Глава 1

Шинпей, легендарный босс группировки "Камияма", хоть и превратился в старика с белыми волосами, но его взгляд по-прежнему оставался острым. Настолько, что даже опытные лидеры кланов избегали встречаться с ним глазами. Лишь Дайки, нынешний босс Камиямы и его внук, мог смотреть на Шинпея прямо. И был один человек, который превращал взгляд Шинпея в добрый, как у милого дедушки…

Дайки посмотрел на своего маленького сына Тому, который смело забрался на токонома, украшенную вазой с вековой историей. Сидя на татами, Шинпей заметил, куда смотрит Дайки, обернулся и тут же встал, чтобы подойти к Томе.

"Эй, малыш, играть здесь опасно."

"Дедушка, Тома хочет домой," — ответил мальчик.

"Домой хочешь?"

"Да, хочу домой."

"Ну тогда останься со мной на ночь, а завтра пойдём домой, как тебе?"

Тома посмотрел на Дайки, а затем широко улыбнулся.

"А папа тоже?"

Это означало, что если папа ляжет спать, то и он ляжет. Шинпей нежно улыбнулся и взял на руки маленького правнука. Как всегда, Тома начал гладить его морщинистое лицо своими крошечными ручками.

"Тебе пора отдыхать, малыш устал."

"Тогда до следующего месяца," — попрощался Дайки.

"Можешь прийти и пораньше, и выпьем с тобой, как следует," — ответил Шинпей.

"Так и сделаю."

Дайки протянул руки, чтобы взять Тому, который становился тяжелее с каждым днём.

"Оставь это мне. Не лишай старика последней радости — теперь я живу ради встреч с Томой."

"Не говорите так, дедушка."

"Я уже стар."

"Вы — единственный человек, на которого я могу положиться."

"Босс Камиямы не должен произносить такие слабые слова."

"Сейчас я говорю как ваш внук."

Шинпей, кажется, был тронут искренностью своего обычно сдержанного внука, и лицо его слегка прояснилось.

"Ха-ха, и зачем ты лезешь дедушке в нос?"

"У тебя белые волоски."

Тома с интересом разглядывал длинные седые волосы, торчащие из носа Шинпея. Ведь осмелиться прикоснуться к легендарному волосу, принадлежавшему человеку, который одним лишь взглядом держал в страхе весь Токио, мог только его маленький ангелок правнук Тома.

Когда они вышли на улицу и направились к ожидавшей их машине, по обе стороны садовой дорожки длиной метров пятьдесят выстроились клановцы, почтительно склоняя головы. Сегодня был ежемесячный сбор совета. Ради маленького Томы его начали с утра и закончили днём. Тома, будущий наследник Камиямы, был ещё совсем ребёнком, но пользовался уважением, не меньшим, чем его отец Дайки.

Широкие поля, казалось, еще долго будут принимать гостей на празднике, но Дайки решил поскорее вернуться домой ради Томы.

— Дедушка, могу я покататься на машине с папой Томы?

После слов Томы лица не только Шинпея, но и Дайки сразу помрачнели. С момента рождения Томы, Дайки никогда не ездил в одной машине с сыном. Они всегда садились в разные машины, чтобы снизить риск возможных происшествий. Томе это явно не нравилось. Похоже, он подумал, что если попросит Шинпея, который готов был на всё ради своего правнука, то сможет поехать с отцом в одной машине. Его большие глаза сияли в предвкушении.

Смущенный Шинпей лишь неловко улыбнулся и, ничего не ответив, продолжал смотреть на своего правнука. Дайки бросил взгляд на Кэнту, и тот осторожно подошёл к Шинпею, чтобы забрать Тому на руки.

— Езжай с Кэнтой, мой маленький. В следующий раз обязательно покатаемся вместе, дедушка обещает.

— Хорошо, дедушка. До встречи!

Маленький, но умный Тома, казалось, понял, что Шинпею было неудобно от его просьбы. Он послушно обнял Кэнту и сел с ним в машину.

— Как-нибудь навестим вас снова.

— Хорошо. Будьте осторожны.

Когда Дайки низко поклонился перед Шинпеем в знак уважения, остальные члены организации также склонили головы перед нынешним и бывшим боссами.

Мин Джун, пристально глядя на треугольный кимпаб в своей руке, снова поразился собственной способности испытывать голод даже в такие моменты. Медленно открывая упаковку, он вспомнил старую поговорку: «Умерший сытым выглядит лучше».

Он даже представил, что если умрет после трапезы, его кожа станет настолько сияющей, что загробный проводник сочтет его своим возлюбленным. Эта странная мысль пронеслась у него в голове, пока он готовился к тому, чтобы отправиться на тот свет.

— Если подумать, это тоже страшно... Мама, папа, простите этого никчемного сына. Если быть геем — это грех, то я виноват. Но не думайте, что я умер, просто представьте, что я уехал куда-то очень далеко, как будто вы выдали меня замуж...

Мин Джун смахнул слезы тыльной стороной ладони и запихнул треугольный кимпаб в рот. С самого детства, стоило ему вернуться домой избитым, его мать наказывала его вдвое сильнее. Она была человеком с непростым характером. Если она узнает, что он из-за увлечения мужчиной лишился денег на учебу за границей, паспорта и даже влез в долги, то, вероятно, и десяти жизней ему не хватило бы, чтобы расплатиться за это.

— Тайсей, ублюдок! Ты угрожаешь мне, что, если я заявлю на тебя, то ты продашь меня в гей-клуб? Думаешь, я испугался? Да, я сейчас умру, но это еще не конец. Я обязательно вернусь с того света и заберу тебя с собой. Посмотрим, кто кого!

Ба-а-а-а-а-а-а-н!

— Черт, вот это напугали! Если у меня случится сердечный приступ, кто будет за это отвечать?!

От неожиданного автомобильного сигнала Мин Джун вскрикнул и резко обернулся. В тот же момент недоеденный кимпаб вывалился из его руки на землю, а сам он инстинктивно прижался к стене здания. Это ли не тот самый «черный поток», о котором он слышал? Глядя на кортеж черных «Мерседесов», которые он видел до этого только на картинах, Мин Джун замер и начал дрожать. Хотя в машинах никто не выглядел грозно, он каким-то образом понял, кто может находиться внутри.

Это те люди, которых можно случайно встретить, живя в Японии. Однажды Мин Джун даже фантазировал о том, каково это — встречаться с якудза. Но когда он увидел их кортеж прямо перед собой в момент, когда уже был готов умереть, он начал молиться, чтобы его не заметили.

«А что, если я слишком красивый, и главарь меня заметит? Эти парни безумные, говорят, у них там и пытки, и по десять человек сразу... О нет, я не хочу умереть, истекая кровью после такого...»

Стукнувшая дверца автомобиля и голос, обращающийся к кому-то как к «молодому господину», заставили Мин Джуна вжаться в стену еще сильнее. Он прищурился и осторожно повернул голову в сторону «Мерседесов». Вдруг что-то, издавая легкие шлепающие звуки, подбежало к нему и неожиданно прыгнуло в его объятия. Теплая и маленькая фигурка с запахом, присущим только детям, прижалась к нему. Растерявшись, Мин Джун машинально обнял это существо. Это был мальчик, примерно трех лет.

— Мама!

«Мама? Да, какая трогательная ночь… Но кто мама? Я? Да кто тут вообще...»

Страница книги Когда якудза влюблён в интернете

Table of Contents

Глава 1

О книге