьсу могли соперничать с ними

Если он действительно наследник Секты Железного Меча, то тот факт, что он путешествовал на юг с Торговой Ассоциацией Белого Дракона, имеет смысл, но почему-то у меня есть ощущение, что это нечто большее

— Если тебя это беспокоит, мы можем избавиться от него прямо сейчас

Это не так просто, особенно теперь, когда он больше не никому не известный. Мы должны сосредоточиться на нашей собственной миссии и предоставить его остальной части Административного отдела. Нельзя допустить, чтобы то, что здесь произошло, просочилось наружу

Да сэр!

Позаботьтесь, чтобы не осталось ни малейшего следа нашего участия

— Да, сэр, я начну прямо сейчас. — мрачно ответил прихвостень, а затем отправился организовывать воинов Ассоциации Алого Тумана

Наконец, оставшись один, Дам Джу Ин сжал черный ящик в руке, пока он не разбился. Тихая ночь… Молодец. Благодаря тебе, у меня будет огромная головная боль, убирая эту чушь.  — пробормотал он

***

Одинокая фигура шла в одиночестве по бесплодной пустоши, не видя ни травинки, ни дерева, оставляя за собой глубокие следы, когда тащила за собой тяжелый черный гроб. Насколько мог видеть глаз, не было ничего, кроме красновато-коричневой земли. Сильный ветер трепал его кости, а небо было цвета пепла, как будто вот-вот разразится буря

Судя по свободному черному одеянию мужчины и блестящему серебряному копью на спине, он мог быть только Чернокрылым Божественным Копьем Безмолвной Ночи

Он сделал паузу и вздохнул. Его ноги казались ненормально тяжелыми. Поскольку он практиковал демонические искусства, его ци была сильно загрязнена и не могла использоваться в течение длительных периодов времени. Кроме того, не только вес гроба, который он тащил, но и вес кармы, сокрушающей его грудь, замедлял его прогресс

Он выровнял свое прерывистое дыхание и продолжил идти

Полдня спустя он наконец увидел пункт назначения: маленькую деревню, приютившуюся у подножия большого утеса. Река воды цвета охры текла перед деревней, и только длинная веревка соединяла деревню на скале с внешним миром

Чернокрылое Божественное Копье какое-то время смотрело на деревню. Несмотря на то, что деревня у подножия скал состояла в основном из простых соломенных хижин, улицы были безупречны, а за деревьями, посаженными по всей деревне, хорошо ухаживали. Он привязал гроб к своей спине, схватился за веревку и быстро спустился со скалы. Интересно, что тонкая веревка не рвалась и не перетиралась, несмотря на дополнительный вес

Как только Чернокрылое Божественное Копье появлялось на улице, двери и окна домов открывались одно за другим, и горожане выходили ему навстречу. Однако когда они заметили черный гроб на его спине, радость на их лицах мгновенно сменилась ужасом

Мрачное выражение лица Чернокрылого Божественного Копья было заразительным. Деревня быстро замолчала, и никто не осмеливался заговорить с ним

Он прошел через деревню и постучал в дверь соломенной хижины посреди деревни. Мгновение спустя дверь открыл пожилой бард, которому на вид было за пятьдесят

Добро пожаловать ба… Нет, не может быть?!  Бард уже собирался поприветствовать Чернокрылое Божественное Копье, когда увидел черный гроб

Мне жаль

Чернокрылое Божественное Копье только извинилось, но старый бард инстинктивно понял, что произошло. Я знал… что это закончится именно так. Войдите. — сказал он дрожащим голосом

Чернокрылое Божественное Копье внутренне вздохнуло и вошло в дом старого барда, который был еще более строгим, чем казался снаружи. Внутри не было ни единого предмета мебели, кроме нескольких музыкальных инструментов, таких как пипа и цинь. Он осторожно поставил черный гроб на пол

Дрожащими руками старый бард открыл гроб, обнажив труп Гым Дан Ёпа. Он протянул руку и медленно погладил лицо молодого человека. Ледяное ощущение на кончиках его пальцев вызвало слезы на его глазах

Дан Ёп

Гым Дан Ёп был его любимым учеником. Он воспитывал ребенка с тех пор, как тот был младенцем, и даже лично менял ему подгузники. В свою очередь, ребенок любил его, как собственного родителя, и впитывал все, чему он его учил, как губка

Иногда он беспокоился о том, что Гым Дан Ёп слишком умен для его же блага, но мальчик всегда был независимым и осторожным, поэтому он отмахивался от своих опасений как от иррациональных. Он надеялся, что его ученик будет спокойно жить нормальной жизнью, но Гым Дан Ёп никогда не был птицей, которую он мог бы держать в клетке

Таким образом, он не был удивлен, что, когда он повзрослел и стал мастером боевых искусств, Гым Дан Ёп призвал их всех выйти на улицу. Молодые люди охотно согласились с ним, а вот старшие категорически противились. Не в силах исполнить свое желание, он взял с собой своих юных последователей и вышел в мир

Теперь он, наконец, вернулся, но в виде остывшего трупа. Глядя на своего бездыханного ученика, старый бард чувствовал, что его сердце разрывается в клочья. Некоторое время он оплакивал, затем посмотрел на Чернокрылое Божественное Копье налитыми кровью глазами и спросил: «Кто это был? Кто сделал это с моим ребенком?»

Мальчик по имени Джин Му Вон. Последний наследник Северной армии

Джин Му Вон из Северной армии. Подумать только, что наша плохая карма перешла к следующему поколению! Старый бард встал, от него исходила огромная аура. Он был бывшим Демоном Небесного Звука (天空音魔), Юн Чеон Хак, и был в ярости

Почувствовав убийственное намерение старого барда, Чернокрылое Божественное Копье сузило глаза

Как старейшина Безмолвной Ночи, я официально требую большого собрания. Я хочу, чтобы присутствовали все Четыре Великих Владыки Демонов, и ни один не пропал!

Ты…

Возможно, этот ребенок пал, но я не позволю его мечтам умереть вместе с ним

Чернокрылое Божественное Копье посмотрело на тело Гым Дан Ёпа. В итоге вы получили то, что хотели. Ты доволен, Дэн Ёп? Теперь, когда Юн Чеон Хак созвал грандиозное собрание, каждый воин Безмолвной Ночи выйдет из укрытия, и мир снова погрузится в хаос

Чернокрылое Божественное Копье тихо вздохнуло, никем не услышанное. Он провел рукой по плечу, вздрогнув от внезапного укола боли, когда дотронулся до него

Северный клинок

Рана, которую нанес ему Джин Му Вон, не заживала

Старые драконы падают, а молодые поднимаются (I)

Глаза Чо Чеон Ву казались более спокойными, чем когда-либо, но в них была ярость, которую он не мог скрыть. Перед ним сидел толстяк лет сорока, его узкие лисьи глаза были почти скрыты плотью, а толстые складки кожи торчали из-под стула

— О боже, здесь довольно жарко. Мужчина пошутил, вытирая платком пот со лба

В ответ глаза Чо Чхон Ву стали еще холоднее

Толстяк продолжал невозмутимо вытирать пот со лба, хотя нормальный человек в этот момент дрожал бы и не мог дышать

Наконец, Чо Чхон Ву сказал: «Дай угадаю, Небесная Вершина послала тебя сюда, чтобы официально заставить меня согласиться с их требованиями»

Вовсе нет, мы просто надеемся, что вы немного сдержитесь, пока вся Юнаннская сага не уляжется… Фух, здесь так жарко!

Как и ожидалось от Небесной Вершины. Джо Чеон Ву крепко сжал кулаки. Огромный всплеск силы вырвался из него, заставив охранников за пределами комнаты дрожать от страха

Однако толстяк был невозмутим. Он был Божественным Лордом в Золотых Доспехах Хео Дон Чхон, одним из десяти старейшин Небесной Вершины и мастером Божественного Искусства Золотой Черепахи (金龜神功), боевого искусства, которое максимизирует защиту, концентрируя внутреннюю энергию во плоти. делая человека невосприимчивым к большинству атак и способным контратаковать с отдачей. Его необычно круглая внешность и слои жира на самом деле были свидетельством этого мастерства, поэтому, несмотря на его непривлекательный вид, его часто отправляли в спорные районы в качестве посланника Небесной Вершины

Жертвы среди гражданского населения в Юйси исчисляются десятками тысяч. Вы зашли слишком далеко, и это повлияло на общественное мнение. Народ возмущен

Разве это не заставило Тихую Ночь выйти из укрытия? Одного великого достижения должно быть достаточно, чтобы компенсировать любое наказание

— Ну, те, что выше… не согласны

— Под выше ты имеешь в виду Девять Небес? Бровь Чо Чеон Ву дернулась

Хо Дон Чон знал, что Чо Чон Ву обиделся на его слова, но ему было все равно. Кто это мог быть, как не они? он сказал

— Я их не боюсь

— Я это знаю, поэтому ты сделал такую нелепую вещь

Как ты смеешь!

Сейчас время для самоограничения. Я знаю, что ты амбициозен, но не следует ли приберечь такое поведение до тех пор, пока у власти будет Секта Кулака Тирана?

Джо ЧеонВу скривился, и его плечи затряслись от ярости и унижения. Ему хотелось разбить лицо Хо Дон Чхона прямо здесь и сейчас, но если он это сделает, то автоматически настроит Небесную Вершину против себя, а это было последнее, что он хотел делать сейчас

Все мастера боевых искусств, которых он послал в Юйси, были мертвы. Десятилетия обучения и инвестиций, потраченные впустую одним махом. Сила секты Кулака Тирана уменьшилась вдвое, а это означало, что теперь им приходилось конкурировать с сектой Дяньцан за господство в Юннани. Это было унизительно

Да пошел ты, Ёп Пён, хоть ты и звучал так уверенно… Чо Чон Ву стиснул зубы, подумав о Ёп Пёне, которого нашли мертвым в Юси. Со смертью этого человека он потерял своего козла отпущения и вместо этого стал виноватым. Вместо того, чтобы оплакивать своего бывшего подчиненного, он был в ярости из-за его некомпетентности

Ухмылка Хо Дон Чхона напротив него стала шире, когда он взял верх. С самого начала он знал, что у Чо Чхон Ву не было другого выбора, кроме как принять его предложение. Это хорошая новость для Небесной Вершины, так как теперь у нас есть повод ограничить и контролировать один из беззаконных Северных Столпов

Мы можем не торопиться, разбираясь с Безмолвной Ночью. Несмотря на то, что они показали себя, им все равно потребуется немало времени, чтобы реорганизовать свои армии. С другой стороны, Небесная Вершина уже сделала все приготовления к немедленной встрече с ними

Джо Чеон Ву глубоко вздохнул, чтобы успокоиться. Итак, чего хочет от меня Небесная Вершина?

Пожалуйста, заприте на время ворота вашей секты

— Вы хотите, чтобы мы изолировали себя от мира?

Рано или поздно Тихая Ночь снова появится. Когда это произойдет, вы сможете выйти из изоляции и получить военные достижения. Если вы сделаете это, секта Кулака Тирана не будет винить вас

Хм! Джо Чеон Ву нахмурился, когда всплыли воспоминания о прошлом

Покровительственным тоном Хо Дон Чхон продолжил: «Предоставьте нам разобраться с последствиями трагедии в Юйси. Не волнуйтесь, мы уже отправили лучшего человека для этой работы»

— Хорошо… я сделаю, как ты предложил

Отличное решение. — рассмеялся Хо Дон Чхон

В противоположность этому, Чо Чеон Ву стиснул зубы

Хо Дон Чхон встал, чтобы уйти, но перед этим он вдруг добавил: «Кстати, если у вас будет возможность, отправьте своего сына на Небесную Вершину»

— Вы хотите взять моего сына в заложники?

Ха-ха! Не поймите меня неправильно. Небесная Вершина планирует собрать отряд талантливых молодых воинов, чтобы справиться с Безмолвной Ночью, называемых Охотниками на Демонов (斥魔隊). Вместо того, чтобы быть заложником, ваш сын получит немыслимую власть

……

Юные герои со всех концов Центральных равнин соберутся вместе, и те, кто выделится, станут будущими лидерами Центральных равнин

Уголки глаз Чо Чеон Ву дернулись. Он не хотел слушать жалкие оправдания Хо Дон Чхона. Что бы ни говорил толстяк, настоящей целью Небесной Вершины было взять его сына в заложники

Во всем виноват этот парень

Джин Му Вон. Молодой мастер боевых искусств, получивший известность после трагедии в Юйси, разрушил все планы Чо Чхон Ву и заставил его страдать от этого унижения

Нет, меня больше беспокоит его имя

Небесная Вершина утверждал, что Джин Му Вон не имеет никакого отношения к Северной армии, но его интуиция подсказывала ему обратное

Ты заплатишь за это, даже если это будет стоить мне всего, что у меня есть

***

Когда Хван Чоль и Юн Джа Мён вернулись в гостиницу, Юн Со Ин и Гон Джин Сон, которые ждали их там, приветствовали их. К сожалению, их счастье было недолгим. В тот момент, когда они услышали, что Юн Джа Мён сошел с ума, их лица упали

Их единственным утешением было то, что Тан Ги Мун, специалист по ядам в Гангхо, останется и попытается вылечить Юн Джа Мёна. Тан Ги Мун был не тем человеком, которого они могли бы нанять даже с десятью тысячами золотых монет, поэтому они были бесконечно благодарны ему за то, что он был готов предложить свою помощь. Они даже зарезервировали всю гостиницу, чтобы Тан Ги Мун мог спокойно работать

В этот момент Джин Му Вон хотел расстаться с Ассоциацией торговцев Белым Драконом, но Хван Чхоль настаивал на том, что хочет позаботиться о Юн Джа Мён, и мешал ему это сделать. Раздраженному Джин Му Вон ничего не оставалось, как подчиниться требованиям Хван Чоля

В отличие от Джин Му Вон, жизнь Хван Чоля зависела от Ассоциации торговцев Белым Драконом, и его терзало чувство вины за то, что он не смог должным образом защитить Юн Джа Мён. Таким образом, он считал своим долгом стоять рядом с Третьим Молодым Мастером, пока тот не вылечится

Пока Тан Ги Мун был занят, Джин Му Вон, Хван Чхоль и Квак Мун Чжун собрались на заднем дворе гостиницы. С тех пор, как Хван Чоль вернулся, ухмылка на лице Квака Мун Чжона не исчезала ни на мгновение

Хи хи!

— Если ты будешь так смеяться, сопляк, тебе в рот залезет муха. Ты настолько счастлив?

Ага! Я просто не могу перестать улыбаться, видя тебя в целости и сохранности

— Я тоже рад, что ты в безопасности

Хван Чхоль погладил Квака Мун Юна по голове. Мальчик чувствовал, что руки его дяди стали более костлявыми, чем раньше, что свидетельствовало о трудностях, через которые он прошел

Ваши боевые искусства значительно улучшились

Как ты это узнал? Квак Мун Юнг от удивления широко раскрыл глаза

Я не уверен. У меня просто возникло ощущение, что это было именно так

Дядя Хван, твоя ци стала намного сильнее. Я думаю, что вы, должно быть, преодолели какое-то тренировочное препятствие, противодействуя яду

Это так? Я и сам не совсем уверен, что произошло. Хван Чхоль почесал затылок

Джин Му Вон улыбнулся невежественному лицу Хван Чоля и объяснил: «По вашей ци я могу сказать, что вы почти на вершине Пикового Царства. Я сомневаюсь, что есть много людей, которые могут сокрушить вас исключительно на основе внутренней ци, дядя Хван»

О, Боже! Как это возможно? Я даже не мог разорвать связывающие меня цепи, понимаете?

Вероятно, это потому, что вы не могли высвободить всю свою ци, пока были заняты защитой себя от яда

Да, но…

Как насчет того, чтобы попробовать размахивать мечом, используя Технику Медитации Трех Истоков, и увидеть разницу своими глазами?

Э, но…

— Все будет хорошо, просто попробуй

…Хорошо. Хван Чхоль уступил ворчанию Джин Му Вона. Он взял свой меч, прошел в центр заднего двора, сделал несколько глубоких вдохов, чтобы прийти в себя, а затем начал практиковаться

С каждым движением величественная и властная аура излучалась во все стороны, вызывая сильную дрожь, которая распространялась на все здания комплекса. Плотная ци, уникальная для внутренних искусств даосских школ, была освежающей. Хван Чхоль даже достиг уровня интенсивности ци, которого могли достичь немногие старейшины даосских сект, включая секту Удан и секту горы Хва

Глаза Квака Мун Юнга расширились от недоверия, когда он пробормотал: «Я действительно вижу это…?!»

Да, именно это и происходит, когда овладеваешь Техникой Медитации Трех Истоков

Каждый раз, когда Хван Чхоль взмахивал своим клинком, на мгновение вспыхивал синий свет, прежде чем слиться, образуя размытую иллюзию меча

— Это Меч Флакс? Квак Мун Юнг невольно сжал кулак

Нет, это не полный поток меча

— А?

Это выглядит так из-за мощной ци дяди Хвана, но ему не хватает сути истинного Потока Меча. Поток меча достигается только путем сочетания глубокого понимания меча с соответствующей мощной ци, и дядя Хван еще не совсем выполнил первое условие. Теперь его цель - усерднее работать над совершенствованием своего фехтования. Путь меча никогда не заканчивается

Понятно. - сказал Квак Мун Юнг, качая головой при мысли о трудном пути, который лежал перед ним

Джин Му Вон слабо улыбнулся. Несмотря на его критику, он был рад, что Хван Чхоль сделал свой первый шаг к достижению Потока Меча, который был отличительной чертой мастера боевых искусств Высшего Пика. Он уже преодолел барьер ци, первый и самый трудный шаг к нему, а тяжелая работа и время позаботятся об остальном

Чем больше Хван Чхоль владел своим мечом и привыкал фокусировать свою ци, тем точнее становились его движения, и тем яснее становился размытый Поток Меча

Примерно в это же время на задний двор вошли Тан Ги Мун и Тан Ми Рё

Ух ты!

Когда они подошли к Джин Му Вон, они восхитились зрелищем боевых искусств Хван Чоля, и Джин Му Вон объяснил озадаченной паре, что случилось

Ну, как говорится, у каждого облака есть серебряная подкладка. Между прочим, я понятия не имел, что Техника Медитации Трёх Истоков… настолько удивительна. — похвалил Тан Ги Мун, его глаза сияли. Даже в престижных семьях с долгой историей, таких как клан Тан, было трудно найти специалистов по боевым искусствам, которые могли бы использовать Поток меча. Это делало таких людей востребованными повсюду

Хо! Подумать только, что эскорт может войти в царство Высшего Пика… Если новости об этом станут известны, в ганхо произойдут потрясения

Наконец, Хван Чхоль закончил свой танец с мечами и подошел к Джин Му Вон и Тан Ги Муну

Как вы себя чувствуете? — спросил Джин Му Вон

Я до сих пор чувствую себя странно, как будто мое тело не принадлежит мне. Это чувство трудно описать.  — ответил Хван Чхоль, криво улыбаясь

Вероятно, это потому, что твое мастерство фехтования еще не догнало твою внутреннюю ци. Как только эти двое будут в гармонии, это неловкое чувство исчезнет

Поздравляю с вступлением в ряды Высшей вершины, мастер Хван

Боже мой! Я действительно не заслуживаю звания Мастер…

Хван Чхоль нервно сложил руки, чтобы поблагодарить Тан Ги Муна за комплимент. Было видно, что он не привык к такому обращению

Тан Ги Мун улыбнулся. Ему нравилась честность и чистота Хван Чоля

Джин Му Вон повернулся к Тан Ги Муну и спросил: «Как проходит лечение мистера Юна?»

К сожалению, я не добился больших успехов. Пока что лучшее, что я могу сделать, это не допустить ухудшения его состояния, пока мы ждем вызова с Небесной Вершины. Мне нужно проанализировать яд, который они забрали, чтобы найти лекарство. — вздохнул Тан Ги Мун

Внезапно Джин Му Вон вспомнил то, что почти забыл. Он сунул руку в нагрудный карман и вытащил кошель из оленьей шкуры

Что это такое?

Я не отдал весь яд Небесной Вершине

Глаза Тан Ги Муна мгновенно загорелись, а его лицо засияло от волнения. Действительно? — воскликнул он, торопливо беря сумку у Джин Му Вона и открывая ее. Тут же из отверстия повеяло ядовитым ядовитым паром. Если я проанализирую это, я уверен, что смогу найти способ вылечить болезнь. Спасибо. — добавил он

Сидящая рядом с ним Тан Ми Рео также широко улыбнулась и сказала: «Большое спасибо, мастер Джин»

Старые драконы падают, а молодые поднимаются (II)

Как говорится: Наверху Небо, а на Земле Су-Ханг (上有天堂, 下有蘇杭)

Сучжоу и Ханчжоу считались самыми живописными и удобными для жизни местами на Центральных равнинах. Благодаря близости к морю, еды было много, а зелень пышной. Каждый известный купец на Центральных равнинах владел особняком либо в Сучжоу, либо в Ханчжоу. Людей привлекали красивые пейзажи, и везде, где собирались люди, процветала торговля

Лица людей на улицах сияли здоровьем и счастьем, а поэты и писатели, обедавшие во многих знаменитых ресторанах, оставили после себя бесчисленные шедевры. В результате жители Сучжоу очень гордились своим родным городом

Сад Администратора Облака (雲政園) — красивый сад, расположенный в Западном Озерном крае Сучжоу. Воды Западного озера были отведены в сад, чтобы создать большой пруд с лотосами, рядом с которым был построен искусственный холм и великолепный павильон. Весной сад расцветал, а осенью становился красным, создавая потрясающий пейзаж

Павильон назывался «Вилла ароматов Облака» (雲香閣), и обычно он был закрыт для публики. Однако впервые за несколько месяцев туда вошли несколько человек

Первым был красивый мужчина лет двадцати пяти. Черты его лица были необычайно острыми, а кожа бледной, что делало его красные губы и пронзительные глаза еще более выделяющимися. Он, естественно, источал чувство власти, что очень хорошо соответствовало его высокомерному выражению лица

Он стоял, сцепив руки за спиной, и выглядел расслабленным и равнодушным, любуясь видом на гору и пруд. Долгое время он смотрел тупо, не двигаясь, словно был каменной статуей

Внезапно мужчина средних лет, похожий на слугу, подбежал к подножию павильона, склонил голову и вежливо сказал: «Молодой господин, прибыл один из ваших гостей»

Приведи его сюда!

Да, молодой господин! - ответил слуга средних лет и поспешил прочь

Мгновение спустя мужчина услышал звук чужих шагов. Он разжал руки и обернулся, чтобы поприветствовать вновь прибывшего

Женщина, очаровательная, как кувшинка на рассвете, поднялась по ступенькам шатра. Глаза ее были загадочно влажными, словно в них заключалась вся мудрость мира

Увидев ее, мужчина расплылся в улыбке. Давно не виделись. — сказал он

Прошло два года, мистер Шим. — ответила женщина, улыбаясь ему в ответ

Этого человека звали Шим Вон Уи, и он был Молодым Мастером Небесного Правосудия, а также членом Семи Младших Небес. Благодаря своему выдающемуся опыту и силе он считался одной из восходящих звезд нынешнего поколения

Этой женщиной была Сымун Хе Рён, один из самых блестящих умов в мире и член группы Семь младших небес

— Где остальные? — спросил Шим Вон Уи

— Они скоро должны быть здесь

Это так?

Вилла Ароматов Облака принадлежала Небесам Правосудия и использовалась Шим Вон Уи в качестве дома для отдыха. Раньше он никогда никого не впускал внутрь, поэтому тот факт, что он принимал там гостей, доказывал важность события дня: собрания Общества Лазурного Дракона (蒼龍會), группы молодых мастеров боевых искусств, которых он и Сымун Хе Рюнг набирал сотрудников на протяжении многих лет

Су-Чон придет сегодня?

Нет, он еще не закончил обучение за закрытыми дверями

Все еще?

Он сказал, что у него было откровение, и он не выйдет наружу, пока не получит то, что хочет

Я с нетерпением жду его роста

Будучи единственным человеком, который мог объединить всех молодых мастеров боевых искусств мурима одной лишь своей харизмой, Дам Су Чхон был бесспорным председателем Общества Лазурного Дракона. Несмотря на то, что Шим Вон Ы был одним из руководителей-основателей, ему просто не хватило признания, чтобы заменить его

Вот почему, чем сильнее был Дам Су Чхон, тем могущественнее и влиятельнее было Общество Лазурного Дракона, и тем ближе Шим Вон Уи подошел к осуществлению своей мечты

Я уверен, что он станет ужасающе сильным. От его одержимости боевыми искусствами у меня мурашки по спине.  — посетовал Сымун Хе Рён

В конце концов, тот инцидент семь лет назад оказал на него большое влияние

Сымун Хе Рён горько улыбнулся. Семь лет назад они все совершили отчаянный побег из крепости Северной Армии, подвергнувшись крайнему унижению. С тех пор жизнь Дам Су Чхона была поглощена боевыми искусствами, он даже не обращал внимания на своих лучших друзей Сымун Хе Рён и Шим Вон Уи

Увидев выражение лица Сомуна Хе Рёна, Шим Вон Ы заметил: «То, что он становится сильнее — это хорошая новость для нас. Чем сильнее наш лидер, тем большего мы сможем достичь

Какие амбиции. Я не ожидал от вас меньшего, мистер Шим

Мировой порядок вот-вот перевернется с ног на голову, и хотя изменения пока незначительны, время определенно на нашей стороне

Вы имеете в виду резню Юйси и возвращение Тихой Ночи? Конечно, эти события увеличили вероятность того, что наши планы будут ускорены

— Ты тоже об этом знал? Как и ожидалось от мисс Сымун, одного из самых ярких умов во вселенной

Я польщена.  — ответила Сымун Хе Рён, понимающе улыбаясь

Возвращение Тихой Ночи погрузит мир в хаос, и амбициозные люди, сдерживавшиеся из-за Небесной Вершины, восстанут один за другим. Разве не этого мы ждали?

Однако многие люди умрут

Жертва немногих ради общего блага неизбежна, и в этом отношении я благодарен тем, кто погиб в резне в Юйси, поскольку их жертва знаменует собой начало конца

Эра Хаоса всегда ознаменовала конец существующего порядка и начало нового. Воспользоваться хаосом и стать правителями новой эпохи было целью Шим Вон Уи и Общества Лазурного Дракона

— Кстати, ты слышал слухи о нем? — внезапно спросил Семун Хе Рён

О ком ты говоришь?

Человек, который положил конец резне в Юйси. Северный Клинок

О, Северный Клинок

Хотя Шим Вон Уи делал вид, что знает это имя, на самом деле он не обращал особого внимания на Северный клинок. Слухи всегда были преувеличены, и он не думал, что этот будет чем-то другим

Сымун Хе Рён мысленно вздохнул. Она могла сказать, что ее друг был легкомыслен, поскольку он часто смотрел свысока на тех, кто не соответствовал его строгим стандартам

Его зовут Джин Му Вон

Джин Му-Вон?

Если вы видите это, вы находитесь не в том месте.

Имеет ли это? Шим Вон-Уи подумал, что это имя показалось ему смутно знакомым, но не мог вспомнить, где он его услышал

— Семь лет назад, в Северной армейской крепости

Ах! Джин Му Вон — имя наследника Северной армии! — воскликнул Шим Вон Уи, его память освежилась. Итак, этот Северный Клинок — тот же Джин Му Вон, что и тот из Северной Армии? он продолжил

По данным наших источников, это другой человек с таким же именем. Однако я не могу не чувствовать себя немного неловко…

Еще один человек с таким же именем… Думаю, это возможно, поскольку это не такое уж редкое имя. Почему ты позволяешь этому так тебя беспокоить? Разве расследование, проведенное Небесным Саммитом, не пришло к выводу, что он мертв?

События семилетней давности потрясли Небесный Саммит до глубины души. Они мобилизовали невообразимое количество рабочей силы для расследования инцидента и в конце концов пришли к выводу, что Джин Му Вон, последний лорд Северной армии, мертв

Я знаю это, но…

Сейчас самое время сосредоточиться на будущем, а не зацикливаться на призраках прошлого

Несмотря на слова Шим Вон Уи, Сымун Хе Рён не расслабилась. Нет, она не могла. Подобно крошечным шипам под ногтями, дурное предчувствие действовало ей на нервы, но она не настаивала на этом. Она слишком хорошо знала, что в этот момент такие разговоры останутся без внимания

Несмотря на это, я должен подтвердить это лично. Мистер Шим кажется уверенным в себе, но если этот человек действительно жив, то законного наследника Северной армии я не могу просто игнорировать

Молодой господин, прибыли другие ваши гости.  — внезапно объявил слуга, прерывая разговор

Как только он закончил говорить, в павильон с шумом ворвались дюжина молодых мастеров боевых искусств. Их мощные ауры, прекрасно контролируемые движения и яркие глаза были свидетельством их превосходства над сверстниками

Мистер Шим

Давненько не виделись, мисс Сымун

Молодые люди быстро поприветствовали Шим Вон Ы и Сымун Хе Рён. Хотя Дам Су Чон был председателем Общества Лазурного Дракона, именно они двое на самом деле управляли делами, поэтому молодые мастера боевых искусств относились к ним с уважением

— Давно не виделись, как дела?

Ха-ха! Я был так взволнован встречей, что немного нервничал, и меня за это отругали. — рассказал один из молодых людей. Его звали Джва Мун Хо, и он был преемником знаменитой секты Меча Трех колец провинции Шаньдун (三環劍門)

Фактически, в павильоне не было ни одного человека, который не был бы последователем престижной фракции или которого бы в какой-то момент жизни не называли гением. Из-за этого все они излучали ауру уверенности и самоуверенности

После краткого обмена приветствиями началась встреча. Главной темой разговора были охотники на демонов, которые вскоре будут сформированы

Сымун Хе Рён начала: «Членам Охотников на Демонов будет предоставлен большой авторитет, хотя их и немного. Они будут иметь право созывать, командовать и контролировать целые секты, особенно во время конфликтов. Для Общества Лазурного Дракона это прекрасная возможность прийти к власти, и мы должны ею воспользоваться в полной мере»

Тот факт, что Охотники на Демонов могли командовать сектами, ставил их в уникальное положение внутри ганхо. Если бы Общество Лазурного Дракона могло эффективно использовать эту силу, даже лидеры великих сект позавидовали бы им

Охотники на демонов… Я не ожидал, что эти старые чудаки откажутся отчасти своей власти таким образом

Это либо означает, что они боятся Тихой Ночи, либо они хотят минимизировать свои собственные потери, обескровливая молодое поколение. Что касается того, почему они нацелились на нас, то, вероятно, потому, что нет более простых пешек, чем опрометчивые подростки, ослепленные жаждой славы

Действительно…

Тем не менее, у нас нет другого выбора, кроме как воспользоваться этой возможностью. Если мы упустим это сейчас, у Общества Лазурного Дракона, возможно, никогда не будет другого такого хорошего шанса. — заключил Сымун Хе Рён

На мгновение воцарилась тишина, все слегка нахмурились из-за отсутствия выбора

Скоро состоится отборочный экзамен Охотника на Демонов. А до тех пор вам всем следует сделать все возможное, чтобы подготовиться, и если вы найдете кого-нибудь заслуживающего доверия и многообещающего, разведайте его

Согласованный!

Наконец Сомун Хе Рён повернулась к Шим Вон Уи. Мистер Шим, мне нужно, чтобы вы лично встретились и завербовали определенного человека.  — попросила она

Мне? Глаза Шим Вон Уи горели любопытством. Если ему приходилось изо всех сил стараться кого-то разведать, это означало, что они были важны

Кто это?

Триединый учёный Ха Джин Воль

— Я никогда раньше о нем не слышал

Он из Юнаннь, поэтому вы можете его не знать, но мы обязательно должны его завербовать

Почему?

Он единственный человек в мире, интеллект которого сравним с моим

Глаза Шим Вон Уи загорелись. Хотя Сомун Хе Рён на первый взгляд казалась скромной, она была очень гордым человеком. Тем не менее, здесь она признавала, что кто-то был ей равен

К сожалению, во время нашей встречи пять лет назад он был настолько потрясен, что получил травму

Сымун Хе Рён вспомнила свою первую встречу с Ха Джин Воль. Это было на вечеринке по случаю шестидесятилетия Сок Дэ, известного ученого. Они вдвоем случайно сели за один стол и обсуждали все: от астрономии до политики и даже военной стратегии. Однако их личности были полярными противоположностями, а их взгляды на людей и философию сильно различались

Единственное, что они признавали — это гений друг друга. В частности, Сомун Хе Рён поняла, что, если она оставит Ха Джин Вола в покое, есть большая вероятность, что он вскоре поставит под угрозу ее положение в Гангхо

Таким образом, она показала ему окончательную формацию своей семьи, Формацию Мириад Узоров Девяти Континентов (九州萬形大陣), шедевр, который ее семья развивала и улучшала на протяжении сотен лет. Потрясенный огромными знаниями, содержащимися внутри, Ха Джин Воль сразу же получил травму

Но если он действительно гений, возможно, он уже преодолел свою травму

Теперь я очень хочу с ним познакомиться. Что мне делать, если он откажется присоединиться к нам?

Устраните его. Такая драгоценная жемчужина должна принадлежать только Лазурному Дракону. Мы не можем допустить, чтобы он оказался в руках другого дракона

***

Наверху есть Небеса, а на Земле Су Хан (上有天堂, 下有蘇杭): эта китайская пословица подразумевает, что красота Сучжоу и Ханчжоу сравнима с раем. Сучжоу известен как Венеция Востока благодаря своим водным путям, окруженным красочными садами, а Ханчжоу славится своими прозрачными, зеркальными озерами

Сад администратора облака (雲政園): основан на реальном Саде скромного администратора (拙政園), живописном саду в Сучжоу. Сад скромного администратора — объект Всемирного наследия ЮНЕСКО и один из самых известных садов Сучжоу. Это совсем не скромно

Западное озеро: Настоящее Западное озеро находится в Ханчжоу, а не в Сучжоу. Под Западным озером здесь подразумевается Западное озеро Янчэн на северо-востоке Сучжоу

Вилла Ароматов Облака (雲香閣): основана на реальном Зале Юаньсян (Далекий Зал Ароматов, 遠香堂), расположенном посреди Сада Скромного Администратора

Старые драконы падают, а молодые поднимаются (III)

Джин Му Вон покинул гостиницу Мир и в одиночестве бродил по улицам Юйси. Ему нечего было делать, пока Тан Ги Мун не придумал, как вылечить Юн Джа Мёна, поэтому он начал получать удовольствие от частых прогулок

Для местных жителей шок от резни еще не утих, улицы стали настолько пустынными, что Юйси выглядел как заброшенный город. Куда бы он ни пошел, он мог видеть свидетельства того рокового дня. Стены были изрыты оружием, а земля была залита несмытой кровью. Те немногие прохожие, которые видели Джин Му Вона, несущего Снежный Цветок, шарахались от него, новый страх перед мастерами боевых искусств укоренился в их сердцах

Вернувшись в гостиницу, Хван Чхоль передавал часть своего просветления Квак Мун Чжону, которого он не видел уже долгое время. Поскольку обучение других было хорошим способом совершенствоваться, такая договоренность приносила пользу как учителю, так и ученику. Джин Му Вон, изучавший другое боевое искусство, старался держаться подальше, если мог

Бесцельно прогуливаясь, Джин Му Вон внезапно почувствовал, как холодный ветерок ласкает его лицо. Он посмотрел вперед и обнаружил, что приближается к огромному озеру. Сам того не осознавая, он достиг озера недалеко от Юйси

Хм?

Ему открылось очень странное зрелище. По озеру плавало несколько небольших лодок, и всякий раз, когда человек на самой большой из них размахивал флагом, они выстраивались в другой строй

Разве этот человек?

Он узнал человека, размахивающего флагом. Это был Ха Джин Воль, Триединый Учёный. По какой-то неизвестной причине вид Ха Джин Воля, дико кричащего во все горло, вызвал у него улыбку

Он стоял у озера и смотрел, как Ха Джин Воль делает свое дело. Ученый, похоже, работал над экспериментом, включающим скоординированное движение лодок, но, судя по нахмуренному лицу, он был не слишком доволен результатами

Внезапно он отбросил свой флаг, плюхнулся на палубу и долго тупо смотрел в воду. Матросы и Джин Му Вон ждали его, затаив дыхание. Казалось, он собирался совершить прорыв

Как долго я здесь? — задумался Джин Му Вон

Крушение!

Ха Джин Воль вскрикнул, рухнул на спину и долго лежал, глядя в небо

Внезапно над ним нависла тень

Ты такой же, как и всегда. — заметил Джин Му Вон

Это ты? Почему ты еще не покинул Юйси?» Ха Джин Воль поднялся и сел, скрестив ноги

Джин Му Вон сел напротив него, но Ха Джин Воль скрестил руки и пристально посмотрел на него. Во взгляде Ха Джин Воля не было злобы, поэтому он не отводил глаз

Ты же понимаешь, что именно ты причина, по которой мне приходится так много говорить в последнее время, да?

Я слышал, тебя называли Северным клинком? Такое самонадеянное название

Это не я придумал это название

Ну, я думаю, это нормально, что главный герой не знает своей собственной истории». Ха Джин Воль покачал головой и с жалостью посмотрел на Джин Му Вона, а затем крикнул лодочнику: «Принеси мне мой винный столик и напитки, я хочу пить!»

Вы принесли винный столик ?

Хм! Разве винный столик не обязателен в поездке на лодке?

— Ты не похож на путешественника

— Ты видел, что я сейчас делал?

Да

Ха-ха!» Ха Джин Воль засмеялся и указал на поверхность воды

Глаза Джин Му Вона расширились от шока. Под водой копошилась большая стая рыб, кружащихся вокруг одного места, как будто пойманная в невидимую рыболовную сеть

Это формирование? — спросил он дрожащим голосом. Хотя он мог организовать несколько продвинутых группировок и понимал основные принципы, он никогда не слышал, чтобы кто-нибудь ловил рыбу под водой с помощью всего лишь нескольких небольших лодок. Это был масштабный, но тонкий маневр

Ну и что, если это так? Это бесполезно. Ха Джин Воль фыркнул и помахал рукой на другие лодки. По его сигналу лодки покинули свои позиции и вернулись на берег. Тут же собравшаяся рыба с громким всплеском разлетелась во все стороны, символизируя распад формации

Какая трата хорошего улова! Джин Му Вон почувствовал укол сожаления о расточительности Ха Джин-Воля

В этот момент вернулся лодочник и поставил между ними винный столик. Ха Джин Воль протянул руку и налил две чашки вина Джин Му Вону и себе

Ваше здоровье!

Джин Му Вон не отказался от предложения и сделал глоток. Крепкий спиртной напиток обжег ему горло и быстро сделал его пьяным. Это был дешевый напиток, который он не мог себе представить, пьющий человек такого уровня, как Ха Джин Воль

Он допил вино, затем снова наполнил пустые чашки, свои и Ха Джин Воля

Хе-хе-хе! Приятно иметь собутыльника, хотя лучше, если бы это была красивая девушка, а не мужчина

Я согласен

Ха-ха-ха!

Двое мужчин пили и пили, лодочник вытащил еще одну бутылку, как только предыдущая опустела. Их лица быстро покраснели от опьянения

— Полагаю, ты скоро собираешься на Центральные равнины?

Ага

Хм….Ха Джин Воль уставился на Джин Му Вона

Джин Му Вон почувствовал себя немного неловко, но не отвел взгляда

Черт, это так интересно.  — в конце концов заключил Ха Джин Воль

Что такое?

Ты. Как получается, что такой парень, как ты, появляется ни с того ни с сего?

В то время как обычные мастера боевых искусств-фрилансеров убегали от битвы между Тихой Ночью и Сектой Кулака Тирана, Джин Му Вон не только вмешался, но и в одиночку завершил битву между двумя сторонами с подавляющей силой

Ха Джин Воль вспомнил всех известных ему мастеров боевых искусств, но не мог сравнить Джин Му Вона ни с кем из существующих сект. Это было странно. Талант уровня Джин Му Вона должен был быть известен с детства, как Семь младших небес. Однако это не так, что сделало Джин Му Вона очень интригующим персонажем

Внезапно Ха Джин Воль спросил: «Эй, приятель, ты когда-нибудь мечтал захватить мир?»

Захват мира?

Джин Му Вон долго молчал. Он никогда раньше не задумывался о подобном

Напротив него Ха Джин Воль терпеливо ждал его ответа

Наконец, Джин Му Вон сказал: «Нет, и я не знаю, подумаю ли я когда-нибудь об этом. Я знаю только одно наверняка»

Что это такое?

Я никогда не предам голос своего сердца

Что?

Я иду туда, куда ведет меня сердце, и не буду делать то, что оно говорит мне неправильно

Вы романтик

Может быть, но…именно так я хочу жить

Жизнь, соответствующая голосу твоего сердца, да?

Слова Джин Му Вона неожиданно нашли отклик у Ха Джин Воля. Каков голос моего сердца? Чего я желаю? Предам ли я когда-нибудь свои идеалы и убеждения? Внезапно он почувствовал стеснение в груди. Ответ Джин Му Вона вызвал вопросы, о которых он даже не подумал, поэтому он закрыл глаза и глубоко задумался над этим

Джин Му Вон спокойно наблюдал за ним

Спустя долгое время Ха Джин Воль открыл глаза. На мгновение Джин Му Вон почувствовал, будто туман, который был там, теперь рассеялся

Ха Джин Воль ухмыльнулся. «Приятель, тебе следует отправиться на Небесную Вершину»

Небесную Вершину?

Там произойдет что-то очень интересное

Я действительно не хочу туда идти

— Нет, тебе обязательно нужно идти

Почему?

Хе-хе! Потому что я ухожу, и мне нужен сопровождающий

— Что за черт? Джин Му Вон потерял дар речи

С другой стороны, Ха Джин Воль выглядел уверенным, что Джин Му Вон примет его необоснованную просьбу

Почему ты идешь на Небесную Вершину?

Мне нужно погасить долг перед одной девушкой

Девушка?

Это все, что вам нужно знать на данный момент. Я познакомлю тебя с ней, когда мы встретимся, так что до тех пор не спрашивай меня ни о чем

Джин Му Вон нахмурился. Он был настолько сосредоточен на спасении Хван Чхоля, что какое-то время не обращал внимания на Небесную Вершину. Небесная Вершина... Это место, где собрались люди, ответственные за уничтожение Северной Армии. Место, которым правят монстры, известные как Девять Небес. Микрокосм Гангго. Место, куда мечтают попасть многие молодые мастера боевых искусств. Место, куда мне в конце концов придется пойти, нравится мне это или нет, поскольку они единственные, кто обладает информацией о Тихой Ночи

Словно зная, что это произойдет, Ха Джин Воль усмехнулся: «Хе-хе! Похоже, я был прав»

— Когда ты планируешь уехать?

— В то же время, что и ты

Не имеет значения. Как видите, я очень хорошо справляюсь со скукой

— Хорошо, я предупрежу тебя, прежде чем уйти

Не надо со мной связываться, я буду там

Также...

Хм?

Можете ли вы перестать называть меня Приятель? У меня есть имя

Ты мне нравишься, и это делает тебя моим приятелем. Я придумаю тебе новое имя, когда ты станешь немного более знаменитым

Джин Му Вон вздохнул. Как ни странно, тон Ха Джин Воля не находил его раздражающим или неприятным. Если раздражать, но не злить людей, можно назвать талантом, то Ха Джин Воль был гением

Джин Му Вон вылил остатки вина в горло, и Ха Джин Воль сделал то же самое. Они допили все вино, которое у них было, и Джин Му Вон встал

Мне нужно идти. Мои спутники, наверное, начинают беспокоиться обо мне

Хе-хе! Кто будет беспокоиться о таком сильном человеке, как ты?

.....

— Ладно, уже поздно, иди. Я не провожу тебя

— Ты все равно не сможешь. Сказал Джин Му Вон, прежде чем спрыгнуть с лодки и побежать по воде к берегу. Хотя это был мощный прыжок, лодка, на которой ехал Ха Джин Воль, не раскачивалась ни в малейшей степени

Фигура Джин Му Вона быстро исчезла из поля зрения

Если вы видите это, вы находитесь не в том месте

Ха Джин Воль лег на палубу и посмотрел на ночное небо, море звезд отражалось в его сетчатке. Звезды всегда двигались по фиксированным орбитам. Однако теперь этот порядок был нарушен, и появились новые пути

Судьба, продиктованная небесами, изменилась с его появлением. — пробормотал он

Не многие люди могут изменить судьбу, впервые появившись в ганхо. Будет ли он героем, который двигает время, или первопроходцем, выступающим против небес? Я думаю

Он улыбнулся. После встречи с Джин Му Воном постоянное беспокойство, которое мучило его долгие годы, ушло

Хахахахахаха!

Громкий смех Ха Джин Воля эхом разнесся по озеру

Рыбаки рыбаки собираются вместе (I)

Джин Му Вон прогулялся по заднему двору гостиницы Мир. Легкий ветерок трепал его волосы, и он от удовольствия закрыл глаза, думая: «Хан-Соль, если бы ты только мог почувствовать этот приятный ветерок…»

Внезапно его размышления прервал голос

Здравствуйте, мастер Джин. — поприветствовала Тан Ми Рё, неся таз с водой

Здравствуйте, мисс Тан

Мой дядя сказал мне, что ты собираешься на Небесную Вершину. Это правда?

Да

Могу ли я пойти с тобой? Пожалуйста, позаботьтесь обо мне в поездке

Я тот, о ком позаботятся. Вы собираетесь лечить молодого господина Юна?

Да, мой дядя сказал мне принести ему пресную воду

— Вы не будете возражать, если я к вам присоединюсь?

Конечно, нет. Тан Ми Рё покраснела. К счастью, на улице было еще темно. Было бы очень неловко, если бы Джин Му Вон увидел ее

Джин Му Вон шел рядом с Тан Ми Рё, не отставая от нее. Время от времени она украдкой поглядывала на него. Ей хотелось, чтобы эта прогулка продолжалась подольше, но, увы, вскоре они прибыли в флигель, где лечился Юн Джа Мён

Юн Со Ин и Гон Джин Сон, наблюдавшие за пациентом, встали и поприветствовали их

Приветствую, мастер Джин

Спасибо что пришли

Их отношение к нему сильно изменилось. Раньше они были с ним вежливы только из уважения к его силе, но теперь он был знаменитым Северным Клинком, а также спасителем Юн Джа Мёна

Джин Му Вон ответил на их приветствие и спросил: «Как состояние молодого господина Юна?»

Он не сильно улучшился. На данный момент мы просто благодарны, что мастер Тан сумел предотвратить ухудшение своего безумия. — ответил Гонг Джин Сун, выглядя удрученным. Несмотря на все усилия Тан Ги Муна, особого прогресса добиться не удалось. Тем не менее, мастер ядов клана Тан был их единственной надеждой

Где мастер Тан?

Он вышел ненадолго и сказал, что скоро вернется, но я еще не получил от него известия.  - с тревогой сказал Юн Со Ин. Юн Джа Мён был ее любимым братом. Ей нравилось, насколько оптимистичным и позитивным он был обычно, поэтому ее горе становилось все сильнее

Внезапно дверь открылась, и вошел Тан Ги Мун. Все четверо встали, чтобы поприветствовать его, но Тан Ги Мун протянул руку, чтобы остановить их

Все вы, пожалуйста, присядьте. — сказал он, и радость была написана на его лице

Джин Му Вон спросил: «Ты нашел лекарство?»

Я еще не уверен, сработает ли мой новый подход, но думаю, стоит попробовать

Гон Джин Сон и Юн Со Ин тут же вскочили на ноги. Правда? — спросили они

Да. Но не надейтесь, я все еще на стадии теории. — подчеркнул Тан Ги Мун. В правой руке он держал мешочек из оленьей шкуры, который дал ему Джин Му Вон, а в левой руке он держал небольшой фиолетовый камень

Последние несколько дней я анализировал предоставленный вами яд, но, к сожалению, мне не удалось определить его состав. Однако… — Он указал на фиолетовый камень и спросил: — Ты знаешь, что это такое?

Джин Му Вон покачал головой

Это минерал под названием магнетит. Он обладает сверхъестественной способностью притягивать железо, но его нелегко найти, поэтому большинство людей даже не слышали о том, что такое магнетит.  — объяснил Тан Ги Мун, улыбаясь, хотя последние несколько дней были для него абсолютным кошмаром. Столкнувшись с неизвестным ядом, который бросал вызов всему здравому смыслу, он понял, насколько он беспомощен. Он перепробовал все, что мог придумать, и провел всевозможные тесты, но безрезультатно. Фактически, в тот момент, когда он ослабил бдительность, он сам был бы отравлен

Создатель этого яда был либо гением, либо чудовищем. Наконец, в порыве ярости, он швырнул мешочек с ядом о стену, и тот приземлился рядом с куском магнетита. И только тогда он заметил что-то странное

Яд не отреагировал ни на один из моих других тестов, но его притянуло к магнетиту. Это может означать только одно: яд — это разновидность металла. Этот тип яда невозможно обезвредить, но его можно вывести из организма. Вот почему несколько дней назад я попросил известного мастера из Юйси сделать это для меня. Тан Ги Мун полез в нагрудный карман и вытащил деревянную коробку, наполненную иглами для акупунктуры. Интересно, что иголки были фиолетовыми, а не серебристыми

Они сделаны из магнетита?

Да, я буду использовать их, чтобы привлечь и удалить магнитный яд. Я впервые пытаюсь сделать что-то подобное, и мне нужна ваша помощь, так что будьте бдительны

Спасибо, мастер Тан. — сказал Гонг Джин Сун

Мы сделаем все возможное, чтобы помочь вам. — добавил Юн Со Ин

Тан Ги Мун посмотрел на Джин Му Вона в поисках подтверждения, поскольку он доверял молодому человеку больше, чем им двоим. Джин Му Вон кивнул, и Тан Ги Мун с облегчением сел

Ми Рё

— Да, дядя

Я собираюсь применить технику акупунктурной активации Запретного Кристалла (禁靈活晶針術). Ты будешь моим помощником

Понял

На лице Тан Ми Рё появился проблеск нервозности. Техника акупунктурной активации Запретного Кристалла, о которой говорил Тан Ги Мун, была продвинутой формой иглоукалывания, требующей сотрудничества как минимум двух человек. Иглы для акупунктуры сначала нужно было вводить с разной скоростью и глубиной в тридцать шесть основных акупунктурных точек тела за один прием. За этим последовала инъекция уникальной ци клана Тан, чтобы вытянуть ядовитую ци из тела

Давай начнем

Тан Ги Мун наклонился над Юн Джа Мёном и вставил иглы для акупунктуры, в то время как Тан Ми Рё вводила ей ци и отделяла яд от крови. Юн Со Ин и Гон Джин Сон нервно наблюдали. Когда два члена клана Тан закончили свои индивидуальные роли, они синхронизировали дыхание и вытянули весь яд сразу

Реакция Юн Джа Мёна была немедленной. Его тело начало трястись в конвульсиях, как будто у него был припадок

Быстро, покори его! Прежде чем он причинит себе вред! — крикнул Тан Ги Мун

Джин Му Вон и Гонг Джин Сон бросились в бой, усиливая себя ци, чтобы схватить Юн Джа Мёна. В то же время Тан Ги Мун и Тан Ми Рё ускорили свою работу, густые капли пота стекали по их лицам, словно дождь. Несмотря на то, что процесс выглядел простым, он требовал большого контроля. Не говоря уже о том, что Юн Джа Мён был настолько сильно отравлен, что эта процедура истощила большую часть их ци

Поначалу казалось, что их усилия не принесли никакого результата. Затем внезапно из его кожи вылезли почерневшие кровеносные сосуды

Увидев черные выступающие кровеносные сосуды, Тан Ги Мун и Тан Ми Рё сделали последний толчок. Наконец, черная кровь медленно потянулась к фиолетовым иглам акупунктуры

Это сработало… Лицо Тан Ги Муна озарилось радостью. Как он и предсказывал, магнетитовые иглы эффективно притягивали ядовитый минерал

Черные капли стекали по магнетитовым иглам и просачивались через микроскопические отверстия, слишком маленькие, чтобы их можно было увидеть невооруженным глазом

Мисс Юн, пожалуйста, вытрите яд с игл влажным полотенцем и будьте осторожны, не прикасайтесь к ним

Да! Юн Со Ин сделал, как велел Тан Ги Мун

Когда яд вышел из его тела, боль Юн Джа Мёна, казалось, усилилась. Однако он мог только стонать и выть из-за того, что Джин Му Вон и Гонг Джин Сун сдерживали его

Солнце село, а потом снова взошло. Юн Со Ин в который раз сменил воду и полотенце, использованные для сбора яда, а Тан Ги Мун и Тан Ми Рё повторили еще один цикл извлечения яда. Все они были измотаны до костей, их лица побледнели от напряжения. Хорошей новостью было то, что черная кровь Юн Джа Мёна теперь стала темно-красной

Прошло еще два часа

Наконец, последняя капля яда вытекла из тела Юн Джа Мёна

Тан Ги Мун и Тан Ми Рё расслабили напряженные мышцы и опустились на пол, совершенно измотанные

Тан Ги Мун прислонился к стене в поисках поддержки и устало сказал: «Пожалуйста, помогите мне провести последнюю проверку. Я подозреваю, что там может остаться немного яда»

Конечно.  — ответил Джин Му Вон, затем приложил ладонь к акупунктурной точке Юн Джа Мёна Врата Жизни. Он позволил своей Теневой Ци незаметно течь по венам Юн Джа Мёна в поисках следов яда

Там! В акупунктурной точке моря Ци! Предположение Тан Ги Муна оказалось верным. Крошечная капля яда оставалась скрытой в теле Юн Джа Мёна, ожидая возможности нанести удар

Джин Му Вон заключил яд в капсулу своей Теневой Ци, но яд отчаянно боролся, как будто готовился к последней битве. Чтобы противостоять этому, Джин Му Вон использовал Искусство десяти тысяч теней, чтобы проанализировать яд и развить свою Теневую Ци в форму, которая могла бы идеально нейтрализовать его, так же, как он сделал это с Демоном Хаоса Тэ Му-Кваном десятью годами ранее

Когда последняя часть яда вышла из тела Юн Джа Мёна, Тан Ги Мун вытащил все магнетитовые иглы и вздохнул с облегчением: «Уф!»

Юн Со Ин нервно спросил: «Мой брат сейчас выздоровел?»

Пожалуйста, подождите, пока я его осмотрю.  — сказал Тан Ги Мун, кладя палец на запястье Юн Джа Мёна и проверяя его состояние. Спустя, казалось, долгое время, он улыбнулся. Весь яд удален, но тело вашего брата серьезно повреждено ядом, и ему понадобится много еды, чтобы восстановиться

Пожалуйста, скажите мне, что ему нужно. Я получу его немедленно, независимо от цены или редкости

Тан Ги Мун записал рецепт и передал его Юн Со Ин. Большинство лекарственных трав на нем стоили тысячи золотых, но благодаря финансовой мощи Торговой Ассоциации Белого Дракона достать их было не так уж сложно

Спасибо. Мы очень ценим вашу помощь.  — сказали Юн Со Ин и Гон Джин Сон, в знак благодарности склонив головы перед Тан Ги Муном

Тан Ги Мун и Тан Ми Рё улыбнулись им в ответ, а Джин Му Вон засмеялся. Как и торговцы Белого Дракона, они тоже почувствовали, как будто с их сердец свалился огромный груз

***

Акупунктурная точка «Ворота жизни» (命門穴): акупунктурная точка, расположенна в нижней части спины, напротив пупка

Акупунктурная точка Ци Моря (氣海穴): акупунктурная точка чуть ниже пупка, также известная как Нижний Даньтянь

Рыбаки собираются вместе (II)

Это было неспокойное время для гангхо. После известия о возвращении Тихой Ночи по всей стране распространился новый слух

Небесная Вершина создавал новую организацию, состоящую из молодых мастеров боевых искусств. Их будут направлять в зоны конфликтов и наделять полномочиями командовать и управлять другими мастерами боевых искусств поблизости

Влияние слухов было колоссальным. Не только молодые мастера боевых искусств малых и средних сект, но даже представители Девяти Великих сект начали шевелиться

В Муриме Центральных Равнин доминировали Небесная Вершина, Девять Великих Сект и Четыре Северных Столпа. Правители каждого региона были очевидны, а Небесная Вершина имел самый широкий охват. Это не оставляло места мелким и средним сектам. Их статусы больше зависели от того, к какой фракции они принадлежали, чем от их способностей или силы. Это был застойный мир, в котором не существовало никакой формы социальной мобильности, если только человек не принадлежал к Небесной Вершине или Девяти Великим Сектам

Для молодых мастеров боевых искусств, живущих в таком застойном мире, слух о создании на Небесной Вершине мощной молодежной организации был очень приятной новостью

Вскоре многообещающие молодые мастера боевых искусств начали мобилизоваться со всех регионов. Они понятия не имели, правдивы ли эти слухи или нет, но были полны решимости добраться до Небесной Вершины раньше всех

Слух также достиг ушей Джин Му Вона через его лучшего информатора Чхон Ина

Джин Му Вон, Чхон Ин, Квак Мун Чжон, Хван Чхоль и Тан Ги Мун собрались в конференц-зале

Хи хи! Что вы думаете? Разве это не интересно?

Это несомненно.

Это гениальный ход. Тот, кому пришла в голову эта идея, просто потрясающий. Чонг Ин восхищенно кивнул

На лице Квака Мун Юнга, напротив, было скучающее выражение. Что в этом такого замечательного? Что такого особенного в молодежной организации?

Пожалуйста, используй свой мозг, малыш. Чхонг Ин постучал по голове Квак Мун Чжуна

Квак Мун Юнг преувеличенно отпрянул и откинулся назад. Если ты продолжишь меня так бить, я стану глупее

Ваш интеллект уже на самом дне. Тебе вообще есть что терять?

Тан Ги Мун улыбнулся этой трогательной сцене, а затем сказал: « Небесная Вершина извлекает из этих слухов три вещи. Во-первых, это отвлекает внимание людей от Юнаннь, где они устроили большой беспорядок из-за резни в Юйси. Во-вторых, это мотивирует и отвлекает вспыльчивую молодежь. В-третьих, они могут использовать этих молодых людей в качестве пешек против Тихой Ночи»

Ах! Квак Мун Юнг издал восклицание, когда осознание этого наконец пришло к нему

Чхонг Ин посмотрел на него и продолжил объяснение: «Я не знаю, кто придумал эту идею, но она действительно умная. Это не только идеально вовремя, но и соответствует волне общественного мнения»

Есть причина, по которой Небесная Вершина находится на вершине Гангхо. Если мы используем дерево в качестве аналогии, дерево Небесной Вершины будет настолько огромным, что нет нигде, где у него не было бы корней, и нигде, где бы его ветви не доходили. — сетовал Тан Ги Мун, вздыхая. Как член клана Тан, опоры, поддерживавшей Небесную Вершину, и одного из блюстителей застойного порядка, он чувствовал себя частично ответственным за атмосферу уныния, царившую в Гангхо

Независимо от того, намеревался Небесная Вершина или нет, волна перемен началась. Скоро в Гангхо подует сильный ветер. Взгляд Чхонг Ина упал на Джин Му Вона, сидевшего во главе стола

Он знал, что Джин Му Вон был спусковым крючком хаоса и центром бури, намеренно или нет. Одного факта, что он последний лорд Северной армии, достаточно, чтобы потрясти мир

На данный момент он изо всех сил старался не допустить утечки правды о прошлом Джин Му Вона, но знал, что не сможет скрывать это вечно. Когда-нибудь кот выберется из мешка, и Чхонг Ин не мог предвидеть последовавшего за этим шума

Мне просто нужно делать то, что я могу сейчас, и беспокоиться об остальном, когда это произойдет. Чхон Ин почувствовал, что у него начинает болеть голова, и потер виски большими пальцами

Тан Ги Мун спросил Джин Му Вона: «Что ты собираешься делать после этого?»

Я планирую пойти в Небесную Вершину. Даже если это ловушка, я не могу просто сидеть здесь и ничего не делать. Джин Му Вон посмотрел на север. По правде говоря, он что-то скрывал от остальных. В конце концов, он отправится на Небесную Вершину, так что он не лгал сам по себе, но было одно место, где ему нужно было сначала остановиться

Мне нужно навестить Чо Чхон Ву, вдохновителя резни Юйси, в секте Кулака Тирана. Однако я не могу позволить себе снова подвергать дядю Хвана опасности, поэтому сначала я отправлю его из Юнаннь

Мне очень жаль, дядя Джо, но, похоже, нам никогда не удастся помириться. Я могу принять, что ты предал Северную Армию ради собственных амбиций, но я никогда не отпущу тебя за организацию убийств невинных людей

Я тоже собираюсь туда. Пойдем вместе? — спросил Тан Ги Мун

— Тебе там что-то нужно сделать?

Тан Ги Мун собрался с силами. Как человек ортодоксальной секты и мастер клана Тан, он не мог закрывать глаза на несправедливость. Это была его гордость и индивидуальность. «Я должен предать гласности правду о резне в Юйси. Я подам это дело в суд и привлеку виновных к ответственности.  — заявил он

Вы уверены, что? Ваши действия повлияют на будущее клана Тан

Я уверен, что глава клана одобрит мое решение. Клан Тан всегда придерживался Рыцарского Символа Веры, который предписывает тем, кто занимается боевыми искусствами, придерживаться высокого кодекса поведения, поскольку сила без справедливости является тиранической

Чхонг Ин был поражен убежденностью Тан Ги Муна. Я не ожидал ничего меньшего от мастера ядовитого павильона рыцарского клана Тан! Он человек, который придерживается своих убеждений до самого конца

— Я тоже пойду с тобой. — выпалил вслух, сам того не осознавая, Чхонг Ин

Все взгляды сразу же сосредоточились на нем, и его лицо покраснело от смущения из-за своей ошибки

Хм, я всегда хотел посетить Небесную Вершину. — объяснил он

Понятно.  — кивнул Джин Му Вон, зная, в чем заключалась настоящая работа Чхон Ина. Он повернулся к Хван Чхолю, который молчал на протяжении всей встречи. А как насчет тебя, дядя Хван?

Мне бы очень хотелось последовать за вами, Молодой Мастер, но боюсь, что я буду для вас только обузой.  — ответил Хван Чхоль

Он знал, что, хотя неожиданный поворот событий помог ему совершить огромный прорыв в боевых искусствах, он был прискорбно незавершенным. Пока он не улучшит свое мастерство фехтования настолько, чтобы сбалансировать переполняющую его ци, он не сможет использовать свои новые навыки в реальном бою

Я вернусь в Ланьчжоу вместе с Ассоциацией торговцев Белого Дракона, поразмышляю над своими новыми открытиями и действительно сделаю их своими собственными

Это хорошая идея

Я также воспользуюсь этой возможностью, чтобы научить Мун Юна, поэтому возьму его с собой. Если вы дадите мне немного времени, этот Хван Чхоль определенно станет для вас большим подспорьем, молодой господин. Глаза Хван Чхоля сияли решительным светом

Джин Му Вон улыбнулся. Я уверен, что так и будет, дядя Хван

Я не подведу вас, молодой господин

— Я-я тоже сделаю все возможное! Квак Мун Юнг сжал кулаки. Время, проведенное с Джин Му Воном, научило его многим вещам, самым важным из которых было то, что мастер боевых искусств должен быть сильным. Правосудие без силы бессильно. Если я когда-нибудь захочу добиться справедливости, мне придется усердно тренироваться

***

После того, как яд был удален, состояние Юн Джа Мёна быстро улучшилось. Он проснулся через два дня и еще через два дня смог сидеть самостоятельно. Когда это произошло, он позвал Джин Му Вона, Хван Чхоля и Тан Ги Муна в свою комнату

Я правда не знаю, как вас отблагодарить. Я так, так благодарен всем вам. Вы спасли мою жизнь

Мы также рады, что вы выздоровели. Однако, пожалуйста, продолжайте принимать прописанное мной лекарство еще три месяца. Это поможет восстановить часть вашей жизненной силы

Да, я обязательно сделаю это.  — ответил Юн Джа Мён Тан Ги Муну, прежде чем обратить свое внимание на Джин Му Вона

Спасибо, Джин Му Вон. Со Ин рассказал мне, что ты сделал, и я обязательно отплачу тебе за твою доброту

Пожалуйста, верните услугу тем, кто пострадал больше, чем я

Юн Джа Мён улыбнулся. Остальные уже сообщили ему о личности Джин Му Вон. Не волнуйся, я сделаю это. Но даже в этом случае я не из тех, кто забывает об одолжении, и я обязательно отплачу тебе каким-нибудь образом. Если вам когда-нибудь что-нибудь понадобится, пожалуйста, не стесняйтесь обращаться в Ассоциацию торговцев Белого Дракона. Если я могу чем-то помочь, я сделаю все возможное, что бы это ни было

Это были тяжелые слова, которые могли отражать волю Торговой Ассоциации Белого Дракона, как их произнес Юн Джа Мён, третий молодой мастер

Однако Джин Му Вон ничего об этом не подумал. Все, что он делал, он делал ради спасения Хван Чхоля, а не ради награды или благосклонности Юн Джа Мёна. Юн Джа Мёну просто повезло, что он оказался рядом с Хван Чхолем

Видя беспечное отношение Джин Му Вона, Юн Джа Мён понравился ему еще больше. Более того, хотя он только что пришел в себя, как человеку, который был торговцем до самых костей, его торговая интуиция шепнула ему: « Этот человек обязательно оставит свой след в истории Гангхо». Установление связи с ним сейчас принесло бы нам большую пользу в дальнейшем, и, к счастью для меня, у меня хорошие отношения не с одним, а с двумя его близкими соратниками»

Он повернулся к Хван Чхолю и Квак Мун Чжону и сказал: «Я доставил вам много хлопот, эскорт Хван. Я обязательно отплачу тебе. И тебе спасибо, Мун Юнг. Я никогда не забуду то, что ты для меня сделал»

Вам не обязательно этого делать, Молодой Мастер. Я просто делал свою работу

Пожалуйста, не благодарите меня, я ничего не сделал

Хван Чхоль и Квак Мун Чжон преуменьшили свой вклад

Улыбка Юн Джа Мёна стала шире. Из своих более ранних разговоров с Квак Мун Чжоном и путешествий с Хван Чхолем он знал, что и Квак Мун Чжон, и Хван Чхоль были людьми с характером. В частности, он дал себе клятву лучше узнать Хван Чхоля

Теперь, когда твое тело немного восстановилось, я думаю, пришло время отправиться на Центральные равнины. — предложил Тан Ги Мун

Наконец пришло время покинуть Юнаннь

***

Рыцарское кредо: Тан Ги-Мун говорит об определении понятия «мухёп», или уся (武俠). Первое слово му/у означает «боевой» или «сила оружия», а хёоп/ся означает «героический». Соединив эти два слова, они образуют рыцарское кредо ортодоксальных сект: «С силой приходит ответственность»

Правосудие без силы бессильно; сила без справедливости тиранична: Тан Ги-Мун и Квак Мун-Юнг по сути цитировали отрывок из французского философа Блеза Паскаля — «Справедливость без силы est impuissante»; сила без справедливости — это тирания

Рыбаки рыбаки собираются вместе (III)

Над Долиной Смерти раздался громовой грохот. Появилось огромное облако пыли, закрывая вид на великолепные павильоны и красивые деревья, раздавленные тоннами осыпающихся камней

Коллапс продолжался довольно долго. Когда пыль наконец улеглась, рая, которым была Долина Смерти, больше не было. Там был только большой сад из камней

О боже, это потрясающе! Дам Джу Ин присвистнул, увидев это. Это предприятие стоило ему десятков бомб и тысяч золотых таэлей. Долина Смерти исчезла, и люди никогда не узнают, что произошло внутри. Это был идеальный конечный результат

Тяжелая работа последних нескольких дней не прошла даром. Дам Джу Ин обернулся и улыбнулся, чувствуя удовлетворение. Пришло время вернуться на Небесную Вершину

Внезапно из воздуха появился мастер боевых искусств в красной мантии и опустился перед ним на одно колено. Мой господин.  — поприветствовал он

— Что-то случилось?

Появилась переменная

Переменная? Глаза Дам Джу Ина загорелись любопытством

Кто-то, кто должен был умереть, выжил и даже оправился от безумия

Юн Джа Мён из Торговой Ассоциации Белого Дракона

Действительно?

Я только что подтвердил это. Ему все еще трудно ходить, но он пришел в себя и может нормально говорить

Выражение лица Дам Джу Ина напряглось. Если то, что сказал его подчиненный, было правдой, то его работа по уборке была далека от совершенства. Они нашли противоядие? -  спросил он

Это было не противоядие, а неизвестная специальная техника, которая его вылечила

Особая техника…?

Сейчас мы внимательно за ним наблюдаем и скоро сможем выяснить, как яд был нейтрализован

Да, мы должны знать, как это было сделано. Дам Джу Ин устрашающе улыбнулся

Дрожь пробежала по спине его подчиненного. Из-за характера их работы его начальник всегда носил маску, но впервые эта маска треснула

Тан Ги Мун, мастер ядовитого павильона клана Тан… Поистине, к способностям великого клана не стоит относиться снисходительно

Знания, которые древний клан, особенно тот, который существовал сотни лет, как клан Тан, накопил за бесчисленные поколения, были невообразимо широкими и глубокими

Также….

— У тебя есть для меня еще сюрпризы?

Кулак Демон исчез. Предположительно, он проходит изолированное обучение, но нигде в секте Кулака Тирана его не видно

Чо Чхон Ву? Дам Джу Ин нахмурился, а затем продолжил: «Разве старейшина Хо не позаботился о нем?»

Он это сделал, поэтому старейшина Хо сейчас в панике

— Хм… — Дам Джу Ин постучал пальцем по подбородку. У него не было особых привычек, но это было единственное, чего он не мог не делать, когда был взволнован

Много времени спустя он, наконец, сказал: «У меня нет свободного времени, чтобы вмешиваться в это дело, поэтому попросите старейшину Хо взять на себя ответственность за это. Ассоциация Алого Тумана сосредоточит все свои усилия на том, чтобы выяснить, как Тан Ги Мун вылечил Юн Джа Мёна»

Понятно.  — ответил подчиненный, прежде чем внезапно исчезнуть так же, как и появился

Отныне за каждым движением Тан Ги Муна будут следить десятки глаз, а вся полученная информация передается Дам Джу Ину для тщательного анализа

Тск! Это уже не весело

***

Торговая Ассоциация Белого Дракона специально заказала большую карету, в которой могла бы удобно разместиться кровать для Юн Джа Мёна, который еще не полностью выздоровел. Чтобы присматривать за ним во время путешествия, Юн Со Ин, Тан Ги Мун и Тан Ми Рё также сели в карету. Члены клана Тан, по крайней мере, будут присматривать за ним до границы с Юнаннь, где они расстанутся

Их свита будет такой же, как и раньше, их будет охранять Железная бригада и собственный эскорт. Самым ярким отличием было радостное выражение лиц Ён Му Суна и других членов Железной бригады, поскольку теперь они успешно выполнили свою миссию

Джин Му Вон, Хван Чхоль и остальные отставали позади группы. Юн Джа Мён сунул крупную сумму денег в неохотные руки Джин Му Вона, и благодаря этому Джин Му Вон неожиданно разбогател. Однако он на самом деле не осознавал ценность денег, которые держал в руках, поскольку много лет жил в пустыне

Пойдем! - крикнул Ён Му Сун

Наконец караван отправился в путь на север. Настроение было намного светлее, чем, когда они прибыли, и даже у сопровождающих на лицах были расслабленные улыбки

По дороге Хван Чхоль держался рядом с Квак Мун Чжоном и продолжал делиться с мальчиком своими мыслями о технике медитации Три начала. Будучи соучеником того же боевого искусства, Квак Мун Чжон впитывал учения Хван Чхоля, как губка

Тем временем Джин Му Вон оставался в состоянии повышенной готовности. Чхонг Ин сделал то же самое, хотя и из тени, замаскировавшись под одного из счастливых сопровождающих. Джин Му Вон не знал, кто он такой, но знал, что ему не нужно выявлять шпиона; Чхон Ин появится, когда придет время

Поскольку за мной следуют все эти люди, я больше не смогу сделать небольшой крюк…

— Эй, о чём ты так усердно думаешь? — спросил Ён Му Сон, подходя к Джин Му Вону

Это и то

Есть много вещей, о которых стоит подумать, хе-хе! Ён Му Сон рассмеялся своим обычным уникальным способом

— Ты хотел со мной о чем-то поговорить?

— Вы слышали этот слух?

Какой слух?

Ходят слухи о том, что Небесная Вершина вербует молодых мастеров боевых искусств

Я слышал об этом

Я понимаю. Улыбка исчезла с лица Ён Му Сона, когда он серьезно спросил: «И что ты собираешься делать?»

А сейчас я подумываю о поездке на Небесную Вершину

Вы заинтересованы в этой организации?

Джин Му Вон покачал головой

Ён Му Сун был сбит с толку. Тогда зачем ты туда идешь?

Я хочу кое-что расследовать. Это не имеет ничего общего с вербовкой людей на Небесной Вершине

Я понимаю

— Почему ты спросил меня об этом слухе?

Потому что я действительно подумываю о том, чтобы самому поехать на Небесную Вершину

Железная бригада тоже заинтересована в организации, которую они создают?

Это заманчиво, но мы не заинтересованы в присоединении. Я еду туда по личным причинам

А как насчет Ассоциации Торговцев Белого Дракона?

Я сопровожу их в Ланьчжоу, несмотря ни на что, но после этого я сразу же направлюсь на Небесную Вершину.  — сказал Юн Му Сун с необычно серьезным выражением лица

Джин Му Вон подозревал, что это как-то связано с личными причинами Ён Му Суна, но не стал расспрашивать о подробностях. Возможно, мы снова встретимся на Небесной Вершине

Возможно. Ён Му Сун покачал головой

Чонри Му Хван, Чэ Як Ран и другие воины Железной бригады посмотрели на него. Не только Ён Му Сун хотел отправиться на Небесную Вершину, но и вся Железная Бригада

— В любом случае, не беспокойся о своем дяде. Я благополучно отвезу его в Ланьчжоу

Спасибо

— Я вернусь в начало каравана. - сказал Ён Му Сун, прежде чем остановить лошадь и уйти

Джин Му Вон какое-то время смотрел на него, затем закрыл глаза и быстро погрузился в мир своего разума. Точно так же, как Хван Чхолю нужно было время, чтобы осмыслить то, что он узнал, ему тоже нужно было время

Нам Гун Ви и Гым Дан Ёп. Он блестяще выиграл битву против этих двух мужчин, но они также заставили его осознать свои недостатки

Особенно это касается боя с Гым Дан Ёпом, чье звуковое искусство стало серьезным испытанием для Джин Му Вона. Хотя его большая область действия была ошеломляющей, на самом деле он был самым пугающим, когда был сосредоточен на одной цели

Серенада Гым Дан Ёпа Апокалипсису нанесла Джин Му Вону большой внутренний ущерб. Если бы техника Гым Дан Ёпа была немного более совершенной, он, возможно, не выиграл бы этот последний размен

Простое владение мечом не сравнится с Серенадой Апокалипсису. Также нет никакой гарантии, что я смогу разрушить звуковые волны криком своего меча во второй раз. Как лучше всего эффективно бороться со звуковым искусством?

Джин Му Вон вспомнил свой бой с Гым Дан Ёпом. Это произошло в подземном зале, и отраженный и усиленный звук значительно усложнил выдержку и противодействие

Он использовал преимущество местоположения, чтобы максимизировать мощность своих звуковых волн, в то время как я плохо боролся, лишенный подвижности. Это означает, что в бою с таким противником, как он, важно иметь географическое преимущество

По сравнению с Хван Чхолем это едва ли можно было считать просветлением. Однако для Джин Му Вона, постоянно жаждущего новых знаний, это было значимо. Ведь большие перемены часто начинались с маленьких просветлений

Как мне сохранить маневренность в подземном зале и при этом рассеять направленные на меня звуковые волны?

Идеи Джин Му Вона были безграничны, его воображение безгранично. В его сознании битва с Гым Дан Ёпом воспроизводилась снова и снова, каждый раз немного отличаясь от предыдущего. Он представил, как Гым Дан Ёп будет реагировать на каждое его движение, и соответственно изменил свой подход

Таким образом, он постоянно совершенствовал себя

Внезапно караван остановился, и Джин Му Вон открыл глаза. Как долго я находился в глубоком созерцании? — задавался он вопросом, даже когда спросил ближайшего сопровождающего: «Что происходит?»

Впереди блокада. — ответил эскорт

Джин Му Вон немедленно двинул свою лошадь вперед, за ним следовали Хван Чхоль и Квак Мун Чжон. Подойдя к передней части каравана, они увидели гигантскую повозку, блокирующую дорогу, которую тянул необыкновенно унылый на вид желтый бык

Мужчина сидел на повозке с волом, перед ним стоял большой винный стол. Он обмахивал себя распахнутой спереди рубашкой, лицо его было красным от алкоголя. Когда он увидел Джин Му Вона, он помахал рукой

Это был Ха Джин Воль. Джин Му Вон тут же отвел взгляд

Ты его знаешь? — с любопытством спросил Квак Мун Юнг

Впервые Джин Му Вон не хотел признаваться, что он кого-то знает. Это было слишком неловко

Благодарность мимолетна; Обиды вечны (I)

Неожиданно Ха Джин Воль и Тан Ги Мун очень хорошо поладили. Вскоре после встречи с ученым Тан Ги Мун подошел к повозке с волами и начал с ним разговаривать. Тема началась с медицины, но вскоре перешла на астрономию, географию и многое другое. В конце концов к обсуждению присоединился даже Чонри Му Хван

Хотя всех, кто слушал их разговор, быстро оттолкнуло частое использование непонятного жаргона, прибытие Ха Джин Воля оживило атмосферу

В отличие от того, когда они вошли в Юнаннь, они не остановились в Куньмине, где располагалась секта Кулака Тирана. Они уже спасли Юн Джа Мёна, и Секта Кулака Тирана вряд ли была лучшим местом для этого сейчас. Поскольку Джин Му Вон согласился путешествовать с группой до тех пор, пока они не покинут Юнаннь, он решил отказаться от своих первоначальных планов и последовать примеру Гонг Джин Суна

Прежде чем они это заметили, солнце уже садилось, и Гонг Джин Сун приказал сопровождающим разбить лагерь. К счастью, поблизости находился довольно большой ручей, а перед ним была достаточно большая поляна, чтобы с комфортом разместиться

Они построили круглую баррикаду из повозок, разожгли огонь, набрали воду из ручья и вылили ее в большой котел, подвешенный над пламенем. Повар дня бросал в кастрюлю различное сушеное мясо и овощи, и вскоре загадочная каша с весьма необычным вкусом была готова

Кашу раздали сопровождающим, и Джин Му Вон тоже взял миску. По опыту он знал, что даже если это выглядит неаппетитно, обычно на вкус оно вполне приличное. Однако пока он ел, темная туча нависла над его лицом

Хван Чхоль, сидевший рядом с ним, обеспокоенно спросил: «Что случилось, молодой господин? Еда невкусная?»

Нет, дело не в этом

У меня предчувствие предчувствия

Что?

Моя грудь сжимается, как будто я забыл что-то важное. — сказал Джин Му Вон. На протяжении всего пути он чувствовал все большую тревогу, как будто невидимая рука тянула его за лодыжки. Это было настолько плохо, что он вообще не мог медитировать

Хван Чхоль прищурился. Спокойствие такого мастера, как Джин Му Вон, было твердым, его трудно было поколебать или сломать. Если он чувствовал себя не в своей тарелке, то это должно было быть что-то достаточно серьезное, чтобы повлиять на его психическое состояние

Внезапно ему в голову пришла идея

Возможно...

Может ли на тебя повлиять этот меч?

— Ты имеешь в виду Снежный Цветок?

Да, родина истребленного племени, где я добыл черный камень, из которого ты сделал Снежный цветок, недалеко отсюда

Где это?

В дюжине миль к северу отсюда находится гора под названием Гора Дарксворд. Родина племени находится на северном склоне горы Дарксворд

Мне нужно туда пойти. Джин Му Вон поставил миску и встал

— Ты уходишь прямо сейчас?

Да. Думаю, будет лучше, если я решу эту проблему раньше, чем позже

— Я пойду с тобой

Тебе не обязательно

Местность вокруг горы Темный Меч сложнее, чем кажется, и ориентироваться в ней непросто. Вам понадобится гид. Хван Чхоль встал, решимость в его глазах горела так ярко, что Джин Му Вон не смог ему отказать

Джин Му Вон сказал группе, что собирается посетить гору Темный Меч и что, если он не вернется к восходу солнца, им следует уйти без него, и он догонит их позже

Затем двое мужчин покинули лагерь группы и направились к горе. Джин Му Вон соответствовал темпу Хван Чхоля, и хотя Хван Чхоль не был очень хорош в искусстве движения, они поддерживали приличную скорость благодаря его увеличенной внутренней ци

Лично Хван Чхоль был поражен своими способностями. Независимо от того, сколько он растратил свою ци, казалось, что у него никогда не кончается энергия и он никогда не чувствует усталости. Это было то, чего он никогда раньше не мог себе представить

Хван Чоль краем глаза взглянул на Джин Му Вона. Лицо Джин Му Вона не покраснело, а дыхание не стало прерывистым, несмотря на то, что он бежал на максимальной скорости

Молодой Мастер уже достиг уровня, который я не смею понять. Если бы мой Господин был жив и увидел это, насколько бы он был счастлив? При мысли о Джин Кван Хо у Хван Чхоля навернулись слезы. Прошло десять лет с тех пор, как Джин Кван Хо встретил свой трагический конец, но Хван Чхоль все еще чувствовал разбитое сердце всякий раз, когда думал о нем

Он сдержал слезы и попытался улыбнуться, двигаясь быстрее, чтобы Джин Му Вон не заметил выражения его лица. Он не хотел, чтобы его эмоции повлияли на молодого человека. Одно дело, если бы это был он, но он не хотел, чтобы Джин Му Вон напоминал о болезненном прошлом

Пейзаж вокруг него проносился в быстром темпе, и пока он бежал, над ним нависла огромная тень. В тусклом лунном свете едва виднелась огромная гора. Это была гора Темный меч

Ух ты! Хван Чхоль ахнул и резко остановился

Джин Му Вон тоже остановился и посмотрел на гору. По дрожи на талии он мог сказать, что Снежный Цветок плакала, как будто она была рада вернуться домой

Дядя Хван был прав. Снежный Цветок был причиной моего беспокойства. Джин Му Вон нежно гладила Снежный Цветок, пока ее сильная дрожь постепенно не утихла

Надеюсь, дорога в деревню еще видна.  — немного обеспокоенно сказал Хван Чхоль

Необитаемые деревни быстро превратились в руины, а неиспользуемые дороги заросли растительностью, что затрудняло поиск каких-либо следов. Поскольку последний раз он был здесь десять лет назад, маловероятно, что дорога все еще была здесь.

Хван Чоль пробирался сквозь кусты, пытаясь вспомнить путь, по которому он прошел давным-давно, а Джин Му Вон молча следовал за ним. В лесу было так тихо, что даже щебетание сверчков было прервано внезапным появлением двух людей

Как сказал Хван Чхоль, местность была очень пересеченной. Хотя это не было похоже на горы Айлао, им все равно приходилось пересекать опасные долины и крутые скалы

Прежде чем они это заметили, уже наступил рассвет. Хван Чхоль указал на скалу в форме рычащего льва и сказал: «Мы почти у цели. Деревня находится на равнине под этим утесом»

Как оказалось, равнина, где когда-то была деревня, была покрыта травой в человеческий рост и усеяна деревянными балками, вероятно, руинами домов

Это место…

Снежный Цветок, на какое-то время успокоившийся, снова начал плакать, на этот раз так громко, что ее услышал даже Хван Чхоль

Хван Чхоль ахнул. Он чувствовал, как будто его грудь сдавили. Он поспешно направил свою ци, чтобы противостоять проклятой энергии Снежного Цветка, и боль постепенно утихла

— Что это за меч… — пробормотал он, сердито глядя на Снежный Цветок. Несмотря на то, что Джин Му Вон сказал ему, что это проклятый меч, он впервые ощутил его энергию

Джин Му Вон не ответил. Нет, он не мог ответить. Проклятая энергия Снежного Цветка повлияла на него даже больше, чем на Хван Чхоля, и он был занят попытками ее успокоить

Сердце его упало, и он почувствовал, что вот-вот потекут слезы. Однако это были не его собственные эмоции. Они принадлежали Снежному Цветку

Что еще хуже, сам того не осознавая, он последовал совету Снежного Цветка и направился в большую пещеру в задней части деревни. Он заглянул в пещеру и увидел святилище предков племени, но оно было настолько полностью разрушено, что осталось лишь несколько следов

Здесь я нашел камень

— Были ли вообще выжившие?

— По крайней мере, я никого здесь не видел, когда пришёл. Тень упала на лицо Хван Чхоля, когда к нему вернулись воспоминания о том времени. В последний раз, когда он приезжал сюда, разрушения были ужасающими. Тела сотен соплеменников валялись на земле, и даже их скот был забит и гнил. Большинство домов было сожжено или разрушено, а на улицах пахло кровью и разложением

По сей день я не знаю, что такого было в этом месте, что заставило мастеров боевых искусств разрушить его…

Местность была окружена горами со всех сторон. Рядом не было ничего интересного. Это было не совсем то место, которое могло бы понравиться мастерам боевых искусств, но их приход и уничтожение означало наличие чего-то ценного, о чем он не знал

Осмотревшись на мгновение, Джин Му Вон вошел в пещеру. Однако из-за обломков обвала он не смог проникнуть глубоко внутрь. Он всмотрелся сквозь обломки. Что-то за этим привлекло его. Словно в доказательство этого Снежный Цветок закричал ещё громче

Джин Му Вон начал передвигать камни. Увидев своего молодого мастера за работой, Хван Чхоль молча помог ему, думая, что для действий Джин Му Вона должна быть веская причина

Вот так они часами трудились, убирая камни

Наконец, пещера за обломками была обнаружена. Джин Му Вон тут же закусил губу, и Хван Чхоль застыл в ужасе

Что, черт возьми?

Прямо перед ними бесчисленные тела были сложены, словно багаж, вокруг большой ямы, вырытой в земле. Поскольку последние десять лет тела находились в закрытом помещении, они мумифицировались, а не разложились

Б-было больше тел, чем те, что снаружи? — сказал Хван Чхоль дрожащим голосом

Мумий было более сотни. От них исходил неприятный запах, из-за которого двое мужчин чувствовали себя слегка дезориентированными. Однако Джин Му Вон, выдержав зловоние, подошел к телам, чтобы рассмотреть их поближе

Это все женщины

Значит ли это, что убийцы собрали всех женщин по отдельности?

Кажется да

Блин! Лицо Хван Чхоля скривилось от гнева

Сто тел, все женщины… — пробормотал Джин Му Вон. Что-то в этом факте его беспокоило, но он не мог вспомнить, что именно

Джин Му Вон потянулся, чтобы осмотреть одну из мумий, но высохшая плоть рассыпалась при малейшем прикосновении. Оно было в ужасном состоянии, и ему пришлось ограничиться наблюдением

Поэтому он тщательно искал сходство между мумиями и вскоре заметил, что у всех них на шеях и запястьях были перекрещивающиеся порезы

Вся кровь в их телах вытекла через эти раны. Вот почему их мумифицировали, а не разложили

Какой сумасшедший станет высасывать всю кровь из трупа? Это безумие

Вы уверены, что это место было уничтожено сектой Тиранового Кулака?

Это то, что я слышал. Почему?

Будь то тела, обескровленные или эта гигантская яма, и то и другое является признаком того, что здесь находился практик демонического искусства

Демонические искусства?

Можете ли вы представить себе демоническое искусство, использующее женскую кровь в качестве жертвы?

Хван Чхоль покачал головой. За все годы путешествий по стране с Ассоциацией Торговцев Белого Дракона он ни разу не слышал о демоническом искусстве, использующем женскую кровь

Вы знаете что-нибудь об этом, молодой господин?

Когда я был ребенком, я услышал одну страшилку от воинов Северной армии

Какая история…?

Существует демоническое искусство, использующее кровь, взятую у живых женщин. Говорят, что сила демонического искусства возрастает в геометрической прогрессии по мере того, как практикующий поглощает все больше и больше крови

Вы хотите сказать, что такое демоническое искусство… действительно существует?

Он называется Демоническим Кровавым Крестом (十字血魔功), и он был давно объявлен запрещенным боевым искусством в Гангхо из-за его жестокости и бесчеловечности». Глаза Джин Му Вона стали ледяными. Интересно, кто был виновником? Демонический Кровавый Крест имеет фатальный побочный эффект, который приводит к развитию раздвоения личности… и все же они решили изучить его!

Снежный Цветок взвыл

Благодарность мимолетна; Обиды вечны (II)

Утром с восходом солнца группа собрала вещи и отправилась в путь. Джин Му Вон все еще не вернулся, но никто из них не беспокоился о нем. Было глупо беспокоиться о таком сильном человеке, как Джин Му Вон

Они решили не ждать его и оставили метки на земле или на деревьях, чтобы помочь ему следовать за ними позже

Ён Му Сон посмотрел на Чонри Му Хвана, который был погружен в свои мысли. Со вчерашнего дня стратег выглядел мрачным

— Ты о чем-то беспокоишься?

— О нет, дело не в этом

Тогда почему ты так расстроена? Наша миссия имела большой успех

Это потому что....

Скажи мне

По настоянию Ён Му Сона Чонри Му Хван неохотно сказал: «Это из-за Мастера Джина»

Что насчет него?

Если быть точным, это из-за Ученого Ха, который присоединился к нам в качестве гостя Мастера Джина

— Есть ли с ним какие-нибудь проблемы?

Он потрясающий человек. Я никогда в жизни не встречал никого столь же знающего, как он

Больше чем ты?

Честно говоря, я не думаю, что смогу что-то противопоставить ему

— Так плохо, да? Глаза Ён Му Суна расширились. Он знал Чонри Му Хвана лучше, чем кто-либо другой. Стратег, возможно, немного уступал в боевых искусствах, но обладал непревзойденным интеллектом и обширными знаниями, и он гордился этим, о чем свидетельствует тот факт, что Чонри Му Хван не мог легко признать Джин Му Вона

И все же впервые он отбросил свое высокомерие и смиренно признал, что чувствует себя хуже другого. Для Ён Му Суна это было большим событием

Взгляд Ён Му Суна упал на большую повозку, стоявшую в самом конце каравана. Ха Джин Воль сидел на тележке и играл в гольф против самого себя

— Значит, ты признаешь, что он гений?

Я не думаю, что гениальность — это правильное слово. Я никогда не видел никого, кто обладал бы столь глубокими познаниями в стольких разных вещах

Сначала он подумал, что Ха Джин Воль похож на него, поэтому он ему понравился, и он присоединился к нему, чтобы выпить. Однако чем больше они говорили, тем больше он был ошеломлен обширными знаниями ученого до такой степени, что в конце концов почувствовал депрессию

Хм….Выслушав объяснение Чонри Му Хвана, Ён Му Сон посмотрел на Ха Джин Воля. Притягивают ли гении гениев? У Джин Му Вона, гения боевых искусств, появился еще один гений, последовавший за ним?

Я не знаю, что получится из совместной работы этих двоих, но у меня есть ощущение, что это будет нечто грандиозное

Ён Му Сон похлопал Чонри Му Хвана по плечу и сказал: «Не волнуйся слишком сильно. Ты тоже гений. Для меня ты лучший стратег. Тебе не нужно корить себя, сравнивая себя с Ха Джин Волем»

— Хённим?

Не обращайте на них столько внимания. У них свой путь, у нас свой. Нам просто нужно молчать и идти по пути, который мы выбрали

Да. — слабо ответил Чонри Му Хван

Это стена, которую он должен преодолеть сам.  — подумал Юн Му Сун, глядя вперед. Независимо от того, сколько они на самом деле внесли, это правда, что они выполнили свою миссию. Если они доберутся до Ланьчжоу, они получат огромную награду от Ассоциации Торговцев Белого Дракона. С этими деньгами Железная бригада наконец-то смогла работать над достижением своей общей мечты

Просто подожди еще немного. Я скоро буду. Ён Му Сун крепко сжал кулаки и намекнул на намерение убить

Чувствуя сильные эмоции своих лидеров, мастера боевых искусств Железной бригады собрались вокруг них. Железная Бригада была вместе уже долгое время, и их связь была настолько сильной, что они могли с первого взгляда сказать, о чем думают друг друга

И действительно, этого простого жеста было достаточно, чтобы успокоить Ён Му Сона и Чонри Му Хвана

Гонг Джин Сун, наблюдавший за ними, не мог не восхититься зрелищем. Они ничем не отличаются от биологических братьев. Есть ли в Гангхо еще какая-нибудь секта с такими крепкими связями?

Хотя Железная Бригада не сыграла большой роли в спасении Юн Джа Мёна из-за появления такой силы, как Джин Му Вон, их единство было во многом причиной того, почему Гон Джин Сон верил в них

Хотя их число невелико и они не имеют большого влияния, таким людям, как они, всегда есть место в ганхо. Мы должны сделать все возможное, чтобы поддерживать с ними хорошие отношения

Пробыв столь долгое время членом Торговой Ассоциации Белого Дракона, Гонг Джин Сун стал торговцем насквозь. Однако он не считал это чем-то плохим

Он посмотрел на карету, в которой ехал Юн Джа Мён. Третий Молодой Мастер сейчас был в гораздо лучшей форме

Интересно, насколько счастлива будет Старая Матриарх, когда узнает, что мы вернули его живым и невредимым?

Мысль о том, что она ждет его в Торговой Ассоциации Белого Дракона, вызвала улыбку на его губах. Однако его улыбка длилась недолго. Мастера боевых искусств, идущие впереди группы, внезапно остановили лошадей, заставив всю группу остановиться

В чем дело? Гонг Джин Сун подъехал к Ён Му Суну, но Юн Му Сун не ответил ему и только смотрел прямо перед собой с напряженным выражением лица

Гонг Джин Сун посмотрел в том же направлении

Он тоже напрягся

Впереди была большая река, преграждавшая им путь. Однако их удивила не река, а большой камень перед рекой, точнее, сидящий на камне великан

Гигант, излучающий ауру тирании

Гонг Джин Сун застонал. Он узнал этого человека. Чо Чхон Ву, лидер секты Тиранового Кулака и один из Четырех Северных Столпов

По какой-то причине Чо Чхон Ву встал у них на пути. Его присутствие было настолько мощным, что все, включая Железную бригаду, застыли на месте

Ён Му Сон прищурился и посмотрел на Чо Чхон Ву. Ему не нравилось, что мужчина полностью подавил его своей аурой, но его больше интересовало другое

Какого черта здесь Чо Чхон У? Хотя переговоры с сектой Тиранового Кулака провалились, у нас не возникло никаких обид. Однако, судя по сильному убийственному намерению Чо Чхон У, он пришел сюда не с намерением просто поговорить

В любом случае, я не могу просто игнорировать его. Ён Му Сун вышел вперед и поприветствовал: «Приветствую, Мастер Джо, я Ён Му Сун»

Чо Чхон Ву не ответил и просто посмотрел в глаза Ён Му Сону

Боль тут же пронзила глазные яблоки Ён Му Суна, заставив его почувствовать, будто они вот-вот лопнут, но он стиснул зубы и не отвел взгляда

Глаза Чо Чхон Во опасно сверкнули. Где Джин Му Вон? - спросил он

Джин Му Вон? Ён Му Сун дернулся. Связано ли это с резней в Юйси? Я слышал, что в этом замешана секта Кулака Тирана, и что они получили строгое предупреждение с Небесной Вершины закрыть свои ворота на некоторое время, но я никогда не ожидал, что Чо Чхон Ву проигнорирует все это и лично предпримет шаги.

Лица Чонри Му Хвана и Чхэ Як Рана помрачнели, когда они осознали серьезность ситуации

— Его сейчас здесь нет

Хм! Вы лжете мне? Я уже знаю, что он путешествует с Ассоциацией торговцев Белого Дракона

Он был, но он ушел от нас прошлой ночью и сейчас его здесь нет.  — объяснил Ён Му Сон

Глаза Чо Чхон Ву светились яростью, когда он поднялся на ноги, как гора, поднимающаяся из земли, пугая лошадей, заставляя их вставать на дыбы и сбрасывать всадников. Он был уверен, что Ён Му Сун лжет

Как ты смеешь лгать мне, Чо Чхон Ву?

Позади Чо Чхон Ву появилось более сотни элитных мастеров боевых искусств Секты Кулака Тирана и выразило свое намерение убить. Обычно они находились за пределами секты и, следовательно, избегали наблюдения Небесной Вершины. Более того, они много раз работали вместе с отрядом Снежной бури и были в ярости из-за смерти своих товарищей в Юйси

Что мне сделать, чтобы ты мне поверил? Если хочешь, я даже разрешу тебе обыскать вагоны

— Что заставляет тебя думать, что я тебе поверю? Я уверен, что вы уже приняли меры, чтобы спрятать его. Чо Чхон Ву проигнорировал Ён Му Сона и пришел к выводу самостоятельно. Затем он посмотрел на своих людей и скомандовал: «Убейте их всех. Посмотрим, не появится ли он еще»

Да сэр!

Элита Секты Кулака Тирана угрожающе двинулась навстречу мастерам боевых искусств Железной Бригады и Торговой Ассоциации Белого Дракона, не удосужившись скрыть свои убийственные намерения

Чонри Му Хван прошептал Ён Му Сону: «Что бы мы ни говорили, они нам не поверят»

— Думаю, нет. Ён Му Сун стиснул зубы. Он хотел избежать боя, если мог, поскольку не в его характере было рисковать без награды. К сожалению, вести переговоры было невозможно, поскольку Чо Чхон Ву не собирался этого делать

В этот момент Гонг Джин Сун, наблюдавший со стороны, вышел вперед и вежливо спросил: «Мастер Джо, меня зовут Гонг Джин Сун, и я финансовый руководитель Ассоциации торговцев Белого Дракона. Кажется, произошло недоразумение, так что не могли бы вы сначала успокоиться и выслушать нас?»

Ассоциация торговцев Белого Дракона? Ты пытаешься запугать меня этим незначительным именем?

Аура Чо Чхон Ву усилилась, нанеся внутренние повреждения Гонг Джин Суну и заставив его лицо побледнеть

У мужчины вообще не было желания разговаривать

Говорят, что удача и неудача — две стороны одной медали и что они всегда сопутствуют друг другу. Полагаю, сегодня тот день, когда я буду бороться со всем, что у меня есть. Гонг Джин Сун взглянул на карету позади него. Юн Джа Мён и Юн Со Ин смотрели в окно. Ради них он не мог отступить

Он закричал во всю глотку: «Все, достаньте оружие! Покажите им, что Торговая Ассоциация Белого Дракона не пустышки!»

Сопровождающие Белого Дракона быстро вытащили оружие и собрали ци

Блин! Почему это должно произойти именно тогда, когда я думал, что худшее уже позади?

Ебать!

Некоторые из сопровождающих ругались, а их коллеги рядом с ними нервно сглотнули. Чувство срочности охватило их, как никогда раньше

Элита Тиранового Кулака набросилась на членов каравана, сжав руки в кулаки

Дерьмо! У них есть сотня выдающихся мастеров, способных высвободить Ци Кулака! Мы влипли. Где, черт возьми, этот ублюдок в такое время? Ён Му Сон обычно был настроен оптимистично, но на этот раз он был первым, кто проклял Джин Му Вона за то, что его не было рядом

Когда элита секты Кулака Тирана напала на группу, Чо Чхон Ву посмотрел на Ён Му Суна и злобно ухмыльнулся. Давай немного повеселимся, ладно?

Ты чертов сумасшедший

В самом конце каравана Ха Джин Воль встал на тележке как раз вовремя, чтобы увидеть мастеров боевых искусств, сплетающихся впереди. Воины Железной Бригады действовали хорошо, но поскольку обычным эскортам было невозможно защититься от элиты Секты Кулака Тирана, общая ситуация была для них крайне неблагоприятной

П-почему это произошло только тогда, когда его не было.  — запнулся Тан Ги-Мун. Чо Чхон Ву из Четырех Северных Столпов был мастером, возвышавшимся над высшими экспертами по вершинам. Никто из присутствующих не мог сравниться с ним

Такими темпами нас уничтожат. Просто не повезло, что это произошло сразу после того, как я присоединился. Нет, это не мое невезение, это его невезение. А пока мне придется просто продержаться, пока он не придет.  — пробормотал про себя Ха Джин Воль

Глаза Тан Ги-Муна загорелись. «Продержаться? Есть ли у вас какие-либо идеи?"

«Нет, но я подумываю об одном прямо сейчас», — ответил Ха Джин-Воль, злобно ухмыляясь.

Благодарность мимолетна; обиды вечны (IIІ)

Эй, ты. — крикнул Ха Джин Воль молодому эскорту рядом с ним

Молодой человек смущенно посмотрел на Ха Джин Воля, но Ха Джин Воль проигнорировал его и помахал рукой

Немного расстроившись, конвоир сказал: «В чем дело, разве вы не видите, что я занят?»

Не похоже, что ты делаешь что-то важное

— И ты тоже

Иди и избавься от шпионов, наблюдающих за нами из тени

Почему я?

Потому что ты с Черной Луны

Молодой сопровождающий поморщился, а Ха Джин Воль ухмыльнулся

— Му Вон рассказал мне о тебе перед отъездом

Этот человек серьезно…

Если бы я был у Небесной Вершине, я бы определенно шпионил либо за нами, либо за Чо Чхон У. Я не знаю точно, где они прячутся, но, пожалуйста, прикончите их. Это очень важно

— И почему я должен это делать?

Потому что это пойдет на пользу Черной Луне

Что…?

Самое большое оружие Черной Луны — это ее монополия на информацию. Нет необходимости делиться этим с Небесным Саммитом, не так ли? Ха Джин Воль торжествующе улыбнулся, уверенный, что кот в мешке

Чхонг Ин напрягся. Ха Джин Воль полностью прочитал его мысли. Триединый учёный Ха Джин Воль. Черная Луна не располагает о нем особой информацией, но это только потому, что мы никогда не считали его достойным внимания. Согласно правилам Черной Луны, когда наша собственная жизнь находится под угрозой, мы должны немедленно отказаться от нашей миссии и бежать, но… есть что-то в этом ученом по имени Ха Джин Воль, что удерживает меня здесь…

Эскорт Железной бригады и Белого Дракона был полностью разбит. При таких темпах их уничтожение было лишь вопросом времени, и тем не менее на лице Ха Джин Воля не было страха. Скорее, он слабо улыбался, как будто развлекался

Чон Ин колебался. Он чувствовал необходимость увидеть источник уверенности Ха Джин Воля собственными глазами

Ах, черт возьми! После этого босс будет меня пилить как сумасшедший

Я гарантирую, что вы не пожалеете об этом

Хм, а где бы я спрятался, если бы я был шпионом? Ебать!

Молодой сопровождающий, казалось, исчез, а затем исчез из поля зрения, все время ворча. Большинство нормальных людей сочли бы его технику скрытности пугающей, но Ха Джин Воль ни капельки не волновался

Мун Юнг

Да! Квак Мун Юнг прибежал по зову Ха Джин Воля. Они провели вместе всего одну ночь, но он инстинктивно почувствовал, что Ха Джин Воль не обычный человек

— Мне нужно, чтобы ты кое-что сделал для меня

Просто скажи слово

Ха Джин Воль вытащил из нагрудного кармана дюжину флагов размером с ладонь, протянул их Квак Мун Чжуну и сказал: «Втыкайте эти флаги в землю там, где я вам скажу. На каждом флаге есть линия, указывающая, насколько глубоко его следует вставлять»

Верный своему слову, на флагштоках ножом были вырезаны линии, каждая в разных местах. Ха Джин Воль наклонился к Квак Мун Чжуну и сказал ему, куда поставить флаги

— Ты все помнишь?

— Да, просто предоставь это мне! Квак Мун Юнг ответил энергично и побежал делать, как ему было приказано. Он понятия не имел, что происходит в голове Ха Джин Воля, но ученый был единственным человеком, которому он мог доверять в этой ситуации

Тан Ги Мун, сидевший рядом с Ха Джин Волем, спросил: «Могу ли я чем-нибудь помочь?»

А почему бы и нет? Ваша помощь очень приветствуется. Ха Джин Воль улыбнулся

Его глаза были ясными, глубокими и настолько напряженными, что, казалось, они проникали в места, которые Тан Ги Мун не мог видеть. Они явно находились в центре кризиса, но почему-то Тан Ги Мун нашел присутствие ученого странно обнадеживающим

Несмотря на свою эксцентричную личность и острый язык, Ха Джин Воль был человеком, заслуживающим доверия. На мгновение он задумался, чего может достичь комбинация Джин Му Вона и Ха Джин Воля. …Может, мне просто подождать и посмотреть, как далеко зайдут эти двое?

Тем временем, немного впереди группы повозок с быками, Юн Со Ин вышла из кареты, чтобы защитить Юн Джа Мён, держа в руках свой бамбуковый клинок. Ситуация была слишком срочной, чтобы полагаться только на эскорт

Снова и снова она раскрывала передовые техники секты Конгтонг. К сожалению, хотя она и могла использовать ци меча, ее противники были элитными и тоже могли делать то же самое. Что еще хуже, они были гораздо более опытными в бою и без колебаний проливали кровь. Уже один этот факт определил разницу между победой и поражением

АААА! Юн Со Ин вскрикнула, когда кулак врезался ей в бедро. Мучительная боль заставила ее отступить на несколько шагов

Даже если ты женщина… — прорычал ее противник, его глаза сверкали от убийственного намерения

Остальные члены секты Тиранового Кулака были такими же маньяками. Потеряв так много своих товарищей в катастрофе Юйси, их сердца были наполнены только яростью. Прямо сейчас они не могли заставить себя увидеть Юн Со Ин красивой женщиной; она была просто еще одной мишенью, которую нужно было устранить

Юн Со Ин мрачно огляделся. Конвоиры, которые были с ней месяцами, умирали один за другим. Ей хотелось закрыть уши от их стонов, закрыть глаза на их смерть, но она не могла этого сделать

Когда-то она думала, что Гангхо — романтическое место, но теперь это не так. Это был опасный мир, где каждый шел по канату между жизнью и смертью. Это не место для такого слабоумного человека, как она

Со Ин… Юн Джа Мён посмотрел на Юн Со Ин болезненными глазами. Его сестра была в опасности, но он ничем не мог ей помочь

Нет! Слезы затуманили его зрение, когда он наблюдал, как мастер боевых искусств из секты Тиранового Кулака размахивал кулаком размером с крышку кастрюли по стройному телу Юн Со Ин

Неожиданно в их борьбу вмешался незнакомец. Это был Гонгсон Чанг из Железной бригады. Одним быстрым ударом он перерезал горло воину Кулака Тирана, убив его. Однако они еще не выбрались из леса

Их слишком много! Гонсон Чанг подошел к Юн Со Ину и вытер пот со лба. По отдельности мастера боевых искусств Железной бригады были сильнее, но разница в численности была слишком велика. Все они были залиты кровью, и хотя большая часть крови принадлежала их врагам, такими темпами их падение будет лишь вопросом времени

Он оглянулся в поисках Ён Му Суна, но увидел, что его командир отлетел назад

Ён Му-Сун застонал, когда из уголка его рта потекла струйка крови. Один удар Чо Чхон Ву привел к тому, что он получил внутренние повреждения

Чо Чхон Ву был ужасающе силен. Его кулаки были тверже железа и достаточно сильны, чтобы раздавить валун размером с дом

Чо Чхон Ву посмотрел на Ён Му Суна свысока, как будто тот был недостойным куском мусора

Ён Му Сон напрягся. Исход этой битвы был слишком очевиден. Первыми будут уничтожены эскорты, а затем и Железная бригада. Чонри Му Хван изо всех сил пытался реорганизовать воинов, но было слишком поздно, чтобы переломить ситуацию

Какого черта это должно было произойти именно тогда, когда этого панка нет рядом?

Впервые он возмутился отсутствием Джин Му Вона

[Эй, дай мне пятнадцать минут]

Внезапно с ним кто-то связался с помощью голосовой связи. Ён Му Сун оглянулся и был потрясен, обнаружив, что это был Ха Джин Воль. В разгар ожесточенного боя он не обратил на ученого никакого внимания, но почему-то все это время никто не заметил его присутствия

Мне просто нужно продержаться против Чо Чхон У пятнадцать минут, верно?

Как ни странно, Ён Му Сон не задавался вопросом, почему Ха Джин Воль хотел, чтобы он тянул время. Он инстинктивно чувствовал, что Ха Джин Воль сможет что-то сделать с их нынешней ситуацией, если у него будет пятнадцать минут

Он крепче сжал свое Дао Чешуи Дракона, и Чо Чхон Ву криво улыбнулся при виде этого зрелища

Похоже, у тебя еще есть козырь. Давай, покажи это мне. У тебя не будет второго шанса

Хм! Не смотри на меня свысока, старый монстр. Ён Му Сон в негодовании закусил губу

В ответ на неповиновение Ён Му Сона Чо Чхон У насмехался над ним, поманив его жестом

Юн Му Сун сосредоточил свою энергию на Дао Чешуи Дракона, заставив его светиться красным, готовясь к своему самому мощному боевому искусству: Искусству клинка из чешуи Демонического Дракона (龍鱗魔形刀)

Дао Чешуи Дракона пронесся по воздуху, как непреодолимая сила, и впервые за всю эту битву лицо Чо Чхон Ву осветилось интересом

Устрашающее давление, от которого у него мурашки по коже, и острота, от которой покалывали нервы, были поистине впечатляющими. Хотя его гнев заставил его временно потерять разум, в конечном итоге он стал мастером боевых искусств. Он не мог не быть очарован боевым искусством, которого никогда раньше не видел

Он засмеялся: «Хорошо, давайте насладимся этим в свое удовольствие!»

Это твое высокомерие станет твоим концомю  — яростно прорычал Юн Му Сун

Почувствовав убийственное намерение Ён Му Суна, Чо Чхон Ву радостно кивнул. Мне нравится этот взгляд, но одними глазами убить невозможно. Давай, покажи мне, что твой клинок такой же острый, как твои глаза

Я гарантирую, что вы не будете разочарованы

Ён Му Сон сделал шаг к Чо Чхон У

Дао Чешуи Дракона закричал, как дикий зверь, когда Юн Му Сун впрыскивал в него все больше и больше ци

В то же время шаги Ён Му Сона становились все быстрее и быстрее, и в одно мгновение он сократил расстояние между ним и Чо Чхон У

Лезвия красной ци вырвались из Дао Чешуи Дракона, словно когти зверя. Используя левую ногу в качестве опоры, Чо Чхон Ву увернулся от атаки, отбил лезвия в сторону и приблизился к Ён Му Суну

Юн Му Сун немедленно развернул Дао Чешуи Дракона и взял его обратным хватом. Он нанес удар Чо Чхон Ву, но только срезал одежду великана

Не ослабевая, он перешел в полномасштабное наступление, быстро высвободив Демонический Клинок, Сокрушающий Душу (魔劘鬼魂斬) и Взрывной Клык Дракона (龍牙爆裂魂), две самые мощные техники Искусства Клинка Демонической Чешуи Дракона. преемственность

Сверкнула молния, и ветер закружился, как шторм. Земля дрожала, и камни трещали

Самообладание Чо Чхон Ву испарилось. Боевые искусства Ён Му Суна были созданы с единственной целью: любой ценой лишить врага жизни. Каждая техника, которую использовал Ён Му Сон, была предназначена для того, чтобы убить его одним ударом

Создатель этого боевого искусства должен быть либо кровожадным маньяком, либо человеком с глубоко укоренившейся злобой

Наконец, поняв, что Ён Му Сон представляет для него угрозу, Чо Чхон У широко раскинул руки и сказал: «Кажется, ты достоин получить мои кулаки»

***

Бамбуковый клинок: фирменный меч всех учеников секты Конгтонг

Несмотря на это, я не сожалею (I)

На поле боя происходили перемены. Мастера боевых искусств Железной бригады, отброшенные с начала боя, начали приходить в себя

[Со Джин хён, отойди и позволь Джин Ёп хёну занять твоё место. Джин Хон Хён, выпусти стрелу в того, кто справа, и держи его]

Чонри Му Хван использовал голосовую передачу, чтобы отправлять приказы воинам Железной бригады, выстраивая их в строй. Однако на его лице не было радости. Ха Джин Воль, стоявший рядом с ним, был вдохновителем, давшим все инструкции

На первый взгляд казалось, что ничего особенного не происходит, но со временем сотрудничество между мастерами боевых искусств секты Тиранового Кулака начало разрушаться. Это привело к замедлению их движений, что дало Железной бригаде шанс укрепить свою оборону

Левый фланг рушится; отправь туда заместителя командующего Че. Этот фехтовальщик, кажется, измотан, поэтому попросите его ненадолго отступить и заменить его скрытым владельцем оружия, чтобы сбалансировать ситуацию.  — сказал Ха Джин Воль

Чонри Му Хван немедленно передал свои приказы воинам Железной бригады. Линия защиты снова усилилась, давая уставшим мастерам боевых искусств некоторую передышку

Однако приказы Ха Джин Вола продолжали поступать

Попросите раненых конвоиров выйти из боя и переместить эти фургоны к большому валуну справа. Я тебе скажу, как там строить вагоны

Хорошо.  — беспомощно ответил Чонри Му Хван. Огромная разница в способностях между ним и Ха Джин Волем неосознанно проявилась в его пассивном поведении

Вместо того, чтобы контролировать ситуацию, ученый взял все на себя и адаптировал по своему вкусу

Черт побери, что же он видит в этом бардаке? Мурашки побежали по всему телу Чонри Му Хвана. Он мог сказать, что Ха Джин Воль видел нечто большее, чем просто выживание. Даже в разгар хаотической битвы, где погибало множество людей, учёный спокойно сообразил ситуацию и навёл в ней порядок

Внезапно Ха Джин Воль спросил Тан Ги Муна: «У тебя есть яд, рассеивающий Ци?»

Яд, рассеивающий ци, не позволял мастеру боевых искусств собирать ци в течение короткого периода времени. На пиковых экспертов это мало влияло, но было очень полезно против обычных мастеров боевых искусств

— Да, но не думаю, что это принесет много пользы. Если мы не сможем отделить наших воинов от врага, яд, рассеивающий Ци, станет палкой о двух концах

— Не волнуйся, я позабочусь об этом. Пожалуйста, дайте мне яд

Хорошо…Тан Ги Мун достал из нагрудного кармана фарфоровую бутылку и протянул ее Ха Джин Волю, который спокойно держал ее, наблюдая за разворачивающимся полем битвы

Бойцы Железной бригады постепенно отступали назад, образуя круговую оборонительную линию, похожую на колючего ежа. Хотя это усложняло положение элиты секты Тиранового Кулака, время было на их стороне, и разница в силе была огромной. В тот момент, когда воины Железной бригады начнут уставать, их оборона рухнет, и битва превратится в одностороннюю бойню

Это была битва, которую абсолютно невозможно выиграть… по крайней мере, обычными средствами

Проблема в перспективе. Мне нужно тянуть время, а не планировать победу

После ухода Джин Му Вона они оказались в абсолютно невыгодном положении. Никакая стратегия, которую мог придумать Ха Джин Воль, не компенсировала бы тот факт, что они не смогли справиться с одним мастером боевых искусств по имени Чо Чхон Ву

На данный момент Ён Му Сон сопротивлялся Чо Чхон Ву, но баланс был шатким, как мерцающая свеча, которая могла погаснуть в любой момент. Время имело решающее значение

Судя по положению Солнца, у нас осталось около получаса до полудня, когда энергия Ян наиболее сильна. Я могу только молиться, чтобы ему удалось продержаться хотя бы столько же…

Взгляд Ха Джин Воля переместился на Квак Мун Юна, который старательно устанавливал флаги на окраине поля боя. Было много моментов, когда его жизнь была под угрозой, но он преодолел их все и водрузил флаг именно там, где ему было велено

На первый взгляд этот мальчик кажется скучным, но иметь такую концентрацию, особенно в кризисе, это действительно что-то. Он гораздо более талантлив, чем я предполагал. Ха Джин Воль повысил свою первоначальную оценку Квак Мун Чжуна, не подозревая, что он был одним из небольшой горстки людей, которые что-то видели в мальчике

Установив седьмой флаг, Квак Мун Юнг быстро направился к следующей точке, но обнаружил, что ему мешает мускулистый воин секты Тиранового Кулака шести футов ростом. Увидев мощную Ци Кулака вокруг рук этого человека, он мгновенно решил, что его противник — мастер боевых искусств высочайшего уровня и один из сильнейших бойцов среди врагов

Он был прав. Этим человеком был Ян Мун Со, знаменитый воин с голыми руками, признанный сектой Тиранового Кулака. Некоторое время Ян Мун Со с любопытством наблюдал, как Квак Мун Чжун развешивал флаги по всему полю боя

— Малыш, что ты делаешь? – спросил он

Вместо ответа Квак Мун Юнг поднял свой двуручный меч

Ян Мун Со усмехнулся от удовольствия. Хех, я думаю, не имеет значения, ответишь ты мне или нет. Ты в любом случае умрешь

Хотя Квак Мун Юнг источал немало силы, он был всего лишь мальчиком двенадцати или тринадцати лет. Он не мог проиграть подростку, который еще даже не вырос

Возьми это! — крикнул Ян Мун Со, ударив Квак Мун Чжуна

Квак Мун Юнг стиснул зубы. Удар еще даже не достиг его, а он уже чувствовал ветер от атаки. Его руки дрожали, а сердце бешено колотилось. Его дыхание участилось, и кровь в его теле понеслась по венам со скоростью, во много раз превышающей нормальную. Намерение убийства Ян Мун Со пронзило его кожу

Это было так, как если бы он столкнулся с Богом Смерти. Некоторое время назад он чувствовал нечто подобное во время противостояния с сектой Конгтонг, но это было ничто по сравнению с этим. Более того, рядом с ним сейчас не было Джин Му Вона

Ему пришлось преодолеть этот кризис в одиночку

Если мне не удастся установить этот флаг, погибнет много людей

Он взмахнул своим большим мечом

Напротив него Ян Мун Со внезапно обнаружил, что не может сократить расстояние до мальчика. Разница в их досягаемости была слишком велика. Это не оставило ему другого выбора, кроме как заряжать свои атаки ци и наносить удары на расстоянии

С каждым ударом Квак Мун Юнг чувствовал, будто его ударила приливная волна чистой силы, но он сохранял равновесие и спокойно отражал каждую атаку своим двуручным мечом

Каждый раз, когда его большой меч сталкивался с ци кулака противника, происходил громкий взрыв, пронзающий его барабанные перепонки. С каждым новым обменом удар усиливался, заставляя его тело дрожать, и все же он не отступал

Проклятый парень…! Ян Мун Со выругался, разгневанный видом Квак Мун Джунга, решительно отбивающегося от него. Он усилил свои атаки, подавляя мальчика

Вскоре одежда Квака Мун Юна была разорвана в клочья, а тело было покрыто ранами. И все же он остался на ногах

Я не проиграю! Я могу это вытерпеть! Я должен продолжать обороняться, пока враг не устанет и не потеряет бдительность

После того, как он следил за Джином Му Воном в течение последних нескольких месяцев, он понял, что для защиты того, что он любит, ему придется сражаться всем, что у него есть, даже если разница в силе между ним и его врагом была абсолютной. Пока он не сдался, его шансы на успех, какими бы низкими они ни были, никогда не будут равны нулю

К счастью, его большой меч был очень хорошо сделан и мог противостоять ци Ян Мун Со. Более того, широкий меч служил щитом и защищал все его тело

И наоборот, по сравнению с хладнокровием Квак Мун Чжуна, чем больше неповиновения проявлял мальчик, тем злее становился Ян Мун Со

Как смеет этот маленький ублюдок…!

Вид Квак Мун Юна, держащегося на ногах, несмотря на то, что он мог упасть в обморок в любой момент, безмерно раздражал его. Сначала он хотел сберечь свои силы, но теперь все, что ему хотелось,  это убить мальчика раз и навсегда

— Квак Мун Юнг тяжело вздохнул. Хотя он все еще мог точно двигаться и использовать свои техники, его физическая сила была почти на пределе. Единственное, что поддерживало его, это его сверхчеловеческая воля и чувство ответственности за миссию по установке флага, которую поручил ему Ха Джин Воль

Он снова и снова блокировал безжалостные атаки Ян Мун Со

Внезапно Ян Мун Со громко ахнул, прекратив одну волну атак и собрав всю свою ци для следующей

Квак Мун Юнг не упустил возможности

Впервые в жизни он почувствовал истощающее ощущение, что вся энергия его тела втягивается в меч

Хм! Ян Мун Со фыркнул и поднял руки, чтобы парировать большой меч и одним махом сокрушить сердце Квак Мун Юна. Овладев Техникой Железного Солнца (鐵陽氣功), он был уверен, что его кожа настолько прочная, что сможет выдержать удар двуручного меча без единой царапины

Его предплечье столкнулось с большим мечом Квак Мун Юна

Хм? Ян Мун Со недоверчиво смотрел, как большой меч пронзил его предплечье и вонзился в грудь, разбрызгивая кровь повсюду

Он закашлялся, его лицо исказилось от боли. Меч Квак Мун Юнга пробил ему грудину и разрушил его легкие и сердце

Труп Ян Мун Со повалился навзничь, как бревно

Квак Мун Юнг ахнул, упав на задницу. Пот и слезы смешались на его лице, когда облегчение от того, что он остался жив, и чувство вины за убийство человека в первый раз закружились в его крошечной груди

Однако он знал, что сейчас не сможет отдохнуть. Ему все еще предстояло выполнить важную миссию

Ух! — простонал он, поднимаясь на ноги, хотя слезы текли по его лицу

В этот день мальчик Квак Мун Юнг наконец стал воином, живущим своим мечом

***

Закончив исследовать руины уничтоженной деревни племени Юннань, Джин Му Вон и Хван Чхоль возвращались в караван, как вдруг Джин Му Вон остановился как вкопанный

— Что случилось, молодой господин? — озадаченно спросил Хван Чхоль

— Посмотри сюда. — мрачно сказал Джин Му Вон, указывая на землю. На грязи было множество следов

Что, черт возьми!?

Джин Му Вон опустился на одно колено и внимательно осмотрел следы. Они были созданы почти сотней мастеров боевых искусств.  — заключил он. Ни один обычный человек не ходил такими легкими шагами

Думаешь, они нацелены на Ассоциацию торговцев Белого Дракона?

Джин Му Вон кивнул. Они находились недалеко от лагеря Торговой Ассоциации Белого Дракона. Единственная причина, по которой большая группа элитных мастеров боевых искусств собралась в таком отдаленном месте, заключалась в том, чтобы нацелиться либо на Ассоциацию торговцев Белого Дракона, либо на Джин Му Вона

Вопрос в том, кто враг? Джин Му Вон рассмотрел несколько возможностей, но в конце концов решил, что есть только одна возможность

Это секта Тиранового Кулака

Было очевидно, что Чо Чхон Ву, человек, которого он когда-то называл своим дядей, сделал ход

Должно быть, он затаил на нас обиду из-за резни в Юйси

Выражение лица Джин Му Вона потемнело

— Н-нам надо поторопиться и догнать их! Хван Чхоль запнулся. Как бывший член Северной армии, он знал, что Чо Чхон Ву был мстительным человеком, который несколько раз ответит даже на малейшую обиду

Джин Му Вон кивнул и встал. Ситуация была плохой, но не безнадежной. По крайней мере, был один человек, которому он мог доверить защиту каравана Белого Дракона, пока его там не было

Ха Джин Воль, Триединый учёный

Несмотря на это, я не сожалею (II)

Ён Му Сун застонал, когда его отправили в полет, его одежда и клинок из чешуи дракона были запятнаны кровью. Его тело тряслось, ноги были слабыми, а глаза налились кровью от огромного давления ци Чо Чхон Ву

Будучи мастером боевых искусств, Чо Чхон У был его самым мощным оружием. Ему даже больше не нужно было использовать техники; каждый его обычный удар был эквивалентен сильнейшей технике меньшего воина

Одним ударом он разбил искусство клинка Ён Му Суна из чешуи дракона, и у него все еще оставалось достаточно силы, чтобы сокрушить его

Напротив, какую бы технику ни использовал Ён Му Сон, Чо Чхон У легко отразил ее и контратаковал

Вскоре Ён Му Сун был покрыт ранами

Ён Му Сун вытер кровь изо рта рукавом

Так в этом сила военачальника, стремящегося править миром?

Его противником был человек, которого обычно называли абсолютным мастером, и для Юн Му Суна выстоять против такого человека было само по себе подвигом. Однако просто выжить было бессмысленно

Скорее возвращайся, черт возьми!

Краем глаза он бросил взгляд на своих людей. Железная Бригада и эскорт Белого Дракона сформировали оборонительный круг, но элита Секты Кулака Тирана полностью окружила их

Внезапно Чо Чхон Ву усмехнулся: «Я удивлен, что ты можешь позволить себе смотреть в другую сторону, когда я стою прямо перед тобой»

Ён Му Сун закусил губу до крови и вскочил на ноги. «Ты настолько стар и слаб, что не можешь убить даже муху. Это лучшее, что ты можешь сделать?»

— Пффф, ты пытаешься меня подразнить? Как неотесанно. — холодно ответил Чо Чхон Ву, хотя его глаза светились яростью

Ён Му Сон понял, что его насмешка увенчалась успехом, потому что вокруг тела Чо Чхон У начал обтекать странный поток воздуха, кружась вокруг него, как вихрь, и взбалтывая камни и листья на земле

Мгновение спустя листья и камни превратились в пыль и бесследно исчезли

Чо Чхон У использовал Кулак Небесного Господства (覇天神拳), самое мощное боевое искусство голыми руками в истории Северной армии. Первоначально это было боевое искусство, которому мог научиться только Господь, но когда Северная армия пала со смертью Джин Кван Хо более десяти лет назад, Чо Чхон Ву украл руководство по боевому искусству

Чо Чхон Ву всегда восхищался Джин Кван Хо, но он чувствовал, что, если он овладеет Кулаком Небесного Господства, он будет равен своему бывшему лидеру. Поэтому последние десять лет он сосредоточился только на овладении Кулаком Небесного Господства и, в конце концов, добился того, чего хотел. Он был уверен, что на своем нынешнем уровне сможет составить конкуренцию Джин Кван Хо

Черт, я, должно быть, задел нерв. Ён Му Сун поморщился. Возможно, он зашел слишком далеко с провокацией, потому что его чувства кричали ему, что Чо Чхон Ву имел серьезные намерения

Он вложил всю оставшуюся ци в Дао Чешуи Дракона, и оно заревело в ответ

Блин, мне все равно есть только одна жизнь, которую я могу потерять! Мне нужно хотя бы посмотреть, как далеко я смогу зайти

Дао Ци обернулся вокруг своего Дао чешуи дракона, как свернувшийся дракон

***

Квак Мун Юнг воткнул последний флаг в твердую почву

Он ахнул. Его ноги тряслись, а сердце колотилось, из-за чего ему было трудно стоять, но он не мог позволить себе отдохнуть. Даже в этот самый момент воины каравана Белого Дракона боролись за свою жизнь, и чем дольше он будет медлить, тем больше людей погибнет

Он дико махнул рукой Ха Джин Волю, стоявшему в центре защитного круга

Ха Джин Воль ухмыльнулся, взял ближайший камень и швырнул его в центр флага

Полупрозрачный туман начал клубиться вокруг поля боя

Ч-что?

Ебать! Это строй!

Воины секты Тиранового Кулака, которые были уверены в своей победе до тех пор, пока не появился туман, начали терять самообладание. В один момент их ослепила вспышка света, а в следующий они погрузились в кромешную тьму. Было так темно, что они даже не могли разглядеть лиц своих товарищей рядом с собой

Это формация иллюзий Темного Призрака (幻靈暗黑陣). Оно зародилось в злых сектах, но это не делает его менее эффективным, чем любое другое первоклассное ослабляющее образование. — пробормотал Ха Джин Воль, наблюдая, как элита Секты Кулака Тирана погрузилась в хаос

Одним из наиболее важных эффектов формирования иллюзий Темного Призрака было то, что оно лишало врагов зрения, затрудняя их чувства и ограничивая их движения. Для мастера уровня Чо Чхон Ву это не было бы проблемой, но для обычных мастеров боевых искусств одной только потери зрения было достаточно, чтобы заставить их чувствовать себя крайне беспокойно

Теперь мы добавим это к этому…. Ха Джин Воль достал фарфоровую бутылку, которую дал ему Тан Ги Мун

Мастера боевых искусств Железной бригады наблюдали за ученым, затаив дыхание. Он не только изменил ситуацию, в которой они были обречены на уничтожение, но и теперь защищал их с помощью сверхъестественных техник, которые, казалось, не могли быть применены человеком в разгар битвы

Чонри Му Хван был ошарашен больше всех. Хотя он слышал о Формировании Иллюзий Темного Призрака, насколько ему было известно, создание формирования было трудным делом, требующим идеальной местности, времени, а также большого количества оборудования и рабочей силы. Это было невозможно сделать с помощью всего лишь нескольких флагов. Если бы это зависело от него, ему потребовалось бы как минимум три дня, чтобы создать формацию иллюзий Темного Призрака

Как кто-то может быть таким блестящим? Мурашки побежали по всей его коже

Это был другой шок, чем тот, который нанес ему Джин Му Вон, и в каком-то смысле он был намного хуже. Джин Му Вон был мастером боевых искусств, а Чонри Му Хван мог утешать себя мыслью, что он скорее стратег, чем воин

Однако Ха Джин Воль был другим. Как и он сам, учёный был стратегом, который больше полагался на тактику, чем на боевые искусства, но был настолько опытен, что напоминал неприступную стену

Ха Джин Воль улыбнулся и распылил яд рассеяния Ци по направлению к внешнему краю формации темных фантомных иллюзий. Яд распространился по ветру и медленно закружился вместе с туманом

Я не могу использовать ци

Воины секты Тиранового Кулака, находившиеся за пределами формирования иллюзий Темного Призрака, поспешно отступили, но некоторые из несчастных душ, которые медленно реагировали, упали на землю, отравленные

Ха Джин Воль сел на повозку, в которую вёл быков.  Я сделал все, что мог. Все, что мы можем сделать сейчас, это дождаться его возвращения

Со временем яд рассеяния Ци рассеется по ветру, но пока этого не произошло, этой угрозы было достаточно, чтобы сдерживать Секту Кулака Тирана и не давать им продвигаться вперед

Более того, видя их колебания, Ха Джин Воль на мгновение открыл строй для входа Квак Мун Чжуна

Квак Мун Юнг тяжело вздохнул. За короткое время, когда он подвергся воздействию формации темных фантомных иллюзий, он также был отравлен ядом рассеяния ци и потерял способность контролировать свою ци

Тан Ги Мун похлопал Квак Мун Чжуна по голове. Ты все сделал отлично. Благодаря тебе многие люди были спасены

Я не могу собрать свою ци

Это потому, что ты был отравлен ядом рассеяния Ци. Не волнуйтесь, эффект продлится всего два часа

О-окей! Квак Мун Юнг кивнул и рухнул на землю. Все его тело кричало от сильного мышечного напряжения и боли от травм. Ему очень хотелось потерять сознание, но он не мог. Они еще не вышли из тяжелого положения

Лежа отдыхая, он наблюдал за боем между Ён Му Соном и Чо Чхон У

Бум! Крушение!

Между двумя гигантами произошла серия извержений. Хотя Дао Чешуи Дракона Ён Му Суна было покрыто Потоком клинка, его атаки были заблокированы черной как смоль ци Чо Чхон Ву и стирались каждый раз, когда они сталкивались

Несмотря на то, что Ён Му Сон старался изо всех сил, он все еще находился в невыгодном положении

Командир

Мы не должны просто стоять здесь и смотреть, нам нужно помочь ему!

Внезапно воины Железной бригады попытались вырваться из-под защиты формации иллюзий Темного Призрака

Однако Ха Джин Воль отказался открыть им путь. Не делай бесполезных вещей.  — упрекнул он

Прочь с дороги. Если ты попытаешься остановить нас, мы тебя зарежем. Гонгсон Чанг яростно посмотрел на Ха Джин Воля, готовый убить ученого, если тот продолжит упрямиться

Перед лицом угрозы Гонгсон Чанга Ха Джин Воль заявил как ни в чем не бывало: «Даже если вы присоединитесь к нему, вы не сможете ничего изменить»

Нам еще нужно идти. Мы не можем оставить нашего командира одного

Понимая, что ему не удастся убедить Железную бригаду, Ха Джин Воль спросил Чонри Му Хвана: «А как насчет тебя? Ты думаешь так же, как эти ребята?»

Чонри Му Хван колебался. Его сердце подсказывало ему, что он должен помочь Ён Му Суну, но разум предупреждал его, что это равносильно самоубийству. Одного взгляда на текущее состояние Квак Мун Юнга было достаточно, чтобы описать, чего они могли бы ожидать, если бы попытались прорваться через яд дисперсии Ци. В таком состоянии не говоря уже о помощи Ён Му Суну; они стали легкой добычей для своих врагов

— Мы...останемся здесь

В-вице-командующий?

Му-Хван!

Гонгсон Чанг, Им Джин Ёп и другие члены Железной бригады яростно возражали

Чонри Му Хван посмотрел на них и прищурился. Мистер Ха прав. Если мы покинем строй сейчас, нас просто бессмысленно убьют

Му Хван!

Воины Железной бригады были ошеломлены решением Чонри Му Хвана, хотя он сделал это в их интересах. Хотя они понимали его беспокойство в своих головах, им было трудно принять это в своих сердцах

Чхэ Як Ран схватил Чонри Му Хвана за плечо

Му Хван

Нуним

Верьте в нашего командира. С ним все будет в порядке. — настаивала Че Як Ран, даже усилив хватку. Из всех членов Железной бригады она больше всего беспокоилась о Ён Му Суне

Ха Джин Воль посмотрел на двух заместителей командира. Железная бригада — очень сплоченная группа. Ён Му Сон — гораздо лучший лидер, чем я думал. Такое товарищество невозможно создать, просто живя вместе. Должно быть, именно искренность и чувствительность Ён Му Суна в дополнение к его компетентности снискали ему неоспоримую веру и поддержку своих подчиненных

Тем временем за пределами строя Ён Му Сон чувствовал, что его сердце вот-вот разорвется, и все его тело вот-вот развалится. Его левая ключица была раздроблена, правое плечо вывихнуто, у него было сломано как минимум три или четыре ребра, а его центр ци был лишен внутренней энергии. От потерянной крови у него закружилась голова, и он не мог ясно мыслить

У него больше не было сил поднять Дао Чешуи Дракона, но он все равно не отпускал оружие. Он знал, что чем дольше он будет задерживать Чо Чхон Ву, тем выше его шансы на выживание

Блин! Мне очень хочется сейчас лечь. Почему его еще нет здесь? Или…его тоже что-то задержало? Едва сохраняя сознание, Ён Му Сон мысленно отругал Джин Му Вона

Чо Чхон Ву подошел к нему. Вы один из немногих людей, которые заслужили мое восхищение. Если бы ты был рядом со мной, мы могли бы вместе наслаждаться всеми богатствами мира

Вместо ответа Ён Му Сон плюнул на Чо Чхон У

К сожалению, его слюна была заблокирована неосязаемым барьером ци и не достигла Чо Чхон Ву

Я восхищаюсь вашим боевым духом, но боевой дух без навыков — это не что иное, как безрассудство

Чо Чхон Ву поднял кулак

Он собирался положить конец всему этому одним последним ударом

Ён Му Сун закрыл глаза. Черт возьми, черт возьми! Это конец для меня?

Внезапно звук удара по железу эхом разнесся по полю боя

Ён Му Сон медленно открыл глаза и обнаружил, что Чо Чхон У смотрит на ближайшую горную вершину. Для Ён Му Суна металлический звук был очень слабым, но для Чо Чхон Ву он был таким же громким, как звон колокольчика прямо возле его уха, сотрясая его душу

Ты насмехаешься надо мной, этот великий Чо Чхон У? Как ты смеешь! Чо Чхон Ву яростно зарычал на неизвестного человека, который осмелился направить на него звуковые волны, прежде чем мгновенно забыть о Ён Му Суне и броситься прямо в их направлении

Как только он ушел, Ён Му Сон потерял сознание, но прежде чем он успел потерять сознание, кто-то поймал его и обеспокоенно спросил: «С тобой все в порядке?»

Это был Хван Чхоль

Несмотря на это, я не сожалею (III)

Двое мужчин стояли на вершине небольшой горы с видом на реку

Чо Чхон Ву, огромный мужчина, похожий на гранитный валун, пристально посмотрел на молодого человека перед ним

Он был одет в рваную красно-коричневую форму для боевых искусств, а к его поясу висел меч. Он не был особенно красив, но имел привлекательные острые черты лица и мужественную внешность. Самое главное, его лицо напомнило Чо Чхон У одного человека из его прошлого

Джин…Кван Хо. — прошептал он про себя. Человек, которого он боялся и уважал больше всего

Сходство было поразительным, и дело было не только во внешности молодого человека. Его успокаивающее присутствие и непоколебимый, решительный взгляд сделали его точным спутником Джин Кван Хо

Естественно, это был Джин Му Вон. По прибытии на место происшествия он насмехался над Чо Чхон Ву, щелкнув пальцем по его мечу, вдохновленный Искусство звука на тысячу миль Гым Дан Ёпа; техника, использованная для привлечения его внимания во время их первой встречи

После долгого пристального взгляда на Джин Му Вона, Чо Чхон У наконец сказал: «Ты, должно быть,… Му Вон»

— Давно не виделись, дядя. Джин Му Вон этого не отрицал

Чо Чхон Ву прищурился. Несмотря на то, что он был человеком с железной волей, его не могли не потрясти воспоминания о давно минувших временах

Напротив, Джин Му Вон непоколебимо смотрел на него

Прошло десять лет с момента их последней встречи, и их давние чувства друг к другу были в лучшем случае сложными

— Я слышал, что ты умер?

— Я уверен, ты надеялся, что я действительно умер

Чо Чхон Ву не ответил. Он не мог. Слова Джин Му Вона были подобны бритвам. Он думал, что ни о чем не сожалеет, но эмоции, о которых он даже не подозревал, были похоронены в глубине его сердца, поднялись на поверхность и взволновали его

Потрясенный незнакомыми эмоциями, которые он не испытывал уже десять лет, он нахмурился и выпрямил спину, чтобы немного успокоиться, затем спросил: «Почему ты вышел из уединения? Никто в этом мире не рад вашему присутствию, так что это все равно, что пригласить смерть. Тебе было бы гораздо лучше скрыть свою личность и разорвать связи с Гангхо»

Видя горе Чо Чхон Ву, Джин Му Вон посмотрел на него с жалостью. После предательства Северной армии все, что вы получили,  это небольшой участок земли в Юнаннь? Я думал, что ты, по крайней мере, станешь чем-то большим. Ради чего ты жил все это время?

Замолчи! Что вы знаете обо мне?

Дядя!

Твой отец был грешником за то, что продал Центральные равнины, и ты, сын грешника, тоже грешник! Какое право ты имеешь стоять здесь передо мной?

Вы действительно думаете, что он предал Центральные Равнины?

Я делаю. Мне нечего стыдиться! — крикнул Чо Чхон Ву, ударив себя в грудь

Знаешь, дядя, я когда-то равнялся на тебя. На мой взгляд, ты был человеком более сильным и прямым, чем кто-либо другой, но, похоже, это была всего лишь иллюзия с моей стороны. Это не значит, что вы не знаете, что такое стыд; ты просто этого не чувствуешь

Достаточно!

Дядя, скажи мне, пожалуйста, сколько невинных людей в Юйси пролили свою кровь, чтобы осуществить твои амбиции?

Ни одно великое дело не достигается без жертв. История научила нас этому непреложному закону мира

Так стоило ли оно того? Если да, то почему ты здесь, жалко выплескивая свою ярость?

Чо Чхон Ву поморщился. Присутствие Джин Му Вона послужило толчком ко всему, что он хотел забыть. Мальчик никогда не поймет его и не сочувствует отчаянию от того, что его сила не признана!

Что ты знаешь….Что ты знаешь?! Что плохого в том, что влиятельный человек амбициозен? В любом случае мир вращается вокруг сильных мира сего! Лорд…Твой отец Джин Кван Хо был трусом. У него была великая сила и могущество, но он по глупости решил остаться в глуши Севера. Даже если бы мы, Четыре Северных Столпа, не отвернулись от него, с течением времени он был бы стерт!

Громкий голос Чо Чхон Ву эхом разносился по горам и заставлял дрожать землю, но для Джин Му Вона все, что он говорил, звучало как надуманные оправдания впавшего в уныние человека

Дядя! Он грустно посмотрел на Чо Чхон Ву. Дяди, которым он когда-то восхищался, больше не существовало; Человек перед ним был не чем иным, как жалкой душой, чей разум был съеден чудовищем, называемым амбициями

Чо Чхон Ву стиснул зубы и выпустил черную ауру, заставив воздух задрожать. Это правда, что я не получил всего, что хотел. Несмотря на это, я ни о чем не жалею. Что бы ты ни говорил, я пойду своим путем. Я победю тебя и докажу, что мой путь правильный

Джин Му Вон прищурился. Кулак Небесного Господства

Овладев Кулаком Небесного Господства, я стал достаточно сильным, чтобы ничего не бояться под небесами. Теперь с этим боевым искусством я отправлю тебя в могилу. При этом последний призрак Северной армии будет уничтожен, и мир забудет, что она когда-либо существовала

Джин Му Вон закрыл глаза. Бесчисленные воспоминания пронеслись в его голове, многие из них были приятными воспоминаниями о времени, которое он провел с Чо Чхон Ву. Наконец до него дошло, что они никогда больше не смогут вернуться в то время, что они зашли слишком далеко разными путями, чтобы сделать это

Когда он открыл глаза, горе внутри сменилось решимостью. Дядя, я верну наследие Северной армии. Ты больше не будешь его размазывать

Хм! И как именно ты собираешься это сделать? В Северной Армейской Крепости не осталось ничего ценного. Чем ты собираешься со мной драться?

Джин Му Вон не ответил. В словах не было нужды, поскольку ничто из того, что он сказал, не убедило Чо Чхон Ву. Он положил руку на рукоять Снежного Цветка, и тот истерически закричал в ответ

На вершине горы, где доминировала аура Чо Чхон У, Джин Му Вон расширил свои владения. Хоть и не такая интенсивная, как у Чо Чхон У, сила его присутствия была безошибочной

Жуткое покалывание пробежало по позвоночнику Чо Чхон Ву, как будто он только что поцарапал стальную пластину ногтями. Этот парень ненормальный, подумал он, продолжая говорить о своем намерении убить

Интересный. Хорошо, покажи мне свои боевые искусства. Возьми это!

Чо Чхон Ву сделал первый шаг, несясь к Джин Му Вону с ужасающей скоростью, словно гигантский, неудержимый валун. Он использовал Барабан Короля Тиранов (覇王鼓), технику ударов по телу Кулака Небесного Господства, которая заключалась в использовании всего тела в качестве барабанной палочки для победы над врагами

Джин Му Вон сделал шаг в сторону, едва уклонившись от атаки, хотя подол его рукава был разорван ударной волной. Чо Чхон Ву пролетел мимо него и врезался в землю, образовав огромный кратер

Джин Му Вон нарисовал Снежный цветок и направил его на лоб Чо Чхон Ву, в результате чего Чо Чхон Ву увидел иллюзию того, что его голова пронзена

Меч? В Северной Армейской Крепости остались какие-нибудь техники владения мечом? Уголки рта Чо Чхон Ву поднялись вверх. Во время переворота десять лет назад он забрал себе все техники без оружия, а Ён Чхон Хва скрылся с техниками меча. Четыре Северных Столпа разделили боевые искусства между собой в зависимости от их специализации, и в результате в Северной Армейской Крепости не осталось достойных боевых искусств…по крайней мере, он так думал

Прямо сейчас он не чувствовал ци Джин Му Вона, но почему-то у него было ощущение, что его проткнут, если он сделает хотя бы шаг вперед

Он отказался от своего высокомерия в пользу бдительности. По тому, как Джин Му Вон держал свой меч, он мог сказать, какую подготовку прошел молодой человек

Северная армия, место, которое когда-то было для меня всем. Когда я подумал, что растоптал его ногами, он произвел на свет еще одного монстра. Если я не убью его сейчас, у секты Кулака Тирана не будет будущего

Решив действовать серьезно, Чо Чхон Ву принял исходную позу Бесформенного Берсерка (無影狂殺), еще одной техники Кулака Небесного Господства. Черная ци хлынула из пор его кожи, создав вихрь тьмы, концентрирующий силу на основе крутящего момента

Чо Чхон Ву топнул по земле и снова бросился на Джин Му Вона

Ветер от торнадо вокруг его тела первым ударил Джин Му Вона, в результате чего подол его мантии дико развевался на ветру, но на этот раз, вместо того, чтобы уклониться, он поднял Снежный Цветок, чтобы принять удар

Как раз в тот момент, когда атака Чо Чхон Ву уже приближалась к нему

Снежный Цветок с ужасным звуком прорезал воздух. Мгновенно разрушительный ветер был разорван на части и рассеян, как будто его никогда и не было

Чо Чхон Ву застонал и поспешно наклонился назад

В следующий момент Снежный Цветок прошёл мимо его груди и кончика носа, едва не задев его. Он тут же согнул колени и попытался прыгнуть назад, как пружина, но Джин Му Вон не позволил ему так легко отступить

Джин Му Вон оттолкнулся от земли, готовый воткнуть Снежный Цветок в горло Чо Чхон Ву. В отчаянии Чо Чхон Ву был вынужден высвободить свою ци и использовать ее в качестве щита

Мощная ци Чо Чхон Ву отбросила Снежный Цветок в сторону, но, словно цапля, кружившая над озером, Джин Му Вон изменил траекторию атаки и нацелился на Чо Чхон Ву с еще большей точностью

Почувствовав опасность, Чо Чхон Ву применил технику ног, чтобы увеличить расстояние между ними. Ему нужно было отдышаться, прежде чем начать контратаку

К сожалению, Джин Му Вон упредил свои движения, изменил позицию и изо всех сил взмахнул Снежным Цветком

Наконец осознав, что ловкость — не его сильная сторона, Чо Чхон Ву сосредоточил свою энергию в обеих руках, покрыв их слоем Ци Кулака

Нападения двух мужчин были взаимосвязаны

В результате столкновения меча и кулака разразился взрыв, разрушивший вершину горы, как будто ее поглотило землетрясение. Скалы разбились, а древние деревья превратились в щепки

Сильный удар потряс кости и органы Джин Му Вона и Чо Чхон Ву, летящие щепки и осколки камней порезали их кожу и окрасили одежду в красный цвет от свежей крови, но ни один из них не поддался

Выражение лица Чо Чхон Ву стало жестким. Даже после того, как он использовал одну технику Кулака Небесного Господства за другой, он все еще не смог подчинить Джин Му Вона. Напротив, он много раз был близок к тому, чтобы быть убитым из-за причудливой игры на мечах Джин Му Вона, которая бросала вызов всей логике боевых искусств

Была ли у Северной армии такая странная техника владения мечом? Кажется, дурак Ён Чхон Хва взял скорлупу, но оставил ядро. Очень жаль его! Ха-ха-ха! Он мысленно высмеивал Ён Чхон Хва за то, что он подумал, что он забрал все техники владения мечом Северной Армии, хотя сейчас ему вряд ли было время отвлекаться

Воспользовавшись кратким отверстием, образовавшимся в результате невнимательности Чо Чхон У, Джин Му Вон пронзил его бок, оставив глубокую порезу

Кровь хлынула из новой раны водопадом, и Чо Чхон Ву поспешно заклеил точки акупунктуры, чтобы остановить кровотечение. Я должен уладить это, прежде чем он сможет применить свою технику владения мечом!

Ощущение безотлагательности затопило его мозг, активируя инстинкты выживания. Чем дольше он медлил, тем больше его невыгода. Ему пришлось использовать свою самую мощную технику, Дождь, разрушающий небеса (天破罡雨), который, как следует из названия, был сродни проливному ливню, разрушающему небеса

Ужасающая сила материализовалась в его кулаках и хлынула к Джин Му Вону, проливая на молодого человека дождь, не оставляя ему возможности увернуться

В ответ Джин Му Вон высвободил вторую форму Теневого Клинка Разрушения, Северную Небесную Стену, и перед ним появился огромный меч ци, чтобы защититься от последнего удара Чо Чхон Ву

Однако на этом его контратака не закончилась. В тот момент, когда Небесный Дождь ударил в стену меча, Джин Му Вон плавно перешел к следующей технике

Разделение небесных морей (斷天海)

В воздухе разнесся леденящий душу звук рвущегося предмета

Те, кто не побывал в Аду, не обсуждают Ад (I)

"Все вырублено"

Убеждение

Искреннее желание только одного двигало тенью внутри. Тень Нэгонга, скрытая за Дан Чжо Ном, пугающе пронизывала кровоток всего тела Джин Му Вона и концентрировалась в истории

История плакала

Мир мгновенно побелел и окрасил сетчатку Чо Чон Ву в чистый белый цвет

Ах!

Чо Чун Ву широко раскрыл глаза. Белый цвет его юности исчез с сетчатки, и образовался черный клинок с черным лезвием

И мир раскололся надвое

Фу химикат!

Все исчезло, как иль Чан Чун Монг

Дождь из рек, льющийся так, словно разрушал мир, и ужасающее присутствие, покрывшее горные вершины

В нем стоят только Джин Му Вон и Чо Чунву

Джин Му Вон был ошеломлен

Верхняя часть исчезает без следа, и обнажается раненая верхняя часть тела. Среди них самым страшным был спиральный шрам на левом боку. Кожа вдоль извилистого шрама темно-омертвела, а сломанные ребра торчат наружу

Джин Му Вон поддержал эту историю, но Чо Чон У не смог

Ух ты!

Стоя на коленях, Чо Чон Ву рвало кровью. Такой меч был приставлен к его груди, на что было страшно смотреть. Вы можете видеть рассеченную грудину между красной обнаженной плотью

Чо Чун Ву поднял глаза на Джин Му Вона, истекая огромным количеством крови

это … Что это за фехтовальщик такой?

Уничтожающий меч Чхон Ма Йона

- ха-ха! Гван-о. Но что ж...

Мой дядя

Не смотри на меня такими глазами. Я никогда не пожалею об этом. Фух!

Чо Чун Ву силой разбудил своего пуделя. Из-за этого пролилось еще больше крови, но он не возражал

Я не хотел показывать Джин Му Вону коленопреклоненную фигуру. Возможно, он и проиграл в этом матче, но его гордость еще не сломлена

Лицо Джин Му Вона потемнело

Мой дядя, почему ты не воспользовался перекрестием прицела?

Джин Му Вон думал, что Чо Чон У уничтожил те несколько племен, у которых он останавливался перед тем, как приехать сюда, и узнал, что такое перекрестие прицела

Ха! Мне достаточно одного священства Пачеон. Это я… Уважение Перекрестие прицела...

В конце концов, он не смог подключиться. Это была смерть гиганта

Мой дядя!

Чо Чун Ву перестал дышать, стоя прямо. Он смотрел на Джин Му Вона вот так, не дрожа как скала, даже когда умирал

Джин Му Вон долго смотрел на Чжо Чон У

Внезапно история показалась мне тяжелой

Кровь на повествовании, тяжесть жизни, вызванной повествованием, сдавили его плечо, как гора

Те, кто не испытал ада, сказал он, не обсуждают ад

Теперь его сердце было заключено в адскую ловушку

Ух ты!

Вздохи Джин Му Вона разлетелись в воздухе

Ха... Ха! Этот парень - человек?

Синий человек мрачно рассмеялся

Джин Му Вон был там, куда был направлен его взгляд

Он был единственным человеком, который наблюдал за боем Джин Му Вона и Чо Чунву от начала до конца. Убирая наблюдателей, отправленных из Унхунчхона, он случайно стал свидетелем их драки

Сила Чжо Чон У была хорошо известна. Чо Чон Ву всегда был самым высокопоставленным игроком в списке людей, представляющих интерес для Чёрной Луны

Существование форс-мажорных обстоятельств, с которыми невозможно справиться и с которыми еще более невозможно столкнуться лицом к лицу. Таким образом, даже в Чёрной Луне он внимательно следил за своими тенденциями и не ставил отдельного переплетения

Как и Чхоль Онсон, вершина легенды, которая, казалось, была прочной вечно, рушилась у него на глазах

Он был странно взволнован тем, что был единственным, кто стал свидетелем падения старых легенд и зарождения новых

"Что мне теперь делать?"

Легенда, которая поддерживала вершину Канго, рухнула. Когда этот факт станет известен, мир снова начнет колебаться

"Теперь я уже не в состоянии справиться с ним в одиночку. Вы должны привести с собой помощника"

В истории Черной Луны никогда не было такого времени, когда человек доставлял бы столько хлопот

Мысли синего человека, смотревшего на Джин Му Вона, были очень сложными

***

Воины гегемонии приблизились к Йонг Му Сону. Поскольку он не может помочь тем, кто находится в лагере, он пытается выместить свой гнев на Ён Му Соне. Но там был зуб, который остановил их. Это был Хван Чхоль.

Когда Хван Чхоль блокировал фронт, на ум пришла мысль о жизни в лицах воинов гегемонии. Обычным людям было невозможно жить жизнью беспилотных людей, достигших сцены. Однако для Хван Чхоля, который освоил метод трех центров, достижение этого уровня не было проблемой

Проблема заключалась в сознании Хван Чхоля

Стоявшие перед ним безоружные люди превосходства были теми, кого большинство из них не знало. Это потому, что именно в Мудле вырос Джо Чон Ву после того, как обосновался в провинции Юннань. Однако лица некоторых людей были мне знакомы.

Это беспилотные люди в Северных Астрономических вратах. Когда они были в самом разгаре, Хван Чхоль был всего лишь воином третьего класса. Итак, они не узнали Хван Чхоля, но Хван Чхоль был другим

Сочан Хо Дэхьюп, О Гымхо Дэхьюп, Сон Му Хен Дэхьюп, мы все с нетерпением ждали встречи с вами в течение долгого времени

Трое мужчин, упомянутых Хван Чолом, выступили вперед. Всем им немного за пятьдесят, и они пользуются абсолютной поддержкой воинов общества-гегемона

Вы нас знаете?

Великие кооперативы, возможно, и не помнят, но давным-давно я жил вместе с ними в Бук Астрономический

Ах!

Все трое выплевывают, сами того не подозревая

За десять лет превосходство уничтожило следы Северных астрономических врат. Чо Чон У выбрал совершенно другой маршрут от ворот Бук Чхон Мун, и большинство людей последовали решению Чо, ничего не сказав

Таким образом, память об астрономической луне Бук была размыта, и теперь она стала воспоминанием, разделяемым лишь несколькими беспилотными людьми Гегемонии. И три человека передо мной были теми немногими, кто пропустил Северную астрономию

Со Чан Хо внимательно посмотрела на Хван Чхоля

Ты - Хван Чхоль. Я помню, что Мун Чжу Ним очень дорожил этим

Спасибо, что помнишь, Со Дэ Хюп

- Ха-ха! Я уверен, что увижу тебя здесь

Он не мог сказать об этом открыто, потому что такова была ситуация, но приветственный свет мягко озарил его лицо

Но что ты здесь делаешь? Я надеюсь, что ты не будешь вмешиваться в это, если сможешь. Тем не менее, я не хочу ранить тебя своими руками

У меня то же самое, Со Дэ Хюп

У них общие воспоминания о пылкой юности у астрономических ворот Бук. Несмотря на то, что в то время я не очень хорошо знал друг друга, казалось, что возникла странная связь, когда мы встретились снова по прошествии этого времени

Ты не можешь просто отступить вот так?

Я не могу. Мы должны повиноваться приказам господа

С того времени, как они покинули Бук Чхон Мун, их главной силой был Чо Чон У. Приказ Чо Чон У был превыше всего

Хван Чхоль посмотрел на трех человек с печальным выражением лица

Разве вы не знаете, насколько неправильным является этот приказ?

Но что я могу сделать? Это тот путь, который мы выбрали

Сео Чан Хо горько улыбнулась. Похожие улыбки появляются и у двух других

После того, как десять лет назад они выбрали Чо Чон Ву из-за своих амбиций, у них больше не было выбора. Не последовавшие решению Чо Чон Ву теперь лишь признали тот факт, что их выбор был неправильным десять лет назад

Я не знаю, как ты в это ввязался, но оставь их в покое. Тогда, по крайней мере, я смогу сохранить свою жизнь

Я не могу

Ты хочешь сказать, что собираешься рисковать своей жизнью ради них?

Хван Чхоль тихо покачал головой

У меня есть кто-то еще, кто отдает мне свою жизнь.

Кто это?

Хван Чхоль, который некоторое время смотрел на Сочан Хо, прикоснулся к своим губам. Это для того, чтобы передать весь тон

Это действительно так?

Мгновенно лица трех человек стали землистыми

Это правда. Я могу поспорить, рискуя жизнью этого Хван Чхоля

Ха!

Услышав упрямый ответ Хван Чхоль, все трое воскликнули. При появлении этих троих мужчин на лицах воинов гегемонии появилось озадаченное выражение

"Что, черт возьми, все это значит"

Однако узнать это невозможно, потому что все трое плотно закрывают рты

Все трое перестали закрывать глаза. Это потому, что это была шокирующая история

"Он жив? Джин Му Вон победил его"

Как я могу забыть это имя?

Даже когда я приехал сюда, я много раз думал об этом. Я надеюсь, что он не тот истинный Му, которого они знают. Пусть они никогда не прервут его дыхание своими собственными руками. Однако бог судьбы был настолько суров, что уготовил им тернистый путь наказания

Я так рада, что он жив. Это серьезно. – сказал Сео Чанг Хо

Затем

Это не значит, что ты не можешь отступить. Тогда это все равно что отрицать все, что мы делали

Ах!

Это был путь, который он выбрал, даже когда его заклеймили как предателя. Теперь этот выбор уже нельзя было изменить

На лице Хван Чхоля появилось печальное выражение

Казалось, что по какой-то причине я мог понять их решение. В нескольких словах, в присутствии Джин Му Вон, друг к другу шли слишком долго, чтобы отменить свое решение

Я надеюсь, что удача будет сопутствовать вам на вашем пути. - сказал Сео Чанг-Хо, концентрируя свою аэродинамику в двух кулаках.

У тебя нет лица, но я сделаю все, что в моих силах. Так что, пожалуйста, тоже делайте все, что в ваших силах

Было приятно с вами познакомиться. Это серьезно

О Гым Хо и Сон Му Хен добавляли по одному слову за раз

Хван Чхоль вежливо подвел стрелка к ним

Для меня было честью видеть вас троих. Ли Хван Чхоль, я буду иметь с тобой дело с честью Бионг-Астрономической

Хван Чхоль достал свой меч и поднял его

Напряженная молитва исходила от Хван Чхоля, держащего меч. При этом появлении все трое поняли, что достижения Хван Чхоля были намного значительнее, чем они думали

Отлично. Должна быть причина, по которой Джин Мун Чжу заботился о тебе

Напротив, Сео Чан Хо почувствовал, что его сердце ослабло. Я был благодарен за то, что мог бороться с беспилотниками против беспилотных летательных аппаратов, сняв свои прошлые связи

Затем все начинается

Трое мужчин бросились к Хван Чхоль

Когда другие воины Гегемонии попытались последовать за ним, воины Чхольги Данга выскочили наружу, когда темные тени Хванена, которые были такими же сильными, как Чхоль Онгсонг, рассеялись

Легко!

Стрела, выпущенная Дам Чжин Хонгом, рассекла воздух и разлетелась среди воинов гегемонии с такой скоростью, что нога красного уха была невидима

За ними последовали Вежливое копье, колонна чаян и посох на вершине Пэкренга.

В результате их внезапного налета прочная линия обороны воинов гегемонии начала рушиться.

Именно Ха Чжин Воль возглавил неожиданную контратаку

Ха Чжин Воль заметил, что основные воины гегемонии были потрясены, и никогда не упускал из виду тот момент, когда Хван Чхоль действовал им на нервы

Командование Ха Чжин Волем в Джинду начало разваливаться без посторонней помощи. Пробормотал он, глядя на поле боя

Никто из тех, кто участвовал в сегодняшних рейдах здесь, не сможет выжить

Действительно ли это необходимо? Как насчет того, чтобы оставить в живых тех, кто сдался?

Тонг Мун осторожно высказал свое мнение. Было неприятно видеть, как так много людей умирает из-за его личности, ориентированной на ученую степень.

Внезапно Ха Чжин Воль спросил

Знаете ли вы, чего больше всего следует избегать в Канхо?

…

Это хрупкая сила. Это заставляет тех, кто занимает высокие посты, чувствовать себя некомфортно, а тех, кто находится ниже, испытывать чувство вызова. В результате это просто добыча, которая нравится обеим сторонам

Взгляд Ха Чжин Воля был устремлен куда-то вдаль. Он даже не сможет себе представить, насколько большой он рисует.

Еще не время раскрывать это, но вы все равно должны быть уверены, что завершите работу. Это потому, что Канго не может просто дать плохое признание

Страница книги Легенда о северном клинке в интернете

Table of Contents

Пролог

Один, под бесконечным небом

Против ветра I

Против ветра II

Против ветра III

Пока есть ветер, будет рябь I

Пока есть ветер, будет рябь II

Тут не хватит места на всех гостей I

Тут не хватит места на всех гостей II

Тут не хватит места на всех гостей III

В тот год, зимой... I

В тот год, зимой... II

В тот год, зимой... III

Тысяча миль со скоростью улитки. I

Тысяча миль со скоростью улитки. II

Ветер холодный, даже весной. I

Ветер холодный, даже весной. II

Ветер холодный, даже весной. III

Ветер холодный, даже весной. IIII

Хорошие люди сюда не приходят.

Хорошие люди сюда не приходят, а те, кто сюда приходит, это нехорошие. II

Хорошие люди сюда не приходят, а те, кто сюда приходит, это нехорошие. III

Триумфальный рассвет новой эры. I

Триумфальный рассвет новой эры. II

Триумфальный рассвет новой эры. III

Триумфальный рассвет новой эры. IV

Тигр и Дракон. I

Тигр и Дракон. II

Тигр и Дракон. III

Некоторые люди никогда не смогут быть вместе. I

Некоторые люди никогда не смогут быть вместе. II

Некоторые люди никогда не смогут быть вместе. III

Дракон, мечтающий о свободе I

Дракон, мечтающий о свободе II

Дракон, мечтающий о свободе III

Ветер перемен I

Ветер перемен II

Ветер перемен III

Небо, возвышающаяся над небом I

Небо, возвышающаяся над небом II

Небо, возвышающаяся над небом III

Небо, возвыщающаяся над небом IV

Те, кто хотели уйти, ушли; те, кто хотели остаться, остались I

Те, кто хотели уйти, ушли; те, кто хотели остаться, остались II

Те, кто хотели уйти, ушли; те, кто хотели остаться, остались III

Те, кто и хотели уйти, ушли; те, кто хотели остаться, остались IV

Те, кто хотели уйти, ушли; те, кто хотели остаться, остались V

Семь лет подготовки I

Семь лет подготовки II

Снежный цветок I

Снежный цветок II

Случайности не случайны I

Случайности не случайны II

Случайности не случайны III

Попутчик I

Попутчик II

Попутчик III

Попутчик IV

То, отчего не стоит отказываться I

То, отчего не стоит отказываться II

То, отчего не стоит отказываться III

То, отчего не стоит отказываться IV

Не все идут сквозь бурю с опущенной головой I

Не все идут сквозь бурю с опущенной головой II

Не все идут сквозь бурю с опущенной головой III

Не все идут сквозь бурю с опущенной головой IV

Фехтовальщик говорит мечом; кузнец - ковкой

Фехтовальщик говорит мечом; кузнец - ковкой II

Фехтовальщик говорит мечом; кузнец - ковкой III

Капитан Железной Бригады I

Командир железной бригады II

Командир железной бригады III

И что, что мы попутчики? I

И что, что мы попутчики? II

И что, что мы попутчики? III

И что, что мы попутчики? IV

Месть - это цикл, который никогда не заканчивается I

Месть- это цикл, который никогда не заканчивается II

Месть - это цикл, который никогда не заканчивается III

Мечник с Севера I

Мечник с Севера II

Мечник с севера III

Дракон, живущий среди Черни I

Дракон, живущий среди Черни II

Дракон, живущий среди Черни III

Дракон, живущий среди Черни IV

Непрошенное внимание (I)

Непрошенное внимание (II)

Непрошенное внимание (III)

Непрошенное внимание (I)

Непрошенное внимание (II)

Непрошенное внимание (IIІ)

Связанные проклятыми нитями судьбы (I)

Связанные проклятыми нитями судьбы (II)

Связанные проклятыми нитями судьбы (IIІ)

Те, у кого есть амбиции, не заботятся о кровопролитии и слезах (I)

Те, у кого есть амбиции, не заботятся о кровопролитии и слезах (II)

Те, у кого есть амбиции, не заботятся о кровопролитии и слезах (III)

Мастер Мечей (I)

Мастер Мечей (II)

Мастер Мечей (III)

Возвращение легенд (I)

Возвращение легенд (II)

Возвращение легенд (III)

Стоит больше, чем жизнь (I)

Стоит больше, чем жизнь (II)

Стоит больше, чем жизнь (III)

Стоит больше, чем жизнь (IV)

1 - 108

1 - 109

Старые драконы падают, а молодые поднимаются (I)

Старые драконы падают, а молодые поднимаются (II)

Старые драконы падают, а молодые поднимаются (III)

Рыбаки рыбаки собираются вместе (I)

Рыбаки собираются вместе (II)

Рыбаки рыбаки собираются вместе (III)

Благодарность мимолетна; Обиды вечны (I)

Благодарность мимолетна; Обиды вечны (II)

Благодарность мимолетна; обиды вечны (IIІ)

Несмотря на это, я не сожалею (I)

Несмотря на это, я не сожалею (II)

Несмотря на это, я не сожалею (III)

Те, кто не побывал в Аду, не обсуждают Ад (I)

О книге