Арка 1. Средняя школа Шанъян.

Арка 1. Средняя школа Шанъян.

Когда Сюй Цзыюэ открыл глаза, он заметил, что эта игра «Любовная атака!» имела довольно общий основной интерфейс. В ней была платформа для сохранения и загрузки игровых файлов, а также ещё одна — для выбора новых миров.

Кнопки для сохранения и загрузки игровых файлов были полностью серыми — положенная на них рука Сюй Цзыюэ не оказала никакого эффекта. Кнопка выхода из игры также была выделена серым цветом. Только кнопка «Выбрать игру», казалось, работала.

Конечно, это было неизбежно, потому что Сюй Цзыюэ больше не мог покинуть эту игру; когда он привязал систему к своему духовному телу, его физическое тело умерло.

Это было потому, что Сюй Цзыюэ погиб в автомобильной катастрофе. Даже если бы приехала скорая помощь, он всё равно бы умер. И вот, он, наконец, согласился связать себя с игровой системой «Любовная Атака!». Системой, которая приставала к нему более, чем 2 года.

Затем он вошел в это иллюзорное пространство, которое также было основным интерфейсом игры «Любовная Атака!».

Система начала послушно объяснять правила.

[Количество игроков в каждой игре может варьироваться, но количество доступных целей определено, поэтому хост должен использовать все возможности и захватить свою цель!]

Сюй Цзыюэ рассеянно ткнул серую кнопку «Выход из игры» и ответил:

— Поймаю я цель или нет, полностью зависит от её внешнего вида. Ваша доступная цель красива?

[Конечно! Мы проконсультировались и интегрировали множество пакетов данных для внешнего вида целевых НПС*, опираясь только на то, что наиболее популярно. Поэтому, что касается их внешнего вида, игрок может чувствовать себя уверенно!]

П/п: неигровой персонаж.

С этим Сюй Цзыюэ, наконец, проявил некоторый интерес, но он всё ещё не знал, заслуживают ли слова системы доверия.

В конце концов, окончательную оценку должен был дать сам Сюй Цзыюэ. Даже если система приравняла доступные цели к красивым, Сюй Цзыюэ всё равно оставался немного скептичным, пока не увидит их сам.

[Хост, вы настроили своё мышление и ментально подготовились к вступлению в первый мир?]

Сюй Цзыюэ сделал несколько глубоких вдохов, выбросил из головы сцену автомобильной аварии, проклял водителя такси, который вел машину пьяным, и, наконец, почувствовал, что его сердце немного успокоилось.

— Хорошо, давай начнем игру. — пусть он увидит, насколько хороши на самом деле эти предполагаемые «ультра-красивые» цели! Сюй Цзыюэ не слишком высоко ставил свои стандарты — если другой был мужчиной, то он должен был, по крайней мере, быть на уровне школьного принца его школьной баскетбольной команды. Если это женщина, то, она должна быть по крайней мере, такой же красивой, как длинноволосая школьница из соседнего района. Только так у него действительно будет интерес поболтать и преследовать другого.

Если цель хороша собой, то даже если у неё немного плохой характер, он всё равно может с этим смириться... Но в целом, у каждой доступной цели в играх-симуляторах знакомств была какая-то очаровательная и привлекательная сторона, поэтому Сюй Цзыюэ не слишком волновался.

Даже если он провалит игру и не сможет завоевать любовь самой красивой мишени, тогда, по крайней мере, он всё ещё сможет восхищаться её красотой! Сюй Цзыюэ наполовину хотел ударить себя за свою склонность сосредотачиваться только на внешнем виде, но его другая половина также была полна волнения и желания того, что должно произойти.

Несмотря на то, что он не до конца верил в обещания системы, его сердце всё ещё было наполнено предвкушением.

Ах... Может ли он действительно испытать любовь в игре с привлекательными людьми, у которых есть удивительные личности? Одна мысль об этом делала его очень счастливым, хе-хе.

Система нараспев произнесла:

[Выбор игры — вводный уровень: сложность «новичок».]

Сюй Цзыюэ кивнул, а затем почувствовал, что его зрение потемнело, а тело начало падать. После, он наткнулся на что-то твердое и сел.

Он открыл глаза и обнаружил, что оказался в школьном классе.

В настоящее время в классе шло занятие, и учитель читал лекцию о математических модулях. Сюй Цзыюэ взволнованно оглядел своих новых одноклассников.

[Те, у кого зеленые символы над головами, являются игроками. В этой игре 20 игроков. Ваши доступные цели — все НПС средней школы Шанъян. Пожалуйста, изучите игру самостоятельно, учебника нет. Как только вы успешно захватите сердце своей цели и получите её привязанность, вы очистите этот мир, и игра закончится.]

Сюй Цзыюэ погладил подбородок и начал оценивать своих одноклассников с чувством ожидания.

70 баллов, 60 баллов, 85 баллов... Там было много симпатичных людей. Один из его коллег–игроков даже набрал высокий балл в 89 очков. Однако с точки зрения тех людей, которые настолько красивы, что невольно хочется на них запрыгнуть... Сюй Цзыюэ до сих пор ни одного не видел.

Внезапно он заметил, что у мужчины-игрока, сидящего рядом с ним, необъяснимо было очень уродливое выражение на лице. Осознав это, Сюй Цзыюэ наблюдал за другими игроками и увидел, что у большинства тоже были похожие гримасы.

Сюй Цзыюэ стало немного любопытно, и чувство новизны и волнения также возросло. Он достал маленький ластик и бросил его на стол игрока рядом с ним.

Понизив голос, он спросил:

— Эй, как тебя зовут? Ты тоже умер, а затем пришел в этот игровой мир? Меня зовут Сюй Цзыюэ. Ты уже выбрал цель? Если так, я буду избегать её. В конце концов, хороших друзей трудно найти...

— Сюй Цзыюэ!

Сюй Цзыюэ был поражен и быстро посмотрел на учителя, который только что выкрикнул его имя. Слегка дрожа, он встал. Так быстро пойманный учителем, ах... Он думал, что учителя-НПС будут игнорировать действия игроков... Похоже, он ошибся в своих догадках.

Учитель математики, стоявший на трибуне, не стал прямо отчитывать Сюй Цзыюэ. Вместо этого он сказал:

— Подойди сюда и реши этот вопрос.

Сюй Цзыюэ безмолвно открыл рот. Он не знал, что делать. Он посмотрел на товарища по игре рядом с собой, но обнаружил, что тот вообще не обращает на него внимания. Вместо этого лицо другого игрока было бледным, как будто он чего-то боялся.

Сюй Цзыюэ мог только временно отбросить мысль о том, чтобы обратиться за помощью к этому товарищу.

Он достал ручку и ткнул в спину сидящего перед ним парня.

Парень резко вздрогнул, а затем повернулся, чтобы пронзить Сюй Цзыюэ недружелюбным взглядом.

Сюй Цзыюэ, однако, был ошеломлен, и его глаза загорелись радостью.

— Не проси других студентов о помощи! — учитель математики постучал указкой по трибуне, его тон был суровым.

— Учитель, мне очень жаль. — в течение своей жизни Сюй Цзыюэ был из тех учеников, которые всегда знали, как расположить к себе других. Хотя он не был склонным к учебе – только был примерно средним в своих классах — он был тем типом человека, который мог оживить любую атмосферу.

— Я только что не слушал, поэтому не знаю ответа. Но, я обещаю! С этого момента я буду обращать на это внимание!

— Садись. Слушай внимательно. — учитель действительно не стал усложнять ситуацию Сюй Цзыюэ, и, увидев, что он сел, продолжил лекцию.

Сюй Цзыюэ вздохнул с облегчением и начал возиться с ручкой, которой он только что ткнул ученика, сидящего перед ним.

Он нашел свою цель захвата — это парень, сидящий перед ним!

Он такой красивый, ах... Однако его лицо кажется немного бледным, а тело немного слабым, как будто он в последнее время плохо ел.

Если вы попросите склонного к науке Сюй Цзыюэ описать ученика, сидящего перед ним, то самое поэтичное, что он мог придумать — это «красивый с легкими и тонкими чертами лица». В конце концов, другой был ещё молод, и его черты ещё не полностью развились.

Просто его глаза были немного темнее, чем у нормального человека, и казались довольно вялыми. Если бы у него было немного больше духа, то, возможно, он был бы ещё более привлекательным.

Сюй Цзыюэ мысленно присвоил этому однокласснику сверхвысокий балл в 93 очка.

Сюй Цзыюэ хотел поговорить с ним и немного поболтать, но, к сожалению, учитель впереди всё ещё внимательно следил за ним, и поэтому он мог только сидеть прямо и продолжать слушать лекцию.

В левом верхнем углу его стола была таблица рассадки. Сюй Цзыюэ заметил, что у всех игроков была эта диаграмма, в то время как у НПС её не было, поэтому он пришел к выводу, что это, вероятно, реквизит, предназначенный для ознакомления игроков с текущей игрой. Ученика, сидевшего перед ним, звали Сунь Мо, а другого игрока, которого он назвал своим товарищем, звали Лу Женьцзя.

Сунь Мо... Сюй Цзыюэ повторил это имя в своем сердце. Похоже, к этому персонажу будет не очень легко подойти. Он просто ткнул другого в спину, а потом на него посмотрели с таким пылом... Но, увы, он не был обескуражен!

Если бы это было реальностью, то Сюй Цзыюэ, возможно, заботился бы немного больше, но... Он уже однажды умер, и это также была игра-симулятор любви. Добавьте к этому тот факт, что он одинокая собака без каких-либо привязанностей... Если он действительно хочет влюбиться, то что плохого в том, чтобы быть немного бесстыдным?

Да, что такое лицо*? Перед своей целью он не нуждался ни в чем из этого!

П/п: репутация, имидж, образ, достоинство.

После того, как прозвенел звонок об освобождении, Сюй Цзыюэ не заметил негласного общения и последующего собрания других игроков, а вместо этого подошел к столу Сунь Мо и начал болтать.

— Сунь Мо, как ты мог не помочь мне раньше, учитель был таким свирепым. — заныл Сюй Цзыюэ, присев на корточки рядом со столом Сунь Мо и положив обе руки на стол, даже положив на них подбородок.

Сунь Мо бросил слабый взгляд на Сюй Цзыюэ, но, похоже, не был склонен говорить.

— Я только что ткнул тебя, верно? Тогда я извинюсь, хорошо? Ты можешь поговорить со мной, я хочу услышать твой голос.

Пока Сюй Цзыюэ разговаривал с Сунь Мо, остальные 19 игроков собрались в дальнем углу класса.

Кто-то спросил:

— Может, позвать этого человека?

Другой ответил:

— Мы не можем помочь тем, кто решил искать смерти. Он даже не читает «руководство для начинающих» и не понимает важности встречи с нами для обмена информацией. Если бы он присоединился к нам, то просто принес бы нам флаги смерти.

Человек, который говорил раньше, замолчал.

Если не было никаких конкретных задач, и если они активно не разговаривали с НПС, то НПС, как правило, не обращали никакого внимания на игроков; поэтому эти игроки не слишком беспокоились о том, чтобы заметно собраться вместе.

— Я уверен, что все уже прочитали справочную информацию об этом мире. После того, как в средней школе Шанъян сменился директор, старый заброшенный лекционный зал был отремонтирован. Мы студенты, которые только что перешли на третий курс, и нас перевели в этот класс. Причина, по которой это здание изначально было заброшено, скорее всего, является ключом к нашему побегу. Кроме того, мы все были помещены вместе в этом классе, а не распределены среди других классов, так что это ещё одна важная подсказка...

— О? О чем они говорят? — Сюй Цзыюэ слегка повернул голову и с любопытством посмотрел на большую группу игроков, собравшихся в углу.

Сунь Мо, который до сих пор игнорировал существование Сюй Цзыюэ, также повернулся, чтобы проследить за взглядом Сюй Цзыюэ.

— О чем они говорят? — тихо спросил Сунь Мо.

Глаза Сюй Цзыюэ загорелись.

— Как и ожидалось, твой голос звучит очень мило!

Слова Сунь Мо имели странный ритм, и в них чувствовалась пустота, но его тон был очень четким; единственной жалобой Сюй Цзыюэ было то, что тот говорил слишком мало. Он сам сказал так много, и всё же Сунь Мо сказал только одно предложение, которое на самом деле было просто повторением его собственного вопроса!

Сюй Цзыюэ встретился взглядом с Сунь Мо и надул щеки.

— Я не знаю, ах, я задал тебе этот вопрос первым.

Он предполагал, что они обсуждали и распределяли различных НПС в качестве личных целей захвата. Хотя, учитывая, что в школе так много людей, не должно быть никого достаточно грубого, чтобы прийти и сразиться с ним за Сунь Мо, верно? Он первым увидел Сунь Мо!

Даже если они не могли быть любовниками, он всё равно хотел быть вместе с Сунь Мо в этом мире... Посмотрите на его удивительно чистый, гладкий цвет и тонкие черты лица!

Ах... Он такой красивый!

Все утро Сюй Цзыюэ вертелся вокруг стола Сунь Мо. Конечно, он также говорил с Лу Женьцзя, но Лу Женьцзя проигнорировал большинство комментариев Сюй Цзыюэ и продолжал смотреть на него, как на человека, который скоро умрет.

В сочетании с тем фактом, что Лу Женьцзя не имел ничего общего с красивой внешностью Сунь Мо, Сюй Цзыюэ, естественно, не собирался больше тратить время на болтовню с ним и вместо этого полностью сосредоточился на Сунь Мо.

Он не знает, сможет ли добиться хоум–рана* в этой игре. Если да, то он сможет, наконец, избавиться от статуса девственника, который преследовал его до смерти!

П/п: хоум–ран — удар, при котором бейсбольный мяч пролетает всё поле и вылетает за его пределы; означает сможет ли он добиться успеха.

Во время четвертого урока Сюй Цзыюэ был выведен из сонного оцепенения оповещающим о конце занятия звонком, а затем не мог уснуть из-за жары, так как кондиционер был выключен. Однако на последнем утреннем занятии он не выдержал и заснул.

Тот факт, что Сюй Цзыюэ не заснул сразу в самом начале, уже свидетельствовал о его настойчивости. Первоначально он думал, что наконец-то освободился от учебы, но кто знал, что игра после смерти также потребует от него посещения занятий...

Сунь Мо перед ним исчез, и в классе больше никого не осталось. Наверху скрипел только старый потолочный вентилятор.

Сюй Цзыюэ посмотрел на потолочный вентилятор и почувствовал, что это немного странно. Весь класс выглядел совершенно новым, но потолочный вентилятор казался довольно старым. Кроме того, там был только один вентилятор, и он находился прямо посреди класса.

Однако Сюй Цзыюэ не слишком задумывался об этом. Он провел рукой по растрепанным со сна волосам, вытащил деньги, которые нашел в сумке, и убежал.

Возможно, потому, что было время обеда, но всё здание было пустым. Всё вокруг было зловеще тихо, и по спине Сюй Цзыюэ поползли мурашки от волнения.

Затем позади него послышался топот шагов, эхом отдающийся в коридоре, и Сюй Цзыюэ быстро обернулся, чтобы выглянуть в коридор; конец был ярким, указывая на теплый солнечный день, но внутри в классе, где он находился, было очень темно, как будто он был непроницаем для света. Сюй Цзыюэ прищурился и посмотрел ещё немного, прежде чем решить, что он, вероятно, просто слишком много думает.

Сюй Цзыюэ снова провел рукой по волосам и решил перестать так много думать обо всем. Как только он вышел из коридора и лестницы, он понял, что здание, в котором он находился, на самом деле было совершенно изолировано от остальных школьных зданий.

Воспользовавшись часовым перерывом на обед, Сюй Цзыюэ нашел кафетерий и купил булочку, пачку молока и пачку конфет «белых кроликов» в качестве закуски. Затем он прогуливался по школьному кампусу во время еды.

Школа была С-образной формы. Все здания окружали центральное поле и площадку. Здания включали помещения для студентов первого и второго курсов, кафетерий, офисную зону и общежитие, где девочки жили наверху, а мальчики жили внизу, с большими железными воротами, разделяющими их.

Помещения третьего года, то есть здание третьего года, в котором он появился, и общежития для третьегодников не были включены в эту С-образную структуру. Однако внешний вид обоих зданий выглядел довольно новым, поэтому Сюй Цзыюэ предположил, что всё было недавно отремонтировано. Два здания были расположены в задней части «С», но следовали общей планировке других зданий. Там был длинный сад с полоской зеленой травы посередине, и пышные деревья росли по обе стороны, закрывая большую часть видимости.

Сюй Цзыюэ пришлось следовать многим указателям, прежде чем ему, наконец, удалось выбраться из района третьекурсников и попасть в столовую.

Осмотрев среднюю школу Шанъян, Сюй Цзыюэ небрежно выбросил мусор в мусорное ведро и приготовился вернуться в класс. Однако, как только он добрался до лекционного зала третьего курса, Сюй Цзыюэ обнаружил, что другие игроки собрались неподалеку в роще деревьев.

Сюй Цзыюэ отломил соломинку от своей пачки молока и подбежал, чтобы пообщаться.

— Что вы, ребята, делаете?

Один из парней, который, казалось, был лидером группы, посмотрел на Сюй Цзыюэ.

— О, так теперь ты пришел? — он усмехнулся, — Что, хочешь жить сейчас?

У Сюй Цзыюэ было лицо, полное замешательства.

— Я не могу подойти? И что значит жить...

— Раз уж ты пришел, веди себя прилично. Говори меньше, слушай больше, и если с тобой никто не разговаривает, то заткнись. — тон лидера был очень раздраженным, и это отразилось на его лице, которое также было хмурым. Его лицо, которое можно было бы счесть красивым, исказилось гримасой, отчего на него было неприятно смотреть.

Сюй Цзыюэ нахмурил брови и как раз собирался что-то сказать, когда его усадили в сидячее положение у клумбы.

Это был Лу Женьцзя.

Сюй Цзыюэ слегка нахмурился, вскочил, отмахнулся от засохшей грязи и мусора, валявшихся вокруг клумбы, а затем снова сел.

Кто-то, неизвестный среди девятнадцати игроков, пробормотал себе под нос:

— Чопорный мальчик.

Сюй Цзыюэ закатил глаза — чопорный. Ладно, он немного чопорный. Он любит быть чистым; если он будет грязным, то как он сможет произвести хорошее впечатление на Сунь Мо позже днем?

— Потому что появился новый человек, я повторюсь. Меня зовут Чжан Цзин, и я уже пережил три игры. Я легко раздражаюсь. Для тех новичков, которые даже не читают руководство и не ведут себя прилично — вы несете ответственность за свои собственные результаты.

Сюй Цзыюэ громко сосал молоко через соломинку, привлекая раздраженные взгляды многих людей. На самом деле у него было много вопросов, но при таких обстоятельствах... Он решил просто подождать и оттащить Лу Женьцзя в сторону, чтобы спросить.

Кроме того, пережил три игры? Могут ли люди умереть в этой игре «Любовная Атака!»? Есть ли цели яндере, которые могут очернить, а затем убить вас? И что это за «руководство для начинающих»? Он никогда раньше о нем не слышал.

Система доставала его более двух лет, пытаясь убедить принять участие в этой игре «Любовная Атака!», но до тех пор, пока кто-то в здравом уме, никто не согласится играть в такую отрывочную игру, которой, возможно, даже не существует. Хотя сейчас он подтвердил, что эта игра законна, тогда он думал, что у него проблемы с психикой, и тайно прошел множество диагностических тестов в интернете. И после того, как он умер и вступил в игру, система тоже мало что сказала. Всё было так же, как и раньше — кратко и лаконично.

На самом деле, если бы вы спросили Сюй Цзыюэ, он бы сказал, что система была более разговорчивой, прежде чем он умер, прося его три раза в день пойти умереть и сыграть в эту игру.

На данный момент система сказала ему только те несколько предложений, когда он впервые появился в главном интерфейсе.

Она сказал ему, чтобы он сам изучил игру, и даже не дала ему учебника, так что же это было за руководство?

— До сих пор мы собрали очень мало улик, но этот мир, безусловно, постепенно продвинется вперед и позволит нам узнать правду. Что мы знаем до сих пор, так это то, что это здание было заброшено в течение многих лет. Сегодня после школы пойдем в библиотеку – библиотеки, как правило, самое полезное место для получения информации о мире. Мы не можем допустить, чтобы что-то проскользнуло! Кроме того, каждый должен общаться с НПС вокруг себя во время занятий, чтобы попытаться узнать больше. Ты, кто только что прибыл — я заметил, что ты всё утро болтал с НПС, ты что-нибудь узнал? — Чжан Цзин, который только что сказал длинный список вещей, закончил тем, что задал вопрос Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ выпустил соломинку изо рта.

— Студент, сидящий передо мной, Сунь Мо...

Его сверстники оживились и внимательно слушали.

— Его лицо — на 93 балла, его голос — на 98 баллов, просто он мало говорит. С точки зрения внешнего вида, он является лучшей целью захвата. — Сюй Цзыюэ прищурил глаза: — Он моя цель, так что никому из вас лучше не пытаться украсть его!

Чжан Цзин был так зол, что его лицо покраснело.

— Кто тебя спрашивал об этом! — он сердито пнул ствол дерева рядом с собой и приказал: — Ладно, хватит болтать. Все, возвращайтесь в класс!

Другие люди смотрели на Сюй Цзыюэ, как на умственно отсталого, а потом ушли.

Даже Лу Женьцзя, которого Сюй Цзыюэ хотел отвести в сторону и задать несколько вопросов, немедленно сделал несколько шагов в сторону от него.

Сюй Цзыюэ: «???» Он сказал что-то не так? Все остальные игроки были больны? Почему он не мог понять ход их мыслей?

Или это он был болен?

Сюй Цзыюэ необъяснимым образом остался один в маленьком лесу.

Допив молоко, Сюй Цзыюэ похлопал себя по полному животу, бросил в рот конфету с белым кроликом и медленно направился обратно в лекционный зал.

Однако, прежде чем он полностью покинул лес, Сюй Цзыюэ увидел Сунь Мо, который смотрел на шестой этаж лекционного корпуса.

Глаза Сюй Цзыюэ загорелись, и он быстро подошел.

— Сунь Мо, давай вернемся в класс вместе?

Сунь Мо повернулся и молча посмотрел на Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ слегка почесал щеку, избегая взгляда Сунь Мо:

— Не смотри на меня так... Мне будет стыдно. — взгляд Сунь Мо отличался от взгляда обычных людей. Когда он смотрит на кого-то, ему кажется, что он видит только человека перед собой, его взгляд никогда не колеблется — сфокусированный, серьезный и сосредоточенный.

Однако, с точки зрения Сюй Цзыюэ, он мог только чувствовать, как его сердцебиение становится все быстрее и быстрее.

Поэтому он положил руки прямо на лицо Сунь Мо и отвел взгляд в сторону.

— Н-не смотри на меня так.

— ... — Сунь Мо отмахнулся от рук Сюй Цзыюэ и повернулся, чтобы уйти.

Сюй Цзыюэ: «???» Почему он уходит, разве у них не очень хорошая атмосфера?

Сюй Цзыюэ поспешно погнался за ним, следуя за Сунь Мо и направляясь к лекционному залу.

— Что ты ел за обедом? — видя, что Сунь Мо не отвечает, Сюй Цзыюэ продолжил: — Моя еда состояла из буханки хлеба и пакета молока. О, и немного конфет «белых кроликов»!

Он выхватил из кармана пригоршню, подумал, а потом достал только одну, положив остальные обратно.

— Это для тебя. — воспользовавшись случаем, Сюй Цзыюэ поймал руку Сунь Мо, быстро сунул конфету ему в ладонь и тут же отпустил.

При этом каждый раз, когда он даст другому конфету, он сможет дотронуться до его руки! Он был таким умным!

Сюй Цзыюэ коснулся его пальцев, наслаждаясь ощущением руки Сунь Мо — ледяным. В этот жаркий день он действительно был похож на портативный кондиционер.

Однако, может быть, это было потому, что другой только что вышел из комнаты с кондиционером? Но в полдень... Кондиционеры должны были быть выключены во всех классах. Может быть, он пошел в кабинет?

Или это может быть физическая причина. Сунь Мо выглядел немного слабым, и когда он спросил его, что он ел на обед, тот не ответил... Сюй Цзыюэ стало немного грустно. Конечно же, к тем, у кого была хорошая внешность, было не так легко подойти.

К счастью, Сунь Мо не отказался от конфет Сюй Цзыюэ.

После обеденного перерыва в полдень у них был свободный блок на следующий час, чтобы отдохнуть и расслабиться в классе.

Класс Сюй Цзыюэ был самым дальним классом на шестом этаже. После того, как прозвенел звонок, вошла классный руководитель и начал убеждать всех отдохнуть, немного вздремнув.

Учитель оглядел комнату и спросил:

— Кто-нибудь видел Бао Юйсинь или Чэнь Ин?

Сюй Цзыюэ обхватил голову руками и украдкой поглядывал на спину Сунь Мо. Услышав слова учителя, он быстро взглянул на таблицу рассадки, а затем на свободные столы.

Действительно, не хватало двух игроков.

Когда Сюй Цзыюэ услышал, как учитель сказал, что двое одноклассников не вернулись после обеда, его первой мыслью было, что они, должно быть, ушли куда-то, чтобы посплетничать о своих целях.

И объектами их привязанности скорее всего были студенты из других классов. Так как, если бы цели были студентами из их класса, то не было бы намного проще просто попросить кого-нибудь поменяться местами, чтобы они могли поболтать во время перерыва?

Но когда учитель сказал это, лица половины учеников в классе сразу же приняли чрезвычайно уродливое выражение.

Этого не может быть... трудность этой «Любовной Атаки!» была такой высокой, а конкуренция такой жесткой?

Сюй Цзыюэ обнаружил, что всё больше и больше не может понять мысли этой группы игроков.

Классный руководитель предположил, что пропавшие ученики, вероятно, были в туалете, и поэтому планировал немного подождать. В конце концов, это было не так уж и важно, чтобы немного опоздать на дневной запасной блок.

Но одноклассники, как ни странно, нервничали больше, чем учитель, и некоторые подняли руки, говоря:

— Учитель! Позвольте найти Бао Юйсинь и Чэнь Ин!

Сюй Цзыюэ зевнул и хрустнул шеей.

— Сунь Мо, Сунь Мо, я не совсем понял урок математики сегодня утром, ты можешь меня научить? — стоит использовать все возможности, чтобы вовлечь Сунь Мо в разговор, и, по крайней мере, пусть привыкнет общаться с ним. Это была единственная цель Сюй Цзыюэ на данный момент.

Но хладнокровный Сунь Мо даже не обернулся, позволив Сюй Цзыюэ в полной мере ощутить, что такое безразличие.

Сюй Цзыюэ подошел побеспокоить Лу Женьцзя, который сидел через проход.

— Лу Женьцзи, что вы, ребята, обсуждали раньше...

— Меня зовут Лу Женьцзя, а не Лу Женьцзи. — кипятился Лу Женьцзя, свирепо глядя на Сюй Цзыюэ, а затем повернулся, чтобы нервно посмотреть на игрока, который всё ещё вел переговоры с учителем о поиске пропавших людей. Он действительно не хотел разговаривать с Сюй Цзыюэ.

Лу Женьцзя и Лу Женьцзи, разве они не очень похожи... Кроме того, кто бы назвал своего ребенка так, словно они боялись воров? Но имя было довольно легко запомнить.

Сюй Цзыюэ снова обнаружил, что к нему относятся с презрением.

На самом деле, это был не только Лу Женьцзя; точнее, он чувствовал, что его презирают все игроки в этой игре по какой-то необъяснимой причине.

Как будто они думали, что он собирается причинить им вред или что-то в этом роде.

Сюй Цзыюэ чувствовал себя очень обиженным. На самом деле, его популярность всегда была очень высока, так почему же, когда он играл в игру, к нему относились с таким презрением?

Игрок, который говорил с классным руководителем о поисках пропавших игроков, был девушкой. Однако учитель счел это излишним и заявил, что они скоро вернутся, поэтому остальные ученики должны просто терпеливо ждать.

Девушка очень неохотно села обратно, её губы слегка побелели. После того, как она села, она начала кусать костяшки пальцев, слегка дрожа и о чем-то думая.

— О чем она так беспокоится? — тихо спросил себя Сюй Цзыюэ. Этого не может быть... парня, который ей нравился, украл кто-то другой?

Это была просто игра, почему она так серьезно относится к этому? Сюй Цзыюэ всегда считал, что игры должны быть расслабляющими и приятными. Если она отклонялась от первоначальной цели, то её больше нельзя было считать игрой.

У этой младшей сестры не было четких приоритетов. Сюй Цзыюэ чувствовал, что по сравнению с ней он был гораздо более психически сильным. Независимо от того, какой конец игры он получит с Сунь Мо, он сможет принять это!

Любовь была такой: процесс — это то, чем нужно наслаждаться. Сюй Цзыюэ на самом деле не думал, что результат был так уж важен.

Не то чтобы это было не важно — просто это было не настолько важно, как сам путь. Лучшим исходом, очевидно, было бы, если бы он и Сунь Мо могли иметь хорошие любовные отношения вместе~

Просто другого было слишком трудно преследовать... Сюй Цзыюэ склонил голову и подавленно вздохнул.

Как будто Сунь Мо услышал его сокрушенные мысли, он обернулся и одарил Сюй Цзыюэ очень легкой улыбкой.

Однако улыбка быстро исчезла, и Сюй Цзыюэ даже подумал, что ему она показалась. Сунь Мо обернулся, чтобы просто посмотреть на него и улыбнуться?

Сюй Цзыюэ подумал об улыбке Сунь Мо, но из-за того, что это произошло слишком быстро, он не мог разгадать её смысл.

Похоже, это было потому, что он сказал что-то о той женщине-игроке, которая хотела найти пропавших одноклассников...

О чем она так беспокоится?

Так что же скрывалось за этой улыбкой?

Сюй Цзыюэ остался почесывать голову.

— Аааааааа!!!

Внезапный крик заставил всех посмотреть в ту сторону.

Классный руководитель быстро воскликнул:

— Я пойду посмотрю, вы все оставайтесь здесь и не двигайтесь! — и поспешно выбежал.

Но игроки в классе не были настоящими студентами, и поэтому все они выбежали, не задумываясь, чтобы посмотреть, что произошло.

Сюй Цзыюэ ошеломленно сидел на своем месте, растерянность и недоумение заполнили его мозг.

В конце концов, он не смог сдержать своего любопытства и поэтому спросил:

— Сунь Мо, давай посмотрим вместе?

К его удивлению, Сунь Мо, который обычно никогда не отвечает ему, на самом деле кивнул.

Сюй Цзыюэ смелым движением схватил его за запястье и поспешил догнать остальных членов группы.

Позади них студенты-НПС уставились на них и через несколько секунд тоже решили последовать за ними.

В женском туалете на шестом этаже было полно народу. В стороне классный руководитель пытался прогнать всех, прикрывая рот. Однако студенты, похоже, были не в том настроении, чтобы быть послушными, как обычно.

И ценой этого неповиновения было то, что все они подбежали и увидели сцену внутри, а затем побежали в сторону, чтобы их вырвало.

Ещё до того, как Сюй Цзыюэ вошел, он увидел, как нескольких людей вырвало в стороне, и тошнотворный запах вызвал у Сюй Цзыюэ тошноту. Запах туалетов, в свою очередь, был фактически омрачен этим.

Только этот лидер-игрок, Чжан Цзин, и некоторые другие люди сумели не вырвать, хотя их лица были бледными, и они излучали ауру страха и беспомощности.

Сюй Цзыюэ прикрыл нос и испытал сильное искушение заглянуть внутрь. Однако у него было плохое предчувствие, что если он не хочет закончить так же, как эти другие игроки на полу, то ему, вероятно, не следует смотреть. Но любопытство всё равно взяло верх.

— Сунь Мо, ты собираешься пойти посмотреть? — Сюй Цзыюэ закрыл себе нос и спросил.

Он обернулся и обнаружил, что Сунь Мо совсем не изменил выражения своего лица в этой суматошной сцене. Он также не закрывал нос, как будто эти запахи не действовали на него.

И вот, Сюй Цзыюэ одной рукой прикрыл нос, а другой показал Сунь Мо большой палец вверх.

— Ты удивительный, ты не находишь этот запах невыносимым?

Сунь Мо посмотрел на Сюй Цзыюэ и улыбнулся:

— Невыносимым? Всё в порядке.

Сюй Цзыюэ моргнул. Мама!!! Как мог Сунь Мо выглядеть таким красивым, улыбаясь! У него ямочка на правой стороне! Когда он не улыбается, Сунь Мо можно дать твердые 93 балла, но когда он улыбается, Сюй Цзыюэ чувствовал, что он легко может дать все 999 баллов!

Сюй Цзыюэ начал видеть, как за спиной Сунь Мо вспыхивают иллюзорные фейерверки.

Сунь Мо перевел инициативу на себя и взял Сюй Цзыюэ за руку:

— Как насчет того, чтобы пойти и посмотреть?

Он взял меня за руку, он взял меня за руку, он взял меня за руку!

Он не хватал его за запястье! Он держал за руку!

Его голос также внезапно стал мягче, как будто с него капал мед. Этот успех вызвал у Сюй Цзыюэ головокружение.

Сердце Сюй Цзыюэ начало кивать «да» с безумной скоростью, но его лицо снаружи выглядело довольно глупо.

— Пойти посмотреть...? Ладно, идем смотреть. Хм, идем смотреть.

Сунь Мо вернулся к своему обычному бесстрастному лицу, и холодная рука, держащая Сюй Цзыюэ, повела его ко входу в дамскую уборную.

Возле двери в туалет было пустое место, потому что несколько игроков убежали, чтобы их стошнило, в то время как те, кого не вырвало, отошли в сторону и начали что-то обсуждать с бледными лицами.

Когда они приблизились к туалету, Сунь Мо восстановил своё обычное самообладание, и поэтому Сюй Цзыюэ также медленно начал приходить в себя от головокружения, в котором находился. Хотя он и зажал нос, но не так сильно, чтобы не мог почувствовать запах крови, медленно проникающий в его носовую полость и мозг, заставляя его задним числом осознать, что что-то действительно было не так.

В туалете лежали два мертвых тела. У одного верхняя половина была заблокирована кабинкой, но две видимые ноги нижней части тела выглядели так, как будто их бросили в стиральную машину, полностью скрученные. Всё ещё можно было видеть форму средней школы Шанъян, которую она носила, хотя юбка была покрыта пятнами крови. В её тело было воткнуто бесчисленное количество осколков, выглядевших так, словно в них стреляли из неизвестного направления, причем некоторые из них не попали в тело девушки и застряли в керамической плитке ванной. Другая умерла в раковине, её тело было покрыто порезами, кусками плоти и внутренностями, разбросанными повсюду. Её тело было полностью разделено пополам, верхняя часть тела осталась в раковине, а нижняя половина лежала на керамической плитке под раковиной.

Красная кровь смешалась с белыми плитками.

Густой запах крови был также вызван последней девушкой, чьё тело было жестоко изрезано.

Кран в раковине всё ещё работал, омывая сломанные куски плоти. Тем не менее, большие куски начали блокировать слив, оставляя кровавую воду в раковине, которой некуда было деваться. Медленно вода начала переливаться из раковины, в конце концов покрыв пол туалета лужей кровавой воды.

Лицо Сюй Цзыюэ мгновенно побледнело.

Брови Сунь Мо слегка приподнялись, в его глазах появился легкий намек на радость, как будто он столкнулся с успехом.

* * * * *

Сюй Цзыюэ наклонился в сторону вместе с другими игроками, и его тошнило до тех пор, пока он не перестал понимать, где верх, а где низ. Однако, делая это, он не забыл крепко сжать руку, которую всё ещё держал Сунь Мо.

Когда он закончил опорожнять желудок, Сюй Цзыюэ отвел Сунь Мо в сторону и спросил:

— Ты не боишься? — всё его существо ощущало пустоту, как будто из него высосали всю воду.

Сунь Мо спросил:

— Ты боишься этих вещей?

— Нормальные люди обычно боятся таких вещей...

Это была просто милая маленькая игра, как появилась такая сцена? Разве это не должно было быть похоже на те освежающие симуляторы свиданий в старшей школе, наполненные весной юности? В этой реальности явно было что-то не так, верно?

...Вместо этой освежающей истории любви в старшей школе, она на самом деле больше походила на игру в ужасы в старшей школе.

Однако эта идея пролетела в мгновение ока. У Сюй Цзыюэ появилась ещё одна, более пугающая мысль. Не может быть, чтобы эти два игрока добились самого ужасного финала? Их любовная цель чернеет, в результате чего игроки становятся... разделенными... Лицо Сюй Цзыюэ стало ещё белее.

Иметь предположения — это одно, но на самом деле увидеть это лично — совсем другое.

Сунь Мо ответил:

— Я не боюсь.

— Э-э... Может быть, у тебя стальные нервы? — Сюй Цзыюэ догадался про себя, что это, вероятно, потому, что НПС не были запрограммированы бояться этих сцен. Он вдруг замер:

— Эй, ты, кажется, всё больше и больше хочешь говорить со мной сейчас!

А потом Сунь Мо снова замолчал.

С другой стороны, учитель поспешил эвакуировать учеников, но всегда находились те, кто отказывался слушать. Вскоре после этого приехала полиция.

Школьные занятия во второй половине дня были отменены.

Сюй Цзыюэ потянул Сунь Мо в коридор, далеко-далеко от дамской уборной.

— Позже мне нужно пойти в школьную библиотеку с другими людьми, чтобы исследовать некоторые вещи. Не хочешь пойти со мной? — Сюй Цзыюэ взглянул на остальных 17 игроков, которые собрались вместе, явно намереваясь отправиться в библиотеку.

Сунь Мо легко сказал:

— Конечно.

Сюй Цзыюэ удовлетворенно похлопал себя по животу:

— Очень жаль, что я выблевал всё, что съел в полдень... и сейчас я тоже ничего не могу есть.

Время от времени в его голове вспыхивали образы того, что произошло раньше. Только разговаривая с Сунь Мо и глядя на его красивое лицо, он мог не думать обо всем.

Сюй Цзыюэ последовал за группой игроков и решил не подбегать и не вступать в разговор.

Он знал, что с тех пор, как с ним Сунь Мо, есть некоторые вещи, которые не очень удобно обсуждать.

Библиотека средней школы была не особенно большой, она едва занимала площадь двух классных комнат, и всё же в ней было много книг.

Как только они вошли, все разбежались и начали просматривать полки и перелистывать книги. Игроки сбились в небольшие группы по два-три человека, и всякий раз, когда кто-то видел что-то полезное, они начинали оживленно шептаться и обсуждать.

Сунь Мо посмотрел на Сюй Цзыюэ, который небрежно листал случайные книги и выглядел так, словно только что пришел на прогулку, что было резким контрастом в поведении по сравнению со всеми остальными. Другие игроки также наблюдали за действиями Сюй Цзыюэ, их глаза были полны презрения.

Сюй Цзыюэ сунул в рот конфету, а затем развернул другую, чтобы помахать перед Сунь Мо.

— Будешь конфетку? — он уже сделал мысленные приготовления, в которых Сунь Мо, вероятно, откажется.

Однако он вдруг увидел, как Сунь Мо опустил голову и взял в рот другой конец конфеты.

Сюй Цзыюэ с ярко-красным лицом быстро отвернулся и нашел случайную книгу, чтобы уткнуться в неё лицом. Зубы Сунь Мо были такими белыми, такими ровными и идеальными. Его язык был соблазнительно красным, если бы он мог поцеловать его, тогда... Сюй Цзыюэ превратился в перепела*.

П/п: он стал похож на маленькую робкую птичку.

Хотя его сердце было достаточно смелым, чтобы бесстыдно броситься вперед без раздумий, его репертуар знаний оставался чисто теоретическим. В то время как его действия демонстрировали большую инициативу, но как только предполагалась малейшая близость... Он становится застенчивым и смущенным.

Сюй «ноль практического опыта» Цзыюэ, просто из-за того, что Сунь Мо съел конфету с его руки, даже без какого-либо физического контакта, стал ярко-красным в обоих ушах из-за его собственных мыслей и мысленных образов.

Когда молочная сладость распространилась по его рту, Сунь Мо посмотрел на человека, который слегка отодвинулся от него, и поднял руку, ущипнув одно ухо, которое стало таким красным, что горело.

Тело Сюй Цзыюэ задрожало.

— Ты, что ты делаешь? — он был очень поражен, а также боялся, что другие заметят его поведение среди бела дня, и поэтому он намеренно понизил голос, звук, исходящий из его горла, дрожал. Он закрыл уши, не замечая, что его лицо также было пылающе-красным, и сумел выдавить, заикаясь:

— Ухо... ты не можешь прикасаться.

Более того, руки Сунь Мо были ледяными, температура резко отличалась от температуры его ушей. Слишком возбуждающе, ах...

— Что ты, и они, ищете? — Сунь Мо ущипнул Сюй Цзыюэ за мочку уха и, напугав его, отпустил. Однако вопрос, который он задал, не имел никакого отношения к уху.

Будучи втянутым в библиотеку, наблюдая за большой группой студентов, роющихся в поисках вещей, и будучи единственным, кто не знал, что происходит, вопрос Сунь Мо не был странным.

— Они ищут причину, по которой старый лекционный зал был заброшен несколько лет назад. — Сюй Цзыюэ тайно коснулся левой части груди, эта штука просто не могла успокоиться. Ту-дум. Ту-дум. Оно продолжало говорить Сюй Цзыюэ, что его уязвимое сопротивление красоте было очень жалким.

Сунь Мо спросил:

— Почему вы, ребята, ищете это?

Жар на лице Сюй Цзыюэ постепенно рассеялся:

— Я не знаю. Они все такие таинственные и скрытные. — Сюй Цзыюэ пожал плечами, — Они также ужасно свирепы, не забывай держаться от них подальше в будущем.

В противном случае, что бы он сделал, если бы один из них был очарован красотой Сунь Мо? Он даже не знал бы, куда пойти, чтобы поплакать.

Внезапно одноклассник закричал:

— Я нашел старую газету!

Большая группа людей бросилась туда, где выкрикнул студент.

Сюй Цзыюэ тоже последовал к нему. Внимание большинства игроков было приковано к старой газете, и поэтому в данный момент они не обращали особого внимания на окружающих их людей.

— Город Шанъян, средняя школа Шанъян, потолочный вентилятор упал и врезался в ученика...? — люди, которые были ближе всего к фронту, первыми закончили читать газету.

Сюй Цзыюэ быстро просмотрел статью, примерно уловив суть того, что потолочный вентилятор школы был старым, а затем он упал, убив ученика, который в настоящее время находился в школе. Просто, когда произошел инцидент, было 11 часов вечера. Только на следующий день, когда ученики вернулись в класс, сцена была обнаружена. Что касается того, почему студент до сих пор был в классе в 11 часов вечера, это также было загадочным вопросом.

Газета была очень старой и желтой. Сюй Цзыюэ не знал, какой сейчас год в игре, поэтому, хотя на газете была дата, он всё ещё не мог определить, как давно произошел этот инцидент.

— Значит, класс там был оцеплен из-за смерти?

— Если это был просто класс, то маловероятно, что всё здание будет отделено. Должно быть, случилось что-то ещё.

— В настоящее время все классы оснащены кондиционерами, в том числе и наш класс...

— Нет, это неверно. Я только что вспомнил, что в нашем классе есть потолочный вентилятор, висящий наверху, и...

— Этот потолочный вентилятор очень неуместен в новом классе, он выглядит чертовски старым и скрипит, когда поворачивается.

— Но я не помню, чтобы кто-то включал вентилятор!

— Может быть... Он поворачивается от ветра кондиционера?

Если бы это был нормальный мир, то поток воздуха от кондиционера, возможно, заставил бы вентилятор немного повернуться. Но в этом мире... С таким количеством совпадений, сходящихся вместе, никто по-настоящему не верил, что это действительно было просто совпадением.

— Аа!!! — девушка вдруг присела на корточки и уткнулась головой в руки, плача: — Я больше не хочу играть, я не хочу снова умирать, у-у-у-у...

Кто-то попытался поднять её, но она словно окаменела. Всё её тело было сжато, она дрожала, задыхалась и плакала. Чем больше другие тянули её, тем больше она плакала и кричала.

— С этой штукой в классе, как мы можем и дальше сидеть спокойно... Потолочный вентилятор может упасть в любой момент и ударить нас или разрезать на... куски.

Сюй Цзыюэ даже забыл, что у него во рту была конфета, не говоря уже о том, чтобы всосать приторно-сладкую слюну, которая скопилась. Слушая, как обсуждает эта группа игроков, он чувствовал, что они становятся всё более и более возмутительными. Почему они думали, что умрут, просто увидев кусок старой газеты? Их размышления заставляли Сюй Цзыюэ, который просто слушал со стороны, немного испугаться... До такой степени, что он даже подумал, что они, возможно, говорят правду.

И, честно говоря, это не было невозможно... Сюй Цзыюэ вспомнил ужасную сцену убийства, свидетелем которой он был ранее.

Сюй Цзыюэ вдруг захотелось пойти и допросить систему, действительно ли это была любовная игра-симулятор свиданий? Почему ему казалось, что всё было совершенно по-другому, а?

Чжан Цзин разозлился на весь этот плач.

— О чем ты плачешь! Есть ли смысл плакать? Если ты не хочешь умирать, то ищи способ убить призрака! Продолжайте искать! Сегодня вечером мы вернемся немного раньше в общежития — мы ещё не искали там улик. А позже мы вернемся в дамскую уборную и посмотрим, не осталось ли там каких-нибудь улик. Не может быть, чтобы они умерли произвольно. Эти двое, должно быть, узнали о чем-то или чем-то спровоцировали. — Чжан Цзин стиснул зубы, — В противном случае, если не это, то им, скорее всего, просто ужасно не повезло.

Сюй Цзыюэ был очень смущен сложившейся ситуацией. Он наблюдал, как плачущую девушку медленно успокаивали, а затем продолжил просматривать книги, подавляя желание заплакать. Другие игроки также возобновили свои поиски среди других куч.

Сюй Цзыюэ оттащил Сунь Мо в сторону:

— Не слушай их, их мозги кажутся немного медленными, или, может быть, у них у всех огромная дыра в голове. Их воображение слишком живо. — хотя шестое чувство Сюй Цзыюэ начало испытывать плохое предчувствие, не было никакой необходимости сообщать об этом Сунь Мо.

— Ладно.

Выражение лица Сунь Мо не показывало, о чем он думает.

Сюй Цзыюэ стал более занят листанием различных книг, а затем он увидел кучу старых газет. Газета, которой только что поделились, была найдена из этой кучи старых бумаг. Он присел на корточки и начал читать заголовки новостей один за другим. Поскольку разговоры других игроков всё ещё были свежи в его памяти, Сюй Цзыюэ на этот раз был более серьезен.

Сюй Цзыюэ просмотрел много новостей, но большая часть из них касалась средств к существованию людей, или того, что произошло в месте «А», или какие медали получила местная спортивная команда, и так далее. Он также нашел ещё несколько новостей, связанных с городом Шанъян, в том числе одну, в которой обсуждался круг торговли подростками, который был раскрыт более 10 лет назад, но многие из детей, которые были забраны, не могли быть найдены, или были убиты, или им было слишком стыдно возвращаться домой. Кроме того, человек из Верхнего Шанъяна совершил убийство, убив местного хулигана, и был приговорен к смертной казни.

Сюй Цзыюэ не знал, была ли какая-либо из этих сведений полезной, но он всё равно выбрал их и отложил в сторону.

Сунь Мо протянул руку и взял газету, в которой обсуждался человек, совершивший убийство. В статье была четкая фотография убийцы, и он очень пристально вгляделся в неё.

Любопытствуя, Сюй Цзыюэ просунул голову и спросил:

— Что это?

Сунь Мо имеет тенденцию игнорировать вопросы Сюй Цзыюэ.

— Ты вернешься в своё общежитие сегодня вечером?

Сюй Цзыюэ также имел тенденцию легко уходить от темы.

— Да, я, наверное, вернусь. — хотя на самом деле он ещё не знает, на каком этаже общежития была его комната. Но, видя, как все распределили комнаты... У него тоже где-то должна быть такая, верно?

— Моя комната рассчитана на четырех человек, но я в ней один. Не хочешь вместо этого переночевать у меня в общежитии?

— А? Я, я... Да, я хочу!

Это было так, словно Сюй Цзыюэ был сбит с ног приятным сюрпризом. У него закружилась голова, он даже не подумал об этом и просто сказал «да».

— Но позже вечером я должен отправиться в короткий поход со всеми остальными. Это тебя не побеспокоит? — Сюй Цзыюэ подумал о том, что только что сказал Чжан Цзин об обыске в общежитиях, а также о повторном осмотре места убийства в туалете для девочек...

Сунь Мо ответил:

— В таком случае... Я пойду с тобой. Если ты позже вернешься в общежитие один, тебе будет страшно. Ты сказал, что боишься.

Боится? Чего, по его словам, он боялся? Сюй Цзыюэ не мог понять смысла слов Сунь Мо. Кроме того, он был не один, всё ещё оставался Чжан Цзин и все остальные. Они будут передвигаться вместе как большая группа людей, приходя и уходя как один. Но если Сунь Мо предлагал сопровождать его... Хорошо. Если Сунь Мо говорит, что он боится, значит, он будет бояться!

И поэтому Сюй Цзыюэ быстро кивнул, очень сильно испугавшись, что Сунь Мо в следующий момент передумает.

Было чуть больше пяти часов пополудни. Сюй Цзыюэ передал найденные им газеты другим игрокам, чтобы они их прочитали. Хотя никто не знал, имеет ли эта информация отношение к делу, все они придерживались позиции — лучше перестраховаться, чем сожалеть, и поэтому все просмотрели бумаги.

Затем группа игроков решила отправиться в столовую на ужин.

Однако Сунь Мо сказал Сюй Цзыюэ, что не пойдет.

— Как ты можешь не пойти, разве ты не собираешься ужинать? Если ты пропустишь его, школа больше не будет обеспечивать тебя едой, верно? — Сюй Цзыюэ почувствовал себя немного смущенным.

Но Сунь Мо просто проигнорировал опасения Сюй Цзыюэ и отвернулся, направляясь в сторону общежитий.

Он даже не обернулся, когда Сюй Цзыюэ окликнул его. Позади них игроки, которые наблюдали за взаимодействием между Сюй Цзыюэ и Сунь Мо, демонстрировали сложные выражения лиц.

Чжан Цзин раздраженно нахмурил брови и раздраженно спросил:

— Почему ты всё время таскаешь с собой НПС, куда бы мы ни пошли?

— Потому что мне нравится. — ответил Сюй Цзыюэ тем же раздраженным тоном. Поскольку у другого был плохой характер, Сюй Цзыюэ не хотел подвергать себя тому, чтобы его просто «хватали». Но сейчас ему всё ещё нужно было точно выяснить, что происходит в этой игре, поэтому ему нужно было ещё немного побыть с группой и посмотреть, что они планируют делать. Он не мог просто продолжать выглядеть дураком в их глазах, верно?

Продолжать позволять относиться к себе как к идиоту было довольно грустно.

Во время ужина все сидели вместе в столовой. Сюй Цзыюэ уставился на блюдо с помидорами и яичницей-болтуньей на белом рисе, которое раздали тетушки из столовой, и почувствовал, как у него скрутило живот.

Красный и белый...

Сюй Цзыюэ закрыл глаза и покачал головой, пытаясь избавиться от этих мысленных образов. Однако это не возымело никакого эффекта. В конце концов, всё, что он мог сделать, это закрыть глаза и подавить психологический позыв к рвоте, пока он давился едой. Если он не поест, то просто проголодается поздно вечером, и страдать всё равно будет он. В этот момент он уже мысленно приготовился к тому, что этот мир опасен.

У большинства других игроков был такой же менталитет. Несмотря на то, что большинство не могли переварить это, они всё равно заставляли себя есть. В противном случае, если они встретятся с чем-то опасным позже ночью, у них даже не будет сил убежать.

После того, как он закончил есть, Сюй Цзыюэ взял ещё еды, прежде чем уйти.

Неудивительно, что лицо Сунь Мо было таким бледным — если он продолжал так плохо есть, то как он мог быть здоровым?

Вернувшись в общежития, группа увидела список на нижнем этаже здания, в котором игроки распределялись по своим комнатам. Сюй Цзыюэ вздохнул с облегчением — похоже, у него действительно было жилье. Просто он понятия не имел наверняка, пока не увидел список, в то время как другие игроки, казалось, считали само собой разумеющимся, что там есть жилье. Очевидно, происходило что-то, о чем он не знал.

В списке Сюй Цзыюэ мог видеть только имена 20 игроков — это означало, что он понятия не имел, где находится комната Сунь Мо. Но если Сунь Мо придет и увидит список, то он будет знать, где найти Сюй Цзыюэ. Сюй Цзыюэ мог только надеяться, что Сунь Мо проявит инициативу и найдет его.

Просто он чувствовал, что это немного маловероятно.

Сюй Цзыюэ взял свою коробку с едой на вынос и последовал указаниям в номер 301. Всего было 20 игроков, и все они жили на третьем этаже. Слева игроки-мужчины жили в комнатах с 301 по 306, а справа игроки-женщины жили в комнатах с 307 по 312. Посередине была лестница, а рядом с комнатами девочек были железные перила. В ночное время они, вероятно, будут заперты, чтобы люди внутри не могли выйти, а люди снаружи не могли войти. Ещё более странным был тот факт, что перила были выкрашены в ярко-красный цвет... На это было довольно страшно смотреть.

— Я не хочу входить... — нерешительно сказала девушка, стоявшая у лестницы.

— Я тоже не хочу... Можем ли мы искать все вместе? Сначала мы можем осмотреть комнаты мальчиков или девочек.

Чжан Цзин издал звук «тц», но, подумав о том, что если красные железные перила действительно закроются и будут заперты, то, вероятно, произойдет что-то плохое, так что он согласился.

У входа они не увидели ни домработниц, ни охраны, которые обычно присутствовали в таких зданиях. Они также не видели других НПС. И вот, игроки приготовились провести тщательный обыск всего здания общежития...

Начиная с верхнего этажа, с 5.

— Крыша наверху, но... дверь заперта. — кто-то попытался подняться на шестой этаж, но он был закрыт забаррикадированной дверью. У группы не было возможности заглянуть за него в то, что находилось на другой стороне. Затем игрок попытался выбить дверь, но противоугонная дверь не поддавалась и просто оставалась неподвижной.

— Посмотрим, сможем ли мы найти ключ позже. — заявил Чжан Цзин, взглянув на дверь, — Наверно, там что-то важное.

Сюй Цзыюэ всё ещё держал в руках коробку с едой на вынос. Он не доверял ставить её в общежитии, так как, в конце концов, это была не его настоящая комната.

Затем группа приступила к обыску всего здания сверху донизу, не щадя ни малейших деталей.

Каждая спальня казалась жилой, но внутри никого не было. В кампусе также было жутко тихо, и не было похоже, что кто-то вернется в общежития в ближайшее время. Всё выглядело так, словно люди жили там как обычно, но однажды внезапно исчезли. Кроме того, казалось, что кто-то специально дал им время осмотреться и намеренно держал всех студентов подальше.

Если хорошенько подумать, всё это было довольно жутко.

Обыскав пятый этаж, они обыскали четвертый, третий... Все они не имели ничего важного. И самым странным было то, что никто из других студентов ещё не вернулся на отдых.

В кампусе также было странно тихо: не было ветра, и звуки цикад и щебет птиц также отсутствовали.

Сюй Цзыюэ коснулся мурашек на руках.

— Мы всё ещё собираемся продолжать поиски?

Чжан Цзин стиснул зубы:

— Ищи!

Но, в конце концов, у них до сих пор не было результата, чтобы показать всю тяжелую работу, которую они проделали.

Группа игроков собралась на верхней площадке лестницы.

— Поскольку на этажах с первого по пятый ничего не было, значит, на шестом этаже должно быть что-то важное.

— Давайте отправимся в офисные здания и поищем ключ. — нахмурившись, приказал Чжан Цзин.

Кто-то выглянул в окно и удивленно воскликнул:

— Студенты возвращаются!

Сюй Цзыюэ выглянул наружу и, конечно же, увидел людей, возвращающихся обратно. Просто кто знает, где они все были до этого.

Некоторые игроки пытались спросить студентов-НПС, но единственным ответом, который они получили, было то, что они остались в классе, чтобы сделать домашнее задание. Был ли ответ правдивым или нет, никто не знал.

К тому времени было уже 9 часов вечера и приближалось к 10 часам. Группа решила подождать ещё немного, а затем вернуться в лекционный зал, чтобы исследовать ещё немного.

Группа игроков, включая Сюй Цзыюэ, вернулась на третий этаж, но никто не вернулся в свои комнаты. Вместо этого они все сели в кружок у лестницы.

Сюй Цзыюэ обвел взглядом круг людей и заметил, что, кроме него самого, все остальные сидели тесно парами.

Подождите... исключая его самого, все были в парах?

Сюй Цзыюэ сглотнул и крепко обнял свою коробку с едой на вынос.

— Эм, мы кого-то потеряли?

Чжан Цзин вздрогнул и тут же начал считать.

17 человек.

1 человек пропал без вести.

— Кто-то ушел? Внимательно посмотрите на окружающих вас людей, кого не хватает? Кто-нибудь помнит?! — Чжан Цзин резко встал и потребовал сквозь стиснутые зубы.

— У меня есть схема рассадки! Я сорвала его со стола раньше. Мы можем это выяснить, если проведем перекличку. — сказала девушка, подняв руку, — Я выделила все имена игроков.

«Похоже, девушки действительно более внимательны к деталям.» — подумал про себя Сюй Цзыюэ. После переклички выяснилось, что пропавшего человека звали Ли Го. Это был также тот, кто ранее вышиб дверь на шестой этаж.

— Вы, ребята, видели его, когда мы спускались с пятого этажа? С кем Ли Го был раньше? — за исключением Сюй Цзыюэ, девианта, который предпочитал компанию НПС своим собратьям-людям, остальные игроки, как правило, путешествовали вместе группами по два-три человека.

— Он был со мной... Но мы были в группе из трех человек. Пока мы обыскивали комнаты, нас разделили. Я думал, что он ушел с остальными, чтобы обыскать другую комнату. — поскольку все действовали по отдельности, никто сразу не заметил, что что-то не так.

Никто не мог быть обвинен в подобных вещах. Единственное, что они могли сейчас сделать — это попытаться решить проблему. Затем Чжан Цзин велел всем запомнить окружающих их людей, знать их полные имена и внешность, чтобы, если кто-нибудь снова исчезнет, их отсутствие было бы немедленно замечено.

Сюй Цзыюэ снова проигнорировали...

Все чувствовали, что если Сюй Цзыюэ исчезнет, то они обязательно заметят это. Потому что Сюй Цзыюэ был слишком другим. Экспонат 1: тот факт, что он всё ещё держал коробку с едой на вынос, был достаточным доказательством того, что он немного особенный.

Ни у кого не хватило духу попытаться понять Сюй Цзыюэ, и ни у кого не было времени.

После того, как Ли Го исчез, группа снова провела обыск с первого по пятый этаж, но никто ничего не нашел. Всё, казалось, указывало на катастрофу. Тем не менее, другие игроки действовали так, как будто они привыкли к этому, и не тратили время или энергию на поиски.

Сюй Цзыюэ поджал губы, а затем тихо прошептал своей системе:

— Это действительно любовная игра-симулятор свиданий с целью захвата цели?

Система дала быстрый ответ:

[Да.]

Сюй Цзыюэ вообще в это не верил.

— Но как люди могут умереть в симуляторе свиданий?

[Это потому, хост, что ваша игра и их игра случайно пересеклись.]

Сюй Цзыюэ бросил на свою систему взгляд мертвой рыбы.

— Что ты имеешь в виду?

[Вы все находитесь на одной карте, но одновременно происходят две разные игры. Хост может быть спокоен.]

— Как я могу играть в эту игру со спокойной душой! — догадка Сюй Цзыюэ подтвердилась, но...

Система снова замолчала, оставив Сюй Цзыюэ с беспокойной совестью.

Сюй Цзыюэ не удержался и с любопытством спросил:

— Тогда... В какую игру они играют? — хотя у него были подозрения, что это какая-то игра ужасов, без четкого ответа он никак не мог обрести душевное спокойствие.

[Их игра не имеет ничего общего с игрой хоста. Четкие условия различны; цели хоста и их цели не пересекаются. Хост, пожалуйста, будьте уверены и просто наслаждайтесь игрой.]

Сюй Цзыюэ был так взволнован, что ему хотелось топать ногами, но его организм отказывался говорить что-либо ещё. Если он пойдет и спросит об этом Чжан Цзина... Дело не в том, что Сюй Цзыюэ был чрезмерно осторожен, но эти игроки действительно не казались в хорошем психическом состоянии. Если он привлечет внимание к своей собственной ситуации, то вполне возможно, что он привлечет ревность или что-то в этом роде. Если бы они захотели убить его за это, что бы он сделал?

По наблюдениям Сюй Цзыюэ, число игроков, находившихся на грани психического безумия, определенно увеличивалось.

Поэтому, если он хотел узнать больше о текущей ситуации, он мог только остаться с группой и медленно собирать больше информации.

Сюй Цзыюэ чувствовал себя так, словно он работает под прикрытием в качестве шпиона или что-то в этом роде.

Хотя он всё равно вздохнул с облегчением. Такая ситуация всё ещё была намного лучше, чем если бы система обманула его, заставив играть в какую-то игру ужасов под видом симулятора свиданий.

В 10:45 вечера Чжан Цзин тихо повел большую группу игроков вниз по лестнице и вышел из общежития. Поскольку дверь внизу закрывается в 11 вечера, они должны покинуть здание до этого времени.

Сюй Цзыюэ держался за уже остывшую коробку с едой на вынос и шел в самом конце очереди, сокрушаясь, что Сунь Мо ещё не пришел, чтобы найти его.

Снаружи было очень тихо. В школе не было уличных фонарей, поэтому было достаточно темно. Если бы кто-то вытянул руки, то он даже не смог бы увидеть свои пальцы. К счастью, кто-то нашел фонарик раньше. Однако, когда более 10 человек полагались на один фонарик, это всё ещё было довольно сложно. Кроме того, чтобы сэкономить электроэнергию, они осмелились включить фонарик достаточно ярко, чтобы едва различить очертания дороги впереди.

В тот момент, когда он вышел из общежития, Сюй Цзыюэ почувствовал, как холодный ветерок коснулся его затылка, и сзади раздался голос.

— Значит, вы были здесь.

Плечи Сюй Цзыюэ ссутулились, и всё его тело на секунду задрожало.

Затем, с помощью лунного света, Сюй Цзыюэ, наконец, увидел лицо человека позади него. Это был Сунь Мо.

Он вздохнул с облегчением:

— Пожалуйста, не пугай меня, я на самом деле очень робкий. — он вытянул руку перед лицом Сунь Мо, — Смотри, у меня везде мурашки по коже.

Но затем Сюй Цзыюэ опустил голову и обнаружил, что вообще ничего не видит, поэтому он неловко улыбнулся:

— О, слишком темно, чтобы что-то видеть.

Но Сунь Мо протянул руку и коснулся руки Сюй Цзыюэ. В жаркий летний вечер его холодная рука на самом деле была довольно комфортной для Сюй Цзыюэ.

— Я чувствую это.

В темноте лицо Сюй Цзыюэ покраснело, и он сунул коробку с едой на вынос в руки Сунь Мо.

— Я принес тебе ужин. Я не видел тебя ранее. Хотя, наверное, он уже остыл и уже не очень вкусный.

Сунь Мо взял еду в одну руку, а другой схватил Сюй Цзыюэ за руку.

— На улице слишком темно, держись за меня.

Сюй Цзыюэ кивнул:

— Хорошо.

Спереди Чжан Цзин крикнул:

— Все, возьмитесь за руки, а затем сообщите свой номер. Так легче не заблудиться.

Цифры звучали от 1 до 17; никто не исчез.

Игрок, который был предпоследним, знал, что Сюй Цзыюэ был позади него. Однако темнота, которая окутывала его, заставляла его чувствовать себя очень задыхающимся, и поэтому, чтобы отвлечься, он пожаловался:

— Сюй Цзыюэ, почему твоя рука такая холодная?

Сюй Цзыюэ в замешательстве поднял глаза, но всё, что он мог видеть, была кромешная тьма.

— Но я не держу тебя за руку.

Сюй Цзыюэ подсознательно ответил, но как только слова слетели с его губ, он тоже замер.

Ещё более интенсивной была реакция игрока, стоящего перед Сюй Цзыюэ; в темноте никто не мог видеть, но его лицо в одно мгновение побледнело до смертельной белизны, а губы стали ужасающе синими, всё его тело начало непрерывно трястись, а зрачки и глаза широко расширились от страха.

В самом начале сердце Чжан Цзина бешено подпрыгнуло, и он быстро включил фонарик на максимальную яркость, прежде чем броситься в конец очереди.

Внезапный яркий свет заставил зрачки Сюй Цзыюэ сузиться, рефлекторно моргнуть и отступить назад. Ему просто повезло, что в конце концов он наступил на кусок приподнятой плитки и начал падать назад.

— Кхэ.

Он подвернул лодыжку.

Сунь Мо изменил свою хватку, позволив Сюй Цзыюэ опереться на одну ногу.

Просто так получилось, что Чжан Цзин тоже подбежал в этот момент — он не отпустил человека, которого держал, и поэтому вся очередь людей была потянута за ним, в конечном итоге образовав свободный круг вокруг игрока, который был предпоследним в очереди.

Там, где показывал фонарик Чжан Цзина, лежало мертвое тело, лицом вниз на полу и вытянутой вверх рукой, держащейся за плеер.

Игрок мгновенно отпустил его в шоке.

«Па!» Тело упало на кафельный пол.

Игрок, который тащил это тело половину пути, дрожал, заикаясь:

— Что, что это, я, я вообще не чувствовал никакого сопротивления!

Обычно, если человек тащит за собой кого-то, кто лежит лицом вниз по земле, то он, без сомнения, почувствует, как тяжелая сила тянет его назад.

Но этот игровой мир не был нормальным.

Чжан Цзин присел на корточки и перевернул тело.

— Это Ли Го.

Это был игрок, который исчез ранее; его тело было протащено ими на полпути по дорожке.

— Перенесите его в лекционный корпус. Не очень удобно проверять улики прямо здесь. — Чжан Цзин нахмурился, а затем посмотрел на Сюй Цзыюэ. Когда он увидел Сунь Мо, спокойно стоящего рядом с Сюй Цзыюэ, он вздрогнул от удивления, а затем почувствовал, как в нем начинает накапливаться неудержимая ярость.

— Зачем ты позвал НПС! Я же только что сказал тебе держаться за руки с игроками! Что ты делаешь! Если бы ты держался, то ничего этого не случилось бы! — конечно, Чжан Цзин знал, что нет смысла сердиться на НПС, поэтому весь его гнев был направлен на Сюй Цзыюэ.

Гнев Чжан Цзина на этот раз имел некоторые причины, поэтому Сюй Цзыюэ не кричал в ответ, как раньше. Он спокойно ответил:

— Когда я услышал, как ты это сказал, я держал Сунь Мо за руку... потому что думал, что я не был включен в вашу группу. Кроме того, игрок передо мной не просил меня держаться за руки, поэтому я больше не думал об этом. — в конце концов, тот факт, что он был исключен из группы, был очень очевиден, и сам Сюй Цзыюэ также был очень дисциплинированным.

Если бы Сунь Мо не пришел, то он, возможно, просто бесстыдно вышел вперед и держался за руки с группой из страха.

Но с тех пор, как появился Сунь Мо, и Чжан Цзин случайно сказал всем держаться за руки, а Сунь Мо взял на себя инициативу держаться за руки с ним... Сюй Цзыюэ действительно не придавал этому вопросу особого значения. Всё это было чередой совпадений.

Таким образом, это привело к развитию нынешнего сценария.

Если бы в этой игре были такие вещи, как счетчик гнева, то благодаря Сюй Цзыюэ Чжан Цзин был уверен, что теперь у него был полный заряд. Настолько, что он мог бы немедленно высвободить сверхсилу. Он молча задыхался от ярости, его лицо покраснело, и надо было признать, что он выглядел совсем не так, как другие собравшиеся игроки.

Чжан Цзин глубоко вздохнул и решил с этого момента просто игнорировать Сюй Цзыюэ. Он выбрал из толпы игрока, который не казался слишком напуганным, и они вдвоем понесли тело в главный лекционный зал. Что касается Сюй Цзыюэ, что ж, теперь его «выпустили на волю».

Сюй Цзыюэ стоял в самом конце и высунул язык.

С самого начала и до конца Сунь Мо не произнес ни слова.

Удача игроков, казалось, улучшилась, потому что ничего слишком плохого не произошло во время остальной части похода.

В главном лекционном зале игроки решили собраться и отдохнуть в самом внутреннем классе первого этажа. Кто-то включил свет, но было единогласно решено, что не все огни должны быть включены — только лампа накаливания, что была над подиумом.

Затем игроки решили положить Ли Го на центр пола, где обычно стоял учитель.

Чжан Цзин обладал наибольшим мужеством из всех собравшихся, хотя Сюй Цзыюэ тихо предположил, что это, вероятно, потому, что у него было больше всего опыта в этом игровом мире и он привык к таким вещам.

Тело Ли Го было расслаблено, глаза широко открыты, но рот плотно сжат. На его теле не было никаких явных ран, и даже после того, как Чжан Цзин перевернул его, чтобы проверить его одежду, ничего полезного не было найдено.

Большинство игроков не осмеливались приблизиться и только стояли в стороне, время от времени бормоча предложения.

— У него немного странный рот.

Чжан Цзин положил руку на подбородок Ли Го и открыл ему рот.

Зрачок Чжан Цзина сузился, но он всё равно медленно протянул руку к внутренней стороне рта Ли Го.

Сюй Цзыюэ схватил Сунь Мо за руку и крепко держал, чувствуя необъяснимую нервозность.

— Кха.

— Ургх!

Сюй Цзыюэ вздрогнул от испуга, но всё же выбрался вперед и вместе с некоторыми другими попытался открыть рот Ли Го.

Однако было всё ещё слишком поздно — указательный и большой пальцы Чжан Цзина были аккуратно укушены. Рот Ли Го снова плотно закрылся.

Как всем было известно, в китайской медицине проповедовалось, что десять пальцев тесно связаны с сердцем — Чжан Цзин плотно свернулся на полу, отчаянно пытаясь подавить крик боли, его левая рука цеплялась за правую, не осмеливаясь прикоснуться к ране и всё же не желая отстраняться. Он мог только дрожать на полу, тяжело дыша. Из его глаз потекли слезы, но он всё ещё стиснул зубы и не издал ни звука боли.

Просто он не мог контролировать низкий рев и всхлипы, исходящие из его горла.

Толпа мгновенно пришла в неистовое состояние.

Одежда, предоставленная в этой игре, не могла быть разорвана, и поэтому игроки могли только раздеться и поспешить завернуть руку Чжан Цзина в одежду.

Чжан Цзин с большим усилием поднялся, опираясь на плечо, и его нынешнее выражение лица заставило Сюй Цзыюэ полностью пересмотреть своё мнение о другом. Если бы это случилось с ним самим, то он определенно плакал бы до тех пор, пока у него не осталось бы сил дышать!

Игрок рядом с Чжан Цзином протянул руку, желая помочь, но в конце концов отступил, испугавшись, что он коснется чего-то плохого и в конечном итоге причинит ещё большую боль.

Лоб Чжан Цзина уже покрылся потом, и если добавить к этому тот факт, что, когда он лежал на полу, его лоб собрал различные частицы пыли и грязи, он выглядел ещё более несчастным. Он тяжело дышал, но всё же сумел выдавить дрожащей челюстью:

— Его рот... Во рту что-то есть... зеркала, осколки зеркал.

Однако, поскольку Чжан Цзин только что был укушен до такой степени, даже если бы он сказал, что во рту Ли Го была важная подсказка, любому игроку было бы очень трудно захотеть заглянуть внутрь.

Чем больше Сюй Цзыюэ смотрел на испуганную толпу игроков, тем больше он волновался. Он оттолкнул остальных и присел на корточки рядом с телом, снова открыв рот Ли Го.

— Эй, что ты собираешься делать?

— Будь осторожнее, ах!

— Он ведь не собирается внезапно выпрямиться, верно?

Другие игроки нервно посмотрели на Сюй Цзыюэ и в этот момент почувствовали, что враждебность, которую они ранее испытывали к нему, немного уменьшилась.

Даже Чжан Цзин пристально смотрел на Сюй Цзыюэ, слегка нахмурившись.

Сюй Цзыюэ открыл рот Ли Го, и вонь крови поднялась, устремляясь к нему. Его желудок тут же снова взбунтовался. Он не был уверен, действительно ли во рту Ли Го был осколок зеркала, но пальцы Чжан Цзина с другой стороны... глядя на него, даже его собственные пальцы причиняли боль.

Сюй Цзыюэ глубоко вздохнул, а затем повернулся, чтобы жалобно посмотреть на Сунь Мо, сказав:

— Сунь Мо, не мог бы ты, пожалуйста, дать мне пару палочек для еды с обеда, который я упаковал для тебя? Я найду тебе другую пару, когда вернусь в свою комнату позже.

Толпа: «...» О, они напрасно тратили свои заботы.

Сунь Мо свел брови вместе, нахмурившись, а затем присел на корточки по другую сторону тела Ли Го.

Сюй Цзыюэ подумал, что он собирается вручить ему пару палочек для еды, когда вдруг увидел, как Сунь Мо протянул руку.

— Подожди, Сунь Мо...!

Прежде чем Сюй Цзыюэ успел отреагировать, Сунь Мо уже сунул пальцы в рот Ли Го, взял осколок зеркала, а затем поднял его для Сюй Цзыюэ, намереваясь передать ему.

Воздействие Сунь Мо, вставившего руку в рот Ли Го и доставшего осколок зеркала, было слишком возбуждающим, и в сочетании с тем фактом, что Сунь Мо оставался бесстрастным и безразличным на протяжении всей процедуры, изображение было слишком пугающим.

Сюй Цзыюэ упал навзничь и сел на пол, холодный пот мгновенно выступил у него на лбу и бровях. Он не мог удержаться, чтобы не посмотреть прямо на Сунь Мо.

— Ты напугал меня до смерти...

Сунь Мо снова протянул руку с осколком зеркала, но Сюй Цзыюэ только покачал головой. Он не хотел к нему прикасаться! Эта штука была вся в крови, и на ней также была слюна Ли Го... Это выглядело совершенно отвратительно!

Игроки рядом с ним устремили очень беспомощный и несколько недоверчивый взгляд на Сюй Цзыюэ, но они должны были признать, что тот без Сунь Мо, вероятно, не помог бы им. Думая об этом, их отношение стало немного лучше.

Кто-то вытащил из кармана кусок папиросной бумаги и, наконец, принял осколок зеркала.

Сюй Цзыюэ, уже довольно долго терпевший своё отвращение, больше не мог этого выносить. Он встал, перешагнул через тело Ли Го, схватил Сунь Мо за запястье его чистой руки и вытащил его из комнаты.

Кто-то собирался напомнить Сюй Цзыюэ, что путешествовать в одиночку очень опасно, но Сюй Цзыюэ шел слишком быстро, слишком торопливо, и к тому времени, когда они погнались за ним к двери класса, они обнаружили, что фигуры этих двоих уже исчезли, как будто их поглотила темнота. Игрок мог только вернуться в класс и продолжить изучать фрагмент зеркала вместе с остальной группой.

На другом конце Сюй Цзыюэ только что вытащил Сунь Мо из класса и пробежал пару шагов, прежде чем внезапно остановился.

Сунь Мо спросил:

— Почему ты остановился?

— Я ничего не вижу... — Сюй Цзыюэ обернулся, чтобы посмотреть, откуда в классе идет свет, и подумал о том, чтобы вернуться и попросить фонарик. Затем, он передумал. Они, вероятно, всё равно не стали бы добровольно одалживать его ему.

— Куда ты направлялся?

— В туалетную комнату... нам нужно вымыть твою руку. — Сюй Цзыюэ взглянул на другую руку Сунь Мо, но было слишком темно, и он ничего не мог разглядеть.

Прямо сейчас они были вдвоем, стояли в темноте и направлялись в туалет... Не говоря уже о том, что ранее в туалетах на 6-м этаже произошло нечто катастрофическое. Сюй Цзыюэ начал чувствовать, как по его спине ползут мурашки страха.

Поэтажные планы всего лекционного зала были одинаковыми, и поэтому, как бы ни были похожи туалеты на 6-м этаже, здесь, на 1-м этаже, всё было точно так же.

Думая об этом, всё казалось ещё более страшным.

Сюй Цзыюэ перешел от хватания за запястье Сунь Мо к захвату всей его руки. Стуча зубами, он сумел выдавить, заикаясь:

— Я, я, я... Я немного напуган.

Сунь Мо не сказал ничего бесполезного, такого как «не бойся», но он позволил Сюй Цзыюэ продолжать держать его за руку. Он сделал шаг вперед:

— Следуй за мной.

Сюй Цзыюэ энергично закивал головой, а затем понял, что Сунь Мо, вероятно, не может его видеть, и поэтому несколько раз ответил «мгм» в знак согласия.

Всё было так, словно глаза Сунь Мо могли видеть в темноте, потому что он повел Сюй Цзыюэ прямо в туалет без каких-либо шумих, прежде чем включить свет.

Как только зажегся свет, Сюй Цзыюэ вздохнул с облегчением.

Он подтащил Сунь Мо к раковине и открыл кран, прежде чем потянуться, чтобы вытащить другую руку Сунь Мо под воду. Чтобы атмосфера не застаивалась и не становилась жуткой, а также чтобы уменьшить страх в его сердце, Сюй Цзыюэ небрежно спросил:

— Только что там было так темно, и всё же тебе удалось отлично доставить нас сюда, как ты это сделал?

— По знанию.

Это правда... По сравнению с теми игроками, эти ученики действительно ходили в эту школу в течение многих лет.

Просто Сюй Цзыюэ забыл учесть, что это здание всё ещё было совершенно новым... Откуда взялось это знание?

Вымыв руку, Сюй Цзыюэ изначально планировал выйти из туалета, но случайно поднял голову и посмотрел в зеркало. Внутри отражение показало, что за ними стоял третий человек, с головы до ног покрытый кровью!

— Срань господня! — Сюй Цзыюэ был так напуган, что всё его тело подпрыгнуло и вцепилось в Сунь Мо, его руки и ноги были крепко сжаты, а глаза также плотно закрыты. Он боялся, что если обернется и посмотрит, то действительно увидит что-то позади них.

— Сунь, Сунь, Сунь... Сунь Мо! — когда он попытался заговорить, глаза Сюй Цзыюэ наполнились слезами. Он не боялся многого, но он боялся призраков, злых духов и таких паранормальных вещей. Даже мертвые тела были лучше по сравнению с этим. Иначе он не осмелился бы заглянуть в рот мертвому игроку.

Сунь Мо безжалостно оттолкнул от себя Сюй Цзыюэ.

— Что, по-твоему, ты делаешь?

Сюй Цзыюэ приоткрыл глаза и осторожно заглянул за спину. К его облегчению, там ничего не было. Затем он заставил себя набраться храбрости и осторожно посмотрел в зеркало... Там тоже ничего не было.

Сюй Цзыюэ сглотнул слюну, а затем снова вцепился в руку Сунь Мо, держась крепче, чем раньше.

— Я действительно, действительно боюсь... Ты, ты, не отталкивай меня снова, пожалуйста, я умоляю тебя. — его жалкого вида и искренне умоляющего выражения действительно было достаточно, чтобы заставить сердца большинства людей смягчиться.

Это, казалось, сработало, потому что на этот раз Сунь Мо не оттолкнул Сюй Цзыюэ, который вел себя как клейкая палочка.

Только когда они вернулись в класс и увидели других игроков, Сюй Цзыюэ, наконец, почувствовал себя более непринужденно. Дело было не в том, что находясь рядом с Сунь Мо он не чувствовал себя в безопасности, а просто в том, что, когда людей больше, безопасность заключается в количестве, в то время как когда людей мало, всегда возникает неприятное чувство.

Группа уже перевернула осколок зеркала вверх и вниз, влево и вправо, но ничего не нашла. Ближе к концу никто из игроков не понял, почему Чжан Цзин так старался заполучить этот фрагмент.

Наконец, заговорил Чжан Цзин, объясняя свои предыдущие действия.

— Когда я увидел осколок зеркала во рту Ли Го, я не знаю, где он отразился, но он отразил свет в мои глаза. А потом мне показалось, что я стал свидетелем какого-то воспоминания. — лоб Чжан Цзина был мокрым от пота, и было очевидно, что он изо всех сил пытается подавить свою боль. — В этом воспоминании это было в классе. Многие люди приходили, чтобы установить потолочные вентиляторы, всевозможные модели, но они всегда падали. А потом, в один прекрасный день, вентилятор больше не падал. И на этом воспоминания закончились.

Группа слушающих людей ещё больше смутилась. Если это было просто по памяти, то потолочный вентилятор, который больше не падал, определенно был хорошей вещью.

Но было ощущение, что... должно быть, в конце произошло что-то ещё...

Вспомнив об этой газетной статье, группа игроков начала оживленно обсуждать воспоминание. Многие были уверены, что это как-то связано с тем случаем с потолочным вентилятором.

При этих словах они все подсознательно подняли головы, чтобы посмотреть вверх.

Вентиляторы наверху казались совершенно новыми, и они совершенно отличались от тех, что были в их классе. В их классе был только один большой потолочный вентилятор в середине комнаты, но в этой комнате было пять. Там, где сидели ученики, было четыре, и один над кафедрой учителя.

Судя по всему, средний класс должен был быть оборудован именно так. Но их класс был другим.

Мало того, что у них был только один вентилятор, он ещё и выглядел старым и потрепанным.

Хорошо, что Сюй Цзыюэ по-настоящему боялся только призраков, духов и тому подобного. Поскольку он чувствовал, что потолочный вентилятор был странным, он пододвинул стул под ним и попросил Сунь Мо подержать, прежде чем встать на него, чтобы проверить вентилятор.

Остальные люди увидели, что Сюй Цзыюэ делает это, и последовали его примеру. При этом осмотре они действительно обнаружили что-то странное.

— Эти потолочные вентиляторы должны быть совершенно новыми, но краска уже начала отслаиваться. Я просто коснулся немного отслаивающейся части. — Сюй Цзыюэ протянул руку, чтобы остальные увидели. — Это всё ржавчина.

— Если это просто ржавчина снаружи, тогда всё в порядке, но если она ржавая внутри... — один из самых умных игроков начал указывать на это.

Если он ржавеет изнутри, то это очень опасно для студентов, сидящих внизу.

Как правило, эти вентиляторы могут использоваться в течение многих лет. Ржаветь изнутри тоже было неслыханно. Однако события этого мира были безвозвратно связаны с потолочными вентиляторами, и поэтому эти аномалии можно было объяснить.

Чжан Цзин взглянул на осколок зеркала и нахмурился.

— Давайте уйдем и поднимемся наверх, чтобы посмотреть.

Сюй Цзыюэ спрыгнул со стула и подошел к Сунь Мо.

На этот раз, когда Чжан Цзин приказал всем держаться за руки, он также специально позвал Сюй Цзыюэ. Благодаря более раннему выступлению Сюй Цзыюэ Чжан Цзин отбросил некоторые из своих предубеждений и предположений и стал относиться к нему немного лучше.

И вот, держась одной рукой за другого игрока, а другой за Сунь Мо, Сюй Цзыюэ и остальные 10 или около того игроков медленно двинулись вверх по зданию. К тому времени, когда некоторые из девушек добрались до 5-го этажа, было очевидно, что они, толкая и тягая за руки, были явно уставшими.

Если бы это был реальный мир, то полиция определенно защитила бы место происшествия, повесив желтую защитную ленту. Они также немного прибрались бы в этом районе и не позволили бы ему оставаться таким, как есть.

Но в этом мире действительно было «сохранение целостности сцены» — даже тела не были перемещены, но там не было никого, кто стоял бы на страже.

И вот, к тому времени, когда они добрались до 5-го этажа, воздух уже был наполнен невообразимой вонью, вызывающей у людей желание блевать.

Сюй Цзыюэ горько ворчал Сунь Мо по поводу отсутствия полицейских стандартов, а затем зажал нос и попытался сдержать физиологический позыв к рвоте, прежде чем снова стойко встать у двери женского туалета на шестом этаже.

Смелая девушка вызвалась обыскать тела, и мальчики отошли в сторону.

Хотя в этом мире призракам всё равно, убивают ли они мужчин или женщин и где они это делают, им всё равно! Тело девушки... не говоря уже о мертвом теле, которое они, конечно, не стали бы осквернять. Хотя, если бы не было девушки, достаточно смелой, чтобы обыскать тело, то парень всё равно вызвался бы в конце концов.

Конечно, Сюй Цзыюэ это не волновало, потому что для него биологический пол ничего не значил. В его мировоззрении были только ультра красивые и не очень красивые...

Первое, что сделала девушка, это открыла рты мертвых игроков, чтобы проверить, есть ли внутри ещё осколки.

Но, увы, у этих двоих во рту ничего не было.

Затем она обыскала ещё несколько мест на их телах. Просто эти двое были гораздо более серьезно ранены, чем Ли Го. Так что даже если в то время и были какие-то улики, к настоящему времени всё это, вероятно, было смыто кровавой водой, растекающейся по полу.

— Ааа!!!

Игрок испустил крик, прежде чем присесть на корточки и схватиться за голову, свернувшись калачиком и дрожа.

Все бросились окружать игрока, торопливо спрашивая:

— Что случилось?

Перепуганный игрок продолжал держать голову, не смея поднять глаза.

— В зеркале кто-то есть!

Голова Сюй Цзыюэ дернулась, когда он бросился посмотреть, но в зеркале не было ничего необычного...

— Здесь не самое подходящее место для разговоров. Давайте уйдем и найдем другое место, где можно поболтать. — Чжан Цзин взглянул на девушку, которая закончила обыскивать тела, но не нашла ничего важного, а затем отдал команду.

Чжан Цзина, вероятно, можно было бы считать костяком этой группы игроков. При его словах все бросились помогать присевшему игроку, а затем направились к выходу.

— Я видел это... В зеркале был человек, он сказал: «Спаси меня!». А также сказал, что мы... Ааа!

Парень, которому только что помогли подняться на ноги, внезапно уставился прямо перед собой, его тело дважды дернулось, а затем он умер.

В то же самое время гигантское зеркало в туалете с треском разлетелось на множество форм и размеров, упав повсюду на пол ванной комнаты.

Всё произошло внезапно, слишком быстро, чтобы кто-то успел среагировать.

Несмотря на то, что люди уже умирали, это был первый раз, когда кто-то действительно умер на глазах у всех. На мгновение всё пришло в беспорядок.

Хорошо, что Чжан Цзин обладал довольно мощным присутствием, потому что он быстро начал выгонять игроков, которые бегали вокруг, как безголовые цыплята.

Они вернулись в класс на второй этаж.

На теле только что умершего игрока не осталось никаких улик, и, в конце концов, единственное, о чем они могли думать, было предложение, которое он не закончил.

Сюй Цзыюэ подумал о расплывчатом образе человека, которого он видел в зеркале...

Он поднял руку и заявил:

— Я тоже видел кого-то в зеркале раньше, но он не разговаривал со мной.

Чжан Цзин поспешно спросил:

— Когда это было?

— Помнишь, как Сунь Мо помог нам вернуть осколок зеркала? После этого я потащил его в туалет, чтобы вымыть руки. Затем, когда я поднял голову, я увидел фигуру. Но всё произошло слишком быстро, и другой ничего мне не сказал.

— Как выглядел этот человек? Были ли у него какие-либо выражения или проницательные движения?

Сюй Цзыюэ покачал головой:

— Он был весь в пятнах крови, и его одежда выглядела грязной и старой... Это было похоже на школьную форму, но не на нашу. Что касается выражения лица — я его не видел, и я не думаю, что он также делал какие-либо движения. Всё произошло так быстро, и я действительно испугался, поэтому сразу же закрыл глаза.

— Я думаю, что вы, вероятно, видели ту же фигуру... — игрок, который говорил, затем указал на тело на полу: — Он, вероятно, собирался сказать что-то, но злой дух не хотел, чтобы мы это знали, и поэтому он умер.

Сюй Цзыюэ погладил подбородок:

— Может быть, те две девушки, которые умерли ранее, тоже увидели что-то в зеркале и узнали что-то, чего им не полагалось знать, и поэтому они...

Все думали об этом.

— На самом деле это очень вероятно.

Чжан Цзин подумал ещё немного, а затем предложил:

— Мы можем пойти в библиотеку и просмотреть выпускные ежегодники. Таким образом, Сюй Цзыюэ, ты можешь посмотреть на униформу и понять, соответствует ли она тому, что ты видел в зеркале.

Сюй Цзыюэ кивнул:

— Хорошо, я могу это сделать.

И вот игроков сократили до 16 человек, но включили аутсайдера — Сунь Мо.

Путешествие в библиотеку было очень спокойным, и скрытый призрак никоим образом не мешал им, поэтому Сюй Цзыюэ начал задаваться вопросом, действительно ли их нынешние действия не имели никакого отношения к тому, что игрок собирался сказать, когда он умер.

Они провели большую часть ночи, бегая вот так, и уже прошло довольно много времени.

Было около трех часов утра, когда Сюй Цзыюэ и остальные добрались до школьного склада.

Дверь в кладовую была заперта, но, к счастью, это были не железные противоугонные двери, а, скорее, самая обычная, сделанная из дерева.

Чжан Цзин не стал искать ключи, а вместо этого приказал нескольким игрокам подняться и выбить дверь. После нескольких ударов замок свободно повис, наполовину надетый, наполовину сломанный.

С этим группа игроков успешно сумела войти.

Сюй Цзыюэ спросил:

— Разве НПС не придут за нами? Это можно считать взломом и проникновением, верно?

— Будь уверен, в таких мирах НПС обычно спят очень крепко. В конце концов, это игра. Если бы они не дали нам времени на изучение, то эта игра была бы неразрешимой. Все игры могут быть очищены, это зависит только от тебя, сможешь ли ты дожить до конца игры. — кто-то объяснил для Сюй Цзыюэ.

— О, понимаю...

Складское помещение выглядело так, словно его не убирали очень давно. На каждой поверхности был толстый слой пыли, и если бы кто-то провел по нему руками, он оставил бы очень заметный след.

— Пойди и посмотри, нет ли там чего-нибудь полезного. — Чжан Цзин огляделся, а затем начал рыться в ящике стола.

По сравнению с библиотекой, вещи были упакованы более плотно в этом маленьком пространстве, и также казалось, что в нем будет больше полезной информации, чем в библиотеке.

Кто-то нашел альбом выпускных фотографий за эти годы и быстро принес его Сюй Цзыюэ.

Пролистав несколько страниц, Сюй Цзыюэ вдруг указал на фотографию:

— Эта униформа!

Кто-то взглянул на год, написанный в верхнем левом углу, и удивленно воскликнул:

— Это то же самое время, когда была заброшена средняя школа Шанъян!

Сюй Цзыюэ не знал, в каком году была заброшена средняя школа Шанъян, но, похоже, все остальные знали, поэтому он решил не задавать никаких вопросов.

Игроки начали оживленно болтать, обсуждая тот факт, что человек из зеркала, скорее всего был студентом до того, как школа была заброшена.

Сюй Цзыюэ схватился за волосы и посмотрел на Сунь Мо. Выражение лица Сунь Мо было очень мягким, и, казалось, его совсем не волновало то, что они обсуждали.

Тот факт, что другого совсем не беспокоили их действия, не похожие на действия студентов... Сюй Цзыюэ начал чувствовать, что это было немного странно.

Сюй Цзыюэ спросил:

— Разве тебе не интересно, что мы делаем?

Сунь Мо ответил:

— Разве вы, ребята, не выясняете причину, по которой средняя школа Шанъян была заброшена?

— Да... Но, как ты можешь видеть, некоторые из членов нашей команды умерли. — Сюй Цзыюэ не знал, должен ли он радоваться спокойствию Сунь Мо или нет.

— Ну, в этом нет ничего особенного.

Сюй Цзыюэ чувствовал себя очень странно. Нормальные люди не реагировали бы на смерть людей с таким спокойствием или такой обыденностью. Но Сунь Мо был НПС ненормального игрового мира, так было ли на самом деле нормально с его стороны вести себя таким образом?

Сюй Цзыюэ смутился ещё больше.

Сюй Цзыюэ увидел, как Сунь Мо начал осматривать складское помещение, и поэтому он бочком приблизился к Чжан Цзину.

Одна из рук Чжан Цзина была повреждена, поэтому он немного медленнее остальных поднимал и просматривал различные документы. Поэтому Сюй Цзыюэ взял на себя инициативу принести вещи и открыть их, чтобы он мог посмотреть.

— Почему ты помогаешь? — Чжан Цзин искоса взглянул на Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ хехекнул и улыбнулся:

— Я просто хочу спросить, так как я впервые играю в эту игру... Каким было твоё взаимодействие с НПС в прошлом?

Чжан Цзин очень странно посмотрел на Сюй Цзыюэ.

— В прошлом у нас было очень мало общения с НПС, если только это не было для зачистки игры. Я почти ничего о них не помню. Ты первый, кого я видел, кто на самом деле тащит НПС за собой во всё, что делает.

— Он мне нравится. Мне просто было интересно, можно ли сообщить ему обо всем этом? И он ведет себя так, как будто всё нормально... Это заставляет меня чувствовать, что всё действительно странно.

Чжан Цзин удивленно уставился на Сюй Цзыюэ.

— Он тебе нравится?!

— Эй, эй, я думаю, ты фокусируешься не на той точке?

— Нет, если он тебе действительно нравится, то я на самом деле не считаю его странным. Странный здесь человек — это ты. — Чжан Цзин вновь опустил голову и снова начал просматривать документы. Теперь он, наконец, понял, почему действия Сюй Цзыюэ так отличались от действий всех остальных.

Другой был просто помешанным на любви дураком. Все остальные просто хотят выжить, а он, блядь, хочет преследовать НПС!

Сюй Цзыюэ почувствовал, как растет его нетерпение, когда он ждал ответа на свой вопрос. Потянув Чжан Цзина за рукав, он снова спросил:

— Ты не ответил на мой вопрос. Это нормально, что НПС так много знает? Он не боится мертвых людей или чего-то ещё!

Чжан Цзин закатил глаза.

— Ты знаешь о НПС в играх? Таких, как в компьютерных или мобильных играх, в которые ты играешь? Если ты попытаешься взаимодействовать с НПС, и у него не будет для тебя задачи, то независимо от того, сколько ты пытаешься общаться с ним, он всё равно выдаст тебе фиксированное предложение, запрограммированное системой.

— То есть ты хочешь сказать, что всё, что мы делаем, не запрограммировано в его настройках?

— В значительной степени. — Чжан Цзин кивнул. Он повернулся, чтобы посмотреть на Сунь Мо.

— Хотя, я не видел обычного НПС, который был бы так красив, как он. Но это данные, которые были автоматически сгенерированы системой, так что, я полагаю, может произойти всё, что угодно...

Сюй Цзыюэ про себя подумал, что, возможно, и его система «Любовной Атаки!» тоже внесла для него некоторые изменения в программирование... Может быть, этот НПС не принадлежит к той игре ужасов, в которую играли другие?

Сюй Цзыюэ не мог этого понять, он никогда не был самым умным в комнате. Что ж, если он не смог этого понять, то просто оставит всё как есть. Может быть, когда-нибудь в будущем всё прояснится.

Приняв такое отношение, он оставил Чжан Цзина и побежал обратно к Сунь Мо, потянув его за собой, когда тот начал искать вокруг.

— Идите и взгляните на это! — вдруг кто-то закричал.

Сюй Цзыюэ немедленно остановил Сунь Мо.

Игрок нашел газетную вырезку, в которой в основном говорилось, что после того, как кто-то умер из класса средней школы Шанъян 3-7, в классе началась паранормальная активность. Потолочный вентилятор не мог быть установлен, и студенты не могли быть внимательными на лекции в жарких, душных условиях. Затем один студент исчез. После этого школа пригласила нескольких профессионалов, чтобы посмотреть, и всё стало лучше, но прошло совсем немного времени, прежде чем ещё два ученика умерли в классе. Затем школа закрылась на некоторое время, пока вентилятор не был успешно установлен и больше не отваливался, прежде чем школа, наконец, снова открылась.

Но в первый день занятий потолочный вентилятор вышел из-под контроля и полетел вниз, убив всех, включая учителя.

После этого средняя школа Шанъян решила оцепить всё здание.

— Так вот что случилось... Сколько людей погибло за все это время?

— И все, кто умер, были в классе 3-7.

— Мы тоже сейчас в классе 3-7... И разве с нами тоже не происходят странные вещи?

— Человек из зеркала тоже принадлежал к классу 3-7?

— В любом случае, мы должны выяснить, кто на самом деле человек из зеркала. Конечно, мы не можем легко поверить в то, что он говорит, но на данный момент он единственный источник информации, который у нас есть.

Сюй Цзыюэ чувствовал, что его голова была заполнена клеем, все подсказки сходились вместе, и всё же он до сих пор не мог понять, что происходит. В этот момент он почувствовал, что его IQ... действительно не был таким высоким.

Сюй Цзыюэ зевнул.

— Никто из вас не хочет спать?

Чжан Цзин нахмурился, а затем ответил:

— На данный момент мы, вероятно, больше не сможем найти улик. Всем стоит отдохнуть. Если позже случится что-то плохое, нам всем понадобится энергия.

Сюй Цзыюэ кивнул головой, полностью соглашаясь со словами Чжан Цзина.

Подождите минутку... Спать, разве это не значит, что он сможет спать вместе с Сунь Мо?

Сюй Цзыюэ взволнованно посмотрел на Сунь Мо.

Сунь Мо взглянул на Сюй Цзыюэ, который ничего не делал, чтобы скрыть свой энтузиазм.

— Давай сначала выйдем?

Сюй Цзыюэ кивнул и крикнул в ответ Чжан Цзину:

— Сунь Мо и я уходим первыми! Вы, ребята, будьте осторожны на обратном пути!

На лбу Чжан Цзина выступили зеленые вены.

— Если ты где-нибудь умрешь, не говори, что я тебя не предупреждал!

Сюй Цзыюэ пренебрежительно махнул рукой:

— Не волнуйся, я не буду тебя винить!

Чжан Цзин: «...» Обычно те, кто любил убегать в одиночку, умирали первыми, так почему же Сюй Цзыюэ жил так хорошо, не заботясь о своей жизни?

Чжан Цзин был совершенно сбит с толку и начал чувствовать острую боль в печени от всего своего раздражения.

Дорога обратно в общежитие была очень темной, но хорошо, что Сунь Мо был рядом, чтобы вести его, и дорога также была вымощена.

Ворота в здание общежития уже были заперты, поэтому Сунь Мо отвел Сюй Цзыюэ в сторону, и они оба перелезли через забор.

Затем Сунь Мо повел Сюй Цзыюэ через темное здание. Поскольку он ничего не видел, а также был измотан лестницей и насыщенным событиями днем, Сюй Цзыюэ не обращал особого внимания на то, что его окружало, и просто тихо следовал за Сунь Мо всю дорогу.

Сунь Мо включил свет в своей комнате, и Сюй Цзыюэ понял, что спальня была очень чистой, без лишней мебели или безделушек. Она просто выглядела немного старой.

Ранее сегодня, обыскивая общежития, Сюй Цзыюэ заметил, что все спальни были в одном стиле — с двухъярусными кроватями, где кровати были сверху и столы снизу. Однако комната Сунь Мо была другой. В ней было две двухъярусные кровати, в общей сложности 4 кровати, и 2 стола, прислоненных к боковой стене.

Кроме застеленной постели Сунь Мо, на остальных троих были скомканы случайные одеяла.

— Тогда сегодня... Я сплю там? — Сюй Цзыюэ небрежно указал на кровать, стоявшую под кроватью Сунь Мо.

— Всё что захочешь, ты можешь спать, где тебе угодно.

Сюй Цзыюэ подошел и понюхал одеяло. Там стоял затхлый запах, как будто его оставили надолго, и оно также казалось немного влажным. Обернувшись, он спросил:

— Можно я посплю с тобой?

Сунь Мо сел за свой стол и поднял голову, чтобы посмотреть на Сюй Цзыюэ:

— Почему?

— Э-э... другие одеяла пахнут немного странно. — на самом деле, если бы ему пришлось довольствоваться этим, то эти кровати не были бы невыносимыми. Однако, если бы был лучший выбор, то он был бы дураком, если бы не воспользовался им.

Кроме того, таким образом, он действительно может спать с Сунь Мо! Спать вместе в реальном смысле на одной кровати и под одним одеялом, вместо того, чтобы просто спать вместе в одной комнате.

Сунь Мо рассеянно кивнул:

— Конечно, всё в порядке.

Глаза Сюй Цзыюэ расширились от удивления. Он думал, что ему откажут, но тот неожиданно согласился! Хотя ему было любопытно почему, но он не был настолько глуп, чтобы прямо спросить. Что, если Сунь Мо позже передумает, то что он будет делать?

— Тогда... Я пойду приму душ? У тебя есть сменная одежда, которую я могу одолжить?

Сунь Мо указал на шкаф рядом с туалетом, и Сюй Цзыюэ подошел, чтобы взглянуть, его глаза неудержимо блуждали. Пижамные кофты, брюки, а также... нижнее белье.

Щеки Сюй Цзыюэ покраснели, когда он стоял перед шкафом.

После душа ему нужно будет надеть нижнее белье, верно? Или ему следует пойти без него? Или ему следует постирать свои собственные боксеры, а затем надеть их завтра, когда они высохнут? Но спать под одним одеялом, не надевая нижнего белья, разве это не было очень возбуждающе? Хотя, одолжить и надеть нижнее белье Сунь Мо, разве это не было ещё более возбуждающим?!

— На что ты смотришь?

Дуновение холодного воздуха коснулось его обнаженной шеи, заставив Сюй Цзыюэ вздрогнуть. Его сердце заколотилось не только от внезапного испуга, но и от мысленных образов, которые только что возникли.

Сюй Цзыюэ опустил голову, его красные уши были полностью открыты глазам Сунь Мо:

— Я подумал, что... У меня нет нижнего белья.

Сунь Мо подошел немного ближе, и Сюй Цзыюэ не мог не сделать шаг назад, всем своим существом прислонившись к шкафу. Он взорвется, если будет ещё какая-нибудь стимуляция!

Как будто ему было любопытно, что с каждым его шагом Сюй Цзыюэ делал шаг назад, Сунь Мо подходил всё ближе и ближе, пока не прижал его к шкафу.

Вся шея Сюй Цзыюэ покраснела, а верхняя часть его тела выгнулась назад, как будто он собирался выполнить изгиб спины. Однако позади него был шкаф, и поэтому, как бы он ни отшатывался, он мог только зарыться в груды одежды.

— Ты, ты, ты, ты... Это слишком близко! — Сюй Цзыюэ поднял руки, чтобы оттолкнуть Сунь Мо, но обнаружил, что, как бы сильно он ни толкал, он не мог этого сделать, как будто вся его энергия покидала его.

— Я тебе нравлюсь? — Сунь Мо стоял там, где стоял, не подходя ближе, но Сюй Цзыюэ всё ещё чувствовал, что воздух становится слишком горячим, чтобы ему было удобно дышать.

Сюй Цзыюэ услышал вопрос Сунь Мо и на мгновение оцепенел, прежде чем щупальца застенчивости начали подкрадываться. Стоя так близко, его физическая близость заставляла его тело нагреваться. Но теперь эти слова заставили его почувствовать, как застенчивость вырвалась из его сердца.

Он не хотел скрывать свои действия, и он определенно не скрывал тот факт, что ему нравился Сунь Мо. Однако теперь, когда другой заявил об этом так прямо, он начал чувствовать себя очень застенчивым, и желание спрятаться начало подкрадываться.

Имея бесстыдное сердце, но не способное бесстыдно признаться, это был Сюй Цзыюэ в двух словах*. (не в буквальном смысле)

Сюй Цзыюэ издал неопределенный утвердительный звук и слегка кивнул. Он склонил голову, слишком смущенный, чтобы смотреть в лицо Сунь Мо, но в то же время отчаянно желая увидеть его реакцию. Поэтому он закончил тем, что его лицо было наклонено вниз, но глаза тайно смотрели на Сунь Мо.

Просто эти маленькие действия были слишком очевидны с точки зрения Сунь Мо.

Сунь Мо посмотрел на Сюй Цзыюэ, его темные глаза были полны невысказанного смысла:

— Это первый раз, когда я кому-то нравлюсь.

— Что? Но ты такой красивый! — Сюй Цзыюэ поднял голову и посмотрел на лицо Сунь Мо, а затем через некоторое время... взглянул ещё раз.

Он никогда не устанет смотреть на Сунь Мо.

Сунь Мо спросил:

— Тебе нравятся красивые люди?

— Конечно... Кому не нравятся красивые люди.

Сунь Мо больше ничего не сказал, а сделал шаг назад, отпуская Сюй Цзыюэ. Сюй Цзыюэ тут же прижал пижаму к груди и бросился в ванную. Глядя на свои красные щеки в зеркале, он похлопал себя по груди и печально пробормотал про себя:

— Ты слишком жалок! Ясно, что я тот, кто должен проявлять инициативу, чтобы добиться своей цели... Почему я такой...

Его отражение в зеркале было отражением юноши лет 17-18. Внешность у него была выше среднего, но не слишком выдающаяся. Хотя его лицо обладало природным очарованием и казалось радостным и счастливым, даже когда он не улыбался намеренно.

Сюй Цзыюэ уставился на своё отражение в зеркале и похлопал себя по щекам, снова повторяя:

— Слишком жалкий.

Он разделся, а затем принял душ, и только когда переоделся, вспомнил... Похоже, ему действительно придется пойти без нижнего белья!

Как только Сюй Цзыюэ был полностью одет, он понял, что действительно не привык к ощущению отсутствия ткани внизу. Он сморщил лицо, когда начал стирать боксеры в раковине.

Отжав их, он вытер руки и направился к выходу.

Он схватил вешалку с балкона и повесил одежду сушиться, прежде чем вернуться в ванную, чтобы привести себя в порядок.

Но, проходя мимо зеркала, он снова увидел этого кровавого человека в отражении!

Сюй Цзыюэ смотрел широко раскрытыми глазами, с трудом подавляя крик страха и не издавая ни звука.

— Не кричи! Я здесь не для того, чтобы причинить тебе боль! Пожалуйста, помогите мне! — быстро воскликнул окровавленный человек в зеркале.

— Я... я не буду кричать. — Сюй Цзыюэ сглотнул, его голос дрожал.

В это время фигура в зеркале сменилась с его собственного отражения на другого студента.

Парень-студент облегченно вздохнул. Хотя он выглядел ужасно, он всё ещё казался нормальным. Однако затем он серьезно сказал Сюй Цзыюэ:

— Ты не должен говорить этому человеку снаружи, что я говорю с тобой, иначе ты будешь следующим, кто умрет!

— Что ты имеешь в виду? — тот человек снаружи... Разве это не относится к Сунь Мо?!

Тон парня-студента стал более диким и тревожным:

— Да, это именно тот, о ком я говорю! Сунь Мо не человек! Это он заточил меня здесь, и все, с кем я разговаривал, погибли из-за него!

Сюй Цзыюэ моргнул. Он хотел ясно разглядеть внешность другого парня, но тот был слишком грязным. Его волосы также слиплись от пятен крови. Сюй Цзыюэ обдумал то, что только что сказал зеркальный человек, а затем внезапно понял, что если это так, то разве этот человек не является причиной всех смертей до сих пор?

Тебя убьют, чтобы ты просто перестал разговаривать с людьми?

Мозг Сюй Цзыюэ работает по-разному. Если бы человек в зеркале знал, о чем он думает, он, вероятно, был бы так зол, что выплюнул бы кровь.

— Меня зовут Сунь Сюэбао, я двоюродный брат Сунь Мо. Он всегда издевался надо мной, и даже сейчас, когда я мертв, он всё ещё не оставляет меня в покое! — студент, представившийся Сунь Сюэбао, выплюнул в гневе, но ненависть и страх также окрашивали его тон.

Сюй Цзыюэ посмотрел в сторону двери туалета. Он не мог не задаться вопросом, слушает ли сейчас Сунь Мо их разговор.

Если то, что говорил этот Сунь Сюэбао, правда, то разве он не умрет скоро?!

— Подожди, прекрати болтать! — воскликнул Сюй Цзыюэ.

Сунь Сюэбао уже был захвачен своими собственными негативными эмоциями, поэтому, когда Сюй Цзыюэ внезапно заговорил, он был очень удивлен. Ошеломленно он спросил:

— Подожди, почему?

— Разве ты только что не сказал, что все, с кем ты говорил, в конечном итоге погибли? Тогда я больше не хочу слушать! Я всё ещё хочу жить! — Сюй Цзыюэ прикрыл уши, но намеренно оставил небольшую щель. Ему всё ещё было очень любопытно, что Сунь Сюэбао скажет дальше.

— Уже слишком поздно, ха-ха-ха.... Ты уже слышал это! Но ты можешь послушать, как я говорю, а потом помочь мне убить Сунь Мо, тогда тебе не придется умирать! — выражение лица Сунь Сюэбао стало немного маниакальным, похоже, он был не совсем в своем уме.

Сюй Цзыюэ взглянул на дверь, а затем закрыл глаза.

— Ладно, говори, что хочешь, а я посмотрю. — хотя Сунь Мо был так хорош собой, как он мог быть призраком?! Кроме того, у него нет сил убить такое прекрасное существо, ах!

Но его любопытство действительно было задето. С таким же успехом он мог бы выслушать то, что должен был сказать зеркальный человек, так как в любом случае он уже слышал первую половину.

Если бы это действительно было похоже на то, что сказал Сунь Сюэбао, то он бы умер, независимо от того, будет ли он продолжать слушать или нет.

Если ему суждено умереть, то, по крайней мере, он хочет знать, что происходит!

Сунь Сюэбао перестал смеяться и начал объяснять:

— Сунь Мо с детства был темной личностью. Мы примерно одного возраста, но я на несколько месяцев старше. Он выглядит как хороший парень, но он плохой до мозга костей.

Сюй Цзыюэ скрестил руки на груди, его пальцы слегка дрожали.

— Тогда приведи мне несколько примеров, что именно он сделал?

— Он положил свои вещи в мой стол и сказал, что я их украл. Хорошо, что учитель ему не поверил.

— ...Это плохо, но действительно ли это считается плохим до мозга костей? — и разве подобные вещи случаются не только в драматических, дешевых третьесортных романах?

— Дело не только в этом, он ещё и заставил меня лечь, а потом вырезал на моей спине ножом слова «Я больше никогда не буду воровать»! — глаза Сунь Сюэбао покраснели, когда он встал и снял свою окровавленную униформу, обнажив спину Сюй Цзыюэ.

На спине Сунь Сюэбао было несколько слов, вырезанных так глубоко, что была видна даже белизна кости. Кровь всё ещё текла, но его поза оставалась сильной и прямой.

Сунь Сюэбао начал плакать, его слезы смешивались с кровью, всё ещё остававшейся на его лице, создавая ярко-красные следы слез.

— Он вырезал эти слова на мне и заставил меня жить в этом зеркале. Раны никогда не заживут, и это больно! Это действительно больно! Я хочу умереть, но я не могу умереть в этом зеркале. Я хочу жить, но он убил всех, кто говорил со мной!

Автору есть что сказать:

Юэюэ: Тебе нравится вырезать слова? Давайте сделаем татуировки вместе!

Момо: ...не совсем.

Юэюэ: Я сделаю татуировку «Навсегда люблю красавчика Момо»!

Момо: ...

П/п: в Китае могут удваивать слог имени, можно сказать, что это милое прозвище. Отсюда выходит, что Сюй Цзыюэ — это Юэюэ, а Сунь Мо — это Момо.

Чем больше Сюй Цзыюэ смотрел на Сунь Сюэбао, тем больше он не верил тому, что говорил другой.

Каждый раз, когда появлялся этот человек, он пугал людей до полусмерти. Глядя на выражение его лица, он, казалось, действительно ненавидел Сунь Мо, но Сюй Цзыюэ чувствовал, что это было немного преувеличено.

Тем не менее, Сюй Цзыюэ боялся, что другой прибегнет к физическому насилию, если он не добьется своего, поэтому он просто очень серьезно кивнул.

— Я понимаю. Так что ты хочешь, чтобы я сделал?

Глаза Сунь Сюэбао внезапно ожесточились:

— Убей его!

Сюй Цзыюэ: ... Он всего лишь недавно окончивший среднюю школу ученик, который ещё ни разу не убил рыбу!

Но чтобы успокоить Сунь Сюэбао, ему пришлось подыграть.

— По крайней мере, тебе придется сказать мне, что делать дальше?

— Всё, что я знаю, это как запечатать его. Раньше я просил кого-то запечатать его, но даже так он не умер. — ответил Сунь Сюэбао сквозь стиснутые зубы.

— Так как же ты его запечатываешь? — Сюй Цзыюэ чувствовал, что разговор с этим человеком был таким утомительным; они продолжали ходить кругами и не доходили до главного.

— Найди сосуд, наполненный пеплом, и сожги этот пепел. После этого он должен быть успешно запечатан.

Сюй Цзыюэ кивнул, наполовину понимая, а затем спросил:

— Хорошо, я понял. Теперь я могу уйти? — он не мог дождаться, когда покинет эту комнату, в которой был Сунь Сюэбао.

— Ты должен мне помочь! Ты единственный, кто может мне помочь!

Сюй Цзыюэ толкнул дверь, даже не оглянувшись, когда выбежал.

Сунь Мо сидел за своим столом, и когда он услышал, что Сюй Цзыюэ вышел, он обернулся, чтобы посмотреть на него.

Сюй Цзыюэ поспешно настаивал:

— Ты должен быстро пойти и умыться, мне нужно тебе кое-что сказать.

Сунь Мо поднял бровь, но не спросил, в чем дело. Он спокойно прошел в ванную и пошел мыться.

К тому времени, когда он вернулся, Сюй Цзыюэ всё ещё колебался там, ведя себя очень скрытно и таинственно.

Кровать Сунь Мо была на верхней койке. Как известно всем, кто жил в общежитии, односпальная кровать студента не такая уж большая. В ней легко поместится один человек, но если бы на ней было два человека, то она была бы немного тесновата. Чтобы обоим было удобно, нужно было лечь на бок, прислонившись либо к стене, либо к перилам.

Сюй Цзыюэ глубоко заботился о красивых людях и не хотел, чтобы они испытывали какие-либо неудобства, поэтому он взял на себя инициативу спать с краю. Однако он также был осторожен, чтобы не двигаться неосторожно, чтобы случайно не упасть. Хотя двухъярусные кровати были не слишком высоко, если он действительно упадет, он всё равно может сломать кость.

Как только он убедился, что Сунь Мо удобно лег, Сюй Цзыюэ больше не мог подавлять свои порывы и сразу натянул одеяло на их головы, полностью накрыв их обоих.

— Что ты пытаешься сделать?

Сунь Мо сделал движение, чтобы сбросить одеяло с их голов.

— Мне нужно кое-что сказать тебе по секрету! — Сюй Цзыюэ крепче сжал одеяло, не позволяя Сунь Мо сбросить его. Он также постарался понизить голос, на случай, если его подслушают.

Затем, под одеялом, Сюй Цзыюэ начал шептать Сунь Мо всё, что сказал зеркальный человек Сунь Сюэбао. На полпути воздух под одеялом стал слишком душным, и ему пришлось высунуть голову, чтобы глотнуть свежего воздуха, чтобы не задохнуться.

— Я не думаю, что он хороший парень, но... Кажется, он так сильно тебя ненавидит. Ты его знаешь? — Сюй Цзыюэ подумал о том, что Чжан Цзин сказал ему ранее, что игроки могут общаться только с НПС, которые имеют важные сюжетные точки. Возможно, Сунь Мо был одним из этих НПС?

— Значит, ты считаешь меня хорошим человеком? — спросил Сунь Мо.

Сюй Цзыюэ сбросил одеяло с их голов, так что голова Сунь Мо тоже оказалась открытой.

— Ладно, давай перестанем там прятаться. Тебе не кажется, что у тебя перехватило дыхание? — затем он ответил на вопрос Сунь Мо, — Как ты можешь быть плохим человеком? Ты такой красивый!

В темноте губы Сунь Мо изогнулись в усмешке.

— Иди спать.

Уже почти рассвело, и если бы он заснул сейчас, то на самом деле не смог бы спать долго. Однако, как только Сунь Мо велел ему спать, Сюй Цзыюэ почувствовал, что его начинает одолевать сильная сонливость.

Ошеломленный, Сюй Цзыюэ сонно вцепился в рукава пижамы Сунь Мо.

— Ты всё ещё не сказал мне... знаете ли вы с ним друг друга... — как только он произнес эти слова, Сюй Цзыюэ заснул.

*  *  *  *  *

На следующее утро Сюй Цзыюэ проснулся от громкого звука. Из-за возбуждающих и пугающих переживаний вчерашнего дня его сны были довольно приглушенными. Не говоря уже о том, что он не мог долго спать, потому что ему ещё предстояло посещать занятия.

Он открыл глаза и долго лежал в постели, но как только полностью проснулся, понял, что не слышит никаких звуков.

Ах... Вероятно, это было что-то духовное, снова связанное с этими нечистыми вещами. «Что ж,» — подумал он, садясь, — «Пока эти вещи не появляются у меня перед глазами, всё хорошо, и я могу притворяться, что их не существует.»

Сюй Цзыюэ закончил мыть посуду, но нигде не мог найти Сунь Мо. Слегка пожав плечами, он переоделся в чистое белье, которое уже высохло, и вышел на улицу.

Прошлой ночью он думал, что будет слишком взволнован, чтобы заснуть. И всё же он действительно заснул. Сюй Цзыюэ вздохнул, сокрушаясь о том, что ему даже не удалось в полной мере насладиться опытом совместного сна с Сунь Мо.

Просто он понятия не имел, куда убежал Сунь Мо.

Сюй Цзыюэ спустился примерно на три лестничных пролета, рассеянно размышляя обо всех местах, куда мог пойти Сунь Мо, а затем столкнулся со знакомым игроком. Это был Лу Женьцзя.

Сюй Цзыюэ поднялся, чтобы поприветствовать своего товарища, но обнаружил, что у него мрачное лицо.

Сюй Цзыюэ с любопытством спросил:

—Что происходит?

— К-кто-то снова умер.

Так рано утром... Как не повезло, ах. Но Сюй Цзыюэ быстро привык к такого рода вещам.

На одном дыхании Сюй Цзыюэ задал несколько вопросов.

— Как они умерли? И сколько их? Кроме того, где они умерли?

— Они все умерли после возвращения в общежитие сегодня утром. — ответил Лу Женьцзя, сильно дрожа. — В общей сложности три человека, и все, все они умерли в туалете.

В туалете... Разве не там были зеркала?

Сюй Цзыюэ тяжело сглотнул, начиная испытывать плохое предчувствие. Однако, если он должен был следовать этому ходу мыслей, то почему он всё ещё был в порядке?

Вскоре после этого все 13 игроков собрались вместе. У каждого было усталое лицо, очевидно, никто не выспался. Для начала оставалось не так уж много часов на сон, а потом пришло известие, что опять кто-то умер.

Группа вместе направилась в классы, и, чтобы немного оживить атмосферу, Чжан Цзин небрежно спросил:

— Сюй Цзыюэ, где вы с этим НПС спали вчера?

— Всего несколькими этажами выше вас, ребята... Я думаю, это, вероятно, верхний этаж. — когда Сюй Цзыюэ подумал об этом, он понял, что не видел никаких лестниц, ведущих наверх, когда спускался сегодня утром, так что он, вероятно, был на верхнем этаже.

— Подожди... — лицо Сюй Цзыюэ стало немного жестким. Обернувшись, он посмотрел на здание общежития, которое теперь было позади них.

— Я, я, я... Вчера я был... Я спал на 6-м этаже!

— Что ты только что сказал?!

— Когда я спустился вниз... Я не видел никаких лестниц, ведущих наверх, потому что этаж, на котором я находился, был уже самым высоким. — сердце Сюй Цзыюэ вздрогнуло. Этого не может быть, неужели Сунь Мо действительно призрак?! Вчера он, казалось, был... Ну, если Сунь Мо действительно призрак, то разве это не означает, что зеркальный человек сказал правду?

Значит, он на самом деле уже узнал о том, как запечатать призрака этого мира, и ему рассказали о точных условиях? Тогда почему Сунь Мо не убил его после того, как ему сказали правду?

Это было неразумно!

Должно быть, он что-то неправильно понял.

— Пойдемте! Поторопимся и посмотрим! — Чжан Цзин крепко схватил Сюй Цзыюэ за запястье, намереваясь оттащить его обратно в здание, которое они только что покинули.

— Подожди, не надо, мне всё ещё нужно подумать об этом. — Сюй Цзыюэ покачал головой и сбросил руку другого. — Есть много вещей, которые не имеют никакого смысла.

Игрок, у которого был вспыльчивый характер, не мог не воскликнуть:

— Тогда поторопись и скажи это! Эта неизвестность убивает меня!

— Давайте сначала пойдем в класс. Прошлой ночью произошло ещё кое-что. Я расскажу вам всё об этом позже, как только разберусь с этим. — Сюй Цзыюэ покачал головой и решительно направился в сторону лекционного зала.

— Почему ты не можешь сказать это сейчас? Почему ты должен ждать? Не то чтобы я хотел проклинать тебя, но что, если ты умрешь позже?!

Сюй Цзыюэ услышал голос позади себя, но никак не отреагировал. Он был слишком погружен в свои собственные мысли, мучаясь из-за того, каким именно человеком на самом деле был его «белый лунный свет».

П/п? белый лунный свет — красавец/красавица, зеница его ока, объект его привязанностей, свет его мира и т.д.

Когда другие люди увидели, что Сюй Цзыюэ отказывается что-либо говорить, они могли только беспомощно оставить его в покое. Потому что, как бы им ни хотелось вытолкнуть это из него, если Сюй Цзыюэ действительно откажется открыть рот, то они ничего не смогут сделать.

Сюй Цзыюэ шел впереди группы, за ним следовали 12 других игроков.

Как только он вошел в класс, то увидел, что Сунь Мо сидит за своим столом.

Глаза Сюй Цзыюэ заблестели, и он поспешно подтащил свой стул к краю стола Сунь Мо.

— Почему ты встал первым и не разбудил меня? Я искал тебя повсюду! Что, если бы я проспал и пропустил урок? Тебе всё равно, если я опоздаю?

Сунь Мо пренебрежительно ответил:

— Ты собирался встать.

В другом конце класса Чжан Цзин подозрительно уставился на Сунь Мо. Он был тем, кто отвел Сюй Цзыюэ на 6-й этаж, который был закрыт. Поэтому его личность в этом игровом мире не должна быть простой. Возможно, им придется немного покопаться, чтобы точно выяснить, насколько этот НПС был особенным. Чжан Цзин решил, что они должны расследовать это позже.

Оглядев всех игроков, которые более или менее смотрели на них, Сюй Цзыюэ принял решение и медленно наклонился вперед, приблизив рот к уху Сунь Мо. Он тихо спросил:

— Вчера ты провел меня на 6-й этаж?

Сюй Цзыюэ откинулся назад, а затем с недовольством посмотрел на ухо Сунь Мо, которое совсем не было красным.

Этот... этот эффект был не таким, каким, как он слышал, должен был быть?

По общему мнению, уши среднестатистического человека должны быть одной из самых чувствительных частей тела, но даже несмотря на то, что Сюй Цзыюэ говорил прямо в ухо Сунь Мо, другой никак не отреагировал.

Всё чувство выполненного долга мгновенно исчезло.

Сюй Цзыюэ дважды кашлянул, пытаясь вернуть атмосферу, которую он только что создал.

— Почему ты мне не отвечаешь?

— Разве ты не хотел подняться на 6-й этаж? — Сунь Мо ответил, но не прямо.

— Э-э... не только я хотел туда пойти. — пробормотал Сюй Цзыюэ, — Подожди, это значит, что я для тебя особенный?

Сюй Цзыюэ продолжал говорить:

— Ну, ты всё ещё не сказал мне, что происходит между тобой и этим Сунь Сюэбао. У тебя много секретов, не так ли? — он дотронулся до кармана, в котором лежала его последняя конфета с белым кроликом. Он достал её и помахал ею перед Сунь Мо.

— Вот, я дам тебе конфету! Ты расскажешь мне сейчас?

Сунь Мо посмотрел на конфету с белым кроликом, а затем ответил:

— Съев слишком много конфет, ты получишь кариес.

— ...Не в этом дело, брат. — это было слишком большим отклонением от основной темы.

Затем Сунь Мо добавил:

— Хотя у меня не будет таких проблем.

Сюй Цзыюэ: ???

Сунь Мо снова посмотрел на конфету с белым кроликом.

— Ты пытаешься подкупить меня?

Сюй Цзыюэ ещё немного посмотрел на Сунь Мо:

— Да, хотя я не знаю, насколько это будет успешным...

Сунь Мо ответил:

— Сунь Сюэбао мой двоюродный брат.

Сюй Цзыюэ моргнул, ожидая, что Сунь Мо скажет больше. Когда другой не стал вдаваться в подробности, он подсказал:

— И?

— У тебя есть только одна конфета.

Подразумевалось, что взятка Сюй Цзыюэ была слишком мала, и для этого было достаточно произнести лишь одно предложение.

Сюй Цзыюэ посмотрел на Сунь Мо, как на бессердечного человека.

Когда прозвенел звонок, Сюй Цзыюэ пришлось отодвинуть стул к своему столу. Во время урока, пока учитель читал лекцию о материале курса, Сюй Цзыюэ смотрел на затылок Сунь Мо и думал.

Сунь Сюэбао также сказал, что он двоюродный брат Сунь Мо. И когда он рассказал Сунь Мо обо всем, что сказал Сунь Сюэбао, тот не отреагировал гневом и ничего не объяснил. Не может быть, чтобы Сунь Мо действительно был плохим? Но Сунь Мо был так добр к нему! Хотя он не очень разговорчив и не очень часто отвечает на вопросы... но Сунь Мо также никогда не причинял ему вреда.

Когда учитель повернулся лицом к доске, Сюй Цзыюэ протянул руку и ткнул Сунь Мо в спину, чтобы привлечь внимание другого. Однако Сунь Мо напрягся, и когда он повернулся, чтобы заговорить, его голос был очень жестким.

— В чем дело?

— Э-э-э... Я просто хотел тебя кое о чем спросить. Могу ли я рассказать об этом другим людям? О том, что ты сказал о Сунь Сюэбао.

— Делай, что хочешь.

Сунь Мо отвернулся и замолчал. Сюй Цзыюэ, однако, внезапно вспомнил, как вчера он таким же образом пытался привлечь внимание Сунь Мо, ткнув его в спину. Сунь Мо также напрягся, и это не было похоже на реакцию из-за щекотки...

Чем больше Сюй Цзыюэ думал об этом, тем больше он не мог понять.

В перерыве Сюй Цзыюэ помахал Сунь Мо, а затем сошелся с остальными игроками.

Он рассказал Чжан Цзину и команде о Сунь Сюэбао, но неизбежно окрашивал информацию своими субъективными предубеждениями. Он также забыл упомянуть, что существует способ запечатать главного призрака.

В конце концов, он понятия не имел, убьют ли эти люди невинного на тот случай, если он виновен... Но Сюй Цзыюэ предположил, что с вероятностью 80% они попытаются. Поскольку, будь он на их месте, Сюй Цзыюэ тоже не захотел бы оставаться в этом страшном мире ни на секунду дольше, чем ему нужно.

Но, с другой стороны, Сюй Цзыюэ также не был обязан помогать им узнать правду и зачистить этот мир.

Он уже дал Чжан Цзину много подсказок.

Просто сейчас перед Сюй Цзыюэ стояла огромная дилемма — если Сунь Мо действительно был плохим, например, если бы он был большим боссом этой игры или кем-то ещё, то разве это не означало бы, что он был в команде, противостоящей Чжан Цзину и остальным игрокам?

Он хочет влюбиться, и объект его привязанности, скорее всего, является противником остальных игроков. Ему придется пойти против всех остальных, потому что, если его любовная цель исчезнет, он определенно провалит свою игру «Любовная Атака!».

Это действительно была главная моральная дилемма века... Было бы лучше, если бы у Сунь Мо не было такой особенной личности. Сюй Цзыюэ сложил руки и искренне помолился игровой системе.

На утреннем занятии Сюй Цзыюэ решил просто лечь спать. В конце концов, он практически не спал прошлой ночью.

Затем Сюй Цзыюэ приснился сон.

Внутри сна появился Сунь Мо.

Однако по сравнению с Сунь Мо, которого знал Сюй Цзыюэ, Сунь Мо во сне казался намного более несчастным. Он всегда ходил с опущенной головой, и ученики вокруг постоянно высмеивали его. Даже учителя, казалось, относились к нему с подозрением.

Что-то вывело Сюй Цзыюэ из сонного оцепенения. Когда он открыл глаза, то увидел Сунь Мо, стоящего рядом с его столом, и Чжан Цзина с остальными игроками, стоящими немного в стороне. Когда они увидели, что Сюй Цзыюэ проснулся, игроки слегка помахали ему, давая понять, что они уходят первыми. Сюй Цзыюэ кивнул им, а затем перевел взгляд на Сунь Мо, который всё это время молча смотрел на него.

Сюй Цзыюэ провел рукой по волосам, а затем попытался незаметно стереть сон с глаз.

— Сколько сейчас времени?

— Обеденный перерыв. — Сунь Мо повернулся, готовый покинуть класс.

Сюй Цзыюэ быстро последовал за ним, вставая и радостно говоря:

— Ты добился прогресса сегодня. Ах, вчера после того, как урок закончился, ты полностью проигнорировал меня и просто ушел.

Сунь Мо взглянул на Сюй Цзыюэ, а затем заявил:

— Не приходи на занятия сегодня днем.

— Подожди, почему? — Сюй Цзыюэ смущенно посмотрел на Сунь Мо: — Если мы пропустим урок, нас будет ругать учитель. Если дела пойдут совсем плохо, они могут даже пригласить наших родителей.

Для обычных студентов самое страшное наказание — это вызвать их родителей. Однако Сюй Цзыюэ также понятия не имел, если дело дойдет до этого, будут ли у него в этом мире родители, которых можно пригласить.

— Не волнуйся. — Сунь Мо не дал никаких объяснений.

— Хорошо, пропускать занятия — это нормально, но только если ты будешь сопровождать меня на свидании. — Сюй Цзыюэ сцепил руки за спиной, делая всевозможные вычисления в своем сердце.

В любом случае, Сунь Мо уже знал, что он ему нравится. Сюй Цзыюэ не пытался ничего скрывать. Поэтому было лучше просто выложить всё заранее.

— Хорошо.

Сунь Мо неожиданно легко согласился.

Сюй Цзыюэ прищурился. Интуиция подсказывала ему, что что-то не так.

Два человека достигли подножия лестницы, и Сюй Цзыюэ приготовился протащить Сунь Мо мимо рощи деревьев в столовую, чтобы они могли поесть.

Однако реальность заключалась в том, что, как только они подошли к опушке леса, Сунь Мо остановился.

Сюй Цзыюэ озадаченно посмотрел на Сунь Мо.

— В чем дело?

— Тебе надо идти.

— Ты не собираешься есть?

Сунь Мо покачал головой и повернулся, чтобы уйти.

Сюй Цзыюэ дважды крикнул ему вслед, но Сунь Мо не остановился. Как раз в тот момент, когда Сюй Цзыюэ собирался пойти за другим, ему в голову пришла мысль.

Сунь Мо... Неужели он не может покинуть это место?

Вчера после того, как он закончил свой обед, он увидел Сунь Мо, стоящего на опушке леса и смотрящего на 6-й этаж лекционного зала.

Затем, во второй половине дня, произошел инцидент на 6-м этаже.

Сюй Цзыюэ быстро покачал головой. Думать об этой сцене было слишком страшно! Он не может думать об этом снова. Только не снова.

Но иногда, как только мысль появилась, ей очень трудно снова исчезнуть.

В течение всего обеда Сюй Цзыюэ продолжал думать о вчерашних событиях, и к концу трапезы он съел только половину своей миски, не в состоянии доесть остальное.

— Сюй Цзыюэ. — Чжан Цзин подошел, нахмурившись, и его брови беспокойно нахмурились, — Мы обсудили вопрос о Сунь Сюэбао, а также о том НПС, который продолжает следовать за тобой повсюду...

— Старший брат Чжан, это Сюй Цзыюэ тот, кто всё время следует за этим НПС. — кто-то поправил сбоку.

Чжан Цзин смерил говорившего пристальным взглядом:

— Кто просил тебя внести свой вклад? Ты думаешь, я не знаю, кто за кем следит? Я просто оставлял какое-то лицо* для Сюй Цзыюэ!

П/п: сохранить репутацию/имидж/достоинство.

— Привет... Я всё ещё здесь, всё слышу... — Сюй Цзыюэ ткнул в рис палочками для еды, его лицо лишилось дара речи. =_=

Чжан Цзин кашлянул и сказал:

— Ну, кхм... В любом случае, с этим НПС есть проблема. И если ты не собираешься выяснить, в чем его секрет, тогда мы сами проведем расследование.

— Я думаю, что Сунь Мо очень хороший, нет никаких проблем. — солгал Сюй Цзыюэ сквозь зубы, — Вы все видели, что я был с ним уже два дня. Если бы была проблема, разве я не умер бы давным-давно?

— Это твоя первая игра, что ты знаешь? — Чжан Цзин раздраженно почесал в затылке, затем дотронулся до пустого кармана и выругался себе под нос: — Что за дерьмовая игра, даже пачки сигарет нет.

— Бывают моменты, когда ты бываешь везде, и всё же призраки оставляют тебя умирать последним, знаешь почему? Это потому, что ты, вероятно, подвергнешься воздействию чего-то вредного и всё равно скоро умрешь. Так что призраки в этой ситуации просто благоразумно оставляют всё как есть.

— Тот Сунь Сюэбао, о котором ты рассказывал... Разве ты не говорил, что он казался довольно сумасшедшим? Если он был призраком и появился через зеркало, то интересно, почему нас всех просто не уничтожили. На мой взгляд, именно эти люди, которые кажутся наполовину сумасшедшими, довольно правдоподобны. Если ты посмотришь на Сунь Мо, он не разговаривает и не улыбается, и ты не можешь сказать, о чем он думает. Кроме того, разве он не проводил тебя на 6-й этаж общежития? Это само по себе очень подозрительно.

Пока Чжан Цзин рассказывал свою историю, Сюй Цзыюэ нерешительно ковырял капусту и картофель в своей коробке для завтрака.

— Не идите на занятия днем. — Сюй Цзыюэ был немного раздражен, но Чжан Цзин казался очень уверенным в себе, и было очевидно, что все остальные игроки согласились с ним. Отпустив это, Сюй Цзыюэ решил быть более крупным человеком и просто передать то, что Сунь Мо проинструктировал его ранее.

Чжан Цзин нахмурился:

— Не идти на занятия? Почему?

— Айя, почему у тебя так много вопросов! — Сюй Цзыюэ оттолкнул свою коробку с завтраком и встал: — Просто послушай меня, и всё будет в порядке.

Проведя так долго рядом с Сунь Мо, он был совершенно уверен, что у того не было дурных намерений по отношению к нему. Хотя Сюй Цзыюэ был немного глуп, когда дело доходило до взаимодействия с другими, он всё ещё был вполне уверен в своей способности судить об эмоциях других.

Сунь Мо иногда не разговаривает с ним, но это просто его характер, так что...

Сюй Цзыюэ не знает, каковы будут последствия отсутствия на уроках, но если он пойдет на занятия... Сюй Цзыюэ был не слишком умен, но ощущение того старого потолочного вентилятора произвело на него сильное впечатление.

При таком впечатлении всегда возникало стойкое ощущение, что в классе небезопасно. Поскольку Сунь Мо намеренно предупредил его, то он просто перестрахуется и вместо этого будет тусоваться с Сунь Мо.

— Я сделал своё дело и напомнил вам. Будете ли вы слушать или нет, зависит от вас. Не ищите меня, не задавайте мне никаких вопросов, я ничего не знаю. — он действительно не знал ответов, но интуиция подсказывала ему передать предупреждение Сунь Мо.

Затем Сюй Цзыюэ ушел, чтобы собрать ещё один ланч для Сунь Мо. По пути он также купил пакет конфет с белым кроликом и две бутылки воды. Другие закуски здесь совсем не понравились ему, у них даже не было никаких пряных палочек...

Пока Чжан Цзин и остальные смотрели, как Сюй Цзыюэ уходит всё дальше и дальше, они задумчиво думали о том, что он только что сказал.

— Ты действительно думаешь, что он такой? С самого начала он занимался своими делами и не связывался с нами. На мой взгляд, он что-то обнаружил и теперь хочет, чтобы кто-то стал пушечным мясом и проверил это для него. — сказал опытный игрок по имени Сюй Иминь.

Чжан Цзин нахмурился и спросил:

— Что ты имеешь в виду?

— Я имею в виду, возможно, он что-то обнаружил, но не уверен, является ли это точным условием для этого мира или флагом смерти. Поэтому он хочет, чтобы мы попытались. Тебе не кажется странным, что он говорит нам идти против наших установок в этом мире? Мы студенты, поэтому мы должны прилежно посещать занятия.

— Этого не должно быть... На самом деле он не так уж плох. — голос Лу Женьцзя становился всё тише и тише под проницательным взглядом Сюй Иминя.

— Хорошо, я понимаю, что ты имеешь в виду. — Чжан Цзин не сказал, согласен ли он с Сюй Иминем или нет, — Давайте проголосуем. Кто хочет пойти в класс, и кто хочет послушать Сюй Цзыюэ и пропустить занятия сегодня днем?

Сюй Иминь поднял руку:

— Ну, я иду в класс.

Другие всё ещё сомневались, и потребовалось довольно много времени, чтобы принять решение.

— Нас осталось всего 12 человек. Каждое решение может повлиять на то, зачистим мы игру или нет, поэтому вы должны тщательно обдумать это для себя. В конце концов, вы все знаете последствия неправильного выбора. Не будет никаких сожалений. — Чжан Цзин посмотрел на свои наручные часы и продолжил: — До конца обеда осталось 18 минут. Кто вернется в класс, и кто последует за мной и где-нибудь спрячется?

Сюй Иминь недоверчиво уставился на Чжан Цзина.

— Ты хочешь умереть?!

Чжан Цзин ответил:

— Конечно, нет. Я хочу зачистить этот мир, но иногда вы не можете избежать катастрофы, просто ничего не делая.

В конце концов два человека последовали за Сюй Иминем обратно в класс, а остальные восемь последовали за Чжан Цзином, чтобы спрятаться в лесной роще.

В лекционном зале, менее чем за 10 минут до начала занятий, Сюй Цзыюэ вытащил Сунь Мо из класса.

Другой явно сказал ему не ходить в класс, и всё же Сюй Цзыюэ нашел Сунь Мо неподвижно сидящим в классе.

Выходя из дверей, Сюй Цзыюэ столкнулся с приближающимся Сюй Иминем.

— А! Ты... ах... — Сюй Цзыюэ пробормотал «ах» и «э-э» ещё несколько раз, но он не мог вспомнить имя другого. Просто он видел другого вокруг, так что Сюй Цзыюэ знал, что он тоже игрок.

— Сюй Иминь! — Сюй Иминь сердито подчеркнул своё имя.

— О, Сюй Иминь. Разве я не говорил вам, ребята... — Сюй Цзыюэ украдкой взглянул на Сунь Мо рядом с ним: — Разве я не говорил вам, ребята, пропустить занятия?

— Кто знает, каковы твои намерения. — усмехнулся Сюй Иминь, а затем повернулся к двум игрокам позади него, — Пойдем. Не разговаривайте с ним.

Сюй Цзыюэ открыл рот и слегка моргнул, глядя на удаляющиеся спины троих людей.

— Воу... Добрые намерения на самом деле не очень хорошо воспринимаются. — Сюй Цзыюэ снова посмотрел на Сунь Мо и осторожно спросил: — Ты сердишься, что я также сказал остальным не приходить на занятия?

— Это твоё дело. — Сунь Мо пренебрежительно ответил, а затем поднял голову, чтобы взглянуть на верхнюю часть лестницы.

Сюй Цзыюэ не знал почему, но он чувствовал, что выражение лица Сунь Мо сейчас казалось немного пугающим. Поэтому он поспешно потянул Сунь Мо за запястье:

— Пойдем, пойдем. Мы вернемся в общежитие.

Сунь Мо не мог пройти мимо леса, и им пришлось избегать лекционного зала. Поэтому Сюй Цзыюэ решил, что их свидание состоится в общежитии.

Увы... Какая невероятная вещь — провести своё первое свидание в общежитии!

Он надеялся, что в общежитии всё пройдет успешно... Это тоже было бы не так уж плохо. Сюй Цзыюэ повернул голову, чтобы посмотреть на Сунь Мо.

Чистый профиль Сунь Мо сиял под полуденным солнцем до такой степени, что он казался почти прозрачным. Его тонкие черты лица были воплощением красивого молодого взрослого человека... Жаль только, что его глаза не были яркими от молодости, но эти глаза всё ещё были довольно темными, как водоворот.

Прошлой ночью... Если быть точным, это должно было быть ранним утром, Сюй Цзыюэ был доставлен на шестой этаж Сунь Мо. Но тогда повсюду было темно, и он не мог видеть, куда идет.

На этот раз в полдень, поднимаясь с пятого этажа на шестой, Сюй Цзыюэ мог ясно видеть всё. Эта запертая железная дверь автоматически открылась для Сунь Мо — не было необходимости даже толкать её.

А утром Сюй Цзыюэ поспешно бросился с шестого этажа в лекционный зал, поэтому он также не обратил особого внимания на разницу между этажами.

Шестой этаж имел ту же планировку и внешний вид, что и другие этажи, и выглядел так, как будто его перекрасили. Однако на этом этаже было больше пятен, где краска отслаивалась, открывая старую стену, выглядывающую под ней.

— Почему этот этаж опечатан? — Сюй Цзыюэ окинул взглядом другие плотно закрытые двери на шестом этаже.

— Этот этаж непригоден для проживания. — Сунь Мо подошел к комнате, в которой они спали вчера, и толкнул дверь, входя. — Не ходи в другие комнаты.

Сюй Цзыюэ спросил:

— Почему?

Рот Сунь Мо дернулся вверх:

— Что, если я скажу, что там живут призраки?

— Эм... — Сюй Цзыюэ потерял дар речи, он понятия не имел, как реагировать. — Гм, тогда... Что насчет тебя? Ты не боишься?

— Нет.

Сюй Цзыюэ почесал затылок, а затем решил просто найти место, чтобы сесть. Сунь Мо взял книгу и начал читать. Сюй Цзыюэ попытался незаметно понять, о чем эта книга, а затем обнаружил, что на самом деле это учебник курса...

— Сунь Мо... Мне скучно. Разве это не свидание? Ты просто игнорируешь меня. — Сюй Цзыюэ зевнул.

— Тогда давай спать.

— А? Спать? К-конечно. — Сюй Цзыюэ встал, снял ботинки и забрался в кровать.

Сунь Мо слегка бездыханно вздохнул, а затем закрыл учебник, следуя за Сюй Цзыюэ.

И вот, Сюй Цзыюэ снова испытал то, чем у него не было возможности полностью насладиться прошлой ночью. Они лежали рядом так близко, что они могли слышать дыхание друг друга, а их руки соприкасались

А... Подождите... Он не слышал дыхания Сунь Мо, а только своё собственное...

Сюй Цзыюэ положил указательный и средний пальцы левой руки на правое запястье и выдохнул, когда убедился, что чувствует собственный пульс. Затем он осторожно провел рукой по запястью Сунь Мо.

Нет... Это не было галлюцинацией!

Сердце Сюй Цзыюэ хотело заплакать. Он действительно не чувствовал пульса на запястье Сунь Мо!

— Сунь Мо, я, я чувствую себя немного раздавленным, просто... Могу я вместо этого спать боком?

— Мгм.

Сунь Мо лежал на спине, положив руки прямо на живот. Он выглядел достойно и величественно, как тело в гробу.

Сюй Цзыюэ был так напуган своими собственными мыслями, что его волосы встали дыбом. Но он всё ещё не был удовлетворен и хотел проверить это в последний раз. Он положил руку между ними, а затем небрежно переложил её на грудь Сунь Мо.

Тудум, тудум... Звук бьющегося сердца.

Но это был звук собственного сердцебиения Сюй Цзыюэ.

Он нервно сглотнул, крепко зажмурив глаза. Неееет, он никогда не думал, что будет втянут в историю любви человека и призрака! Он не был морально готов к этому, ах!

Холодная рука легла на руку Сюй Цзыюэ, всё его тело начало дрожать... Он крепче зажмурился.

— Ты собираешься прикоснуться к этому месту? — Сунь Мо положил руку Сюй Цзыюэ себе на левую часть груди.

В этом районе было тихо и спокойно. Сюй Цзыюэ мог чувствовать очертания тела Сунь Мо, и это было всё.

Гм... Сюй Цзыюэ услышал, как он сглотнул.

— Что, так испугался? — Сунь Мо удивленно посмотрел на Сюй Цзыюэ, как будто тот был для него в новинку. Глаза Сюй Цзыюэ были плотно закрыты, и он слегка дрожал, выглядя так, как будто больше всего на свете хотел свернуться в клубок.

— Я, я боюсь... Ты же не превратишься внезапно в страшное, кровавое привидение, правда? — Сюй Цзыюэ, естественно, был очень напуган, но он всё ещё любил лицо Сунь Мо! Если это прекрасное лицо исчезнет, то просто понаблюдайте за ним, он будет громко плакать!

— Ты можешь быть уверен, что я выглядел так ещё до того, как умер. — тон Сунь Мо был ясен, как будто он очень легко воспринял собственную смерть.

Сунь Мо сел и наблюдал, как Сюй Цзыюэ сначала приоткрыл глаза, а затем, убедившись, что перед ним не было кровавой сцены резни, полностью открыл глаза.

— Неудивительно, что к тебе всегда так холодно прикасаться... — Сюй Цзыюэ приподнялся на локтях, пытаясь сесть, но его разум и тело были так слабы от шока, что он упал обратно.

Сюй Цзыюэ: QAQ

Сунь Мо тихо спросил:

— Ты боишься этих вещей?

Сюй Цзыюэ кивнул, ответив жалобным тоном:

— Я действительно боюсь.

Сунь Мо наклонился и приблизил своё лицо к верхней части тела Сюй Цзыюэ. Расстояние между ними было всего несколько сантиметров.

Он заметил выражение лица Сюй Цзыюэ, а затем прокомментировал:

— Похоже, тебе действительно нравится моё лицо.

Сюй Цзыюэ сначала хотел отступить, но так как он лежал на кровати, куда он мог это сделать? В конце концов он решил просто закрыть глаза и поднять голову, на мгновение подавшись вперед, прежде чем снова упасть.

Холодное прикосновение к его губам длилось всего мгновение.

Сюй Цзыюэ глубоко вздохнул, приняв лицо, полное праведности.

— Хорошо! Теперь я могу умереть без сожалений! Убей меня, и мы сможем стать семьей!

Сунь Мо: «...»

Сунь Мо на мгновение замолчал. Он поднял руку и коснулся губ, спрашивая:

— Это поцелуй?

Сюй Цзыюэ был удивлен вопросом:

— Гм, да. Ну, в принципе, это одно и то же.

Сунь Мо снова замолчал.

Сюй Цзыюэ с тревогой смотрел на Сунь Мо, и ему всё больше и больше хотелось плакать.

— Или тебе не нужно меня убивать... На самом деле я всё ещё хочу жить, ах! Послушай, тебе так холодно, я... Я, гм, да! Я могу согреть твою постель!

П/п: согревание чьей-то постели обычно является эвфемизмом для секса.

— Мне не нужно спать. — ответил Сунь Мо. — И... чтобы согреть мою постель, тебе придется всё время оставаться в этой спальне. Разве тебе не было бы страшно?

Сюй Цзыюэ растерянно моргнул:

— Чего тут бояться?

— Ты можешь подойти к двери и посмотреть.

Сюй Цзыюэ чопорно повернулся и уставился на дверь, ведущую в коридор.

— Что в дверных щелях? — его тон уже был немного гнусавым, как будто он собирался заплакать.

— Скорее всего... — Сунь Мо подумал об этом: — Наверное, это глаза.

— ...

Тудум. Сюй Цзыюэ почувствовал, что его сердце вот-вот остановится.

Как раз в тот момент, когда Сюй Цзыюэ был готов рухнуть от стресса, издалека донесся громкий шум.

Сюй Цзыюэ был так напуган, что чуть не выпрыгнул из своей кожи. За звуком последовали крики, но этот звук был более размытым — он мог различить только какие-то неясные звуки.

Сюй Цзыюэ вскочил с кровати, быстро надел ботинки и побежал к двери, собираясь выйти. Затем он вдруг что-то вспомнил и быстро попятился, пока не оказался по крайней мере в трех или четырех метрах, прежде чем остановился.

Он умоляюще посмотрел на Сунь Мо, прося о помощи.

— Я хочу выйти и посмотреть... Это нормально?

Сунь Мо кивнул, но Сюй Цзыюэ всё ещё не осмеливался открыть дверь сам. Итак, Сунь Мо медленно встал с кровати, надел ботинки и открыл дверь.

Если бы он ничего не знал, то Сюй Цзыюэ, вероятно, не был бы так напуган. Но теперь, когда Сунь Мо сказал что-то подобное, Сюй Цзыюэ не мог перестать думать об этом. Он не мог не задаться вопросом, что как только он и Сунь Мо вошли в комнату и закрыли дверь, все остальные двери на этом этаже тихо открылись, и существа внутри стали красться рядом с их комнатой, наблюдая за ними через дверные щели за каждым их движением. А ночью, как только они заснут...

Сюй Цзыюэ крепко обнял Сунь Мо за руку:

— Поторопись, давай двигаться быстрее.

Хотя он уже знал, что Сунь Мо не был человеком, но в этот момент только он мог принести ему некоторое чувство безопасности. Одиночество заставило бы его бояться ещё больше.

Несчастный случай произошел на шестом этаже лекционного зала. Это было довольно близко к общежитию на шестом этаже, так что Сюй Цзыюэ вполне отчетливо слышал шум. Более того, очевидно, произошло что-то большое, потому что шум не был маленьким.

Когда Сюй Цзыюэ тащил Сунь Мо к месту происшествия, другие игроки, которые пропустили занятия, также прибыли на место. Они добрались туда чуть раньше, чем Сюй Цзыюэ, но, очевидно, тоже не знали, что произошло.

Сюй Цзыюэ немного поспрашивал, но никто ничего не знал. В конце концов Чжан Цзин подбежал, чтобы посмотреть, и вернулся с уродливым выражением лица. Очевидно, потолочный вентилятор в классе упал и убил насмерть нескольких игроков, которые посещали занятия. Та же участь постигла и других НПС.

Сюй Цзыюэ решил не мучить себя, подбежав и взглянув.

— На данный момент у нас слишком мало информации. — сказал Чжан Цзин, — Если так будет продолжаться и дальше, то мы все умрем, прежде чем выйдем из игры.

Он вдруг о чем-то подумал и обратил свое внимание на Сюй Цзыюэ.

— Сюй Цзыюэ, откуда у тебя была такая информация?

Остальные тоже уставились на него.

Именно Сюй Цзыюэ велел им пропустить занятия, тем самым спасая их жизни. Но если он хотел спасти их, почему бы им просто не сказать это прямо в первую очередь?

Сам Сюй Цзыюэ не знал, что пропускать занятия — значит избегать флага смерти, поэтому он, естественно, потерял дар речи.

Проницательный взгляд Чжан Цзина упал на Сунь Мо, и он уверенно заявил:

— Он рассказал тебе об этом, верно? — «он» в его предложении, естественно, относилось к Сунь Мо.

Сунь Мо всё это время пристально смотрел на Сюй Цзыюэ, и, несмотря на то, что слова Чжан Цзина явно относились к нему, он никак не отреагировал.

— Разве этот НПС не разговаривает? — тихо прошептал игрок рядом с Чжан Цзином.

— Я только иногда видел, чтобы Сюй Цзыюэ разговаривал с ним, и он иногда отвечает. Однако я никогда не видел, чтобы этот НПС разговаривал с кем-то ещё.

— Как насчет этого. — Чжан Цзин решил не обращать внимания на Сунь Мо, — Почему бы вам не пойти с нами для небольшой дискуссии?

Были некоторые вещи, о которых он всё ещё очень неохотно говорил в присутствии двусмысленного НПС.

Хотя у некоторых НПС были только фиксированные диалоги и действия, этот НПС по имени Сунь Мо явно не был одним из них. Именно таких НПС, как Сунь Мо, у которых были свои собственные мысли и идеи, они должны были остерегаться больше всего.

Сюй Цзыюэ посмотрел на Сунь Мо:

— Гм... Я должен поговорить с ними. Ты можешь подождать меня здесь?

Очевидно, он был из тех, кто помнит только то, что они ели, а не то, какие побои они перенесли*. Поскольку Сунь Мо не причинил ему никакого существенного вреда, как только Сюй Цзыюэ увидел его красивое лицо, он сразу же отодвинул все остальное на задний план.

П/п: запоминает только хорошее, является простодушным человеком.

Что касается Сунь Мо, то он выглядел так, словно о чем-то глубоко задумался, и просто рассеянно кивнул.

Сюй Цзыюэ немного отошел вместе с остальными игроками, а затем с любопытством спросил:

— Что вы, ребята, хотели обсудить?

Сюй Цзыюэ немного отошел вместе с остальными игроками, а затем с любопытством спросил:

— Что вы, ребята, хотели обсудить?

— Какова личность Сунь Мо? — потребовал Чжан Цзин.

— ...Обычный студент. — Сюй Цзыюэ почесал в затылке, — Я также не уверен, но у него нет никаких вредных намерений.

Кто-то сзади фыркнул, а затем сказал:

— Теперь у него может быть какое-то намерение причинить тебе боль, но как насчет других? Ты что-то от нас скрываешь?

Присутствующие люди не были идиотами. Всё это время, пока они вели расследование, Сунь Мо всегда был с ними. Кто знает, не скрыл ли он какую-то важную информацию, из-за чего они упустили ключевые факты? Кроме того, действия Сюй Цзыюэ были очень подозрительными, он повсюду следовал за Сунь Мо. Его поведение было очень странным для игрока.

На этот раз единственная причина, по которой они сбежали, заключалась в том, что Сунь Мо предупредил Сюй Цзыюэ, а тот рассказал им. От их внимания не ускользнуло, что Сунь Мо не собирался помогать им и, возможно, даже помогал продвигать некоторые события.

И поскольку Сюй Цзыюэ сделал выбор, чтобы помочь им, существовала также вероятность, что однажды он решит не помогать им. Видя, как Сюй Цзыюэ весь день околачивался вокруг Сунь Мо, было очень вероятно, что он знал о многих вещах, о которых они не знали.

У Сюй Цзыюэ действительно были вещи, которые он скрывал от них... Но это было просто потому, что он боялся, что они будут действовать против Сунь Мо. Хотя, если бы Сунь Мо действительно сделал что-то, что может навредить этим игрокам, то он также не смог просто стоять там и оставаться сторонним наблюдателем.

Без Сунь Мо Сюй Цзыюэ не смог бы зачистить свою игру. И что пугало его больше всего, так это подозрение, что, как только Сунь Мо исчезнет, другие игроки смогут зачистить свою игру.

Если это было правдой, то не означало ли это, что он и Сунь Мо были в одной команде?

Сюй Цзыюэ нерешительно пробормотал:

— Я больше ничего не знаю. Если есть другие проблемы, то почему бы вам не пойти и не спросить этого зеркального призрака? Почему вы на меня давите?

Игрок посмотрел на Сюй Цзыюэ более недоверчиво:

— Ты действительно что-то скрываешь от нас! — поскольку он велел им пойти и спросить другого призрака, это означало, что он знал, что им ещё многое предстоит выяснить.

Чжан Цзин положил руку на стимулированного игрока, удерживая его, и спокойно посмотрел на Сюй Цзыюэ.

— Так ты собираешься встать на сторону этого НПС, почему? Если ты не собираешься откровенничать с нами, а вместо этого настаиваешь на том, чтобы остаться с Сунь Мо, то в будущем тебя больше не будут принимать у нас.

Сюй Цзыюэ открыл рот, чтобы возразить. Он понимал, куда ведет Чжан Цзин, но ему всё ещё было трудно принять это. Хотя... это правда, что он только наполовину помогал им, и личность Сунь Мо действительно была загадкой. Если бы Сунь Мо действительно оказался чем-то плохим, то разве он просто не навредил бы этим игрокам?

— Ладно, отлично... Вы, ребята, делайте всё, что хотите. Просто будьте в безопасности. — он ни словом не обмолвился о том, почему он повсюду следовал за Сунь Мо.

— Хорошо, тогда ты можешь идти. — Чжан Цзин наблюдал, как Сюй Цзыюэ оставил их и, что неудивительно, направился в сторону Сунь Мо.

— Что нам теперь делать? Неужели нам действительно нужно искать того человека в зеркале? — некоторые из собравшихся игроков не хотели идти на поиски зеркального призрака. Кто знает, каково было психическое состояние другого? Оно может быть хорошим или неустойчивым, и кто знает, может быть, он внезапно сойдет с ума на полпути разговора с ними?

— Мы должны идти. Если информация передается из вторых рук, она всегда будет немного отклоняться от первоначального источника. — Чжан Цзин прищелкнул языком: — Собирайтесь, мы идем в туалет.

— Подожди минутку... Эй, мне вдруг пришла в голову идея. — кто-то, стоявший в стороне, внезапно проявил озарение.

— Если тебе есть что сказать, то поторопись и выкладывай это. — раздраженно ответил Чжан Цзин.

— Ребята, подумайте о наших точных условиях для этой игры, о варианте, который мы все в значительной степени проигнорировали, поскольку все считают, что это невозможно.

— Ни за что...

— Даже сама игра сказала, что нужно быть предельно осторожным, если следовать этому точному условию. Кроме того, до самого последнего момента, как мы можем знать, кто является последним боссом?

— Да, и более того, этот Сюй Цзыюэ начал цепляться за этого Сунь Мо, как только он вошел в игру, без какого либо расследования или доказательств. Я не верю, что может быть такое совпадение.

— Тогда что? Он не хочет участвовать в этой игре? Я в это не верю!

Чжан Цзин обернулся и увидел, что Сюй Цзыюэ оживленно разговаривает с Сунь Мо, и его хмурый взгляд стал ещё глубже.

Он проинструктировал:

— Идите в туалет и найдите этого Сунь Сюэбао. Если он действительно хочет, чтобы люди спасли его, тогда он обязательно появится.

*  *  *  *  *

Сюй Цзыюэ вернулся к Сунь Мо и оплакал:

— Я был брошен группой.

Сунь Мо кивнул:

— Хн.

— Ты слишком холоден ко мне. — Сюй Цзыюэ поднял голову и уставился на рот Сунь Мо, — Я даже поцеловал тебя...

Сюй Цзыюэ вздохнул и решил больше не зацикливаться на поведении Сунь Мо.

— Они, вероятно, собираются найти этого Сунь Сюэбао. Если они захотят действовать против тебя, что нам делать?

— Нет никаких проблем.

— Ты знаешь, что такое флаг? — затем Сюй Цзыюэ привел Сунь Мо несколько примеров, таких как генерал, пообещавший прямо перед тем, как отправиться на битву: «Подожди, пока я выиграю, я обязательно вернусь, чтобы жениться на тебе»; студент, сказавший: «Не волнуйся, я никогда не буду пойман на мошенничестве наблюдателем за экзаменами»; и классическое «Даже если я умру с голоду, я определенно не буду есть еду здесь» и так далее...

Сунь Мо нахмурился и на мгновение задумался:

— Это, наверное, потому, что у них воронья пасть.

П/п: когда человек склонен сглазить вещи; они будут размышлять о плохом, худшем сценарии, и это неизбежно произойдет.

— ... Правда, это довольно похоже, не так ли?

Сунь Мо лишил Сюй Цзыюэ дара речи. Он огляделся и посмотрел вдаль, его взгляд остановился на здании общежития. Это мгновенно напомнило ему о проблеме, связанной с тем, где они должны спать этой ночью. Сменив тему, он сказал:

— Сунь Мо, сегодня вечером, почему бы тебе не поспать со мной в моей спальне? — он был немного травмирован тем, что Сунь Мо рассказал ему о шестом этаже ранее.

— Ты уверен? — спросил Сунь Мо.

— В чем тут сомневаться? По крайней мере, на третьем этаже, где я сплю, все люди.

— ...Ты боишься этих призраков, но не боишься меня? Потому что я хорошо выгляжу? — Сунь Мо пристально посмотрел на Сюй Цзыюэ. Это редкий случай, когда его глаза отражали ясное настроение — замешательство.

Он, вероятно, не мог поверить, что на самом деле есть кто-то такой мелкий, как Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ слегка фыркнул.

— Похоже, ты не веришь в то, что я сказал. Мне действительно нравится твоя внешность, но если у тебя были бы намерения причинить мне боль, то, конечно, испугался бы и убежал. Но у тебя нет никаких вредных намерений, ах. — Сюй Цзыюэ потер лицо и продолжил: — Я не пытаюсь обмануть тебя, я также хочу изменить эту проблему, ах. Когда я был ребенком, если я шел по дороге и видел красивого мужчину или женщину, я останавливался и отказывался уходить. Но в этом возрасте люди просто думают, что ребенок ведет себя мило. Однако, если бы я пошел по дороге в подростковом возрасте, а затем отказался продолжать идти из-за красивого человека, то это, вероятно, больше не казалось бы милым... а скорее, своего рода извращением.

— Конечно, это состояние действительно очень неприятно. Меня так много раз обманывали. Например, если девушка, раздающая придорожные листовки, очень хорошенькая, то я бы не отказался от рекламы. Для меня всё это уже повседневная жизнь, но есть также люди, которые просят зарегистрироваться для членства... В принципе, пока у меня есть деньги, я с радостью стану добровольным клиентом. Я даже не знаю, сколько членских карточек я раздал из вторых рук. — Сюй Цзыюэ ещё раз вздохнул. Раньше он даже всерьез задумывался о том, что ему делать со своим состоянием, когда он получит работу. В конце концов, как обычный студент, даже если бы его обманули, последствия всё равно не были бы слишком серьезными.

Но что бы он ни замышлял, даже он не ожидал, что умрет, как только сдаст экзамены.

И так как он уже умер, когда он вошел в игровой мир, Сюй Цзыюэ решил просто расслабиться и позволить своим тенденциям к лицедейству идти безудержно.

Сунь Мо кивнул, показывая, что понял. Затем он небрежно нанес Сюй Цзыюэ серьезную рану в сердце.

— Ты такой поверхностный.

Сюй Цзыюэ: «...» Спасибо. Если бы я не был таким поверхностным, то действительно не смог бы вынести твою личность!

Сюй Цзыюэ дипломатично начал:

— Если ты такой, то то, что ты сказал о том, что я первый человек, которому ты нравишься, действительно может быть правдой. — Сюй Цзыюэ покачал головой и продолжил: — Видишь ли, во-первых, это из-за твоей плохой личности — другие говорят с тобой, а ты даже не отвечаешь. Во-вторых, твой эмоциональный интеллект, вероятно, не настолько высок — тебе намеренно нравится тыкать в раны других. В-третьих, в-четвертых, в-пятых... Всё это приводит к твоей личности.

На этот раз Сунь Мо действительно дал Сюй Цзыюэ достойный ответ.

— Я не хотел отвечать, поэтому и не отвечаю. Поэтому не удосужился говорить с тобой.

— ... — было лучше, когда ты не говорил!

Сюй Цзыюэ принял выражение широко раскрытых глаз и притворился, что держится за своё сердце, а затем представил его Сунь Мо:

— Почему ты не хотел отвечать мне? Разве ты не видишь, как болит моё сердце?

Сунь Мо научился у Сюй Цзыюэ и ответил, хотя на самом деле ему нечего было сказать.

— Сначала это было потому, что ты был незнакомцем, и я не знал тебя. Со мной также не разговаривали много лет, поэтому иногда я не знал, как ответить, и пока я думал, ты переходил к другим темам.

Сюй Цзыюэ не ожидал, что другой откроется, и он взволнованно подпрыгнул на месте.

— А потом? А потом?

— Позже... Я хотел посмотреть, сколько слов тебе нужно сказать и о чем ещё ты будешь говорить.

Сунь Мо просто объяснял свои мысли, но для Сюй Цзыюэ, который жадно слушал, эти слова имели совершенно другой смысл. Сюй Цзыюэ ярко сиял, чувствуя себя очень счастливым.

— На самом деле, ты довольно хорошо знаешь правильные слова, которые можешь сказать.

Затем Сюй Цзыюэ положил руки на бедра.

— Но есть одна ошибка, которую я собираюсь исправить.

— Ладно, поправь меня.

Сюй Цзыюэ удовлетворенно поднял большой палец Сунь Мо. Нужно помнить, что раньше Сунь Мо просто спокойно смотрел на него, пока он говорил, лишь изредка произнося «хн», чтобы показать, что он слушает.

— Если только один человек будет продолжать говорить, то этот разговор не продлится долго. В конце концов, очень утомительно пытаться найти новые темы для обсуждения. Но если ты каждый раз будешь говорить мне в ответ одно предложение, то это продлится вдвое дольше. — Сюй Цзыюэ сделал рукой жест «два», — Не говоря уже о том, что если ты ответишь мне, то я скажу гораздо больше, чем сказал бы, если бы ты вообще не ответил!

Сунь Мо кивнул и ответил:

— Хорошо, я понял.

Сюй Цзыюэ счастливо улыбнулся, его глаза прищурились.

В тот же день Сюй Цзыюэ собрал немного еды из столовой для Сунь Мо, а затем повел его в своё жилище — в комнату общежития номер 301.

Как правило, если кто-то должен был привести кого-то в общежитие, чтобы провести ночь, то вежливо сначала предупредить своих соседей по комнате.

Но Сюй Цзыюэ на самом деле понятия не имел, кто его соседи по комнате, не говоря уже о том, что за последние два дня погибло более дюжины игроков. Он даже не знал, сколько его соседей по комнате ещё живы.

Сюй Цзыюэ вошел в комнату и был ещё более чужим, чем Сунь Мо, осматриваясь повсюду и прикасаясь ко всему. Напротив, Сунь Мо сразу же нашел стол с надписью «Сюй Цзыюэ» и сел.

— Как ты думаешь, сегодня вечером в этой комнате будем только мы вдвоем? — Сюй Цзыюэ открыл свой гардероб и начал исследовать его, на самом деле найдя два комплекта пижамы его точного размера.

Хм, как и ожидалось от игры.

Прежде чем Сунь Мо успел ответить, дверь распахнулась снаружи.

Человек, который вошел, был тем, кого Сюй Цзыюэ знал. Это был Лу Женьцзя.

И он был совсем один.

Сюй Цзыюэ с удивлением наблюдал, как вошел Лу Женьцзя:

— Какое совпадение!

Когда Лу Женьцзя увидел Сюй Цзыюэ, он тоже отреагировал с удивлением. Затем последовало облегчение, но как только он увидел Сунь Мо, его тело снова напряглось, как будто он защищался от чего-то.

Сюй Цзыюэ спросил:

— Только мы вдвоем в этой комнате?

Лу Женьцзя нервно посмотрел на Сунь Мо, прежде чем утвердительно хмыкнуть в ответ на вопрос Сюй Цзыюэ.

— Тебе не нужно так нервничать, Сунь Мо хороший парень. — Сюй Цзыюэ почувствовал себя очень усталым, глядя на язык тела Лу Женьцзя: «не хочу входить, но мне больше некуда идти».

Лу Женьцзя выглянул в коридор, и ему захотелось заплакать. Кроме Сюй Цзыюэ, осталось всего 10 игроков. В номере могло поместиться 4 человека, и так уж получилось, что... Теперь он один. И кто-то намеренно сказал, что, поскольку он и Сюй Цзыюэ были соседями по комнате, то он был не один, и поэтому отклонил его просьбу переехать в другую комнату.

Но кто из игроков к настоящему времени не знал, что Сюй Цзыюэ вообще не спал в отведенной ему комнате.

Поэтому, когда он увидел Сюй Цзыюэ в комнате, Лу Женьцзя почувствовал облегчение, потому что ему не придется спать одному в этом жутком месте.

Он даже подумал о том, что, если он умрет ночью, другие игроки узнают об этом только на следующее утро, или, может быть, вообще не узнают. Его чувство существования всегда было несколько слабым...

Но, несмотря на то, что Сюй Цзыюэ появился, он также привел с собой Сунь Мо.

— Мы, мы уже узнали у Сунь Сюэбао. Он призрак! — у Лу Женьцзя был такой вид, будто он в любой момент готов бежать, спасая свою жизнь.

Сюй Цзыюэ подумал об этом и понял, что действительно не может опровергнуть это утверждение. Но...

— Лу Женьцзя, что плохого в том, чтобы быть призраком? Смотри, он всё ещё выглядит как человек! — Сюй Цзыюэ поднял Сунь Мо, который сидел рядом с ним, а затем ткнул его в лицо, — Смотри, какой мягкий! Он не страшный!

— Кроме того, тебе не кажется, что сосуществование с врагом дает тебе острые ощущения от того, что ты тайный вор? Кроме того, подумай об этом так — если Сунь Мо рядом с нами, будут ли какие-то другие призраки, которые попытаются причинить нам вред? Он может договориться с ними за нас, верно?

Сунь Мо: «...»

Лу Женьцзя: «...»

Лу Женьцзя слегка покачнулся, но тут же пришел в себя. Он покачал головой:

—Тебя обманывают, как это возможно! Вполне вероятно, что эти люди были убиты им в первую очередь!

— Нет! — очень уверенно заявил Сюй Цзыюэ. Но потом он повернулся, чтобы подтвердить Сунь Мо: — Это был не ты, верно?

Выражение лица Лу Женьцзя показывало, что он был на грани обморока.

— Ты даже не знаешь! Почему ты его защищаешь?

Сюй Цзыюэ поднял бровь и как ни в чем не бывало заявил:

— Он красивый!

Лу Женьцзя: «...»

Лу Женьцзя задохнулся от слов Сюй Цзыюэ и чуть не потерял сознание. Он был так возбужден Сюй Цзыюэ, что не мог реагировать спокойно, как раньше. Ярость бросилась ему в голову, и он поднял руку, сердито указывая на Сунь Мо:

— Не забывай! Только после того, как он появился, было найдено тело Ли Го!

Сюй Цзыюэ задумчиво нахмурился.

Лу Женьцзя глубоко вздохнул, презрительно хмыкнув.

— Только, кто такой Ли Го...?

Лу Женьцзя повернулся, чтобы указать на Сюй Цзыюэ, его пальцы дрожали. Его рот несколько раз открывался и закрывался, но он был слишком зол, чтобы говорить.

— О, я вспомнил! — выражение лица Сюй Цзыюэ было немного смущенным. Не то чтобы он намеренно забыл, но там было 19 имен! Как он мог вспомнить, кто есть кто за такой короткий промежуток времени?

Прошлой ночью, когда они все держались за руки и шли к лекционному залу, Ли Го — так звали тело, за которое держался предпоследний игрок.

Услышав это от Лу Женьцзя, Сюй Цзыюэ понял, что это действительно было случайным совпадением.

Он повернулся, чтобы посмотреть на Сунь Мо:

— Это было...?

— Я увидел, что вы его ищете, и решил привести его к вам, ребята. — ответил Сунь Мо, глядя на Лу Женьцзя.

— Это был ты! — крикнул Лу Женьцзя, указывая на Сунь Мо. Он повернулся и уже собирался выбежать и найти других игроков, когда дверь спальни внезапно закрылась и заперлась, заперев его внутри с Сюй Цзыюэ и Сунь Мо.

Сюй Цзыюэ тоже был поражен, и он обернулся, чтобы вопросительно посмотреть на Сунь Мо.

Сунь Мо покачал головой.

— Ты, ты, ты, ты... Не убивай меня! — Лу Женьцзя прислонился к двери, стараясь держаться как можно дальше от Сюй Цзыюэ и Сунь Мо.

— Никто тебя не убьет, перестань кричать! — Сюй Цзыюэ подошел и оттолкнул Лу Женьцзя в сторону, приложив ухо к двери и прислушиваясь.

Лу Женьцзя сглотнул, нервно наблюдая за Сюй Цзыюэ.

— Те, кто рядом с нами, бьют в дверь, так что они тоже должны быть заперты. — Сюй Цзыюэ также смутно слышал, как Чжан Цзин кричит и ругается.

— Тогда, что же нам делать? — в это время Лу Женьцзя действительно снова начал доверять Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ покачал головой:

— Я не знаю. — он посмотрел на Сунь Мо, — Ты знаешь, что происходит?

— Эти твари наверху спустились. — Сунь Мо посмотрел на этаж выше.

Сюй Цзыюэ скорчил гримасу:

— Только не говори мне, что ты говоришь о тех существах за запертыми комнатами наверху?

Сунь Мо кивнул.

— Они не смогли меня найти, поэтому спустились сюда.

Сюй Цзыюэ: «...»

— Так что же это такое... — спросил Лу Женьцзя со слезами на глазах.

— Если кто-то из вас согласился помочь Сунь Сюэбао, то это тот, кого они ищут.

Сюй Цзыюэ смущенно спросил:

— Что ты имеешь в виду?

На этот раз Сунь Мо не ответил.

С наступлением ночи звуки за соседней дверью исчезли. Сюй Цзыюэ был немного встревожен, но как бы сильно он ни толкал или пинал дверь, она не открывалась.

Сунь Мо, казалось, вообще не заботился о происходящем. Он взял пижаму, которую дал ему Сюй Цзыюэ, и вошел в ванную, готовясь умыться и лечь спать.

Лу Женьцзя отошел в сторону, бормоча «что мне делать?!» снова и снова, и это действительно действовало Сюй Цзыюэ на нервы.

Слева от комнаты 301 находилась комната 302. Лу Женьцзя упоминал, что в 302-м жили несколько игроков. Все они поменялись комнатами, чтобы было легче присматривать друг за другом. Однако в этот момент слева не было слышно ни звука.

Напротив, с правой стороны, где явно не было игроков, раздалось несколько голосов.

— Это всё из-за него...

— Он должен умереть...

— Он не может оставаться в живых...

Сюй Цзыюэ покусывал палец и гадал, кто же этот «он».

Он подумал об этом, а затем встал и побежал прямо в ванную. Он толкнул дверь, не задумываясь:

— Сунь Мо, я... — увидев спину Сунь Мо, Сюй Цзыюэ застыл в шоке.

Сунь Мо надел рубашку, а затем скомкал ту, которую только что стянул, в комок, повернулся и спросил:

— Что случилось?

— Твоя спина...

— Хм. — Сунь Мо прошел мимо Сюй Цзыюэ и вышел. Сюй Цзыюэ последовал за ним, но когда он увидел Лу Женьцзя, он не смог произнести свои вопросы вслух. Он снова подумал о спине Сунь Мо, покрытой кровью и рваными ранами.

Было какое-то дежавю... Это было совсем как у Сунь Сюэбао!

Как только Сунь Мо вышел, звуки шепота из комнаты справа прекратились.

— В другой комнате что-то есть? С ними всё будет в порядке? — спросил Сюй Цзыюэ у Сунь Мо.

Сунь Мо повернулся, чтобы посмотреть на обеспокоенное выражение лица Сюй Цзыюэ, и это, в свою очередь, заставило Сюй Цзыюэ почувствовать себя неловко.

Сюй Цзыюэ пробормотал:

— В чем дело? Почему ты так на меня смотришь?

— Ничего.

Сюй Цзыюэ не знал, было ли «ничего» Сунь Мо ответом на его первый вопрос относительно других комнат, или относительно того, что он спросил, в чем дело.

Лу Женьцзя просто не осмеливался пойти в ванную, так как внутри было зеркало. Думая о окровавленной спине Сунь Мо, Сюй Цзыюэ умылся так быстро, как только смог, и выбежал, как только закончил. Однако зеркальный призрак так и не появился.

Несмотря на это, Лу Женьцзя отказался войти.

Сюй Цзыюэ мог только проигнорировать его.

Он взял Сунь Мо за руку и повел его к своей кровати. Как и у Сунь Мо, кровать Сюй Цзыюэ тоже была верхней койкой. Когда они оба легли, Сюй Цзыюэ нежно сжал руку Сунь Мо. Поскольку кровать была довольно узкой, и они оба лежали, половина его тела была тесно прижата к руке Сунь Мо.

Сюй Цзыюэ потянул за одеяло, а затем шепотом спросил:

— Что будет с людьми по соседству? И что ты имел в виду раньше, говоря о тех, кто обещал Сунь Сюэбао? Что именно там, в коридорах? Можешь ли ты справиться с ними? Почему они последовали за тобой на этот этаж?

Сунь Мо раздраженно посмотрел на него:

— У тебя так много вопросов.

— Это потому, что ты мне ничего не рассказываешь. Если ты скажешь мне, я узнаю и больше не буду спрашивать.

Сунь Мо на мгновение задумался и ответил:

— Если ты хочешь выйти, я могу открыть дверь, но в этом действительно нет смысла. С другими людьми всё будет в порядке. Те существа снаружи, ты можешь думать о них как о призраках с обидами.

— Обидами... — Сюй Цзыюэ медленно повторил это слово. Это слово очень легко ассоциировалось с претензиями, жалобами и тому подобными вещами.

Но у тех, кто обижен, всегда есть цель, и Сунь Мо уже сказал, что они найдут тех, кто согласился помочь Сунь Сюэбао.

Согласился ли он тогда? Сюй Цзыюэ действительно не мог вспомнить, что он сказал Сунь Сюэбао, но до сих пор с ним ничего не случилось. Хотя, скорее всего, это могло быть связано с Сунь Мо.

Сунь Мо мог открыть двери, но он сказал, что в этом нет смысла. В конце концов, что они будут делать дальше, выйдя из комнаты? Сбегать? Куда им бежать? Поскольку не было никакого вреда в том, чтобы оставаться на месте, тогда не было никакой необходимости бежать.

Сюй Цзыюэ крепче сжал руку Сунь Мо.

— Тогда что это у тебя на спине? — он даже не стал дожидаться ответа Сунь Мо, прежде чем продолжить: — Не пытайся лгать мне, я также видел что-то подобное на Сунь Сюэбао.

Спина Сунь Мо и Сунь Сюэбао отличалась очень мало — у обоих были кровоточащие раны, которые не показывали никаких признаков заживления.

Но когда Сунь Мо был одет в свою обычную одежду, этого вообще нельзя было сказать... Это было единственное различие между ним и Сунь Сюэбао.

Губы Сунь Мо изогнулись, образуя очень очевидную улыбку:

— Ага. Я вырезал это на его спине.

Сюй Цзыюэ почувствовал, как у него пересохло в горле.

— А как насчет тебя?

Даже не дожидаясь ответа Сунь Мо, Сюй Цзыюэ ответил сам.

— Это ведь он вырезал это, верно?

Сюй Цзыюэ уткнулся лицом в изгиб шеи Сунь Мо, и с дыханием горячего воздуха Сунь Мо действительно почувствовал иллюзию, что у него снова есть тепло тела.

— Я знал, что он не был хорошим. — тихо пробормотал Сюй Цзыюэ.

Сунь Мо протянул руку и слегка коснулся макушки Сюй Цзыюэ, его губы сложились в небольшую искреннюю улыбку...

*  *  *  *  *

В ту ночь Сюй Цзыюэ снова приснился сон. Однако на этот раз сны, казалось, не имели ничего общего с Сунь Мо.

Он увидел женщину, на которую кричали. Она покорно и слабо кланялась, пытаясь подобрать бобы, которые были разбросаны по земле. Однако бобы были маленькими и многочисленными, и они были разбросаны по большой площади. Кто знает, сколько времени потребуется, чтобы всё собрать, и как будет болеть её спина?

Все люди вокруг неё закрывали глаза, делая вид, что ничего не видят.

В стороне стояла женщина и холодно смотрела. Время от времени она также произносила несколько слов упрека.

Затем он увидел, как подошел Сунь Сюэбао со школьным рюкзаком и побежал к женщине, которая стояла в стороне. Эта женщина сразу же изменила выражение своего лица, стала нежной и любящей, взяла сумку Сунь Сюэбао и увела его. Когда небо постепенно почернело, женщине, которая всё ещё сидела на корточках на земле, удалось собрать только немного бобов. Вдалеке постепенно приближалась фигура...

Сюй Цзыюэ проснулся.

Он посмотрел на потолок и впал в оцепенение, уставившись на белую, как снег, краску.

Сунь Мо уже встал, но ещё не ушел. Он сидел на стуле внизу.

— Где Лу Женьцзя? — Сюй Цзыюэ провел рукой по волосам и слез с кровати.

— Он ушел вместе с остальными.

Дверь, которая была плотно закрыта прошлой ночью, теперь легко открылась. Сюй Цзыюэ довольно долго возившийся с замком, чувствовал себя озадаченным.

Сюй Цзыюэ спросил:

— Почему эти двери открываются днем и закрываются ночью?

— Потому что, как и мы с тобой, они должны идти в класс.

Сюй Цзыюэ вздрогнул и чихнул.

Если то, что сказал Сунь Мо, было правдой... Тогда казалось, что эти призраки с обидами сосуществовали с ними. Когда он спал, они тоже спали. Они даже заперли двери, чтобы не бродить по ночам. Во время урока они тоже были там, сидели рядом с ними, как их одноклассники, смотрели на них и следили за каждым их движением...

Если эти НПС были всеми этими нечистыми существами...

Сюй Цзыюэ задрожал и решил перестать думать.

Он не должен поощрять такое активное воображение.

По дороге в класс Сюй Цзыюэ ещё немного подумал о своем сне той ночью.

Похожая на землеройку женщина, которая продолжала кричать, вероятно, была матерью Сунь Сюэбао, что касается другой женщины... Сюй Цзыюэ чувствовал, что она очень хорошенькая. Черты её лица были очень похожи на черты лица Сунь Мо.

— Так вы с Сунь Сюэбао родственники? — Сунь Мо говорил так, как будто они были двоюродными братьями, но Сюй Цзыюэ всё ещё был немного смущен.

— Его отец — мой дядя.

Когда он сказал это, Сунь Мо не проявил ни малейшей нежности, обычно проявляемой, когда речь заходит о родственниках.

— Типа... ваши отцы были братьями? Настоящий род, связанный с кровью?

Сунь Мо кивнул в ответ.

Сюй Цзыюэ снова подумал об открытых ранах на их спинах и нервно сглотнул.

Сюй Цзыюэ вспомнил всю информацию, с которой он столкнулся до сих пор, а затем прямо спросил Сунь Мо:

— Ты знаешь причину, по которой средняя школа Шанъян была заброшена? Кроме того, что именно произошло до инцидента? Ты всё это знаешь?

Сунь Мо кивнул и ответил:

— Да, я знаю.

Глаза Сюй Цзыюэ заблестели, и он с нетерпением уставился на Сунь Мо.

— Потому что... Первым, кто умер, был я.

Сюй Цзыюэ был ошеломлен словами Сунь Мо. Он уставился в спину собеседника, когда Сунь Мо входил, совершенно не зная, что сказать.

Внезапно, на периферии своего зрения, Сюй Цзыюэ поймал сбоку зеркального призрака. Того, кто также появлялся в его снах — Сунь Сюэбао!

Сунь Сюэбао сидел в углу класса, спокойно наблюдая за Сюй Цзыюэ. Когда их глаза встретились, он улыбнулся, полный злобы.

Сюй Цзыюэ ясно помнил, что только вчера за этим столом сидел игрок!

Все волоски на его руке мгновенно встали дыбом.

Сюй Цзыюэ схватил Сунь Мо за запястье и повернулся, чтобы выбежать. Не было никаких причин, кроме простого, острого страха.

Всё, о чем Сюй Цзыюэ мог думать в этот момент, было то, что это существо, которое вероятно даже не было человеком, сбежало из зеркала и, скорее всего, заменило кого-то в реальном мире.

И никто не знал, было ли это существо, появившееся из зеркала, опасным или безвредным.

Однако Сюй Цзыюэ не удалось оттащить Сунь Мо. Другой стоял на своем, заставляя Сюй Цзыюэ отпрянуть от силы отдачи.

— Занятия начинаются. — голос Сунь Мо был таким же холодным, как всегда, как будто он даже не видел Сунь Сюэбао.

— Ты...

Сюй Цзыюэ даже не закончил говорить, когда Сунь Мо потянул его обратно в класс, однако другой не повел Сюй Цзыюэ к его месту, а вместо этого к его собственному.

Сунь Мо бросил на него взгляд, а затем сказал:

— Ты сядешь здесь, на моем месте.

Это было похоже на то, как Сюй Цзыюэ внезапно заболел крапивницей. Он так зудел и был взволнован, что не мог усидеть на месте. Через некоторое время он не мог не оглянуться на Сунь Сюэбао.

Однако, кроме первого взгляда, который он бросил на Сюй Цзыюэ, Сунь Сюэбао провел всё занятие, глядя на Сунь Мо.

Ненависть, злоба, насилие и страх наполнили глаза Сунь Сюэбао. Выражение его лица менялось каждые несколько секунд, настолько бурно, что казалось, его лицо может оторваться и отвалиться в любой момент.

Сюй Цзыюэ мгновенно покрылся мурашками.

И всё же Сунь Мо, на которого смотрели с такой ненавистью, вел себя так, словно ничего не замечал. Он сидел спокойно, как гора, с раскрытым учебником и ручкой наготове, внимательно слушая урок.

Сюй Цзыюэ чувствовал себя очень неуютно, сидя за столом Сунь Мо.

Он огляделся и заметил, что никто, похоже, не понял, что что-то не так. Это было на самом деле то, что Сюй Цзыюэ нашел самым странным.

Только Лу Женьцзя внешне дрожал. Поскольку его стол был не совсем ровным, каждый раз, когда он дрожал, ножки его стола также издавали стук о пол.

Звук был не слишком громким, но поскольку Сюй Цзыюэ сидел довольно близко, он мог ясно его слышать.

Лу Женьцзя был совершенно неподвижен; его спина была прямой, как столб, лицо наклонено к доске и ни на миллиметр не отклонено влево или вправо. Только его глаза продолжали вращаться влево, но из-за того, что он не осмеливался повернуть голову, он ничего не видел.

Его глаза выпучились от напряженных усилий, и кровеносные сосуды быстро становились заметными. В общем, он выглядел очень странно и гротескно.

Это действительно было слишком жутко.

Но Сюй Цзыюэ знал, на что он пытается посмотреть.

Он пытался наблюдать за Сунь Сюэбао, но боялся смотреть, боялся встретиться с ним глазами или увидеть что-нибудь ещё нечистое.

Если бы Сюй Цзыюэ сидел позади Сунь Мо, он, возможно, чувствовал бы себя очень напуганным, но поскольку он знал, что Сунь Мо сейчас позади него, он подсознательно не чувствовал такого страха.

У него даже хватило смелости оглянуться на Сунь Сюэбао, только чтобы обнаружить, что тот смотрел прямо на Сунь Мо, не обращая особого внимания ни на кого другого.

Вероятно, между этими двумя людьми существовала какая-то великая и глубокая ненависть.

Сюй Цзыюэ подумал о кровавых словах на спине этих двух людей и содрогнулся. Кто первым вырезал эти ужасные слова и нанес эти ужасные раны другому?

Было ещё раннее утро, и всё же в животе Сюй Цзыюэ уже чувствовалась тошнота.

Сюй Цзыюэ оторвал листок бумаги и написал на нем: «Кто-нибудь ещё заметил что-нибудь странное этим утром?» прежде чем бросить его в Лу Женьцзя, когда учитель повернулся к нему спиной.

Учитель, читавший лекции, тоже был очень странным. Каждый день содержание, которое он преподавал, было одним и тем же. Когда студенты пропадали, он просто делал пометку об этом, совершенно не интересуясь причиной или тем, где они были.

Это было похоже на то, словно он был роботом, и его единственной инструкцией было приходить на занятия и читать лекции.

Бросок Сюй Цзыюэ был на самом деле довольно хорош, и он приземлился прямо на стол Лу Женьцзя. Лу Женьцзя опустил глаза, чтобы посмотреть, что это было, но его тело оставалось неподвижным.

— Открой её! — настойчиво прошептал Сюй Цзыюэ.

Лу Женьцзя долго боролся, но, наконец, протянул дрожащую руку и открыл записку.

Закончив читать, он сухо кивнул Сюй Цзыюэ, а затем дрожащими пальцами схватил ручку и с трудом начал писать предложение.

Ему очень хотелось узнать, как выглядит Сунь Сюэбао у него за спиной, но он не осмеливался посмотреть. Он был так напуган, что его бросок не попал в Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ очень беспомощно пришлось прибегнуть к помощи Сунь Мо, чтобы поднять бумагу с земли.

«Они все относятся к этому человеку как к игроку.»

Слова Лу Женьцзя были кривыми. Было очевидно, что он пытался контролировать свою дрожь, но это было бесполезно. Он всё ещё был напуган до смерти.

Однако Сюй Цзыюэ мог понять смысл слов Лу Женьцзя. Самая большая разница между Лу Женьцзя, им самим и другими игроками заключалась в том, что прошлой ночью они делили комнату с Сунь Мо.

Сюй Цзыюэ покусывал ручку, погружаясь в свои мысли.

Кажется, Сунь Сюэбао и Сунь Мо были двумя... призраками... противоборствующих сторон.

Шестеренки в голове Сюй Цзыюэ повернулись, и его глаза заблестели. Поскольку только он сам и Лу Женьцзя не пострадали, эта ситуация очень способствовала тому, чтобы он узнал больше об игре! Лу Женьцзя выглядел так, словно сейчас ему будет легко получить ответы.

Сюй Цзыюэ почти ничего не знал об их игре, и те немногие детали, которые он знал, были также вещами, которые они небрежно раскрыли.

Этого было совсем недостаточно.

Хотя у Сюй Цзыюэ было другое точное условие для завершения игры, чем у других игроков, ему нужно было выяснить, были ли у них антагонистические, оппозиционные отношения, или, возможно, они могли бы работать вместе.

Ему нужно было знать, каковы были точные условия другого игрока.

Не говоря уже о том, что после этих дней любопытство Сюй Цзыюэ также было задето, и он действительно хотел знать, что происходит.

*  *  *  *  *

В перерывах между занятиями Сунь Сюэбао не двигался с места. Он оставался сидеть в той же позе. Сюй Цзыюэ наблюдал за ним в течение всего урока, но ни разу не видел, чтобы тот изменил позу. Это было действительно странно.

Сюй Цзыюэ вызвал окаменевшего Лу Женьцзя, а затем потащил Сунь Мо с ними в другой класс.

Вопрос о том, что вчера упал вентилятор, казалось, не вызвал длительного эффекта. Даже классная комната была волшебным образом очищена, нигде не было видно ни следа крови.

Студенты, слоняющиеся по коридорам, также, казалось, не были затронуты серией смертей, происходящих в кампусе.

Однако эта видимость нормальности лишь делала вещи более жуткими.

Сюй Цзыюэ попытался успокоить Лу Женьцзя своими словами, но, похоже, это было бесполезно.

В конце концов он решил просто быть откровенным и задавать свои вопросы.

— Каковы точные условия? — спросил Сюй Цзыюэ.

Лу Женьцзя всё ещё был в здравом уме. Он не смотрел на Сюй Цзыюэ, а вместо этого уставился на дверь класса, глубоко боясь, что появится Сунь Сюэбао.

— Почему ты спрашиваешь об этом? — голос Лу Женьцзя был сухим, как будто каждое слово выдавливалось из его горла.

— Я боюсь, что тебя чем-то заменили, поэтому мне нужно задать тебе вопрос, ответ на который знаем только мы. — Сюй Цзыюэ давно придумал идеальное оправдание во время урока.

— Найти босса и запечатать его. Или успешно реабилитировать его...

Губы Сюй Цзыюэ дернулись, но он сумел подавить улыбку. Сейчас действительно было не время смеяться.

Но...

— Вообще-то, разве это не должно быть убийство босса?

С тех пор как он покинул класс, к Лу Женьцзя немного вернулось его спокойствие. Он фыркнул и ответил:

— Кто знает, почему это так. Может быть, данные должны быть переработаны или что-то в этом роде.

Сюй Цзыюэ на самом деле не понимал, но это не слишком мешало ему в его выводах.

В игре было так много НПС, что найти босса было очень сложно. Однако было очевидно, что другие игроки уже знали о текущей ситуации в средней школе Шанъян и что цель состояла в том, чтобы выяснить причину заброшенности, поэтому у них, должно быть, была какая-то подсказка или миссия.

Что касается руководства для начинающих, ну, это, вероятно, была запись нескольких стандартных правил их игры.

Что-то вроде: «Как только игра начнется, соберитесь вместе и обсудите сценарий».

Лу Женьцзя вдруг заявил:

— О да... Вчера, когда тебя не было с нами, мы пошли на встречу с Сунь... Сунь Сюэбао. После этого мы посетили другие классы этой школы и там встретили специального НПС.

— Специальный НПС?

— Мм. — кивнул Лу Женьцзя, — Это здание было заброшено, верно? Ну, он был здесь и раньше, он был учителем-студентом.

Вероятно, именно потому, что все остальные игроки попали под какой-то гипноз, Лу Женьцзя на самом деле раскрыл некоторую информацию, которой они не планировали делиться с Сюй Цзыюэ.

Возможно, он не сможет выжить сам, но если он сможет заставить Сюй Цзыюэ — и, следовательно, Сунь Мо, этого НПС, который, казалось, был на их стороне — сотрудничать, тогда он действительно сможет выжить.

— Этот студент-учитель сказал нам кое-что.

Сюй Цзыюэ кивнул, показывая, что слушает.

— Он сказал, что после инцидента мать первого ребенка покончила с собой. То есть тот ребенок, который умер от вентилятора. А потом погибли ещё два студента, а третий и последний пропавший студент... Ну, это он сейчас сидит в классе.

Когда Лу Женьцзя сказал, что мать покончила с собой, Сюй Цзыюэ взглянул на Сунь Мо, однако на лице Сунь Мо не отразилось никакого выражения, заставив его задуматься, действительно ли эта женщина была матерью другого. Или ему было так грустно, что теперь он чувствовал только пустоту?

— Значит, Сунь Сюэбао не умер? Он просто прятался в зеркале? — Сюй Цзыюэ был немного смущен, — Как люди могут прятаться в зеркале? Кроме того, он продолжал просить людей спасти его. Но он кажется плохим парнем, и теперь у него тоже есть игрок... Кроме того, если он прячется, то от чего он прячется?

Сюй Цзыюэ схватил себя за волосы. Он чувствовал, что его мозг достиг своей максимальной рабочей мощности.

Просто Сюй Цзыюэ всё ещё помнил, как Сунь Сюэбао говорил, что способ спасти его состоит в том, чтобы найти банку, а затем сжечь пепел внутри банки... Это очень соответствовало четкому условию других игроков... запечатать призрака-босса.

Но говорил ли Сунь Сюэбао правду или нет, всё ещё оставалось неясным.

Если предположить, что Сунь Мо действительно был большим боссом, то путь к достижению точных условий для других игроков был совершенно очевиден.

Но когда глаза Сунь Сюэбао, полные ненависти и негатива, всплыли в сознании Сюй Цзыюэ, он подсознательно почувствовал, что тот вообще не заслуживает доверия.

В этот самый момент из класса вышел молодой человек.

Его походка была жесткой и неконтролируемой, как будто он давно не ходил нормально.

У него даже была натянутая улыбка, как будто два железных крючка приподнимали уголки его рта.

— О чем вы, ребята, болтаете...?

Сунь Сюэбао прищурил глаза, его тон был странным и жутким ритмом, мгновенно вызывая дрожь у всех, кто его слышал.

Лу Женьцзя вздрогнул всем телом.

Сюй Цзыюэ нервно сглотнул слюну, а затем с притворным спокойствием шагнул вперед.

— Это не имеет к тебе никакого отношения!

Если посмотреть на порядок смерти, то Сунь Мо, который умер первым, скорее всего, будет большим боссом этого сценария. Однако, глядя на драматический стиль и исполнение Сунь Сюэбао... Большинство людей подумали бы, что на самом деле он был скрытым боссом!

Ноги Сюй Цзыюэ были мягкими, как желе, но он не отступил ни на шаг. Независимо от того, кто был фактическим боссом, Сунь Мо и Сунь Сюэбао в конечном счете были на двух противоположных сторонах. Поскольку он уже решил встать рядом с Сунь Мо, теперь пути назад не было.

Быть доблестным героем, спасающим девицу, было мечтой каждого мужчины. Даже если он не был настолько силен, у него всё ещё было мужество!

Ах, если бы только «девицей» в этом случае не был холодный и спокойный Сунь Мо, стоящий позади него... Ему, вероятно, было всё равно, есть ли у Сюй Цзыюэ мужество или нет.

Внимательно наблюдая за Сунь Сюэбао, Сюй Цзыюэ случайно посмотрел за спину другого и вошел в класс.

Он просто с любопытством взглянул, чтобы узнать, что задумали другие игроки, но то, что он увидел, заставило всё его тело замереть.

НПС в классе вели себя как обычно. Две или три группы людей, сбившихся вместе, тихо разговаривали, но выражение их лиц, особенно глаз, было очень странным.

Их открытые рты растянулись по лицу, искажаясь в нечеловеческие формы. Это было так, как будто их лицевые мышцы потеряли свою эластичность, а некоторые ухмылки растянулись так широко, что достигли их глаз! Всё лицо было похоже на гротескную картину... И, наконец, их глаза вылезли из орбит, не мигая уставившись на Сунь Сюэбао.

Сюй Цзыюэ не мог видеть лиц тех НПС, которые стояли спиной к Сунь Сюэбао, но даже у тех, кто стоял под углом, было такое же выражение.

С точки зрения Сюй Цзыюэ, он даже не мог видеть склеру их глаз; это было так, как если бы у этих НПС, смотрящих сверху, были только большие черные дыры!

И самым пугающим фактом было то, что их действия и рты всё ещё двигались в соответствии с их ролью обычных студентов: писать в своих книгах или вести светскую беседу с соседями по парте.

Только их лица выдавали их ненормальность.

Лу Женьцзя тоже оглянулся за Сунь Сюэбао, и тот сразу же начал дрожать, его зубы стучали друг о друга.

— Позади тебя... — начал Сюй Цзыюэ, пытаясь отвлечь Сунь Сюэбао.

— Ты хочешь обмануть меня... — Сунь Сюэбао сохранил на лице странную улыбку и не оглянулся.

«Бах» Ноги Лу Женьцзя подкосились под ним, и он рухнул на пол.

Сунь Сюэбао даже не обратил на него ни малейшего внимания, его глаза были полностью сосредоточены на Сунь Мо, который стоял позади Сюй Цзыюэ.

Улыбка Сунь Сюэбао стала злорадной:

— Можешь не сомневаться... На этот раз я позабочусь о том, чтобы ты умер основательно.

Сюй Цзыюэ оглянулся и обнаружил, что Сунь Мо даже не смотрит на Сунь Сюэбао. Конечно, он также смотрел не на Сюй Цзыюэ, а скорее на класс, полный жутких НПС.

Сюй Цзыюэ заметил, что эти странные НПС и Сунь Мо, казалось, обменялись взглядами, но подразумеваемый смысл был выше его понимания. В конце концов, было довольно трудно отличить конкретные эмоции от этих гротескных лиц.

Затем Сунь Сюэбао перевел взгляд, чтобы посмотреть на Сюй Цзыюэ:

— Ты всё ещё в неведении о стольких вещах... Его отец — убийца. Не ходи за ним. Пойдем, пойдем со мной.

Сюй Цзыюэ тяжело покачал головой. Он не был глуп. Достаточно было бы взглянуть на толпу жутких НПС, чтобы понять, что никто не хочет объединяться с Сунь Сюэбао. Однако, похоже, Сунь Сюэбао вообще не заметил этого факта.

Но убийца... Действительно ли это был отец Сунь Мо... Подождите, убийство?

Сюй Цзыюэ вдруг вспомнил, что видел соответствующую статью, когда просматривал старые газеты в библиотеке.

«Человек из Верхнего Шанъяна совершил убийство, убив местного негодяя, и был приговорен к смертной казни.»

И в то время Сунь Мо был рядом с ним, и он казался особенно сосредоточенным, когда читал эту статью в новостях!

В то время Сюй Цзыюэ не обращал на это особого внимания, но теперь, когда он подумал об этом... Фотография убийцы, напечатанная в статье, могла быть отцом Сунь Мо!

В этот момент прозвенел звонок.

Сюй Цзыюэ почувствовал огромное облегчение, потому что это означало, что ему больше не придется сталкиваться с Сунь Сюэбао.

В настоящее время на Сунь Сюэбао были наложены некоторые условия, и он не мог свободно передвигаться.

Например, он должен был посещать занятия в качестве студента.

Однако они, как игроки, были другими.

Сюй Цзыюэ стиснул зубы, поднял Лу Женьцзя с пола, схватил Сунь Мо за руку, а затем бросился бежать!

Когда он выбегал, Сюй Цзыюэ обернулся, чтобы взглянуть на Сунь Сюэбао, только чтобы увидеть, что тот спокойно стоит с мрачным выражением лица, оставив очень глубокое впечатление в его сознании.

И вот два человека и один призрак выбежали из лекционного зала на открытое место. Как только они вышли на улицу, Сюй Цзыюэ глубоко вдохнул воздух, но Сунь Мо не дышал так же тяжело, как будто не он только что выбежал из здания.

Что касается Лу Женьцзя, то, несмотря на то, что он устал от внезапного бега, было видно, что он всё ещё был в восторге от того, что избежал ужасной сцены в помещении.

Как только Сюй Цзыюэ выровнял дыхание, он сказал:

— Вы, ребята, должны немедленно зачистить эту игру, либо запечатав босса, либо реабилитировав его. В противном случае, я чувствую, что Сунь Сюэбао может начать массовое убийство в любой момент!

— Разве ты не должен очистить его тоже... Почему ты говоришь «вы, ребята»? — прошептал в ответ Лу Женьцзя. Но из-за решительных действий Сюй Цзыюэ только что Лу Женьцзя уже видел того в положении, похожем на положение Чжан Цзина.

В основном, как его столп для дальнейшего выживания.

Сюй Цзыюэ закатил глаза. Глупый ребенок, я использовал «вы, ребята», потому что у нас разные условия для зачистки этой игры. Он не мог не смотреть на лицо Сунь Мо, но, несмотря ни на что, он не мог понять, что тот чувствует к нему.

Нравлюсь ли я Сунь Мо? Похоже, он относится ко мне не так, как к остальным. В конце концов, мы спали вместе в одной постели. Но что, если я ему не понравлюсь?

Сюй Цзыюэ мысленно покачал головой. Невозможно, Сунь Мо должен хоть немного меня любить.

Но подумав об этом... Конечно же, неопределенность всё ещё заставляла его чувствовать себя немного грустно.

— Кроме того, ах, невозможно реабилитировать босса. — Лу Женьцзя стряхнул с себя пыль, — Во-первых, мы можем даже не найти босса до того, как нас убьют, и во-вторых, ты действительно веришь, что нам удастся реабилитировать его в игре на выживание?

Сюй Цзыюэ медленно кивнул, это действительно было правдой.

Пока Сюй Цзыюэ и Лу Женьцзя стояли и разговаривали, Сюй Цзыюэ вдруг вспомнил, что рядом стоял ещё кто-то — предполагаемый босс-НПС, Сунь Мо.

— Кхм, кхм... — Сюй Цзыюэ дважды кашлянул и повернулся, чтобы посмотреть на выражение лица Сунь Мо. Однако он ничего не смог разглядеть, поэтому прямо спросил:

— Сунь Мо, тебя не заинтриговало то, что мы говорим?

— Всё хорошо.

По сравнению с Сунь Сюэбао Лу Женьцзя просто чувствовал, что Сунь Мо был ангелом. В этом случае спокойствие и безмятежность Сунь Мо принесло Лу Женьцзя безграничное чувство безопасности.

Конечно, именно из-за этого вопроса Лу Женьцзя полностью проигнорировал тот факт, что Сунь Мо может быть главным боссом.

Как мог существовать такой спокойный и безмятежный босс?

Сюй Цзыюэ поднял голову и посмотрел в направлении шестого этажа лекционного зала. Лу Женьцзя и остальная нынешняя ситуация игроков была очень похожа на то, когда человек попадает в тупик. Они больше не могли найти никаких улик, поэтому могли оставаться только на одном месте. Однако все не оставались только потому, что Сунь Сюэбао всё ещё был там, отбрасывая на них свою нависшую тень.

Сюй Цзыюэ, однако, был другим. Он даже не знал, насколько продвинулся в своей задаче завоевать сердце Сунь Мо.

Вероятно, его ситуация больше всего походила на ложное чувство безопасности, поскольку он понятия не имел, что на самом деле происходит.

Сюй Цзыюэ не слишком беспокоился о своих собственных делах, но дела Лу Женьцзя были другими. Он подумал о тех НПС, которые злобно смотрели на Сунь Сюэбао, и начал обсуждать различные потенциальные причины с Лу Женьцзя, пока они шли.

— Я не знаю, я действительно понятия не имею. Та сцена в классе была слишком ужасной, я не знаю, начинали ли они так. Если это всегда было так, они смотрели на нас так, когда мы не обращали внимания... — Лу Женьцзя вздрогнул.

Сюй Цзыюэ повернул голову и обратился к Сунь Мо:

— Эти НПС... Может быть, это те существа, которых я видел раньше в общежитии?

Эта догадка была всего лишь смелым предположением Сюй Цзыюэ. Поскольку Сунь Мо однажды заявил, что те, у кого есть претензии, будут посещать занятия днем, то вполне вероятно, что они придут на занятия вместе с игроками.

Сунь Мо кивнул, подтверждая догадку Сюй Цзыюэ.

Эти призраки с обидами хотели найти Сунь Сюэбао... И они последовали за ним в класс. Сунь Сюэбао всё ещё, очевидно, понятия не имел, что это происходит. Сюй Цзыюэ сглотнул, чувствуя небольшой страх за предстоящую встречу Сунь Сюэбао, но также почувствовал себя немного легче, зная, что их собственная надвигающаяся опасность скоро разрешится.

Но если это так... Тогда что же на самом деле происходит с Сунь Мо?

Сюй Цзыюэ прикусил большой палец и посмотрел на Сунь Мо.

Сунь Мо наклонил голову и оглянулся.

— В чем дело?

— Нет... Ничего. — Сюй Цзыюэ повернулся, чтобы посмотреть на Лу Женьцзя, но увидел, что тот тупо смотрит на лестничную клетку. Он не знал, боялся ли тот, что Сунь Сюэбао выбежит, или ждал, пока другие игроки придут в себя и выбегут.

— Если босс умрет, вы, ребята, зачистите игру?

Лу Женьцзя был немного ошеломлен и почувствовал, что вопрос Сюй Цзыюэ был несколько странным:

— Да, именно так... Но в этом случае я слышал, что следующая игра будет иметь значительное увеличение сложности, поэтому обычно этот метод не используется.

Эта информация была четко прописана в руководстве для начинающих... Неужели Сюй Цзыюэ даже не читал его?

Итак, если что-то случится с Сунь Сюэбао, то Сюй Цзыюэ сможет подтвердить, действительно ли Сунь Мо был боссом. После этих нескольких дней, кого бы ни спросили, кандидатом в боссы мог быть только один из этих двоих. Третьего варианта не было.

Предположения — это одно, но правда — совсем другое. Сюй Цзыюэ нуждался в каких-нибудь доказательствах, подтверждающих его мысли.

Как раз в тот момент, когда он думал, с лестницы донесся тяжелый стук. Когда Сюй Цзыюэ обернулся, чтобы посмотреть вверх, с шестого этажа упала масса мяса, брызнув кровью на лицо Сюй Цзыюэ при ударе о землю. Прежде чем Сюй Цзыюэ смог рассмотреть его поближе, он почувствовал, как холодная ладонь накрыла его глаза, блокируя зрение.

— Не бойся.

Бесстрастный голос Сунь Мо эхом отозвался в его ухе. Сюй Цзыюэ мгновенно почувствовал, как пронизывающий холод, исходящий от его тела, немного рассеялся от близости Сунь Мо. Он медленно моргнул, его ресницы мягко скользнули по ладони Сань Мо.

Сюй Цзыюэ протянул руку и убрал руку Сунь Мо, изо всех сил сопротивляясь подступающей тошноте и заставляя себя смотреть на землю... Из-за того, что предмет упал слишком быстро, Сюй Цзыюэ даже не успел разглядеть, что это было, прежде чем его глаза закрылись.

На самом деле это был не кусок окровавленного мяса, а скорее человек, у которого, казалось, были сломаны все кости. Скрюченные конечности всё ещё были целы, но одежда и вся видимая кожа были так испачканы свежей кровью, что на первый взгляд это действительно выглядело как шарик фарша.

Но если присмотреться повнимательнее, то можно увидеть, что это явно был человек. Кроме того, это был человек, которого Сюй Цзыюэ видел не так давно.

В стороне Лу Женьцзя не на кого было опереться, и некому было прикрыть ему глаза. От такого внезапного и кровавого раздражения его глаза закатились к затылку, и он сразу потерял сознание.

Сюй Цзыюэ повернулся и посмотрел на Сунь Мо. Сунь Сюэбао уже должен был умереть, но Лу Женьцзя всё ещё не закончил игру, так что... Это означает...

Как раз в тот момент, когда Сюй Цзыюэ собирался подумать ещё, тело на земле действительно задрожало, а затем выпрямилось, окровавленные красные глаза с ненавистью смотрели на Сунь Мо, который держал Сюй Цзыюэ в защитных полуобъятьях.

— В конце концов, ты же знаешь... — выплюнул Сунь Сюэбао, — Я убью тебя... Я обязательно убью тебя!!!

Из его горла вырвался булькающий звук, как будто кровь изо всех сил пыталась просочиться наружу, и всё же он каждый раз глотал её. Сунь Сюэбао пытался собрать свои сломанные кости и конечности вместе и встать, но каждый раз он снова падал в лужу крови.

— Ты велел им сделать это со мной! Это ты! — Сунь Сюэбао снова упал на окровавленную траву. На этот раз он не встал, а скорее пошевелился и вывернул конечности, пытаясь пробраться к Сунь Мо.

Это была очень гротескная сцена.

Сюй Цзыюэ протянул руку, чтобы оттащить Сунь Мо, готовый в спешке уйти. Сунь Сюэбао был явно опасен. Нормальные люди давно бы умерли в таком состоянии, но Сунь Сюэбао не только до сих пор был жив, он также мог частично двигаться и говорить без проблем.

Когда он только что упал, Сунь Сюэбао не мог ни двигаться, ни говорить. И всё же сейчас, несколько мгновений спустя, он медленно двигался в их направлении...

Это вызвало у Сюй Цзыюэ плохие предчувствия.

Однако Сюй Цзыюэ не мог заставить Сунь Мо сдвинуться с места.

На самом деле, Сунь Мо даже шел навстречу Сунь Сюэбао.

Сюй Цзыюэ на мгновение заколебался, но всё же последовал за Сунь Мо. Если Сунь Сюэбао вдруг бросится вперед, то, по крайней мере, он сможет убрать с дороги Сунь Мо.

— Разве ты не должен четко объяснить, почему они тебя ненавидят? — Сунь Мо присел на корточки перед Сунь Сюэбао, с отвращением глядя на его окровавленное тело.

Это был первый раз, когда Сюй Цзыюэ видел, чтобы Сунь Мо проявлял такие заметные эмоции. Оказалось, он слегка рассердился?

Сунь Сюэбао сердито ответил:

— Если они хотят ненавидеть, то они должны ненавидеть тебя! Если бы не ты, они бы не умерли!

— Ты ошибаешься. Разве всё это не твоих рук дело?

— Нет! Это всё ты!

Сунь Мо слабо улыбнулся:

— А как насчет двух твоих последователей?

На лице Сунь Сюэбао отразилась сильная паника:

— Нет, нет, они хотели убить меня! Если бы я не убил их, то был бы уже мертв!

— Они не хотели убивать тебя, они только хотели рассказать остальным, что ты сделал. И всё же ты убил их. Поэтому то, как ты выглядишь сейчас, ты полностью этого заслуживаешь. — Сунь Мо снова посмотрел на Сунь Сюэбао, — Посмотри на это, я столько лет держал тебя запечатанным в зеркале, и всё же ты до сих пор не пришел к правильному выводу.

Слова Сунь Мо, казалось, задели нежное место Сунь Сюэбао, потому что глаза последнего снова вспыхнули гневом.

— Это всё из-за тебя!

Сунь Мо встал и высокомерно посмотрел на Сунь Сюэбао сверху вниз.

— Я никого не убивал. Я просто... Появился перед ними, когда они хотели скрыть то, что произошло, и после их смерти я позволил им делать всё, что им заблагорассудится. Как видишь, в нашем классе было много людей. И теперь они все здесь, сопровождают меня.

Сунь Мо спокойно заявил:

— Ты сам решил убежать из зеркала, и поэтому ты стал таким. Ты не можешь винить меня.

Сюй Цзыюэ стоял там, ошеломленный тем, что он услышал.

Поэтому, когда Сунь Сюэбао крикнул «спаси меня» из зеркала, он сказал правду, потому что он действительно был пойман в ловушку в зеркале и не мог уйти. Только после того, как он связался с игроками и овладел кем-то, он вышел, только чтобы обнаружить, что весь класс был полон мстительных призраков, жаждущих его крови.

Эти мстительные призраки с обидами, которые спали ночью в общежитии и посещали занятия днем, вероятно, были классом студентов, которые умерли под этим потолочным вентилятором много лет назад.

Сюй Цзыюэ поднял голову, чтобы посмотреть вверх, но увидел толпу НПС, собравшихся у окна и уставившихся на них. Мужчины-НПС были в порядке, но те женщины с длинными волосами... Они были похожи на кучу голов, свисающих из окна.

В этот момент испуганный Лу Женьцзя наконец очнулся.

Однако, когда он увидел, что Сунь Сюэбао ползет по земле, он снова потерял сознание.

— Я определенно, определенно собираюсь убить тебя! — раненое плечо Сунь Сюэбао оставляло на земле кровавый след, но он всё ещё неумолимо полз туда, где был Сунь Мо.

Сюй Цзыюэ подумал о НПС, наблюдающих за ними с шестого этажа, и решительно потянул Сунь Мо, намереваясь затащить другого в общежитие. На этот раз ему удалось оттащить другого.

Он не осмелился подняться на шестой этаж общежития, и прошлой ночью третий этаж также был довольно жутким, поэтому Сюй Цзыюэ решил остановиться на втором этаже, отпустив Сунь Мо.

Хватая ртом воздух, он обвиняюще посмотрел на Сунь Мо:

— Ты... Ты мне ничего об этом не рассказывал.

— Ты меня не спрашивал. — теперь, когда он не смотрел на Сунь Сюэбао, выражение лица Сунь Мо вернулось к своему первоначальному виду.

Сюй Цзыюэ кивнул и не стал отрицать этот факт:

— Я не спрашивал тебя. — раньше, когда он задавал все эти другие вопросы, Сунь Мо отвечал честно и ничего не скрывая, — Тогда я спрошу тебя сейчас. Что именно происходит между тобой и этим Сунь Сюэбао?

— Ты хочешь знать?

— Конечно, я хочу знать! — Сюй Цзыюэ пристально посмотрел на Сунь Мо. У всех есть любопытство. Хотя, честно говоря, это было больше, чем просто любопытство...

Сунь Мо уставился на Сюй Цзыюэ, в его темных глазах была непостижимая глубина. Это было почти слишком глубоко, но вопрос, который он задал, совершенно не имел отношения к предыдущей теме.

— Даже если я не скажу тебе, а ты знаешь только то, что видел до сих пор, я всё равно буду тебе нравиться?

Сюй Цзыюэ моргнул. То, что Сунь Мо так пристально смотрел на него, заставляло его немного нервничать.

Сюй Цзыюэ поднял руку, чтобы прикрыть глаза, прерывая интенсивный зрительный контакт. Взгляд Сунь Мо действительно был слишком тлеющим!

— Что бы ты ни сделал... И тот факт, что мне нравится твоё лицо... Они не должны иметь отношения к делу?

Сюй Цзыюэ услышал, как Сунь Мо издал легкий смешок — звук, который был мягким и теплым. Сюй Цзыюэ был немного ошеломлен, но когда он пришел в себя, то поспешно опустил руку. Он хотел увидеть, как красивое лицо Сунь Мо засияет от смеха!

Но перед ним никого не было.

Сюй Цзыюэ обернулся, проверяя всё вокруг, но никого не увидел.

— Сунь Мо? Сунь Мо? — он несколько раз громко крикнул. Однако ответа он не получил. Кроме того, поскольку всё здание было пустым, его голос эхом разносился по коридорам, добавляя и без того жуткую атмосферу.

В общежитии уже было очень страшно... Теперь, когда Сунь Мо ушел, Сюй Цзыюэ чувствовал, что физически не может больше оставаться там.

Но он также понятия не имел, с чего начать поиски Сунь Мо. Кто знает, куда делся другой?

Сюй Цзыюэ несколько раз глубоко вздохнул, чтобы придать себе немного смелости, а затем побежал на 5-й этаж на поиски. Без Сунь Мо он не смог бы пройти мимо двери и попасть на 6-й этаж.

Поскольку он не мог найти Сунь Мо, Сюй Цзыюэ мог только отправиться на поиски Лу Женьцзя.

Единственной целью Сунь Сюэбао был Сунь Мо. Поэтому он, вероятно, не стал бы причинять неприятности другим людям.

Хотя Сюй Цзыюэ был совершенно уверен, что последним боссом на самом деле был Сунь Мо.

Кроме Лу Женьцзя, все остальные игроки всё ещё находились под гипнозом Сунь Сюэбао и, вероятно, не найдут никаких полезных подсказок. Что касается Лу Женьцзя, ну, он, вероятно, в этот момент думал, что боссом был Сунь Сюэбао.

Сюй Цзыюэ размышлял, бегом возвращаясь в главное здание. По пути, высматривая Сунь Сюэбао, он заметил, что кампус казался совершенно пустынным — даже обычные студенты, слоняющиеся вокруг, исчезли.

Когда Сюй Цзыюэ пробегал мимо леса, он вдруг заметил группу людей. При ближайшем рассмотрении это были на самом деле остальные игроки! Однако они казались ещё более удивленными, чем Сюй Цзыюэ.

Один из них даже высказал своё мнение.

— Ого, ты не умер.

Сюй Цзыюэ остановился на месте, стоя не слишком далеко от группы и бросая на них подозрительный взгляд:

— Что ты имеешь в виду? Я тот, кто думал, что вы все мертвы.

Когда Сунь Сюэбао упал с 6-го этажа, он подумал, не случилось ли что-нибудь с другими игроками. Тем не менее, он не был идиотом, который бросился бы головой вперед навстречу опасности, и поэтому он не пошел на разведку.

Чжан Цзин тоже с подозрением уставился на Сюй Цзыюэ. С самого первого дня, куда бы ни пошел Сюй Цзыюэ, Сунь Мо следовал за ним. Теперь Сунь Мо нигде не было видно, оставив Чжан Цзина подозревать, был ли Сюй Цзыюэ вообще человеком.

Лу Женьцзя похлопал себя по брюкам и встал с мрачным выражением на лице.

— Сунь Сюэбао и раньше обманывал тебя, и он заменил одного из нас. — объявил Лу Женьцзя.

Чжан Цзин кивнул:

— Ну, теперь мы это знаем. Но это также скрытое благословение.

— Что ты имеешь в виду? — Сюй Цзыюэ и Лу Женьцзя понятия не имели, что происходит. Их опыт прошлой ночью сильно отличался от опыта другого игрока.

— Прошлой ночью дверь нашей спальни внезапно закрылась. Сначала мы все были в панике и перепробовали всё, чтобы выбраться. Но это не сработало, и мы заснули.

— Мне что-то приснилось, пока мы спали, и это помогло мне определить босса этого мира.

Чжан Цзин посмотрел прямо на Сюй Цзыюэ.

У Сюй Цзыюэ внезапно возникло плохое предчувствие.

— Босс — это тот Сунь Мо, который находится рядом с Сюй Цзыюэ. Когда мы проснулись, Сюй Цзыюэ, тебя уже не было, и Сунь Мо, который всегда следует за тобой, тоже исчез. — Чжан Цзин пристально посмотрел на Сюй Цзыюэ, — Ты всегда с ним. Ты давно узнал его личность, а теперь хочешь скрыть его от нас?

Сюй Цзыюэ посмотрел на них, и в его глазах промелькнула вспышка неразличимых эмоций. Раньше, когда они думали, что он полезен, они были вежливы. И теперь, когда они заподозрили его, все фасады исчезли.

Более того, все слова Чжан Цзина были полными домыслами без каких-либо доказательств.

Сюй Цзыюэ ответил:

— Откуда мне знать, когда именно вы выясните личность босса и спрячете его именно в это время? Более того, является ли босс кем-то, кого я могу просто спрятать, когда захочу? Кроме того, я не верю, что если бы он действительно был здесь прямо сейчас, все вы могли бы стоять здесь так уверенно. Вы, вероятно, все сбежали бы при первой же возможности.

Чжан Цзин нахмурился:

— Лучше, чтобы мы его не видели. Мы уже знаем метод очистки этого мира. Если ты всё ещё хочешь жить, то тебе лучше не делать никаких ненужных вещей.

Прежде чем Сюй Цзыюэ подошел, Чжан Цзин и другие игроки уже подробно обсудили его. Что касается планов Сюй Цзыюэ, никто из них не мог понять, о чем он думает.

Никто не хочет умирать, и единственный способ выжить — это зачистить этот мир. Однако они не верили, что Сюй Цзыюэ не выяснит настоящую личность Сунь Мо, проведя всё это время с другим. Если он был просто без ума от красивого лица другого и не хотел иметь дело с боссом... Ну, извините, остальные игроки не могли с этим смириться.

Что важнее — твоя жизнь или чье-то красивое лицо?

Если кто-то и выбрал последнее, то это был безмозглый безумец.

Сюй Цзыюэ наблюдал, как почти все игроки схватили лопаты и начали копать вокруг цветочных клумб.

— Разве Сунь Сюэбао не упоминал об этом? Найти банку с пеплом и сжечь её. Затем мы можем зачистить этот мир. — девушка, увидев, что Сюй Цзыюэ смотрит с выражением полного замешательства на лице, решила объяснить.

Сюй Цзыюэ несколько раз открыл и закрыл рот, потеряв дар речи. Сунь Сюэбао так ненавидел Сунь Мо... Действительно ли этот метод просто запечатает его, а не сделает что-то хуже?

Сюй Цзыюэ подбежал посмотреть, куда упал Сунь Сюэбао, но обнаружил только кровавое пятно на земле. Похоже, что Сунь Сюэбао погнался за Сунь Мо, хотя, когда он бежал трусцой, он не видел ни одного из них на своем пути.

— Где остальные НПС? — Сюй Цзыюэ подбежал к игрокам и спросил.

— Разве ты не видишь обратный отсчет до того момента, когда закончится этот мир? В это время нам ничто не помешает. Мы должны выполнить точное условие! В противном случае, как только обратный отсчет закончится, мы сразу перейдем в режим побега. Если это произойдет, мы, вероятно, все умрем!

Сюй Цзыюэ неловко почесал щеку. У него не было обратного отсчета.

Но его тревога была не меньше, чем у других, потому что если Чжан Цзин и они действительно найдут то, что ищут, то Сунь Мо, который ему действительно нравился, скорее всего, исчезнет.

Сюй Цзыюэ взял палку и сделал вид, что тоже смотрит, нерешительно тыча туда-сюда. Затем он медленно двинулся к окраине группы, прежде чем оставить остальных, побежал обратно в общежитие.

Несмотря на то, что Сунь Мо, казалось, прямо сейчас вошел в уединение, он всё ещё хотел поискать другого.

Пробежав обратно на второй этаж общежития, Сюй Цзыюэ заметил листок бумаги, удерживаемый на лестничной клетке стеклянной чашкой. Хотя он не знал, как выглядел почерк Сунь Мо, содержание записки выдавало личность автора.

«Спасибо, ты мне тоже нравишься.»

Сюй Цзыюэ подумал о смехе Сунь Мо, нежном и мягком, совершенно отличающемся от маниакальной атмосферы Сунь Сюэбао.

Он почти мог представить, как видит перед собой эту нежную версию Сунь Мо, взгляд такой пленительный и опьяняющий.

[Цель выполнена: Игра очищена. Вы вернетесь в системное пространство через полчаса.]

Система, которая почти молчала всё это время, внезапно заговорила. Однако эти слова на самом деле вызвали у Сюй Цзыюэ ещё большее беспокойство.

— Но что будет с Сунь Мо после того, как я зачищу этот мир?

[Продолжит выполнять свои обязанности НПС в этом мире.]

Так что это означало, что всё по-прежнему зависело от того, как Чжан Цзин и остальные игроки очистят этот мир.

Сюй Цзыюэ стоял на месте, беспокойно оглядываясь слева направо, но по-прежнему никого не видел.

Его время было ограничено — всего полчаса. Наконец, Сюй Цзыюэ схватил записку и побежал обратно в свою комнату на третьем этаже, поспешно взял ручку, а затем побежал обратно на второй этаж.

«Скажи мне, что это за урна, которую ищет Сунь Сюэбао, и где она? Если она сгорит, что тогда произойдет? Скорее!»

Сюй Цзыюэ положил записку на место, а затем нервно уставился на неё. Он мог только надеяться, что, поскольку он мог видеть записку, оставленную Сунь Мо, то Сунь Мо также мог видеть записку, которую он оставляет.

В следующий момент перед Сюй Цзыюэ произошла очень волшебная сцена.

Он увидел, как чашка, в которой лежала записка, и сама записка исчезли. Не потребовалось много времени, чтобы эти две вещи снова появились перед ним.

«Под кроватью в моей комнате, хочешь посмотреть? Я открою тебе дверь.»

Сюй Цзыюэ вздохнул с облегчением. Несмотря на то, что Сунь Мо проигнорировал большинство его вопросов, он ответил на самый важный. Что касается Чжан Цзина и других, то они всё ещё были в лекционном зале, копаясь.

«Скажи мне, что произойдет, если пепел сгорит!»

Сюй Цзыюэ положил записку обратно, но даже после некоторого ожидания в записке всё ещё не было никаких изменений. Он подумал об этом, потом взял ручку и бумагу и побежал наверх.

Дверь, соединяющая пятый этаж с шестым, действительно открылась.

Сюй Цзыюэ оставил записку на лестнице, а затем осторожно вошел в комнату Сунь Мо.

Прежде чем он добрался до комнаты, Сюй Цзыюэ увидел через окно фигуры Чжан Цзина и других игроков, спешащих в общежитие.

Сюй Цзыюэ оглянулся на лестничную клетку, а затем бросился в спальню Сунь Мо. Он нашел под кроватью банку... Как ни посмотри, это явно была урна, наполненная пеплом.

Сюй Цзыюэ нервно достал его, а затем открыл, чтобы осмотреть изнутри. Он действительно был заполнен серым пеплом, и Сюй Цзыюэ был на 80% уверен, что это пепел костей.

Он поставил урну обратно под кровать, а затем пошел, чтобы найти какие-нибудь вещи, чтобы сложить ихв беспорядке перед урной, спрятав её от посторонних глаз.

Сюй Цзыюэ закрыл дверь в комнату Сунь Мо и побежал обратно к лестнице. Проходя мимо окна, он увидел нескольких игроков, собравшихся снаружи в поисках чего-то. Что касается других игроков, то они, скорее всего, уже вошли в здание.

Сюй Цзыюэ нервно сглотнул и быстро закрыл дверь на шестой этаж.

Когда он оглянулся, то понял, что в записке на полу были какие-то новые слова.

«Возможно, смерть.»

Сюй Цзыюэ почувствовал, как сжалось его сердце, а также его хватка на ручке двери лестничной клетки.

Почерк Сунь Мо был очень аккуратным. Помещенный рядом с небрежным почерком Сюй Цзыюэ, он выглядел особенно красиво. Глядя на эти слова, Сюй Цзыюэ уже мог представить себе легкое и пренебрежительное выражение, которое, вероятно, было у Сунь Мо во время письма.

Что делать, что делать... Несмотря на то, что он выполнил свою задачу, он действительно не хотел, чтобы Сунь Мо умер! Хотя он и был призраком, у него всё ещё были свои собственные мысли и идеи. Эти двое не так уж сильно отличались друг от друга.

Но он не может позволить Чжан Цзину и остальным застрять здесь...

Сюй Цзыюэ попытался придумать альтернативный способ для них, чтобы очистить этот мир.

Реабилитировать...?

Но как можно реабилитировать призрака?

Со стороны лестницы донесся неясный голос, и ладони Сюй Цзыюэ вспотели.

«Быстро! Запри дверь!» — рука Сюй Цзыюэ дрожала, когда он писал, и записка упала на пол.

Он посмотрел на записку, когда она исчезла, но даже после некоторого ожидания дверь всё ещё не запиралась.

Даже когда дверь была закрыта сверхъестественными силами, Чжан Цзин и остальные хотели войти. Теперь, когда дверь была не заперта, они не могли не прийти сюда!

Клочок бумаги снова появился у самого пола. Сюй Цзыюэ схватился за ручку двери и присел на корточки, чтобы посмотреть.

«Нет необходимости.»

Сюй Цзыюэ был так взволнован, что ему хотелось топать ногами.

Слыша, как звук шагов становится всё ближе и ближе, Сюй Цзыюэ чувствовал, как его сердце колотится всё сильнее и сильнее.

Шаги остановились у двери. Сюй Цзыюэ затаил дыхание, закрыл глаза и стал ждать, когда дверь откроется. Однако даже через мгновение дверь оставалась неподвижной и безмолвной.

Может быть, они прятались за дверью, ожидая, когда он откроет её и посмотрит?

Сюй Цзыюэ был потрясен собственным воображением. Как раз в тот момент, когда его напряженные нервы были готовы лопнуть, холодная ладонь легла ему на шею.

— Срань господня!!!

Сюй Цзыюэ, вздрогнув, вскочил и свернулся в клубок рядом с дверью, совершенно забыв держать ручку двери.

Он схватился за голову и сильно задрожал, а затем услышал тихий смех.

— Не бойся, это я.

Сюй Цзыюэ осторожно приоткрыл глаза и, повернув голову, увидел стоящего позади него Сунь Мо.

Вздохнув, он сел на пол, и его глаза мгновенно покраснели:

— Почему ты меня пугаешь? — только в это время он заметил, что за дверью раздаются какие-то звуки.

Хотя, это было намного лучше, чем жуткая тишина раньше.

Это был первый раз, когда Сунь Мо видел Сюй Цзыюэ таким. Он присел на корточки перед Сюй Цзыюэ и осторожно вытер уголки его глаз.

Сюй Цзыюэ без всякого жара посмотрел на Сунь Мо.

— Я не плакал.

Рот Сунь Мо скривился.

— Мм.

— Ты никогда раньше не улыбался, почему ты так много улыбаешься сейчас? — воспользовавшись этим шансом, Сюй Цзыюэ быстро протянул руку и коснулся уголков рта Сунь Мо.

Это реально... Это слишком чудесно.

Сюй Цзыюэ почти чувствовал, что этот момент компенсировал всю сердечную боль, которую он испытывал раньше.

Сюй Цзыюэ два раза кашлянул, прочистил горло и встал, чтобы подойти к окну и выглянуть наружу. Игроки, которые раньше были внизу, теперь ушли.

— Что случилось с остальными? — он спросил.

Сунь Мо ответил:

— Они выполнили свою задачу.

Выражение лица Сюй Цзыюэ стало жестким:

— Завершили её... Откуда ты об этом знаешь?!

Сунь Мо подошел к Сюй Цзыюэ, его темные глаза пристально смотрели:

— Вероятно, потому, что я всегда был рядом, когда ты с ними обсуждал это.

Сюй Цзыюэ изо всех сил старался заставить свой и без того напряженный ум работать. Он... действительно втягивал Сунь Мо в каждую дискуссию, которая у них была по этому поводу, с самого начала. Даже когда он пытался вытянуть из Лу Женьцзя информацию о точных условиях других игроков, Сунь Мо был там и слушал.

— Так... Ты всё знаешь?

Сунь Мо поднял руку и привел в порядок волосы Сюй Цзыюэ, которые совсем растрепались от его беготни.

— Я не идиот.

— Но... Но они очистили этот мир... Как можно... — Сюй Цзыюэ тупо уставился на Сунь Мо перед собой.

Вид у него был немного глуповатый, и это очень обрадовало Сунь Мо.

Сунь Мо ответил:

— Мысли и чувства людей постоянно меняются. В один момент отец может бесконечно любить и баловать своего ребенка. В следующий момент, как только он узнает, что этот ребенок не его, он возненавидит его безмерно.

Сюй Цзыюэ был более чем немного ошеломлен:

— Что ты имеешь в виду?

— Я не знаю, как вы, ребята, судите, но я контролирую свои собственные мысли. Похоже, что в тот момент, когда я решил передумать, им удалось успешно очистить этот мир.

Сюй Цзыюэ тупо уставился на него. Это было нормально?

Это был полный обман системы, верно?!

Но если бы он не таскал повсюду этого большого босса Сунь Мо, то тот не знал бы об этих вещах и не имел бы ни малейшего представления о том, как обмануть систему.

— Почему ты не исчез вместе с ними? — Сунь Мо смущенно поднял руку и ущипнул Сюй Цзыюэ за мочку уха.

Сюй Цзыюэ понял, что после того, как он успешно захватил свою цель, Сунь Мо на самом деле стал более физическим и непринужденным. Но он совсем не чувствовал раздражения по этому поводу...

— Это потому, что... Я не такой, как они.

— В чем твоё отличие?

Под сиянием красоты Сунь Мо Сюй Цзыюэ ошеломленно проболтался о своей собственной системе захвата целей... В конце концов, в системе не было правила, о котором он не мог никому рассказать... Верно?

Сюй Цзыюэ жалобно посмотрел на Сунь Мо:

— Ты ведь не будешь сердиться на меня, правда?

Сунь Мо на мгновение задумался:

— Ты притворяешься, что я тебе нравлюсь?

Сюй Цзыюэ покачал головой, поправляя заявление Сунь Мо:

— Ты мне искренне нравишься. Под этим я подразумеваю твоё лицо.

Сунь Мо кивнул:

— Верно, я тебе действительно нравлюсь.

Сюй Цзыюэ: «...» Похоже, нет смысла поправлять его.

— У меня мало времени. Через некоторое время я тоже исчезну. — глаза Сюй Цзыюэ оставались прикованными к лицу Сунь Мо, глубоко боясь, что в следующей игре не будет никого столь же красивого, как Сунь Мо.

Сунь Мо кивнул, его глаза были глубокими:

— Хорошо.

— Тогда, прежде чем я уйду, не мог бы ты рассказать мне, что происходит между тобой и Сунь Сюэбао?

Сунь Мо склонил голову и легонько поцеловал Сюй Цзыюэ в лоб.

Когда зрение Сюй Цзыюэ потемнело, он услышал последние слова Сунь Мо.

— Как пожелаешь.

*  *  *  *  *

Несколько десятилетий назад в отдаленном городке Шанъян жила семья с фамилией Сунь.

Чтобы дать своему старшему сыну Сунь Пину жену, старшее поколение купило девочку из рук торговцев людьми. Девушку звали Ван Сюцин, и она была очень хорошенькой. Поскольку её похитили в раннем возрасте, она не могла вспомнить, откуда она взялась.

Позже семья Сунь родила ещё одного сына. Этот младший сын Сунь Цзе был зеницей ока всех, и он вырос таким.

Когда старший сын Сунь Пин отправился на работу на рыбный пруд, он случайно поскользнулся и нанес непоправимый ущерб обеим ногам.

Ван Сюцин становилась всё красивее и красивее. Сунь Цзе принял всё это к сведению, но она уже была его невесткой. Даже если бы он умолял старейшин, было невозможно сделать жену старшего брата женой младшего брата.

Ван Сюцин была замужем за Сунь Пина. Сунь Цзе должен был жениться на другой женщине из деревни.

У Сунь Цзе был ребенок по имени Сунь Сюэбао, а у Ван Сюцин и Сунь Пина — Сунь Мо.

Сунь Сюэбао был на несколько месяцев старше Сунь Мо.

Ван Сюцин была хорошенькой, и к тому же она была купленной женой, так что кто-то в деревне в конце концов затаил на неё злые мысли. Однако их случайно застал Сунь Пин, который вернулся домой раньше обычного. Но этот человек нисколько не боялся искалеченного, пользующегося костылями Сунь Пина.

Сунь Пин? Пойманный в этот момент, Сунь Пин убил другого и в конце концов был арестован за убийство. Ему была вынесена смертная казнь.

Сунь Мо воспитывала его овдовевшая мать Ван Сюцин. Эти бедные мать и сын — с убийцей в качестве мужа/отца — были известны всем в маленьком городке Шанъян.

И мертвый Сунь Пин понятия не имел, что его младший брат Сунь Цзе тоже питал нечистые мысли по отношению к своей жене. Жена Сунь Цзе знала это, и эта пара мать-сын стала врагом в её глазах. Вскоре по маленькому городку поползли несколько неприглядных слухов. Сунь Сюэбао пошел по стопам своей матери и начал распространять по школе слухи, что отец Сунь Мо был презренным убийцей, сплачивая других учеников, чтобы нацелиться на Сунь Мо.

Чтобы сэкономить электроэнергию, Сунь Мо всегда оставался в школе, чтобы закончить домашнее задание, прежде чем идти домой.

И хотя Сунь Мо всегда получал хорошие оценки, а также был хорош собой, клеймо убийцы его отца заставляло незрелых сверстников отвергать его. Не говоря уже о том, что в этом отдаленном городе старейшины каждого дома активно советовали своим детям избегать семьи Сунь Мо.

Сунь Сюэбао и все остальные изолировали Сунь Мо, но Сунь Сюэбао всё ещё не был удовлетворен. Даже в прошлом он думал, что Сунь Мо был очень ненавистен, особенно с его спокойным поведением, даже когда он сталкивался с издевательствами.

Он тайно положил свои новенькие часы в сумку Сунь Мо, а затем подставил его в краже.

Трюк был полон явной несправедливости, и всё же взрослые всё ещё верили ему.

Учитель заставил Сунь Мо остаться после школы, чтобы написать оправдательную записку, но Сунь Сюэбао подумал, что наказание было слишком легким. Вместе с двумя приятелями они устроили засаду и прижали Сунь Мо, вырезав на его спине кровавые слова «я больше никогда не буду воровать» ножом.

Ужасное зрелище свернувшейся плоти и окровавленного тела, наконец, заставило импульсивного Сунь Сюэбао прийти в себя. В приступе паники он бросил нож и убежал вместе с двумя другими учениками.

Когда Сунь Мо лежал там, чувствуя головокружение и слабость от потери крови, школьный потолочный вентилятор, который проржавел насквозь, упал и врезался в него.

Ван Сюцин, потерявшая мужа, а затем и ребенка, покончила с собой. Мстительный дух Сунь Мо, застрявший в классе, услышал болтовню своих одноклассников и решил появиться позади двух головорезов Сунь Сюэбао.

Он заставил двух студентов заснуть в классе и видеть сны о том дне снова и снова. Охваченные паникой, они не могли не захотеть признаться в том, что сделали. Однако чего они не ожидали, так это того, что Сунь Сюэбао ещё больше боялся разоблачения и тайно планировал пообщаться с этими двумя по отдельности, прежде чем вырубить их без сознания.

Чтобы скрыть свои поступки, Сунь Сюэбао повозился с новым потолочным вентилятором, а затем поместил двух студентов под ним. Его цель состояла в том, чтобы всё выглядело как несчастный случай.

Затем два мстительных духа прикрепились к классному вентилятору, и с вентилятором начали происходить несчастные случаи после несчастных случаев. Вскоре весь класс учеников умер.

Сунь Мо спас жизнь Сунь Сюэбао, вырезал те же слова на его спине, а затем запечатал его в зеркале, заставляя его смотреть на людей, которые приходили, чтобы попытаться найти его, заставляя его видеть последствия его собственных действий.

Этот лекционный зал, подверженный несчастным случаям, превратился в заброшенное здание. Только когда появился новый директор и отремонтировал школу, это здание снова начало принимать учеников.

Урна, о которой говорил Сунь Сюэбао, была кувшином с прахом Сунь Мо, который предыдущий директор распорядился похоронить рядом с лекционным залом в надежде, что несчастные случаи прекратятся.

Однако в процессе ремонта была обнаружена эта погребенная урна.

Поскольку Сунь Мо повсюду следовал за Сюй Цзыюэ, он, естественно, знал, что он ищет эту урну. Поэтому он заранее выкопал её и положил под свою кровать.

Сюй Цзыюэ открыл глаза.

Он вернулся в системное пространство.

Теперь он знал, что произошло в прошлом, но не знал, что произойдет в будущем.

Сунь Сюэбао не был похож ни на человека, ни на призрака. После стольких падений он всё ещё не умер, но за ним по пятам гналась толпа мстительных духов. Что касается Сунь Мо... Казалось, что он был реабилитирован, но на самом деле он просто обманывал систему.

Никто не знал, что он собирается делать дальше.

Он мог бы позволить Сунь Сюэбао продолжать жить и подвергаться пыткам этих студентов каждый день, но он также мог бы запечатать его обратно в зеркало... Или он может просто игнорировать жизнь и смерть Сунь Сюэбао.

Было так много возможностей, что Сюй Цзыюэ даже не мог предположить.

[Поздравляю игрока с успешной очисткой мира новичка.]

Сюй Цзыюэ сел, скрестив ноги:

— Ну и что, что я очистил мир. Я даже не смог насладиться радостями сладкой любви, а вместо этого вернулся сюда.

[Игровой опыт — это радость преследования.]

Сюй Цзыюэ нахмурился.

— Радости... Нет. После этой игры я чувствую, что у меня может развиться болезнь сердца.

«Но этот поцелуй был очень сладким...» — счастливо подумал Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ спросил:

— Итак, разве у меня нет награды за очистку мира?

[Игрок может просмотреть CG* счастливого конца.]

П/п: цифровая графика.

Сюй Цзыюэ упал.

Хм, как и ожидалось от игры.

Хотя, CG тоже был довольно хорош. По крайней мере, он не испытывал все эти страхи в эти дни просто так. Даже если игра будет закончена, он всё равно сможет лизнуть картинку с Сунь Мо.

Сюй Цзыюэ поднял руку, чтобы просмотреть системный интерфейс. На панели плавало его собственное имя и название мира, который он только что завершил. Он нажал на опцию «средняя школа Шанъян», и затем появилось несколько страниц фотографий CG.

От мрачного Сунь Мо в начале, до мягко улыбающегося Сунь Мо ближе к концу. Было также несколько снимков, на которых он в ужасе цеплялся за Сунь Мо, а также множество фотографий выражения лица Сунь Мо, когда он смотрел на него.

Многие мелкие детали, которые Сюй Цзыюэ не заметил, были раскрыты в этих CG.

Повернувшись к последней картинке, лицо Сюй Цзыюэ стало немного уродливым.

— Почему Сунь Мо лежит на столе в луже крови? — эта фотография на самом деле не показывала в полной мере ужасные травмы спины Сунь Мо. В центре снимка был изображен Сунь Мо со спутанными от пота волосами и бледным лицом. Хотя было ощущение «грязной и слабой красоты», как мог Сюй Цзыюэ, который уже видел всю историю от Сунь Мо, не знать, что это было?

Система ответила:

[Это специальный сюжет CG.]

Сюй Цзыюэ снова посмотрел на эту конкретную картинку, а затем закрыл окно CG.

— Это был уровень новичка, так что если следующий уровень не является уровнем новичка, то действительно ли это сложно?

[Сложность игры делится на простую, общую и сложную. Уровень генерируется случайным образом в начале каждой игры, поэтому всё зависит от удачи игрока.]

Затем система спросила:

[Вы хотите начать следующую игру?]

Сюй Цзыюэ бросил последний долгий взгляд на кнопку с надписью «средняя школа Шанъян» и тихо произнес:

— Да.

[Выбор игры — Роскошный круиз: Общая сложность.]

Арка 2. Роскошный круиз.

Арка 2. Роскошный круиз.

Когда Сюй Цзыюэ открыл глаза, соленый бриз океана наполнил его чувства, и перед его глазами лежало огромное и бесконечное море. Рядом с ним стояло много незнакомых людей, которых он не знал.

— Это роскошный круизный лайнер для нашего тура, который называется «Вестминстер». Это немного длинновато, так что отныне просто называйте его роскошным круизным лайнером. Каждый, кто будет на борту, получит карточку для печатей, и в течение следующего месяца у вас будет возможность принять участие в 20 различных мероприятиях. Каждый раз, когда вы испытываете какое-либо действие, вы будете получать уникальный штамп. После того, как вы соберете все печати, вы получите специальный подарок от владельца этой круизной линии «Вестминстер»!

Говоривший был молодым человеком в красной футболке, красной шляпе и, размахивая красным флагом в руке, говорил. Скорее всего это гид.

Когда в словах гида наступила пауза, заговорила Система.

[В этом мире 100 игроков. Не считая этих игроков, все НПС претендуют на вашу потенциальную цель.]

Одна... Одна сотня? Сюй Цзыюэ быстро оглядел толпу людей, окружающих его, и понял, что у каждого над головой плавает зеленый символ.

Значит, все эти отдыхающие на самом деле были игроками?

Он попытался посмотреть мимо людей на другую сторону и увидел, что даже коридоры лайнера были очень широкими. Однако из-за того, что на пути стояла основная часть корабля, он не мог заглянуть на другую сторону.

Гид снова заговорил:

— На борту этого роскошного круизного лайнера находятся не только мы, но и другие туристы из разных стран. Все должны быть дружелюбны, чтобы установить хорошие отношения между зарубежными странами! В противном случае вы будете нести ответственность за последствия самостоятельно!

Игроки начали перешептываться между собой, но не задавали никаких прямых вопросов, так как казалось, что этот НПС-гид ещё не закончил.

— Этот круизный лайнер имеет в общей сложности 13 этажей — в карточке каждого также указана информация о вашем номере и этаже. На каждом этаже есть удобства для отдыха, поэтому, пожалуйста, обязательно оставайтесь в своем номере и не меняйте его. В противном случае вы также будете нести ответственность за последствия самостоятельно. Наконец, в 8 часов вечера состоится представление! Все должны прийти и посмотреть.

Если бы такой гид существовал в реальном мире, туристическая компания, вероятно, утонула бы в жалобах. Однако в этот момент все собравшиеся могли только старательно записывать то, что только что было сказано.

Сюй Цзыюэ пошарил в кармане рубашки и обнаружил на груди карточку, прикрепленную к шнурку. Карточка была сложена пополам, причем на левой стороне было место для 10 печатей и столько же на правой. На лицевой стороне было его имя и фотография, а прямо под ними его этаж и номер комнаты.

Десятый этаж, 1006.

Сюй Цзыюэ попытался утешить себя тем, что это было хорошее число.

— Другие снова играют в другую игру? — прошептал Сюй Цзыюэ.

Система не ответила, но он услышал, как игроки, собравшиеся рядом с ним, начали обсуждать...

— Только что было выдвинуто точное условие. Нам нужно посетить эти 20 мероприятий, чтобы очистить этот мир.

— Не может быть, это так просто?

— Почему ты думаешь, что это будет легко? Даже если ты закончишь всё за один день, тебе всё равно придется ждать месяц, прежде чем этот корабль причалит!

— Таким образом, мы должны быть уверены, что выживем в течение 30 дней...

— Кроме того, эти мероприятия... Кто знает, что в них произойдет.

Сюй Цзыюэ моргнул. Ух ты, он только что вычислил точное условие намного быстрее, чем в прошлый раз.

Но, вероятно, это было потому, что на этот раз действительно было слишком много игроков. Было бы трудно отделиться и поговорить наедине. Группа из 20 человек может иметь лидера, но для 100 человек... Было бы трудно объединиться под общей целью. Более того, если бы кто-то захотел выступить, ему, вероятно, понадобился бы мегафон, подобный тому, что был у гида ранее.

Но если это произойдет, то НПС с более высоким IQ определенно поймут, что происходит что-то странное.

Только потому, что было много людей болтающих без умолку, Сюй Цзыюэ смог так легко получить нужную ему информацию.

Похоже, он, к счастью, снова смешался с толпой игроков, игравших в другую игру.

Сюй Цзыюэ схватил себя за волосы и сделал вывод. Похоже, он снова не сможет полностью сосредоточиться на игре-симуляторе свиданий.

Сюй Цзыюэ подошел к перилам, чтобы посмотреть вниз, и увидел, что палуба, на которой он стоял, была по крайней мере на 10 метров выше уровня моря. Волны плескались о корпус, но Сюй Цзыюэ не чувствовал никакого заметного движения со стороны самого корабля. Он не мог вспомнить, где именно, но вспомнил, что когда-то читал, что чем больше корабль, тем меньше он раскачивается от движения моря.

С таким опытом кажется, что это действительно так.

Игроки начали собираться вместе на этажах, на которых они собирались жить. Сюй Цзыюэ также последовал и отправился на поиски остальных игроков 10-го этажа.

Каждый этаж сообщал о количестве жителей, и общее количество игроков действительно составляло 100 человек.

Просто дело в том, что... круизный лайнер имел в общей сложности 13 этажей, и всё же никто не жил на 13-м этаже.

Сюй Цзыюэ не мог вспомнить название круизного лайнера, но оно явно звучало по-западному. Со всеми западными суевериями, касающимися числа 13, он был удивлен, что там вообще был 13-й этаж. Разве они обычно не перепрыгивали с 12-го этажа на 14-й?

Хотя сам он думал, что это всего лишь число... Не сказать, что ему это особенно не нравилось, просто он немного боялся предвестия грядущих сверхъестественных событий.

— Что ж... Давайте все вернемся в наши комнаты. Не может быть, чтобы сто человек действовали все вместе — это привлекло бы слишком много внимания. — предложил кто-то из толпы.

Сюй Цзыюэ на самом деле не хотел возвращаться в свою комнату, он хотел осмотреться. Хотя он уже был молодым взрослым, он всё ещё никогда раньше не был на круизном судне. Единственный опыт, который он имел с лодками, был с теми маленькими, которые можно арендовать в парке. Такими, которые включали весло, и вы должны были грести сами. Он никогда не был на таком роскошном корабле, как этот.

Это был редкий опыт!

Несмотря на то, что там было сто человек, и поэтому его побег не должен быть таким очевидным, Сюй Цзыюэ подумал о том, что у него может быть сосед по комнате или что-то в этом роде, и поэтому он неохотно последовал за другими игроками на 10-й этаж.

Всего на 10-м этаже проживало пять человек. Из 12 этажей это была относительно небольшая группа игроков.

По пути они вчетвером начали обсуждать игру.

— Из слов гида, я думаю, есть 2 основных момента. Один из них состоит в том, чтобы быть дружелюбным по отношению к тем, кто из других стран, а другой — не менять номера. И то и другое приводит к тому, что мы сами справляемся с последствиями... Что меня не слишком радует.

— Кроме того, сто человек в одной игре! Я никогда раньше не видел ничего подобного.

— На этот раз очень вероятно, что если кто-то умрет, мы даже не узнаем его имени.

Одна из девушек увидела, что Сюй Цзыюэ просто молча слушает, и поэтому она взяла на себя инициативу спросить:

— Почему ты ничего не говоришь?

— Я немного невежественен, поэтому я просто хотел услышать, что вы все должны были сказать. — Сюй Цзыюэ боялся, что он скажет что-то странное и разоблачит себя.

При этом остальные предположили, что Сюй Цзыюэ был новым игроком, и поэтому они больше не пытались включить его в разговор. Это было не из-за недружелюбия, просто им нужно было обсудить неотложные вопросы, и у них не было времени, чтобы ввести Сюй Цзыюэ в курс дела, особенно если он не собирался говорить ничего полезного.

Сюй Цзыюэ не считал, сколько комнат было на каждом этаже, но он заметил, что у каждого из игроков были свои комнаты, ни один из пятерых не делил номер.

У Сюй Цзыюэ был двухместный номер с большой двуспальной кроватью, балконом и ванной комнатой. Он взволнованно порхал, двигаясь и прикасаясь ко всему, и ушел только тогда, когда остальные 4 игрока пришли, чтобы найти его.

В конце концов, поскольку это был его первый раз, Сюй Цзыюэ был немного взволнован.

Отчаявшись выполнить поставленные задачи, другие игроки остановили сотрудника и спросили о действиях на карточке с печатями, а затем старательно записали заметки.

Сюй Цзыюэ, следующий за ним по дороге: «...»

В тот же день они осмотрели весь круизный лайнер. Сюй Цзыюэ также впервые обнаружил, что технология круизных линий уже настолько передовая.

Там был аквапарк, баскетбольная площадка и даже теннисный корт, и всё это на круизном лайнере! Просто другие игроки рядом с ним, казалось, очень нервничали, поэтому Сюй Цзыюэ не мог заставить себя предложить им немного поиграть.

Во время ужина они поели в главном ресторане. На круизном судне было три разных ресторана: главный ресторан, буфет и специализированная кухня. После еды каждый из них получил печать.

Двадцать печатей снизились до девятнадцати.

В восемь часов вечера все собрались на палубе и стали ждать представления, о котором упоминал гид.

Игроки вокруг Сюй Цзыюэ очень нервничали, но другие туристы-НПС казались очень взволнованными, с нетерпением ожидая представления.

Сюй Цзыюэ приветственно помахал другим игрокам и исчез в толпе.

Ему всё ещё нужно было найти свою цель для этого мира.

Несмотря на то, что он был в новом мире, он всё ещё должен был усердно работать. Он должен был найти красивую цель!

Представление было довольно ослепительным и поразительным, и после того, как он несколько раз оглядел толпу и не увидел никого, кто привлек бы его внимание, Сюй Цзыюэ снова обратил своё внимание на представление.

Шоу закончилось в 11:30 вечера, и ничего особенного не произошло. Ближе к концу другие игроки, наконец, немного расслабились.

После этого Сюй Цзыюэ не сразу вернулся. Ему было трудно найти возможность исследовать всё самому, поэтому он, естественно, воспользовался этим шансом, чтобы снова прогуляться по кораблю. К тому времени, когда было почти 12 часов, Сюй Цзыюэ увидел, что на палубе осталось очень мало людей, и поэтому он поспешил обратно на 10-й этаж. По пути в свою комнату он прошел мимо полуоткрытой двери.

Первоначально он намеревался закрыть эту дверь для жильца, но как только он увидел человека, сидящего в инвалидном кресле внутри, Сюй Цзыюэ оказался на полу рядом с дверью.

Сюй Цзыюэ неоднократно говорил себе, что он не идиот, но ему всё ещё было трудно оторвать взгляд от человека внутри.

Полудлинные локоны другого были свободно перевязаны лентой, и они ручейками падали ему на грудь. Несколько завитков упали на его закрытые глаза, естественный изгиб его губ поднялся вверх, точеный и полный... Волосы, рассыпанные по обеим сторонам его щеки, мягко обрамляли лицо, поднимаясь с каждым вдохом. Сюй Цзыюэ отчаянно желал, чтобы он мог стать этими прядями волос.

Другой, казалось, был европейского происхождения, с глубоко посаженными глазами, светлым оттенком кожи и гораздо более высокой переносицей, чем у Сюй Цзыюэ. Хотя он сидел в инвалидном кресле, всё ещё можно было разглядеть смутные очертания его ног по сравнению с телом.

Если бы он встал, то его ноги были бы длинными и прямыми, а тело пропорциональным. На нем был простой халат, и можно было легко увидеть мышцы его груди и живота — такие, какие можно получить только после интенсивных, сосредоточенных упражнений.

Когда Сюй Цзыюэ с тоской уставился на него, не желая закрывать дверь, он вдруг обнаружил, что смотрит в глаза человеку, которым восхищался.

«Плюх» Сюй Цзыюэ упал на пол. Он как раз собирался объясниться, но его ноги непослушно подкосились и начали сводить судорогой. Вероятно, это было потому, что он слишком долго сидел на корточках.

— Ах, это больно... — Сюй Цзыюэ сжался в комок и, держась за ноги, свернулся калачиком за дверью незнакомца.

Вначале судорога в ноге была очень болезненной. Хотя через некоторое время он восстановился, боль всё ещё оставалась.

Держась за ногу, Сюй Цзыюэ свернулся калачиком на полу и начал хныкать.

Какая ужасная первая встреча!

Глаза Сюй Цзыюэ быстро двигались. Услышав звук приближающегося инвалидного кресла, его тело напряглось. Он лежал там, как дохлая рыба.

— Ты в порядке?

Голос, вошедший в его ухо, словно нес в себе магнетические силы. Это заставило Сюй Цзыюэ на полу бесконтрольно двигаться. Ему хотелось подойти поближе и прислушаться.

— Ты всё ещё можешь стоять?

Этот нежный голос был подобен зимнему солнцу. Он светил сверху, но мог согреть всё тело.

Сердце Сюй Цзыюэ затрепетало. Он сел и яростно кивнул головой:

— Я могу стоять. — затем он медленно встал, глядя на мужчину, прежде чем спросить, — Ты тоже турист на этом корабле?

Мужчина на мгновение замолчал. Затем он кивнул и тепло улыбнулся:

— Да.

— Меня зовут Сюй Цзыюэ. А тебя?

— Меня зовут Остин.

— Это иностранное имя... Но у тебя действительно хорошее произношение. — Сюй Цзыюэ прислонился к стене. Мышца на ноге досих пор немного болела, но теперь он действительно мог ходить. Он просто втайне хотел остаться и ещё немного поговорить с Остином.

Выражение лица Остина не изменилось. Он сказал:

— Из-за того, что мне было слишком скучно, я узнал много бесполезных вещей.

Сюй Цзыюэ моргнул. Он почувствовал, что эта его фраза прозвучала немного странно.

Внешне он казался мягким и вежливым, но в словах, которые были произнесены, чувствовался намек на высокомерие. Изучение языка других стран также считалось чем-то бесполезным? Или он слишком много думал, и Остин, вероятно, не имел в виду языковую проблему, о которой они говорили?

Сюй Цзыюэ не мог оторвать глаз от лица Остина, не говоря уже о том, чтобы скрыть свои мысли. Он был похож на ребенка, который хочет конфет, но не осмеливается заговорить, потому что рядом с ним был взрослый.

Он мог только смотреть.

— На что ты смотришь?

Страстный взгляд Сюй Цзыюэ был слишком очевиден. Остин не мог полностью игнорировать это. Он даже подумал, что на этом лице может быть что-то странное, заставляющее Сюй Цзыюэ так смотреть на него.

Его глаза были немного холодными, когда он поднял руку, чтобы коснуться своего лица. Но не было ничего странного.

Губы Сюй Цзыюэ шевельнулись. Он застенчиво прошептал:

— Твоё лицо...

Остин: ?

Сюй Цзыюэ смущенно опустил голову, но его глаза всё ещё были прикованы к Остину:

— Слишком... Слишком хорошо выглядит...

Остин: «...»

Сюй Цзыюэ посмотрел в коридор, который только что потемнел. Он не знал, было ли на корабле назначено время, когда они выключали свет, и просто подумал, что, вероятно, это было сделано для экономии электроэнергии.

— Уже поздно. Могу я прийти и найти тебя завтра? — Сюй Цзыюэ подумал, что у него есть ещё месяц и если он потревожит его сон, не может оставить у Остина хорошего впечатления... Хотя он, вероятно, не оставил хорошего впечатления после этой первой встречи, но это было, по крайней мере, чем-то необычным. Достаточно для того, чтобы он запомнил его.

—  Конечно. — Остин слегка улыбнулся, — Если ты можешь прийти.

Сюй Цзыюэ кивнул:

—  Конечно, могу!

Улыбка Остина стала шире. Он смотрел, как убегает Сюй Цзыюэ.

*  *  *  *  *

После того, как Сюй Цзыюэ вернулся в свою комнату, первое, что он сделал — это достал из шкафа одежду нужного размера и принял душ, прежде чем спокойно выйти на небольшой балкон.

Морской бриз был соленым, но он чувствовал себя очень комфортно.

У Сюй Цзыюэ не было талассофобии*, поэтому, даже если он не мог видеть конец моря, он всё равно мог наслаждаться неторопливым ощущением ночью.

П/п: фобия глубокого моря

Сюй Цзыюэ прислонился к балкону, думая об Остине, которого он только что встретил.

Остин был очень хорош собой, но был в инвалидном кресле. У него даже было толстое одеяло, плотно обернутое вокруг нижней части тела. Если бы не изгиб колена, он бы подумал, что у Остина нет нижней части тела.

Неизвестно, было ли это из-за несчастного случая или это было что-то, с чем он родился. Возможно, он просто перенес какую-то операцию и какое-то время не мог ходить. Были разные варианты.

Сюй Цзыюэ становился всё более и более любопытным. Однако эти вещи не были особенно важны, поэтому он не очень возражал, если не знал.

Находясь в оцепенении и раздумьях, глаза Сюй Цзыюэ бессознательно смотрели вдаль в одном месте, а не оглядывались вокруг.

Он увидел, как рыба размером примерно в половину его самого выпрыгнула из моря и приземлилась на палубу. Как раз в тот момент, когда Сюй Цзыюэ собирался посмотреть, не ловит ли кто-нибудь рыбу, он увидел, что рыба встала на хвост! Используя хвост, чтобы делать маленькие, медленные шаги, её темп был довольно стабильным. Затем она исчезла в тени корабля...

Дыхание Сюй Цзыюэ остановилось. Он нервно посмотрел на то место, где исчезла рыба. Он не мог ясно видеть сквозь тени и мог только ждать.

Вскоре из этой тени появился человек.

Когда этот человек вошел в каюту, Сюй Цзыюэ вошел в свою комнату и бросился к кровати.

Что происходит? Русалки? Но русалки должны быть наполовину людьми, а это была целая рыба!

Сюй Цзыюэ схватил себя за волосы и перекатился на кровати.

Люди на этом корабле были двуногими, но человек, которого он только что видел, на самом деле был рыбой?

Если бы он не видел этого собственными глазами... Сюй Цзыюэ безвольно лежал на кровати.

Вопрос: Сколько людей на этом корабле — люди, а сколько — рыбы?

*  *  *  *  *

Сюй Цзыюэ спал допоздна, но на следующий день встал рано. Это всё потому, что его сны прошлой ночью были полным беспорядком. Люди вокруг него внезапно превращались в рыбу, или в середине еды тушеная рыба, которую он ел, превращалась в тушеного человека... В любом случае, хорошее настроение, которое у него было после встречи с Остином, было наполовину испорчено.

Проснувшись, Сюй Цзыюэ умылся и почистил зубы. Затем он переоделся, надел свою карточку и бросился в комнату Остина.

На этот раз дверь в комнату Остина была плотно закрыта. Сюй Цзыюэ постучал несколько раз, но ничего не услышал изнутри. Как раз в тот момент, когда он раздумывал, продолжать ли ему стучать или уйти, дверь открылась изнутри.

Глаза Сюй Цзыюэ просветлели:

— Доброе утро, Остин.

—  Утро. — Остин был немного удивлен, увидев Сюй Цзыюэ, но ничего не сказал.

Сюй Цзыюэ не знал, что сказать дальше, поэтому он мог только придумать классический вопрос:

— Ты завтракал?

Остин покачал головой:

—  Пока нет.

—  Тогда пойдем вместе?

Затем Остин изобразил на лице отвращение. Как будто он только что о чем-то подумал, он нахмурил брови. Однако вскоре он пришел в норму и с теплым выражением лица сказал:

—  Нет необходимости, ты можешь идти.

Сюй Цзыюэ нашел это немного странным, но он также не собирался спрашивать об этом.

Пока он может его видеть... Этого было достаточно.

—  Хочешь, я принесу его тебе? — Сюй Цзыюэ сказал это, играя пальцем, —  Я слышал, как гид сказал, что есть три ресторана: главный ресторан, буфет и специализированный ресторан. Я только вчера был в главном ресторане на шестом этаже и не был в других. Возможно, потребуется некоторое время, чтобы найти нужные места, но я сделаю это так быстро, как только смогу. Я просто не знаю, сможем ли мы взять еду из буфета.

—  Почему ты так хорошо со мной обращаешься? — Остин посмотрел на Сюй Цзыюэ так, словно увидел что-то новое.

Разве нормальные люди стали бы такими после того, как только вчера впервые встретили кого-то?

Сюй Цзыюэ поджал губы и застенчиво улыбнулся:

—  Это всё потому, что... ты хорошо выглядишь...

Остин: «...»

В конце концов Сюй Цзыюэ побежал в главный ресторан на шестом этаже. Поспешно прикончив порцию пасты, он упаковал ещё одну вместе с кофе, прежде чем вернуться на десятый этаж.

Когда Сюй Цзыюэ вернулся в комнату Остина с едой, он просто случайно увидел, как кто-то вышел из его комнаты. Мужчина точно так же держал в руках завтрак. Просто он всё ещё держал его в руке, когда выходил из комнаты Остина...

Сюй Цзыюэ соприкоснулся плечами с этим невыразительным человеком, когда они прошли мимо друг друга и вошел в комнату Остина. Поставив завтрак на стол, он сел на маленький диван в комнате Остина и наблюдал, как тот готовится к завтраку.

Сюй Цзыюэ спросил:

—  Этот человек, который только что ушел, твой друг?

Рука Остина замерла:

—  Подчиненный.

Подчиненный...?

Возможно ли, чтобы Остин был каким-то великим мастером?

Но было бы странно, если бы такому красивому человеку не подчинялись. Мозговая схема Сюй Цзыюэ была очень необычной. Она всегда будет связывать всё с привлекательностью человека.

—  Значит, он только что принес завтрак? Почему он снова взял его обратно?

—  Разве ты не говорил, что хочешь принести его мне? — Остин открыл рот и медленно поднес пасту ко рту.

—  Это правда... — Сюй Цзыюэ выглянул за дверь, но не увидел, как тот человек вернулся. В комнате были только он и Остин.

—  На твоей груди...

Сюй Цзыюэ в замешательстве посмотрел на свою грудь:

—  Это? Об этом сообщил гид. — он снял шнурок с шеи и передал карточку, — Фотография здесь была лучшей, которую я когда-либо делал.

Если быть точным, фотография на этой карточке не была чем-то, что он сделал. У игры были свои методы её приобретения. Больше всего его порадовало то, что фотография была очень хорошей.

Остин посмотрел на карточку и мягко улыбнулся:

—  Ты не боишься потерять её?

Сюй Цзыюэ, которого спросили об этом, был застигнут врасплох:

— Всё должно быть в порядке. Если она пропадет... Я просто возьму ещё одну у гида?

—  Возьми. — Остин вернул карточку Сюй Цзыюэ, —  Ты собираешься испытать эти мероприятия?

—  Не имеет значения, делаю я это или нет. Но учитывая сколько забавных мероприятий на этом круизном корабле, было бы жаль не попробовать их.

Остин кивнул:

—  Да, это редкая возможность. Подобное должно быть пережито.

Сюй Цзыюэ, который был опьянен красотой Остина, чувствовал, что всё, что сказал Остин, было правильным.

Во второй половине дня, когда Остин сказал, что у него есть другие дела, он мог только попрощаться с красавцем и убежать один, чтобы попробовать одно из двадцати занятий.

Водная горка в море.

Водная горка на самом верхнем этаже круизного лайнера была не просто водной горкой. Она требовала, чтобы люди сначала преодолели несколько препятствий, прежде чем подняться на вершину и соскользнуть вниз.

Сюй Цзыюэ нетерпеливо стоял у входа. Чтобы добраться до вершины горки, была небольшая секция для скалолазания, а под ней был бассейн глубиной в несколько метров. После того, как Сюй Цзыюэ переоделся в плавки и встал в очередь, он услышал впереди спор.

Он высунул голову и огляделся. Это оказалась группа игроков.

Сюй Цзыюэ на мгновение задумался, прежде чем решил оставить место, чтобы подойти и послушать.

— Я следил за ними, когда вы, ребята, ушли. Но когда я вернулся, вы говорите, что случайно потеряли её? Я уже пережил несколько мероприятий! Как вы собираетесь мне отплатить?!

— Если она пропала, значит, она пропала. Ты можешь просто пойти и взять ещё одну!

— Из-за чего весь сыр-бор? Мои уши вот-вот начнут кровоточить от всего этого шума. Самое большее, ты можешь просто получить ещё одну карту, и я помогу тебе заполнить её снова.

— Ты говоришь так, как будто это было легко. Тогда пойди и принеси мне одну!

— Я достану, я достану. Боже, ты такой настойчивый. Просто подожди. Я сейчас принесу тебе одну!

Сюй Цзыюэ некоторое время прислушивался и рассматривал их вещи. Затем он пришел к выводу.

Они, вероятно, сняли карточки, висящие у них на шее, и потеряли одну, когда не обращали на них внимания.

Сюй Цзыюэ задумался над словами Остина. Он также затронул эту тему сегодня.

После некоторых раздумий Сюй Цзыюэ решил немного подождать, чтобы посмотреть, как всё будет развиваться.

Вскоре после этого человек, который сказал, что получит карточку, поспешил вернуться.

— Гид сказал... сказал, что карт больше нет. В самом начале, ещё до того, как мы поднялись на борт, было решено, что у каждого из нас будет только одна.

Человек, потерявший свою карточку, бросился вперед и схватил этого человека за плечи:

— Но без карточки я не смогу пройти игру!

— Я ничего не могу сделать...

— Это твоя ваша вина. И всё из-за вас, ребята... — человек, потерявший свою карточку, посмотрел на человека перед собой с ненавистью.

— Успокойся. Это... Если ты её потерял, мы можем просто поискать её. Не усложняй это для других.

— Каких других! Это ты тот, кто потерял мою карточку. Скажи мне! Ты уже знал об этом, поэтому ты потерял её намеренно?! Только для того, чтобы помешать мне зачистить эту игру?!

— Что за чушь ты несешь?!

— Я несу чушь? Ты даже не подумал о последствиях, но всё же сказал мне успокоиться? Если бы ты был на моем месте, давай посмотрим, смог бы ты всё ещё сохранять спокойствие! — сказав это, он бросился вперед и схватил карточку другого.

— Ты потерял мою карточку, так что я могу взять только твою!

Сюй Цзыюэ посмотрел на карточку, висевшую у него на груди, и отступил назад. Он крепче сжал карточку. Хотя он не был похож на других, и не имело значения, есть у него это или нет, он не чувствовал себя комфортно, не имея того, что было у всех остальных.

Что касается кражи чужих вещей... Украденные карты не обязательно могут работать.

В противном случае, почему на нем должна быть регистрационная фотография и имя?

Кроме Сюй Цзыюэ, были и другие, наблюдавшие за происходящим краем глаза. Даже если ограбленный кричал:

— Почему вы, ребята, не идете на помощь?! — никто не двигался, чтобы оттащить человека, который потерял свою карточку.

В конце концов, этот человек выглядел очень страшно.

Его вены вздулись, а глаза налились кровью. Его пальцы превратились в когти, и он бросался на любого, кто приближался к нему. Среди этой группы людей был даже один, которому поцарапали глаз.

Человек, чей глаз был ранен, тоже был в ярости, но это было лучше, чем потерять свою жизнь.

В конце концов, этот человек получил в свои руки карту. Затем он поспешно бросился к НПС, стоящему рядом с водной горкой. Независимо от того, был ли он уже проштампован для этой деятельности, он с надеждой спросил:

— Могу ли я получить штамп с этой? Я только что закончил испытывать это!

Выражение лица НПС было безразличным. Как будто он не видел происходящего перед ним переполоха.

— Нет, ею может пользоваться только сам владелец.

Последствия были ещё более хаотичными. Эти люди спорили и дрались, и потому что человек, который потерял свою карту, был один и также израсходовал много своей энергии раньше, он вскоре был подавлен. Человек, у которого украли его карточку, забрал её обратно и даже сердито пнул человека на полу.

Всё это время никто не вмешивался.

Сюй Цзыюэ не осмеливался приблизиться.

В конце концов, эти люди выглядели очень страшно. Их глаза были налиты кровью и красными, и они выглядели так, словно без колебаний разорвали бы другого человека на части. Их удары были резкими, и они, казалось, не боялись убить другого и не пострадали от его сопротивления.

Они выглядели как группа диких животных, потерявших рассудок.

Человек, потерявший свою карту, поднялся с палубы. С телом, покрытым кровью, он развернулся и бездушно покинул место происшествия.

Сюй Цзыюэ посмотрел на остальных. Они выплюнули кровь изо рта и угрожающе посмотрели на других игроков. Те, кто был на более робкой стороне, избегали их взгляда и отступали в толпу.

Сюй Цзыюэ больше не был в настроении проходить водную горку.

Он последовал за человеком, который ушел, и увидел, как тот вошел в комнату на шестом этаже. Затем Сюй Цзыюэ повернулся и направился в медицинскую палату на третьем этаже, чтобы взять лекарство. Оставив лекарство за дверью, он несколько раз постучал и спрятался за ближайшим углом. Только увидев, как мужчина открыл дверь, чтобы взять лекарство, он вздохнул с облегчением и ушел.

На самом деле он делал это из чувства вины. В конце концов, он не вышел вперед, чтобы заступиться за него, когда тот больше всего в этом нуждался, и он ничего не сделал, чтобы помочь.

Хотя, если бы ему действительно пришлось, он мог бы также привести некоторые оправдания; например, даже если бы он заговорил, ничего бы не изменилось, и его бы тоже избили... Но бездействие всё равно оставалось бездействием.

Сюй Цзыюэ вздохнул. Затем он побежал обратно на тринадцатый этаж, желая посмотреть, там ли ещё эти люди.

Но независимо от того, были они всё ещё там или нет, он не поднимался и ничего не говорил. Он просто хотел посмотреть, и у него не было для этого никаких особых причин. Это было просто для того, чтобы убедиться, что эти люди всё ещё расслаблены и веселятся.

Сюй Цзыюэ увидел их троих в бассейне на тринадцатом этаже. Один из них спал на шезлонге рядом, и на столике рядом даже стояли напитки и еда. Если бы не синевато-фиолетовые синяки на теле, всё выглядело бы вполне нормально.

Двое других были в бассейне. Один греб на спине, в то время как другой стоял на мелководье, постоянно смывая пятна крови со своего тела, в свою очередь вызывая отвращение у других.

Сюй Цзыюэ заметил, что несколько неигровых иностранных туристических НПС покидают бассейн с выражением отвращения.

Затем Сюй Цзыюэ увидел, как тот человек, который смывал пятна крови со своего тела, вытер полотенцем целый кусок кожи. Этот слой кожи всё ещё был соединен с телом и висел там... Кровь лилась по его телу, стекая в воду. Постепенно вода вокруг него начала краснеть.

Сюй Цзыюэ был ошеломлен этой шокирующей сценой.

Даже кости на его руке были обнажены, но он продолжал вытираться полотенцем. Он постоянно бормотал:

— Слишком грязно... Слишком грязно... Надо вытереть, надо вытереть...

Было также несколько других игроков, которые видели это, и все они быстро вылезли из бассейна. Они больше не осмеливались оставаться в воде.

Что касается двух его спутников, то один всё ещё понятия не имел, что происходит, и плавал с закрытыми глазами, в то время как другой, вздрогнув, встал. Из его горла вырвались булькающие звуки. Как будто оно было заблокировано. Он не мог вымолвить ни слова.

Сюй Цзыюэ просто случайно оказался рядом с НПС. Этот НПС посмотрел на ситуацию в бассейне и спокойно сказал: «Слишком грязно», прежде чем развернуться и уйти.

Прежде чем Сюй Цзыюэ успел подумать, его тело первым бросилось вперед. Он крикнул:

— Скорее убирайтесь!

Человек, гребущий на спине, открыл глаза и посмотрел на Сюй Цзыюэ. Как раз в тот момент, когда он нахмурился и почувствовал раздражение, он заметил красноватую воду в бассейне вокруг себя. С мелкого конца бассейна даже плавали мелкие куски плоти.

Другой человек всё ещё вытирал свое тело. Вся его правая рука была стерта до костей. От одного его вида по спине пробежали мурашки.

Гребущий на спине человек поспешно подошел к краю бассейна. Позаимствовав силу Сюй Цзыюэ, он вытащил себя.

Как только он вышел, в бассейне внезапно появился водоворот, выкачивающий всю воду. Что касается человека на мелководье...

Сюй Цзыюэ подсознательно поднял голову, закрыл глаза и отвернулся.

Вокруг него раздались крики.

НПС бассейна вернулся после всего и осушил бассейн. Он вел себя так, как будто ничего не случилось, и направился прямо к бассейну. Подобрав кости и куски плоти, он бросил их в большой черный мешок для мусора. Затем несколько других НПС вошли в бассейн со щетками и шлангами и приступили к очистке, ополаскиванию и наполнению бассейна...

— Дорогие гости, бассейн теперь чистый. Вы можете продолжать.

Эта сцена была до ужаса страшной.

Не только игроки, но и туристические НПС тоже смотрели.

И даже если бы воду в бассейне сменили, ни у кого не было намерения возвращаться обратно.

Туристические НПС прикрыли носы и ушли один за другим.

Игроки медленно собрались вместе.

— Это из-за того, что только что произошло? Он потерял карту другого человека, так что...

— Этого не может быть. С двумя другими всё в порядке.

— Нет. Я думаю... Это произошло это потому, что он разозлил иностранного туриста-НПС.

Сюй Цзыюэ посмотрел на двух других. Они со страхом смотрели на кристально чистую воду в бассейне. Их глаза не могли скрыть панику, которую они чувствовали.

Чувствуя себя немного слабым, Сюй Цзыюэ развернулся и ушел.

Добравшись до комнаты Остина, он заколебался, стоит ли стучать в дверь.

Что, если Остин всё ещё не закончил? Или слова, которые он сказал ранее, были его способом вежливо отвергнуть его? Не говоря уже о том, что информация, которой он пришел поделиться, не была чем-то хорошим.

Как раз в тот момент, когда он обдумывал это, дверь открылась изнутри.

Сидя в своем инвалидном кресле, Остин смотрел на Сюй Цзыюэ, стоящего за дверью, без малейшего намека на удивление. Затем он мягко сказал:

— Я услышал шаги снаружи и подумал, не ты ли это... Оказывается, я был прав.

Сюй Цзыюэ поднял руку и смущенно почесал пальцем щеку. Он нервно улыбнулся:

— Я тебя побеспокоил?

Остин покачал головой и вкатил инвалидное кресло обратно в комнату:

— Нет, мне просто скучно.

Сюй Цзыюэ вздохнул с облегчением. Если бы его ненавидел кто-то такой красивый, ему бы действительно захотелось плакать.

Остин указал Сюй Цзыюэ сесть на маленький диван, прежде чем налить ему чаю. Он пододвинул несколько закусок на столе к Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ вел себя по отношению к Остину несколько сдержанно и сделал лишь небольшой глоток чая. Хотя Сунь Мо выглядел довольно мрачно, его личность и действия не заставляли других чувствовать себя отстраненными. С другой стороны, поведение и действия Остина полностью выражали тот факт, что он был начальником.

Это создавало ощущение, что на него можно смотреть только издалека, но не играть с ним.

— Остин, ты много знаешь об этом круизном лайнере? — Сюй Цзыюэ предположил, что Остин, вероятно, был кем-то состоятельным, кто был в отпуске. Такие люди определенно знали бы больше, чем невежественные игроки, которые только что вошли в этот мир.

Конечно, он просто небрежно спросил и не ожидал многого. В конце концов, не все будут расспрашивать о своей поездке перед отъездом.

Рука Остина, державшая чашку, замерла. Он улыбнулся:

— Думаю, я кое-что знаю. — он сделал глоток, — Что такое? Что-то случилось?

Сюй Цзыюэ удивленно посмотрел на Остина:

— Как ты узнал, что что-то случилось?

Остин поднял подбородок и посмотрел на Сюй Цзыюэ:

— Это написано у тебя на лице.

Сюй Цзыюэ ничего не скрывал и сразу же рассказал Остину обо всем, что произошло на водной горке и в бассейне.

— Случалось ли что-то подобное раньше? Потому что я чувствую, что НП... персонал здесь вполне привык к этому. — это был не простой вопрос привыкания к чему-то. Это было спокойствие и безразличие. В их глазах не было ни единой перемены, когда это произошло.

Если только они не были бесчувственными. Это, вероятно, было то, что они часто видели; так часто, что это больше не казалось странным. Как кошки, ловящие мышей, и люди, наступающие на муравья, в этом не было ничего необычного.

— И когда мы впервые сели на корабль, гид сказал, что мы должны быть дружелюбны с иностранными туристами. Было ли это потому, что он испачкал воду в бассейне и потревожил других? — Сюй Цзыюэ облизнул губы. Они стали немного сухими от всех этих разговоров.

— Ваш гид сказал что-то в этом роде... — Остин, казалось, задумался. Его палец нежно потерся о край чашки...

Сюй Цзыюэ наблюдал за рукой Остина и чувствовал, что даже его рука была очень привлекательной. Хотя у него не было фетиша рук, привлекательные руки могут дать изначально привлекательному человеку бонусные очки.

Чем больше Сюй Цзыюэ думал об этом, тем больше смущался. Он опустил голову и допил остатки чая в своей чашке.

Остин сказал:

— То, что он сказал, было не совсем точным.

Сюй Цзыюэ поднял голову. Он в замешательстве посмотрел на Остина.

Остин многозначительно улыбнулся и сказал:

— В этой части моря есть легенда.

Сюй Цзыюэ был ошеломлен:

— Ле-легенда?

— Мгм. Проще говоря, она говорит об особом чудовище в море, которое они называют морским чудовищем. Морское чудовище обладает способностью проникать в человеческое тело. В то время как человек занимается нормальной деятельностью, они будут есть человека изнутри, пока не исчезнут все внутренние органы и не останется только внешняя кожа. Даже в таком состоянии человек всё равно сможет передвигаться и думать самостоятельно.

Сюй Цзыюэ затаил дыхание:

— А потом?

— А потом морское чудовище заменит этого человека и переселится жить на сушу.

Губы Сюй Цзыюэ шевельнулись. Он смог снова обрести голос только через некоторое время:

— Тогда есть ли способ отличить людей, которых заменили морские монстры?

— Если ты действительно хочешь знать, есть только два способа. Во-первых, морские монстры должны будут вернуться в море через определенный промежуток времени. Если ты увидишь, как они снимают свою человеческую кожу или надевают её, тогда ты узнаешь.

Сюй Цзыюэ чувствовал, что то, что он видел прошлой ночью, вероятно, было этим, но палуба была очень темной, и он мог только сказать, что это был человек.

Сюй Цзыюэ мог только надеяться, что оставшийся метод будет полезен:

— Тогда как насчет второго?

— Остается только вскрытие. Как только ты препарируешь тело кого-то, кто паразитирует, ты увидишь, что верхняя половина тела будет полой, и там будет морское чудовище. Иногда это могут быть самки морских чудовищ, и ты даже можешь увидеть их яйца.

Выражение лица Сюй Цзыюэ постепенно становилось уродливым:

— Значит ли это, что я не знал бы, если бы меня паразитировали?

Остин покачал головой:

— Ты не паразитирован.

Сюй Цзыюэ слабо кивнул:

— Если Остин говорит, что это не так, то я уверен, что это не так. — но внутри у него всё ещё было немного тревожно.

— Если что-то подобное произойдет на этом круизном судне, разве корабль не вернется? — Сюй Цзыюэ не мог не думать о черных волосах, костях и кусках плоти, блокирующих дренажные трубы в бассейне, и почувствовал легкую тошноту.

Остин улыбнулся и покачал головой.

Этот мертвый игрок сделал несколько вещей, которые впоследствии привели к этому. Сначала он потерял карточку, потом ввязался в драку и, наконец, пошел и попытался смыть кровь в бассейне. Однако тот, кто потерял карточку, был не только он. Однако во время боя он выглядел немного странно.

По крайней мере, выражение его лица, похожее на выражение свирепого зверя, заставляло других отступать на три фута.

Сюй Цзыюэ вздохнул:

— Этот круиз действительно странный...

Странный персонал, странные туристы... А также странные игроки.

Обычно, если бы на борту произошла смерть, круиз уже повернул бы назад.

Сюй Цзыюэ задумался. Затем он кое-что понял:

— Значит, гид знает о существовании морского чудовища? Не поэтому ли он просил, чтобы мы ладили с иностранными туристами? Это было для того, чтобы мы не навлекли на себя гнев морских чудовищ?

Остин не ожидал, что Сюй Цзыюэ примет это так быстро:

— Ты уже веришь в это?

Сюй Цзыюэ кивнул:

— Да.

С одной стороны, это было потому, что это было то, что сказал Остин. С другой стороны...

Сюй Цзыюэ наклонился вперед и вел себя очень скрытно.

— На самом деле, я видел это прошлой ночью. — Сюй Цзыюэ рассказал Остину о том, что он видел прошлой ночью из своей комнаты.

Остин кивнул. Теперь он понял, почему Сюй Цзыюэ принял это так быстро.

— Дело не в том, что если ты не спровоцируешь морских чудовищ, они не придут и не найдут тебя. Для морских монстров требуется от половины дня до двух дней, чтобы полностью поглотить внутренние органы человека, и они могут свободно использовать тела не более пяти дней. Конечно, если ты навлек на себя его гнев, он наверняка не отпустит. — Остин поджал губы, — Они очень мстительные существа.

Сюй Цзыюэ подсчитал. Это означало бы, что четверо умрут в течение месяца? Но не может же быть только одно морское чудовище.

Сюй Цзыюэ в отчаянии почесал затылок.

— Спасибо, Остин. Если бы не ты, я бы не знал. — Сюй Цзыюэ воспринял это только как то, что сам вызвал напоминание НПС. Он чувствовал, что ему повезло, что он встретил Остина, который был способен прояснить его путаницу.

Остин сказал:

— Я также знал об этом только из легенд и книг.

— Я должен рассказать об этом остальным, но я также не знаю, находится ли кто-нибудь из них уже под контролем.

Что ему делать, если морское чудовище узнает о том, что он разоблачил их существование, и захочет отомстить?

Остин также упомянул, что они мстительные существа.

Остин задумчиво сказал:

— У меня есть идея.

Сюй Цзыюэ пристально посмотрел на него.

*  *  *  *  *

Сюй Цзыюэ передал список заданий Остину, а затем пошел искать других игроков, чтобы сказать им, что они должны собраться в комнате для занятий на четвертом этаже.

Один сказал десяти, десять сказали ста; это было намного удобнее, чем Сюй Цзыюэ передавать сообщение в одиночку.

Таким образом, даже если есть морские монстры, источник сообщения неизвестен.

Хотя было неизвестно, все ли были уведомлены, согласованное время скоро приближалось, так что Сюй Цзыюэ мог только поспешить в комнату для занятий.

Как только он вошел в комнату для занятий, он увидел, что там был НПС, раздающий брошюры различным игрокам.

Сюй Цзыюэ признал в этом НПС подчиненного Остина.

Он также прочитал брошюру. Вопросы, связанные с морскими чудовищами, были подробно описаны внутри. Выражения лиц игроков вскоре начали меняться, и они стали настороженно относиться к людям рядом с ними.

Сюй Цзыюэ тоже обдумывал это последствие, но всё же решил рассказать им. Лучше знать, чем не знать. Если что-то случится, вы, по крайней мере, можете быть готовы.

Но в настоящее время он всё ещё не знал, какие меры он может принять против морских чудовищ.

После того, как НПС ушел, игроки ничего не обсуждали. В конце концов, никто не знал, был ли человек рядом с ними паразитирован.

Они только сосчитали присутствующих и поняли, что пропали трое.

Прошел всего один день, а трое пропали без вести. Если бы всё продолжалось такими темпами, к концу месяца осталось бы не так много игроков. Однако никто не мог гарантировать, что каждый день будут пропадать только трое.

Когда он вышел из комнаты отдыха, было уже темно. Сюй Цзыюэ медленно поднимался по лестнице в задумчивости.

На этом круизном судне был не только вопрос о морском чудовище. Сюй Цзыюэ лично видел, как кто-то вытирался полотенцем, пока не оторвались большие куски плоти. Какая сила может заставить кого-то стереть собственную кожу? Это было полотенце, а не кухонный нож.

Однако это было бы гораздо легче объяснить, если бы вы приняли во внимание сверхъестественные силы. Происходят ли сверхъестественные вещи логически? Нет!

В это никто не мог вмешаться. Как бы вы ни пытались исследовать причину, ничего не будет найдено.

Тебе просто не повезло, и тебя выбрали. Не имело значения, даже если ты ничего не делал.

Если бы это было так, Сюй Цзыюэ не пришел бы к какому-либо выводу, как бы сильно он об этом ни думал.

И поэтому он решил перестать думать.

На третий день Сюй Цзыюэ снова принес Остину завтрак.

Сюй Цзыюэ ошеломленно наблюдал, как Остин ест.

— Я слышал, как ты вчера сказал, что собираешься попробовать себя на этом корабле? — после завтрака Остин отхлебнул кофе.

Сюй Цзыюэ улыбнулся.

— Но когда происходит что-то подобное... Я не могу сделать это в одиночку.

— Тогда я пойду с тобой. — Остин поставил чашку с кофе.

Глаза Сюй Цзыюэ заблестели.

— В самом деле?

Остин уверенно кивнул.

Остин попросил Сюй Цзыюэ помочь подтолкнуть его инвалидное кресло, пока он будет показывать дорогу.

Они поднялись на лифте на второй этаж.

Как только дверь лифта открылась и Сюй Цзыюэ вышел, толкая инвалидное кресло, его встретил перекресток, который разделился на три разных направления. Дорожки были покрыты красным ковром. Даже сквозь обувь Сюй Цзыюэ мог сказать, насколько он мягкий.

Остин сказал:

— Иди прямо.

Сюй Цзыюэ кивнул. Поджав губы, он подтолкнул кресло вперед.

В конце коридора была двойная резная деревянная дверь. Она выглядела довольно дорогой. По обе стороны двери стояли двое мужчин в черных костюмах. Когда они увидели, что Остин и Сюй Цзыюэ подошли, они схватились за ручку и распахнули дверь.

Как только дверь открылась, прохладный воздух изнутри хлынул на Сюй Цзыюэ. В то же время внутри ходили люди, одетые во все виды одежды. Были оживленные звуки говорящих людей, взволнованная атмосфера, и даже были слабые звуки того, что кто-то был сломлен и плакал.

Этот крик длился всего мгновение. Прежде чем Сюй Цзыюэ смог услышать, о чем он плачет, он исчез в толпе.

— Это казино круизных лайнеров. Здесь можно поставить на что угодно.

Сюй Цзыюэ не понял, что он имел в виду, и просто тупо посмотрел на Остина:

— Я не принес никаких денег... И я не знаю, как играть в азартные игры.

Мягко улыбнувшись Сюй Цзыюэ, Остин поднял руку и потер его шею.

Сюй Цзыюэ мгновенно почувствовал головокружение. По всему его телу побежали мурашки. Когда палец Остина скользнул по его коже, дрожь прошла от шеи до всего тела.

— Я, я, я, я... — Сюй Цзыюэ больше не мог нормально говорить.

Палец Остина поднялся и провел по лицу Сюй Цзыюэ. Его палец нежно коснулся розовых щек Сюй Цзыюэ, прежде чем медленно отодвинуться. В этот момент глаза Сюй Цзыюэ были слегка влажными.

— Всё в порядке. Если ты не умеешь играть в азартные игры, я могу научить тебя.

Даже в шумной обстановке нежный голос Остина звучал так, как будто он был произнесен прямо рядом с ухом Сюй Цзыюэ, заставляя его уши онеметь.

Сюй Цзыюэ покраснел. Убрав руку с инвалидного кресла, он закрыл лицо руками и присел на корточки на пол.

Аааааа— Его сердце вот-вот разорвется!

— Что случилось? Ты чувствуешь себя плохо? — Остин опустил голову и посмотрел на Сюй Цзыюэ, который сидел на корточках рядом с его инвалидным креслом. Его тон был полон беспокойства, и когда он заговорил, в конце Сюй Цзыюэ чувствовал горячее дыхание, что делало того, кто изначально не сопротивлялся, ещё более слабым.

Сюй Цзыюэ: Инь-инь-инь*...

П/п: жалкие звуки плача

Остин: «...» Что это за звук...

Сюй Цзыюэ спрятал лицо в ладонях и сидел на корточках, как большой круглый мяч.

Его угрюмый голос донесся до уха Остина:

— Не дразни меня... — его тон звучал так, словно над ним издевались.

Остин: «...»

Официант неподалеку принес фишки Остину. Остин махнул рукой, показывая, чтобы он подождал.

Он оперся локтем на подставку для рук своего инвалидного кресла и, подперев подбородок рукой, с интересом наблюдал за Сюй Цзыюэ. Не было и следа той мягкости, которая была у него раньше, когда он разговаривал с Сюй Цзыюэ. Вместо этого в его взгляде был намек на что-то темное.

К тому времени, когда Сюй Цзыюэ пришел в себя и снова посмотрел на Остина, тот вернулся к своему обычному нежному взгляду.

Вероятно, из-за того, что он долгое время закрывал лицо, лицо Сюй Цзыюэ и уголки его глаз были красными. Вместе со слегка влажными глазами он выглядел так, словно только что плакал.

Из-за того, что он слишком долго сидел на корточках, его ноги онемели, как только он пошевелился, чтобы встать. В конце концов он снова упал на задницу. Сюй Цзыюэ посмотрел на Остина со смущением и стыдом.

Когда Остин протянул руку, чтобы помочь поднять Сюй Цзыюэ, он увидел, как молодой человек быстро отпрянул, опустив голову. За его головой виднелись только красные кончики ушей. Остин, казалось, о чем-то подумал и мог только беспомощно рассмеяться:

— Притормози, мы не торопимся.

К тому времени, как жар на лице Сюй Цзыюэ рассеялся, прошло уже десять минут.

Остин получил коробку от официанта:

— Фишки внутри. Если этого недостаточно, я получу больше позже.

Сюй Цзыюэ быстро махнул рукой:

— Нет, нет, нет. Нет нужды. Я просто понаблюдаю. — он не знал, как это делается, и у него не было никакого интереса.

— Твоя карточка. Ты можешь получить печать только после того, как сыграешь десять раундов в казино.

Сюй Цзыюэ посмотрел на карточку, висящую у него на шее, и, наконец, вспомнил об её существовании. Однако это было то, что ему не нужно было завершать.

Остин сказал:

— Всё в порядке. Ты можешь сначала попробовать, а потом расплатиться со мной. Это слишком много времени, чтобы ходить туда и обратно. — он наклонил голову и улыбнулся.

— Х-хорошо...

Сюй Цзыюэ ошеломленно кивнул головой.

* * * * *

Сидя за игорным столом, Сюй Цзыюэ колотил себя в грудь, сокрушаясь по поводу того, что его снова соблазнила красота. Но если это случится снова... Он всё равно, вероятно, не будет сопротивляться этому. Сюй Цзыюэ хорошо знал себя. С тех пор как он научился ходить, он всегда убегал в магазины, чтобы обнять ногу красивого человека и ласково позвать «старший брат» или «старшая сестра». Когда он пошел в школу, классным руководителем была молодая учительница. Каждый раз, когда она преподавала китайский, Сюй Цзыюэ активно поднимал руку и делал всё возможное, чтобы заслужить похвалу учителя. Позже он узнал о стыде и начал дружить с красивыми людьми... Короче говоря, он не сопротивлялся красоте.

Если бы он смог устоять перед ультра-красивым Остином здесь, это было бы ещё более странно.

После того, как Остин подвел Сюй Цзыюэ к столику, официант предложил Сюй Цзыюэ сесть на табурет. Остин, с другой стороны, тесно прижимался к Сюй Цзыюэ.

Вокруг было много людей, так что места для всех не хватало, особенно учитывая, что инвалидное кресло Остина занимало так много места.

— Сначала я научу тебя Сик Бо. — Остин жестом показал официанту, чтобы тот открыл для него коробку: — Сик Бо — это обычная игра на высокие или низкие ставки. От 4 до 10 — это низкий уровень, а от 11 до 17 — высокий.

Сюй Цзыюэ спросил:

— Тогда как насчет 3 и 18?

— Это большая потеря. Дилер выигрывает.

Сюй Цзыюэ кивнул. Казалось, он и понимал, и не понимал.

Остин подбодрил его:

— Сначала попробуй сам. — он сунул несколько фишек в руку Сюй Цзыюэ.

Когда рука Сюй Цзыюэ коснулась руки Остина, он втайне был очень доволен. Но если вы просите его сыграть в азартные игры... Сюй Цзыюэ закрыл глаза и сделал ставку на максимум.

Конечный результат был низким.

Первая попытка Сюй Цзыюэ оказалась неудачной.

Игра в Сик Бо развивается очень быстро. Ему не потребовалось много времени, чтобы накопить десять попыток. Из этих десяти попыток у него было больше поражений, чем побед. Как только эти десять попыток закончились, Сюй Цзыюэ больше не хотел играть.

Остин не давил на него. Он подозвал официанта, чтобы поставить печать на карточке Сюй Цзыюэ, прежде чем предложить:

— Если ты не хочешь играть в казино, мы можем сменить место.

— Сменить?

— Что насчет оперы?

Сюй Цзыюэ быстро кивнул. Он вспомнил, что на этом корабле была и такая активность. Хотя он никогда раньше не смотрел оперу, ему было очень любопытно. По сравнению с азартными играми, он был более готов спокойно смотреть шоу.

Как только они закрыли коробку и собрались уходить, в казино раздался крик.

Сюй Цзыюэ повернул голову и огляделся. Из толпы, спотыкаясь, вышел человек, крепко державшийся за свою наполовину оторванную руку.

Сюй Цзыюэ увидел над головой зеленый символ и быстро оглядел толпу. В толпе с этим символом было также около четырех или пяти человек. Они смотрели на своего спутника, потерявшего руку, с бледным выражением лица. Это было так, словно они смотрели на своё будущее.

Человек, который выбежал, схватившись за свою руку, с глухим звуком рухнул на пол. Его горло издавало булькающие звуки, а тело дергалось. Из толпы вышли двое мужчин, подхватили его по одному с каждой стороны и потащили прочь. Вскоре после этого эти люди снова вышли и быстро сменили окровавленный ковер на чистый.

Как только это было сделано, эти люди в черных костюмах поклонились другим игрокам, чтобы выразить свои извинения, прежде чем уйти.

От начала и до конца они не давали им никаких объяснений.

Сюй Цзыюэ внимательно вгляделся в выражение лица НПС. Их можно условно разделить на два типа.

Один тип просто равнодушно наблюдал за происходящим. Как и НПС, которые были свидетелями инцидента в бассейне, они, вероятно, чувствовали, что такого рода вещи были нормальными и не проявляли никаких признаков страха или ужаса. Другой тип НПС, казалось, знал причину, но всё ещё проявлял некоторый страх.

В последнем случае, хотя они были менее напуганы по сравнению с нормальными людьми, они, по крайней мере, всё ещё сохраняли нормальные мыслительные процессы...

Сюй Цзыюэ нашел это немного странным. На борту было два типа НПС, которые можно примерно разделить на нормальных людей и ненормальных людей. С тем знанием, которое Остин дал ему о морских чудовищах, он не мог не думать, что за этим кроется нечто большее.

— Пойдем. — Остин посмотрел на Сюй Цзыюэ, стоявшего рядом с ним.

Сюй Цзыюэ покачал головой. Затем он наклонился и сказал:

— Я видел нескольких товарищей, которые сели со мной на корабль. Я хочу спросить их, что случилось. — он посмотрел в ту сторону, куда тащили игрока, и добавил: — Человек, который потерял руку, тоже был одним из них.

Остин понимающе кивнул. Он приготовился ждать Сюй Цзыюэ.

— Я скоро вернусь. — сказав это, Сюй Цзыюэ побежал туда, где находились оставшиеся пять игроков.

Пятеро игроков обсуждали отсутствующего игрока с оторванной конечностью, который был ранее. Они казались довольно испуганными. Увидев, что Сюй Цзыюэ подошел, они сначала были настороже, но расслабились, когда поняли, что он тоже игрок.

Сюй Цзыюэ подошел и спросил:

— Я не видел вас раньше, ребята. Что случилось?

Пятеро из них на самом деле не хотели разговаривать с Сюй Цзыюэ, потому что они ещё не знали, был ли Сюй Цзыюэ паразитирован. Однако, даже если они ничего не говорили, было довольно много зрителей, так что Сюй Цзыюэ всё ещё мог получить информацию от ближайших НПС.

— Ранее он переборщил, и у него не хватило фишек, так что он мог поставить только свою руку.

Сюй Цзыюэ был озадачен:

— Разве не было бы прекрасно просто ставить небольшую сумму каждый раз? Почему ему не хватило фишек?

Игрок с бледными губами взглянул на Сюй Цзыюэ:

— Ты узнаешь, когда обменяешься фишками позже. Одна фишка здесь эквивалентна 10,000, а система дала нам только 100,000, что вполне достаточно. Вчера мы ходили в магазин беспошлинной торговли на девятом этаже и смогли получить печать только после того, как что-то купили.

— То есть у нас сейчас не хватит на десять фишек. Но, если нам повезет и мы выиграем раунд или два, мы сможем накопить десять попыток, чтобы получить печать. Однако удача была не на его стороне...

Уголок губ этого игрока дернулся. Выражение его лица было мрачным.

— Затем он пошел к месту, где обменивались фишками, чтобы проверить свои счета... Хотя ему удалось получить десять попыток, у него не было ничего, чтобы погасить долг.

Сюй Цзыюэ посмотрел на остальных. Некоторые всё ещё держались за фишки. Он не мог не немного рассердиться:

— Тогда, если один из вас выиграет и одолжит ему одну, разве это не было бы хорошо?!

— Ты просто говоришь нам одолжить её! — этот игрок опроверг ещё более сердито: — Почему бы тебе не одолжить её?! Мы даже не знаем, достаточно ли у нас для себя, и мы всё ещё не достигли десяти попыток!

Сюй Цзыюэ посмотрел на него и долго молчал. Через некоторое время он сдался под сердитыми взглядами пятерых игроков и смог только склонить голову и искренне извиниться:

— Извините, я не знал о вашей ситуации.

Один из игроков фыркнул и с презрением отвернулся.

Сюй Цзыюэ озабоченно почесал в затылке и спросил:

— Сколько у тебя осталось попыток? Ты ни разу не выиграл?

Они посмотрели друг на друга, прежде чем тот, кто стоял впереди, ответил:

— Каждый из нас играл по восемь раз. Осталось два, но у нас есть только одна фишка. Этот человек только что... пытался изо всех сил. Если бы он победил, нам всем хватило бы.

Сюй Цзыюэ задумался. Они начали с шести человек. Если бы у каждого было по девять фишек, то в общей сложности было бы пятьдесят четыре фишки... Если бы они работали вместе, даже если бы им не повезло и они не выиграли ни разу, только один из них попал бы в беду. Но нынешнее затруднительное положение заключалось в том, что никто из них не хотел жертвовать собой, поэтому они чувствовали, что до тех пор, пока им повезет и они выиграют один раунд, проблем быть не должно. Однако теперь один из них был ранен. Когда он потерял так много крови, всё ещё оставался вопрос, сможет ли он жить. Что касается оставшихся пяти фишек... Исходя из их нынешнего затруднительного положения, теперь все должны выиграть, иначе они, скорее всего, закончат так же, как этот игрок только что.

Сюй Цзыюэ знал, что он думает слишком оптимистично. В конце концов, они все хотели жить, так что его идеализированный план вряд ли имеет место быть. Это также было бы несправедливо по отношению к человеку, которого приносят в жертву.

Но...

— Никто из вас не выиграл ни одного раунда? Разве это не странно? — хотя у Сюй Цзыюэ было больше поражений, чем побед, он всё равно выиграл примерно три или четыре раза.

Игрок мрачно улыбнулся:

— Ты думал, что это занятие будет легким? Как может быть так просто для зачистки мира? Если бы ты просто немного использовал свой мозг, ты бы знал, что это то, что нам нужно прояснить в игре... В каждом месте определенно будут спрятаны ловушки. Таким образом, это будет соответствовать главной теме игры, не так ли?

Сердце Сюй Цзыюэ упало. Он сглотнул слюну. Тогда тот инцидент в бассейне, вероятно, тоже был из-за этого....

— Ты всё ещё не ходил в магазины беспошлинной торговли, верно? Если ты потеряешь эти 100,000 здесь, ты не сможешь получить печать там. — этот игрок коснулся фишки в своей руке. Его глаза были налиты кровью:

— Смерть неизбежна. Вопрос только в том, когда это произойдет.

Сюй Цзыюэ посмотрел на фишку в своей руке и замер:

— Самая маленькая фишка здесь — 10,000?

Игрок кивнул.

— Фишки с наименьшим количеством выглядят одинаково?

Игрок снова кивнул.

Сердце Сюй Цзыюэ стучало в ушах.

Те фишки, которые он использовал раньше... Они, казалось, отличались от тех, что у них были.

— Мы попробуем в последний раз. — игрок взглянул на Сюй Цзыюэ. Его губы изогнулись в легкой улыбке, когда он посмотрел на Сюй Цзыюэ, как будто он скоро последует их судьбе: — Ты не собираешься обменивать на фишки?

— Подожди... — Сюй Цзыюэ остановил их.

Он временно подавил свои страстные чувства к Остину.

— Я пойду, возьму свои деньги и дам вам по фишке каждому. Если вы выиграете... Вы сможете вернуть мне деньги, но если проиграете... не волнуйтесь об этом.

Глаза пятерых игроков расширились. Они недоверчиво посмотрели на Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ подумал ещё немного. Он поднял руку и взъерошил волосы:

— Но я всё ещё должен кое-кому деньги, поэтому мне придется спросить этого человека, могу ли я быть у него в долгу ещё немного.

...Надеюсь, он сможет отплатить своим телом.

Мысли Сюй Цзыюэ не могли не пересечь черту.

Автору есть что сказать:

Юэюэ: Расплачиваюсь своим телом, хорошо?

Остин: Отличная выгода!

Момо: Нет!!!

Когда Сюй Цзыюэ ушел, пятеро игроков не могли не последовать за ним, чтобы посмотреть, действительно ли он намерен им помочь.

Они видели, как Сюй Цзыюэ подошел к НПС в инвалидном кресле и осторожно сказал несколько слов, прежде чем НПС кивнул в ответ. Затем Сюй Цзыюэ повернулся и послал им жест «окей», прежде чем подойти и сказать, чтобы они подождали, пока он вернется в свою комнату за деньгами.

Пятеро игроков недоверчиво посмотрели на своего товарища. Они не ожидали, что с ними случится что-то настолько хорошее.

В подобных играх они обычно конфликтовали друг с другом, если только не было необходимости работать вместе, чтобы противостоять внешней силе. В других случаях их группировка в команды была просто фасадом. Хотя они, возможно, работали вместе как команда в последние несколько дней, они также были настороже друг против друга.

В подобном случае, когда требовалось быть осторожным с другими игроками, они не могли не быть бдительными.

Но действия Сюй Цзыюэ только пошли им на пользу. Они не могли думать о каких-либо возможных скрытых намерениях, которые у него могли быть.

— Тебе не кажется это странным? Он пришел в казино, не взяв с собой денег?

— Может быть, он просто случайно прогуливался.

— Случайно встретился с тем НПС, который, казалось, одолжил ему деньги?

Игрокам это показалось странным.

— Кстати говоря, можно ли занять деньги у НПС?

— Я не знаю.

— Не пробовал.

— Забудь об этом. Если ты занял деньги у НПС и условие состоит в том, что ты должен вернуть их своим телом... Я не говорю о такой компенсации! Я говорю о таких условиях, как сдача своего тела морскому чудовищу.

— О, я сталкивался с этим раньше, но это было в духовном мире. Призраки могут дать вам подсказку, но цена этого — ваши глаза. И они не скажут вам ничего до обмена.

— ...Я действительно не знаю, как он это сделал.

— Независимо от того, как он это сделал, мы можем не увидеть его после сегодняшнего дня.

— Должны мы предупредить его?

— Тц. Если ты собираешься предупредить его, давай. Мне всё равно.

— ...Тогда я тоже ничего не скажу.

Остин смотрел, как они подошли, чтобы понаблюдать за другими игроками. Он поднял бровь, закрыл глаза и откинулся на спинку кресла. Слабая улыбка свисала с его губ, пока он ждал возвращения Сюй Цзыюэ.

*  *  *  *  *

Когда Сюй Цзыюэ отошел от игроков, он вкратце рассказал ему о них. Он ничего конкретно не упомянул об игре, а только сказал, что они действительно хотели собрать все печати, поэтому они хотели занять немного денег.

Остин хотел, чтобы Сюй Цзыюэ дал им несколько его фишек, но Сюй Цзыюэ решительно покачал головой и отказался. Что касается того, сколько фишек Остина он использовал, он приготовился спросить об этом позже.

И в отношении того, как он отплатит Остину... Остин только что сказал, что они должны сначала разобраться в ситуации с другими людьми. Дела, касающиеся их двоих, не были срочными.

Слова Остина ясно указывали на то, что он считал Сюй Цзыюэ кем-то близким. Это заставило сердце Сюй Цзыюэ наполниться весенними цветами. Он даже улыбнулся, когда выбежал из казино.

Он порылся в своей каюте и в конце концов нашел на тумбочке банковскую карточку на 100,000 юаней. Поскольку на ней было написано число 100,000, и оно также упоминалось игроками ранее, он знал, сколько было внутри.

Сюй Цзыюэ взял банковскую карту и пошел прямо в казино, чтобы обменять её на пять фишек. Сначала он поздоровался с Остином, прежде чем подойти к пяти игрокам, которые смотрели на него широко раскрытыми глазами.

Сюй Цзыюэ дал каждому по фишке.

Игроки получили фишку, и все они выразили ему свою искреннюю благодарность.

— Я думаю, что, поскольку ты можешь занять деньги у НПС, у тебя, вероятно, уже есть свой способ, не так ли? Тогда мы отправимся первыми.

Брови Сюй Цзыюэ приподнялись. Он кивнул и позволил им уйти.

Хотя он не помогал им, чтобы получить их благодарность, такое их отношение оставило у него неприятное чувство. Сюй Цзыюэ немного пожалел об этом, но это было совсем немного. В конце концов, если они не выиграют этот раунд, и он не одолжит им свои фишки, они все, скорее всего, умрут здесь.

Сюй Цзыюэ не мог позволить себе нести эту вину.

Он покачал головой и отбросил пятерых игроков на задний план. Затем он снова воспрянул духом и радостно направился к Остину.

Остин наблюдал за приближением Сюй Цзыюэ и сказал:

— Видя, что ты бегаешь вокруг, почему бы нам не сделать перерыв в кафе?

Сюй Цзыюэ кивнул. Он согласится со всем, что скажет Остин.

А ещё он мог бы получить печать в кафе и поговорить о фишках.

Когда они ушли, Остин прямо попросил официанта убрать коробку с фишками. Он не просил, чтобы их обменяли на наличные. Конечно, Сюй Цзыюэ также не видел, как он обменивал наличные деньги на фишки, когда они пришли раньше.

По дороге в кафе на пятом этаже Сюй Цзыюэ спросил:

— Я видел, как другие люди обменивались фишками. Ты хранил фишки в казино?

— Нет.

— Тогда что же это было?

Остин на мгновение задумался:

— Что-то похожее.

Неужели он не хочет сказать ему? Сюй Цзыюэ на мгновение задумался. Если Остин не хотел говорить, то он просто не будет спрашивать.

Добравшись до кафе на пятом этаже, Сюй Цзыюэ нашел место, чтобы сесть с Остином.

В кафе было немного народу. Большинство из них занимались своими делами, и даже если они болтали, то делали это тихо.

Из динамиков доносилась успокаивающая фортепианная мелодия. Время от времени вокруг прогуливались красивые или привлекательные официанты.

Сидя здесь, можно было мгновенно расслабиться.

Какое замечательное место для свидания!

Остин протянул Сюй Цзыюэ меню напитков. Кофе там был написан на двух языках, но Сюй Цзыюэ понимал только один. Иногда он мог понять несколько слов на другом языке, но это было бесполезно для него.

— Я не знаю, что хорошо. Остин, ты можешь помочь мне принять решение? Пока он не горький, я не против. — Сюй Цзыюэ сделал паузу и изменил свои слова, — Нет, даже если он горький, так как ты его заказал, я выпью его.

Остин улыбнулся. Он назвал официанту два названия и вернул меню напитков.

Увидев, что официант ушел, Сюй Цзыюэ наклонился ближе к Остину. Лицо Остина было так близко, что он чувствовал себя смущенным, и его сердце бешено колотилось, но он также не мог отвести взгляд.

Сюй Цзыюэ облизнул пересохшие губы и спросил Остина:

— Раньше в казино я просто использовал то количество фишек, которое ты мне дал. Почему ты не говоришь мне, сколько я использовал?

Остин ответил:

— Ты просто небрежно играл, поэтому я также небрежно дал тебе фишки.

— Это не одно и то же. — Сюй Цзыюэ покачал головой. Он посмотрел на руки Остина на столе, надул губы и осторожно потянул Остина за рукав:

— Скажи мне, сколько я потерял, хорошо?

Остин не убрал руку Сюй Цзыюэ. Он даже нежно улыбнулся, глядя на два пальца, сжимающих его рукав.

Сюй Цзыюэ был похож на кота, у которого что-то отняли. Он надул губы и прищурился.

— Не имеет значения, сколько ты потерял. Этого достаточно, если тебе было весело.

Сюй Цзыюэ застыл. Он обхватил голову руками и сказал приглушенным голосом:

— Ты снова жульничаешь.

Остин задумался:

— Жульничаю?

— ...Ты дразнишь меня. — Сюй Цзыюэ не поднимал глаз и прятал лицо.

Сюй Цзыюэ услышал, как Остин тихо усмехнулся.

Он наполовину поднял голову, открывая только пару глаз.

— Если ты не собираешься сказать мне, сколько я потерял, тогда просто скажи мне, как я должен вернуть тебе... Честно говоря, на моей карточке осталось всего 50,000 юаней.

— Вот как... — Остин намеренно нахмурился и изобразил на лице противоречивое выражение.

Сюй Цзыюэ ослабил пальцы на рукаве Остина и медленно выпрямился. Из кармана он достал банковскую карточку и положил её на стол, прежде чем подтолкнуть её к Остину...

— Сначала я дам тебе вот это... Принимает ли круизное судно на работу? Примут ли они таких временных работников, как я?

В любом случае, Остин не стал бы просить его отплатить своим телом.

Сюй Цзыюэ на мгновение задумался. Если он действительно попросит об этом, то его слишком легко отпустят. Увы... Даже так, казалось, что он использует Остина в своих интересах.

Остин рассмеялся:

— Не нужно. — посмеявшись некоторое время, он заметил огорченный взгляд Сюй Цзыюэ и медленно добавил: — Но с моей стороны, мне просто нужен временный работник, чтобы провести некоторое время со мной.

Официант принес кофе. Остин пододвинул к нему кофе Сюй Цзыюэ.

— Если ты будешь сопровождать меня в течение этого времени, это можно рассматривать как выплату этих фишек.

Сюй Цзыюэ был более чем счастлив, но такую потрясающую возможность трудоустройства, как эта, вы нигде не могли найти. Остин определенно говорил это намеренно.

Если бы Сюй Цзыюэ проводил больше времени в этом мире, у него было бы больше времени, чтобы заработать деньги и расплатиться с Остином, но он знал, что у него осталось чуть меньше месяца. У него не было достаточно времени, чтобы заработать деньги, необходимые для погашения фишек, которые он потерял ранее. С десятками тысяч долларов он, вероятно, не сможет заработать достаточно, даже если продаст своё тело. Более того, он хотел продать его только Остину, и всё ещё оставался вопрос, согласится ли другой купить его.

— Хорошо? Когда ты идешь со мной играть, все расходы ложатся на меня. В конце концов, ты просто сопровождаешь меня.

Сюй Цзыюэ твердо кивнул. Он не мог сказать «нет». Если бы такой великий мастер, как Остин, начал тратить, 50,000 юаней, что были у Сюй Цзыюэ, было бы недостаточно.

— Что касается твоей карточки...—  Остин отодвинул её, — Возьми обратно.

Он не собирался брать её.

Вздох. Воображаемая сцена, когда он отдает свои деньги, закончилась.

Опыт в кафе можно было завершить, просто выпив там чашечку кофе. После того, как Сюй Цзыюэ получил печать от официанта, он ещё немного посидел с Остином. После этого они отправились на обед в специализированный ресторан и точно так же получили там печать. Наконец Остин привел Сюй Цзыюэ посмотреть оперу.

Жаль, что в опере пели только иностранные песни. Сюй Цзыюэ не понял и в конце концов заснул на Остине на полпути. Когда он проснулся после этого, он был очень смущен.

В течение дня Сюй Цзыюэ сумел пробиться сквозь толпу и получил четыре печати. Включая печать из главного ресторана, у него уже есть пять.

Его очень интересовал приз за сбор всех двадцати печатей.

Если не считать инцидента в казино, третий день круиза Сюй Цзыюэ был довольно приятным.

Сюй Цзыюэ даже почувствовал, что это было похоже на свидание.

Когда Сюй Цзыюэ расстался с Остином ночью, он был слишком погружен в своё счастье и забыл сказать, что найдет его на следующий день.

Итак, утром четвертого дня круиза Сюй Цзыюэ не удалось поймать Остина.

Прихватив с собой завтрак, он долго стучал в дверь, но ответа не последовало.

В конце концов Сюй Цзыюэ смог только оставить завтрак у двери и оглядеть остальную часть корабля.

По пути Сюй Цзыюэ даже задался вопросом, действительно ли Остин был в комнате, и просто ничего не сказал, потому что не хотел быть с ним.

Чем больше он думал об этом, тем больше расстраивался Сюй Цзыюэ.

Но все его негативные чувства были направлены на него самого.

Что он не должен был делать вчера, что он должен был сделать... Он размышлял об этом, пока шел к баскетбольной площадке на двенадцатом этаже.

У Остина были проблемы с ногами, поэтому он решил испытать это в одиночку. Иначе Остин, вероятно, почувствовал бы себя неловко, наблюдая за ним.

Помимо баскетбольной площадки, на двенадцатом этаже были также столы для настольного тенниса. Всё это было связано со спортом и физическими упражнениями. После некоторых упражнений гости могли воспользоваться душем, чтобы смыть пот.

Сюй Цзыюэ обратился к находившемуся поблизости персоналу:

— Извините... Как можно получить здесь печать?

Персонал наблюдал за игроками, бросающими мяч в корзины на площадке. Услышав голос Сюй Цзыюэ, он обернулся и ответил:

— Вы можете получить печать, если успешно попадете.

Как раз в тот момент, когда Сюй Цзыюэ думал, что это не было чем-то трудным, он услышал, как игрок на площадке закричал, прежде чем быстро бросить баскетбольный мяч.

И он не бросал его в корзину. Похоже, он в спешке выбрасывал его.

Выбросив его, он начал горячо вытирать руки об одежду, ругаясь:

— Черт! Какого черта?!

Затем он убежал с корта. Этот его поступок выглядел настолько нелепо, что зрители не могли удержаться от смеха.

Сюй Цзыюэ тоже не мог сдержать смеха, но вскоре заметил, что штатный НПС рядом с ним был холоден и безразличен. Он быстро спрятал улыбку на своем лице.

С бесстрастным человеком рядом с ним, разве он не выглядел бы чрезвычайно глупо, если бы смеялся?

Игрок, выбежавший с корта, увидел Сюй Цзыюэ и сразу же подбежал к нему.

Добравшись до Сюй Цзыюэ, он продолжал топать ногами и несколько раз вытирать руки об одежду. Обе руки покраснели от энергичного вытирания.

— Ты тоже... — он взглянул на ближайшего НПС и проглотил слово «игрок», — ...здесь в отпуске?

Сюй Цзыюэ кивнул:

— Что только что произошло? Были иголки на баскетбольном мяче?

Иначе зачем так быстро выбрасывать мяч?

Игрок взглянул на НПС и отвел Сюй Цзыюэ в сторону.

— Меня зовут У Вэньшань, а тебя?

— Сюй Цзыюэ.

— О. — кивнул У Вэньшань. Он оглянулся на мяч на баскетбольной площадке. На площадке стояли две корзины, а вокруг было разбросано четыре или пять баскетбольных мячей.

Один из них был выброшен У Вэньшанем.

У Вэньшань вытер холодный пот, выступивший у него на лбу:

— Эта баскетбольная площадка здесь немного странная.

Сюй Цзыюэ с любопытством спросил:

— В чем именно?

У Вэньшань нервно облизнул губы. Как он объяснил, он сделал жест корзины для броска.

— Просто, когда ты держишь этот баскетбольный мяч и как раз в тот момент, когда ты собираешься прыгнуть... разве ты обычно не раскрываешь ладонь и не толкаешь его по диагонали от груди, а затем не переворачиваешь его запястьем?

Сюй Цзыюэ кивнул.

У Вэньшань продемонстрировал очень точный бросок в корзину.

— А потом этот баскетбольный мяч, как раз когда его перекинули через твою голову, внезапно превратился в голову! И эта голова была бы обращена к тебе, а её глаза смотрели на тебя сверху вниз. У него была улыбка, которая раскалывалась до самых уголков глаз. — У Вэньшань содрогнулся, — Это было ужасно!

— И в этот момент ты мог видеть... — У Вэньшань указал на свою шею, — Ты мог видеть кровь, капающую отсюда, капающую по всему твоему телу. Прежде чем ты поймешь, что происходит, твоя рука тоже будет полностью испачкана.

— Но сейчас ты чист.

— Да. Сбежав с корта, я понял, что с моими руками всё в порядке. — У Вэньшань потер предплечье: — Это действительно чертовски странно.

Сюй Цзыюэ повернул голову и посмотрел на баскетбольную площадку. Там не было человеческих голов, как описал У Вэньшань, но он также не выглядел так, как будто лгал. На самом деле Сюй Цзыюэ уже поверил в слова У Вэньшаня.

Потому что в этом мире уже произошло несколько странных инцидентов.

— Я позову другого игрока. — У Вэньшань похлопал себя по груди. Казалось, он наконец успокоился.

— А? Хорошо, конечно. — кивнул Сюй Цзыюэ.

Но как раз в тот момент, когда они собирались позвать игрока на корт, что-то пошло не так.

Они ясно видели, что мяч, который держал игрок, был баскетбольным мячом, но когда игрок поднял его над головой и приготовился бросить, он превратился в человеческую голову.

У человеческой головы были короткие волосы, так что вы могли ясно видеть отрубленную шею. Плоть там была неровной, а рана кривой. Кровь, казалось, бесконечно вытекала из отверстия.

Область между большим и указательным пальцами игрока была откушена и съедена. Куда она делась, было неизвестно.

С баскетбольной площадки раздался громкий крик боли.

Игрок лежал на полу, скрючившись всем телом и дергаясь, крепко вцепившись в раненую руку.

В этот момент человеческая голова снова превратилась в баскетбольный мяч.

Сюй Цзыюэ и У Вэньшань поспешили к нему. Большинство сотрудников, стоящих неподалеку, были равнодушны. Единственный, кто подошел, предложил им:

— Ему нужно в медицинскую палату.

— Тогда давайте поторопимся! Скорее! — У Вэньшань выглядел более физически здоровым, чем Сюй Цзыюэ. Он молча поднял игрока и пробежал несколько метров, прежде чем понял:

— Где медицинский кабинет?

НПС ответил:

— Третий этаж.

— Ох, хорошо, хорошо. — У Вэньшань позвал Сюй Цзыюэ на помощь, и, как следует уложив игрока на спину, они поспешно покинули двенадцатый этаж.

Сознание травмированного игрока уже угасало. Из его рта доносились слабые стоны.

Сюй Цзыюэ последовал за У Вэньшанем, и они бросились в медицинскую палату. В комнате находился человек в белом халате, который, по-видимому, был врачом.

— Доктор, пожалуйста, помогите! — У Вэньшань положил игрока на кровать.

Из-за всей этой беготни кровь этого игрока запятнала его одежду, и белые простыни на кровати также были окрашены в красный цвет.

Доктор схватил лекарства и марлю и подошел, чтобы обработать рану, в то время как Сюй Цзыюэ и У Вэньшань отдышались. Теперь у них было время обсудить предыдущий инцидент.

У Вэньшань собирался почесать голову, но остановился, увидев свои окровавленные руки. Он сказал:

— Я видел, как он бросал мяч несколько раз раньше, но мяч не менялся.

Сюй Цзыюэ вспоминал игроков, постоянно проигрывающих в казино:

— Мяч ещё не попал?

У Вэньшань покачал головой:

— Нет. Если бы он попал, мы бы остановились. У меня до сих пор нет этой печати.

— Тогда возможно ли, что мяч превращается в человеческую голову, когда ты собираешься им попасть?

У Вэньшань слегка задохнулся:

— Этого не может быть? Он делает что-то подобное с нами?

Сюй Цзыюэ кивнул. Он чувствовал, что его догадка верна:

— Потому что, когда я раньше ходил в казино, я видел, как кто-то играл в десять игр и проиграл все десять.

У Вэньшань выглядел встревоженным:

— Значит ли это, что это невозможно зачистить?

— Это напомнило мне, сколько у тебя печатей? Как ты их получил?

У Вэньшань открыл карточку, висевшую у него на груди, а затем посмотрел на печати внутри. Каждая клетка, которую нужно было проштамповать, имела другой символ, поэтому не помнить, какие действия у вас были, а какие нет, было невозможно.

— У меня их пять. Библиотека, буфет, специализированный ресторан, главный ресторан и настольный теннис. От трех ресторанов ты можешь получить её после обеда там. В библиотеке тебе просто нужно почитать книгу в течение часа, а для настольного тенниса нужно было провести десять последовательных ралли с другим человеком... Самым неприятным было то, что там никого не было, когда я пошел, и мне пришлось ждать кого-то полчаса. Кажется, здесь никого нет.

Сюй Цзыюэ также упомянул об инциденте в бассейне:

— ...Похоже, есть опасные виды деятельности, но есть и безопасные.

Например, опера, которую он смотрел вчера, и библиотека, в которую ходил У Вэньшань.

— Почему я чувствую, что эти опасные действия преследуют нас? Ты не можешь зачистить мир без двадцати печатей. Если ты получишь печати, но не проживешь один месяц, ты не зачистишь его. Если морское чудовище нацелится на тебя на полпути... Ты труп.

Это было явно что-то мрачное, но У Вэньшань сказал это раздраженным тоном, который заставил других рассмеяться.

Сюй Цзыюэ утешил У Вэньшаня:

— У нас всегда должен быть способ выжить, верно?

— Должно быть. — У Вэньшань на мгновение задумался: — Скажи... За два дня до нашего отъезда, если мы возьмем на себя инициативу быть паразитированным морским чудовищем, испытаем опасные действия в течение этих двух дней, а затем уйдем; как ты думаешь, это возможно?

— Э-э-э... Это хорошая идея, но нет никакой гарантии, что люди, паразитированные морскими чудовищами, не будут убиты этими странными событиями.

У Вэньшань кивнул:

— Верно.

Доктор закончил перевязывать руку игрока, а затем проштамповал карточку на груди игрока.

— Хаааа? — У Вэньшань быстро подошел к кровати. Он взял карточку игрока:

— Есть ещё одна для медицинского кабинета?

— Ах... Похоже, это так. — Сюй Цзыюэ вспомнил, что, похоже, было что-то подобное. Он просто не придавал этому особого значения.

— Доктор, можно мне тоже получить штамп медицинского кабинета? — У Вэньшань подтолкнул карточку вперед тыльной стороной своей чистой руки.

— Нет. — доктор прищурился и криво улыбнулся, — Штамп медицинского кабинета может быть выдан только после того, как я вас вылечу.

— Э-э... — У Вэньшань убрал руку, — Кажется, я немного простужен. Это нормально, вот так?

Не говоря ни слова, доктор обернулся. У Вэньшань подумал, что доктор рассердился. Когда он собрался улыбнуться и извиниться, доктор достал из шкафа коробку с лекарствами.

— Выпей это.

У Вэньшань отступил назад. Он посмотрел на зеленое зелье:

— Это... Что это?

— Лекарство.

Сюй Цзыюэ подошел и заглянул внутрь. На дне бутылки было что-то похожее на волосы, но длиной всего около сантиметра и темно-красное. Это было похоже на жука, такого маленького, что его трудно было разглядеть невооруженным глазом.

— Что здесь внутри? — Сюй Цзыюэ указал на основание бутылки.

У Вэньшань подошел ближе и с любопытством заглянул внутрь:

— Какого черта? Что это такое? Ааа... Оно всё ещё движется!

— Похоже, он сосет кровь... — Сюй Цзыюэ отступил назад и посмотрел на доктора, — Могу я не пить что-то подобное?

— Если вы больны, вам нужно принимать лекарства. — доктор настаивал, что флакон, который он держал, был лекарством.

У Вэньшань также сделал шаг назад и встал в одну линию с Сюй Цзыюэ:

— Ах~ Я думаю, что моё тело теперь в порядке. Мне больше не нужны лекарства.

Доктор некоторое время молча смотрел на У Вэньшаня. Он смотрел на него, пока не почувствовал, что его сердце вот-вот взорвется. Затем доктор сказал:

—Не шутите так в будущем. — затем он повернулся и положил лекарство обратно.

У Вэньшань почувствовал облегчение.

Игрок уже потерял сознание, пока его лечили. Сюй Цзыюэ и У Вэньшань не знали его, поэтому они сделали своё дело, приведя его в медицинскую палату.

И хотя доктор был немного странным, рука игрока была перевязана должным образом. Даже если «лекарство», данное У Вэньшаню, было страшным, это было также потому, что У Вэньшань солгал, что он болен.

Итак, Сюй Цзыюэ и У Вэньшань покинули медицинский кабинет. Кроме того, у них самих были дела, поэтому они не могли постоянно следить за ним.

После ухода они поговорили о докторе.

— Доктор в медицинском кабинете немного пугает. Когда я сказал, что болен, он дал мне такое лекарство. Это ясно говорит мне, что что-то не так! — кровь на руке У Вэньшаня высохла. Он забыл вымыть руки в медицинском кабинете, и теперь, когда он ушел, он не хотел возвращаться.

Сюй Цзыюэ кивнул и согласился со словами У Вэньшаня:

— Требования к опыту для медицинской комнаты очень странные. Он должен лечить тебя. Что нам делать, если мы не больны?

У Вэньшань сказал:

— И ты также видел, что ложь о том, что ты болен, не сработала.

— Мы должны порезаться? — У Вэньшань указал на свою руку.

— ...Не нужно заходить так далеко. Ты можешь попробовать сначала принять холодные ванны? — затем Сюй Цзыюэ покачал головой, — Это неправильно. Если это что-то, что нуждается в лечении, как ты думаешь, это будет считаться, если ты скажешь, что у тебя много тепла?

П/п: проще говоря, это когда китайцы считают, что у вас слишком много внутреннего тепла; распространенные причины включают употребление «горячей» пищи, такой как жареная пища.

— Это должно считаться. — У Вэньшань сказал, — Но я только что вспомнил, что у меня грибок на ногах. Интересно, это подойдет?

Сюй Цзыюэ: «...»

На мгновение атмосфера застыла. Сюй Цзыюэ быстро откопал другую тему:

— Почему ты не с другими игроками?

— Первоначально я был с двумя другими. — У Вэньшань потер руки и попытался стряхнуть с себя засохшую кровь, — Но когда я пришел к ним сегодня утром, они сказали, что не хотят быть со мной, так что теперь я один. А ты?

Сюй Цзыюэ посмотрел на руку У Вэньшаня:

— Это немного грубо. Давай сначала найдем место, где можно вымыть руки. — он быстро уклонился от ответа на свой вопрос.

К счастью, У Вэньшань был довольно тупоголовым, и его мгновенно отвлекло предложение Сюй Цзыюэ.

В дополнение к медицинскому кабинету на третьем этаже был также тренажерный зал и раздевалка. На двенадцатом этаже также была раздевалка, но Сюй Цзыюэ там ещё не был, поэтому он не знал, являются ли эти две раздевалки одинаковыми или они разные.

У Вэньшань стоял в ванной рядом с раздевалкой и мыл руку.

Воспользовавшись моментом, когда У Вэньшань отвлекся, Сюй Цзыюэ изменил интерфейс и не мог не обратиться за помощью и утешением к системе.

— Я действительно буду в порядке в этом мире?

[Конечно. В соответствии со стратегиями захвата целей, вы будете в безопасности на 200%. Все действия будут безопасными и безвредными для вас.]

— 200%? Вау... Ты теперь используешь преувеличенные выражения? Или ты намеренно делаешь это, чтобы успокоить меня?

[Пока хост счастлив.]

У Вэньшань небрежно вытер руки о свою одежду, когда закончил мыть их. Вернувшись к Сюй Цзыюэ, он прервал разговор Сюй Цзыюэ и системы:

— Куда ты планируешь отправиться после этого?

Сюй Цзыюэ заговорил:

— Я...

— Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ вздрогнул. Он обернулся и посмотрел в направлении голоса.

Конечно же, это был Остин. Он понял это, как только услышал голос. У кого ещё может быть такой хороший голос?

Голос Остина был таким же нежным, как всегда. Он был таким нежным, что людям, слышавшим его, хотелось плакать. Сюй Цзыюэ покраснел:

— Это первый раз, когда ты назвал моё имя.

— Звучит неплохо.

И он даже назвал его так интимно. От этого у него ослабели ноги, ясно?!

Остин подтолкнул своё инвалидное кресло к Сюй Цзыюэ:

— Я увидел завтрак у двери и везде искал тебя.

Сюй Цзыюэ тут же извинился:

— Извини!

— Почему ты извиняешься? Ты не сделал ничего плохого.

Сюй Цзыюэ долго не мог говорить. В конце концов он смог только произнести фразу:

— Остин, ты такой красивый.

— Ах, нет, я имею в виду, ты такой хороший! — Сюй Цзыюэ быстро хлопнул своей рукой по губам, которые сказали неправильную вещь.

Остин не рассердился. Он воспринял это как комплимент.

У Вэньшань толкнул локтем руку Сюй Цзыюэ и прошептал:

— Кто это?

Над его головой не было зеленого символа, так что он не был игроком.

Сюй Цзыюэ тоже прошептал в ответ:

— Я расскажу тебе позже.

Затем Сюй Цзыюэ повернулся к Остину и сказал своим обычным голосом:

— Мы только что спустились с баскетбольной площадки.

Остин спросил:

— Ты ходил играть в баскетбол?

Сюй Цзыюэ покачал головой:

— Кое-что случилось... Так что мне это не удалось.

— Тогда пойдем вместе.

— Хм? Но... — глаза Сюй Цзыюэ встретились с Остином, — ...Тогда пошли.

У Вэньшань: ??? Что происходит?

Когда они вошли в лифт, вернулись на двенадцатый этаж и направились к баскетбольной площадке, У Вэньшань яростно подмигнул Сюй Цзыюэ.

С одной стороны, Сюй Цзыюэ кивнул У Вэньшаню с выражениями «Я понимаю» и «Не волнуйся», с другой стороны, его ноги твердо указывали в направлении баскетбольной площадки.

Добравшись до корта, они увидели, что обе половины заняты. И они оба были игроками.

— Я спрошу у персонала, сколько времени это займет. — Остин взглянул на У Вэньшаня, — Вы пока можете поболтать между собой.

У Вэньшань задавался вопросом, как этот НПС заметил, что он хочет поговорить с Сюй Цзыюэ. Разве он не сидел перед ними в инвалидном кресле всё это время?

Прежде чем Остин успел проехать больше трех шагов, У Вэньшань быстро спросил:

— Кто этот человек? Ты даже взаимодействуешь с НПС?

Сюй Цзыюэ наблюдал за уходящей фигурой Остина:

— Тебе не кажется, что он особенный?

— Особенный? Ах... Он действительно особенный. — «особенный» У Вэньшаня относилось к инвалидному креслу Остина. Затем он подумал ещё немного:

— Он просто выглядит слишком хорошо. Мне это не нравится.

Сюй Цзыюэ обернулся и посмотрел на него. Он посмотрел на У Вэньшаня, как на странное существо:

— Почему тебе не нравится, что он хорошо выглядит?

У Вэньшань немного испугался пристального взгляда Сюй Цзыюэ:

—Это... это просто из-за существования этих людей я не смогу завести себе девушку?

Сюй Цзыюэ понимающе кивнул. Затем он обвиняюще посмотрел на него:

— Это чистая ревность!

У Вэньшань встал во весь рост и опроверг Сюй Цзыюэ:

— Какая ревность?! Тебе нравятся такие люди, как он, которые могут украсть твою возлюбленную?

Сюй Цзыюэ фыркнул:

— Ты не прав.

У Вэньшань спросил:

— Что я сказал не так?

— Потому что мой возлюбленный — это он. Как он мог украсть себя у меня?

У Вэньшань потерял дар речи.

— Т-т-ты... ты гей?

— Поверхностный.

У Вэньшань был совершенно потрясен. Кто здесь поверхностный? Очевидно, Сюй Цзыюэ нравится этот, казалось бы, бесполезный человек, который только хорошо выглядит.

— Это неправильно! Он же НПС! Как это?!

У Вэньшань, наконец, понял главную проблему. Хотя он был тупоголовым, это не означало, что он был глупым.

Нравится НПС в этом мире? Разве это не было просто поиском смерти?

— Даже если он НПС, он мне нравится. — Сюй Цзыюэ упрямо защищал свою характерную любовь к красивой внешности.

У Вэньшань обошел вокруг Сюй Цзыюэ:

— Но из этого ничего не выйдет.

Сюй Цзыюэ посмотрел на Остина, который улыбался ему и возвращался. Затем он сказал У Вэньшаню, который был рядом с ним:

— Не имеет значения, как долго мы будем вместе; важно, сколько времени мы проведем вместе.

У Вэньшань: «...»

— Но я должен сказать, что сближение с НПС и знакомство с ними действительно имеет свои преимущества. Там меньше опасности, например, то, как ты занимал у него деньги...

Сюй Цзыюэ был удивлен. Он повернулся и посмотрел на У Вэньшаня:

— Как ты узнал?

У Вэньшань пожал плечами и развел руками:

— Игроки обмениваются новостями и информацией. Когда ты говорил о бассейне и опере, я сначала не понял, но понял, увидев этого НПС.

Сюй Цзыюэ действительно был слишком небрежен. Если игрок придет, зная, что он может одолжить деньги, скорее всего, произойдет что-то плохое.

— Видишь ли, подружившись с НПС, ты произвел очень глубокое впечатление на других игроков. У тебя есть преимущество, которого нет у других, поэтому они будут подвергать тебя изгнанию и даже скрывать от тебя информацию. Те, у кого плохой характер, возможно, даже намеренно попытаются саботировать тебя. — привел пример У Вэньшань, — То, что ты сейчас делаешь — это берешь взайм. Если другие придут искать тебя, один или двое будет ещё нормально, но что, если придет больше людей? Мог бы ты спросить у НПС? Все специальные НПС, подобные ему, были запрограммированы заранее. Возможно, он не обрадуется, одолжив ещё денег. И что с тобой будет? НПС, который не любит или даже ненавидит тебя... Возможно, ты не сможешь справиться с последствиями.

— Что касается того, чтобы не давать взаймы... Разве ты не боишься тех, кто знает о каком-то методе верной смерти, намеренно рассказывая тебе об этом, притворяясь полезным, чтобы заставить тебя попробовать? В конце концов, их цель заставить тебя умереть.

— Этого... не может быть?

— Не будь слишком привязан к здешним людям. — У Вэньшань похлопал Сюй Цзыюэ по плечу, — Они уже давно были на взводе и все сошли с ума. Чем больше миров пережито, тем более безумными они становятся.

У Вэньшань посмотрел на глубоко нахмуренное лицо Сюй Цзыюэ и улыбнулся, высунув язык. Он добавил:

— Я скажу тебе одну вещь.

— Какую?

— Когда я проходил предыдущий мир, я столкнулся с игроком. Этот игрок был мужчиной. Он... э-э, я думаю, он соблазнил одну из женщин-НПС в игре. Этот НПС помогал ему на протяжении всей игры, поэтому ему было легче зачистить игру по сравнению с другими игроками. Всё это время не было никакого чувства опасности.

У Сюй Цзыюэ было плохое предчувствие.

У Вэньшань продолжил:

— Игроки, которые знали об этом, были чрезвычайно ревнивы. Они рассказали НПС о правде игрового мира.

У Вэньшань улыбнулся и прищурился:

— Ты знаешь, что произошло дальше?

— Ч-что?

— Позже этот НПС убил своего любимого игрока, а затем, за один укус она съела его на глазах у других игроков. — У Вэньшань хватал воздух горстями и вел себя так, словно откусывал большие куски.

Он повернулся, чтобы посмотреть на Сюй Цзыюэ.

— Потому что она чувствовала, что только так игрок не покинет этот мир и не оставит её.

Сюй Цзыюэ: «...»

— Ха-ха-ха~ На самом деле, это также было тем, что я слышал. Не принимай это близко к сердцу! — У Вэньшань рассмеялся и успокаивающе похлопал Сюй Цзыюэ по спине, — Не бойся. Не бойся. Не все случаи таковы.

Сюй Цзыюэ закатил глаза:

— Я больше боюсь, когда ты говоришь мне это.

У Вэньшань махнул рукой:

— Я только что сказал, что может быть такая возможность. Я не думаю, что твой НПС знает об этих вещах, поэтому он, вероятно, просто видит в тебе друга. Чувства, связанные с дружбой, не будут такими экстремальными, как у этой женщины-НПС. —  У Вэньшань указал подбородком на Остина, — Я думаю, что его характер довольно мягкий.

Сюй Цзыюэ сказал:

— Слово «мягкий» немного странно. Это должно быть «деликатный».

Теперь у него был опыт, и он не брал с собой Остина, как это было с Сунь Мо. Всякий раз, когда он разговаривал с игроками, он уходил и говорил тихо. Не похоже, чтобы у Остина был сверхчеловеческий слух, так как же он мог это услышать?

Сюй Цзыюэ увидел, как Остин улыбнулся и помахал ему рукой, и быстро подбежал.

Что насчет дружбы?

Он не знал, какие чувства питал к нему Остин.

Не говоря уже о том, что вместо того, чтобы захватить Остина, он чувствовал, что вместо этого Остин захватил его.

— Человек на корте находится там уже почти полчаса. Скоро у них будет перерыв. — Остин помог Сюй Цзыюэ спросить.

На самом деле на двенадцатом этаже было две баскетбольные площадки, но только одна использовалась для игры в баскетбол. Другой использовался туристическими НПС, в то время как корт здесь был специально для тех, кто хочет попасть в корзину и получить печать.

Конечно, они не позволили бы одному человеку делать это всё время. Обычно им дается полчаса, и если их ждали люди, им нужно было поменяться местами. В противном случае они могли бы продолжать.

После того, как человек на площадке ушел, Остин посмотрел на Сюй Цзыюэ и У Вэньшаня:

— Кто идет первым?

У Вэньшань сделал шаг назад и быстро покачал головой:

— Я думаю, что... я пас.

— Тогда... Я попробую это сделать? — Сюй Цзыюэ указал на себя.

Остин кивнул и мягко сказал:

— Вперед.

Сюй Цзыюэ взял баскетбольный мяч и вышел на площадку. Он несколько раз бросил баскетбольный мяч на пол и внимательно осмотрел его. Всё выглядело вполне нормально. Если бы это был его первый раз здесь, он бы и не подозревал, насколько ужасным может быть баскетбол.

Поскольку не было заданного расстояния, Сюй Цзыюэ не начинал слишком далеко от корзины. Он наугад попробовал, но промахнулся.

Когда он собирался бросить его во второй раз, и мяч был поднят чуть выше его груди, Сюй Цзыюэ случайно встретился взглядом с парой окровавленных глаз...

Сюй Цзыюэ: !!!

«Дон!» Голова снова превратилась в баскетбольный мяч, прежде чем соприкоснулась с полом.

Сюй Цзыюэ даже подсознательно поднял ногу и наступил на него. Вероятно, из-за того, что он не удержал равновесие, он поскользнулся и приземлился на задницу.

— Угх... — Сюй Цзыюэ почувствовал, что его копчик вот-вот сломается, — Хн... ах...

Он использовал себя, чтобы в совершенстве продемонстрировать, каково это — искать смерти.

Он уже был в безопасности, но ему просто нужно было ступить на него, чтобы убедиться.

Но это также было действием, которое Сюй Цзыюэ не мог контролировать. Он сделал это прежде, чем успел даже подумать об этом.

Эта голова должна была укусить, но почему-то заколебалась.

У Вэньшань подбежал, чтобы помочь Сюй Цзыюэ. Остин также был оттеснен персоналом.

— С тобой всё в порядке? — У Вэньшань увидел, что Сюй Цзыюэ не стоит должным образом, и почувствовал, что он, вероятно, сильно пострадал.

Он даже слышал звук его тела, столкнувшегося с полом ранее.

Конечно, если бы голова не изменилась обратно, он бы также подумал, что это было нелегко и для головы.

— У меня болит задница... — Сюй Цзыюэ лежал на кровати в медицинской палате, выглядя особенно жалко.

Вернувшись в медицинскую палату вскоре после ухода, У Вэньшань вздохнул:

— На этот раз тебе не нужно беспокоиться о том, что ты не получишь печать.

Сюй Цзыюэ слабо посмотрел на него. Затем он продолжил скулить.

Если он скулил слишком громко, он боялся, что Остин сочтет его слишком жалким, но если он скулил слишком тихо, он боялся, что не сможет привлечь его внимание. Дети, которые плачут, получают сладости. Если он не «поплачет» немного, как он сможет заставить Остина чувствовать себя расстроенным из-за него?

Даже если Остин вообще ничего к нему не чувствовал... По крайней мере, он будет волноваться.

Врач в медицинском кабинете задернул шторы и попросил Сюй Цзыюэ снять штаны.

Сюй Цзыюэ очень легко снял их:

— Легко. Это больно....

— Скоро всё будет хорошо.

По сравнению с равнодушным голосом доктора, голос Сюй Цзыюэ звучал живее.

Затем доктор снова открыл занавеску, обнажив ягодицы Сюй Цзыюэ:

— Никаких повреждений кости. Не забудьте применить лекарство. — он обернулся и увидел, что Сюй Цзыюэ снова надевает штаны со свекольно-красным лицом, и добавил, — Подождите, пока лекарство высохнет, прежде чем надевать штаны.

Сюй Цзыюэ: О-ох...

Он явно не покраснел, когда доктор вошел, чтобы применить лекарство, но когда занавеска открылась и Сюй Цзыюэ увидел Остина, его лицо мгновенно покраснело.

Сюй Цзыюэ зарылся головой в подушку и пожаловался системе:

— Разве ты не говорила, что я буду в безопасности?

Система ответила:

[В безопасности, но вы всё равно можете бояться.]

Сюй Цзыюэ: «...»

— Тогда, если я не хочу бояться?

[Функция мозаики*.]

П/п: цензура в виде мозаики.

— Забудь об этом. — Сюй Цзыюэ подумал, что если он воспользуется этим, то не узнает, что было перед ним, если никто ничего не скажет, и ему придется догадываться.

— Мне всё ещё нужно кое-что сделать. Я сейчас уйду. — У Вэньшань подошел к Сюй Цзыюэ и похлопал его по плечу.

Сюй Цзыюэ посмотрел на У Вэньшаня и кивнул:

— Тогда ты можешь идти.

У Вэньшань наклонился и прошептал:

— Я сказал всё, что хотел сказать. Позаботься о себе.

Сюй Цзыюэ кивнул, показывая, что понял.

Он посмотрел на удаляющуюся фигуру У Вэньшаня, на мгновение впал в оцепенение, прежде чем спрыгнуть с кровати и снова надеть штаны.

У Вэньшань отличался от всех других игроков, с которыми он сталкивался. Он был очень весел и, казалось, имел добрые намерения. Просто, хотя он был напуган и подсознательно отреагировал на баскетбол, он не проявлял особого страха, как нормальные люди.

Казалось, что... всё не так просто.

— Ты голоден? Я попрошу кого-нибудь принести обед? — Остин подтолкнул своё инвалидное кресло к кровати Сюй Цзыюэ.

— Голоден. — Сюй Цзыюэ потер живот, — Ах да, доктор, вы всё ещё не дали мне печать!

Доктор ничего не сказал, когда услышал это. Он подошел, взял карточку Сюй Цзыюэ, висевшую у него на шее, и быстро проштамповал её.

Сюй Цзыюэ посмотрел на карточку с шестью печатями и вздохнул:

— Жаль, что я не получил баскетбольную... — затем Сюй Цзыюэ кое-что вспомнил и повернулся, чтобы посмотреть на Остина, — Ты видел это раньше? Этот баскетбольный мяч внезапно изменился!

— Да, я видел. — рассмеялся Остин, — И ты даже пытался наступить на него.

— Разве это не было просто потому, что это напугало меня? Я также видел, как он превратился в голову раньше, поэтому я подумал, что если он не укусит меня, я укушу его... О, это неправильно. Я не укушу его, я бы раздавил его ногой. — вздохнул Сюй Цзыюэ, — К сожалению, он исчез так быстро.

В то время он просто играл с этой мыслью, потому что знал, что с ним всё будет в порядке.

Но неожиданно голова действительно появилась. Прежде чем разум Сюй Цзыюэ успел всё обдумать, его тело уже пошевелилось.

Конечно, конечный результат был неудачным.

Остин улыбнулся и сказал:

— Похоже, сегодня днем ты никуда не сможешь пойти. Просто отдохни здесь.

— Хорошо.

Сюй Цзыюэ лежал, растянувшись на кровати. Вскоре ему немного захотелось спать, но он вспомнил, что ещё не ел и был немного голоден, и что Остин сидит у его кровати... Он не мог заснуть.

И поэтому он оставался в состоянии сонливости до тех пор, пока не принесли обед...

Задница Сюй Цзыюэ всё ещё болела, когда он сел, но, к счастью, кровать была мягкой, и он уже принимал лекарства, так что это не было невыносимо.

После того, как он был на полпути к своей еде, Сюй Цзыюэ внезапно понял, что что-то не так...

Когда Остин приказал кому-то принести еду? Он, кажется, не видел, чтобы Остин с кем-нибудь разговаривал.

И в медицинском кабинете больше никого не было.

Сюй Цзыюэ проглотил бифштекс и взглянул на Остина. Он снова взглянул на него... и посмотрел на него в третий раз.

— Что случилось? — Остин положил вилку и подпер подбородок ладонью. Наклонив голову и посмотрев на Сюй Цзыюэ, он спросил:

— Это... потому что я слишком хорош собой?

— Кха... — Сюй Цзыюэ проглотил еду во рту и покачал головой, — Я думал о некоторых вещах.

— Каких вещах?

— Я думал... думал о твоих ногах... Как это случилось? — Сюй Цзыюэ не сказал Остину прямо о своих мыслях.

Вероятно, это было из-за слов У Вэньшаня. В любом случае, Сюй Цзыюэ стал немного более бдительным.

— Извини, тебе не нужно беспокоиться об ответе. — это было просто то, о чем он спросил небрежно. Независимо от того, ответит Остин или нет, он не возражал.

— Ничего страшного. Мне просто было интересно, когда ты спросишь меня об этом. — Остин посмотрел на Сюй Цзыюэ, — В конце концов, я тебе очень нравлюсь. Если тебе кто-то нравится, ты, естественно, будешь заботиться о его делах.

Сюй Цзыюэ долго смотрел на Остина, ничего не говоря. Затем он склонил голову и издал тихий звук подтверждения.

Ч-что делать... Внезапно почувствовал себя виноватым.

На самом деле ему было наплевать на дела Остина... Потому что ему нравился не он.

...Это было просто его лицо. Другие вещи, такие как личность, голос, тело и т.д. являются просто бонусными баллами. Даже если они получат полные оценки, Сюй Цзыюэ только смотрел на лицо.

Остин сказал:

— Моя нога была укушена рыбой в море, и она... стала такой.

— Рыба...? Это была акула?

Единственное, о чем Сюй Цзыюэ мог думать, была акула. Он мало что знал о рыбе и знал только о самых обычных рыбах, которых можно было увидеть на рыбном рынке.

Однако с тех пор, как он услышал о существовании морских чудовищ, которые могут выходить на берег и превращаться в людей, он не ел никаких морепродуктов в этом круизе.

Он решил, что будет лучше подождать, пока он не окажется в другом мире, чтобы поесть морепродуктов.

Сюй Цзыюэ взглянул на ноги Остина. Он всегда был накрыт одеялом и надежно завернут, но всё равно можно было разглядеть очертания.

Таким образом, они не должны были полностью исчезнуть... Наверное, просто не в состоянии ходить?

Он также слышал, что иногда ноги могут быстрее высыхать после паралича и выглядеть деформированными. Если это было так, то естественно было скрыть это.

— Пожалуй... это было что-то большее, чем акула. — Остин поднял руку и вытер соус с уголка рта Сюй Цзыюэ, — Я думаю, что это было что-то вроде этого.

Сюй Цзыюэ покраснел. Он высунул язык и облизал уголки рта.

А? Больше, чем акула?

— Тогда... Тогда это, должно быть, было трудно.

— Во второй половине дня я принесу несколько книг. Что бы ты хотел почитать? — Остин взял вилку и продолжил есть.

— Книга? Из библиотеки?

— Да. Коллекция здесь довольно разнообразна. В ней есть все жанры, которые ты можешь придумать.

Сюй Цзыюэ снял карточку, висевшую у него на шее:

— Я слышал, что ты можешь получить печать, если почитаешь там книгу в течение часа... Будет ли это считаться, если я позаимствую книгу?

— Я не знаю, но могу попробовать.

Сюй Цзыюэ облегченно улыбнулся:

— Большое спасибо, Остин.

Затем он подумал о том, какие книги ему нравятся:

— Приключения и исторические истории. Я могу читать всё, что угодно, но это то, что мне нравится. Я терпеть не могу читать скучные романы.

Остин получил карточку Сюй Цзыюэ:

— Хорошо.

Когда Остин вернулся позже с книгами и проштампованной карточкой, на мгновение... Сердце Сюй Цзыюэ дрогнуло.

Неужели он... в конечном итоге снова связал себя с кем-то удивительным?

*  *  *  *  *

После инцидента на водной горке Сюй Цзыюэ знал, что карта не может быть использована другими.

Более того, этот штамп можно было получить только после прочтения книги в течение часа. Остину потребовалось меньше часа, чтобы одолжить несколько книг, так что даже если бы он мог выполнить задание по чтению для других, времени было недостаточно.

Так почему же НПС отпустил его?

Сюй Цзыюэ получил книги и читал их весь день, но ничего не запомнилось.

Он попытался вспомнить свои отношения с Остином. Остин не выявил никаких недостатков.

Когда они были в казино... Остин тоже ничего не сказал, и кто-то подошел, чтобы отдать ему фишки.

Конечно, что-то подобное было возможно в таком месте, как казино. Может быть, Остин заранее отложил их в сторону? Потому что он знал, что Сюй Цзыюэ отправится туда?

Нет, нет, нет. Это тоже неправильно. Сюй Цзыюэ очень хорошо знал, что именно он сделал это предложение.

Не будь таким самодовольным. Возможно, Остин просто завсегдатай казино. Чем больше Сюй Цзыюэ размышлял, тем меньше информации из книги поглощал его мозг.

Сюй Цзыюэ покопался в своих воспоминаниях и нашел кое-что подозрительное.

Когда баскетбольный мяч превратился в голову и приготовился укусить его, он на мгновение заколебался. В этот момент глаза этой головы смотрели в сторону Остина...

Нет, в этой игре ужасов нет босса! Самым опасным в этой игре были, очевидно, эти морские монстры и сфальсифицированные круизные мероприятия.

Это не имеет никакого отношения к Остину.

Сюй Цзыюэ успокоил себя, но... у Остина есть подчиненные. Несколько раз, когда он заканчивал с ним задания, всё шло довольно гладко. Он не мог не думать, что, возможно, он был особенным НПС.

Успокаивая себя, он повернул голову и предложил Остину:

— Как насчет того, чтобы завтра пойти на детскую площадку?

Одному богу известно, почему круиз хотел, чтобы кто-то вроде него, почти взрослый, ходил на детскую площадку и играл с другими взрослыми.

Улыбка Остина была такой же нежной и вежливой, как всегда:

— Если ты хочешь, тогда пойдем.

Пятый день на круизном лайнере.

Сюй Цзыюэ отправился в ресторан рано утром, чтобы позавтракать. В толпе он заметил гида, щеголявшего в красной куртке, красной шляпе и с красным флагом.

Сюй Цзыюэ огляделся. Не так уж много таких сумасшедших, как он, выходили так рано на завтрак. Из тех, кто был там, почти все были измучены. Можно было бы, вероятно, сказать, как сильно повлиял на них их опыт за последние несколько дней.

Сюй Цзыюэ подошел к гиду и дружески улыбнулся ему.

— Господин гид, как вы себя чувствовали последние несколько дней?

Гид, однако, отступил немного назад и натянуто кивнул:

— Вам что-нибудь нужно?

Сюй Цзыюэ был удивлен. Почему у него было такое чувство, что гид пытается избегать его?

— Ничего особенного. Я просто хотел спросить, есть ли на этом корабле какие-нибудь особенные люди? Кроме туристов и команды корабля. — добавил Сюй Цзыюэ, увидев, что гид собирается покачать головой, — Разве вы не упомянули, что владелец этого круизного лайнера сделает тем, кто соберет все печати, особый подарок?

Гид перестал качать головой.

Сюй Цзыюэ воспользовался этой возможностью, чтобы спросить:

— Как зовут владельца этого круизного лайнера? Вы уже упоминали название этого корабля, верно? Не могли бы вы сказать мне ещё раз?

Гид на мгновение замолчал. Сюй Цзыюэ заметил, что он повернул голову в другую сторону, как будто прислушивался к чему-то.

Гид вел себя так, словно на мгновение задумался, прежде чем сказать:

— Вестминстер — это название этого круизного судна. Вестминстер — это также фамилия владельца.

— Вестминстер... — Сюй Цзыюэ почесал в затылке.

Гид увидел, что Сюй Цзыюэ задумался, и не планировал задерживаться:

— Если больше ничего нет, я пойду первым.

— О, спасибо. — кивнул Сюй Цзыюэ и благодарно улыбнулся ему.

Гид поспешил прочь. До разговора с Сюй Цзыюэ ему явно нечего было делать. Он ходил туда-сюда по ресторану и просто осматривался.

Сюй Цзыюэ принес завтрак в комнату Остина. По дороге туда он мысленно повторил имя «Остин Вестминстер».

...Звучит так, как будто это довольно хорошо срывается с языка.

Остин был так же мягок, как обычно. Они договорились посетить детскую площадку, поэтому он привел Сюй Цзыюэ.

Детская площадка располагалась на десятом этаже. Когда Сюй Цзыюэ подтолкнул инвалидное кресло Остина, он издалека увидел, что там было не так много людей.

Вся детская игровая площадка была наполнена яркими цветами и милым дизайном.

Столбы, выкрашенные в пастельные тона, были сложены вместе, чтобы дети могли лазить по ним. Как только они достигнут вершины, они могут спуститься по спиральной горке или соскользнуть по вертикальным столбам. Просто самая высокая вершина находилась примерно в пяти или шести метрах от пола, и горка была не закрытой, а с поручнями по бокам. Поручни были очень низкими, так что, если не обращать внимания, они могли легко выпасть.

Там также была надувная станция для скалолазания, но основание не было надуто. Даже если ремень безопасности был надет, это может быть опасно, если кто-то упадет.

Рядом с ним стоял небольшой дом, построенный из больших пластиковых деталей. В дом можно было войти, но только детям. Для взрослых была возможность войти только наполовину, а остальная часть была бы открыта.

Были также, казалось бы, безобидные вещи, такие как песочница и карусель...

Но Сюй Цзыюэ не был уверен, действительно ли они безвредны. Это было бы безвредно в обычной обстановке, но в таком мире, как этот...

Сюй Цзыюэ подтолкнул Остина ко входу.

Остин сказал:

— Ты можешь пойти поиграть. Я подожду тебя здесь.

— О... Хорошо. — Сюй Цзыюэ не стал опрометчиво спрашивать у Остина его фамилию. Даже если бы он спросил, Остин не обязательно сказал бы ему, а если бы он солгал, как бы он узнал, что это подделка?

Сюй Цзыюэ больше всего боялся, что у него не хватит смелости усомниться в нем, когда он столкнется с таким лицом, как у него.

Лучше было сосредоточиться на том, чтобы самому разобраться в этом. Он всегда может спросить, как только у него появятся какие-то подсказки.

На детской площадке был сотрудник в костюме талисмана. На посохе не было верхушки, и он был зажат между его рукой и телом.

Он казался дружелюбным и легким в общении. В отличие от персонала, с которым он сталкивался до сих пор, у сотрудника здесь была небольшая улыбка на его лице.

Сотрудник сказал:

— Добро пожаловать на детскую игровую площадку.

— Я здесь, чтобы получить печать. Могу я спросить, как я могу её получить?

Трое детей лет семи-восьми играли на детской площадке, а их родители сидели снаружи.

Над их головами не было зеленого символа, так что это означало, что они не игроки и, скорее всего, обычные туристические НПС.

— Вам просто нужно поиграть на детской площадке в течение получаса и успешно пройти половину игр.

Сюй Цзыюэ кивнул:

— Хорошо, спасибо.

Сюй Цзыюэ снял ботинки. Честно говоря, он не прикасался к подобным вещам уже более десяти лет и смутно помнил, как в детстве играл на детской площадке, похожей на эту. В то время его часто сопровождал взрослый.

Он оглянулся на Остина и увидел, что тот смотрит на него. Как только их глаза встретились, Остин улыбнулся и помахал рукой.

Это давало Сюй Цзыюэ ощущение, что за ним постоянно наблюдают.

Сюй Цзыюэ сначала отправился на надувную станцию для скалолазания. Когда он стоял на краю раздутого холма, он понял, что не было никаких механизмов безопасности. На самом деле, для обеспечения безопасности к веревке всегда будет привязана упряжь.

Но пол был покрыт только обычной пеной, и не было никаких веревок, поддерживающих его наверху. Если кто-то случайно упадет... Хотя у взрослого был шанс упасть и разбиться насмерть, вероятность того, что это произойдет, была невелика. Сломать одну или две кости было гораздо более вероятно.

Сюй Цзыюэ снова почувствовал боль в заднице.

Сюй Цзыюэ схватился за веревку на надувной горе и медленно поднялся наверх.

Если Остин был владельцем этого круизного лайнера, то он хотел знать, что это за особый подарок для тех, кому удается собрать все двадцать печатей. С одной стороны, Сюй Цзыюэ не хотел слишком отличаться от других игроков в игре ужасов. С другой стороны, он также хотел завершить свою миссию в этой игре. К счастью, на этот раз народу много, так что ему не пришлось собирать все эти печати.

Но если количество игроков становилось всё меньше и меньше, а на его карте ничего не будет, и он не будет знать об обмене информацией между игроком и их системой игр ужасов... Остальные начнут подозревать его.

Даже если он бросит карту в море и ничего с ней не сделает, они могут, наоборот, рассматривать его как бредового игрока, который сдался и может даже затащить других вниз.

Если это было так, то для Сюй Цзыюэ было лучше взять на себя инициативу и провести своё время, испытывая эти действия. Как только он соберет все двадцать, он также сможет удовлетворить своё любопытство.

Если бы система сказала Сюй Цзыюэ, что он будет в такой же опасности, как и другие игроки, Сюй Цзыюэ не стал бы рисковать своей жизнью, играя с этими действиями, но система сказала, что с ним всё будет в порядке...

Итак, Сюй Цзыюэ был бесстрашен. С небольшим волнением Сюй Цзыюэ решил попробовать все двадцать видов деятельности.

Сюй Цзыюэ благополучно сошел с надувной скалолазной станции и направился к бассейну, наполненному пластиковыми шариками. После этого он попробовал песочницу и другие подобные занятия... Пока он коротал своё время, прибыло ещё несколько игроков. Они не сразу вошли на игровую площадку. Вместо этого они стояли снаружи, наблюдая за Сюй Цзыюэ, и вошли один за другим только после того, как увидели, что Сюй Цзыюэ благополучно вышел и получил свою печать.

Остин наблюдал, как Сюй Цзыюэ несколько раз взглянул на свою карточку и спросил:

— Что случилось?

Сюй Цзыюэ покачал головой. У него было растерянное выражение лица:

— Ничего. Я просто подумал... Это было слишком просто. Это было немного странно.

— Ты не рад, что получил печать?

— Нет, я действительно счастлив. —Сюй Цзыюэ восстановил своё выражение лица и улыбнулся Остину.

Он не играл со всем, что было на игровой площадке, и выбирал только более легкие и быстрые. Сотрудники ранее упоминали, что ему нужно было испытать половину игр... Достиг ли он половины?

Например, карусель. Сев на неё, Сюй Цзыюэ начал считать. К тому времени, когда он остановился, Сюй Цзыюэ насчитал более двухсот. Были даже бамперные машины... Сама площадка была довольно большой. Когда он ходил взад и вперед, он не обращал особого внимания на то, со сколькими он играл, и просто побежал обратно к выходу, как только прошло полчаса.

В конце концов, персонал сказал, что он завершил его...

Поскольку Остин был рядом, Сюй Цзыюэ было неудобно ждать, чтобы узнать, как идут дела у других, поэтому он мог уйти только с Остином вскоре после того, как он закончил.

Остаток утра Остин проводил Сюй Цзыюэ за печатями для настольного тенниса и шахмат. В полдень они пообедали в буфете.

При этом у него было в общей сложности восемь печатей.

После обеда Сюй Цзыюэ сказал Остину, что у него есть дело к людям, которые поднялись с ним на борт корабля, и неохотно расстался с Остином на остаток дня.

Если он не подтвердит личность Остина, то будет постоянно думать об этом!

Сюй Цзыюэ покинул Остина и быстро поспешил обратно на детскую площадку на десятом этаже...

В коридоре звучали успокаивающие детские песни. Песня эхом разнеслась по пустому коридору. Это звучало так, как будто поблизости были невидимые дети, которые следовали за вами во время пения.

Сюй Цзыюэ в конце концов не смог найти динамик, играющий песню...

Он быстро подошел ко входу на игровую площадку и взглянул на сотрудника, который был немного удивлен его появлением, прежде чем развернуться и подойти к нескольким игрокам.

Сюй Цзыюэ спросил:

— Извините, как я могу получить печать для этой деятельности?

Несколько игроков посмотрели на Сюй Цзыюэ и ответили:

— Тебе просто нужно сыграть со всем, что там есть, за один день. Тебе нужно действительно поиграть. Просто прикоснуться к чему-то не считается.

Сюй Цзыюэ потер нос:

— Спасибо.

Они подумали, что Сюй Цзыюэ испытает это, и быстро остановили его:

— Не уходи. Только что там что-то произошло.

— Что-то случилось?

— Да. Кто-то просто упал с горки, и его поза на полу была странной. — у говорившего игрока было уродливое выражение лица, — Похоже, все четыре конечности были сломаны. После падения он превратился в шар.

— И был ещё один. Всё его тело были искажено и застряло в маленьком домике. Это было обнаружено только позже игроками. Когда они нашли этого игрока... Они даже не знали, когда умер этот игрок. Всё тело было окоченевшим. Никто не знал, как этот игрок попал туда.

— Что касается других игроков... — игрок, разговаривающий с Сюй Цзыюэ, горько улыбнулся, — Даже если бы они хотели выйти, им сказали, что они не могут выйти, потому что они не завершили задание. Вот почему мы все стоим здесь. Мы не осмеливаемся войти и можем только ждать и смотреть, сможет ли кто-нибудь внутри выйти.

— Теперь я понимаю. Спасибо. — Сюй Цзыюэ поклонился им и подумал о том, чтобы пойти в другое место, которое он посетил этим утром. Он попрощался с игроками и поспешил обратно к лифту.

Прежде чем он успел уйти слишком далеко, он оглянулся на вход на детскую площадку.

Сотрудник у входа на детскую площадку улыбался, как обычно, дуга его рта не изменилась.

* * * * *

Настольный теннис и баскетбол располагались на двенадцатом этаже круизного лайнера. Когда Сюй Цзыюэ прибыл в комнату для настольного тенниса, он увидел, как несколько игроков получили свою печать и приготовились уйти с расслабленным выражением лица.

Когда они увидели Сюй Цзыюэ, поначалу они были немного насторожены, но затем выражение их лиц изменилось на насмешливое, когда они подошли к нему.

Сюй Цзыюэ нахмурился, но не отступил:

— Вам что-то нужно?

С таким выражением лица они явно нехорошие люди.

— Не волнуйся, мы здесь только для того, чтобы дать тебе информацию.

— Мы только что увидели, что ты один, и беспокоились, что тебя, возможно, не проинформировали, поэтому мы специально стараемся изо всех сил, чтобы сообщить тебе.

Сюй Цзыюэ подозрительно посмотрел на них:

— Тогда расскажите мне эту информацию.

— Мы уже выяснили, как будет выглядеть паразитическое морское чудовище после того, как тело станет бесполезным. — они улыбнулись и сказали, — Как только морское чудовище уйдет, тело трупа полностью утонет, глаза выпадут и...

— Не говори больше этого. Этого достаточно. — кто-то рядом с ним не выдержал этих описаний и отодвинулся, чтобы удержать говорившего. Хотя им нравилось видеть страх на лицах других людей, им самим не нравилось бояться.

— Игрок уже...

Тот игрок покачал пальцем:

— Нет, мы узнали это от персонала на этом корабле. То есть целью морского монстра являются не только игроки, но и все на корабле.

— Если подождать, пока сотрудники, штампующие карты, также паразитируют...  Как ты думаешь, что нам следует делать?

Сюй Цзыюэ посмотрел на них непоколебимо:

— Тогда разве вы не будете в таком же положении?*

П/п: из-за смерти НПС не смогут получить марку.

Группа игроков засмеялась:

— У нас двенадцать печатей. Мы почти закончили. Чего тут бояться?

— Вау... Это впечатляет. Кстати, вы ходили на баскетбольную или на детскую площадку?

Они посмотрели друг на друга и покачали головами.

Сюй Цзыюэ поднял руку и похлопал по плечу игрока, стоявшего ближе всех к нему:

— Тогда вы должны быть осторожны.

Ему всё ещё нужно было выяснить личность Остина и навестить шахматную комнату, поэтому он не стал уточнять дальше.

Сюй Цзыюэ попрощался с тремя игроками и побежал в шахматную комнату.

Шахматная комната и казино были расположены на втором этаже круизного лайнера и находились на расстоянии десяти этажей от того места, где находился Сюй Цзыюэ.

По пути он вспомнил информацию, которую раскрыли три игрока.

Морские монстры будут нацелены не только на игроков, но и на всех НПС на круизном корабле, независимо от того, являются ли они членом экипажа или туристом... Хотя Сюй Цзыюэ не думал, что морские монстры будут охотиться только на игроков, он подсознательно думал, что он предпочтет игроков больше.

Но сейчас, похоже, это было не так.

Для морских чудовищ все были одинаковы. Будь то игрок или НПС, у всех были равные шансы стать мишенью.

Морские монстры создавали впечатление, что потеря НПС не имела никакого отношения к игрокам, но на самом деле это означало, что, скорее всего, никто из игроков не сможет выжить.

Точно так же, как ранее говорили три игрока, если НПС, ответственные за выдачу им печатей, паразитируют и умрут, куда они могут пойти, чтобы получить свою печать?

Сюй Цзыюэ вошел в лифт. На одиннадцатом этаже вошли ещё два игрока.

Сюй Цзыюэ не обратил на это особого внимания. У него было слишком много забот, поэтому он не стал заводить светскую беседу. Стоя в лифте, он снова и снова изучал свою карточку, но не видел ничего особенного.

Это были просто места, которые уже были проштампованы... Это заинтриговало его.

Раньше он не смотрел внимательно и не обращал внимания на то, были ли они одинаковыми или немного отличались.

Теперь, когда он присмотрелся повнимательнее, он увидел, что все эти марки были круглыми, и рисунок внизу должен быть одинаковым. Узор...

Прежде чем Сюй Цзыюэ успел что-то понять, лифт внезапно затрясся.

Сюй Цзыюэ прижался к углу лифта и принял устойчивое положение.

Он посмотрел на камеру наблюдения и крикнул:

— Там кто-нибудь есть? Лифт вышел из строя!

Сюй Цзыюэ был чрезвычайно взволнован, когда лифт задрожал. Он мгновенно связал его со словом «смерть».

Несмотря на то, что он уже был мертв и уже однажды умер, он всё ещё ненавидел мысль об этом.

Лифт не продолжал падать, но для Сюй Цзыюэ, который до сих пор был внутри лифта, это было не лучше.

В этот момент казалось, что лифт подвешен в воздухе на одной веревке, а другой конец кто-то держит. Небольшое встряхивание веревки приведет к тому, что лифт двинется влево, вправо, вверх или вниз. Хотя лифт не мог этого сделать, так как он мог двигаться только вверх или вниз, на мгновение Сюй Цзыюэ действительно поверил, что это так.

Сюй Цзыюэ медленно раздвинул ноги и сел, придерживаясь за угол лифта. Он посмотрел на двух игроков с другой стороны. Их нынешняя ситуация заставила холодок пробежать по спине Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ спросил:

— Вы... Вы в порядке?

Из двух игроков один был мужчиной, а другой женщиной. Реакция этого человека ничем не отличалась от реакции нормальных людей. От испуга у него выступил холодный пот, а лицо стало ещё бледнее, чем раньше. Однако женщина была другой. Она оставалась бесстрастной и, казалось, не была обеспокоена. Пока лифт раскачивался, она не боялась и вставала снова и снова. Иногда, когда ей удавалось на какое-то время прийти в себя, она несколько раз нажимала кнопку этажа, на который собиралась. В те моменты, когда она не могла сохранить равновесие, она тяжело падала. Даже с кровоточащими и ушибленными коленями она, казалось, не замечала этого.

Игрок сглотнул. Он медленно отошел от женщины-игрока и подошел к Сюй Цзыюэ.

Но в лифте, как бы далеко вы ни пытались продвинуться, он всё равно был очень близко к другой стороне.

— Что происходит? — тихо прошептал Сюй Цзыюэ мужчине-игроку.

Выражение лица мужчины-игрока выглядело не очень хорошо. Он не ожидал, что человек, который вчера казался нормальным, станет таким, но у него также были некоторые догадки.

Он указал на женщину-игрока:

— Наверное, паразитирована...

Это внезапное затруднительное положение оставило Сюй Цзыюэ беспомощным. Даже если бы он хотел что-то сделать, было трудно просто встать в этом шатком лифте, так что об этом не могло быть и речи.

— Был ли этот лифт также деятельностью, которую мы должны были испытать? Почему произошло нечто подобное? — Сюй Цзыюэ много раз поднимался и спускался на этом лифте, и, кроме этого раза, у него не было никаких проблем.

Лицо мужчины-игрока побледнело. Он явно что-то вспомнил.

Сюй Цзыюэ спросил его, но он заколебался и отказался говорить. Только когда детский смех раздался со всех сторон внутри лифта, он больше не мог сдерживаться.

— На детской площадке... Я дал обещание ребенку, играющему там, что, как только я благополучно закончу играть во все игры, я заберу ребенка.

Зрачки Сюй Цзыюэ сощурились. Ребенок?

Он вспомнил, что там также были дети, когда он входил. Но они всегда играли сами по себе и не приходили поговорить с ним. В то время Сюй Цзыюэ не мог не насторожиться, поэтому он тоже не проявил инициативы, чтобы поговорить с ними.

Но теперь кажется, что они, вероятно, были чем-то особенным.

— Почему ты не сдержал своего обещания? — он мог бы сказать, что для этого должна быть причина, поскольку большинство людей не стали бы добровольно нарушать своё обещание с ребенком, который помог им. Кроме того, дети в этом мире особенные.

Особенно до такой степени, что никто не хотел их злить.

— Я тоже хотел н-но НПС снаружи не разрешил. Он сказал, что дети должны оставаться внутри. Эти родители-НПС могут поначалу выглядеть нормальными, но на самом деле каждый из них странный.

Сюй Цзыюэ нечего было сказать. Поскольку он хотел безопасно покинуть детскую площадку, он согласился на просьбу «ребенка», но не смог выполнить её из-за других НПС. В конце концов, даже Сюй Цзыюэ был втянут в это дело.

Мужчина-игрок нервно посмотрел на своего спутника в лифте:

— Ч-что теперь? — если бы не это, он не смог бы узнать, что его компаньон был паразитирован.

Сюй Цзыюэ покачал головой:

— Видя подобное, тут вряд ли можно что-то сделать, я тоже мало что могу сделать.

Помимо паразитирования на людях, он всё ещё не знал, какими способностями обладают морские монстры, но на данный момент, похоже, что морское чудовище внутри человеческого тела ничем не отличалось от игроков. Он точно так же застрял в лифте, не в силах выйти.

Руки и колени женщины-игрока были сильно порезаны. Из ран сочилась кровь. При нормальных обстоятельствах кто-нибудь поспешил бы и вылечил её.

Но она была паразитирована морским чудовищем... Ни Сюй Цзыюэ, ни игрок-мужчина не двигались.

Что, если морское чудовище больше не хочет оставаться в этом теле и захочет измениться?

«Бах!»

Внезапно лифт остановился. Выпрямленное тело Сюй Цзыюэ снова стало кривым.

Как будто его удерживали две руки, дрожь внезапно прекратилась.

Тряска ранее прошла через лифт до Сюй Цзыюэ. Даже сейчас он слышал звон в ушах.

Дверь лифта открылась, но лифт находился в несколько неудобном положении. Только нижняя половина лифта была встречена отверстием на этаж.

Сюй Цзыюэ опустил голову и выглянул наружу. Среди группы рабочих он увидел Остина в инвалидном кресле.

— Остин! — Сюй Цзыюэ от удивления растянулся на полу лифта. Если бы он был собакой, в этот момент можно было бы увидеть хвост, беспрестанно виляющий у него за спиной.

Вскоре после этого хвост Сюй Цзыюэ обвис и поник.

Он вспомнил, что собирался сделать.

— Выходи. Я поймаю тебя. — Остин раскрыл объятия и нежно посмотрел на Сюй Цзыюэ снизу.

Сюй Цзыюэ взглянул на женщину-игрока, которая уже выбралась в какой-то неизвестный момент времени, а затем он посмотрел на мужчину-игрока.

Мужчина-игрок покачал головой:

— Сначала ты. Ты первый.

Сцена, которая возникла в его сознании, была тем, как лифт внезапно снова двинулся, в то время как один из них был в середине подъема. Если бы это было так, тело в конечном итоге было бы разрезано пополам... Если бы они могли позволить тому, кто паразитирует... Он внутренне покачал головой и отбросил эти мысли. Безопасность превыше всего. Как только он будет в безопасности, он сможет беспокоиться об их нынешнем затруднительном положении позже.

Но он не осмелился выйти первым.

Первой, кто вышел, естественно, была ненормальная женщина-игрок.

Сюй Цзыюэ пожал плечами мужчине-игроку и повернулся, чтобы посмотреть на Остина.

Остин решительно кивнул и сказал:

— Всё в порядке. Доверься мне.

Уши Сюй Цзыюэ покраснели. Он опустил голову и выполз наружу.

Несколько рабочих снаружи помогли поймать Сюй Цзыюэ и помогли ему встать прямо, не упав на пол.

Сюй Цзыюэ стряхнул с себя пыльную одежду и быстро поблагодарил их одного за другим.

Мужчина-игрок внутри, который видел, как Сюй Цзыюэ благополучно вышел, вздохнул с облегчением.

Паразитировавшая женщина-игрок также вернулась к нормальной жизни. Она больше не нажимала на кнопку лифта настойчиво, словно сумасшедшая. Она захромала к другому лифту и направилась обратно наверх.

Сюй Цзыюэ на мгновение задумался, но в конце концов не окликнул её.

Даже если и так, он не знал, что сказать.

— Пойдем. Тебе следует переодеться. — Остин ни о чем не спрашивал Сюй Цзыюэ, но именно из-за этого Сюй Цзыюэ не мог сказать, о чем он думает.

— Тогда я пойду первым? — сказал Сюй Цзыюэ мужчине-игроку, который растянулся на полу лифта.

Мужчина-игрок мрачно издал звук подтверждения.

Затем Сюй Цзыюэ подумал о детях на детской площадке. Ему было немного не по себе....

Остин спросил:

— Что случилось? Не пойдешь?

Сюй Цзыюэ покачал головой и собрался идти.

Но, сделав два шага, Сюй Цзыюэ увидел маленькую девочку, стоящую перед ними.

Маленькая девочка мило улыбнулась мужчине-игроку и издала смех, похожий на тот, что они слышали в лифте.

Сюй Цзыюэ мгновенно оглянулся.

— ...!

Прежде чем слова успели сорваться с его губ, рука Остина надавил на руку Сюй Цзыюэ, которая лежала на ручке его инвалидного кресла:

— Почему ты остановился?

Сюй Цзыюэ посмотрел на мужчину-игрока, которому удалось благополучно выйти из лифта. Холодный пот выступил у него на спине.

Когда он снова оглянулся, той маленькой девочки уже не было.

Сюй Цзыюэ покачал головой. Он всё ещё был немного сбит с толку, но игрок был в порядке, так что он мог только стряхнуть свои тревоги.

Но прежде чем Сюй Цзыюэ успел оттолкнуть Остина дальше, чем на несколько метров, он услышал, как что-то упало.

Игрок-мужчина споткнулся об один из рабочих ящиков с инструментами и упал плашмя на пол. В какой-то неизвестный момент времени из него торчал треугольный блок, и он застрял во лбу прямо между бровями игрока...

Сюй Цзыюэ услышал, как в коридоре раздался смех. Его пальцы дрожали, а сердце упало. Остин поднял руку, схватил Сюй Цзыюэ за руку и мягко потянул его на себя. Следуя силе, Сюй Цзыюэ наклонился и оказался в объятиях Остина.

Остин нежно похлопал Сюй Цзыюэ по спине. Успокаивающим тоном с оттенком беспокойства он утешил:

— Всё в порядке. Всё в порядке. Не бойся. С тобой всё будет в порядке.

Подбородок Сюй Цзыюэ долгое время лежал на плече Остина. Он закрыл глаза и снова успокоился.

Даже если лифт был починен с прибытием Остина, даже если что-то случилось, когда они уходили, даже если ничего не произошло, когда он пошел на детскую площадку с Остином, даже если...

Сюй Цзыюэ стукнул себя кулаком по голове. Забудь это. Даже он сам не мог поверить в эти оправдания. Как может быть так много совпадений?

Сюй Цзыюэ и Остин вернулись в комнату Остина.

Остин увидел, что Сюй Цзыюэ сидит на маленьком диване в подавленном настроении, и подтолкнул своё инвалидное кресло. Он мягко спросил:

— Что случилось? Всё ещё боишься?

Сюй Цзыюэ поднял голову и долго смотрел на Остина, прежде чем снова опустил голову и спросил приглушенным голосом:

— Могу я снова подержать тебя за руку?

Это произошло слишком внезапно, и у него не было возможности насладиться этим достаточно.

Если это будет сейчас... ему нужно воспользоваться этой возможностью.

Остин усмехнулся:

— Конечно, можешь. Если это делает тебя счастливым, ты можешь держать её так долго, как захочешь.

Сюй Цзыюэ протянул свою руку и схватил протянутую руку.

Когда он впервые вошел в контакт, Сюй Цзыюэ осмелился коснуться только кончиков пальцев Остина. Пальцы Остина были теплыми. Это отличалось от ощущения холода, которое давал Сунь Мо.

Он медленно двинулся вверх по руке, а затем обхватил ладонь Остина обеими руками.

Сюй Цзыюэ опустил голову и посмотрел на соединенные руки:

— Остин, почему ты так добр ко мне?

— Разве это плохо?

Сюй Цзыюэ покачал головой:

— Не то чтобы это плохо... Я просто хочу знать. Ты так же относишься и к другим?

— ...

Сюй Цзыюэ не стал дожидаться ответа Остина. Он посмотрел на него и увидел, что тот смотрит на него.

Остин сказал:

— Разве это не потому, что я тебе нравлюсь? Я хочу быть милым с людьми, которым я нравлюсь.

Сюй Цзыюэ спросил в ответ:

— Тогда я тебе тоже нравлюсь?

Остин только улыбнулся.

Сюй Цзыюэ отпустил руку Остина и сел:

— Остин, ты... Ты управляешь этим круизным судном? Ты владелец этого круизного лайнера?

Остин поднял бровь. Он убрал руку и спокойно откинулся на спинку кресла. Обе его руки мягко легли на живот. Его голос был таким же нежным, как всегда, но эмоции в его глазах исчезли:

— Я не думал, что ты спросишь меня об этом так скоро.

— Даже если ты не являешься владельцем этого круизного лайнера, твоя личность на этом корабле, безусловно, особенная. — Сюй Цзыюэ облизнул губы, — Так что ты знал, что я подозреваю тебя...

Ему всё ещё нравилось лицо Остина, но это не противоречило его желанию узнать правду.

— Я владелец этого корабля, но я не управляю тем, что они делают. — Остин поднял палец и указал на карточку перед грудью Сюй Цзыюэ, — Печати на ней, на каждой из них есть фамильный герб Вестминстеров.

Сюй Цзыюэ открыл карточку и посмотрел на неё.

Ранее он заметил, что рисунок у основания печати был другим, но он не смотрел внимательно. Теперь, присмотревшись повнимательнее, он заметил, что это довольно необычно. Вся эмблема состояла из двух частей: рамки и рисунка. На картине были изображены две переплетенные рыбы и змееподобные животные, а окружающая граница представляла собой круг из сложных линий.

Этот узор появился в различных местах на круизном судне, включая украшения на стенах, а также посуду, которую они использовали.

Поскольку это было так распространено, они не обратили на это внимания.

— Значит, ты позволяешь своим подчиненным... — Сюй Цзыюэ сказал это, глядя на Остина.

Остин развел руками и пожал плечами.

Сюй Цзыюэ сердито посмотрел на Остина, но, глядя на его лицо, этот гнев длился не более трех минут.

— Даже если я могу контролировать их, я не такой, как они. — Остин посмотрел на Сюй Цзыюэ. В его глазах были какие-то эмоции, которые Сюй Цзыюэ не мог понять.

Сюй Цзыюэ потер нос. Он вдруг что-то вспомнил и с ужасом посмотрел на Остина:

— Только не говори мне, что ты тоже не человек?!

— ...

Палец Остина шевельнулся. Он спросил:

— Почему? Есть кто-то, кого ты знаешь, кто не является человеком?

Сюй Цзыюэ использовал слово «тоже», так что это означало, что он также знал кого-то, кто не был человеком.

Сюй Цзыюэ всё ещё был в замешательстве. Он покачал головой, и даже слова, которые он произносил, были сбивчивыми:

— Нет, я имею в виду... Э-э, это неправильно. Я просто подумал, что все инциденты, происходящие на этом круизном лайнере, были сверхъестественными событиями, так что это означало, что, скорее всего, было замешано что-то нечеловеческое. Ты их лидер... значит, разве ты не был бы одним из них? Но ты также сказал, что ты не такой же... Так что на самом деле ты человек, но ты можешь контролировать этих монстров?

Остин мог сказать, что Сюй Цзыюэ избегал отвечать на его вопрос, но он не настаивал на этом. Что касается догадок Сюй Цзыюэ, Остин просто улыбнулся и сказал:

— Они слушают меня только потому, что работали на меня, когда были живы. — он слегка наклонился вперед и прижал руку Сюй Цзыюэ к своему лицу, — Я не монстр. Вот, ты чувствуешь мою температуру?

— Я-я-я-я-я чувствую!

Сюй Цзыюэ заикался в панике.

— Что касается того, почему я не сдерживал их... — Остин опустил глаза. Его длинные ресницы слегка дрогнули. Это было так, слово он боролся с чем-то:

— Потому что, если бы я разозлил их, даже если это был я... Под влиянием гнева они никого не слушают.

Сюй Цзыюэ был ошеломлен всеми этими откровениями, поэтому на мгновение он не заметил ничего плохого в этих своих словах.

Сюй Цзыюэ спросил:

— Тогда... тогда какой же особый подарок ты приготовил? Не мог бы ты сказать мне заранее?

Остин остановился. Он поджал губы и улыбнулся:

— Если я скажу тебе заранее, то это не будет сюрпризом.

Даже если в начале и был дар, в нынешней ситуации он давно исчез. Остин, который больше ни о чем не заботился, не думал, что кто-то сможет выжить и получить двадцать печатей, но, похоже, теперь он должен начать думать об этом.

Когда он вышел из комнаты Остина, Сюй Цзыюэ почувствовал, что его мозг перестал работать. Даже когда он ужинал в ресторане, он был погружен в свои мысли.

Информация со слов Остина кое-что открыла Сюй Цзыюэ. Те, кто вмешивался в деятельность на этом корабле, были сотрудниками, но все они были мертвы.

Это было действительно странно... Была ли часть нынешнего персонала здесь раньше или все они были сотрудниками, которые пришли позже?

Что-то вроде этого... Естественно, он должен спросить гида!

Сюй Цзыюэ закончил свой ужин и увидел, что небо снаружи уже потемнело. Подумав об этом, он решил найти гида завтра.

Даже если ночью ничего не происходило, это всё равно пугало людей.

На шестой день Сюй Цзыюэ встал рано утром и вышел из своей комнаты, умывшись.

Проходя мимо двери комнаты Остина, Сюй Цзыюэ заметил, что дверь снова не закрыта полностью.

Сюй Цзыюэ тайком протянул палец и слегка приоткрыл дверь.

В комнате Остин тихо лежал на кровати в глубоком сне.

— Остин? Ты спишь? — тихо спросил Сюй Цзыюэ, но, казалось, он боялся разбудить Остина.

— Господи... Нехорошо оставлять дверь открытой... — сказал Сюй Цзыюэ, входя. Он огляделся и присел на корточки у кровати.

Вчера он коснулся лица Остина.

Сегодня... Сюй Цзыюэ быстро коснулся лица Остина и выбежал. По пути он также помог закрыть дверь.

Сюй Цзыюэ прибыл в главный ресторан в счастливом настроении. Он огляделся, но не смог найти гида. Вместо этого он столкнулся с игроком, который точно так же жил на десятом этаже.

Когда игрок увидел Сюй Цзыюэ, выражение его лица было наполнено удивлением. Первая фраза, которую он произнес, как только подошел к нему, была:

— Оказывается, ты всё ещё жив!

Приветствие Сюй Цзыюэ застряло у него в горле. Он помолчал и кивнул:

— Да, да. Это действительно нелегко. — Сюй Цзыюэ чувствовал, что его слова, возможно, прозвучали слишком небрежно, но игрок перед ним, казалось, не заметил этого и даже кивнул и повторил его чувства.

— Да, это действительно трудно. Правильно, меня зовут Чжан Чжан.

— Меня зовут Сюй Цзыюэ. — Сюй Цзыюэ внутренне чувствовал, что его имя легко запомнить. Он небрежно спросил Чжан Чжана:

— Кстати, ты видел нашего гида?

— Гид? Тот, с которым мы пришли?

Сюй Цзыюэ кивнул.

Чжан Чжан спросил:

— Почему ты его ищешь?

Сюй Цзыюэ ответил:

— У меня есть кое-что, о чем я хочу его спросить.

Чжан Чжан похлопал себя по груди и гордо сказал:

— Тогда спроси меня! Я уже прочитал все книги в библиотеке. Ни один вопрос не будет для меня слишком трудным!

— Все... все? — Сюй Цзыюэ с удивлением посмотрел на Чжан Чжана.

Чжан Чжан покачал головой и вздохнул:

— Хаа... Это заняло пять дней. Когда я вышел на шестой день, я узнал, что что-то случилось с двумя другими, с которыми я планировал встретиться.

— ...Мои соболезнования.

Чжан Чжан покачал головой:

— Всё в порядке, мы разговаривали всего пару раз. Кстати, о чем ты хотел спросить? Посмотрим, прочитал ли я об этом в библиотеке.

Сюй Цзыюэ был уверен, что гид не появился бы в библиотеке, поэтому он попытался выяснить, что знает Чжан Чжан.

Сюй Цзыюэ спросил:

— Ты что-нибудь знаешь о круизном лайнере «Вестминстер»?

Сюй Цзыюэ спросил:

— Ты что-нибудь знаешь о круизном лайнере «Вестминстер»?

К его удивлению, Чжан Чжан действительно кивнул. Сюй Цзыюэ уже был готов получить отрицательный ответ и был удивлен, получив такие неожиданные хорошие новости.

— Круизный лайнер «Вестминстер»... Я помню, как читал, что был круизный лайнер с таким же названием, с которым произошел инцидент пятьдесят лет назад. Корабль столкнулся с цунами, и до того, как это произошло, никто на борту не понял, что что-то не так. Даже спасательные шлюпки не были отправлены. Почти две тысячи человек, находившихся на борту, погибли... Когда их нашли позже, спасатели обнаружили только куски их тел. Конечно, было также много таких, которых нельзя было найти, но вероятность того, что они живы, очень мала.

Чжан Чжан поднял указательный палец:

— Я тоже кое-что заметил. Круизный лайнер «Вестминстер» — это тот, на котором мы сейчас стоим. Фамильная эмблема в книге также повсюду на этом корабле. — он посмотрел на Сюй Цзыюэ и улыбнулся, — Ты также ищешь информацию о круизном лайнере «Вестминстер», потому что заметил это, верно?

Сюй Цзыюэ неопределенно кивнул. Он быстро отмахнулся от вопроса Чжан Чжана и сменил тему:

— Значит, мы на самом деле на корабле-призраке?

Чжан Чжан развел руками и пожал плечами:

— Думаю, да.

Остин, вероятно, принадлежал к группе людей, чье тело не смогли найти. Сюй Цзыюэ коснулся его лица, и сам Остин сказал, что он не такой, как те существа, живущие на корабле, поэтому он должен быть жив... Остин не лгал ему, но он определенно многое скрывал.

В конце концов, как может кто-то всё ещё быть таким красивым после пятидесяти лет?! И таким молодым!

Но Сюй Цзыюэ, по крайней мере, почувствовал себя немного увереннее. Видишь? Остин, казалось, не лгал ему.

Те, кто создавал проблемы на корабле, были теми, кто умер на этом корабле, а Остин был владельцем круизного судна, поэтому они, естественно, всё ещё подчинялись приказам Остина.

Конечно, он слышал от Остина, что эти существа будут слушать его, потому что ему не нравится вмешиваться, но если Остин попытается остановить их, это может привести к другому результату.

Сюй Цзыюэ на мгновение задумался и почувствовал, что это понятно. В конце концов, все они были призраками. Такие вещи, как рассуждения и логика, на них не действовали. Сюй Цзыюэ чувствовал, что если он умрет и превратится в призрака, но всё равно нужно будет каждый день выполнять команды своего живого босса... Сюй Цзыюэ искренне чувствовал, что он также не сможет сделать это сам.

— Я получил только печати для ресторана и библиотеки. Не мог бы ты рассказать мне о ситуации с другими видами деятельности? Давай обменяемся информацией. То, что я рассказал тебе раньше, заняло бы у тебя много времени, чтобы найти.

Сюй Цзыюэ беспомощно посмотрел на него:

— Я не думаю, что смогу сравниться. — он всё ещё рассказывал Чжан Чжану всё, что знал.

Чжан Чжан слушал и на мгновение задумался:

— Ты знаешь способ заработать деньги на этом корабле? Послушав тебя, я думаю, что пока есть деньги, казино и магазины беспошлинной торговли не должны быть проблемой.

— ...Я не могу гарантировать, что не будет никаких проблем. — сердце Сюй Цзыюэ слегка затрепетало. В конце концов, теперь, когда он подумал об этом, он всегда брал Остина с собой на эти мероприятия. Остин был практически человеком-жуликом. Это был тип, который помог бы ему избежать опасности без его ведома.

Чжан Чжан махнул рукой и сказал:

— Всё в порядке. Я также буду спрашивать у других.

После того, как Сюй Цзыюэ расстался с Чжан Чжаном, он, как обычно, съел свой завтрак и забрал ещё одну порцию.

Прежде чем вернуться, он также осмотрел ресторан, но всё ещё не мог найти гида. Сюй Цзыюэ мог только уйти, чувствуя себя немного разочарованным.

Он всё ещё хотел найти гида, чтобы проверить слова Чжан Чжана. Хотя он чувствовал, что Чжан Чжан должен говорить правду, иногда информация, написанная в книге, может быть не всей историей. Возможно, были какие-то детали, которые были скрыты или упущены из виду.

И информация, которая, возможно, была упущена или скрыта, обычно передавалась из уст в уста или через личный дневник. Очень редко его включали в книгу, которую читали другие.

Когда он вернулся в комнату Остина, тот уже проснулся. Он не только проснулся, он уже умылся, переоделся и сидел в своем инвалидном кресле, ожидая Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ подал завтрак с горящими щеками:

— Доброе утро.

— Мн. — Остин кивнул. Он посмотрел на Сюй Цзыюэ с намеком на улыбку в глазах.

То, как он смотрел на Сюй Цзыюэ, заставило его почувствовать, что тот, вероятно, уже знал о том, что он тайно пришел, чтобы коснуться его лица.

Чувствуя себя виноватым, Сюй Цзыюэ не осмеливался посмотреть Остину в глаза. Хотя он также не осмеливался оглянуться, когда Остин смотрел на него раньше, это была совершенно другая ситуация.

Остин видел, что Сюй Цзыюэ нервничает, поэтому взял на себя инициативу начать разговор.

— Я отведу тебя сегодня на мероприятия на девятом и седьмом этажах, хорошо?

С мягким вопросительным тоном Остина Сюй Цзыюэ, у которого не было иммунитета, не мог не кивнуть головой.

После завтрака Сюй Цзыюэ и Остин посетили магазины беспошлинной торговли на девятом этаже.

Сюй Цзыюэ знал, что ему просто нужно было случайно купить что-то, чтобы получить печать, и это было то, что он изначально планировал сделать, но Остин, похоже, так не думал.

Остин водил Сюй Цзыюэ туда-сюда и время от времени спрашивал, не нужно ли ему чего-нибудь.

Сюй Цзыюэ всегда равнодушно качал головой.

Осмотревшись более десяти минут, Сюй Цзыюэ, который толкал инвалидное кресло Остина, внезапно остановился.

Остин обернулся и посмотрел на Сюй Цзыюэ. Он спросил так же мягко, как обычно:

— Что случилось? Ты увидел что-нибудь, что тебе понравилось?

Сюй Цзыюэ безучастно покачал головой. Затем он посмотрел на Остина, прося разъяснений:

— Мы... на... свидании?

Остин снисходительно улыбнулся:

— Похоже, ты не слишком глупый.

Сюй Цзыюэ покраснел. Его рот открылся и закрылся, но он долго не мог ничего сказать.

В конце концов он присел на корточки позади инвалидного кресла и, уткнувшись головой в руки, несколько раз потерся лицом о колени.

— Ладно, ладно. Я больше не буду шутить. Я подожду, пока ты успокоишься.

Когда голос Остина достиг ушей Сюй Цзыюэ, Сюй Цзыюэ недоверчиво поднял глаза:

— Ты только что шутил?

— Как это может быть? Разве ты не говорил этого раньше? Чтобы не... Позволь мне напомнить, что ты сказал. — Остин на мгновение задумался и закончил, — Чтобы я больше не дразнил тебя.

Сюй Цзыюэ снова закрыл своё красное лицо руками.

Приглушенный голос донесся из-за инвалидного кресла Остина:

— Свидания — это то, что делают только пары.

Остин кивнул:

— Тогда... Теперь мы пара.

Если раньше Сюй Цзыюэ был живым крабом, то в этот момент он был в значительной степени полностью пареным крабом. Он был совершенно красный.

Сюй Цзыюэ:

— Значит ли это, что ты тоже...

— Сюй Цзыюэ? Это Сюй Цзыюэ?

Голос, который внезапно заговорил, заставил Сюй Цзыюэ наполовину остыть. Он поднял глаза и посмотрел на говорившего с гневом и разочарованием внутри.

У Вэньшань помахал рукой и улыбнулся, обнажив свои ровные белые зубы:

— Привет~

— Не привет. — Сюй Цзыюэ оперся на инвалидное кресло и встал.

Человек перед ними был тем самым глупо выглядящим У Вэньшанем, с которым они столкнулись раньше на баскетбольной площадке. Кроме того, именно он рассказал Сюй Цзыюэ о всевозможных плохих вещах, которые могут произойти, если человек слишком дружен с НПС.

— Что случилось? — У Вэньшань был сбит с толку. Он посмотрел на Остина, который просто улыбнулся, ничего не сказав, а затем на Сюй Цзыюэ, выражение лица которого ясно показывало, что он что-то прервал.

Он издал преувеличенное:

— О...

— Извините, я вас побеспокоил. Я просто хочу сказать несколько слов. После этого... вы можете продолжить. — У Вэньшань быстро оттащил Сюй Цзыюэ в сторону.

Сюй Цзыюэ всё ещё был немного недоволен. Это была такая хорошая возможность... И всё же он прервал её. Но он также знал, что злиться бессмысленно, поэтому он мог только подавить это внутри.

Сюй Цзыюэ вытащил свою руку, за которую ухватился У Вэньшань:

— Не тяни меня. Остин наблюдает. — он украдкой взглянул на Остина. Как и ожидалось, Остин увидел это. Сюй Цзыюэ быстро обернулся и строго посмотрел на У Вэньшаня:

— Говори. Что такое?

У Вэньшань улыбнулся:

— Скажи мне номер своей комнаты. Я найду тебя сегодня вечером. Мне нужно кое-что рассказать тебе... Это невозможно объяснить, стоя здесь.

Сюй Цзыюэ подумал о предупреждениях, которые У Вэньшань дал ему раньше... И решил дать ему номер своей комнаты.

— Хорошо, я зайду за тобой в восемь.

Сюй Цзыюэ смотрел, как У Вэньшань уходит. Внутри он чувствовал себя немного подозрительно.

У Вэньшань должен был столкнуться с ним лишь случайно... Конечно, это не исключало возможности того, что он специально постарался найти его. Если это действительно совпадение, то о чем он хотел поговорить, о чем нельзя было говорить здесь? Если он специально искал его, то о чем могла идти речь?

После этого Сюй Цзыюэ и Остин закончили просматривать магазины беспошлинной торговли. Затем они отправились в спа-салон на том же этаже и в кинотеатр на седьмом этаже. Вечером они вместе поужинали, а потом расстались незадолго до семи.

Хотя Сюй Цзыюэ хотел остаться с Остином подольше, Остин сказал, что гость придет позже, так что он может только собрать вещи и уйти.

Сюй Цзыюэ лежал на кровати в своей комнате до восьми, ожидая У Вэньшаня. Пока он ждал, он вспомнил фразу, которую собирался сказать, когда У Вэньшань прервал его... Если бы его не прервали и он получил бы положительный ответ, означало бы это, что он успешно зачистил бы мир?

Это было слишком близко. Ему почти пришлось попрощаться со всеми своими с трудом заработанными очками благосклонности. Кто знает, когда он снова сможет прикоснуться к лицу своего возлюбленного?

Сюй Цзыюэ решил, что в будущем ему нужно будет контролировать себя.

Если он не будет осторожен, ему придется покинуть Остина. На этот раз он не хотел уходить так поспешно.

На другой стороне, в 7:00 вечера, кто-то постучал в дверь Остина.

— Это мистер Остин? Я друг Сюй Цзыюэ, которого зовут У Вэньшань.

Если бы Сюй Цзыюэ уже не ушел, в этот момент он услышал бы голос У Вэньшаня из-за двери.

— Это мистер Остин? Я друг Сюй Цзыюэ, которого зовут У Вэньшань.

Человек, сидевший в комнате и молча читавший, поднял голову. Он долго бесстрастно смотрел на дверь, прежде чем закрыть книгу и перейти к своему обычному мягкому поведению:

— Дверь не закрыта. Заходи.

У Вэньшань похлопал себя по груди, чтобы успокоиться. Он толкнул дверь. Увидев, что человек внутри смотрит на него со слабой улыбкой на лице, он подсознательно вздохнул с облегчением.

Независимо от того, была ли личность Остина действительно нежной или это был просто акт, это никак не повлияло на то, что он намеревался сделать.

Он был не более чем «хорошим человеком», который хотел сказать обманутому НПС правду.

— В чем дело? — Остин положил книгу на стол, положив её на ногу. Он посмотрел на У Вэньшаня так, как будто смотрел на кого-то, с кем был немного знаком. В этом не было ничего особенного.

— Дело вот в чем. Я подслушал ваш разговор сегодня... Я просто хочу сначала спросить, вы и Сюй Цзыюэ состоите в отношениях?

Остин посмотрел на У Вэньшаня с некоторым замешательством, но всё же кивнул.

У Вэньшань огляделся и всё ещё чувствовал, что у НПС перед ним не было ничего особенного, кроме его лица. Он выглядел ещё более невинным, чем женщина-НПС, с которой он столкнулся в прошлый раз.

— Из этого ничего не выйдет. — У Вэньшань сделал очень страдальческое выражение лица, — Я не хочу, чтобы вас обманули, так что... Вам следует поторопиться и порвать с ним.

— Что ты имеешь в виду?

У Вэньшань заметил, что он слегка изменил позу. Это означало, что теперь он полностью завладел вниманием сидящего перед ним человека.

— Ах... Вообще-то я не должен вам этого говорить, но я также не хочу вам лгать. — У Вэньшань нахмурил брови. Затем он сказал Остину, что они из другого мира и прибыли на этот корабль только для того, чтобы выполнить свою задачу. Как только их задача будет выполнена, они уйдут.

И это был тот случай, в котором они никогда больше не встретятся.

— ...Поэтому я думаю, что лучше покончить с этим пораньше, пока вы не пострадали. — У Вэньшань наблюдал, как человек перед ним погрузился в раздумья. Внутри он почувствовал легкое презрение.

Что такого хорошего в мужчинах? Если ты хочешь встречаться, тебе следует выбрать мягких и нежных девушек.

Даже если Остин не очернится и не сделает ничего, кроме разрыва с Сюй Цзыюэ, его цель будет достигнута.

С таким количеством людей, живущих в страхе весь день, почему Сюй Цзыюэ, который мог видеть только лица, должен жить комфортно и без каких-либо забот? Поскольку он решил срезать путь, то не стоит удивляться, что найдутся люди, которые захотят вмешаться.

Просто исходя из того, как выглядел Сюй Цзыюэ, он, вероятно, не сможет долго выжить в одиночку.

— Могу я спросить, почему ты мне это рассказываешь? Разве ты не говорил, что не можешь этого сказать?

У Вэньшань не недооценивал ни одного из НПС, не говоря уже о таких, которые раскрывают все свои мысли и имеют возможность помочь игрокам зачистить мир.

И поэтому он не расслабился и продолжил действовать:

— Да, я не могу этого сказать, но разве я не говорил этого раньше? Я просто не хотел, чтобы вас обманули... Вы всё ещё не понимаете? Он вместе с вами только для того, чтобы ему было легче выполнить свою задачу.

У Вэньшань увидел ошеломленное выражение лица Остина и внутренне ухмыльнулся. Внешне, однако, он сохранял расстроенный вид:

— Теперь вы знаете. Как только задание будет выполнено, он уйдет.

— В чем задача? — спросил Остин. Хотя у него уже были некоторые догадки, он всё ещё хотел их подтвердить.

У Вэньшань был немного насторожен:

— Почему вы спрашиваете об этом?

Остин поджал губы. Он ответил так, как надеялся У Вэньшань:

— Конечно, это для того, чтобы он не смог выполнить задание... Пока задание не выполнено, он не может уйти. Разве это не так?

У Вэньшань на несколько секунд почувствовал противоречие, но в конце концов сказал ему:

— ...На самом деле, у каждого своя задача. В его случае вам просто нужно помешать ему приобрести все двадцать печатей.

У Вэньшань наблюдал, как глаза Остина помрачнели, а затем стали решительными.

Остин сказал:

— Спасибо, что рассказал мне об этом. Если тебе нужна моя помощь в чем-либо, не стесняйтесь спрашивать.

У Вэньшань облегченно вздохнул. Похоже, всё было улажено. Что касается помощи, то это была неожиданная награда.

— Если вы можете, я хочу знать, как я могу безопасно получить печать детской площадки.

В играх всегда будут какие-то специальные НПС. У них были чувства, свои собственные мысли и они могли контролировать свои собственные действия, но у них всё равно были бы некоторые недостатки.

Как роботы, даже с мыслями, они всё ещё не могут попробовать вкусную пищу, которую могли бы попробовать люди.

У Вэньшань знал только об одном исключении, и это был самый важный аспект игр — босс.

Но в этой игре зачистка не имела никакого отношения к боссу, поэтому У Вэньшань не волновался. Если там действительно был босс, они должны были уже столкнуться с ним.

Остин, услышавший просьбу У Вэньшаня, не удивился и не счел её трудной для выполнения. Он посмотрел за спину У Вэньшаня.

Спина У Вэньшаня похолодела.

Затем он увидел, как Остин махнул рукой. С улыбкой он сказал:

— Тебе лишь нужно позволить ей принять тебя.

У Вэньшань увидел, как мимо него прошла девочка. Эта маленькая девочка бесстрастно подошла к Остину, уставившись обоими глазами себе под ноги.

— О-она...

Остин нежно погладил девочку по волосам:

— Она часто играет там. Если тебе что-нибудь понадобится, ты можешь просто найти её. Не волнуйся, с получением печати проблем не будет.

Если бы Сюй Цзыюэ присутствовал, он сказал бы У Вэньшаню, что эта девочка очень опасна. В конце концов, именно она появилась, когда лифт вышел из строя. Смех в то время тоже принадлежал ей.

Но в этот момент Сюй Цзыюэ там не было.

— Если сегодня, то уже слишком поздно. Могу я... пойти завтра? — У Вэньшань не был дураком. Он чувствовал себя странно, просто глядя на маленькую девочку. Он снова посмотрел на Остина. Выражение его лица не изменилось.

Но если бы у него действительно не было способа, Сюй Цзыюэ не получил бы так много марок... У Вэньшань вспомнил карточку на груди Сюй Цзыюэ. Она была почти полностью заполнена печатями.

Храбрый пожинает плоды. Робкие голодают.

— Как насчет этого? Я попрошу её найти тебя завтра. — Остин похлопал девочку по плечу. Маленькая девочка посмотрела на У Вэньшаня и уставилась на него так, словно пыталась запомнить его внешность.

— ...Хорошо. — У Вэньшань кивнул.

Поскольку после этого ему больше нечего было сказать, У Вэньшань взял на себя инициативу попрощаться. Выходя из комнаты, он случайно заметил книгу, которую Остин положил на стол. Это была книга под названием «Круизные кораблекрушения».

У Вэньшань повернулся, чтобы закрыть дверь в комнату Остина, но в мгновение ока девочка рядом с Остином исчезла.

У Вэньшань нервно сглотнул. Он поднял руку и вытер пот со лба.

Он глубоко вздохнул и направился в комнату Сюй Цзыюэ.

Проходя это короткое расстояние, он постоянно задавался вопросом, не разозлил ли он Остина. Остин выглядел мягким и вежливым. Из их разговора У Вэньшань даже сделал вывод, что Остин, вероятно, был пассивным в их отношениях.

Но это было естественно. Это было что-то, предназначенное для Сюй Цзыюэ, чтобы он был в безопасности в игре. Если бы Сюй Цзыюэ был пассивным, как бы ему удалось победить Остина?

Но прежде чем уйти, У Вэньшань не мог не подумать, что это ещё не всё.

Для НПС было обычным делом знать друг друга, поэтому он, естественно, думал, что для Остина было нормально играть роль в успешных начинаниях Сюй Цзыюэ.

Но теперь, когда он подумал об этом, всё шло слишком гладко со стороны Остина. В последний раз, когда он пошел, чтобы помешать женщине-НПС и игроку-мужчине, эта женщина долго боролась и даже пыталась найти оправдания, чтобы доказать, что он действительно любит её.

Но Остин принял это слишком быстро.

У Вэньшань стоял перед дверью Сюй Цзыюэ и не мог удержаться, чтобы не прикусить костяшку указательного пальца.

Только когда он почувствовал привкус крови, он пришел в себя и остановился.

После всех этих миров он также больше не был нормальным...

У Вэньшань наугад вытер руку об одежду и постучал в дверь.

— Сюй Цзыюэ, это я, У Вэньшань!

*  *  *  *  *

От нечего делать Сюй Цзыюэ заснул. Его разбудил стук в дверь.

Он потер голову, надел тапочки и пошел открывать дверь:

— Уже восемь?

У Вэньшань замер. Он не обратил особого внимания на время и просто подошел сразу после разговора с Остином.

И поэтому У Вэньшань просто рассмеялся и проигнорировал вопрос Сюй Цзыюэ:

— Ты только что заснул?

Сюй Цзыюэ кивнул. Он подошел и сел на кровать. Скрестив ноги и уткнувшись лицом в подушку, он спросил:

—В чем дело? Продолжай.

— На самом деле ничего особенного. Я просто хотел сказать тебе, что есть решение проблемы конфликта между казино и магазинами беспошлинной торговли.

Сюй Цзыюэ на мгновение растерялся. Это было не то, что ему срочно нужно было знать. Логически говоря, если У Вэньшань хотел рассказать, он должен был сначала рассказать другим игрокам.

Но он всё равно поднял глаза и выразил свою озабоченность по этому поводу:

— Хорошо, расскажи мне.

У Вэньшань сунул руку в карман и вытащил две карты:

— Используй это.

— Это... две банковские карты? — Си Цзыюэ взял карточки и посмотрел на них. Карты были предоставлены системой, и у каждой была только одна... Но теперь У Вэньшань достал две.

— Мы можем использовать оставшиеся средства погибших игроков. — У Вэньшань небрежно позволил Сюй Цзыюэ посмотреть. Он уже получил печати магазина беспошлинной торговли и казино, так что не имело значения, если он отдаст карты.

— Тогда разве это не означает...

У Вэньшань пожал плечами:

— Это верно. Для всех выбывших игроков их комнаты могут быть введены по твоему усмотрению. Что-то вроде этого... Ты, естественно, можешь выбрать, хочешь ли ты принять её или нет.

Сюй Цзыюэ почесал в затылке. Его настроение упало. Если бы это было так...

— Ты знаешь... сколько игроков осталось на этом корабле?

У Вэньшань потер больное горло:

— Я не знаю. Трудно вести счет. Сто человек были разбросаны по двенадцати этажам. Кто вспомнит, сколько их на этаже и в какой комнате они находятся?

Сюй Цзыюэ нахмурился и кивнул:

— В то время я должен был... — он поднял глаза, и остальные слова застряли у него в горле.

— Что случилось? — У Вэньшань, увидев это, запаниковал. В конце концов, он был тем, кто только что сделал что-то плохое.

Он быстро обернулся и посмотрел назад, но там никого не было.

Когда он обернулся, то увидел, что Сюй Цзыюэ постоянно трет глаза.

У Вэньшань встал. Его голос был встревоженным:

— Что случилось? Что случилось? Поторопись и скажи мне! — недавний испуг в доме Остина оставил его с легкой травмой.

И в этот момент...

Сюй Цзыюэ опустил руку:

— Какая-то пыль попала мне в глаз...

У Вэньшань остановился. Ему хотелось разозлиться, но он подавил свой гнев и постарался выглядеть дружелюбным.

С напряженной шеей и гневом, кипящим внутри него, он выдавил:

— Тогда это хорошо. Не пугай меня, я не выношу страха.

Сюй Цзыюэ нервно рассмеялся.

Он на самом деле... только что это увидел.

На шее У Вэньшаня висела девочка, которую он видел не так давно. Она висела там, и когда Сюй Цзыюэ заметил её, она приложила указательный палец ко рту Сюй Цзыюэ.

Она велела Сюй Цзыюэ ничего не говорить.

А потом она что-то сказала.

По реакции У Вэньшаня Сюй Цзыюэ понял, что он не слышит её голоса.

Но девочка явно что-то сказала, опираясь на плечо У Вэньшаня...

Она сказала:

— ...Он пытается причинить тебе боль.

Сюй Цзыюэ не хотел верить словам маленькой девочки.

Потому что, когда он общался с У Вэньшанем, тот всегда был очень дружелюбен. Даже несмотря на то, что он знал об отношениях Сюй Цзыюэ с Остином и что из-за этого он мог безопасно получить печати, он не попросил Сюй Цзыюэ о помощи.

Он даже специально старался изо всех сил рассказать ему кое-что после того, как узнал о его отношениях с Остином. Если бы не У Вэньшань, Сюй Цзыюэ не знал бы о проблемах, которые могут возникнуть с НПС... В конце концов, никто из других игроков не рассказывал ему об этих вещах.

Но Сюй Цзыюэ знал, что даже если это так, это не значит, что он должен ослабить свою бдительность насчет У Вэньшаня.

Он не должен полностью верить У Вэньшаню, и он также не должен полностью верить этой маленькой девочке.

Хотя память Сюй Цзыюэ была не особенно хорошей, она не была настолько плохой, чтобы он так быстро забыл об инциденте с лифтом.

То, что было поставлено перед Сюй Цзыюэ, было вопросом с множественным выбором. Сказать У Вэньшаню или не говорить? Если девочка лгала, то У Вэньшань невиновен. Если она говорила правду...

Но почему У Вэньшань хотел причинить ему боль? И как он собирается причинить ему боль?

Сюй Цзыюэ чувствовал, что у него и У Вэньшаня нет конфликта интересов.

У Вэньшань был поражен действиями Сюй Цзыюэ только что и больше не хотел оставаться здесь.

Сюй Цзыюэ проводил его до двери и воспользовался моментом, когда У Вэньшань повернулся к нему спиной, чтобы схватиться за спину... Неожиданно ему удалось ухватиться за что-то невидимое.

Только после того, как У Вэньшань отошел на приличное расстояние, этот предмет оказался задним воротником маленького ребенка.

Сюй Цзыюэ был немного напуган. Страх обычно проистекает из страха перед неизвестным. До того, как он вошел в игровой мир, он твердо верил, что мир научен, но он всё ещё боялся подобных вещей.

Например, кромешная тьма в классе, звук капающей воды из закрытых кранов или стук высоких каблуков в пустом переулке... Это всегда заставляло человека неудержимо воображать другие вещи.

Сюй Цзыюэ изо всех сил старался загипнотизировать себя, чтобы не рухнуть на колени перед этим ребенком.

Затем он наклонился и постарался говорить как можно спокойнее:

— Ты можешь сказать мне, как он хочет причинить мне боль?

Сначала он просто хотел посмотреть, сможет ли он поговорить с ней наедине, поэтому он протянул руку, чтобы схватить её. Теперь, когда он действительно оказался лицом к лицу с маленькой девочкой, он почувствовал, что она выглядит немного знакомой.

Но он не мог вспомнить, где мог её встретить.

Маленькая девочка стояла без всякого выражения. Как будто тот, кто предупреждал Сюй Цзыюэ раньше, не был ею.

Она сказала:

— Почему я должна тебе говорить?

Сюй Цзыюэ был почти тронут до слез. Наконец-то девочка-дух, с которой он может нормально общаться!

Но он не мог придумать ничего, что могло бы соблазнить ребенка. После долгого раздумья, нахмурившись, он нерешительно спросил:

— Как насчет того, чтобы я дал тебе конфету в обмен?

Маленькая девочка опустила голову и посмотрела на Си Цзыюэ. Так она выглядела, словно закатывала глаза. Её следующие слова не изменились.

— В ресторане можно взять столько, сколько захочешь.

— ...

Сюй Цзыюэ снова подумал об этом и смог только спросить:

— Тогда что ты хочешь взамен?

Девочка молчала. Она смотрела на Сюй Цзыюэ, пока он не почувствовал, как волосы у него на спине встали дыбом. Затем она сказала:

— Я не хочу быть на детской площадке. Если ты сможешь убедить владельца не отсылать меня обратно, я тебе скажу.

— Не отсылать тебя обратно?

Сюй Цзыюэ уловил ключевые моменты в словах маленькой девочки. Один был «владельцем», а другой — «отправкой обратно».

— Подожди, подожди, подожди, подожди. Что-то не так. Сначала ты попросила кого-то забрать с детской площадки, а потом, потому что этот человек нарушил своё обещание, ты вышла, чтобы убить его... Разве это не так?

Девочка кивнула.

Сюй Цзыюэ был ещё более смущен:

— ...Тогда как же ты вышла?

Маленькая девочка поджала губы. Она очень ярко улыбнулась:

— Потому что до тех пор, пока кто-то не может забрать меня, я могу выйти, чтобы отомстить. Таково правило.

Сердце Сюй Цзыюэ ёкнуло:

— ...Чьё это правило?

— Я не знаю. — она вернулась к своему пустому выражению лица, — Так было всегда.

Сюй Цзыюэ спросил:

— Тогда тебе нужно вернуться сейчас?

— Обычно я могу какое-то время побыть снаружи.

— Но почему не сейчас?

— Из-за того человека, который только что был здесь.

Маленькой девочке было поручено отправить У Вэньшаня на детскую площадку, а затем защитить его... Так что даже шанс расслабиться пропал.

Но Сюй Цзыюэ этого не знал.

— Какое это имеет отношение к У Вэньшаню?

Что сделал У Вэньшань, чтобы девочка вернулась на игровую площадку раньше, чем это было необходимо?

В поведении девочки была определенная закономерность. Сюй Цзыюэ в основном догадался об этом.

Одним из препятствий, которые нужно было преодолеть на детской площадке, скорее всего, были дети. Сюй Цзыюэ теперь вспомнил, почему он нашел девочку знакомой. Это было потому, что, когда он заканчивал игру, она сидела вместе с другими детьми. Они играли с разными игрушками, но их глаза постоянно следили за ним. В то время Сюй Цзыюэ находил это немного странным, но он хотел закончить работу как можно скорее, поэтому не обращал на них никакого внимания.

Эти дети, вероятно, ждали, когда войдут игроки. После входа они будут думать о том, как заставить игроков согласиться вывести их. Что касается того, каков будет результат, если они добьются успеха, Сюй Цзыюэ не знал, но он помнил, что сказал мужчина-игрок в лифте. Он сказал, что НПС у входа остановит их, так что это будет нелегкий подвиг.

Если игрок согласится и не сможет вывести ребенка, ребенок может покинуть игровую площадку, чтобы отомстить. Последствия, вероятно, будут похожи на то, что случилось с тем игроком в лифте...

И тогда у ребенка будет возможность отдохнуть снаружи в течение определенного периода. После этого, из-за системных ограничений, ребенку нужно будет вернуться на игровую площадку.

Теперь был владелец, который велел маленькой девочке вернуться на детскую площадку раньше. Причина была как-то связана с У Вэньшанем.

Первой реакцией Сюй Цзыюэ было подумать об Остине... В конце концов, он уже признался, что является владельцем этого круизного лайнера.

Маленькая девочка собиралась ответить на вопрос Сюй Цзыюэ, но вспомнила, что сказала, что не будет делать обмен, поэтому покачала головой:

— Если ты сделаешь так, что мне не придется возвращаться на игровую площадку, я скажу тебе.

Итак, Сюй Цзыюэ пришел к выводу.

У Вэньшань, причинивший ему боль, имел какое-то отношение к возвращению маленькой девочки на детскую площадку...

Что касается владельца...

— Если ты мне не скажешь, я найду твоего хозяина Остина, чтобы ты вообще не смогла уйти. — Сюй Цзыюэ выпрямился и повел себя так, будто собирался пойти к Остину.

В мгновение ока перед ним появилась маленькая девочка. Она мгновенно сменила позу, напугав при этом Сюй Цзыюэ.

— Не ходи! — она свирепо посмотрела на Сюй Цзыюэ. Негодование в её глазах потрясло Сюй Цзыюэ.

Трудно было поверить, что у ребенка может быть такой взгляд, но правда была прямо перед ним. Выражение её лица в этот момент подтвердило предположение Сюй Цзыюэ. Он не должен упускать из виду её прошлые поступки только из-за того, что она только что сказала.

Сюй Цзыюэ никогда не забывал об игроке, который думал, что был спасен только для того, чтобы вскоре потерять свою жизнь. И он знал, что ответственной за это была эта невинно выглядящая девочка.

Нет, это было не совсем так. Причиной этого была неспособность игрока выполнить своё обещание, так что на самом деле это должно быть... виновата игра.

Сюй Цзыюэ вздохнул. Какой смысл анализировать настройки игр...?

— Я не пойду, не волнуйся. — Сюй Цзыюэ сразу понял, что Остин был владельцем, о котором она говорила, и что он был кем-то, с кем девочка ничего не могла поделать.

Когда Сюй Цзыюэ сказал, что не пойдет, девочка сразу же поверила его словам.

— Ты можешь пойти и найти У Вэньшаня. Я больше не буду беспокоиться о тебе.

Естественно, он не стал бы беспокоиться о девочке. Он не мог этого сделать. И, судя по тому, что она сказала, она собиралась снова оказаться в ловушке на той игровой площадке...

Всё дело было в том, что У Вэньшань пытался причинить ему боль... Он не знал подробностей.

Но он знал, что до тех пор, пока он спросит Остина, а Остин готов рассказать ему, он узнает.

Поэтому, после того как маленькая девочка исчезла, Сюй Цзыюэ решил найти Остина.

Поскольку он не знал правды, стоящей за этим, он немного беспокоился о том, что У Вэньшаня преследует девочка. Если бы что-нибудь случилось, он, вероятно, был бы мертв в течение одной ночи.

Беседа с У Вэньшанем и обсуждение с девочкой заняли много времени. Небо снаружи уже полностью потемнело, и свет в каютах погас. Казалось, там был только темный коридор, бесконечно уходящий вдаль.

Единственным источником света был свет из комнаты Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ огляделся по сторонам. Он не осмелился закрыть дверь в свою комнату. Открыв дверь, он воспользовался светом из своей комнаты, чтобы добраться до комнаты Остина.

После короткой прогулки Сюй Цзыюэ подошел к двери Остина. Он глубоко вздохнул и постучал три раза.

«Тук, тук, тук.»

Ответа не последовало.

Сюй Цзыюэ задался вопросом, не слышал ли Остин этого, поэтому он увеличил силу.

«Тук, тук, тук.»

В темном коридоре был только Сюй Цзыюэ. Вдали от источников света ему казалось, что его окружает тьма.

Сюй Цзыюэ ходил на цыпочках взад и вперед, чтобы успокоить своё беспокойство.

«Тук, тук, тук. Тук, тук, тук.»

Ответа по-прежнему не было.

— Остин? Ты спишь? — крикнул Сюй Цзыюэ. Он попытался заглянуть в щель сбоку от двери, но двери, казалось, были плотно закрыты.

Ответа не последовало... Но его голос был достаточно громким. Неужели он спит? Или что-то случилось?

Сюй Цзыюэ постучал себя по голове. Невозможно. Что может случиться с НПС?

Подождите минутку...

НПС на корабле также могут быть паразитированы морскими монстрами.

Думая об этом, Сюй Цзыюэ не мог не запаниковать.

Он несколько раз с силой ударил в дверь. Его глаза были полны паники и беспокойства.

Никто из других людей на корабле, казалось, не слышал шума, который поднял Сюй Цзыюэ. Никто не вышел, чтобы проверить ситуацию.

Это продолжалось до тех пор, пока не раздался тихий звук от двери перед Сюй Цзыюэ.

Дверь открылась, и Остин оказался внутри.

Сюй Цзыюэ наконец вздохнул с облегчением. Он прислонился к дверному косяку с выражением обиды, в котором также были намеки на беспокойство и беспомощность:

— Почему ты так долго не открывал дверь... Напугал меня до смерти.

Остин наклонил голову и улыбнулся. Капли воды упали с его волос на халат. Он сказал извиняющимся тоном:

— Извини, я тебя побеспокоил. Я слишком долго одевался...

Только теперь Сюй Цзыюэ заметил его одежду. Это был белый халат.

Воротник был расстегнут, открывая большую часть его груди, и на его коже всё ещё оставались пятна воды, медленно скатывающиеся с каждым вдохом Остина...

Со «свистом» лицо Сюй Цзыюэ стало ярко-красным.

Сюй Цзыюэ чувствовал, что ему следует обернуться, но он также не хотел этого делать.

С бледной кожей, выставленной прямо перед ним, такая возможность выпадает раз в жизни! Было бы жаль не оценить это по достоинству, окей?!

Чтобы сохранить свой почти несуществующий образ, Сюй Цзыюэ попытался сдержать жажду в глазах. Если он напугает Остина... это будет нехорошо.

Остин подтолкнул своё инвалидное кресло и повернулся в комнату.

— Заходи и поговорим.

— О... — Сюй Цзыюэ молча кивнул, последовал за ним и закрыл за собой дверь.

— Ты только что принял душ? — Сюй Цзыюэ стоял в стороне, глядя сверху вниз на два розовых пятна на груди Остина... Он смотрел снова, и снова, и снова. Как будто его глаза больше не были под его контролем.

— Да. — кивнул Остин. Когда он заметил пристальный взгляд Сюй Цзыюэ, его глаза потемнели. Он откинул свои длинные волосы в сторону. Вода с волос намочила его одежду, заставив её прилипнуть к телу и обнажить очертания его тела.

Взгляд Сюй Цзыюэ стал ещё более страстным.

Затем он перевел взгляд с тела Остина на его лицо... Если он видел лицо Остина, оно ему очень нравилось. Ему нравилось видеть различные выражения и эмоции, которые могли появиться на этом лице. И когда он увидел тело Остина... ему тоже понравилось, но это был другой тип симпатии.

Он хотел этого.

Дело было не в том, что он хотел иметь такое тело, он хотел это тело.

Конечно, это относилось к... полному владению.

Остин спросил:

— Уже поздно. Тебе что-нибудь нужно?

Его голос вернул ход мыслей Сюй Цзыюэ, который сошел с рельсов.

— Я здесь, чтобы кое-что спросить...

Остин вопросительно посмотрел на Сюй Цзыюэ:

— В чем дело?

Прекрати это! Он не сможет задать этот вопрос, если будет продолжать смотреть на это лицо!

Сюй Цзыюэ закрыл глаза и снова открыл их. На этот раз его взгляд переместился на ноги Остина:

— Я просто хочу знать, что происходит с У Вэньшанем. Почему за ним следует маленькая девочка? Неужели У Вэньшань действительно намеревается причинить мне боль? И... ты мне помогаешь? — когда он задал последний вопрос, Сюй Цзыюэ с тревогой посмотрел на лицо Остина.

Когда его взгляд снова упал на ноги Остина, у него не могло не возникнуть новых сомнений.

Только что приняв душ, почему ноги всё ещё были так плотно прикрыты?

Даже если здесь есть кондиционер, не будет ли это слишком неудобно?

Остин сказал:

— Лучше не знать слишком много.

— Ты должен знать, что человеческое любопытство очень сильно... И если я не знаю, действительно ли у него плохие намерения, как я узнаю, следует ли мне продолжать взаимодействовать с ним? — на самом деле, Сюй Цзыюэ был в состоянии очень хорошо контролировать это своё любопытство. Это было особенно верно в мире, подобном этому: «любопытство может убить человека».

— Значит, ты не боишься, что я причиню тебе боль?

— Я боюсь. — кивнул Сюй Цзыюэ, — Но... Почему ты хочешь причинить мне боль? То же самое относится и к У Вэньшаню. У нас нет никаких проблем, поэтому я не знаю, почему он это сделал.

Остин, услышавший это, рассмеялся и помахал Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ послушно подошел ближе, а затем присел на корточки рядом с Остином. Он посмотрел на него:

— Что случилось?

— Не нужно иметь конфликт интересов или ненависти, чтобы кто-то хотел причинить тебе боль. — рука Остина нежно погладила голову Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ несколько раз моргнул. Его сердцебиение постепенно участилось.

— Ты знаешь о зависти? — Остин нежно ущипнул Сюй Цзыюэ за щеку.

Сюй Цзыюэ в ответ только кивнул головой.

— Послушай. — Остин взял пальцем карточку, висевшую на шее Сюй Цзыюэ, открыл её и показал Сюй Цзыюэ сторону с печатями, — Ты получил это, но он не смог. Ты в безопасности, но он всегда в опасности. Вот почему он не хочет, чтобы тебе было так легко.

Остин отпустил карточку, позволив ей упасть обратно:

— Вот и всё.

— Так что же он сделал? — Сюй Цзыюэ пришел в себя. Он отчаянно пытался удержать в голове всё остальное, кроме Остина.

Остин улыбнулся. Взгляд, которым он обычно смотрел на Сюй Цзыюэ, казалось, сочился медом. Однако его следующие слова вызвали у Сюй Цзыюэ ощущение, что он промок в ведре ледяной воды в середине зимы.

— Он сказал... Что ты уйдешь от меня после того, как выполнишь свою задачу, и сказал, что то, что я тебе нравлюсь — это ложь; что всё это было ради того, чтобы использовать меня для получения печатей.

Сюй Цзыюэ: Fu#^#%@%!!!

Ублюдок!

Сюй Цзыюэ сгорал от гнева. У него было желание оторвать рот У Вэньшаня, но перед Остином он хотел сжаться до размера пылинки.

Он подавил свой гнев, поднял руку и поклялся, чтобы показать свою искренность:

— Я торжественно клянусь! Ты мне очень, очень, очень нравишься!

— ...твоё лицо. — Сюй Цзыюэ тихо добавил ещё два слова в конце.

— Тогда как насчет того, чтобы покинуть меня? — на лице Остина не было ни радости, ни гнева. Как обычно, это была лишь слабая улыбка. Однако именно из-за этого Сюй Цзыюэ не чувствовал себя уверенным.

Не говоря уже о том, что Остин сразу ухватился за ключевой момент.

— Это... — Сюй Цзыюэ опустил голову. Он всё ещё сидел на корточках рядом с инвалидным креслом Остина:

— Я считаю, что красивые — это другой вид. Я... Я хочу смотреть больше.

Последовало долгое молчание.

Сюй Цзыюэ уставился в пол.

После долгого молчания Остин снова спросил:

— Так ты сделал это ради печатей? И по пути... потому что я хорошо выгляжу...

Сюй Цзыюэ быстро перебил:

— Нет, нет, это не так. Мне не нужны печати. — он поднял руку и быстро разорвал карточку, висевшую у него на груди.

Он не смог полностью разорвать её пополам, потому что Остин схватил Си Цзыюэ за руку.

Сюй Цзыюэ мог сказать об этом физическом контакте только одно слово — потрясающе.

Остин отпустил его и потер большим пальцем глаза Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ: «...» Это нехорошо для моего сердца.

Действия Остина были чрезвычайно мягкими, но слова, которые он произнес, были полной противоположностью:

— Тебе не кажется, что твоя любовь... слишком жестокая?

О нет...

Конечно, это не может быть исправлено.

Остина не волновал ответ Сюй Цзыюэ:

— Твои слова непоследовательны. Ты всё ещё планируешь уйти, но ты порвал эту карточку... Значит, тебе не нужно собирать все печати, чтобы уйти, верно?

Сюй Цзыюэ снова посмотрел на Остина и увидел, что он всё так же хорош собой, как обычно. Однако теперь он понял — Остин никогда не стал бы владельцем этого корабля, если бы не был достаточно силен.

Тот факт, что маленькая девочка слушала команды Остина, был доказательством.

И теперь, когда они с Остином разговаривали, он всегда контролировал разговор. Мало-помалу он получил нужную информацию.

Сюй Цзыюэ теперь больше не верил, что этот человек был тем, кем он его считал!

Нежный, чистый, добрый... Наверное, всё это было фальшивкой. (╥_╥)

Сам он был почти полностью раздет, но Остин, с другой стороны, всё ещё был окутан тайной.

— Судя по выражению твоего лица, похоже, я был прав.

Сюй Цзыюэ посмотрел на Остина:

— ...Ты действительно потрясающий.

Остин поднял бровь:

— Ты меня не боишься?

Сюй Цзыюэ сидел на корточках, пока его ноги не онемели. Он сел на пол.

— Будда не имеет страхов.

Остин не понял, но мог догадаться об общем смысле.

И поэтому он рассмеялся:

— Тогда каковы условия для того, чтобы ты покинул этот мир? И... в чем правда этого мира?

Сюй Цзыюэ уже занял позицию «спрашивай всё, отвечай на всё» и всем сердцем принял вопрос Остина.

Но он всё равно был потрясен.

— Откуда ты всё знаешь?! — Сюй Цзыюэ посмотрел на Остина с обидой и восхищением, — Я ничего не говорил об этом!

— Да. — кивнул Остин, — Это потому, что другие говорили об этом. Кроме того, мои уши очень чувствительны, так что, даже если ты отойдешь подальше, я тебя ясно услышу.

Сюй Цзыюэ: «...» Совершенно лишился дара речи.

Сюй Цзыюэ сказал:

— Тогда разве ты не должен уже знать...? Почему ты спрашиваешь меня сейчас?

— Потому что я хочу услышать это от тебя.

Сюй Цзыюэ: «...» Что это за НПС?? Такой удивительный?!

Подождите минутку... Он не может быть боссом, верно???

Но он босс, который больше зависел от интеллекта? Потому что ноги Остина... Сюй Цзыюэ вдруг почувствовал, что это не обязательно так.

Как раз в тот момент, когда Сюй Цзыюэ собирался что-то сказать, Остин был на шаг впереди:

— Мои подчиненные также доложат мне, как только узнают, так что не лги мне.

— ...Итак, ты знал о нашем существовании с самого начала? — спросил Сюй Цзыюэ.

— Не совсем так. Гиды-экскурсоводы каждый месяц привозят на борт новых людей, так что это обычное дело — собирать группы туристов. Просто случайно ты наткнулся на меня, и позже, когда я следовал за тобой, я подслушал некоторые очень интересные вещи. — Остин оперся верхней частью тела на подлокотник инвалидного кресла и протянул руку, чтобы коснуться лица Сюй Цзыюэ, — Потом я заметил, что это было странно.

— ... — значит, в конце концов, это всё ещё из-за него? (╥_╥)

Сюй Цзыюэ прослезился внутри. Это... вероятно, так называемый эффект бабочки.

Остин сказал:

— Теперь твоя очередь.

Это не тот случай, когда вы хлопаете один раз, я хлопаю дважды... Но даже если Сюй Цзыюэ жаловался внутри, то, что нужно было сказать, должно быть сказано. В конце концов...

— Ты отпустишь меня, если я этого не скажу?

Остин улыбнулся:

— Нет.

Сюй Цзыюэ:

— Ох. — (?_?)

Сюй Цзыюэ продолжал бороться:

— Что ты будешь делать, если я скажу это? Ты собираешься захватить всех, кто похож на меня на корабле?

— Хм... Это будет зависеть от твоих результатов. — Остин схватил прядь волос Сюй Цзыюэ и держал её там. Когда он потянул за неё, Сюй Цзыюэ почувствовал легкую боль в голове.

— Как я должен достичь хороших результатов?

— Честность. — он посмотрел на Сюй Цзыюэ, — Если ты этого не скажешь, это скажут другие. Мне просто нужно, чтобы они получили печати.

Он должен был признать, что Остин сказал правду.

И вот, изучая выражение лица Остина, Сюй Цзыюэ медленно заговорил о мире и игре.

Выслушав, Остин долго молчал. Никто не знал, о чем он думает.

Сюй Цзыюэ сидел, скрестив ноги, и ждал, пока Остин закончит думать.

— А как насчет тебя? Ты отличаешься от них? — Остин, казалось, что-то понял. Он больше не спрашивал об игре ужасов, а вместо этого спросил о Сюй Цзыюэ.

— Это потому, что... Я играю в игру по захвату любви. — Сюй Цзыюэ смотрел куда угодно, только не на Остина.

Остин сказал:

— Тогда цель захвата, должно быть, я.

Сюй Цзыюэ поднял руку и бесстрастно хлопнул в ладоши. Он воскликнул преувеличенным тоном:

— Поздравляю, ты прав!

Остин сказал:

— Тогда цель захвата, должно быть, я.

Сюй Цзыюэ поднял руку и бесстрастно хлопнул в ладоши. Он воскликнул преувеличенным тоном:

— Поздравляю, ты прав!

*  *  *  *  *

Остина позабавила реакция Сюй Цзыюэ. Он посмотрел на того, кто некоторое время копал себе могилу, прежде чем сознательно сказать:

— Но я не могу сказать, что ты пытаешься поймать меня.

— Не потому ли всё это, что ты постоянно дразнишь меня... — тихо сказал Сюй Цзыюэ.

— Ничего подобного.

Сюй Цзыюэ не смягчился:

— Но так и есть!

Остин кивнул и с интересом посмотрел на Сюй Цзыюэ:

— Тогда скажи мне.

— Ты касаешься моего лица, гладишь меня по голове и смотришь на меня...

— Если смотреть на тебя, значит, дело не только во мне.

Сюй Цзыюэ прямо выпалил самую важную причину:

— Но ты выглядишь лучше всех.

Затем Сюй Цзыюэ вернул разговор в прежнее русло:

— Так как же ты собираешься теперь обращаться с людьми на корабле?

Остин небрежно сказал:

— Я подумаю об этом.

— Как долго?

Остин молчал. Он просто с интересом уставился на Сюй Цзыюэ.

В результате сердцебиение Сюй Цзыюэ ускорилось. Он был не только застенчив, но и нервничал. Он боялся, что Остин может убить всех на корабле, как только почувствует себя несчастным.

— Я никогда раньше не испытывал такого чувства, как быть захваченным в плен. Поскольку это твоя задача, давай начнем сначала. — он сделал паузу, прежде чем продолжить, — Я ничего не буду делать. За это время я хочу посмотреть, как ты собираешься меня поймать. Неплохо звучит?

Остин скучал уже пятьдесят лет. Он развлекал себя чтением книг на корабле, и теперь, когда перед ним появился интересный человек, он, естественно, не позволил бы ему так легко сбежать.

Что происходит?

НПС, который должен был быть захвачен в игре, узнал о его личности, но всё ещё хочет, чтобы игрок поторопился и захватил его?

Сюй Цзыюэ не мог понять, как работает разум Остина, но, с другой стороны, он также испытал облегчение.

В любом случае Остин сказал, что ничего не сделает. До тех пор, пока большой босс не выйдет, этот мир игры должен оставаться таким же, как и раньше.

Сюй Цзыюэ уже мог себе представить, что сложность игры увеличится по крайней мере на один уровень, если Остин начнет вмешиваться.

Остин не стал дожидаться ответа Сюй Цзыюэ и задал ещё один вопрос:

— Каковы условия для твоего ухода?

Сюй Цзыюэ, очевидно, не сказал бы ему этого. Он просто поднял руку, чтобы прикрыть рот, и отчаянно покачал головой.

Таким образом, это будет выглядеть так, как будто он не скажет этого, несмотря ни на что.

Итак, Остин положил руку на плечо Сюй Цзыюэ и наклонился ближе... Волосы Остина упали и скользнули по щеке Сюй Цзыюэ.

Остин подавил Сюй Цзыюэ, используя не только его угнетающую силу, но и его красоту.

Он прошептал команду:

— Скажи мне.

Щеки Сюй Цзыюэ вспыхнули. Его руки всё ещё прикрывали рот, но его голос доносился из-под ладоней:

— Я могу зачистить его, если ты ответишь на моё признание.

Остин откинулся на спинку стула. Затем он поправил одеяло на коленях и спрятал фальшивое нежное выражение на лице, чтобы показать свою более дьявольскую сторону:

— Понял.

— ... — ???!!!

Сюй Цзыюэ сначала замолчал, и вскоре он понял, что продал себя.

Пара рук, закрывающих его рот, медленно поднялась и повернулась так, что закрыла всё его лицо.

Он ошибался. По сравнению с его ртом, он должен был прикрыть глаза!

— Ты...

Глаза Сюй Цзыюэ встретились с глазами Остина.

— ...Ты сжульничал. QAQ

— Возвращайся и спи. Я подожду и посмотрю, как ты поймаешь меня завтра. — Остин подтолкнул инвалидное кресло к кровати и добавил, — Не забудь закрыть дверь.

Сначала он хотел посмотреть, как Остин собирается лечь на кровать, но интуиция Сюй Цзыюэ подсказала ему, что ему лучше уйти.

И поэтому Сюй Цзыюэ быстро выскользнул из комнаты.

Конечно, он не забыл закрыть за собой дверь.

Сюй Цзыюэ пошарил в темноте к своей комнате. Только проверив всё вокруг, чтобы убедиться, что нет никого, кто мог бы войти внутрь, пока его не было рядом, он смог броситься на кровать.

Включая вопрос с Остином, у Сюй Цзыюэ теперь есть две основные проблемы.

— Система, что произойдет, если я не смогу зачистить мир?

[Останетесь.]

— Система, ты что, шутишь?

[Какая шутка?]

Сюй Цзыюэ не мог не зарыться лицом в подушку:

— Хорошо, я сделаю это сам.

[Хост, пожалуйста, серьезно захватите цель. Всегда найдется финал, который вас устроит.]

— Будет ли это счастливый конец?

[Если это будет не счастливый конец, это будет плохой конец.]

— ... — Сюй Цзыюэ внутренне закатил глаза, — Уходи.

[...Да.]

Эта система  могла говорить всё лучше и лучше...

Сюй Цзыюэ взъерошил волосы. Затем он встал, умылся и лег спать.

В тот день Сюй Цзыюэ приснились два сна. В первом ему приснилось, что он не смог успешно захватить цель и был съеден морскими чудовищами на корабле. Поскольку он не знал, как выглядят морские чудовища, морские чудовища в его сне были заменены акулами. Проснувшись от неожиданности, он продолжал видеть сны.

На этот раз ему снилось, что он успешно захватил цель. Остину он очень понравился, и тот не хотел, чтобы он уезжал, поэтому он остался на круизном лайнере навсегда...

Сюй Цзыюэ снова проснулся.

Небо за окном было ярким. Сюй Цзыюэ сонно сел и на мгновение протрезвел...

Сюй Цзыюэ начал скучать по невинности Момо и по тому, как тот смог так легко влюбиться в него.

Сюй Цзыюэ пришел к выводу: конечно, это потому, что Остин — старый монстр, а Сунь Мо был чистым молодым призраком.

Сюй Цзыюэ прополоскал рот и умыл лицо. Затем он побежал покупать завтрак. Покупая его, он размышлял о том, как ему захватить Остина.

За последние несколько дней Сюй Цзыюэ на самом деле мало что сделал, но отношение Остина к нему было слишком хорошим, поэтому он этого не заметил. Он понятия не имел, что истинный характер Остина скрывался за его фасадом, и был обманут. Но теперь, когда он знает... Ему всё ещё трудно отвергнуть Остина.

Поскольку он хотел должным образом выполнить свою задачу, печати будут отложены.

Сюй Цзыюэ подумал о многочисленных телесериалах, которые он смотрел в прошлом. Как сходились главные герои?

Хм...

Сюй Цзыюэ был в глубоком раздумье. Они часто встречались, занимались разными делами вместе, а потом в конце концов сошлись?

Если бы он следовал стандартному подходу, всё, что знал Сюй Цзыюэ — это пообедать и вместе посмотреть фильм... Но Остин уже взял Сюй Цзыюэ с собой, чтобы посмотреть фильм, и они также поужинали вместе.

Сюй Цзыюэ сосчитал количество мест, где он не был на этом корабле, и вдруг кое-что понял.

Поскольку днем ходить в бар неприлично, а тренажерный зал, естественно, бесполезное место, они должны пойти в зону видеоигр!

*  *  *  *  *

На лице Остина играла улыбка. Рассеянные игроки, которые видели, как Сюй Цзыюэ толкал инвалидное кресло Остина, стояли чуть поодаль. Они уже слышали о слухах, окружающих Сюй Цзыюэ, поэтому, если бы не было необходимости, они не стали бы приближаться к игроку, у которого были близкие отношения с НПС.

Хотя они слышали, что он поможет, не было никакой гарантии, что вместо этого будет вырыта яма. Они не могли не думать в более худшем направлении.

Поскольку Остин сохранял свой внешний вид по отношению к посторонним, Сюй Цзыюэ, который был с ним в течение последних нескольких дней... и особенно с тем, что он узнал прошлой ночью... почувствовал, что он мог видеть легкое безмолвие на лице Остина.

— Не смотри свысока на видеоигры. Иногда они могут быть нашей духовной поддержкой. — чтобы не показаться неискренним, Си Цзыюэ мог делать только то, что мог.

— В самом деле? Но меня это не интересует. — Остин улыбнулся, но его слова были безжалостны.

— Ээ... — Сюй Цзыюэ не знал, что сказать. Затем он спросил:

— Ты играл раньше?

Остин ответил подозрительным молчанием.

Итак, Сюй Цзыюэ вздохнул с облегчением и втолкнул Остина внутрь. Затем они перешли к игре в стрельбу.

Он протянул Остину игрушечный пистолет:

— Это для тебя. Ты знаешь, как им пользоваться? В этом нет ничего сложного. Ты тянешь это сюда, чтобы поменять патроны, и нажимаешь на спусковой крючок, чтобы выстрелить.

Остин попробовал, слегка нахмурившись:

— Игрушечный пистолет?

— ...Другой вариант?

Остин молчал. Сюй Цзыюэ нажал кнопку сбоку, и на экране появился обратный отсчет:

— Как правило, появятся враги. Тебе просто нужно стрелять в них из пистолета.

Когда обратный отсчет достиг нуля, на экране внезапно появилось лицо зомби. Сюй Цзыюэ был поражен этим, и затем он услышал звук выстрела со стороны Остина.

Выскочивший зомби упал. Не осталось даже его тела.

Это означало, что Остин успешно убил одного из них.

Сюй Цзыюэ пришел в себя и тоже начал стрелять в экран.

Остин взглянул на Сюй Цзыюэ, который начал смеяться, как ребенок, играя, прежде чем повернуть голову и разобраться с другим зомби.

Хотя поза и рост Остина не соответствовали экрану, его меткость всё ещё была очень высокой.

В обычных видеоиграх, если персонаж умер, и вы хотели продолжить, вам нужно было бы положить монеты, но на этом корабле вам просто нужно было нажать кнопку «продолжить» на экране.

Персонаж Сюй Цзыюэ дважды подвергался нападению зомби. Если на него снова нападут, он умрет. Остин, с другой стороны, всё ещё был в полном здравии. Он даже несколько раз спасал персонажа Сюй Цзыюэ...

А потом они закончили игру.

— Эта игра действительно может быть закончена? — Сюй Цзыюэ положил игрушечный пистолет.

Остин мягко насмехался:

— Это, вероятно, потому, что ты каждый раз умираешь, прежде чем успеешь её пройти.

Сюй Цзыюэ чувствовал себя обиженным, но Остин говорил правду.

— Продолжим? — Остин помахал игрушечным пистолетом.

— Я могу сказать, что тебе это неинтересно. — Сюй Цзыюэ огляделся, — Мы сыграем во что-нибудь другое!

Остин мягко улыбнулся и начал поддразнивать:

— Разве недостаточно того, что тебе это понравилось?

— ...После того, как мне захотелось закрыть глаза, я теперь хочу закрыть уши.

Остин положил игрушечный пистолет обратно и сделал озабоченный вид:

— Что случилось?

— ... — Сюй Цзыюэ был зол. Но он также не хотел говорить ему причину.

В конце концов, это он пытается захватить Остина или Остин захватывает его?!

Сюй Цзыюэ не хотел признавать своё поражение. Он отклонил предложение Остина продолжить игру в стрельбу и вместо этого подтолкнул его к файтингу*.

П/п: сражения, типа mortal kombat.

Остин с сомнением вертел в руках джойстик и наблюдал за движением персонажа на экране.

Сюй Цзыюэ управлял другим персонажем на экране.

— Если ты нажимаешь на эти кнопки лево и право, ты контролируешь движения персонажа. Эти кнопки сбоку предназначены для перемещения. — Сюй Цзыюэ продемонстрировал это своим персонажем то, что он объяснил.

— Вот так? — Остин переместил своего персонажа в сторону Сюй Цзыюэ...

Сюй Цзыюэ кивнул. Как раз в тот момент, когда он собирался что-то сказать, Остин использовал цепочку навыков, чтобы сбить персонажа Сюй Цзыюэ на землю!

Сюй Цзыюэ крикнул, а затем быстро маневрировал своим джойстиком, пытаясь изменить судьбу своего персонажа:

— Ты мошенник!

Вскоре после этого символ победы появился на экране стороны Остина.

От начала и до конца у персонажа Сюй Цзыюэ никогда не было шанса встать на ноги.

Сюй Цзыюэ пристально посмотрел на Остина.

— Ты проиграл. — улыбнулся Остин. Он даже поднял руку и ущипнул Сюй Цзыюэ за лицо.

Принимая во внимание лицо Остина, Сюй Цзыюэ не шлепнул его по руке. Он просто сказал с легкой обидой:

— Ты совершил внезапное нападение ранее. Это не считается. Давай ещё раз.

— Ладно. — Остин кивнул, — Тогда давай сыграем ещё раз.

* * * * *

— С тебя хватит? — Остин подпер подбородок ладонью и наблюдал за Сюй Цзыюэ, выражение лица которого было мрачным.

Сюй Цзыюэ посмотрел на Остина и поджал губы:

— Хватит.

Ему больше нечего было терять.

Это была просто игра. Даже если он проиграет игру, посмотрев на лицо Остина... Это не было проблемой!

Просто его иллюзии были разрушены, и это немного расстроило его.

Остин изначально был добрым и внимательным. Каждый раз, когда Сюй Цзыюэ смотрел на него, он чувствовал, что его душа успокаивается.

Но теперь...

У него возникло желание схватить Остина за шею, а затем заставить его вернуться к первоначальному нежному Остину.

Конечно, будь то нежный или злой, Сюй Цзыюэ не мог справиться с обоими...

Остин спросил:

— Всё ещё хочешь поиграть?

Сюй Цзыюэ утвердительно кивнул:

— Играем!

*  *  *  *  *

После очередного поражения от Остина в бросках по корзинам, рыбалке и стрельбе по воздушным шарам, Сюй Цзыюэ снова проиграл Остину в машине с когтями.

Сюй Цзыюэ недоверчиво посмотрел на Остина:

— Почему ты так хорош во всем? Это не имеет смысла!

Остин не ответил на вопрос Сюй Цзыюэ:

— Не беспокойся об этом. Пора обедать.

Когда Сюй Цзыюэ толкал инвалидное кресло, он посмотрел на макушку Остина.

Когда двое подошли к двери, Остин вдруг сказал:

— Подожди.

Сюй Цзыюэ послушно остановился.

Остин сказал:

— Иди и поставь печать на своей карточке.

Сюй Цзыюэ был удивлен. Затем он пришел в себя и потрясенно спросил:

— Правда?

Остин закрыл глаза:

— Всё зависит от тебя.

И вот, Сюй Цзыюэ с радостью принес свою карточку сотруднику.

К сожалению, в этот момент рядом со штабом стояли ещё два игрока. Когда они увидели, что Сюй Цзыюэ подошел ближе, они отошли. Они не хотели, чтобы их связывали с Сюй Цзыюэ. К счастью, Сюй Цзыюэ было хорошо в одиночестве.

Он попросил сотрудника дать ему печать и вернулся к Остину.

Пока они обедали, Остин спросил Сюй Цзыюэ о планах на вторую половину дня.

У Сюй Цзыюэ во рту был полный рот мяса. Поскольку он ещё не понял, куда они могут пойти, он не торопился есть.

— Ещё не решил? — Остин взглянул на Сюй Цзыюэ и сумел угадать причину.

Сюй Цзыюэ проглотил мясо и слегка кивнул.

— Тогда пойдем в библиотеку. — Остин легонько постучал по столу и небрежно сказал, — На этот раз я не читал книг.

Сюй Цзыюэ озадаченно посмотрел на него:

— Что ты имеешь в виду под книгами на этот раз?

Остин терпеливо объяснил Сюй Цзыюэ:

— Круизное судно причаливает раз в месяц, чтобы пополнить свой запас. Тогда пища, которую мы едим, пополняется.

Как только Сюй Цзыюэ снова освоился с мягким отношением Остина, Остин добавил ещё одно предложение.

Остин сказал:

— Люди тоже.

И люди тоже? Что значит, и люди тоже?

Ты имеешь в виду пополнение людей?

Чем больше Сюй Цзыюэ думал об этом, тем больше ему становилось страшно. Даже еда во рту стала безвкусной.

Но он не мог не исследовать дальше. Он спросил:

— Что ты имеешь в виду...?

Остин только улыбнулся в ответ. Он не ответил на вопрос Сюй Цзыюэ.

До конца обеда Сюй Цзыюэ размышлял над смыслом слов Остина.

Когда после обеда они отправились в библиотеку, Остин спокойно выбрал книгу и сел читать.

Во всей библиотеке было не более десяти человек, и только Сюй Цзыюэ был игроком.

В библиотеке было очень тихо. Никто не произносил ни слова, просто опустив головы, они читали свои книги. Остин выглядел как на картине, такой красивый, что казался нереальным.

Просто взглянув на Остина, сердце Сюй Цзыюэ неудержимо забилось. Чтобы не позволить ситуации выйти из-под контроля, Сюй Цзыюэ повернулся лицом к книгам, чтобы попытаться найти что-нибудь для чтения.

Затем он вспомнил слова Чжан Чжана о круизном лайнере. Поскольку Чжан Чжан узнал об этом из книг в библиотеке, он должен быть в состоянии найти книгу.

Книги в библиотеке были разделены на разные категории, так что найти что-то было нетрудно.

Но когда он просмотрел книги, в которых, возможно, были записаны вещи о круизном судне, Сюй Цзыюэ не смог найти информацию, которую он искал.

Просто случилось так, что библиотекарь толкал мимо него тележку, наполненную возвращенными книгами.

После того, как Сюй Цзыюэ попросил разрешения, он прошелся по тележке и нашел ещё одну книгу.

Это была книга под названием «Круизные кораблекрушения». Вытащив её, он подошел и сел напротив Остина.

Остин продолжал читать и, казалось, не обращал никакого внимания на действия Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ не стал просматривать книгу. Сначала он наблюдал за Остином, подперев подбородок рукой, а позже это превратилось в то, что он растянулся на столе, продолжая наблюдать за мужчиной.

Куда бы он ни смотрел, он не мог насытиться этим.

Это сильное чувство становилось всё крепче и крепче. Ему это очень нравилось, но в то же время он чувствовал себя немного опустошенным. В конце концов, любить его таким, как сейчас, было недостаточно.

Если вам нравилось животное, вы могли принести его домой и вырастить, чтобы удовлетворить себя.

Если вам понравился предмет, вы можете купить его, чтобы удовлетворить себя.

Если вам нравится человек, вы можете втянуть его в свою жизнь, чтобы удовлетворить себя.

Но Сюй Цзыюэ нравилось только лицо Остина.

Конечно, он не отрицает, что ему самому нравится Остин, но если бы у Остина было другое лицо... Сюй Цзыюэ всё равно любил бы Остина, но его ноги неудержимо двигались бы к человеку, у которого было это лицо.

И поэтому Сюй Цзыюэ не мог найти способ заполнить ту пустоту, которая пришла вместе с его «любовью».

На самом деле, это не совсем правильно... Сюй Цзыюэ вдруг кое-что вспомнил.

Затем он медленно скользнул через стол к Остину.

Не поднимая головы, Остин протянул руку и схватил Сюй Цзыюэ за голову, чтобы остановить его от приближения.

Другой рукой он перевернул страницу и продолжил читать:

— Что ты хочешь?

Остин не отрывал взгляда от страницы. Глаза Сюй Цзыюэ не отрывались от Остина.

Он уставился на Остина, не моргая, а затем спросил:

— Можно я тебя поцелую?

Только теперь Остин поднял глаза.

Он внимательно оценил выражение лица Сюй Цзыюэ. Убедившись, что Сюй Цзыюэ действительно имел это в виду, он взял на себя инициативу приблизить своё лицо, пока не оказался в нескольких сантиметрах от лица Сюй Цзыюэ, и сказал чрезвычайно мягким тоном:

— Нет.

Сердце Сюй Цзыюэ, готовое выскочить из горла, упало в желудок.

Сюй Цзыюэ был несчастен, но он также не перестал хотеть смотреть на его лицо. Остин, увидевший это, развеселился.

Он закрыл книгу и посмотрел на Сюй Цзыюэ:

— Сначала ты должен мне кое-что сказать. Скольких людей ты поцеловал?

Сюй Цзыюэ прямо ответил:

— Одного.

Остин вздернул подбородок:

— Тогда расскажи мне о своем впечатлении о нем?

Сюй Цзыюэ без труда нашел подходящее описание:

—Жалостливый!

Остин усмехнулся.

— Это значит, что я твоя вторая цель?

— ... — Сюй Цзыюэ был потрясен. Неужели он снова вырыл себе могилу?

Но почему Остин был так уверен, что тот, кого он целовал, был мишенью?

Остин сказал:

— Выражение твоего лица говорит мне, что я прав.

О, это было так.

— Ты действительно хочешь поцеловаться? — Остин посмотрел на жалкое выражение лица Сюй Цзыюэ и снова спросил.

Сюй Цзыюэ кивнул:

— Это приятно.

Хотя поцелуй, который был у него с Сунь Мо, был очень, очень чистым, чувство, которое он испытывал в то время, наполнило его сердце.

Остин многозначительно улыбнулся:

— Это потому, что ты не чувствовал ничего лучше, чем это.

Сначала Сюй Цзыюэ не понял слов Остина. Когда он понял это через несколько секунд, его лицо мгновенно покраснело.

Остин постучал по голове Сюй Цзыюэ:

— Иди и читай. Не думай о такой ерунде.

Как мог Сюй Цзыюэ сидеть и читать, находясь в таком состоянии? Его разум уже погрузился в свои фантазии.

В конце концов он позаимствовал книгу «Круизные кораблекрушения», чтобы прочитать её позже в тот же вечер.

На нем было написано то, что Чжан Чжан сказал о круизном лайнере «Вестминстер», а также изображение фамильного герба Вестминстеров. Книга выглядела довольно новой, так что, вероятно, это была одна из книг, которые были добавлены, когда корабль пришвартовался в гавани.

А потом она хранилась в библиотеке.

Но мысли Сюй Цзыюэ всё ещё были заняты последними словами Остина: «И люди тоже.»

*  *  *  *  *

Восьмой день на круизном лайнере.

Сюй Цзыюэ беспокоился о том, как он должен провести день с Остином, когда увидел НПС-гида в окружении четырех или пяти игроков.

Игроки, окружавшие НПС-гида, выглядели очень сердитыми. Гид, с другой стороны, ничего не выражал и не двигался, чтобы успокоить их.

— Что вы, ребята, делаете? — Сюй Цзыюэ подошел.

Затем он увидел среди людей Чжан Чжана.

Чжан Чжан, увидевший Сюй Цзыюэ, был немного удивлен:

— Ты ещё не умер?

Эта фраза была почти такой же смертельной, как фраза «Оказывается, ты всё ещё жив!» из прошлого раза, но Сюй Цзыюэ уже привык к ней.

— Почему это звучит так, будто ты надеешься, что я мертв? — на этот раз Сюй Цзыюэ не мог не высказать своё мнение.

— Я только слышал, что У Вэньшань продал тебя.

Сюй Цзыюэ был удивлен:

— Как ты узнал?!

Чжан Чжан рассмеялся:

— Я видел, как он стучал в дверь этого НПС, и он ушел, пробыв там некоторое время. Я могу догадаться, основываясь только на этом.

Сюй Цзыюэ теперь вспомнил, что Чжан Чжан и он жили на одном этаже.

Сюй Цзыюэ растерянно посмотрел на гида:

— Мы можем поговорить об этом позже. Что вы, ребята, сейчас делаете?

Чжан Чжан посмотрел на Сюй Цзыюэ:

— Разве не то, что ты говорил мне раньше?

Сюй Цзыюэ: ???

— Ты искал гида, чтобы задать ему несколько вопросов, поэтому я подумал, что у гида могут быть какие-то подсказки. Я использовал несколько трюков и заставил других НПС напоить гида, и мне удалось вытянуть из него что-то полезное, но пьяные бредни неоднозначны, поэтому мы хотели подтвердить их, пока он трезв.

Сюй Цзыюэ был ошеломлен. Он не мог не посмотреть на гида и увидел, что тот смотрит на него.

— Это не имеет ко мне никакого отношения... Хорошо, хорошо. Это может иметь какое-то отношение ко мне. — по какой-то причине Сюй Цзыюэ, на которого смотрел гид, чувствовал себя немного виноватым.

Чжан Чжан посмотрел на этих двоих, а затем подошел к Сюй Цзыюэ. Он обнял Сюй Цзыюэ за плечи и отвел его в сторону:

— Не думай слишком много. Ты делаешь хорошую работу. Если бы ты мне этого не сказал, я бы не узнал. — Чжан Чжан заметил выражение его лица и убрал руку со своего плеча, — Только не говори мне, что ты стоишь на стороне НПС?

Сюй Цзыюэ застыл. Затем он покачал головой.

Чжан Чжан показал Сюй Цзыюэ большой палец вверх:

— Тогда это хорошо. Есть какая-нибудь информация с твоей стороны? Я могу обменять её на информацию, которую получил вчера.

Первой мыслью Сюй Цзыюэ, естественно, была личность Остина как большого босса.

Но...

— Круизное судно причаливает раз в месяц, чтобы пополнить запасы. И людей тоже.

Автору есть что сказать:

Много времени спустя...

Остин: Со сколькими людьми ты целовался?

Юэюэ: *начинает считать пальцами* 1, 2, 3...

Остин: *корабль тонет*

Сюй Цзыюэ сказал:

— Круизное судно причаливает раз в месяц, чтобы пополнить свой запас. И людей тоже.

*  *  *  *  *

Чжан Чжан, услышавший слова Сюй Цзыюэ, расхохотался:

— Ты уже знаешь об информации, которой я хотел обменяться?

Сюй Цзыюэ невинно посмотрел на Чжан Чжана.

К счастью, впечатление Чжан Чжана о Сюй Цзыюэ состояло в том, что он принадлежал к той простодушной категории, которая ответит на всё, о чем его спросят, поэтому он не придал этому большого значения.

Более того, Чжан Чжан не думал, что найдутся игроки, которые захотят помочь НПС. В таком мире, как этот, никто не захотел бы оставаться здесь дольше. Хотя не было уверенности, что следующий мир будет безопаснее, они всегда искали способ покончить с этим.

— Этот гид вчера выпил слишком много и выдал кое-какую информацию. — Чжан Чжан также ничего не скрывал со своей стороны, — Каждый месяц он приводил на борт сто туристов. Конечно, это были не просто туристы... Короче говоря, она совпадает с твоей информацией.

Чжан Чжан взглянул на других игроков, которые всё ещё находились в тупике с гидом:

— Ты знаешь, что это значит?

Сюй Цзыюэ повели за собой:

— Что?

— Морское чудовище паразитирует внутри человеческого тела, потому что люди являются их источниками пищи. Как только они закончат со всеми, всё это исчезнет. И поэтому круизный лайнер каждый месяц причаливал к берегу, чтобы набрать больше персонала. Зарплата очень высокая, поэтому многие готовы поехать, и есть также богатые туристы, которые были готовы потратить немного денег на круиз... Вот так это превратилось в цикл. Конечно, дело не только в этом. Этот гид отвечает только за сбор ста туристов. Что касается того, кто отвечает за другие аспекты, он не знает.

— Короче говоря, этот круиз, по сути, большая ферма.

Сюй Цзыюэ нахмурился. Хотя он в основном догадывался, что это, вероятно, так, это всё ещё оставляло неприятный привкус во рту, когда он услышал это:

— Тогда, учитывая, что так много людей умирает, разве они не заметили бы, что что-то не так? — если бы он не знал, что в безопасности, Сюй Цзыюэ почувствовал бы, что этот круиз был очень, очень страшным... Хотя даже сейчас ему это кажется страшным.

Но если бы его безопасность не была гарантирована, он, вероятно, нашел бы это чрезвычайно страшным.

— Ты что, дурак? В этом мире в основном всё вращается вокруг этого круизного судна. Вот как это устроено. Что касается настроек для мира за пределами круизного лайнера, то всё это неизвестно. Короче говоря, всё делается так, чтобы казаться разумным. Не беспокойся об этом слишком сильно. — Чжан Чжан даже беспомощно посмотрел на Сюй Цзыюэ, — Подумай о фильмах с привидениями. Ты бы подумал, что из-за того, что ты раньше не видел призрака, существование призрака в фильме ненаучно?

Услышавший это Сюй Цзыюэ покачал головой.

Чжан Чжан кивнул:

— Совершенно верно.

Сюй Цзыюэ спросил:

— Разве ты не четко понял слова гида? Почему ты всё ещё ищешь его?

Чжан Чжан махнул рукой:

— Эй, разве всё это не потому, что мы хотели посмотреть, сможем ли мы получить от него больше?

Это была первая встреча Сюй Цзыюэ с кем-то вроде Чжан Чжана. Он явно выглядел как человек, который мало говорил, когда они впервые встретились, как человек с низким эквалайзером, который всегда убивал разговоры. В то время как другие пытаются получить печати, Чжан Чжан пошел и прочитал книги в библиотеке в одиночку, чтобы получить некоторую полезную информацию.

Но теперь кажется, что это было не так.

Чжан Чжан использовал информацию, которую он знал о круизном лайнере «Вестминстер», для обмена информацией о более безопасных видах деятельности. Он также принял к сведению слова Сюй Цзыюэ, когда они встретились, и понял, что гид не был обычным НПС. Вместе с некоторыми другими игроками он собирал всё больше и больше информации, которая, наоборот, позволяла ему снижать риски, когда он пытался выполнить каждое действие...

Теперь Чжан Чжан, похоже, собрал команду и вместе перехватил гида.

Короче говоря, он был тем, кто оставил Сюй Цзыюэ в благоговейном страхе.

Но именно такие люди, как он, думали немного больше, чем другие, и планировали всё, что заставляло Сюй Цзыюэ быть немного более осторожным.

Если у него не было никакого намерения причинить ему вред, это было прекрасно, но если он это сделает... Сюй Цзыюэ чувствовал, что не должен сравнивать свои мозги с кем-то вроде него.

Сюй Цзыюэ вспомнил ещё одну вещь, которую он отодвинул в сторону:

— Ты знаешь У Вэньшаня?

Если бы он не знал, это не имело бы смысла, потому что Чжан Чжан произнес его имя раньше.

Чжан Чжан, естественно, кивнул:

— Конечно. Это он рассказал мне о тебе.

Сюй Цзыюэ почувствовал, как его сердце сжалось:

— Обо мне?

Чжан Чжан похлопал Сюй Цзыюэ по плечу:

— Не нервничай так. Разве это не просто заработать любовь НПС, чтобы сделать всё проще? Это просто для того, чтобы выжить. Я полностью понимаю твои действия. — затем Чжан Чжан убрал руку и коснулся своего лица, — Если бы я был похож на тебя, я бы тоже это сделал. Ха... К сожалению, ни один НПС не влюбится в такого ботаника, как я.

Слова и действия Чжан Чжана ясно говорили Сюй Цзыюэ, что он не был против того, что он сделал. Он даже говорил так, как будто это не имело к нему никакого отношения.

Хотя это дело действительно не имело к нему никакого отношения.

Но после того, как он пережил этот инцидент с У Вэньшанем, Сюй Цзыюэ мог смутно догадываться, на что, вероятно, были похожи мысли У Вэньшаня.

Вероятно, он был полон зависти.

Услышав слова Чжан Чжана, Сюй Цзыюэ ещё раз понял, что вы действительно не можете судить о книге по её обложке.

Чжан Чжан увидел, как Сюй Цзыюэ задумался, и хлопнул в ладоши перед собой:

— Расслабься. Что-то обязательно случится с кем-то вроде У Вэньшаня. Даже если это произойдет не сегодня, это произойдет завтра.

Сюй Цзыюэ был потрясен. Он быстро отрицал:

— Я не хочу, чтобы с ним что-то случилось.

Чжан Чжан поправил очки и надул губы:

— Не имеет значения, есть у тебя желание или нет, я просто сказал это небрежно. В любом случае, только ты знаешь, о чем на самом деле думаешь.

Сюй Цзыюэ действительно был очень зол, когда узнал, что У Вэньшань пошел к Остину, чтобы сказать эти вещи. В то время как он был зол, он также думал о многих вещах. Среди этих мыслей была мысль о том, что кто-то вроде У Вэньшаня рано или поздно отправится в ад, но после того, как он всё прояснил и увидел, что Остин не выглядит слишком обеспокоенным, Сюй Цзыюэ снова подумал об этом. Срыв его планов, вероятно, был лучшей формой наказания для У Вэньшаня.

Что касается таких вещей, как преподать ему урок, Сюй Цзыюэ, естественно, не стал бы этого делать. Конечно, если он снова столкнется с У Вэньшанем, он определенно не будет обращаться с ним хорошо и определенно больше не будет идиотски делиться с ним информацией.

Короче говоря, было лучше, чтобы они остались незнакомцами.

Но слова Чжан Чжана всё ещё заставляли Сюй Цзыюэ чувствовать себя немного виноватым. В конце концов, его темные мысли были раскрыты.

Поскольку он не хотел быть плохим человеком, он думал, что лучше всего быть просто незнакомцем с У Вэньшанем, но в глубине души он всё ещё чувствовал, что также слишком легко отпускает У Вэньшаня... Так что иногда он задавался вопросом, накажет ли его кто-нибудь.

Сюй Цзыюэ потер нос. Из-за своей нечистой совести он не мог продолжать соглашаться со словами Чжан Чжана.

Чжан Чжан также мало что сказал Сюй Цзыюэ после этого. Он, казалось, не возражал против того, что Сюй Цзыюэ наблюдал со стороны. Он подошел к гиду и другим игрокам и вежливо спросил:

— Гид, мы действительно не собираемся усложнять вам задачу. Вам просто нужно рассказать нам ещё кое-что об этом круизном лайнере. Мы отпустим вас, как только вы это сделаете.

Гид спокойно посмотрел на Чжан Чжана. Он взглянул на Сюй Цзыюэ краем глаза, а затем покачал головой:

— Я не знаю. Теперь неважно, сколько раз вы попытаетесь спросить, я не знаю.

Чжан Чжан раздраженно почесал в затылке. Он несколько раз беспокойно прошелся взад и вперед. Пока он это делал, другие игроки и гид не разговаривали.

В конце концов Чжан Чжан мог только беспомощно махнуть рукой:

— Забудьте об этом. Отпустим его.

Остальные игроки переглянулись. Хотя они не совсем понимали, что произошло, они следовали инструкциям Чжан Чжана.

Гид вскоре исчез.

Сюй Цзыюэ подошел ближе и спросил:

— Почему ты отпустил его? — он спросил об этом из чистого любопытства. Найти гида было нелегко, так почему же они так легко отпустили его...?

— А что ещё я мог сделать? Продолжать заставлять его оставаться? — Чжан Чжан покачал головой, — Он не хочет говорить. Даже если мы откроем ему рот, он не заговорит.

Сюй Цзыюэ кивнул. У него снова сложилось лучшее впечатление о Чжан Чжане.

Хорошее впечатление Сюй Цзыюэ о Чжан Чжане было в первую очередь связано с его способностью действовать решительно и не зацикливаться без необходимости на незначительных вопросах.

Сюй Цзыюэ оценил решимость Чжан Чжана отпустить гида, как только тот понял, что не сможет получать от него никакой дополнительной информации.

Но это не привело к тому, что он ослабил бдительность.

Это, наоборот, сделало Сюй Цзыюэ ещё более решительным держаться подальше от Чжан Чжана.

Сюй Цзыюэ больше не хотел задерживаться и сразу же попрощался с Чжан Чжаном и другими игроками под предлогом, что он собирается пойти позавтракать.

Чжан Чжан и другие не остановили его. Они помахали руками, развернулись и ушли без шума.

Сюй Цзыюэ добрался до ресторана и привычно выбрал несколько видов завтрака на вынос.

Но на этот раз он увидел, что там был грибной суп. Так как он просто захотел его выпить, он также получил две миски супа.

В конце концов, что, если Остин тоже захочет?

Сюй Цзыюэ был готов отдать свой суп Остину, но лучше было заранее приготовить две миски, чтобы избежать всех этих перетягиваний.

И вот, Сюй Цзыюэ заранее приготовил две миски супа, две большие миски.

Когда он постучал в дверь Остина и подождал, пока тот откроет, в голове Сюй Цзыюэ внезапно возникла мысль.

Руки Сюй Цзыюэ дрожали, когда он держал большой поднос, и с двумя дополнительными мисками супа поднос был тяжелее, чем обычно. Когда на подносе и вода, и суп, любое небольшое столкновение приведет к тому, что он выплеснется.

Сюй Цзыюэ не мог не прокручивать эту мысль в своей голове снова и снова, пока нес её к столу. Он посмотрел на Остина, а затем снова посмотрел на него...

В конце концов он осторожно поставил поднос на стол.

Сюй Цзыюэ внутренне слабо стукнулся головой о стену. Он действительно не мог этого сделать!

Он рассматривал вариант притвориться, что споткнулся, а затем «случайно» пролить суп на ноги Остина, чтобы взглянуть на ноги Остина. К сожалению, для него это было слишком большим препятствием. Хотя суп был только теплым, что, если эти тарелки разобьются, когда упадут, и осколки поранят Остина... Короче говоря, Сюй Цзыюэ в конце концов отбросил эти дурные намерения.

Что касается ног Остина... Сюй Цзыюэ всё ещё хотел сначала всё обдумать. Раньше он чувствовал, что Остин не хочет говорить об этом, поэтому он не спрашивал слишком много, но теперь, когда он знал, кто такой Остин, он чувствовал, что его покрытые ноги были немного странными.

Гид... и, вероятно, ещё какие-то люди... каждый месяц привозил бы людей на борт в качестве персонала кораблей или туристов. Таким образом, морские монстры пополнят свой источник пищи.

Но всё это время с Остином ничего не случилось... Сюй Цзыюэ не думал, что морские монстры будут принимать во внимание его личность как владельца круизного судна, когда будут есть людей.

Итак, Остин всегда был в безопасности. С ним даже можно управлять всем круизным судном... Его личность не должна быть такой простой.

Остин заметил выражение лица Сюй Цзыюэ, а затем мягко улыбнулся.

Сюй Цзыюэ не выдержал и повернул голову, чтобы избежать этой душераздирающей улыбки Остина.

После завтрака Остин попросил Сюй Цзыюэ подождать. Он сказал ему, что прошлой ночью ему приснился кошмар, и он немного вспотел, поэтому он хотел быстро принять душ.

Сюй Цзыюэ с тревогой сидел в комнате, прислушиваясь к звуку воды, доносящемуся из ванной.

Из-за своей нечистой совести Сюй Цзыюэ даже не спросил, нужна ли ему какая-либо помощь. Конечно, это не остановило его мысли... Сюй Цзыюэ задавался вопросом, что за кошмар мог заставить Остина вспотеть, и он также задавался вопросом, как он принимал душ в одиночку, если у него действительно были проблемы с обеими ногами.

Он даже подумал, не забыл ли Остин принести сменку для одежды...

Сюй Цзыюэ не удержался и покачал ногой. Он оглядел комнату и не нашел ничего подозрительного. Всё было очень естественно. Если у кого-то и были какие-то секреты, они их прятали, вместо того чтобы выставлять на всеобщее обозрение.

Но у Сюй Цзыюэ не хватило смелости рыться в вещах Остина.

В конце концов, Остин был очень добр к нему. Он не чувствовал себя комфортно, нарушая частную жизнь Остина вот так! Если бы это была комната У Вэньшаня, хотя... Сюй Цзыюэ, вероятно, перевернул бы её вверх дном.

Остин ещё не вышел. Сюй Цзыюэ посмотрел на настенные часы. Прошло почти двадцать минут... Но это было также понятно, так как его ноги, вероятно, делали это неудобным.

«Всплеск»

Из ванной доносились чистые звуки воды.

Это было похоже на грохот двух волн. Судя по одному только звуку, количество воды должно быть довольно большим.

Сюй Цзыюэ пристально посмотрел на дверь ванной. Его сердце защекотало от любопытства.

«Бух»

Это был звук чего-то падающего.

Сюй Цзыюэ встал:

— Остин?

Из ванной не доносилось ни звука.

— Остин? — Сюй Цзыюэ немного увеличил громкость. Затем он встал за дверью ванной и закричал.

Даже шум воды исчез.

Сюй Цзыюэ постучал в дверь. Ответа по-прежнему не было.

Сюй Цзыюэ увеличил свою силу и с тревогой постучал в дверь:

— Остин! — на мгновение активное воображение Сюй Цзыюэ заставило его подумать о морских чудовищах. Возможно, Остин уже был паразитирован и только что...

Сюй Цзыюэ стиснул зубы. Он тут же ударился всем телом о дверь.

Дверь, которая была плотно заперта, внезапно открылась. Сюй Цзыюэ, который не смог вовремя остановиться, споткнулся.

— Ост...

Остальные слова Сюй Цзыюэ застряли у него в горле.

Он обнаружил, что столкнулся с хвостом длиной более метра, и сразу же пришел в замешательство.

Кто я такой? Откуда я? Куда я иду?

На лице Сюй Цзыюэ отразилось замешательство. Его глаза проследили за хвостом вверх и встретились с лицом Остина, на котором была улыбка, которая также не была похожа на улыбку.

Однако Остин не поддался панике. Он спокойно взмахнул хвостом, взбалтывая воду в ванне и разбрасывая её повсюду. Затем хвост с плеском упал обратно в воду.

— Разве ты не хотел посмотреть? — Остин немного сел, но ванна всё ещё не могла полностью вместить его хвост.

Этот хвост не был похож на хвосты русалок, которых Сюй Цзыюэ видел в фильмах и анимациях. Хотя форма была той же самой, та, что на Остине... не была покрыта отдельными чешуйками. Вместо этого она как бы покрыта лоскутом кожи.

Просто по внешнему виду Сюй Цзыюэ мог сказать, что текстура, вероятно, была похожа на текстуру акулы.

Сюй Цзыюэ чуть не упал на колени перед Остином. Чем больше он будет знать, тем быстрее умрет... Когда Остин так с ним обращался, Сюй Цзыюэ вдруг почувствовал, что вот-вот умрет в море.

Из-за того, что он был слишком удивлен, Сюй Цзыюэ даже не мог воспользоваться этой возможностью, чтобы оценить великолепную красоту Остина и стройную верхнюю часть тела, к которой прилипли маленькие бусинки воды.

— Я хотел посмотреть, н-но... когда ты показал его мне, я... это не будет проблемой? — Сюй Цзыюэ так нервничал, что больше не мог говорить спокойно.

— Иди сюда. — Остин небрежно посмотрел на ванну, оперся локтем о край и подпер ладонью подбородок. Он прищурился и, приподняв уголок губ, поднял палец, жестом приглашая Сюй Цзыюэ подойти ближе.

Его улыбка была такой нежной, что в ней не было и намека на грязные намерения. Из-за этого другие точно так же не могли думать ни о чем подобном.

Как будто он всё ещё был аккуратно одет, а ноги плотно прикрывало одеяло.

Длинные светлые волосы были перевязаны шелковой лентой. Они свисали с одной стороны его плеча, концы мягко касались слегка приподнятой груди. Это был полный контраст с выражением лица Остина... Он был полон соблазнительности.

Не глядя на хвост акулы и рассматривая только верхнюю половину Остина, Сюй Цзыюэ почувствовал зуд и жар.

Сюй Цзыюэ подошел к Остину, опустился на колени и посмотрел на него на уровне глаз.

В этот момент Сюй Цзыюэ вдруг пришла в голову мысль: он хотел толкнуть Остина вниз!*

П/п: на постель.

Но... Нижняя половина Остина постоянно напоминала Сюй Цзыюэ...

Они разных видов!

Сюй Цзыюэ очень нервничал. Он заикался, когда говорил:

— П-почему ты хотел, чтобы я пришел?

Остин медленно улыбнулся. Взгляд, которым он смотрел на Сюй Цзыюэ, был нежным и мягким, как будто он смотрел на своего возлюбленного.

Но слова, которые он произнес дальше, заставили кровь застыть в жилах Сюй Цзыюэ.

Остин сказал:

— Я видел, что тебе любопытны мои ноги, поэтому я показал тебе. Но теперь ты боишься. Чего ты боишься?

Если бы вы только посмотрели на выражение лица Остина или просто прислушались к тону его голоса, Сюй Цзыюэ не нашел бы это странным. К сожалению, выражение глаз Остина было полной противоположностью выражению, которое Сюй Цзыюэ видел своими глазами, и голосу, который он слышал своими ушами.

Его глаза были тусклыми и темными, как будто никакой свет не мог проникнуть сквозь них и ничто не могло отразиться.

Сюй Цзыюэ долго думал. Он чувствовал, что если он не сможет дать Остину удовлетворительного ответа, его попытка захвата цели, вероятно, приведет к плохому концу.

— Ты когда-нибудь слышал историю, стоящую за идиомой «Господь, ты любил драконов»? Ах, нет, нет... Это здесь неуместно. — Сюй Цзыюэ почесал в затылке. Под пристальным взглядом Остина его способность связно говорить значительно пострадала.

— Это... я этого не ожидал. Это нормально бояться неизвестного. Не волнуйся, я к этому привыкну!

Остин спросил:

— Привыкнешь к чему?

— Э-э... это... когда тебе нравится человек, даже его недостатки... Ах, нет, нет, это не недостаток. Когда тебе нравится человек, тебе должно нравиться в нем всё! — у Сюй Цзыюэ было сильное желание жить, но он всё ещё не был уверен, что Остин захочет его отпустить.

Сюй Цзыюэ интуитивно чувствовал, что, имея дело с большим боссом, он не должен ничего скрывать или лгать. Лучше было сказать правду. Конечно, язык — это вопрос, требующий изучения. Как правильно выразить свои мысли, не рассердив и не опозорив собеседника?

Сюй Цзыюэ был в основном в ситуации, когда Остин мог внезапно обернуться против него. У него не было языковых навыков, о которых он мечтал.

Но, к удивлению Остина, это сработало.

Остин спокойно спросил:

— Как ты собираешься к этому привыкнуть?

— Просто... — Сюй Цзыюэ моргнул и нерешительно протянул руку, — Просто... ознакомившись...

Прежде чем его палец успел коснуться, хвост Остина издал всплеск, когда его подняли из воды.

Сюй Цзыюэ изначально был напуган. С дополнительным страхом, что Остин, скорее всего, собирается «избавиться» от него, этот поступок мужчины так напугал Сюй Цзыюэ, что он рухнул на мокрый пол ванной комнаты.

Ощущение сырости на его заднице заставило Сюй Цзыюэ почувствовать, что он словно обмочился.

Сюй Цзыюэ посмотрел на Остина и увидел, как тот лениво поднял хвост и посмотрел на него, как будто смотрел забавное шоу.

— Тебя нетрудно напугать. — Остин заметил выражение лица Сюй Цзыюэ и посмотрел на него, как на озорного ребенка.

В любом случае, у Сюй Цзыюэ было много жалоб, но он не осмеливался говорить.

Остин поднял подбородок и сказал Сюй Цзыюэ:

— Продолжай. Как ты собираешься знакомиться?

Сюй Цзыюэ мог только напрячься и протянуть руку, чтобы коснуться хвоста Остина.

Влажное, кожистое ощущение заставило кожу головы Сюй Цзыюэ покалывать. К нему было очень удобно прикасаться, но он не мог не думать о свирепых и кровожадных акулах. Если бы он только смотрел это по телевизору, Сюй Цзыюэ не придал бы этому большого значения. В конце концов, это было то, с чем он не хотел вступать в контакт. Но этот человек перед ним... Сюй Цзыюэ был совершенно уверен, что его свирепость не уступит свирепости акулы.

Хотя Сюй Цзыюэ был испуган, он не был напуган слишком сильно. В конце концов, даже если он умрет, это будет просто плохой конец. По сравнению с его страхом «смерти», Сюй Цзыюэ больше боялся расстояния, образующегося между ним и Остином.

Если Остин был морским чудовищем или акулой, то они принадлежат к разным видам. То есть, всё, что для него является здравым смыслом, может быть не так для Остина, и попытки Сюй Цзыюэ захватить его будут бесполезны.

Вы должны знать, что вступить в отношения с кем-то, у кого есть лицо, которое вам нравится — это очень удивительная вещь!

Но теперь, похоже, трудности резко возросли!

Конечно... он всё ещё боялся боли. Вспоминая боль, которую он испытывал перед смертью, Сюй Цзыюэ не хотел ощутить это во второй раз.

Он чувствовал себя очень сложным. Разум подсказывал ему, что он не должен бояться никаких последствий и что он готов принять худший исход, но эмоционально он всё ещё не мог контролировать свои физиологические реакции.

Когда его палец слегка коснулся почти черного хвоста, Сюй Цзыюэ услышал тихий вздох рядом с ним.

— Хм...

Сюй Цзыюэ в панике моргнул. Затем он снова осторожно протянул руку.

— Мм...

Приглушенные звуки из горла были легкими и мягкими, и они несли обжигающий жар, от которого уши Сюй Цзыюэ покраснели.

— Ты... ты должен немного сдержаться! — Сюй Цзыюэ сказал это, не убирая руки. Опустив голову, он изо всех сил старался говорить как можно убедительнее, но, к сожалению, это было совсем не убедительно.

Затем Сюй Цзыюэ услышал тихий смешок.

Затем последовали тихие всплески.

Опустив голову, он видел, как тело Остина медленно приближается к нему.

Потом он почувствовал, как тот слегка прикусил кончик его уха.

Сюй Цзыюэ был ошеломлен. Он запоздало отскочил назад и развернулся, чтобы бежать, но не смог удержаться на ногах и поскользнулся. К счастью, он ухватился за край унитаза рядом с собой и не упал лицом вниз.

— Я-я-я... Я выйду первым!

Сюй Цзыюэ быстро выскользнул из ванной и выбежал из комнаты Остина.

Сюй Цзыюэ продолжал бежать некоторое время после того, как покинул комнату Остина, прежде чем он медленно остановился. Он прикрыл ухо правой рукой, а его шея и лицо были совершенно красными.

Сюй Цзыюэ положил руку на грудь и почувствовал, как сильно колотится его сердце. Тудум, тудум, сердечный ритм был намного быстрее, чем обычно.

Чего именно хотел Остин... Он вообще ничего не мог сказать. Сюй Цзыюэ чувствовал, словно выпил слишком много алкоголя и плывет.

На данный момент Сюй Цзыюэ не осмеливался вернуться. Он боялся, что Остин будет ждать у его двери, и он хотел пройти мимо. Но чтобы добраться до своей комнаты, он также должен был пройти мимо комнаты Остина... Сюй Цзыюэ, который хотел немного успокоиться, впорхнул в лифт.

Пассажир, который также находился в лифте, выбрал этаж. Сюй Цзыюэ не обратил на это особого внимания и просто последовал за ними.

Это был тринадцатый этаж круизного лайнера.

Сюй Цзыюэ оглянулся на дверь лифта, которая уже закрылась. Вся страсть и горячий энтузиазм, которые были раньше, рассеялись из-за близлежащей водной горки.

Сюй Цзыюэ первоначально планировал дождаться возвращения лифта, но вскоре он заметил знакомого среди группы рядом с водной горкой.

Сюй Цзыюэ облизнул уголки губ и подошел.

— У Вэньшань, какое совпадение. — Сюй Цзыюэ улыбнулся и помахал рукой, подходя к У Вэньшаню.

У Вэньшань был потрясен. Хотя он быстро вернулся к своему обычному выражению лица, но Сюй Цзыюэ всё ещё мог уловить это.

— Почему ты здесь? — У Вэньшань улыбнулся и с любопытством посмотрел за спину Сюй Цзыюэ, — Остин не с тобой?

Сюй Цзыюэ вспомнил недавний инцидент и неловко отвел взгляд. У Вэньшань воспринял это как ссору между ними.

Хотя Сюй Цзыюэ не попал ни в какие неприятности, чего он не ожидал, в настоящее время, похоже, отношения между ними были не самыми лучшими. У Вэньшань не сталкивался ни с какими неприятностями в последние несколько дней, поэтому он думал, что из этого ничего не вышло...

Конечно, он не мог быть уверен, что Сюй Цзыюэ действительно понятия не имел.

Сюй Цзыюэ отбросил все свои бесполезные мысли об Остине и сказал праведно:

— Мы не сиамские близнецы. Нам не обязательно все время быть вместе. — эта его реакция означала, что он также чувствовал себя немного виноватым... Сюй Цзыюэ ещё не думал о том, что ему следует делать, но он всё ещё мог временно иметь дело с У Вэньшанем.

Сюй Цзыюэ беспомощно махнул рукой и намеренно небрежно добавил:

— Но Остин слишком добр ко мне. Я хотел сам испытать эту деятельность, но он сказал, что мне это не нужно и поможет мне получить все печати.

У Вэньшань надолго задержал дыхание.

— ...Ты должен быть осторожен и безопасно хранить карту. Что, если он случайно потеряет её? Ты не сможешь уйти без неё.

— Всё в порядке, всё в порядке. Я буду с ним. Но я всё ещё хотел испытать это сам, поэтому я здесь один. — Сюй Цзыюэ обмахнулся карточкой на груди, чтобы небрежно показать У Вэньшаню, что ему нужно всего несколько печатей, — Вчера мы ходили играть в видеоигры. Я только хотел пойти туда и поиграть и специально не просил печать, но он заставил кого-то прийти и поставить мне её.

Улыбка У Вэньшаня дрогнула. Делая всё возможное, чтобы сдержаться, он поднял руку и мягко похлопал Сюй Цзыюэ по плечу:

— Это хорошо... Ах да, ты здесь, чтобы испытать водную горку. Вот, встань со мной. — У Вэньшань уступил место перед ним Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ посмотрел на людей, выстроившихся позади У Вэньшаня:

— Нет необходимости сокращать очередь. У меня ещё есть время.

У Вэньшань в этот момент даже почувствовал злобу, когда услышал фразу «у меня ещё есть время». В конце концов, время было для него напряженным, и оставшиеся печати, которые он не смог получить, более опасны, чем другие. Ему было трудно найти безопасный способ получить их, поэтому он чувствовал, что у него не было достаточно времени... Но Сюй Цзыюэ уже завершил большинство из них.

И поэтому У Вэньшань «добросердечно» сказал несколько слов туристам, стоявшим позади него, чтобы позволить Сюй Цзыюэ вмешаться.

У Вэньшань уже сделал свои расчеты.

На водной горке было три горки, позволяющие трем людям спускаться одновременно, и первоначально он должен был взять вторую горку. До тех пор, пока он будет в той же группе, что и Сюй Цзыюэ, его гарантия безопасности будет увеличена ещё в два раза.

В любом случае, если бы Остин не пошел против Сюй Цзыюэ, он не собирался раскрывать свои темные мысли.

С туристами, стоявшими позади него, было нетрудно поговорить. У Вэньшань без особого труда позволил Сюй Цзыюэ пробиться в очередь.

Сюй Цзыюэ не хотел этого делать, но У Вэньшань одной рукой толкал его в спину, а другой держал за плечо...

Сюй Цзыюэ нахмурился и спрятал улыбку:

— Что ты пытаешься сделать?

— Ничего страшного. Просто веселимся вместе. — У Вэньшань от души улыбнулся. Он выглядел так, как будто действительно хотел повеселиться со своим спутником.

Как раз в тот момент, когда Сюй Цзыюэ собирался что-то сказать, он услышал, как заговорил персонал...

— Сэр, теперь ваша очередь.

НПС-персонал водной горки бесстрастно похлопал У Вэньшаня по плечу.

Сюй Цзыюэ угрюмо посмотрел на У Вэньшаня и беззаботно наблюдал, как тот надевает спасательный жилет.

Когда он достиг края горки, У Вэньшань и Сюй Цзыюэ отреагировали одновременно...

У Вэньшань спросил с напряженным выражением лица:

— Он не пойдет со мной?

Сюй Цзыюэ посмотрел на спасательный жилет, который держал сотрудник:

— ...Я не получу жилет?

Персонал без единого слова взял карточку Сюй Цзыюэ и дал ему штамп:

— Вы завершили этот аттракцион. Теперь вы можете уйти.

— Можете начинать. Пожалуйста, приготовьтесь. Три, два...

Лицо У Вэньшаня побледнело. Прежде чем он успел заговорить, персонал толкнул его.

— ...один.

Сюй Цзыюэ обернулся и посмотрел на него, но смог лишь мельком увидеть, как он скользит по водной горке вниз головой.

Сюй Цзыюэ с беспокойством наблюдал за происходящим, но половина водной горки была покрыта цилиндрическими трубками, поэтому Сюй Цзыюэ не знал, что происходит с У Вэньшанем внутри.

Конечно, он ненавидел то, какие поступки совершает У Вэньшань, но... Сюй Цзыюэ тоже не мог понять, о чем он думает. Он мог только почесать в затылке и погрузиться в раздумья.

— Этот турист требует смены штанов? — спросил персонал-НПС, который поставил штамп на карточке Сюй Цзыюэ.

— Хм? Штаны? — Сюй Цзыюэ посмотрел на свои штаны... и покраснел.

Он всё это время стоял там с мокрыми штанами сзади. Брюки, которые он носил, были из тех, которые будут другого цвета, когда намокнут, так что это было очень заметно.

— Я... я пойду переоденусь. — Сюй Цзыюэ не мог не похлопать себя по заднице и потянуть за рубашку, чтобы попытаться растянуть её ещё больше, чтобы скрыть это.

Ранее, он упал на свою задницу в ванной комнате Остина, отчего его брюки промокли. Но, поскольку он был слишком взволнован некоторое время и должен был привыкнуть к этому, он совершенно забыл об этом...

Сюй Цзыюэ подбежал к лифту, поспешил внутрь и прижался спиной к прохладной внутренней стене кабинки.

Когда он поднялся на десятый этаж и увидел, что вокруг никого нет, Сюй Цзыюэ ускорил шаги и направился в свою комнату. К счастью, дверь в комнату Остина была закрыта. Сюй Цзыюэ вздохнул с облегчением.

Короче говоря, он немного боялся Остина... по разным причинам.

Сюй Цзыюэ переоделся и решил вернуться на тринадцатый этаж, чтобы снова найти У Вэньшаня.

Иначе это постоянно беспокоило бы его.

Когда Сюй Цзыюэ вернулся на водную горку, он не смог найти У Вэньшаня. Он спросил игроков поблизости, и они тоже его не видели. Когда он позже задал вопрос сотрудникам, он получил ответ.

У Вэньшань свернул себе шею, когда упал и поперхнулся водой, поэтому его отправили в медицинскую палату.

В конце концов, этот вид водной горки принадлежал к тому типу, который требовал, чтобы человек спускался сидя... Метод У Вэньшаня был действительно опасен.

Услышав о результате, Сюй Цзыюэ решил забыть это дело.

У него и У Вэньшаня больше не будет никаких взаимодействий. Что касается наказания... Сюй Цзыюэ чувствовал, что самым большим наказанием для У Вэньшаня было то, что он видел, как Сюй Цзыюэ живет комфортно.

Но даже если Сюй Цзыюэ не планировал ничего делать с У Вэньшанем, это не означало, что кто-то или что-то на корабле отпустит его.

В тот день Сюй Цзыюэ больше не пошел искать Остина. Он проспал до рассвета и был разбужен стуком в дверь...

Сюй Цзыюэ сонно открыл дверь, протирая глаза, и встретился взглядом с Остином... Он мгновенно протрезвел.

Сюй Цзыюэ заикался:

— О-о-о...

Остин кивнул:

— Остин.

Сюй Цзыюэ понизил голос и оправился от паники:

— ...Остин.

— Иди умойся. Ты не хочешь сегодня прогуляться?

Рот Сюй Цзыюэ открылся от удивления. Ему казалось, что его голова вот-вот расколется на две части. Во-первых, Остин был слишком опасен, и он не мог справиться с этим, поэтому лучше было держаться подальше; во-вторых, если он упустит эту возможность быть с кем-то таким же великолепным, как Остин, у него может не быть другого шанса!

Итак, эмоции Сюй Цзыюэ победили его разум...

Он послушно привел себя в порядок и подтолкнул Остина в ресторан, чтобы позавтракать.

После того, как они сели в ресторане, Сюй Цзыюэ наконец вспомнил, что это был первый раз, когда Остин пришел сюда позавтракать. В прошлом Сюй Цзыюэ всегда приносил его в комнату Остина...

Остин очень легко разгадал его мысли. Он подозвал персонал и объяснил Сюй Цзыюэ, прежде чем персонал прибыл:

— Если бы я не взял на себя инициативу, чтобы найти тебя сегодня, мне, возможно, пришлось бы голодать сегодня утром. Разве это не так?

— Нет, я просто... немного проспал. — Сюй Цзыюэ почувствовал себя немного виноватым, когда сказал это. В конце концов, он намеренно не спал прошлой ночью, чтобы проснуться поздно, и планировал использовать это как предлог для того, чтобы забыть о завтраке.

До тех пор, пока он не смотрел на лицо Остина, Сюй Цзыюэ был в основном в нормальном рациональном состоянии ума, но в тот момент, когда он увидел Остина... Эта рациональность полностью исчезла.

Остин улыбнулся и промолчал. Он отдал приказ персоналу, и вскоре им принесли завтрак.

Питание на корабле было более западным. Последние несколько дней Сюй Цзыюэ ел только хлеб с молоком или макароны с кофе. Конечно, он не пил кофе... потому что не привык пить слишком горькие напитки.

Остин, с другой стороны, часто пил его.

Сюй Цзыюэ немного устал от макарон, и он также не был очень голоден, поэтому ел довольно медленно. Он отвел глаза от лица Остина, отчаянно пытаясь отвлечься.

— Ах, это... — Сюй Цзыюэ наклонился вперед и посмотрел на столик неподалеку.

Остин обернулся и понял, на какой стол смотрит Сюй Цзыюэ.

— Этот человек должно быть... У Вэньшань, верно? — спросил Остин.

Сюй Цзыюэ кивнул. Он не ожидал так скоро снова столкнуться с У Вэньшанем.

Но на этот раз У Вэньшань выглядел немного более несчастным. На шее у него были повязки, а на лбу синевато-фиолетовый синяк. Он как раз перекручивал вилкой макароны.

Но было кое-что, что беспокоило Сюй Цзыюэ.

У Вэньшань держал вилку правой рукой, в то время как его левая рука время от времени двигалась, чтобы почесать руку каждые три или четыре секунды. В отличие от других, он носил длинные рукава на этом хорошо кондиционированном корабле, который не был слишком жарким и не был слишком холодным. Сюй Цзыюэ вспомнил, что вчера на нем была клетчатая рубашка с закатанными до локтей рукавами, но сегодня его тело было полностью прикрыто.

На тыльной стороне его обнаженной руки Сюй Цзыюэ увидел, что его запястье покраснело. Даже тыльная сторона его ладони была поражена.

Остин оглянулся и просто беспечно улыбнулся.

— Перестань пялиться. Ешь свою пасту.

Сюй Цзыюэ в замешательстве отвел взгляд:

— Что случилось? Знаешь ли ты причину? — У Вэньшань почесывался так часто, что делал это по дюжине раз в минуту. Было ясно, что он сдерживает себя, но он не мог остановить зуд.

— Он обидел кого-то на корабле. Не волнуйся.

Сюй Цзыюэ подумал об этом:

— Кого он обидел? Это не включает тебя?

Остин поднял бровь:

— Конечно. Его уровень м ничто. Если бы он обидел меня... Он не смог бы прожить так долго.

Сюй Цзыюэ застыл.

— Просто шучу. — Остин поднял руку и постучал ею по голове Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ склонил голову и продолжил есть, но всё ещё не мог перестать задаваться вопросом, кого У Вэньшань мог обидеть.

Сюй Цзыюэ тихо пробормотал:

— Это же не может быть потому, что он обидел меня...

— Неплохо, у тебя очень хорошее воображение. Но, насколько я знаю, даже если он тебя обидел, ты мало что можешь ему сделать.

В ответ на это Сюй Цзыюэ хотел только сказать: так сурово.

Закончив завтрак, Сюй Цзыюэ протолкнул Остина мимо У Вэньшаня и мельком увидел его руку, спрятанную под одеждой.

Его рука была густо покрыта чешуей. И некоторые чешуйки, которые были ближе к манжетам, были подняты. Даже та часть тела, которую У Вэньшань не мог перестать чесать, превратилась в чешую.

Рука У Вэньшаня была красной, а его кожа была более бледной, поэтому краснота на его руке и тыльной стороне ладони была особенно заметна. Та часть, где чешуя соприкасалась с его рукой, была полностью налита кровью, как будто кожа на поверхности была поцарапана, а части без чешуи были красными.

Но независимо от того, есть ли чешуя, У Вэньшань очень сильно чесался.

У Вэньшань был сосредоточен на том, чтобы почесаться, поэтому он не обращал внимания на своё окружение, не говоря уже о том, были ли люди, проходящими мимо, Сюй Цзыюэ и Остином.

Сюй Цзыюэ постоянно оборачивался, чтобы посмотреть на У Вэньшаня, из-за чего он случайно столкнулся с персоналом, который подавал какую-то еду.

— Извините, простите... Эм, вы в порядке? — Сюй Цзыюэ несколько раз поклонился и извинился. Он с извиняющимся видом посмотрел на сотрудника, несущего большую миску супа.

Он равнодушно взглянул на Сюй Цзыюэ, а затем на Остина, прежде чем ответить:

— Всё в порядке.

Сюй Цзыюэ так же посмотрел на Остина. К тому времени, когда он снова посмотрел на персонал, сотрудник уже подошел к столу У Вэньшаня и подал немного супа.

Похоже, суп был для него.

Сюй Цзыюэ потер нос и задумался:

— Это рыбный суп? Так подозрительно... — просто эта миска состояла только из супа. Он не видел никакой рыбы... Вообще, если это рыбный суп, разве ты не должен видеть там целую рыбу или кусочки рыбы?

— Вроде того. — Остин не подтвердил и не опроверг этого.

И вот, Сюй Цзыюэ снова оглянулся на У Вэньшаня.

У Вэньшань взял свою миску с супом и, не наливая его в свою чашу, выпил прямо из неё.

Сюй Цзыюэ не знал, что случилось с У Вэньшанем, но видел, как тот откинулся на спинку стула, больше не почесываясь после того, как выпил суп.

— С супом что-то не так. — Сюй Цзыюэ повернул голову назад и уверенно сказал Остину.

Остин спросил:

— Тебе не кажется знакомым?

Сюй Цзыюэ в замешательстве спросил:

— Что знакомое?

— Человек, который только что принес суп.

Сюй Цзыюэ попытался вспомнить. Затем он покачал головой Остину:

— Я не помню.

Остин улыбнулся и не стал продолжать эту тему. Он просто сказал:

— Пойдем на двенадцатый этаж.

— Двенадцатый этаж? Я помню, что на двенадцатом этаже... — Сюй Цзыюэ подумал об этом, а затем почувствовал слабую боль в заднице, — Баскетбольная площадка?

Губы Сюй Цзыюэ дернулись:

— Зачем мы туда идем?

— Разве ты не упустил возможность получить печать? — спросил Остин, — Я помню, что в прошлый раз ты не смог бросить баскетбольный мяч.

Сюй Цзыюэ неловко улыбнулся:

— Э-э... Разве это не потому, что я упал?

— Тогда попробуй ещё раз.

Решение Остина нельзя было опровергнуть. Сюй Цзыюэ мог только послушно толкнуть инвалидное кресло на двенадцатый этаж.

Прежде чем покинуть ресторан, он ещё раз оглянулся на У Вэньшаня. В этот момент У Вэньшань уже закончил завтрак в западном стиле и больше не чесал руку.

Когда они поднялись на двенадцатый этаж, персонал, обслуживающий баскетбольную площадку, изменился. На этот раз Остин толкнул своё инвалидное кресло на баскетбольную площадку, чтобы присоединиться к Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ был немного удивлен:

— Ты тоже хочешь пойти? Но ты... просто будь осторожен, чтобы тебя не ударили. — Сюй Цзыюэ хотел упомянуть о его ногах, но быстро вспомнил, что это был хвост.

С элементом морских монстров в этом мире у Остина, вероятно, были какие-то отношения с ними. Что касается морских чудовищ... Сюй Цзыюэ своими глазами видел, как морское чудовище шло по палубе круизного лайнера на хвосте.

Таким образом, Остин должен быть в состоянии стоять.

Думая об этом, Сюй Цзыюэ представил себе сцену, которая была немного забавной.

Остин не мог видеть, о чем думает Сюй Цзыюэ, но, просто взглянув на выражение лица Сюй Цзыюэ, он мог сказать, что это должно быть что-то, что делает его счастливым. Сюй Цзыюэ, однако, не собирался этого говорить, а он также не хотел спрашивать.

Сюй Цзыюэ подошел, чтобы взять баскетбольный мяч, Остин последовал за ним.

— Остин, ты слишком близко. Я боюсь случайно ударить тебя. — Сюй Цзыюэ повернулся и сказал это Остину, держа баскетбольный мяч.

Затем Остин посмотрел на персонал.

Сюй Цзыюэ проследил за его взглядом и увидел, что этот человек кивнул.

В следующее мгновение свет на баскетбольной площадке погас.

— Что происходит? Где свет?

— Это перебои с электричеством?

— Может кто-нибудь пойти и найти распределительный щит?!

Из темноты доносились разные голоса. Некоторые из них были туристами-НПС, другие — игроками.

Игроки среди них паниковали больше всего. В конце концов, это явление часто случается, когда могло произойти что-то опасное.

Вся баскетбольная площадка была огорожена только небольшим лучом света, проникающим через вход. Однако этого было недостаточно, чтобы добраться до баскетбольной площадки.

Чем дальше вглубь баскетбольной площадки, тем темнее становилось. Это было почти до такой степени, что вы не могли увидеть свои собственные пальцы.

— Остин? — Сюй Цзыюэ протянул руку и огляделся в темноте. Затем он почувствовал, как его руку схватила другая рука.

— Я здесь.

Сюй Цзыюэ почувствовал облегчение, услышав голос Остина. Затем он тихо спросил:

— Это ты? Почему погас свет?

Рядом послышался легкий смешок Остина.

Держа Сюй Цзыюэ за руку, Сюй Цзыюэ почувствовал, как Остин медленно встает.

В конце концов, сила в руке, которая исходила снизу, медленно перемещалась вверх...

Затем Сюй Цзыюэ почувствовал, как на его плечо надавили, и его развернули лицом к баскетбольному кольцу.

Сюй Цзыюэ был одновременно смущен и любопытен:

— Остин?

Остин встал! Он действительно встал! Он действительно хочет посмотреть!

Но эту его мысль нельзя было произнести вслух. Желая посмотреть, забавна ли походка Остина... Если Остин узнает об этом, Сюй Цзыюэ почувствует, что, скорее всего, умрет очень несчастной смертью.

Сюй Цзыюэ очень скоро отбросил эти мысли в сторону.

Он почувствовал, как его тело прижимается к другому телу. Теплое дыхание дуло прямо ему в ухо с регулярной частотой.

Это, конечно, был звук дыхания Остина...

Но... Остин был слишком близко! Они были всего лишь на расстоянии двух рубашек друг от друга!

— Держи мяч обеими руками. — голос Остина донесся с макушки головы Сюй Цзыюэ до уха Сюй Цзыюэ.

— Де-де-держать...? — в темноте шея и уши Сюй Цзыюэ были полностью красными. Его разум также временно перестал работать:

— О, хорошо. Сейчас меня держат.

— Хах... — Остин рассмеялся, — Я не имею в виду держать тебя в своих объятиях. Это поза для броска. Я про две руки, поддерживающие баскетбольный мяч.

Сюй Цзыюэ со стыдом опустил голову. Его подбородок почти касался груди.

Остин накрыл ладонью тыльную сторону руки Сюй Цзыюэ. Затем он направил свою руку, чтобы бросить баскетбольный мяч в кольцо.

Хотя Сюй Цзыюэ не мог видеть, он услышал звук брошенного мяча. Среди шумной болтовни удар баскетбольного мяча о кольцо был предельно ясен.

— Он попал! — Сюй Цзыюэ широко улыбнулся. Он обернулся и хитро попытался воспользоваться этой ситуацией:

— Можно я тебя поцелую?

— Хм? Разве тебе не нравится моё лицо? Ты хочешь поцеловаться, даже если не видишь моего лица?

В темноте низкий голос Остина прозвучал совсем рядом с ухом Сюй Цзыюэ. Его сердце не могло не забиться быстрее.

— Это другое... На этот раз это потому, что ты помог мне. Видишь ли, если бы не ты, я определенно не осмелился бы бросить мяч, боясь, что он изменится. — Сюй Цзыюэ облизнул губы, — Я хочу поцеловать тебя, потому что благодарен.

У Сюй Цзыюэ, естественно, были скрытые мотивы. Пока что-то делается один раз, второй и третий раз будет достичь не так сложно!

В тот момент, когда губы Остина встретились с его губами, Сюй Цзыюэ никак не отреагировал.

Только когда точка соприкосновения увеличилась, а сила усилилась, Сюй Цзыюэ вспомнил высунуть язык и нежно облизать губы Остина.

Прежде чем Сюй Цзыюэ успел убрать свой язык, он почувствовал, как сильный и горячий язык переплелся с его языком.

До этого единственным человеком, которого целовал Сюй Цзыюэ, был Сунь Мо, но их поцелуй был всего лишь легким поцелуем. Это было совсем не похоже на то, где он был таким глубоким, что почти достигал его горла!

В тот момент, когда Сюй Цзыюэ почувствовал, как ему лизнули горло, обе его ноги ослабли. Онемение охватило его с головы до кончиков пальцев ног.

Всё, кроме этой неприличной части.

Сюй Цзыюэ стоял спиной к Остину, поэтому, когда они целовались, его шея была вывернута назад. Воспользовавшись паузой в поцелуе, он схватил Остина за рукав и обернулся. Однако он не хотел, чтобы его рот отделялся от рта Остина.

Повернувшись лицом к Остину, Сюй Цзыюэ почувствовал, что наконец-то может немного вздохнуть.

В отличие от внешнего поведения Остина, его поцелуй был чрезвычайно сильным до такой степени, что Сюй Цзыюэ немного расплакался.

Он был ниже ростом, чем Остин. Когда Остин слегка приподнял голову, Сюй Цзыюэ смог только схватить его за рукав и на цыпочках дотянуться. Как только Остин надавит, Сюй Цзыюэ будет так сильно возбужден, что у него перехватит дыхание.

В темноте неподалеку от них голоса других людей звали сотрудников. С другой стороны, они тесно прижимались друг к другу, совершая невыразимые вещи. Такого рода вещи были особенно волнующими для Сюй Цзыюэ.

Когда Остин отпустил Сюй Цзыюэ и сел обратно в инвалидное кресло, Сюй Цзыюэ рухнул на колени и оперся на хвост Остина, хватая ртом воздух.

Остин поднял руку в темноте и аккуратно вытер большим пальцем струйку слюны из уголка рта Сюй Цзыюэ. Затем он неторопливо потянул руку Сюй Цзыюэ вверх, чтобы заставить его поднять верхнюю часть тела, и снова накрыл ноги одеялом.

Когда всё было улажено, снова зажегся свет.

Люди, которые наконец-то снова смогли видеть, не заметили ситуации Остина и Сюй Цзыюэ. Даже если бы они это сделали, они бы просто подумали, что Сюй Цзыюэ опустился на колени, потому что было слишком темно, чтобы видеть.

Кроме Остина, который стоял рядом, никто больше не мог видеть раскрасневшееся лицо Сюй Цзыюэ и влажные глаза.

— Ноги стали мягкими? — Остин ослабил хватку на руке Сюй Цзыюэ, позволив ему рухнуть обратно на пол.

Сюй Цзыюэ зарылся головой в одеяло Остина и приглушенным голосом отрицал:

— Нет!

Но тон, который он использовал, был слишком сладким, поэтому в нем не было никакой убедительности.

Вероятно, потому, что он чувствовал, что его отрицание было недостаточно сильным, Сюй Цзыюэ добавил:

— Я просто не очень опытен. Я не буду таким после некоторой практики!

Какой язык у Остина? Почему он такой длинный?! И может проникнуть так глубоко! Это явно подарок!

Сюй Цзыюэ не мог перестать жаловаться внутри, и он также не мог не наслаждаться этим. Ему, вероятно, придется перевоплотиться и перестроить себя, чтобы иметь такой язык, как у Остина.

Но этот поцелуй... Даже просто вспомнив об этом, все клетки его тела пришли в возбуждение.

Это было слишком хорошо.

Остин решил не комментировать упрямство Сюй Цзыюэ, но вопрос с практикой...

Остин спросил:

— С кем ты собрался практиковаться?

Сюй Цзыюэ наконец поднял голову. Он посмотрел на Остина с довольно беспомощным выражением лица:

— Конечно, с тобой. Кто ещё это мог быть?

Улыбка на лице Остина осталась прежней, но аура вокруг него потеплела.

Остин сказал:

— Получи свою печать.

Губы Сюй Цзыюэ шевельнулись. Он тихо сказал:

— ...Я серьезно.

Остин на мгновение замер. Затем он показал добрую улыбку, в которой была нежность, которую Сюй Цзыюэ раньше не видел.

Это было настоящее счастье. Даже его глаза были искривлены. Подняв руку, чтобы прикрыть рот, и повернув голову в сторону, он попытался подавить улыбку.

Струна в сознании Сюй Цзыюэ оборвалась. Он снова уткнулся лицом в хвост Остина, обнажив только ярко-красные уши.

Затем он молча сжал ноги вместе...

*  *  *  *  *

Когда они покинули баскетбольную площадку, было ещё довольно рано.

Остин был в очень хорошем настроении. Это было очевидно, просто глядя на его пальцы.

Вместо обычных тяжелых и регулярных постукиваний его пальцы легонько и быстро постукивали по подлокотнику инвалидного кресла.

Конечно, даже если большой босс был счастлив, было так же трудно разобраться в его мыслях.

Например, в этот момент Сюй Цзыюэ последовал его указаниям и толкнул его на палубу круизного лайнера.

Сюй Цзыюэ думал, что они продолжат выполнение ещё нескольких мероприятий. В конце концов, он мог бы найти ещё одну возможность снова поцеловаться...

Люди, стоявшие на палубе, были разбиты на группы по двое и по трое.

Соленый морской бриз обдувал его лицо. Сюй Цзыюэ чувствовал себя очень комфортно.

Остин подозвал персонал и попросил у него две удочки и лохань с наживкой.

Сюй Цзыюэ подтолкнул Остина к месту, выбранному последним, прежде чем остановиться и спросить:

—Ты хочешь порыбачить?

Остин улыбнулся и кивнул:

— Да.

Сюй Цзыюэ посмотрел на палубу. Её высота составляла около дюжины этажей, и обычная леска, естественно, не была бы достаточно длинной. Даже если бы рыба действительно клюнула, Сюй Цзыюэ чувствовал, что к тому времени, когда её вытащат, она уже сбежит.

— Здесь будет нелегко. — Сюй Цзыюэ отступил и встал рядом с инвалидным креслом Остина.

— Всё в порядке.

Сюй Цзыюэ развел руками и пожал плечами. Во всяком случае, Остин родом с моря. Последнее слово за ним.

Персонал работал очень быстро. Вместе с удочками они даже доставили шезлонг для Сюй Цзыюэ, небольшой деревянный стол и бесплатную еду и напитки.

Обслуживание было очень внимательным.

Леска на удочке была очень длинной. Естественно, удочка тоже была очень длинной.

После того, как он держал удочку меньше часа, руки Сюй Цзыюэ болели. До его смерти самое большее, что, вероятно, делали его руки — это писали. Самое тяжелое, это было нести сумку с книгами или поднимать стол, но всё это были краткосрочные задачи. Всё, что требовало выносливости, было слишком для Сюй Цзыюэ.

Но руки Остина были неподвижны. Он оставался неподвижным, как камень.

Остин заметил дискомфорт Сюй Цзыюэ и приказал ближайшему персоналу подержать удочку для Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ: «...» Чувствую себя немного польщенным.

Но он не подошел бы и не спросил Остина, почему тот был так добр к нему. В конце концов, он видел улыбку Остина раньше.

Что касается текущей ситуации, Остин, казалось, был совершенно равнодушен к истине этого мира и задаче Сюй Цзыюэ...

Сюй Цзыюэ не собирался идти на встречу смерти, спрашивая об этом.

Конечно, могут быть моменты, когда его мозг может выйти из строя, и он будет идти на суд со смертью... Но он решил подумать об этом, когда это произойдет.

А сейчас... Он хотел думать о других вещах.

Сюй Цзыюэ прижался к Остину и тихо спросил:

— А что, если ты случайно поймаешь морского монстра?

Остин взглянул на Сюй Цзыюэ и кивнул.

Сюй Цзыюэ недоверчиво посмотрел на Остина. Он действительно кивнул?

Остин сказал:

— Если они очень голодны, как старые морские монстры, которые не способны паразитировать, они придут и заглотят наживку.

Сюй Цзыюэ заранее спросил:

— А что, если ты действительно поймаешь одного?

Остин задумался. Затем он ответил:

— Сделаю из этого суп.

Сюй Цзыюэ был поражен.

Он осторожно спросил:

— Ты просто шутишь?

Остин кивнул.

Сюй Цзыюэ вздохнул с облегчением.

Пить суп, приготовленный из морского чудовища, для него было невозможно. Просто мысль о том, что они паразитируют в человеческих телах и едят человеческую плоть, чтобы выжить... А затем сварить их в суп, чтобы есть...

Кто знает, какой болезнью вы заразитесь от этого?!

Конечно, это было не главное. Главное заключалось в том, что он определенно не стал бы его есть и определенно не стал бы использовать морское чудовище для приготовления супа.

Вместо этого, если бы вы попросили его убить морского монстра, как рыбу... Он не делал этого раньше, но был готов попробовать.

Но предпосылка заключалась в том, что морское чудовище не было смертельно опасным... Иначе он боялся быть паразитированным.

Остин заметил различные изменения на лице Сюй Цзыюэ и намеренно предупредил тихим голосом:

— Но если действительно сделать суп, ты не должен его есть.

Сюй Цзыюэ непонимающе посмотрел на него:

— Почему?

Остин поднял руку и ущипнул Сюй Цзыюэ за нос. Его тон был очень снисходительным:

— Потому что последствия серьезны.

Сюй Цзыюэ поднял руку и потер нос. Это действие и тон Остина отвлекли всё его внимание.

Это было слишком, слишком, слишком... чересчур!

Сюй Цзыюэ и Остин провели остаток утра на рыбалке и пообедали на палубе. Человек, который доставлял им еду, был подчиненным Остина.

Сюй Цзыюэ, как обычно, не видел, чтобы Остин предупреждал кого-нибудь, чтобы ему принесли еду.

Поэтому он спросил прямо, пока они ели.

Сюй Цзыюэ спросил:

— Остин, у тебя есть уникальный способ общения? Так вот почему я не слышу? Иначе как ты заставил их прислать еду?

Остин улыбнулся и спросил:

— Хочешь знать?

Сюй Цзыюэ кивнул сильнее.

Остин сказал:

— Тогда ты должен дать мне что-то взамен.

Сюй Цзыюэ охлопал себя. Пусто.

Он смущенно улыбнулся, а затем снял карточку, висевшую у него на шее:

— У меня есть только это... Но у меня в комнате есть карточка, и там есть деньги.

Остин поднял бровь:

— Мне не хватает денег?

Сюй Цзыюэ опустил голову:

— У тебя нет недостатка... Но тогда у меня больше ничего нет.

— Ты можешь использовать другие вещи для обмена. Например, нематериальное.

— Нематериальное?

Остин положил вилку и откинулся на спинку кресла.

— Расскажи мне, как ты захватил цель в прошлый раз, и я отвечу на твой вопрос.

Сюй Цзыюэ надул губы и неохотно сказал:

— ...Если это так, я думаю, что это несправедливо по отношению ко мне.

— Это правда. — Остин кивнул, — Тогда я скажу тебе ещё кое-что.

Сюй Цзыюэ придвинулся ближе к Остину и радостно спросил:

— Что это?

Остин ответил:

— Тот человек, которого ты видел сегодня утром. Я скажу тебе, кто он такой.

Сюй Цзыюэ потребовалось несколько секунд, чтобы понять слова Остина.

Остин упоминал ранее, что он должен быть знаком с персоналом, доставляющим суп У Вэньшаню.

Сюй Цзыюэ подумал об этом и протянул руку. Используя большой и указательный пальцы, он сделал небольшой жест:

— Просто добавь маленький, очень маленький вопрос.

— Какой вопрос? — спросил Остин у Сюй Цзыюэ.

— Что у тебя с хвостом? — Сюй Цзыюэ посмотрел на Остина и храбро сказал, — Я хочу услышать правду.

Остин замолчал. Улыбка на его лице тоже медленно угасла. Он посмотрел на Сюй Цзыюэ так, словно мог видеть его мысли насквозь. Он не позволил ни единому изменению в выражении его лица ускользнуть.

Сюй Цзыюэ почувствовал, как волосы у него на спине встали дыбом от его пристального взгляда.

Но он всё равно хотел спросить. Когда круизный лайнер «Вестминстер» попал в беду, владельцем корабля должен был быть человек. Все его подчиненные и все люди на корабле умерли, и теперь они продолжали жить как люди на корабле со своим призрачным существованием. Остин, однако, был владельцем круизного судна, но он не умер, когда круизное судно затонуло и выжил...

Сюй Цзыюэ не знал, была ли нижняя половина Остина нормальной, когда корабль затонул, но это было то, что он мог узнать, просто спросив. Поскольку Остин знал всё, что происходило на круизном судне, вместо того, чтобы спрашивать других, было лучше спросить самого Остина. Если Остин не захочет рассказать ему, он подумает о том, чтобы поспрашивать.

Кроме того, Остин должен был общаться со своими подчиненными. Это было совершенно непредсказуемо. Очень вероятно, что Остин узнает об этом менее чем через секунду после того, как Сюй Цзыюэ спросит, и подчиненный, вероятно, заговорит, только если Остин даст им разрешение.

Конечно, это всего лишь дикие предположения Сюй Цзыюэ. Он не знал, как именно работает их метод общения.

После того, как Остин обдумал это, он кивнул:

— Ты начнешь первым.

Сюй Цзыюэ подозрительно посмотрел на Остина:

— Ты не собираешься меня обманывать?

Остин спокойно посмотрел на Сюй Цзыюэ. Сюй Цзыюэ очень быстро отступил.

Сюй Цзыюэ рассказал обо всем, что произошло в средней школе Шанъян. Конечно, он старался оставаться неопределенным, когда говорил о чем-либо, связанном с захватом цели. В конце концов, это было личное дело, и Сюй Цзыюэ тоже был немного смущен. Более того, тогда он на самом деле ничего не делал. Сунь Мо сам автоматически попал в плен.

Он мог только вздохнуть. Как и ожидалось от мира уровня новичка.

Выслушав всю историю, Остин неловко потер брови. Его сердце чувствовало себя немного странно, когда он слушал, как Сюй Цзыюэ говорит об этих вещах, но это чувство длилось лишь короткое мгновение, и вскоре он вернулся к нормальному состоянию.

Остин не принял это близко к сердцу.

Остин спросил:

— Итак, он был твоим первым романтическим партнером?

Сюй Цзыюэ кивнул и был несколько недоволен:

— Но когда мы с Сунь Мо подтвердили наши отношения, я ушел. У меня не было шанса испытать настоящий роман. — он больше не мог снова видеть такого милого и простого Сунь Мо. Сюй Цзыюэ всё ещё чувствовал себя немного грустно, когда думал об этом.

Прошло время, и в конечном итоге Сюй Цзыюэ увидел человека, который ему нравился, сквозь толстый розовый фильтр. Всё у них было хорошо.

— Это действительно жаль. — Остин улыбнулся.

Его тон был полон сожаления, как будто он искренне сочувствовал, но выражение его лица не изменилось. Было трудно читать его мысли.

Сюй Цзыюэ посмотрел на лицо Остина. Все прежние расстроенные чувства исчезли.

Время, проведенное с Сунь Мо, было слишком коротким. У Сюй Цзыюэ не было возможности глубже понять его до того, как он был разлучен с ним. Но теперь, когда Остин был здесь, это компенсировало все его сожаления.

Сюй Цзыюэ и Остин испытали на себе всё, что могли сделать влюбленные на круизном лайнере. Если он не обращал внимания на страшные переживания, это был в основном замечательный, наполненный воспоминаниями «медовый месяц».

Сюй Цзыюэ спросил:

— Я закончил говорить. Твой черед.

Глаза Остина смотрели вдаль, когда он, казалось, вспоминал прошлое:

— Знаешь ли ты, что, как и люди и животные, морские монстры также выбирают лидера? Люди выбирают лидера, и то же самое у животных. Например, у волков были бы альфа-самцы.

— Морские чудовища тоже так делают.

Сюй Цзыюэ затаил дыхание и ждал продолжения Остина.

— И тогда... Я съел предводителя морских чудовищ. — Остин повернулся и посмотрел на Сюй Цзыюэ, который уделял ему всё своё внимание, — Я закончил.

Сюй Цзыюэ на мгновение был потрясен. Он тупо посмотрел на Остина:

— Что? Ты закончил? И это всё?!

По сравнению с тем, что он рассказал, Остин был слишком короток!

Но... информации, которую он получил от этого, было достаточно.

Остин кивнул и продолжил:

— Что касается общения, нам не нужно открывать рот, чтобы сделать это. Достаточно просто использовать звуковые волны, которые не могут быть услышаны людьми. Он исходит из желудка.

— Судя по всему, я могу послать свой приказ в любую часть этого корабля.

Уголок губ Сюй Цзыюэ дернулся. Он нервно рассмеялся.

Остин улыбнулся:

— Этот смех имеет особое значение?

Сюй Цзыюэ сжал губы и быстро покачал головой.

— Я отведу тебя к этому знакомому. — Остин был очень резок. Согласившись с условиями, он уже выполнил два из трех условий. Теперь он собирался взять Сюй Цзыюэ, чтобы выполнить последнее условие.

Сюй Цзыюэ не сразу позволил Остину отвести его к своему «знакомому».

Причина была в том, что ему нужно было в туалет.

Сюй Цзыюэ сообщил об этом Остину и поспешил в ванную.

Но как только он завернул за угол и исчез из поля зрения Остина, его оттащили в сторону.

— Чего вы, ребята, хотите?! — Сюй Цзыюэ перестал сопротивляться только тогда, когда увидел зеленые символы над их головами.

Люди, державшие Сюй Цзыюэ, только тогда отпустили его.

Они использовали так много силы, что запястья Сюй Цзыюэ покраснели. Сюй Цзыюэ взглянул на свои запястья, нахмурился и посмотрел на пятерых игроков, окруживших его.

Сюй Цзыюэ снова спросил:

— В чем дело?

Игроки посмотрели друг на друга с некоторым удивлением.

Они слышали об инциденте с деньгами в казино, и позже они также слышали некоторые слухи, которые говорили, что игрок, следующий за НПС, был очень влиятельным человеком. С его способностью есть, пить и получать печати без особых усилий, а также с его чрезвычайно щедрым актом одалживания денег, игроки практически рассматривали Сюй Цзыюэ как существование, подобное Святой Марии, которое примет любое требование от других игроков.

Но, видя нынешнее выражение лица Сюй Цзыюэ, он не казался человеком, которого легко запугать.

Но, несмотря на это, они уже остановили его. Если бы они ничего не сделали, это было бы пустой тратой усилий. Более того, это также может быть просто игрой.

Первой заговорила девушка с нежным и слабым типом внешности. Если бы Сюй Цзыюэ оценил её, он, вероятно, дал бы ей 70 или 80 баллов. К сожалению, в тот момент, когда она открыла рот, Сюй Цзыюэ потерял к ней всякий интерес и даже хотел поскорее уйти.

Девушка сказала:

— Мы видели, как ты ладил с этим НПС... Почему бы тебе немного не помочь своим товарищам? Разве тебе не стыдно получать все эти печати, не думая о жизни других?

Из пяти игроков было четверо мужчин и одна женщина. Они намеренно позволили девушке сказать это, чтобы ослабить решимость Сюй Цзыюэ. По их мнению, каким бы красивым ни был Остин, он был просто мужчиной и ничто по сравнению с мягкой и нежной девушкой. Они также верили, что Сюй Цзыюэ сблизился с Остином только для того, чтобы он мог зачистить игру, а не потому, что он действительно нравился ему.

Если бы ему кто-то должен был понравиться, то это определенно была бы девушка перед ним, которая нуждается в защите.

— Мне очень жаль... Мне действительно наплевать на жизнь других людей. — одного этого инцидента с У Вэньшанем было достаточно. Он был не настолько глуп, чтобы позволить этому случиться во второй раз.

Выражение лица девушки поникло, когда она услышала слова Сюй Цзыюэ.

— Тогда... Тогда я буду умолять тебя. Не мог бы ты нам помочь? — девушка жалобно посмотрела на Сюй Цзыюэ. Она даже протянула руку, пытаясь потянуть Сюй Цзыюэ за рукав.

Сюй Цзыюэ повернулся всем телом, чтобы избежать этого:

— Это бесполезно, даже если ты умоляешь. Мои отношения с ним очень поверхностны.

Мужчина рядом с ним проворчал:

— Чушь собачья! Мы наблюдали за вами всё утро, и вы оба всё это время разговаривали и смеялись! Как ваши отношения могут быть плохими?!

Сюй Цзыюэ развел руками:

— Даже так, я не хочу вас помогать. В любом случае, почему я должен помогать? Потому что вы окружили меня и заманили в ловушку? — и они ведут себя так, как будто их похищение было морально правильным... Почему они не могли вместо этого подойти к нему должным образом?

Девушка опустила голову. Её щеки раскраснелись:

— Что мне сделать? Я сделаю всё, о чем ты меня попросишь.

Сюй Цзыюэ: «...»

Сюй Цзыюэ обернулся и посмотрел на остальных четверых. Затем он выбрал освежающе выглядящего мужчину и сказал:

— Мне нравится этот тип. А не ты.

Лицо мисс белый лотос* напряглось.

П/п: так называют прекрасных, добрых, невинных и чистых душой людей.

Вскоре после этого выражение лица Сюй Цзыюэ застыло.

Человек, на которого он указал, решительно двинулся, чтобы снять рубашку.

— Т-т-ты... Что ты делаешь?! — Сюй Цзыюэ отступил назад и налетел на другого мужчину.

Освежающего вида мужчина, который раздевался, остановился. Он нахмурился и сказал:

— Делай всё, что хочешь. Я тороплюсь.

Затем девушка белый лотос стерла помаду с губ и сорвала накладные ресницы.

Сюй Цзыюэ, увидев это, не мог не почувствовать, как его веки дернулись.

Мисс белый лотос тут же сменила выражение лица и выругалась:

— Черт, если тебе не нравятся женщины, ты должен был сказать это раньше. Покончи с этим и отведи нас за печатями!

Даже после того, как её накладные ресницы были удалены, а губная помада стерта, её белое платье и мягкие черты лица всё ещё делали её похожей на нежную птицу.

Это был полный контраст со словами, которые слетали с её губ.

— Подождите, подождите, подождите, подождите! — Сюй Цзыюэ возился, пытаясь натянуть рубашку мужчины обратно. Когда мужчина увидел, что Сюй Цзыюэ протянул руку, он поднял руки, чтобы Сюй Цзыюэ прикоснулся к нему.

Сюй Цзыюэ почувствовал, как у него начинает болеть голова.

— Значит, всё это было притворством? — Сюй Цзыюэ одернул рубашку мужчины и посмотрел на мисс белый лотос.

Мисс белый лотос ловко достала пачку сигарет и зажигалку из кармана другого мужчины и кивнула после того, как закурила:

— Кроме новичков, как могут быть слабые игроки? — затем она похлопала по груди освежающе выглядящего мужчины и ущипнула его, чтобы показать его мышцы груди Сюй Цзыюэ, — Как тебе? Его тело довольно хорошее. У нас здесь пять человек, так что мы дадим его тебе в пользование на пять дней. Ты можешь попробовать использовать его в течение дня, а затем отвезти нас за печатями. После этого мы позволим ему следовать за тобой в течение четырех дней.

Глаза Сюй Цзыюэ дернулись. Это действительно может быть использовано в качестве залога...

— Мне было интересно, почему тебя так долго не было...

Сюй Цзыюэ услышал голос позади себя.

— Оказывается, ты изменяешь мне за моей спиной.

Сюй Цзыюэ сглотнул.

Он обернулся и очень искренне попытался объяснить ему:

— Нет, это недоразумение! Я сказал это только для того, чтобы сбежать!

Остин улыбнулся, увидев взволнованный взгляд Сюй Цзыюэ.

Мисс белый лотос и остальные кивнули ему:

— Сэр, вы ошибаетесь. Мы просто кое о чем его спрашивали. — они также знали, что даже если они просили Сюй Цзыюэ о помощи, на самом деле они получали помощь от Остина.

Сюй Цзыюэ вытянул три пальца и поклялся:

— Клянусь, я не специально пошел, чтобы найти этих пятерых!

Мисс белый лотос взглянула на Сюй Цзыюэ. Эти его слова... Хотя у него не было такой мысли по отношению к ним, это не означало, что у него не было такой мысли по отношению к другим. При нормальных обстоятельствах он должен был бы сказать: «Я действительно не изменяю тебе за твоей спиной.»

Остин спросил:

— Ты сходил в ванную?

Сюй Цзыюэ покачал головой. Из-за отсутствия уверенности в себе его голос звучал тише, чем обычно:

— Ещё нет...

Остин поднял подбородок:

— Иди быстрее.

Сюй Цзыюэ посмотрел на Остина, а затем на пятерых, которые медленно опускали руки. Он поспешил в ванную.

Мисс белый лотос держала сигарету и улыбалась:

— Извините, мы не собираемся красть вашего мужчину. — независимо от того, разозлили ли они этого НПС, лучше было сначала извиниться.

— Всё в порядке. — Остин улыбнулся, — Ему нравятся только красивое.

Подразумеваемый смысл этого был... Никто из вас здесь не может сравниться с моей внешностью...?

Мисс белый лотос поджала губы и серьезно сказала:

— На самом деле у нас есть просьба.

Остин скрестил руки на груди и спокойно посмотрел на них:

— Говори.

— Мы хотим получить все двадцать печатей и хотели бы попросить вас о помощи. Ранее мы... — мисс белый лотос только сейчас поняла, что не знает имени Сюй Цзыюэ. Её мозг работал быстро...

— Мы хотели попросить вашего любовника убедить вас помочь нам.

Остин взглянул на мисс белый лотос и кивнул. Он махнул рукой в явно хорошем настроении.

Затем пятеро игроков увидели, как подошел персонал. Он почтительно поклонился и, стоя рядом с Остином, ждал приказаний.

— Отведи их за печатями.

Мисс белый лотос наконец почувствовала, что встретила кого-то более сильного, чем властный президент. Она всё ещё не могла поверить своим ушам...

Она осторожно спросила:

— Эти печати...

Остин не стал дожидаться, пока она закончит. Он кивнул:

— Не волнуйся, вам не нужно это испытывать. Они просто дадут вам печати. — он ободряюще улыбнулся пятерым игрокам, — Вы будете в безопасности в течение 30 дней здесь.

После того, как они счастливо ушли, мисс белый лотос внезапно пришла в себя.

Она была потрясена, и в её глазах мелькнуло замешательство:

— Как он узнал, что нужно 30 дней?

Её спутник не дал ей слишком много думать об этом:

— Вероятно, потому, что круизный лайнер делает остановку каждые 30 дней?

Мисс белый лотос оглянулась. Она больше не могла видеть Остина.

— Нет... — когда он сказал это, в его словах, казалось, было много смысла. Он определенно что-то знает.

В итоге Сюй Цзыюэ закончил свои дела и послушно вернулся к Остину...

Он был готов принять все последствия.

Вернувшись к Остину, Сюй Цзыюэ больше не слонялся без дела. Он ничего не спрашивал, отвечал на все вопросы Остина и делал всё, о чем его просили.

Даже его голос был мягким и тихим, как будто его голосовые связки были повреждены.

Остин попросил Сюй Цзыюэ отвести его на десятый этаж. В лифте Остин спросил:

— Знаешь, о чем я думаю?

Сюй Цзыюэ держал рот на замке и покачал головой. Затем он вспомнил, что стоял позади Остина, поэтому тот не мог видеть. Осознав это, он ответил тихим голосом:

— Я не знаю.

Независимо от того, злился Остин или нет, он знал, что должен делать. Естественно, он должен попытаться уговорить человека, который ему нравится, даже если он на самом деле ничего не приготовил, даже если некоторые вещи лучше оставить невысказанными, и даже если они являются ложью и, возможно, могут ещё больше разозлить другого человека.

Не говоря уже о том, что если Остин действительно был зол, то это означало бы, что он действительно ему нравился...

Просто внешне мягкое и теплое выражение лица Остина мешало Сюй Цзыюэ читать его мысли.

— Я думаю... Что бы ты сделал, если бы появился более красивый человек?

Тон Остина был очень спокойным. Спокойный до такой степени, что Сюй Цзыюэ не мог сказать, что он чувствует. Это было похоже на то, как будто он просто зачитывал отрывок из книги.

На мгновение Сюй Цзыюэ опешил. Затем он сказал:

— Тебе не нужно беспокоиться об этом. Поскольку наши отношения подтверждены, я не буду... — Сюй Цзыюэ сделал паузу. Он наклонился вперед сзади и посмотрел на Остина сбоку:

— Наши отношения подтверждены?

Прежде чем Остин успел ответить, Сюй Цзыюэ сам ответил на его вопрос:

— Ты сказал это, когда мы были в магазинах беспошлинной торговли раньше. Мы пара!

Остин забыл, но теперь он вспомнил с напоминанием Сюй Цзыюэ. И поэтому он кивнул:

— Да.

Сюй Цзыюэ намеренно сделал преувеличенный жест, похлопав себя по груди:

— Тогда я буду верен тебе! Если только...

Остин приподнял бровь:

— Если только?

Дверь лифта открылась. Сюй Цзыюэ вытолкнул Остина из лифта.

— Я не хочу лгать тебе.... Я скажу тебе только правду. Мне нравятся красивые люди. Общаясь с другими, я могу потерять контроль... и украдкой бросить ещё несколько взглядов в их сторону. — Сюй Цзыюэ глубоко вздохнул, — Но я определенно не предам тебя. Однако если мы расстанемся...

Остин прикоснулся к нижней губе. Затем он сказал:

— Неправильный путь. Иди на детскую площадку.

— Хах? Ох... л-ладно. — Остин только сказал, что хочет подняться на десятый этаж, поэтому Сюй Цзыюэ подумал, что он хочет вернуться в свою комнату. Он не ожидал, что это будет детская площадка.

После того, как Сюй Цзыюэ изменил направление, Остин наконец заговорил:

— Вы с Сунь Мо расстались?

Сюй Цзыюэ молча опустил голову: «...»

Он знал, что, что бы он ни говорил, он был неправ. Внезапно появляясь в мире Сунь Мо, а затем внезапно исчезая, и даже желая, чтобы тот влюбился в него... Это было очень несправедливо по отношению к Сунь Мо.

То же самое было и с Остином.

Остин кивнул. Было неизвестно, на что он кивал.

Сюй Цзыюэ опустил голову и вздохнул. Он мрачно посетовал:

— Я такой подонок... — но Сюй Цзыюэ быстро обернулся и спросил Остина, — Но, похоже, ты не собираешься отвечать на моё признание?

Прежде чем он смог получить ответ Остина, Сюй Цзыюэ продолжил:

— Если всё будет так, то я не смогу уйти? Тогда мне придется остаться с тобой здесь навсегда... Скажи, будет ли игровой мир разрушен, как только другие игроки уйдут?

Остин сказал:

— Я не знаю, но ты можешь попробовать.

— Конечно. — Сюй Цзыюэ уверенно кивнул, — Ты действительно не планируешь отпускать меня.

Но Сюй Цзыюэ тогда подумал об этом:

— Не уходить тоже не так уж плохо. Кто знает, есть ли на том свете более красивые люди или есть другой тип красоты...

Он чувствовал, что даже если будет смотреть на лицо Остина каждый день, ему это не надоест!

Остин молча улыбнулся. Они направились к детской площадке.

Прежде чем добраться до детской площадки, Остин поднял подбородок и указал на ближайшую зону отдыха, чтобы Сюй Цзыюэ посмотрел в том направлении.

— Там... Что там происходит? — Сюй Цзыюэ нахмурился и прищурился, но это было всё ещё слишком далеко. В конце концов он решил подойти поближе, толкая инвалидное кресло Остина.

— Ах... Это тот самый человек! — Сюй Цзыюэ наклонился и прошептал Остину на ухо.

Среди людей, сидевших в зоне отдыха, был НПС, который ранее доставил суп У Вэньшаню. Однако одежда, которую носил НПС в этот момент, была не униформой официанта, которую он носил утром, а обычной повседневной одеждой. Он бесстрастно смотрел на игровую площадку. Сюй Цзыюэ проследил за его взглядом и увидел детей внутри.

Ребенок, на которого смотрел НПС, был не чужд Сюй Цзыюэ.

Это была маленькая девочка, которую Сюй Цзыюэ видел несколько раз. Она была главной причиной смерти игрока, с которым Сюй Цзыюэ столкнулся в лифте, но она также была той, кто сказал Сюй Цзыюэ, что У Вэньшань хотел причинить ему боль...

Она сказала Сюй Цзыюэ, что не хочет возвращаться на игровую площадку... На этот раз Сюй Цзыюэ увидел в её глазах гнев и ненависть, направленные на У Вэньшаня, но она не могла пойти против приказа Остина.

Тогда в таком случае...

Сюй Цзыюэ тихо пробормотал:

— Это так называемый случай, когда ты бежишь к своим родителям, чтобы пожаловаться?

— Что-то в этом роде.

— Но суп из морских чудовищ... — подумал Сюй Цзыюэ. Людей на борту этого корабля можно было разделить на три группы: люди, призраки и морские чудовища.

Маленькая девочка была призраком, поэтому её опекуном должен быть тот же самый человек, который умер на круизном лайнере «Вестминстер».

С точки зрения игр, на круизном корабле есть много различных типов игроков и НПС; обычный штатный НПС, призрачный штатный НПС, паразитированный штатный НПС, обычный туристический НПС, паразитированный туристический НПС... и игроки могут быть разделены на две категории: те, кто паразитирован, и те, кто нет.

Но теперь появился ещё один тип. На данный момент Сюй Цзыюэ знал только об одном случае — У Вэньшаня.

Он пил суп, приготовленный из морских чудовищ, так что это отличалось от паразитирования. Об этом свидетельствовали странные изменения на его теле.

Он отрастил рыбью чешую, которая вызывала у него зуд до такой степени, что он не чувствовал боли.

Но что Сюй Цзыюэ было более любопытно, так это...

— Отношения между морскими чудовищами и призраками на этом корабле плохие? Но разве они оба не должны быть вашими подчиненными? — если бы они были дружелюбны, зачем бы им готовить своего товарища?

Но была и другая возможность.

Возможно, призраки уже начали чернеть, и их обычные три вида стали искаженными.

— Морские чудовища заботятся только о еде. Они не считаются пищей для морских чудовищ.

«Они», о которых говорил Остин, были призрачными НПС, такими как маленькая девочка и её опекун.

Если это так, то это объясняет, почему обе стороны смогли мирно сосуществовать на корабле.

Сюй Цзыюэ спросил:

— Значит, призраки не убьют морских чудовищ? Как тот, которого сегодня превратили в суп...? — и вполне вероятно, что это была не первая чаша У Вэньшаня, но он, похоже, этого не заметил.

Таким образом, это означало, что НПС-хранитель, скорее всего, убил бы не одного морского монстра.

— Между морскими чудовищами нет солидарности, и они не работают в группах. Они знают только, что нужно следовать за своим лидером, который приведет их к источникам пищи. Старых морских чудовищ довольно легко поймать... — затем Остин поднял глаза, — Хочешь попробовать?

— Нет, нет, нет, нет. В этом нет необходимости. — Сюй Цзыюэ больше не спрашивал, опасаясь, что Остин вдруг захочет реализовать эту свою идею.

И вот Сюй Цзыюэ предложил:

— Я увидел его и теперь понимаю. Может, нам стоит вернуться?

Остин искоса взглянул на Сюй Цзыюэ и, наконец, кивнул. Он согласился с предложением Сюй Цзыюэ вернуться.

Сюй Цзыюэ вспомнил слова гида и почувствовал, что это ловушка. Что значит «не злить иностранных туристов»? Пока вы злите НПС на этом корабле, вы умираете ужасной смертью.

Вернувшись в комнату, Сюй Цзыюэ и Остину больше нечего было делать... Точнее, у Сюй Цзыюэ не было особых дел. Остин просто тихо сидел в стороне и читал свою книгу.

Сюй Цзыюэ было скучно.

Поскольку Остин не обращал на него внимания, Сюй Цзыюэ выбросил из головы всё, что произошло на палубе и в лифте. Поскольку Остин, казалось, не сердился, Сюй Цзыюэ не хотел снова поднимать эту тему.

Что касается Остина, то, поскольку Сюй Цзыюэ знал о его хвосте, он просто спокойно сидел на своей кровати, только часть которой была покрыта одеялом.

Сюй Цзыюэ осторожно опирался на край кровати Остина и слегка тыкал пальцем в кончик хвоста Остина или нежно поглаживал его. Остин даже не поднял головы, когда тот проделывал эти легкие действия.

Через некоторое время Сюй Цзыюэ лег на талию Остина и медленно приподнялся, пока его голова не просунулась между руками Остина, которые держали обе стороны его книги.

Остин опустил глаза и поднял книгу, которую держал в руках. Его глаза всё ещё были прикованы к тексту в книге.

Остин перевернул страницу:

— Что ты делаешь?

— Скучно... — Сюй Цзыюэ потерся головой о подбородок Остина, — Почему бы тебе не почитать для меня?

Книга Остина была написана на английском языке. Сюй Цзыюэ иногда мог распознать некоторые слова, но понять предложения было невозможно, особенно из-за того, что использовалось много сложных слов.

Остин взглянул на Сюй Цзыюэ и закрыл книгу:

— Эта книга тебе не подходит. Мы найдем что-нибудь другое.

Сюй Цзыюэ посмотрел на обложку... Он не понимал.

Сюй Цзыюэ спросил:

— Все ли книги в библиотеке написаны на иностранных языках?

Остин положил книгу на прикроватный столик и сказал:

— Есть книги из всех стран.

Тогда Чжан Чжан, должно быть, удивительный. Он действительно прочитал их все?

Сюй Цзыюэ на мгновение испытал благоговейный трепет.

— У тебя есть подходящая для меня книга?

— Нет.

Сюй Цзыюэ был смущен:

— Тогда...

— Я попрошу их прислать одну.

В ожидании отправки книги Сюй Цзыюэ воспользовался возможностью забраться на кровать, уткнуться носом в руки Остина и обхватить его за талию...

Остин позволил Сюй Цзыюэ делать всё, что ему заблагорассудится, но затем заметил, что Сюй Цзыюэ продолжает двигаться, продолжает менять своё положение...

Остин надавил на Сюй Цзыюэ и спросил:

— Что ты делаешь?

Сюй Цзыюэ смутился:

— Ноги не очень удобные... — у нормальных людей было бы две ноги. Если он обхватит Остина ногой, то сможет удобно лежать.

Но у Остина был рыбий хвост... Если Сюй Цзыюэ хотел лечь поудобнее, он мог только зажать весь рыбий хвост Остина своими ногами.

Но в таком случае... Сюй Цзыюэ вспомнил реакцию Остина, когда он прикоснулся к нему на днях.

Он не мог этого вынести!

Остин слегка нахмурил брови и некоторое время терпел, пока Сюй Цзыюэ продолжал двигать ногами, прежде чем, наконец, протянул руку и подавил его действия. Тихим голосом он строго сказал:

— Не двигайся.

Сюй Цзыюэ ответил тихим, жалобным голосом:

— О...

И вот Сюй Цзыюэ был вынужден лечь на спину рядом с Остином. Не в силах ни обнять, ни прикоснуться, он мог только неподвижно смотреть в потолок...

Пока они ждали, когда принесут книгу, Остин прислонился к изголовью кровати и закрыл глаза. Что касается Сюй Цзыюэ, которому было скучно, теплый солнечный свет, проникающий в комнату, постепенно заставил его почувствовать сонливость. Не прошло и трех минут, как он заснул.

Когда дверь приоткрылась, Остин открыл глаза. Человек, доставивший книгу, оставил её и ушел так же тихо, как и пришел. Он даже предусмотрительно закрыл за собой дверь.

Остин взглянул на человека, лежащего рядом с ним, и положил книгу на прикроватный столик.

Пока Сюй Цзыюэ спал, он подсознательно пытался найти одеяло, чтобы обнять его, но без одеяла он мог только обхватить руками талию Остина и обхватить ногой хвост Остина.

Остин: «...»

Он поднял руку и ущипнул спящего за щеку. Последний сморщил нос и ещё глубже зарылся лицом в грудь первого.

*  *  *  *  *

Когда Сюй Цзыюэ проснулся, он обнаружил, что обнимает рулон одеял, а его тело занимает большую часть кровати Остина. Остин, напротив, сидел за кофейным столиком неподалеку, небрежно попивая чай и читая книгу. Сюй Цзыюэ сел и увидел, что небо снаружи уже потемнело.

Сюй Цзыюэ протер глаза и спросил:

— Как я заснул? — из-за этого он пропустил возможность, чтобы Остин почитал ему.

— Ты должен спросить себя об этом. — Остин протянул письмо, лежавшее на кофейном столике. — Это твоё.

Сюй Цзыюэ встал с кровати и получил письмо. Конверт был бежевого цвета, а письмо было запечатано восковой печатью с гербом Вестминстеров.

Сюй Цзыюэ не сразу открыл его. Увидев печать, он поднял глаза на Остина и взволнованно спросил:

— Письмо от тебя?

Некоторые вещи может быть трудно сказать лично, но письмо — это совсем другое дело... Сюй Цзыюэ даже чувствовал, как клетки его тела подпрыгивают от возбуждения.

Остин взял свой чай, осторожно сделал глоток и улыбнулся:

— Ты слишком много думаешь.

— Хах? Тогда это...

Остин поднял подбородок:

— Сначала взгляни.

Сюй Цзыюэ открыл письмо, чувствуя себя немного разочарованным и немного смущенным.

Содержание письма было таким:

«Уважаемый господин Сюй,

Как прошел ваш роскошный круиз? Через три дня в 8 вечера наш тур встретит несколько высоких приливов с роскошным банкетом, мы надеемся, что вы сможете заглянуть.

Ваше любимое туристическое агентство.»

— Так почему же туристическое агентство использует вашу семейную эмблему? — Сюй Цзыюэ посмотрел на Остина в замешательстве, а затем протянул письмо мужчине, — Это не от тебя?

Остин забрал письмо обратно и отрицал это:

— У меня нет времени, чтобы делать это. Что касается туристического агентства... — Остин улыбнулся, — Это просто канал транспортировки продуктов питания. Ты что, забыл?

С напоминанием Остина Сюй Цзыюэ, наконец, вспомнил, что цель тура состояла в том, чтобы пополнить ими источник пищи морских монстров...

— Я бы забыл, если бы ты не упомянул об этом. Это туристическое агентство не было чем-то, что ты организовал?

Остин пожал плечами:

— Я не лгу тебе. До твоего появления я всегда оставался в своей комнате. Туристическое агентство — это то, о чем подумали сами морские монстры. В конце концов, у них на уме только еда.

Остин вел себя так, как будто это действительно не имело к нему никакого отношения, но Сюй Цзыюэ знал, что это «ничего» не было полностью ничем. Если бы Остин вмешался, это было бы очень легко, и на этом корабле ничего бы не случилось.

Но Остин этого не сделал.

Конечно, это несправедливо по отношению к Остину, если вы так выразитесь.

Они подчинялись приказам Остина, но Сюй Цзыюэ не знал, действительно ли Остин готов принять их в качестве своих подчиненных.

Хотел ли он быть их лидером?

Короче говоря, это дело было очень сложным. Даже если Сюй Цзыюэ ломал голову, он не мог придумать хорошего способа решить эту проблему.

Остин прочитал приглашение и вдруг сказал:

— До того, как круизное судно затонуло, круиз также проводил банкет каждый месяц. Интересно, будут ли они проводить его в то же время, что и раньше?

Сюй Цзыюэ посмотрел на Остина и вздохнул:

— Надеюсь, ничего не случится.

*  *  *  *  *

В течение следующих трех дней Сюй Цзыюэ и Остин постоянно были вместе, и карточка, висевшая у него на шее, вскоре была заполнена всеми двадцатью печатями.

Сюй Цзыюэ спросил Остина, что это за специальный приз, и тот небрежно сказал ему, что он будет сопровождать его всю жизнь.

Сюй Цзыюэ чувствовал, что приз был неплохим, но так как это было то, что Остин планировал изначально, Сюй Цзыюэ чувствовал себя немного обманутым.

На банкете в тот вечер Сюй Цзыюэ продолжал приставать к Остину, требуя компенсации.

Это был первый раз, когда Сюй Цзыюэ надел костюм. По сравнению со свободной повседневной одеждой, к которой он привык, костюм показался ему слишком тесным.

Но... Выглядит неплохо.

Сюй Цзыюэ подтолкнул Остина в бальный зал, который уже был заполнен довольно большим количеством людей, но с одного взгляда он увидел, что игроков было немного.

Как таковые, эти зеленые символы были особенно заметны в экстравагантном бальном зале.

Сюй Цзыюэ узнал нескольких игроков, и было также несколько, которых он не узнал. Всего их было не более тридцати.

На данный момент они прошли только половину 30-дневного срока.

Сюй Цзыюэ мог видеть среди игроков У Вэньшаня, Чжан Чжана, а также мисс белый лотос и её группу. Включая его, они уже составляли почти треть оставшихся игроков.

Для Сюй Цзыюэ У Вэньшань выглядел совсем по-другому.

На нем был черный костюм, застегнутый до самого верха, кожаные перчатки на обеих руках и черная шляпа в британском стиле. Если бы он не смотрел в его сторону, Сюй Цзыюэ не смог бы разглядеть его лицо под шляпой.

На подбородке У Вэньшаня уже появились признаки роста чешуи, но так как его лицо было скрыто в тени, Сюй Цзыюэ не мог быть уверен. По тому, как он был одет, было ясно, что он не в лучшем состоянии.

Под пристальным взглядом У Вэньшаня, который выглядел так, Сюй Цзыюэ почувствовал, как по его рукам побежали мурашки.

В конце концов, глаза У Вэньшаня были слишком страшными. Сюй Цзыюэ попытался посмотреть ему в глаза в течение двух секунд, но не смог удержаться, отвел глаза и сделал вид, что разговаривает с Остином.

Глаза У Вэньшаня в этот момент были полны безумия. Но это было не просто безумие; казалось, у него всё ещё оставалась какая-то причина. Именно эта оставшаяся причина заставила его взглянуть на Сюй Цзыюэ глазами, которые, казалось, взывали о помощи, но в то же время, казалось, несли ненависть и злобу.

Но он не пытался приблизиться к ним.

Сюй Цзыюэ знал, что У Вэньшань боится Остина.

Остин взглянул на У Вэньшаня и поднял руку, чтобы коснуться запястья Сюй Цзыюэ.

Рука Сюй Цзыюэ задрожала. Он последовал за Остином, и его подвели к столу с закусками.

Сюй Цзыюэ шаг за шагом следовал за инвалидной коляской Остина и не слишком задумывался о романтических отношениях, но, когда Остин тащил его за собой и прикасался к нему, он не мог не опустошить часть своего мозга, чтобы наполнить себя сладостью.

— Ты ещё не ужинал. — Остин положил несколько закусок на тарелку и пододвинул их Сюй Цзыюэ.

— Да. — кивнул Сюй Цзыюэ и взял тарелку. Но после того, как он взял её, он заметил, что все вокруг просто стояли, держа свой напиток, только время от времени делая глоток.

— ...Если буду есть только я, это может быть не очень хорошо? — Сюй Цзыюэ посмотрел на Остина и спросил об этом. Немного подумав, он взял одну закуску и поднес к губам Остина:

— Ты должен поесть со мной!

Остин открыл рот, ничего не сказав, и положил закуску ко рту.

У Сюй Цзыюэ аппетит был больше, чем у Остина. Он бросал в рот закуски одну за другой. Поскольку это было слишком вкусно и таяло во рту, он почти проглотил их, не жуя. Сливки очень быстро заполнили его желудок до такой степени, что он почувствовал себя немного набитым.

Остин взглянул на Сюй Цзыюэ. Последний издал отрыжку от того, что ел слишком быстро.

Затем Остин потянул Сюй Цзыюэ к краю палубы, чтобы сесть, и очень естественно начал помогать массировать живот Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ покраснел. Он быстро схватил Остина за руку:

— Ч-что это?

Остин поднял глаза и сказал с намеком на улыбку в глазах:

— Чтобы помочь тебе переварить.

— О... — Сюй Цзыюэ молча кивнул, а затем принял личный массаж от Остина.

Но как только он поднял глаза и увидел У Вэньшаня, его хорошее настроение было наполовину разрушено.

Сюй Цзыюэ отказывался оглядываться на У Вэньшаня, потому что чувствовал только давление и удушье.

Он повернул голову и случайно встретился взглядом с Чжан Чжаном, который направлялся к нему.

Люди вокруг Чжан Чжана тоже изменились. Тех людей из прошлого, которые держали гида в заложниках, рядом не было.

Как будто он не видел Остина, Чжан Чжан направился прямо к Сюй Цзыюэ и сел рядом с ним. Остин также вел себя так, будто не видел Чжан Чжана, и просто продолжал массировать живот Сюй Цзыюэ в своем собственном темпе.

Ладонь, которая была помещена под пиджак, но поверх рубашки, нежно погладила его живот. Мягкое тепло от ладони Остина прошло через рубашку Сюй Цзыюэ, заставляя его сердце биться ещё быстрее.

— Мы снова встретились. — без приглашения подошел Чжан Чжан и небрежно сел рядом с ними. С широкой улыбкой на лице он помахал Сюй Цзыюэ.

— В чем дело? — Сюй Цзыюэ почувствовал легкое щекотание в животе и не смог удержаться, чтобы не бросить взгляд на Остина. Остин, однако, просто посмотрел на него с намеком на улыбку в глазах. Сюй Цзыюэ быстро повернулся, чтобы посмотреть на Чжан Чжана, чтобы дать его лицу шанс остыть.

Чжан Чжан так широко улыбался, что все его черты были сморщены. Было ясно, что он пытается произвести хорошее впечатление:

— Я здесь только для того, чтобы спросить об этом банкете. Что происходит?

Сюй Цзыюэ вздрогнул в ответ на улыбку Чжан Чжана. Он пожаловался:

— Не улыбайся так, это страшно.

Услышав это, Чжан Чжан тут же спрятал улыбку:

— Хорошо. Если ты расскажешь мне всё, что знаешь об этом банкете, я сделаю всё, что угодно.

Сюй Цзыюэ посмотрел на Остина, но тот всё ещё сидел с опущенной головой и сосредоточенно массировал живот Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ неловко почесал в затылке и с некоторым замешательством спросил Чжан Чжана:

— Что-то не так с этим банкетом?

Чжан Чжан на мгновение замер и мельком взглянул на Остина:

— Здесь неудобно разговаривать. Давай сменим место?

Сюй Цзыюэ не мог сказать, что, как бы далеко они ни зашли, Остин всё равно услышит, и он также не был уверен в том, что Остин уже знал, что этот мир — игровой мир для Чжан Чжана.

Но в этот момент Остин просто случайно убрал руку и посмотрел на Сюй Цзыюэ с пониманием:

— Я пойду принесу немного еды. Вы двое можете поболтать. — сказав это, он сам толкнул своё инвалидное кресло и смешался с толпой.

Чжан Чжан наблюдал за уходящей фигурой Остина и сказал:

— Этот НПС очень умен.

Сюй Цзыюэ молча посмотрел на Чжан Чжана. Его настроение было сложным.

Сюй Цзыюэ спросил:

— Что ты собирался сказать?

— Такой банкет, похоже, является ключом к развитию сюжетной линии игры. Тебе не кажется, что что-то случится? Иначе зачем бы все собрались здесь? — Чжан Чжан собирался похлопать Сюй Цзыюэ по плечу, но когда он вспомнил, что с ним был НПС, он убрал руку, — У тебя не так много опыта, но я могу сказать, как человек, у которого больше опыта, что что-то произойдет. Теперь, когда я говорю тебе это, ты тоже должен дать мне что-то взамен, верно?

— Взамен?

— Он что-нибудь говорил о банкете? — «он», о котором говорил Чжан Чжан, мог быть только Остином.

Сюй Цзыюэ покачал головой с пустым взглядом:

— Нет.

Чжан Чжан нахмурился и задумался. Он пробормотал себе под нос:

— Неужели я ошибся?

— Также возможно, что он намеренно не говорит мне. — даже Сюй Цзыюэ начал думать, что что-то может случиться.

Чжан Чжан увидел неуверенный взгляд Сюй Цзыюэ и кивнул:

— Это правда. Учитывая твою наивность, этот НПС, вероятно, что-то скрывает от тебя. Но не волнуйся, даже если это так, твоя безопасность не является проблемой. Если он солгал тебе, значит, он солгал тебе. Только не пытайся разоблачить его, иначе ты можешь разозлить его и в конечном итоге умереть.

Губы Сюй Цзыюэ дернулись:

— С твоими словами это действительно звучит правдоподобно. — но Сюй Цзыюэ действительно находил Чжан Чжана довольно удивительным.

Потому что слова Чжан Чжана были точными.

Остин не собирался позволять Сюй Цзыюэ узнать о его личности. Это был Сюй Цзыюэ, который подошел, чтобы спросить.

Но... с точки зрения последствий, Чжан Чжан ошибался. Он всё ещё был жив и здоров.

Чжан Чжан махнул рукой:

— Даже я иногда думаю, что я слишком умен. Нет нужды в похвалах.

Сюй Цзыюэ: «...» Он чувствовал, что они с Чжан Чжаном говорят не об одном и том же.

Настроение Чжан Чжана очень быстро изменилось. Он вдруг глубоко вздохнул:

— Я не знаю, что произойдет на банкете, но ты должен быть осторожен. Если ты что-нибудь узнаешь... Я надеюсь, ты сможешь мне сказать. Я также расскажу тебе о своем опыте, или мы можем считать его залогом, и я обязательно расскажу тебе первым, если что-нибудь узнаю позже. В конце концов, честность очень важна при ведении бизнеса.

Голова Сюй Цзыюэ была заполнена вопросительными знаками. Когда Чжан Чжан начал заниматься бизнесом?

Такой человек, как Чжан Чжан... Сюй Цзыюэ действительно не мог понять его характер и то, как он работал.

Однако Сюй Цзыюэ действительно чувствовал, что Чжан Чжан очень умен, поэтому он в основном верил его словам.

Когда Остин вернулся с пустыми руками, Сюй Цзыюэ спросил:

— Разве ты не ходил за едой?

— Ты всё ещё можешь есть?

Сюй Цзыюэ покачал головой:

— Я сыт. — затем он смущенно улыбнулся, — Но я немного хочу пить.

Остин махнул рукой, подзывая официанта. Он взял бокал вина и протянул его Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ принял его, но...

— Я никогда раньше не пил алкоголь... — Сюй Цзыюэ нерешительно посмотрел на темно-красное вино в бокале.

Остин приподнял уголок губ:

— Не волнуйся. От красного вина ты не опьянеешь.

Сюй Цзыюэ всё ещё был немного скептичен, но так как Остин сказал, что всё в порядке... Не говоря уже о том, что на банкете не было других напитков...

Он не знал, было ли это что-то, что Остин сделал намеренно, но всякий раз, когда Сюй Цзыюэ допивал свой напиток, официант подходил и снова наполнял его красным вином.

Сюй Цзыюэ ясно видел, как они сначала спрашивали других, прежде чем налить вино, но они не спрашивали его!

Чем больше Сюй Цзыюэ пил, тем краснее становилось его лицо. Его разум всё ещё был ясен, но он чувствовал легкую пульсацию в висках.

Весь в запахе алкоголя, он прижался к Остину. Наклонившись к нему и положив руку ему на плечо, он прошептал:

— Остин, что-то произойдет на банкете? — затем Сюй Цзыюэ повернулся и посмотрел на главную сцену, — Если нет, то почему никто ещё ничего не сказал? Для чего этот банкет? Неужели нет хозяина?

Остин просто улыбнулся и поднял голову, чтобы запечатлеть легкий поцелуй на глазу Сюй Цзыюэ. Он мягко сказал:

— Сейчас начнется.

Сюй Цзыюэ несколько раз моргнул. Его сердце, которое первоначально колотилось от алкоголя, теперь колотилось по другой причине.

Сюй Цзыюэ подумал об этом. Поскольку его отношения с Остином уже были подтверждены, ему не нужно было спрашивать, может ли он целоваться, и он мог просто принять меры. Более того, если бы он спросил, была бы также возможность быть отвергнутым.

И поэтому он чуть приблизил свой рот, но он был заблокирован рукой Остина.

Сюй Цзыюэ почувствовал себя обиженным:

— Почему ты не позволяешь мне поцеловать тебя?

Другой рукой он прикрыл глаза Сюй Цзыюэ, а затем раскрыл ладонь, закрывавшую рот Сюй Цзыюэ, и взял инициативу на себя, чтобы поцеловать его.

В тот момент, когда их губы соприкоснулись, Сюй Цзыюэ мог только чувствовать, как пульсируют его виски, и вся кровь в его теле прилила к голове. В его темном видении это было похоже на фейерверк. Это было великолепно и ослепительно.

Наконец он услышал голос хозяина, но этот голос звучал так, как будто он был очень далеко от него, но и очень близко.

Сюй Цзыюэ отреагировал довольно медленно. Ему потребовалось несколько секунд после того, как он услышал крики, чтобы прийти в себя и оттолкнуться от Остина.

— Добро пожаловать на Фестивальную ночь. Сегодня вечером соотечественники могут насладиться едой, которую мы приготовили. Этот банкет продлится до тех пор, пока не появятся первые лучи утреннего солнца. В течение этого времени туристы должны сделать всё возможное, чтобы сбежать, чтобы соотечественники также могли насладиться острыми ощущениями охоты на свою добычу.

— Я надеюсь, что все приятно проведут время.

— В конце концов мы станем единым целым.

Как только речь закончилась, все морские монстры, переодетые людьми, сняли с себя шкуры, обнажив свои окровавленные тела внутри. Стоя на хвостах, они медленно «выходили» из своей кожи.

Зубы во рту были исключительно острыми и окрашены темно-красной кровью, которая была либо свежей, либо высохшей.

Знакомую мисс белый лотос звали Фан Ци. В тот момент, когда ситуация на банкете изменилась, она и её спутники немедленно повернулись и побежали, но прежде чем она успела убежать слишком далеко, она поняла, что её и её спутников не преследуют, в то время как те, кто бежал быстрее их, были преследуемы морскими чудовищами.

Фан Ци внезапно подумала о НПС, который околачивался вокруг этого игрока.

Он сказал, что в течение тридцати дней они будут в безопасности.

Если это так... Фан Ци немедленно изменила направление и побежала в противоположном направлении от остальной группы.

— Фан Ци! Что ты делаешь?!

— Вернись, Фан Ци!

— Вы идите вперед! У меня есть кое-что, что я хочу подтвердить! — платье, в котором она была на банкете, было не очень удобным, поэтому она свернула его и завязала на талии, чтобы оно не мешало ей.

Эти так называемые спутники Фан Ци не смогли вовремя остановить её, поэтому они могли только сдаться и убежать.

Фан Ци уже сделала все необходимые приготовления, но она просто хотела ответить на этот вопрос, который был у неё на уме. Когда она столкнулась лицом к лицу с морским чудовищем, она сразу же остановилась на месте, и морское чудовище тоже остановилось.

Это противостояние длилось всего три секунды, но Фан Ци показалось, что прошло очень много времени.

Морское чудовище использовало свой хвост, чтобы поддерживать себя, а затем извивалось вокруг неё странным и неловким образом.

Прежде чем Фан Ци успела отпраздновать это событие, она увидела, как в поле её зрения появились два человека после того, как морское чудовище отошло в сторону.

На самом деле было не очень точно сказать, что они люди, потому что Фан Ци увидела хвост у знакомого НПС.

Но... помимо её удивления по поводу личности НПС, что ещё больше шокировало Фан Ци, так это то, что даже в такое время игрок и этот НПС на самом деле целовались!!!

* * * * *

Сюй Цзыюэ оттолкнулся от Остина, чтобы посмотреть, что случилось, но прежде чем он успел повернуть голову, его толкнули на ближайший стол.

Он был не очень большим, поэтому, когда Остин толкнул его вот так и держал за плечо, Сюй Цзыюэ оказался прижатым к стеклянной столешнице.

Эта позиция проверяла пределы гибкости Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ почувствовал, что его талия вот-вот сломается. Он пнул ногой, чтобы немного отодвинуться назад, и попытался сесть.

Но Остин встал и прижал Сюй Цзыюэ сильнее.

— Подожди, твой хвост... ммм...

Прежде чем он успел договорить, Остин закрыл ему рот.

Хотя Остин часто дразнил Сюй Цзыюэ, он никогда не брал на себя инициативу быть более близким. Он целовал Сюй Цзыюэ, как будто это было впервые.

В смущенном состоянии Сюй Цзыюэ в его голове возникло много вопросов.

Что произошло на банкете? Что случилось с остальными? Это нормально, что хвост Остина так выставлен напоказ? Все увидят этот поцелуй, это нормально? И... Почему Остин вдруг делает это?

Но у Сюй Цзыюэ не было времени разобраться в своих мыслях.

Ощущение того, что кто-то лизнул его горло, сделало Сюй Цзыюэ одновременно зависимым и испуганным. Удовольствие пронзило всё его тело, но он также не мог не задрожать от ощущения прикосновения внутри.

Когда Сюй Цзыюэ наконец смог оттолкнуть Остина, он потряс головой, чтобы избавиться от головокружения, и почувствовал легкий зуд из-за алкоголя. Он облизнул губы, обхватил голову руками и обиженно пожаловался Остину:

— У меня болит горло...

— Выпьешь? — Остин посмотрел на Сюй Цзыюэ и нашел его поступок очень забавным.

— Нет. — Сюй Цзыюэ покачал головой и чуть не свалился со стола.

К счастью, Остин вовремя поддержал Сюй Цзыюэ.

Остин посмотрел в сторону на другого человека, который отбежал назад... Фан Ци.

Он мягко спросил:

— Насмотрелась?

Всё тело Фан Ци задрожало. Она тут же покачала головой, а затем кивнула:

— Э-э... Вы двое не торопитесь. Я откланяюсь.

Остин кивнул и улыбнулся:

— Будь осторожна.

Фан Ци испуганно повернулась и пошла прочь ровными и твердыми шагами. Как только она вышла из бального зала, она вытянула ноги и убежала.

Она слишком много знала. Если она всё ещё в состоянии жить, то эта её жизнь была чем-то, чем она должна дорожить. В оставшееся время на этом корабле... Она должна использовать это как шанс отдохнуть.

С другой стороны, Сюй Цзыюэ огляделся, держась руками за голову, и увидел, что остались только он и Остин.

Остин наблюдал, как Сюй Цзыюэ медленно протрезвел, и чувствовал, что его растерянный взгляд был совершенно забавным.

Как только Остин подошел ближе, рука Сюй Цзыюэ, державшая его голову, опустилась. С пятью растопыренными пальцами, всё его лицо было закрыто — самое главное, его рот был закрыт.

— Не могу целоваться... Горло болит.

Остин рассмеялся. Он убрал руку Сюй Цзыюэ:

— Что-нибудь ещё, кроме горла?

Сюй Цзыюэ тут же упал вперед и положил голову Остину на плечо.

— ...Голова тоже болит.

Как только Остин собрался что-то сказать, снаружи послышались ужасающие крики.

Сюй Цзыюэ снова поднял голову и нахмурился:

— Что это за звук?

Остин поднял руку и прижал голову Сюй Цзыюэ обратно к своему плечу:

— Ничего.

Сюй Цзыюэ хихикнул:

— Если красавец говорит, что это ничего, значит, это ничего.

Остин: «...»

Остин откинулся на спинку кресла и накрылся одеялом. Затем он без усилий поднял Сюй Цзыюэ и заставил последнего сесть ему на хвост, так что они сидели лицом к лицу.

Сюй Цзыюэ обнял Остина за шею и смотрел на него влюбленным взглядом, пока Остин катил коляску.

Кровь и куски плоти были разбросаны по всей дорожке. Остин опустил голову Сюй Цзыюэ себе на плечо, так что тот ничего этого не заметил, когда они проходили мимо.

Когда они, наконец, добрались до комнаты Остина, он оттолкнул голову Сюй Цзыюэ и увидел, что глаза последнего были широко открыты. Ему явно больше не хотелось спать.

Но Сюй Цзыюэ, казалось, всё ещё был в оцепенении.

Остин просунул руки под мышку Сюй Цзыюэ и без усилий уложил его на кровать.

Затем он спокойно уставился на Сюй Цзыюэ, ожидая, что тот сделает что-то неожиданное.

— Я хочу пописать. — внезапно сказал Сюй Цзыюэ, который долгое время был в оцепенении.

Остин приподнял уголки губ:

— Тогда пописай.

Сюй Цзыюэ сжал ноги вместе и заерзал:

— Нужна рука, чтобы держать его...

— А как насчет твоих рук?

Сюй Цзыюэ упал обратно в постель Остина:

— Мои руки устали, и я устал... Оно вот-вот просочится.

Остин замер. Он схватил Сюй Цзыюэ за лодыжку, и выражение его лица слегка потемнело:

— Нет.

Остин стащил Сюй Цзыюэ с кровати, а затем неохотно помог Сюй Цзыюэ выйти в ванную...

Но как только он это сделал, Сюй Цзыюэ стал немного озорным и немного попал на него.

Остин воспользовался этой возможностью, чтобы также вымыть Сюй Цзыюэ.

Всё то веселье, которое было раньше, теперь исчезло.

Когда он, наконец, лег на кровать, Остин был измучен.

После долгого возни в уборной и принятия ванны Сюй Цзыюэ стал мягким и ленивым. Он изогнулся всем телом, обхватил ногами хвост Остина и лег прямо на него.

Затем тихим голосом, который отличался от того, что он слышал раньше в ванной, где он кричал, как бешеная собака: «Бой на воде!», Он схватил рубашку на груди Остина и жалобно сказал:

— Я хочу спать.

Остин вздохнул. Он ничего не мог сделать пьяному Сюй Цзыюэ. Была ли это преднамеренная провокация или угрозы, Сюй Цзыюэ не мог понять.

Остин сказал:

— Тогда спи.

Сюй Цзыюэ изо всех сил старался держать глаза открытыми и продолжал смотреть на Остина.

— Разве ты не сонный? — Остин потянул Сюй Цзыюэ за волосы, — Почему? Больше не хочется спать?

Сюй Цзыюэ продолжал смотреть на него и невинно спросил:

— Ты будешь во сне?

Остин помолчал, прежде чем ответить:

— Нет.

Когда Сюй Цзыюэ услышал ответ Остина, он закрыл глаза.

Остин протянул руку и открыл веки Сюй Цзыюэ:

— Что это? Засыпаешь так быстро, раз меня в нем нет?

Сюй Цзыюэ убрал руку Остина и посмотрел на него, как ребенок, просящий конфету. Он сказал беспомощным тоном:

— Я хочу поспешить и найти тебя во сне.

Затем Сюй Цзыюэ поднял руку, чтобы прикрыть глаза Остина:

— Поскорее засыпай.

Ресницы Остина мягко коснулись ладони Сюй Цзыюэ, и некоторое время он молчал. Когда рука Сюй Цзыюэ медленно соскользнула, Остин увидел, что Сюй Цзыюэ уже заснул.

Пьяные люди всегда легко засыпали, но они также легко просыпались посреди ночи.

Хруст съедаемых твердых предметов был одновременно неприятным для слуха и резким. Этот звук сопровождался также сильным запахом крови.

Сюй Цзыюэ брыкался ногами и пребывал в полусне.

Ему казалось, что он слышит голос Остина, но он также, казалось, не слышал его.

После этого эти ужасающие элементы исчезли.

В это время игра в резню, происходившая на круизном лайнере, достигла своего апогея.

Когда Чжан Чжан сбежал на десятый этаж, он кое-что заметил. Сюда, в комнаты, морские чудовища не приходили.

*  *  *  *  *

Рано утром те двое, которые спали, обнимая друг друга, проснулись.

Сюй Цзыюэ на самом деле не помнил, что произошло после того, как он выпил, и его голова слишком сильно пульсировала, чтобы он мог использовать свой мозг.

Но раз он смог поспать с Остином, значит, что-то случилось. Сюй Цзыюэ поменял угол шеи, чтобы полюбоваться спящим Остином, но это небольшое движение разбудило мужчину.

Сюй Цзыюэ не смог выразить, каким красивым был Остин, когда в его голове возникла сцена в ванной прошлой ночью.

Кажется, он... случайно... плеснул немного своей телесной жидкости на хвост Остина...

Сюй Цзыюэ запаниковал. Он чувствовал, что его смерть неминуема. Затем его глаза встретились с медленно открывающимися глазами Остина...

— Ты мне нравишься, Остин.

В любом случае, он должен сказать что-нибудь приятное.

Сюй Цзыюэ инстинктивно отреагировал, пытаясь спастись. Для Сюй Цзыюэ, если бы он сказал что-то приятное, это означало, что он должен похвалить внешность Остина, но в подобной ситуации это, конечно, было бы признанием!

Остину не нравился Сюй Цзыюэ, любящий его только из-за его внешности. Это было то, что Сюй Цзыюэ понял после того, как они дважды обменялись поцелуями с ним, не видя лица Остина оба раза.

Встречаться с кем-то, кому ты нравишься только из-за твоего лица — не каждый может принять что-то подобное.

Сюй Цзыюэ знал это.

Но чего он не ожидал, так это... Остин тоже был немного сбит с толку сном.

Голос Остина был хриплым. Слегка прищурив глаза, он положил руку на голову Сюй Цзыюэ и подсознательно ответил на признание Сюй Цзыюэ.

Он ответил немного бессвязно:

— Ммм... Ты мне тоже.

Сюй Цзыюэ был ошеломлен.

Как только он закончил это говорить, глаза Остина полностью открылись.

Вся сонливость, которая была раньше, исчезла. Теперь он полностью проснулся.

[Цель выполнена: Игра очищена. Вы вернетесь в системное пространство через полчаса.]

Система, которая в основном действовала только как украшение, внезапно заговорила.

Сюй Цзыюэ был ошеломлен. В сочетании с ужасной аурой Остина, Сюй Цзыюэ не осмеливался сказать ни слова.

Остин долго молчал. Всё это время он смотрел на Сюй Цзыюэ, в то время как Сюй Цзыюэ избегал его взгляда и отводил взгляд, чувствуя себя немного неловко и виновато.

Остин поднял руку и нежно погладил Сюй Цзыюэ по щеке. Его пальцы скользнули вниз и остановились на шее Сюй Цзыюэ:

— Когда ты уйдешь?

Сюй Цзыюэ нервно сглотнул. Он не посмел ничего скрыть от Остина:

— П-полчаса...

Ощущение на шее заставило Сюй Цзыюэ неконтролируемо ассоциировать его с некоторыми негативными мыслями, такими как отрезать её, отрезать и отрезать...

К счастью, своевременный стук в дверь прервал опасные мысли Остина.

— Я открою дверь! — Сюй Цзыюэ неуклюже выбрался из кровати и босиком побежал открывать дверь.

Чжан Чжан, который увидел, как Сюй Цзыюэ открыл дверь, не удивился.

Он даже не заглянул в комнату и вежливо посмотрел только на человека перед ним. Он сказал:

— Я знал, что ты будешь здесь, если тебя не будет в твоей комнате.

Сюй Цзыюэ почувствовал облегчение, когда увидел Чжан Чжана. Прежде чем открыть дверь, он немного волновался, что его убьют, как только он откроет дверь.

Например, дверной молоток, который потерял половину своего тела и стучал в дверь без пальцев... Но что-то подобное не должно происходить у двери Остина.

Память Сюй Цзыюэ о прошлой ночи медленно возвращалась. Это включало в себя тот факт, что прошлая ночь, скорее всего, была ночью резни.

Но Чжан Чжану, стоящему перед ним без каких-либо травм, похоже, удалось выжить.

— В чем дело? — Сюй Цзыюэ на самом деле чувствовал себя немного противоречиво. Эти оставшиеся полчаса следовало бы провести с Остином, но если бы Чжан Чжан не прервал и не нарушил напряженное настроение, Сюй Цзыюэ почувствовал, что, возможно, уже бы потерял голову.

— О, ничего особенного. Просто пришел поблагодарить тебя. — сказал Чжан Чжан, — У меня нет ничего, что я мог бы дать взамен, поэтому я могу только поблагодарить тебя.

Сюй Цзыюэ был смущен:

— Спасибо?

Чжан Чжан вздохнул. Он покачал головой и похлопал Сюй Цзыюэ по плечу:

— Ничего страшного. Я сейчас уйду. Я буду рассчитывать на тебя в течение следующей половины месяца.

Губы Сюй Цзыюэ дернулись. Он не знал, что сказать. Вероятно, через полчаса его уже не будет на корабле, не говоря уже о полумесяце.

Но он не мог объяснить, и не может объяснить.

Поблагодарив, Чжан Чжан ушел. Сюй Цзыюэ закрыл дверь и собрался с духом, прежде чем снова повернуться лицом к Остину.

Но как только он увидел лицо Остина, настроение Сюй Цзыюэ упало.

И всё из-за этого его дешевого рта...

Остин не позволил ему уйти, поэтому Сюй Цзыюэ уже приготовился остаться, но теперь, когда ему вдруг пришлось это сделать... Он чувствовал себя очень неуютно.

Он также не мог не думать глубже.

Нежелание Остина отпускать его, а также его реакция только что... Это должно означать, что он что-то чувствовал к Сюй Цзыюэ, но теперь он собирался оставить его...

Думая, что Остину будет грустно, Сюй Цзыюэ расстроился ещё больше.

Если Остин покажет ему грустное и обиженное выражение лица, Сюй Цзыюэ, вероятно, не сможет устоять.

Остин сел и посмотрел на Сюй Цзыюэ с улыбкой:

— Скажи, если ты умрешь здесь, что произойдет?

— Уйду... — Сюй Цзыюэ покачал головой, — Я не стану призраком в этом мире... После того, как я умру, я продолжу жить в следующем мире.

Остин махнул рукой, и Сюй Цзыюэ поспешил к нему.

Когда Сюй Цзыюэ присел на корточки у кровати и Остин погладил его по «собачьей голове», ему захотелось заплакать и избавиться от этой своей болезни.

— Похоже, я ничего не могу сделать...

Остин посмотрел на Сюй Цзыюэ, который сидел на корточках босиком возле его кровати. У последнего голова была опущена, что позволяло Остину видеть только завитки его волос. Когда Остин нежно погладил волосы Сюй Цзыюэ, в его голове пронеслись бесчисленные мысли, но в конце концов он просто промолчал.

Время тянулось медленно. Сюй Цзыюэ почувствовал легкую панику. Он поднял голову, чтобы спокойно взглянуть на Остина, но увидел, что тот тоже смотрит на него.

— Прости...

— За что ты извиняешься?

— Потому что я огорчил тебя... — Сюй Цзыюэ осторожно поднял руку и потянулся, чтобы взять Остина за руку. Затем он вцепился в палец Остина...

Остин улыбнулся:

— Всё в порядке. Я найду способ.

Если это игра, то он помешает игре функционировать должным образом. Что касается игрушки, которая скоро сбежит, он найдет способ вернуть её обратно.

Остин коснулся щеки Сюй Цзыюэ и мягко заговорил, но эти слова, которые он произнес, заставили Сюй Цзыюэ задрожать.

— Ты оставишь меня на время. В течение этого времени делай всё возможное, чтобы захватить свои цели. Возможно, в другом мире... мы ещё встретимся. Я не хочу ждать слишком долго.

Сюй Цзыюэ открыл рот, но не смог ничего сказать.

Неужели он позволил ему захватить других людей, чтобы они могли быстро встретиться снова? Почему он был так уверен, что они встретятся снова? Возможно, это было как-то связано с уверенностью босса и его ошеломляющей аурой, но почему Остину было хорошо носить зеленую шляпу*, чтобы быть с ним?

П/п: быть парой изменщика, терпеть измены.

Такая любовь... не слишком ли она бескорыстна?!

Сюй Цзыюэ недоверчиво посмотрел на Остина.

— Хотя я не знаю, о чем ты думаешь, я уверен, что ты думаешь не о том. — Остин щелкнул Сюй Цзыюэ по лбу.

Поскольку он знал правду о мире, и единственное, что его интересовало — это уход, он не мог продолжать жить так, как жил до этого...

Сюй Цзыюэ был частью причины, но он был не единственной причиной.

Си Цзыюэ схватился за лоб и, прежде чем успел издать стон, вернулся в так называемое системное пространство.

Система сказала:

[Поздравляю хоста с успешной зачисткой мира «Роскошный круиз».]

[Копия CG была сохранена. Вы также были вознаграждены специальным сюжетом CG.]

Сюй Цзыюэ ещё не успел приспособиться к этой внезапной перемене.

Он почесал в затылке и всё ещё был в оцепенении.

Ему потребовалось некоторое время, чтобы осознать, что он действительно больше не на круизном лайнере. Он больше не чувствовал запаха моря.

— Я больше не увижу Остина?

[В каждой игре есть уникальные области и повторяющиеся области. То же самое относится и к НПС. При извлечении игровых данных миров, которые уже были зачищены, не будут включены в библиотеку игр хоста.]

Сюй Цзыюэ не понял первой половины, но он понял вторую.

Сюй Цзыюэ изначально планировал успокоиться в системном пространстве на некоторое время, прежде чем войти в следующий мир, но система была слишком тихой. Слишком тихой до такой степени, что это было почти немного страшно...

— Специальный сюжет, о котором ты упомянула... — Сюй Цзыюэ вспомнил кровавую фотографию Сунь Мо. Он ещё не высказал своих сомнений, но система подумала, что Сюй Цзыюэ хочет увидеть CG, поэтому немедленно вытащила его.

Это была фотография очень несчастного и избитого человека, но, несмотря на это, благородная аура, которую он излучал, не могла быть скрыта.

Человек в CG действительно был Остином. У него была пара ног, как у всех, и владелец этих ног стоял на коленях в незнакомом месте, отрезая кинжалом плоть от стены... и засовывая её себе в рот.

Тело Остина было покрыто слизью, кровью и кусками плоти, и рядом с ним было много полурасплавленных тел с отсутствующими частями тел.

Похоже, они были пищей, наполовину переваренной в кишечнике монстра...

Остин ранее рассказал Сюй Цзыюэ, что он ел плоть морского монстра...

— Так, что здесь произошло? — Сюй Цзыюэ мог только попросить систему дать ответы.

[Не хотели бы вы проверить историю разблокированной игры? Примечание: Предысторию игры можно проверить только после завершения игрового мира.]

— Да.

На самом деле, это было не очень сложно.

Причиной всего была просто попытка морского чудовища мигрировать. Мигрируя, они учуяли запах пищи, поэтому большая группа морских чудовищ врезалась в круизный лайнер «Вестминстер», в результате чего он сломался и опрокинулся.

Предводитель морских чудовищ был очень велик. Вместе с обломками корабля он поглотил павших людей. Оставшаяся «еда» была разделена между другими морскими чудовищами.

Морским чудовищам не нужно было жевать, так как их желудок переваривал пищу за них, но в этот момент появился Остин.

Он был проглочен морским чудовищем и, сопровождая мучительной болью, его ноги были расплавлены.

К счастью... что-то изменилось.

Он сменил предыдущего лидера и стал новым лидером морских монстров. В то же самое время над ними появился призрачный круизный лайнер.

Что касается того, что произошло потом, Сюй Цзыюэ даже не нужно было думать, чтобы узнать...

Итак, Остин тоже был человеком, но после «перерождения» он больше не принадлежал ни к одной из этих двух групп.

Он не был морским чудовищем; он не был призраком, и он также не был человеком.

Вот почему он не собирался вмешиваться в их дела и просто сидел в своей комнате и читал. Это продолжалось до тех пор, пока не появился Сюй Цзыюэ.

Когда Сюй Цзыюэ переварил всю информацию, он почувствовал себя немного неловко.

И абсолютная тишина в системном пространстве заставляла его чувствовать себя ещё более неуютно.

Система спросила:

[Вы хотите начать следующую игру?]

Арка 3. Деревня гуманоидов

Арка 3. Деревня гуманоидов.

Система спросила:

[Вы хотите начать следующую игру?]

Не имея других вариантов, Сюй Цзыюэ решил начать игру:

— Ладно.

[Выбор игры. Деревня гуманоидов: Простая сложность.]

Как только он закончил говорить, Сюй Цзыюэ потерял сознание и обнаружил, что сидит в шатком автобусе.

Система говорила:

[В этой игре шесть игроков. Помимо этих игроков, все куклы в деревне гуманоидов квалифицируются как потенциальные цели.]

Гуманоид? Сюй Цзыюэ был потрясен. Почему на этот раз мир прямо сказал ему, что его целью не будет человек?

Он сидел, поэтому встал, чтобы оглядеться. У трех других мужчин и двух других женщин была такая же реакция. В автобусе, вмещавшем почти тридцать человек, ехали только Сюй Цзыюэ, остальные пять игроков и водитель.

По сравнению с большой толпой на круизном лайнере, количество игроков на этот раз было меньше. Если Сюй Цзыюэ не будет осторожен, он легко может выдать себя...

И среди них, похоже, была девушка, которая выглядела как новичок. Она огляделась вокруг со страхом и тревогой, но в ней также был небольшой намек на любопытство и интерес.

Лес по обе стороны автобуса был заполнен туманом, а небо над ним было темным и мрачным. Из-за этого этот мир казался особенно скучным.

Сюй Цзыюэ не осмеливался действовать слишком опрометчиво. У него были некоторые предположения о том, куда, скорее всего, направляется автобус, но он был очень незнаком с этим миром. Единственное, что он знал — это его название и его сложность.

Для остальных пяти игроков всё может быть по-другому.

В конце концов, аккуратно одетый и обычный невыразительный игрок собрал всех вместе.

Он заставил игроков, разбросанных по автобусу, сесть вместе и начал говорить:

— Давайте сначала представимся и познакомимся друг с другом? В этом мире есть только мы, и действовать в одиночку небезопасно, поэтому мы должны помогать друг другу, когда можем.

Этот человек продолжал:

— Я начну первым. Меня зовут Янь Ши. Я прошел три игры, так что у меня достаточно опыта. — после этого он посмотрел на молодого человека с очень загорелой кожей, чтобы дать ему знак продолжать.

— Меня зовут Лу Сюян. Я только что закончил свою вторую игру. — парень, которому на вид было лет девятнадцать-двадцать, не выказывал никаких особых эмоций и просто продолжал смотреть на двух присутствующих девушек.

— Меня зовут Ху Бэйцзя. Я зачистила два мира. — заговорила одна из двух девушек. Она выглядела изящной и элегантной, и у неё был спокойный темперамент. Она не казалась удивленной их нынешней ситуацией и даже проигнорировала взгляд Лу Сюяна, который постоянно блуждал по её груди.

Сразу же после её представления другая девушка также заговорила:

— Меня зовут Тан Юньюнь... Это мой первый раз.

Эта женщина была похожа на мисс белый лотос с круизного лайнера; они обе принадлежали к слабому и хрупкому типу, который нуждался в защите. Но для мисс белый лотос это был просто спектакль. Что касается человека, стоявшего перед ним... Сюй Цзыюэ не был уверен.

А потом настала очередь Сюй Цзыюэ. Как и все остальные, Сюй Цзыюэ просто назвал своё имя и количество игр, которые он прошел.

Последнего человека звали Гуань Чэнцзе, и он провел только одну игру. Из шестерых, находившихся там, только он безостановочно ерзал, постоянно оглядываясь по сторонам. Он выглядел как человек, который никак не может успокоиться.

Сюй Цзыюэ держал рот закрытым и изо всех сил старался говорить как можно меньше. Хотя сложность этого мира проста, в этом мире было меньше игроков по сравнению с двумя предыдущими. Если бы он вел себя иначе, его легко заподозрили бы.

Хотя прямо сейчас остальные пять игроков казались нормальными и не выглядели слишком сумасшедшими или невротичными... Сюй Цзыюэ, который уже сталкивался с существованием, подобным У Вэньшаню, не ослабил бы свою бдительность.

Более того, ему всё ещё приходилось полагаться на этих игроков, чтобы понять ситуацию в этом мире.

Долгое время автобус сворачивал и петлял по горной дороге, не показывая никаких признаков остановки.

Янь Ши сказал:

— Кажется, я самый опытный. Я хочу временно организовать всех и распределить некоторые задачи. Конечно, если вы недовольны этим или считаете, что можете сделать лучше меня, я с удовольствием выслушаю вас.

У остальных не было никакого мнения. Даже если бы у кого-то была другая мысль в голове, они не озвучили бы её так легко, пока не выяснили личность и способности Янь Ши.

За исключением Тан Юньюнь, все остальные присутствующие уже имеют опыт, и поэтому у них также будут свои собственные мысли и идеи. Если Янь Ши действительно примет неуместное решение, никто его не послушает.

И что Сюй Цзыюэ сейчас было нужно, так это чтобы они поговорили, чтобы он мог получить дополнительную информацию.

Янь Ши сначала посмотрел на Тан Юньюнь и спросил:

— Поскольку ты новичок, тебе следует уделять больше внимания всему. Ты читала руководство для новичка?

Тан Юньюнь кивнула и прикусила нижнюю губу:

— Это место опасно? Я... немного напугана.

Янь Ши не ответил на вопрос Тан Юньюнь. Спрашивая, опасно ли это место... Ответ был уже очевиден.

— Если вы работаете в одиночку или держите информацию при себе, не делясь ею, вам придется самому нести ответственность за последствия. Не ждите, что другие спасут вас, когда вы в этом нуждаетесь, потому что всем и так достаточно трудно сохранить себе жизнь. — когда Янь Ши закончил говорить, Тан Юньюнь посмотрела на остальных четырех игроков.

Ху Бэйцзя, которая также является девушкой, просто проигнорировала это и продолжала смотреть на Янь Ши, ожидая, что он продолжит. «Встревоженный» человек Гуань Чэнцзе продолжал оглядываться по сторонам. Он широко улыбнулся Тан Юньюнь и больше не смотрел на неё. Лу Сюян несколько раз взглянул на Тан Юньюнь, но, похоже, у него не было никакого намерения помогать.

Что касается Сюй Цзыюэ, он сразу же отвернулся. Как бы Тан Юньюнь ни смотрела на него, он не отвечал на её взгляд.

Янь Ши поправил очки и сказал:

— Давайте сначала проанализируем ситуацию. В этом мире миссия состоит в том, чтобы выжить в течение полумесяца. Нам не нужно ничего искать или делать, то есть просто выжить будет трудно.

Янь Ши спросил:

— Что касается местоположения деревни гуманоидов, у вас, ребята, есть какие-нибудь мысли?

Ху Бэйцзя заговорила первой:

— Я кое-что знаю о слове «гуманоид». В общем — это какая-нибудь модель, похожая на человека.

— Разве это не кукла? — Гуань Чэнцзе в замешательстве почесал в затылке, — Ты всё слишком усложняешь.

Ху Бэйцзя взглянула на Гуань Чэнцзе и кивнула:

— Куклы — тоже верный ответ.

— Тогда, если вы переведете «деревню гуманоидов»... получится «деревня кукол»? — Лу Сюян нахмурился. Первое, что пришло ему на ум, были куклы Барби, которые он видел в магазинах. Он не был очень хорошо знаком с гуманоидами, и он мало что видел в своей жизни.

Янь Ши кивнул, а затем посмотрел на Сюй Цзыюэ:

— А как насчет тебя? У тебя есть какие-нибудь мысли? — он не спросил Тан Юньюнь, потому что она не выглядела так, как будто сказала бы что-то полезное.

— Ах... У меня нет никаких мыслей. Просто интересно, как долго ещё будет ехать этот автобус...

Янь Ши взглянул в правый нижний угол своего поля зрения и ответил:

— 15-дневный обратный отсчет ещё не начался. Сейчас мы должны быть в безопасности. Что касается того, когда автобус остановится... Поездка не должна быть слишком долгой.

— Я бы предпочел, чтобы он ехал немного дольше. — Лу Сюян покачал головой и потянулся, — Как только мы доберемся туда, мы больше не сможем расслабиться.

Из четырех игроков мужского пола Лу Сюян был более красивым. В сочетании с его загорелой кожей и крепким телом, он, вероятно, сможет довольно хорошо бежать при побеге. Поэтому Тан Юньюнь время от времени поглядывала на него, втайне надеясь, что он сможет взять её с собой.

Но все присутствующие не были святыми. Хотя они пережили предыдущий мир, и хотя они всё ещё могут сохранять некоторое сострадание и помогать другим, если их безопасность гарантирована. Но если это не так... тогда это была другая ситуация.

Они были свидетелями того, как множество людей теряли свои жизни, пытаясь помочь другим.

И были даже люди, которые не выказывали благодарности, несмотря на то, что были спасены.

Лу Сюян не мог вынести полных надежды взглядов Тан Юньюнь, поэтому он сказал:

— Хаа... Этот мир очень странный. В прошлом мире я был явно в своем первоначальном 30-40-летнем облике, но этот мир насильственно сделал меня моложе. — он наклонился ближе к своему отражению в окне, — Должен сказать, я неплохо выгляжу в свои 20 лет.

Ху Бэйцзя кивнула:

— Это правда. С таким молодым телом, как это, я смогу бегать быстрее.

Тан Юньюнь не могла скрыть своих эмоций в глазах. Она смотрела на них с удивлением и некоторым отвращением, как будто чувствовала, что все они старички.

Гуань Чэнцзе рассмеялся:

— Я не изменился. Вероятно, это потому, что я исходно в нужном возрасте.

— Вероятно, это было сделано для того, чтобы мы могли соответствовать нашим личностям. В предыстории говорилось, что мы — мятежные студенты, посланные сюда нашими родителями, чтобы получить некоторый жизненный опыт. — Янь Ши вытащил рюкзак рядом с собой, — Я только что просмотрел его. В моей сумке есть всё необходимое.

Сюй Цзыюэ скопировал остальных и схватил свой рюкзак.

В сумке была кое-какая одежда, телефон и зарядное устройство, немного денег, семейная фотография, а также несколько закусок.

Вот и всё.

То же самое было и у остальных пятерых.

Гуань Чэнцзе сказал:

— Даже если мы попытаемся проанализировать ситуацию, мы ничего не выясним. Почему бы нам не...

— Подожди... в телефоне что-то есть. — Сюй Цзыюэ перебил Гуань Чэнцзе Сюй Цзыюэ, — Посмотри. В сообщениях.

Сюй Цзыюэ сравнил его с датой на телефоне и увидел, что текстовые сообщения были со вчерашнего дня.

Мама: Мне всё равно, хочешь ты этого или нет. Поезжай в мамин родной город и используй этот шанс, чтобы успокоиться. Я заберу тебя через пятнадцать дней.

Я: Тебе всё равно, что я чувствую!

Мама: Если ты всё ещё хочешь уехать за границу через пятнадцать дней, я позволю тебе, но будь хорошим и завтра же съезди в родной город, хорошо?

Я: ...Ты ведь не лжешь, верно?

Мама: Мне не нужно тебе врать. Более того, 15 дней — это ничто, верно?

Я: Хорошо... Но где же мамин родной город?

Мама: Тебе не нужно спрашивать. Ты узнаешь, когда доберешься туда. Приходи сегодня вечером домой после школы, и завтра утром тебя заберет машина. С тобой будет ещё пятеро детей, все они дети старых маминых друзей, так что не волнуйся, вы поладите.

Обмен текстовыми сообщениями установил личность Сюй Цзыюэ в этом мире. Сюй Цзыюэ почувствовал, что тон «родной город» и «мама» был немного странным.

Остальные пятеро также оказались в аналогичной ситуации. Член их семьи также согласился на всевозможные условия, только чтобы отправить своего ребенка в так называемый родной город на 15 дней.

Это соответствовало продолжительности игры ужасов.

— Я чувствую, что... здесь что-то странное. — Тан Юньюнь крепко вцепилась в свой телефон, — Это ловушка?

— Даже если это ловушка, нам нужно идти. Такова обстановка. — Янь Ши поправил очки и встал.

Опираясь на подголовники, он медленно подошел к водителю под растерянными взглядами остальных...

Янь Ши мельком увидел водителя и тут же отступил на шаг, ударившись спиной о перила у двери.

Гуань Чэнцзе тут же вскочил и подошел к передней части автобуса.

Вскоре после этого он так же неподвижно стоял там, не двигаясь ни на дюйм.

Сюй Цзыюэ протиснулся между Тан Юньюнь и Ли Сюяном, которые стояли перед ним, и, наконец, выяснил причину реакции Янь Ши и Гуань Чэнцзе.

На сиденье, где должен был сидеть водитель, никого не было.

Но автобус продолжал без проблем двигаться к месту назначения.

Остальные трое тоже подошли.

Тан Юньюнь обняла Янь Ши за руку и прижалась к нему всем телом. Она спряталась за Янь Ши и в ужасе ахнула:

— Это... Что происходит...?

Янь Ши нахмурился и посмотрел на Тан Юньюнь с некоторым отвращением, но в конце концов не оттолкнул её. После пережитого ранее легкого шока он сумел прийти в себя.

Янь Ши развернулся и протиснулся между Сюй Цзыюэ и Лу Сюяном, в процессе успешно заставив Тан Юньюнь отпустить его руку:

— Это ничего. Это не должно быть опасно. Давайте вернемся.

Сюй Цзыюэ взглянул на водительское сиденье и последовал за Янь Ши.

Надо сказать, что Янь Ши действительно был подходящим кандидатом в лидеры. Он оставался спокойным и серьезным, и это, в свою очередь, успокоило остальных.

Разве вы не видели, как Тан Юньюнь бросила Лу Сюяна и вместо этого осталась с Янь Ши?

В автобусе только Тан Юньюнь время от времени что-то шептала, а Янь Ши иногда отвечал. Все остальные молчали.

Сюй Цзыюэ сумел пройти свои первые две игры должным образом, но это не обязательно относится к остальным. Сначала У Вэньшань казался нормальным и дружелюбным... но его истинная личность была совершенно другой.

Сюй Цзыюэ вздохнул. Он прислонился к окну и медленно заснул.

Позже его кто-то разбудил. Увидев, что Сюй Цзыюэ проснулся, Гуань Чэнцзе убрал руку.

Гуань Чэнцзе странно посмотрел на Сюй Цзыюэ:

— Ты действительно заснул? Ты не волнуешься?

Сюй Цзыюэ потер глаза. Увидев, что автобус остановился, он надел рюкзак и сказал:

— Разве мы не говорили, что всё будет в порядке, пока мы не доберемся до места назначения? Когда мы окажемся в деревне, будет ещё труднее нормально спать.

Гуань Чэнцзе рассмеялся:

— Серьезно? — он наблюдал, как остальные готовятся к выходу, — Значит, ты веришь всему, что мы говорим? Что, если мы ошибаемся?

Сюй Цзыюэ похлопал Гуань Чэнцзе по плечу, а затем протиснулся через узкий проход:

— Разве мы сейчас не в безопасности? Так что не волнуйся, мы не ошиблись.

Гуань Чэнцзе потерял дар речи. Взгляд, которым он обычно смотрел на Сюй Цзыюэ, немного изменился. Если это не потому, что он слишком беспечен, то потому, что он очень опытный.

Взяв рюкзаки, все шестеро вышли из автобуса, остановившегося у въезда в деревню. Погода снаружи была темной и туманной. Они не могли видеть дальше, чем на пять метров вперед.

К счастью, автобус остановился недалеко от деревянной вывески. Они увидели её, как только вышли.

Как только все шестеро вышли, автобус медленно тронулся и уехал.

— Э-этот автобус... — Тан Юньюнь подсознательно хотела погнаться за ним.

— Не гоняйся за ним. Это бесполезно. Он вернется, когда закончится время. — Янь Ши поправил очки и повернулся, чтобы идти в сторону деревни.

Сюй Цзыюэ и остальные последовали за ним.

Как и в сельской местности, вся деревня была заполнена зданиями из красного кирпича и дерева, а внешние стены не были окрашены. Прямо у въезда в деревню была длинная дорога с кирпичными или деревянными домами по обеим сторонам. Некоторые из них были расположены близко друг к другу, в то время как другие имеют небольшую тропу между ними, но из-за слишком густого тумана они не могли ясно видеть тропы.

В деревне было жутко тихо, как будто там не было никого, кроме них шестерых.

Если они не разговаривали, то почти слышали дыхание друг друга.

Тишина была немного пугающей.

— В этой деревне никого нет. — Ху Бэйцзя посмотрела на пучки сушеной кукурузы, свисающие с одного из домов, а затем подошла ближе, чтобы заглянуть в окно одного из кирпичных домов.

Окна в этих домах были не очень большими, длиной и шириной не более сорока сантиметров. Они были покрыты отдельными деревянными колоннами. Если бы материал был заменен на металл, они выглядели бы как окна тюремной камеры.

Лу Сюян сказал:

— В эти окна может пролезть только голова. Невозможно сбежать через окно.

— Вам также нужно отпилить дерево, прежде чем вы сможете просунуть голову. — Янь Ши добавил и подошел к Ху Бэйцзя, — Что случилось? Ты что-нибудь нашла?

— Эй! — Янь Ши обернулся и увидел, что выражение лица Ху Бэйцзя было неправильным. Как раз в тот момент, когда он уже начал беспокоиться, Ху Бэйцзя пришла в себя.

Ху Бэйцзя покачала головой и осторожно выглянула в окно, прежде чем уйти:

— Не смотри. Внутри опасно.

Янь Ши поджал губы и нервно отошел от окна.

— Сестра, что ты видела? — Тан Юньюнь с любопытством посмотрела на Ху Бэйцзя. Если бы это было при нормальных обстоятельствах, её большие круглые глаза, вероятно, заставили бы других чувствовать себя лучше.

Но в данном случае... На Ху Бэйцзя это не подействовало.

Однако она всё равно ответила.

Ху Бэйцзя сказала:

— Кукла.

— Если это просто кукла... Не должно быть такой большой реакции? — Сюй Цзыюэ взглянул на окно, но не осмелился подойти к нему. Он взял за правило меньше говорить и больше наблюдать, чтобы не ошибиться и не сказать что-то, что разоблачит его.

Ху Бэйцзя легонько взглянула на Сюй Цзыюэ:

— Это всего лишь кукольная голова, висящая у окна. Если тебе интересно, ты можешь пойти и посмотреть.

Сюй Цзыюэ глухо рассмеялся:

— Я в порядке...

Гуань Чэнцзе с любопытством подошел к окну. Он быстро вытянул шею, а затем так же быстро втянул голову.

Проверив, он странно посмотрел на Ху Бэйцзя.

Гуань Чэнцзе спросил:

— Это кукла? Почему я думаю... что это похоже на настоящую голову?

Ху Бэйцзя кивнула:

— Я долго смотрела на неё. — она провела пальцем по шее, — Если это нормальная голова, на шее должна быть рана, но её нет. Если она была отрезана, нет необходимости резать его прямо под подбородком. У большинства также была бы шея.

Губы Сюй Цзыюэ дернулись. Похоже, Ху Бэйцзя не простая женщина. Все сестры в этом мире довольно удивительны.

— Я проверила. Там нет крови, и это не похоже на человеческую плоть. Это просто выглядит очень реалистично. — Ху Бэйцзя вспоминала, — Хотя лицо выглядело довольно хорошо.

Сюй Цзыюэ тут же повернул голову и посмотрел в окно.

— Если это действительно кукла, то она очень детализирована. — Янь Ши потер подбородок и снова огляделся, — Интересно, другие дома...

Прежде чем он успел закончить, он услышал звук ботинок, волочащихся по грязной дорожке.

Это было особенно заметно в этой тихой деревне.

Пожилой человек, закутанный в толстое пальто, медленно ковылял к ним с тростью.

Тело старейшины было сгорблено, и, с шапкой на голове, шарфом вокруг лица и даже кожаными перчатками на обеих руках, старейшина выглядела... жарко.

Сюй Цзыюэ и другие были одеты в одежду с короткими рукавами, но пожилой человек перед ними был одет так, как будто была середина зимы. Обе стороны не были одеты для одного и того же сезона.

Что касается их предположения о возрасте старшего, то оно основывалось на седых волосах, торчащих из-под шляпы.

Старейшина остановилась перед шестью людьми и несколько раз кашлянула, прежде чем заговорить голосом, который звучал так, словно сквозь него просачивался воздух:

— Я деревенский староста этой деревни. Добро пожаловать в деревню гуманоидов... В течение следующих полмесяца вы будете жить здесь. — это был женский голос, но звучал он ужасно. Он был таким хриплым, что казалось, будто его выдавили из её горла.

— Вы должны пойти со мной. Я отведу вас к вашему дому. После этого я позволю своей внучке проводить вас по окрестностям.

Старейшина обернулась. Не принимая во внимание их реакцию, она начала уходить.

Шестеро из них посмотрели друг на друга и в конце концов решили молча следовать за этим НПС.

Без её руководства все шестеро не знали бы, что делать. Они не могли просто найти дом с суперреалистичной кукольной головой и провести в нем ночь.

Хотя место, куда их вела старейшина, тоже не обязательно должно быть безопасным.

Старейшина привела Сюй Цзыюэ и остальных в небольшой трехэтажный дом. Снаружи он был выложен красным кирпичом, и цемент между трещинами был очень заметен. Он выглядел не очень хорошо.

Но как только они вошли, то увидели, что это ничем не отличается от отеля.

Чистый и светлый, он совсем не походил на мрачную погоду снаружи. Контраст был настолько сильным, что, наоборот, заставлял их чувствовать себя небезопасно и настороженно.

Но они всё ещё мало знали о деревне, поэтому могли поселиться только здесь.

Как только старейшина привела их, к ним подошла девушка лет 16-17, чтобы поприветствовать их.

У девушки были густые блестящие черные волосы, которые были завиты и соединены с аккуратной прямой челкой. Её волосы были пушистыми, но не растрепанными, и они почти покрывали всю верхнюю часть её тела. На ней было черное платье с длинными рукавами и рукавами-баллонами, белые чулки и черные кожаные туфли...

Вдобавок к этому её изысканная внешность, светлый цвет лица и большие светло-карие глаза, которые были яркими и блестящими...

Она выглядела очень красивой, лучше, чем большинство знаменитостей.

Но, возможно, из-за того, что она была слишком красива, это казалось нереальным. Напротив, игроки не могли не думать о куклах.

Затем Янь Ши увидел, как его спутник, который всё это время молчал, внезапно шагнул вперед и приблизился к девушке, не сводя глаз с её лица.

Он радостно поздоровался:

— Здравствуй, меня зовут Сюй Цзыюэ. Как тебя зовут?

Глаза девушки были великолепны, но ничего не выражали. Она посмотрела на протянутую руку Сюй Цзыюэ, и уголок её губ приподнялся, образовав небольшую ямочку, которая сделала её маленькую улыбку ещё лучше.

Она протянула руку и пожала руку Сюй Цзыюэ:

— Меня зовут Цзинь-эр.

Янь Ши похлопал Сюй Цзыюэ по плечу с несчастным выражением лица, а затем с некоторой силой потянул его назад за собой.

Сюй Цзыюэ немедленно пришел в себя. Он увидел сердитый взгляд Янь Ши и опустил голову, чтобы ударить себя кулаком по голове. Нет, он должен сдерживаться!

И его целью должна быть кукла... Но эта девушка выглядит такой хорошенькой. Она ничем не отличается от человеческой куклы.

Янь Ши заменил Сюй Цзыюэ и заговорил с Цзинь-эр. Он сказал, что они хотели бы остаться вместе, поэтому предпочтительнее одноместный номер, но если это невозможно, предпочтительнее соседние номера.

Появление Цзинь-эр никак не повлияло на Янь Ши.

Сюй Цзыюэ был в восторге от этого. Затем он не смог удержаться и украдкой бросил ещё несколько взглядов на Цзинь-эр.

Такая красивая девушка... Но неважно, как он смотрел на неё, она не выглядела человеком.

Из-за их впечатления об этой деревне, другие также чувствовали, что Цзинь-эр, вероятно, не была реальным человеком.

Цзинь-эр закрывала на них глаза, но время от времени поглядывал на Сюй Цзыюэ, чтобы посмотреть, не сделает ли он что-нибудь снова.

Цзинь-эр устроила три комнаты рядом друг с другом. Она сказала, что номера здесь были только двухместные или одноместные, так что Янь Ши оставалось принять это предложение.

Цзинь-эр привела Сюй Цзыюэ и остальных в самые дальние комнаты на третьем этаже и отдала ключи от комнат Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ был ошеломлен. Когда он почувствовал, как его ладонь слегка коснулась пальцев Цзинь-эр, он не мог не покраснеть.

— Тогда вы можете договориться о том, кто где останется. Я приготовлю ужин позже. Я позову вас, когда закончу. Вы можете пойти и распаковать вещи. — Цзинь-эр улыбнулась Сюй Цзыюэ, но в её глазах не было улыбки. Они оставались тусклыми и бесстрастными.

После того, как Цзинь-эр спустилась вниз, Тан Юньюнь не смогла удержаться, чтобы не закатить глаза на Сюй Цзыюэ и не пробормотать:

— Поверхностный человек.

Сюй Цзыюэ потер нос и искренне признался в своих обидах:

— Извините.

Янь Ши уже успокоился. Это было нормально — любить красивых женщин, но кто-то вроде Сюй Цзыюэ, который вел бы себя так независимо от случая и цели...

Янь Ши любезно напомнил:

— Ты должен знать, что не проживешь долго в этом мире, просто глядя на лица.

Сюй Цзыюэ быстро кивнул:

— Я... я был слишком импульсивен. Извините.

— Всё в порядке. Это нормально, когда ты видишь девушку, которая тебе нравится! — Гуань Чэнцзе похлопал Сюй Цзыюэ по спине, чтобы успокоить его, а также успокоить всех.

Если атмосфера между ними шестью была испорчена или если у одной из сторон были проблемы, которые нельзя было озвучить, то... позже могли возникнуть проблемы.

Сюй Цзыюэ сдержал желание поправить его.

Он ценил не только девушек...

Но он действительно был неправ. Сюй Цзыюэ откровенно признался в этом. Хотя после его рвения ничего не произошло, в следующий раз это может быть не обязательно так. Если бы он делал это с каждым красивым человеком, остальные пятеро никогда не чувствовали бы себя спокойно рядом с ним.

И им даже нужно будет обратить на него особое внимание, когда они столкнутся с людьми с хорошей внешностью.

Сюй Цзыюэ боялся, что они обратят на него слишком много внимания.

Его цель — кукла. Если куклы смогут стать похожими на людей... И если он подойдет слишком близко к этому НПС... у его товарищей по команде определенно возникнут подозрения. В этот момент Сюй Цзыюэ почувствовал, что также очень неприятно иметь так мало игроков.

Когда он был на круизном лайнере, ни у кого не было времени обратить внимание на то, какой игрок слишком близко подходит к НПС.

Янь Ши посмотрел на Тан Юньюнь и Ху Бэйцзя и сказал:

— Вы двое должны быть в одной комнате. — он дал ключ Ху Бэйцзя, а затем посмотрел на Сюй Цзыюэ и остальных, — Как мы должны разделить вас, ребята?

— Мне подойдет любой. — Сюй Цзыюэ не возражал разделять комнату с кем-либо.

— Тогда я останусь с тобой. — Гуань Чэнцзе встал рядом с Янь Ши, — Оставаясь с лидером, я чувствую себя в большей безопасности.

Лу Сюян отреагировал слишком поздно. Он посмотрел на Сюй Цзыюэ с легкой неохотой. По предыдущему инциденту он мог сказать, что этот человек не останется на месте!

Но комнаты были разделены вот так.

В конце концов Сюй Цзыюэ и Лу Сюян получили самую внутреннюю комнату. Сбоку, ближе к лестнице, находилась комната Тан Юньюнь и Ху Бэйцзя, а рядом с ней комната Янь Ши и Гуань Чэнцзе.

Вшестером они проверили все три комнаты. Планировка была точно такой же. Как только вы входите, сбоку была ванная комната, и, сделав несколько шагов, вы встретитесь с двумя односпальными кроватями и большим французским окном, которое выходило на кладбище за пределами деревни...

С мрачным выражением лица Лу Сюян задернул шторы.

То же самое было сделано и в других комнатах.

Даже если они не могли видеть сквозь занавески, одна мысль о кладбище за этим окном заставляла их чувствовать себя неуютно.

Лу Сюян упал на кровать и пробормотал:

— 15 дней... Шесть человек... Этого недостаточно даже для одной смерти в день.

Сюй Цзыюэ успокоил его:

— Не говори так. Кто знает, может быть, мы все выживем?

Лу Сюян повернулся и одним глазом посмотрел на Сюй Цзыюэ:

— Наивно.

— ...Ладно.

— Кроме этой старейшины и Цзинь-эр, я больше никого не видел в этой деревне... Они все могут быть там.

Сюй Цзыюэ проследил за направлением, указанным Лу Сюяном, и увидел, что он указывает на французское окно позади Сюй Цзыюэ.

— Но это не обязательно так. Другие также могут быть в тех домах, которые мы видели сегодня. — просто мысль о реалистичных людях, лежащих в доме... Это было слишком жутко.

Сюй Цзыюэ не успел много обсудить с Лу Сюяном, когда Цзинь-эр постучала в их дверь, чтобы сказать им, что пришло время ужина.

Столовая находилась на первом этаже этого отеля. Тарелок было немного, но их хватило только на шестерых. Закончив, они вернулись в свои комнаты и решили выйти и посмотреть всё завтра.

Посреди ночи Сюй Цзыюэ услышал стук в дверь. Он сонно протер глаза и сел:

— Кто это?

Голос снаружи ответил:

— Это я, Янь Ши.

— Подожди минутку. Я иду. — Сюй Цзыюэ только что закончил надевать ботинки и собирался открыть дверь, но его остановил Лу Сюян, который только что проснулся.

— Не открывай её так легко. — Лу Сюян покачал головой и тоже сел.

Сюй Цзыюэ на мгновение растерялся. Затем Лу Сюян подтащил его к двери. Как только Лу Сюян выглянул в глазок, его лицо побледнело.

Лу Сюян прошептал:

—Посмотри сам.

Сюй Цзыюэ собрал всё своё мужество и заглянул внутрь. В отличие от быстрого стука в дверь, коридор снаружи был пуст.

Сюй Цзыюэ потянул Лу Сюяна обратно к кровати и тихо спросил:

— Что нам делать?

— Просто подожди, пока он уйдет. Видя, что он не вломился, это, вероятно, потому, что он не может. — Лу Сюян натянул простыни, чтобы прикрыться, — Я сталкивался с этим раньше, но в то время дверь открыл мой сосед по комнате.

Он улыбнулся и сказал:

— А потом он выколол себе глаза.

По мере того как стук раздавался один за другим, Сюй Цзыюэ всё больше и больше паниковал. Позади него было кладбище, закрытое занавесками, а перед ним была дверь, в которую стучали, но перед ней никто не стоял. Сюй Цзыюэ скопировал Лу Сюяна и бросился в свою постель, чтобы попытаться заснуть. Но так и не смог, несмотря ни на что. С другой стороны, Лу Сюян выглядел так, словно крепко спал.

Он слушал стук почти полночи. Несмотря на то, что ему явно очень хотелось спать, он просто не мог заснуть. Позже звук по какой-то причине прекратился, и вскоре Сюй Цзыюэ заснул.

На следующий день Сюй Цзыюэ разбудил Лу Сюяна.

Лу Сюян посмотрел на Сюй Цзыюэ с некоторым восхищением. Пройдя через несколько миров, он больше не мог легко заснуть, и даже если бы он это сделал, он проснулся бы очень легко. Это было совершенно не похоже на его временного соседа по комнате, который либо не мог заснуть, либо не мог проснуться, как только заснет.

После того, как Сюй Цзыюэ умылся, он последовал за Лу Сюяном и спустился вниз. Две другие группы уже были там, болтая в ожидании завтрака.

Янь Ши увидел, что прибыли последние двое, и сказал:

— После завтрака Цзинь-эр сказала, что проведет нас по деревне. — он бросил взгляд на Лу Сюяна и Сюй Цзыюэ, — В это время обратите больше внимания.

Завтрак был подан Цзинь-эр. Это был очень стандартный белый отвар, булочки и соленые огурцы. Цзинь-эр ушла вскоре после того, как подала завтрак, поэтому Сюй Цзыюэ начал рассказывать о вчерашнем инциденте.

Янь Ши покачал головой:

— Мы не слышали никаких стуков.

Ху Бэйцзя также сказала:

— У нас также никто не стучал в нашу дверь, и мы также не слышали стука из соседней двери.

Выражение лица Лу Сюяна было не очень хорошим. Это в основном означало, что либо он, либо Сюй Цзыюэ... могли стать чьей-то мишенью. Ненормальность глаз Цзинь-эр была замечена всеми ими. И более того, его соседом по комнате был Сюй Цзыюэ, который только что спровоцировал другую сторону. Даже когда им показали комнаты, Янь Ши явно был тем, кто говорил за них, но Цзинь-эр изо всех сил старалась отдать ключи от комнаты Сюй Цзыюэ вместо этого.

Лу Сюян не мог не думать, что за этим кроется нечто большее.

Он просто надеялся, что целью был Сюй Цзыюэ.

У Сюй Цзыюэ также не было хорошего выражения лица, когда он услышал слова Янь Ши и Ху Бэйцзя. Было неприятно, когда на тебя смотрело что-то неизвестное.

Янь Ши приподнял уголок губ:

— Сначала сядьте и поешьте. — для него, независимо от того, был ли это Сюй Цзыюэ или Лу Сюян, это не принесло бы ему никакого вреда. Хотя он и лидер, он не собирался заботиться о том, что другие навлекли на себя.

Отношение Лу Сюяна к Сюй Цзыюэ внезапно сильно изменилось. Сюй Цзыюэ тоже не был глуп. Он также чувствовал, что он может быть причиной этого...

Поэтому, когда Цзинь-эр вывела их из общежития, Сюй Цзыюэ сказал Лу Сюяну, который шел позади:

— В противном случае... Почему бы тебе, Янь Ши и другим не разделить комнату? Если вы поставите две кровати вместе, вы сможете вместить трех человек. Я буду спать один и посмотрю, что произойдет?

Лу Сюян был немного удивлен предложением Сюй Цзыюэ:

— Ты уверен? — хотя он тоже думал об этом и размышлял о том, как донести это до Янь Ши — если бы Сюй Цзыюэ предложил это сам, у него был бы лучший аргумент.

Сюй Цзыюэ кивнул. Если это было что-то, что он привлек, он бы просто испугался, и ничего бы не случилось, но для других всё было по-другому... Во-первых, он был неправ, поэтому не должен втягивать в это других.

Лу Сюян был в приподнятом настроении и немедленно повторил слова Сюй Цзыюэ Янь Ши. Янь Ши оглянулся на Сюй Цзыюэ, прежде чем кивнуть в знак согласия.

Строго говоря, у Сюй Цзыюэ не было большого опыта, и Янь Ши не знал, как тот зачистил предыдущие два мира, но если это был он... С дополнительным человеком он мог, по крайней мере, придумать способ отвлечь внимание неизвестного существа на другого человека. Было бы лучше иметь компаньона.

Но он ничего не сказал Сюй Цзыюэ. Более того, Янь Ши действительно ненавидел взгляд Сюй Цзыюэ, когда тот увидел Цзинь-эр. Если что-нибудь случится, он боялся, что утащит остальных вниз.

Однако последующие события озадачили их.

Цзинь-эр увидела Сюй Цзыюэ, идущего в одиночестве в конце группы, и вернулась, чтобы потянуть его за руку вперед.

Сюй Цзыюэ оглянулся на своих товарищей по команде с множеством вопросительных знаков на лице. Его товарищи по команде также оглянулись на Сюй Цзыюэ с вопросительными знаками на лицах.

— Нет, нет, нет. Ты же девушка. Это... Это немного слишком интимно. — Сюй Цзыюэ убрал руку, слегка отодвинулся и испуганно посмотрел на Цзинь-эр.

Цзинь-эр мягко улыбнулась:

— Всё в порядке. Мы просто держимся за руки.

Просто... просто держимся за руки? Неужели в наши дни все девушки такие смелые? Они виделись меньше суток.

Сюй Цзыюэ повернулся, чтобы посмотреть на Янь Ши и остальных. Янь Ши поправил очки и... повернул голову.

— Мне нравится, когда меня несут. Ты хочешь понести меня? — глаза Цзинь-эр бесстрастно смотрели на Сюй Цзыюэ, но выражение её лица было мягким и нежным. В совокупности это выглядело немного странно.

Сюй Цзыюэ поднял руку и ущипнул себя за мышцы:

— Позволь мне сначала ещё немного потренироваться.

Цзинь-эр не выглядела очень тяжелой, и Сюй Цзыюэ также был уверен, что сможет нести её, но это продвигалось слишком быстро. Он... не мог с этим справиться.

— Всё в порядке. Я могу... — Цзинь-эр оглянулась. Её взгляд упал на руку Лу Сюяна....

— Цзинь-Цзинь! — Сюй Цзыюэ подсознательно чувствовал, что она, вероятно, думает о чем-то опасном.

Лу Сюян обхватил себя руками. Его лоб покрылся холодным потом.

— Хм? Что такое? — Цзинь-эр оглянулась на Сюй Цзыюэ своими безжизненными глазами.

Сюй Цзыюэ, на которого смотрели эти глаза, почувствовал, как волосы на его спине встали дыбом.

— Эм... — Сюй Цзыюэ не придумал, что сказать, и только окликнул её, чтобы она не продолжала думать об этих опасных мыслях. Он быстро попытался что-то найти:

— Я чувствую, что... ты очень хорошо ко мне относишься. Почему это так?

Он спросил тонко, но общая суть была такова: что происходит?

Он и раньше был слишком импульсивен. Когда он представился, то не сразу признался, так почему же она обратила на него особое внимание?

Пятеро игроков позади Сюй Цзыюэ услышали это и тоже ждали ответа Цзинь-эр.

Цзинь-эр и Сюй Цзыюэ несколько секунд смотрели друг на друга. Затем она улыбнулась:

— Мне нравится, когда ты на меня смотришь. Такое чувство, что...

Сюй Цзыюэ посмотрел на Цзинь-эр, которая внезапно остановилась в замешательстве.

Цзинь-эр немного подумала и пропустила эту фразу:

— Это был любящий взгляд.

Янь Ши и другие: «...»

Сюй Цзыюэ не знал, должен ли он продолжать спрашивать, но прежде чем он смог продолжить думать, Цзинь-эр привела их к месту назначения.

— В нашей деревне есть много мест, но я думаю, что самое важное место, которое я должна показать вам в этой деревне — это Музей Гуманоидов.

Цзинь-эр привела их в место, которое, вероятно, находилось в конце деревни и было окружено множеством домов с одним или двумя этажами. Из здешних зданий только одно со стенами, выкрашенными в белый цвет, и деревянной двойной дверью было заперто на замок размером с ладонь.

Цзинь-эр достала ключ и отперла её. Затем она легко сняла металлическую цепочку, которая была толщиной с руку ребенка.

Она толкнула дверь и вошла первой.

— Заходите.

Янь Ши взглянул на серое небо за окном и последовал за ней. Сюй Цзыюэ и остальные тоже вошли вслед за ним.

Дом был оборудован многочисленными высокими стеклянными шкафами, и внутри всех стеклянных шкафов были куклы различных конструкций.

Некоторые были в современном стиле, другие в древнем, и были даже те, кто был одет в иностранную одежду. С разными цветами волос и изысканными костюмами, они сидели в своих стеклянных шкафах, внимательно наблюдая за Сюй Цзыюэ и другими, кто только что вошел.

Только на этом этаже было по меньшей мере сто кукол разных размеров.

Теплый желтый свет падал с потолка, но он не мог рассеять холод, пробежавший по присутствующим.

Быть под пристальным взглядом более сотни пар глаз одновременно было не очень приятным чувством.

Когда Гуань Чэнцзе попытался отойти в сторону, он вдруг заметил, что глаза некоторых кукол двинулись вслед за ним.

Тан Юньюнь крепко вцепилась в руку Янь Ши и крепко стиснула зубы, чтобы они не стучали:

— Мы... мы закончили смотреть... Теперь мы можем выйти?

Цзинь-эр покачала головой:

— Нет, вы всё ещё не поднялись наверх. — как только она это сказала, дверь за ними захлопнулась.

Тело Тан Юньюнь задрожало. Её глаза покраснели.

— Не бойся. Не волнуйся. Мы будем в порядке после того, как осмотримся. — Гуань Чэнцзе успокоил Тан Юньюнь.

Цзинь-эр мягко улыбнулась и ничего не сказала.

Сюй Цзыюэ вспомнил о своей задаче. Цель на этот раз кукла... Он подошел к куклам... Каждая из них выглядела изящной и замысловатой. Они выглядели... и красивыми, и милыми.

Конечно, были и те, кто также был одет в военную форму, демонстрирующую их красивую внешность, или те, кто был одет более зрело, демонстрируя элегантное очарование.

Они действительно были куклами.

— Тебе они нравятся? — спросила Цзинь-эр, которая увидела, что Сюй Цзыюэ смотрит на куклы, подошла и спросила.

Сюй Цзыюэ честно кивнул:

— Выглядит хорошо. Мне это очень нравится. — Но эти глаза... Они были немного жутковаты.

Ху Бэйцзя сбоку увидела, как кукла медленно изогнула губы... Она несколько раз моргнула и почувствовала, что едва заметное движение раньше, вероятно, было просто её воображением...

Цзинь-эр подняла руку и коснулась головы одной из кукол внутри. Она тихо сказала:

— У них у всех есть души. Пока они тебе нравятся, ты им тоже понравишься.

То есть... Он должен захватить одну из этих кукол? Сюй Цзыюэ посмотрел на Цзинь-эр, которая стояла рядом с куклой.

Он чувствовал, что Цзинь-эр тоже должна быть куклой... Но у него не было никаких доказательств.

В то время как он чувствовал себя расстроенным, Тан Юньюнь уже подошла к лестнице, ведущей на второй этаж, призывая остальных поторопиться, чтобы они могли уйти раньше.

Сюй Цзыюэ последовал за ними.

И эти глаза также проследили за их движениями...

Когда они поднялись по лестнице, Гуань Чэнцзе подошел к Сюй Цзыюэ.

Первый с любопытством спросил Сюй Цзыюэ:

— Ты не боишься этих кукол?

Сюй Цзыюэ кивнул:

— Немного, но... Подумай об этом. Они так хорошо выглядят... — Сюй Цзыюэ похлопал Гуань Чэнцзе по плечу, — Страх можно преодолеть!

Гуань Чэнцзе подумал об этом несколько секунд, а затем повел себя так, словно на него снизошло озарение:

— Неужели ты фейсконщик?!

Сюй Цзыюэ молча кивнул.

Гуань Чэнцзе мог только безмолвно вернуться на своё место.

Подслушав разговор между Сюй Цзыюэ и Гуань Чэнцзе, Ху Бэйцзя не могла не напомнить им:

— Глаза кукол следят за нами. Тебе следует быть осторожнее.

— Спасибо. — Сюй Цзыюэ благодарно улыбнулся и больше ничего не сказал.

Он тоже заметил это, но это только усложнило его положение. Неужели ему придется пытаться ухаживать за куклой, которая может двигать только глазами?

Возможно, через десять тысяч лет эта кукла будет им тронута до такой степени, что станет духовным существом... Мысли Сюй Цзыюэ пришли в бешенство.

Только когда они достигли самой внутренней части второго этажа, Сюй Цзыюэ уставился на куклу с длинными волосами, одетую в темно-синий халат.

Сюй Цзыюэ посмотрел на куклу, помещенную прямо на верхней части шкафа, которая стояла рядом с мини-гробом, и посмотрел на Цзинь-эр яркими, сверкающими глазами:

— Могу я взять одну из кукол здесь?

Янь Ши, который только что поднял руку с намерением прикрыть рот Сюй Цзыюэ, сжал её в кулак и медленно убрал... Он мог только бессильно наблюдать.

На лице Цзинь-эр появилось счастливое выражение. Она была очень готова позволить Сюй Цзыюэ забрать куклу.

— Конечно. Они будут очень рады иметь хозяина, который их любит. — после этого она посмотрела на остальных, — Если вы тоже хотите их...

Тан Юньюнь не стала дожидаться, пока Цзинь-эр закончит:

— Нет, я этого не хочу.

Улыбка на лице Цзинь-эр постепенно исчезла, и её голос тоже стал холодным:

— Они всё равно не захотят идти с тобой. — она посмотрела на Сюй Цзыюэ и проследила за его взглядом к маленькой кукле, сидящей на маленьком гробу. Увидев эту куклу, всё прежнее волнение исчезло, но из-за того, что она изменила своё отношение к Тан Юньюнь раньше, эта перемена осталась незамеченной другими.

— Какую из них ты хотел? — Цзинь-эр спросила Сюй Цзыюэ, чтобы перепроверить.

Сюй Цзыюэ не был уверен, что сможет дотронуться до неё, поэтому он просто подошел ближе и указал на куклу в темно-синем костюме:

— Он мне нравится. Могу я взять его с собой?

Цзинь-эр ценила кукол больше, чем большинство людей. Сюй Цзыюэ мог это сказать.

Цзинь-эр промолчала.

Похоже, это был её способ молча отказаться.

Сюй Цзыюэ увидел это и медленно убрал руку. Он поднял голову и посмотрел на куклу наверху.

Янь Ши вздохнул с облегчением и попытался исправить ситуацию:

— Сюй Цзыюэ не будь таким. Цзинь-эр слишком любит их, и ты, возможно, не сможешь заботиться о них так же хорошо, как Цзинь-эр.

Ху Бэйцзя и остальные согласились.

Однако Сюй Цзыюэ не был слишком разочарован...

Цзинь-эр молча повернулась с намерением уйти, но внезапно что-то произошло.

Как будто она не была помещена туда должным образом, эта кукла в темно-синей одежде упала сверху.

У Сюй Цзыюэ была быстрая реакция, и ему удалось поймать куклу.

К счастью, он стоял прямо под ней и никуда не уходил.

Иначе она бы сломалась.

Цзинь-эр остановилась на месте и посмотрела на Сюй Цзыюэ своими безжизненными глазами. Это заставило Сюй Цзыюэ почти забыть о её внешности и немного испугаться.

Янь Ши и другие не думали, что ситуация была такой простой.

Должно быть, у Цзинь-эр была причина внезапно передумать и не захотеть отдавать Сюй Цзыюэ эту куклу. И со всеми другими куклами, хорошо сидящими на своем месте, та, которая упала, была именно той, на которую указал Сюй Цзыюэ.

Связывая это с тем фактом, что их глаза следовали за ними повсюду, Янь Ши и другие чувствовали, что эти куклы, скорее всего, были живыми.

Но они не знали, до какой степени. Если это были просто небольшие движения, они чувствовали бы себя более непринужденно, но если...

— Сюй Цзыюэ, поторопись и положи куклу обратно. — быстро напомнила ему Ху Бэйцзя. Она беспокоилась о том, что эта штука внезапно возьмет под контроль Сюй Цзыюэ... Такого рода вещи не случались раньше.

Голос Ху Бэйцзя позволил глазам Сюй Цзыюэ оторваться от пристального взгляда Цзинь-эр. Он тупо выдохнул «о», а затем с неохотой посмотрел на куклу в своих руках. Затем он протянул руки и встал на цыпочки, чтобы положить куклу обратно.

— Не нужно. — подошла Цзинь-эр. Она взяла деревянный гроб, который был примерно в половину длины руки.

— Вот где он спит. Если ты хочешь взять его, тебе нужно взять и это.

Небольшое ругательство просочилось сквозь стиснутые зубы Янь Ши.

С куклой в одной руке и гробом в другой Сюй Цзыюэ повернул голову и виновато посмотрел на Янь Ши и остальных.

Конечно же, Янь Ши и другие не одобряли этого. Сказать, что они не одобряли это, на самом деле было слишком легкомысленно. У них действительно было желание связать Сюй Цзыюэ и набить его рот, чтобы он не мог ни говорить, ни двигаться.

Но Сюй Цзыюэ просто выполнял свою задачу.

Если он отделится от группы... Возможно ли, что кто-то из них может сделать ему что-то плохое?

Если он покинет группу, и они столкнутся с ужасными ситуациями, они могут ничего не говорить и просто проклинать его несколько раз. Но если они напуганы и несчастны каждый день, пока он в целости и сохранности... Сюй Цзыюэ не хотел испытывать пределы человеческой природы.

Поэтому он решил, что должен просто сыграть роль великодушного и глупого человека.

Как только Сюй Цзыюэ был готов, Цзинь-эр повернулась и вывела их из последней комнаты.

Как только они вернулись на первый этаж, куклы на первом этаже больше не смотрели на них. Янь Ши и остальные подавили беспокойство в своих сердцах и вышли вслед за Цзинь-эр

Дверь в Музей Гуманоидов снова была закрыта и заперта Цзинь-эр. Добравшись до отеля, Гуань Чэнцзе не удержался и спросил:

— Мы больше не будем ходить?

Цзинь-эр ответила, не оглядываясь:

— Я больше не в настроении. Мы поедем завтра.

Гуань Чэнцзе и остальные ошеломленно уставились на Цзинь-эр. Затем она ушла и больше не обращала на них никакого внимания.

С уходом Цзинь-эр им больше не нужно было задерживать дыхание.

Тан Юньюнь заговорила первой:

— Разве ты не заметил, что эти куклы были странными? Зачем ты принес её с собой? Ты беспокоишься о том, что не умрешь достаточно быстро?!

Губы Гуань Чэнцзе дрогнули. Он чувствовал, что, вероятно, знает причину, но эта причина была слишком нелепой.

— Поторопись и выброси это. — Ян Юньюнь взглянула на куклу и быстро отвела взгляд. Один только вид этого ужасал её.

— В этом нет необходимости. — грудь Янь Ши стучала, как барабан. Он несколько раз глубоко вздохнул, чтобы успокоиться.

Ху Бэйцзя поджала губы и точно так же избегала взгляда куклы:

— Я слышала, что у кукол есть душа. У куклы здесь тоже должна быть... Так что ты не можешь выбрасывать её так небрежно. Если ты это сделаешь, она может вернуться, чтобы отомстить.

— Тогда разве это не в значительной степени вопрос возвращения предка домой? — Тан Юньюнь был одновременно напугана и испытывала отвращение к кукле в руке Сюй Цзыюэ.

Лу Сюян фыркнул:

— Разве это уже не предок?

Уголки губ Сюй Цзыюэ дернулись. Он глухо рассмеялся.

Янь Ши спросил:

— Так о чем ты думал? Если у тебя нет веской причины, я просто приму это за то, что кукла взяла над тобой контроль... В то время...

Сюй Цзыюэ крепче сжал куклу в руках и сказал:

— У меня есть причина... — он посмотрел на куклу и повернул её лицом к остальным, — Вам не кажется, что он выглядит очень хорошо?

Янь Ши и другие: «...»

Лу Сюян схватил себя за волосы и глубоко вздохнул. Он повернулся, чтобы подняться по лестнице, но внезапно вспомнил и повернулся, чтобы посмотреть на Янь Ши:

— Я принесу свои вещи в твою комнату?

Янь Ши кивнул и махнул рукой:

— Иди.

Тан Юньюнь недовольно посмотрела на Сюй Цзыюэ:

— Хм. Тебе будет о чем поплакать позже, когда с тобой что-нибудь случится.

После этого Янь Ши и остальные тоже ушли, оставив Сюй Цзыюэ одного внизу. Сюй Цзыюэ немного поболтался, прежде чем подняться наверх. Войдя в свою комнату, он увидел, что Лу Сюян уже ушел.

Сюй Цзыюэ положил куклу и маленький гроб на кровать и прислонился к стене, пытаясь прислушаться к звукам, доносящимся из соседней двери... Но, возможно, из-за хорошей звукоизоляции Сюй Цзыюэ ничего не слышал.

Ему было интересно, может ли он услышать, о чем могут говорить эти другие игроки.

Но так как он не может слышать...

Сюй Цзыюэ откинулся на спинку кровати. Он обдумал это и почувствовал, что они, скорее всего, просто подумают, что он ненадежен.

Сюй Цзыюэ поставил гроб длиной в полруки на прикроватный столик, а затем лег на кровать с куклой в руках.

Эта кукла была одета в древний костюм и имела длинные волосы, глаза феникса, а также пару тонких и острых бровей. Кожа была эластичной, как настоящая.

Сюй Цзыюэ нерешительно ткнул пальцем в щеку куклы и убрал руку.

Впадина в щеке, вызванная этим, медленно отскочила назад.

— Это действительно кукла... — Сюй Цзыюэ повертел куклу в руках влево и вправо, а также переместился влево и вправо от куклы, но глаза куклы не двигались. Её глаза оставались наполовину опущенными, а длинные ресницы мягко дрожали от дыхания Сюй Цзыюэ.

— Я посмотрю, действительно ли ты просто кукла... — Сюй Цзыюэ сказал это и протянул свою грешную руку. Он пробормотал себе под нос:

— Раз ты так долго пробыл в этом музее, у тебя, должно быть, много пыли. Я почищу тебя.

Сюй Цзыюэ закончил говорить это и начал развязывать пояс неизвестной куклы. Он хотел посмотреть, являются ли суставы куклы отдельными частями, соединенными вместе.

Если это на самом деле реальный человек, как это было бы здорово...

В то время как Сюй Цзыюэ пытался односторонне общаться со своей целью захвата — куклой, на другой стороне Янь Ши собрал других игроков в своей комнате для обсуждения.

— Я не думаю, что он нормальный. — первым заговорила Тан Юньюнь.

— Это то, что мы все можем сказать. — Лу Сюян почесал в затылке и вспомнил о своем общении с ним прошлой ночью...

Гуань Чэнцзе спросил:

— Ты говорил с ним о чем-нибудь вчера? Ты ничего не узнал о его предыдущем опыте или его личности?

Лу Сюян покачал головой:

— Он ничего не сказал. Умывшись вчера, он забрался в постель и заснул. Когда я упомянул предыдущий мир, он сказал, что устал. Вчера он лег спать довольно рано, но был разбужен стуком в дверь посреди ночи.

Янь Ши коснулся подбородка и нахмурился в раздумье:

— Если это не потому, что он знает что-то, чего мы не знаем, то его поведение слишком опасно для нас.

— Т-тогда нам также нужно вернуть куклу? — Тан Юньюнь нервно потерла руки с неохотным выражением лица.

— Эта штука очень странная. Лучше этого не делать. — сказала Ху Бэйцзя.

— Что, если это действительно потому, что он думал, что она выглядит хорошо? Точно таким же, каким он был, когда впервые встретил Цзинь-эр. — Гуань Чэнцзе чувствовал, что Сюй Цзыюэ не похож на человека, который будет действовать обманчиво.

— Это не невозможно. — фыркнул Лу Сюян, — Мне больше интересно, как ему удалось пройти первые две игры.

Тан Юньюнь предложила:

— Может, спросим его в следующий раз?

— Он не обязательно расскажет нам. — Янь Ши поправил очки, — У некоторых людей есть свой собственный способ зачищать игру. Он может быть кем-то вроде этого.

— Короче говоря, сегодня вечером мы понаблюдаем за ситуацией и посмотрим, не раздастся ли стук или что-нибудь ещё с его стороны. Во второй половине дня мы прогуляемся по отелю. Есть ещё много мест, где мы не были. Нехорошо быть незнакомым с здешними местами, потому что при побеге можно оказаться в тупике.

Тело куклы было необыкновенно чудесным.

Каждая её част была точно такой же, как настоящее человеческое тело, за исключением суставов на локте, колене, лодыжке, груди и т.д.

Если бы всё это было сделано из одного материала, то куклой нельзя было бы манипулировать в разных положениях.

Что ещё больше поразило Сюй Цзыюэ, так это то, насколько детализированной была кукла. Это был его первый раз, когда он так пристально смотрел на куклу, и это был также его первый раз, когда он снял одежду куклы, чтобы посмотреть... Неужели все куклы в наши дни такие удивительные?

Сюй Цзыюэ ткнул куклу в талию, а затем поиграл с её телом. Посмотрев на куклу сбоку, он увидел, что две выступающие части на груди куклы и нижняя половина куклы были также очень детализированы.

Это было даже более захватывающе, чем покупка надувной куклы... Сюй Цзыюэ снова помог накрыть куклу одеждой. При этом он совсем не покраснел.

Хотя кукла выглядела великолепно, он не краснел и не испытывал учащенного сердцебиения, глядя на куклу, которая была всего лишь в половину длины его руки.

Сюй Цзыюэ сел на кровати, скрестив ноги. Перед ним лежала голая кукла, накрытая темно-синим халатом.

— Ты можешь говорить? Ты можешь двигаться? — осторожно спросил Сюй Цзыюэ.

Он подождал некоторое время, но ответа не получил. В конце концов, он начал говорить сам с собой:

— Я не знаю, сможешь ли ты промокнуть...

Что, если она сломается?

Сюй Цзыюэ на мгновение задумался и наполнил таз водой. Затем он окунул в воду немного ткани и вытер ею тело куклы. Как только он закончил, он сразу же использовал сухой, чтобы высушить куклу.

— Сначала я хотел спросить Цзинь-эр, но я не знаю, где она спит, поэтому я не могу спросить. Эти вещи на тебе действительно красивые и очень маленькие... Кстати, у тебя действительно есть душа? — Сюй Цзыюэ сохранял позу «проверки» и продолжал демонстрировать похотливую улыбку, теребя маленькое украшение между ног куклы, — Это тоже очень мило.

Если у куклы действительно есть интеллект или что-то в этом роде, она обычно должна немного двигаться в такое время? Но кукла оставалась неподвижной. Даже его глазные яблоки не двигались.

— Может, это обычная кукла? — Сюй Цзыюэ снова ткнул её в талию.

Он вел себя как человек, который не в своем уме. Он продолжал болтать с куклой.

Сюй Цзыюэ вздохнул. В его задании на этот раз было специально упомянуто, что его цель — кукла.

Это определенно кукла, но он не мог просто односторонне поговорить с ней и удовлетворить себя таким образом.

Эта кукла действительно выглядит очень хорошо, но он не был тем, у кого были бы какие-либо мысли о чем-то, что не было живым.

Сюй Цзыюэ вертел куклу в руках, но не мог найти в ней ничего плохого. Он мог только помочь кукле снова одеться.

Поиграв с куклой, Сюй Цзыюэ почувствовал, что Янь Ши и другие, вероятно, не примут его, поэтому он просто провел всё утро в своей комнате. Всякий раз, когда ему было скучно, он говорил несколько вещей кукле, но разговаривать с куклой было слишком скучно, и это заставляло его чувствовать себя ещё более скучным. Сюй Цзыюэ осторожно положил куклу обратно в маленький гроб.

Этот гроб был очень интересен по дизайну. Хотя он и маленький, на самом деле он был сделан из дерева и имел некоторый вес. Внешний вид и детали ничем не отличались от настоящего гроба.

Сюй Цзыюэ помог кукле закрыть крышку гроба, а затем сдвинул две двуспальные кровати вместе, чтобы получилась большая кровать. Если бы Лу Сюян не остался здесь, он мог бы спать на большой кровати один.

Ему потребовалось некоторое время, чтобы сдвинуть кровать. Передвинув кровать, он также подмел часть пола, которая изначально была под кроватью, и пошел принять душ, прежде чем рухнуть на мягкое и пушистое одеяло, чтобы зарядиться энергией.

В полдень Сюй Цзыюэ разбудил стук в дверь. Он сел в оцепенении и почувствовал, как что-то упало с его груди, ударившись о ногу.

Он посмотрел вниз. Не эту ли куклу он положил в гроб?

Человек, стучащий в дверь, настойчиво кричал:

— Сюй Цзыюэ? Сюй Цзыюэ? Ты всё ещё жив? Скажи что-то.

У Сюй Цзыюэ не было времени хорошенько подумать. Он подошел прямо к двери и увидел в глазок, что снаружи стоит Лу Сюян.

За спиной Лу Сюяна стояли и другие. Они планировали спуститься вниз на обед и случайно вспомнили о Сюй Цзыюэ, поэтому они подошли, чтобы постучать в дверь и спросить.

Как только Сюй Цзыюэ открыл дверь, он увидел, что за пределами его комнаты были все.

— Что случилось? — Сюй Цзыюэ не совсем проснулся, и его разум всё ещё был затуманен.

Лу Сюян взглянул на пижаму Сюй Цзыюэ и испытал некоторое благоговение... Этот человек действительно мог спать так глубоко... И это даже когда кукла рядом с ним.

— Мы идем обедать. Ты идешь?

Сюй Цзыюэ ответил:

— Тогда я спущусь после переодевания. Спасибо.

Лу Сюян кивнул и помахал рукой. Вместе с остальными они повернулись и ушли.

Если с Сюй Цзыюэ всё было в порядке, им не нужно было торчать возле его комнаты.

Когда они достигли последней ступеньки, Лу Сюян внезапно остановился.

Ху Бэйцзя заметила, что что-то не так:

— Что случилось?

Лу Сюян посмотрел в глаза своим спутникам, а затем снова посмотрел на комнату наверху:

— Я... Мне кажется, я видел эту куклу, стоящую в ногах кровати.

Зрачок Гуань Чэнцзе сузился. Он приготовился вернуться наверх.

Янь Ши тут же удержал его:

— Что ты собираешься делать?

— Собираюсь взглянуть. Эта кукла очень странная...

Янь Ши покачал головой:

— Мы будем стоять здесь и ждать десять минут. Если он не спустится через десять минут, мы пойдем еще раз посмотрим.

— Согласен. Это не обязательно означает, что что-то произойдет. Но если мы поспешим, это может привести к чему-то неожиданному. — Ху Бэйцзя посмотрела на лестницу, — Сначала подождем немного.

Янь Ши посмотрел на Лу Сюяна, выражение лица которого было плохим, и снова спросил, чтобы подтвердить:

— Ты уверен, что видел это ясно?

Лу Сюян нахмурил брови, подумав:

— Я... Наверное, 70-80%

Тан Юньюнь крикнула:

— 70-80%? Возможно? Ты не можешь шутить по этому поводу!

— Успокойся. — Янь Ши посмотрел на Лу Сюяна. — Опиши это более подробно.

— Сначала я просто смотрел на Сюй Цзыюэ, поэтому сначала не заметил этого. Со своего угла я мог видеть только изножье кровати, и половина его была заблокирована Сюй Цзыюэ, но я увидел куклу, стоящую прямо на кровати. Может ли кукла сделать это? — Лу Сюян продолжил, — Я также не видел лица куклы, а просто видел его тело, стоящее там.

— Тогда давай сначала подождем. Не похоже, чтобы что-то случилось.

— Так действительно... Зачем ему понадобилось забирать эту куклу... — Тан Юньюнь надулась, когда её глаза покраснели.

*  *  *  *  *

Сюй Цзыюэ отослал Лу Сюяна и остальных и повернулся, чтобы посмотреть на куклу, которая была небрежно отложена на кровать. Кукла лежала среди одеял. Сюй Цзыюэ поднял её, поправил позу и усадил на гроб.

— Я уверен, что положил тебя в гроб. — сказал Сюй Цзыюэ, садясь на кровать.

Кукла не двигалась.

Сюй Цзыюэ несколько секунд сидел в замешательстве и в конце концов не смог сдержать вздоха.

Он расстегнул пижаму и приготовился переодеться... Затем он решил изменить куклу в лежачее положение и положил куклу лицом вниз на кровать.

Кто знает, будет ли эта кукла наблюдать за ним, пока он переодевается...

Повернувшись спиной к кукле, Сюй Цзыюэ снял одежду и переоделся в свободную одежду. Затем он повернулся обратно с намерением зафиксировать положение куклы и выйти... Но, обернувшись, он увидел, что кукла находится перед ним в сидячем положении.

Сюй Цзыюэ: «...»

Сюй Цзыюэ присел на корточки рядом с кроватью и уставился на куклу на уровне глаз.

— Ты подглядывал, как я переодеваюсь? — Сюй Цзыюэ сначала был озадачен. Затем он уверенно повторил:

— Ты подглядывал, как я переодеваюсь!

Сюй Цзыюэ подождал несколько секунд, но ответа не получил.

Он легонько щелкнул куклу по лбу и не смог удержаться от смеха:

— Как долго ты собираешься притворяться?

Сюй Цзыюэ встал, переобулся и вышел из комнаты, чтобы спуститься вниз, чтобы поесть.

Но он случайно столкнулся с Янь Ши и другими у подножия лестницы...

— Вы... Это что, новый вид церемонии приветствия? — Сюй Цзыюэ в замешательстве посмотрел на Янь Ши и других, стоявших в очереди на лестнице.

— Похоже, с тобой всё в порядке. — Гуань Чэнцзе посмотрел за спину Сюй Цзыюэ и не увидел куклы.

Сюй Цзыюэ был смущен:

— Должно было что-то случиться?

Янь Ши объяснил:

— Когда мы пришли в твою комнату раньше, Лу Сюян увидел куклу, которую ты принес, стоящей позади тебя. — сказав это, он внимательно посмотрел на реакцию Сюй Цзыюэ.

Но Сюй Цзыюэ был лишь слегка удивлен. Затем он кивнул головой и довольно легко принял эту информацию.

Тан Юньюнь осмотрела Сюй Цзыюэ с ног до головы:

— Т-ты не боишься?

— ...Он также немного пошевелился, когда я переодевался, так что я уже испугался. — Сюй Цзыюэ спустился по лестнице и успокоил, — Он просто немного двигается. Он не причинил никакого вреда, так что не нужно бояться.

Лу Сюян сказал:

— Будет слишком поздно, когда это действительно произойдет, но я также думаю, что для тебя уже слишком поздно выбрасывать её.

— На данный момент это место всё ещё безопасно. — Ху Бэйцзя почувствовала, что это было довольно странно, — С нами ещё ничего не случилось.

— Это хорошо. — Янь Ши повернулся и спустился по лестнице, — Сюй Цзыюэ, тебе следует уделять больше внимания этой кукле. Если что-нибудь случится, мы не сможем тебе тебе помочь.

Сюй Цзыюэ, который следовал в конце группы, кивнул:

— Мм. — с ним всё равно ничего не случится...

Но он не мог этого сказать.

До тех пор, пока они смогут пережить эти пятнадцать дней; не имело значения, что они делали и как они это делали... До тех пор, пока пройдут эти пятнадцать дней, они будут жить.

Тан Юньюнь прикусила нижнюю губу и беспокойно ждала, что что-то произойдет.

В середине обеда Сюй Цзыюэ болтал с Цзинь-эр, которая подавала суп, когда они услышали крик Тан Юньюнь из ванной.

Янь Ши и остальные быстро бросили палочки и подбежали.

Сюй Цзыюэ также отреагировал на долю секунды позже и скопировал их действия, бросив палочку для еды и подбежав.

Но как только он встал, что-то соскользнуло с его ноги.

Сюй Цзыюэ опустил глаза...

Маленький милашка, почему это снова ты?

Сюй Цзыюэ хотел как следует поболтать с этой маленькой куклой, но что-то случилось со стороны Тан Юньюнь, поэтому ему пришлось поспешить, чтобы проверить ситуацию. В конце концов Сюй Цзыюэ смог только поднять куклу и подбежать.

Когда Сюй Цзыюэ прибыл, он увидел, что Тан Юньюнь плачет в объятиях Янь Ши, в то время как Янь Ши пытался оттолкнуть её. Янь Ши терпеливо спросил:

— Что, черт возьми, случилось? Сначала расскажи об этом, прежде чем плакать.

Сюй Цзыюэ посмотрел на Тан Юньюнь. Похоже, она не пострадала.

Гуань Чэнцзе беспомощно наблюдал, как Тан Юньюнь плакала. Он заткнул уши, огляделся и случайно увидел, как прибыл Сюй Цзыюэ. Вскоре после этого он заметил куклу в руках Сюй Цзыюэ...

— У тебя его не было, когда ты спускался раньше? — Гуань Чэнцзе сделал шаг назад и внимательно посмотрел на Сюй Цзыюэ.

— ...Я принес его с собой. Ты, наверное, не заметил. — Сюй Цзыюэ чувствовал, что в этой кукле не было ничего ужасного, просто она была немного цепкой и, возможно, немного интровертной.

Потому что, как бы он с ней ни разговаривал, кукла не отвечала.

Гуань Чэнцзе не поверил ему. Он сделал ещё один шаг назад и встал на самом дальнем от Сюй Цзыюэ месте.

Сюй Цзыюэ также предусмотрительно сделал шаг назад.

На другом конце крики Тан Юньюнь наконец перешли в рыдания. Она вытерла слезы тыльной стороной ладони и сказала, останавливаясь и начиная:

— Я... Я пошла в ванную... После мытья рук мне передали бумажное полотенце, и я подсознательно приняла его... А когда вытерла руки, то увидела в зеркале куклу... Уууууу...

— ... — игроки, которые уже сталкивались с подобными ситуациями, не находили это страшным. В такой реакции не было необходимости.

Когда Ху Бэйцзя услышала это, она пошла в женский туалет и заглянула внутрь. Независимо от того, было ли она внутри или снаружи зеркала, не было никаких признаков куклы:

— Тогда ты посмотрела за пределы зеркала? Где кукла?

Тан Юньюнь шмыгнула носом. В её покрасневших глазах всё ещё стояли слезы.

— У-ушла.

Янь Ши наконец смог оттолкнуть Тан Юньюнь:

— Ты чувствуешь себя где-нибудь неуютно? Или кукла напала на тебя?

Тан Юньюнь покачала головой:

— Нет...

Шестеро молчали несколько секунд. В конце концов, Янь Ши схватился за лоб и слабо сказал:

— Давайте вернемся и поедим.

— Значит, мы ничего не собираемся с этим делать?  —Тан Юньюнь недоверчиво схватила Янь Ши за край рубашки.

— Зачем? И что ты хочешь сделать? — Янь Ши спросил в ответ, — Не думай, что все такие же могущественные, как ты. Большинство людей, которые сталкиваются с подобными вещами, могут только убежать. Ты должна считать, что тебе повезло, что ничего не случилось.

Тан Юньюнь тихо всхлипнула.

Янь Ши слабо покачал головой и повернулся, чтобы вернуться в ресторан, но когда он обернулся, то увидел Сюй Цзыюэ, стоящего позади него с куклой. Сначала он был поражен, и его сердце пропустило удар. После этого выражение его лица потемнело.

— Что с этой куклой? — Янь Ши был совершенно уверен, что руки Сюй Цзыюэ были пусты, когда он спустился, и он не нес свою сумку. За такое короткое время Сюй Цзыюэ не смог вернуться, чтобы забрать её.

— Что... она не может разлучиться со мной, а я не могу разлучиться с ней.

Лу Сюян рассмеялся:

— Твой ответ не отвечает на вопрос.

— Ты действительно знаешь, что сейчас делаешь? — Янь Ши сурово посмотрел на Сюй Цзыюэ, — Возможно, ты находишься под её контролем, и ты не знаешь об этом.

Сюй Цзыюэ выразил уверенность, что его не контролируют.

Перед Янь Ши и остальными Сюй Цзыюэ намеренно говорил с большей уверенностью, чтобы доказать это.

Но это, наоборот, заставило Янь Ши обратить больше внимания на Сюй Цзыюэ.

Янь Ши больше не разговаривал с Сюй Цзыюэ и просто прошел мимо него, чтобы вернуться в столовую, чтобы закончить свой обед.

Сюй Цзыюэ пошел в заднюю часть группы. Погладив куклу по голове, он беспомощно вздохнул.

Было бы хорошо, если бы эта кукла не последовала за ним и просто осталась в его комнате.

Сюй Цзыюэ сделал всё возможное, чтобы не выделяться, но он действительно ничего не мог поделать с куклой, и он не мог предсказать или остановить действия куклы. Но если бы он не забрал куклу из музея, то не смог бы выполнить свою задачу.

Сюй Цзыюэ вдруг почувствовал, что Сунь Мо и Остин — маленькие ангелочки. Конечно, он также считает, что эта кукла очень милая. Просто в этой игре было слишком мало игроков, и он вообще не мог от них спрятаться.

После обеда Янь Ши и другие прямо сказали Сюй Цзыюэ, что они не хотят быть вместе с ним, потому что у Сюй Цзыюэ слишком много факторов риска.

Сюй Цзыюэ понял это и не последовал за ними, чтобы исследовать отель.

Он не знал, чем закончится их исследование потому что вернулся в свою комнату с куклой.

Комната ничем не отличалась от той, что была, когда он уходил. Сюй Цзыюэ положил куклу на кровать в сидячем положении, а затем сел, скрестив ноги, на пол, глядя на куклу. Он сказал строго и серьезно:

— Я знаю, что ты можешь двигаться. Ты можешь перестать притворяться.

Сюй Цзыюэ немного подождал:

— Я уже видел каждую твою часть. Чего ещё я не могу знать?

Кукла: «....»

Сюй Цзыюэ снова болтал в одиночестве. Он решил перейти на разговорный тон:

— Я всё ещё не знаю твоего имени. Не хочешь мне сказать?

— Ты понимаешь, что мне действительно трудно, когда ты в таком состоянии?

— Все мои спутники боятся меня и больше не берут с собой играть. Не мог бы ты в следующий раз предупредить меня заранее? Я поставлен в трудное положение, когда ты тихо следуешь за мной по пятам.

— Меня зовут Сюй Цзыюэ. С тех пор как я вернул тебя, ты теперь мой.

— Ты забрался ко мне на грудь во время дневного сна? К счастью, ты не тяжелый, иначе мне приснился бы кошмар... Но разве ты не боишься, что я тебя раздавлю?

— Ты серьезно собираешься заставить меня говорить в одиночестве весь день?

— Кстати говоря, погода здесь всегда такая унылая? Всегда кажется, что будет дождь, но воздух не влажный.

— За окном также есть могилы. Почему бы тебе не поговорить со мной? Я их немного боюсь.

— Кстати говоря, где люди в этой деревне? Я видел только двоих, и я не видел эту старейшину с той встречи в прошлый раз.

Сюй Цзыюэ вздохнул. Он был немного поражен тем, как кукла могла оставаться неподвижной всё это время. Если бы он не был уверен, что кукла может двигаться, он бы действительно подумал, что кукла была просто обычной куклой.

Сюй Цзыюэ положил руку на кровать и обвил пальцами талию куклы.

Затем он опустил подбородок на кровать и посмотрел в глаза куклы, слегка наклонив голову.

— Ты мне нравишься. Могу ли я тебе понравиться?

Глаза куклы, которые были слегка опущены, немного поднялись, соприкасаясь с парой круглых глаз Сюй Цзыюэ...

Сюй Цзыюэ наблюдал, как глаза куклы возвращаются в исходное положение.

Сюй Цзыюэ: «...»

В этот момент его настроение было немного сложным.

Теперь, когда он увидел, как двигаются глаза куклы, сердце Сюй Цзыюэ не могло не забиться немного быстрее. В конце концов, это было очень странно, и он почувствовал легкий след страха.

Но...

В дополнение к этому, когда он увидел, что кукла перед ним на мгновение ожила, он также почувствовал некоторое удивление.

Создатель был слишком удивительным...

Сюй Цзыюэ видел комнату, заполненную куклами в музее гуманоидов, но ни одна из них не тронула его. Он не понимал этого раньше, но в тот момент, когда его глаза встретились с глазами куклы, он понял.

Глаза кукол в этом музее были такими же, как у Цзинь-эр. Хотя цвета и стили были разными, и в целом они выглядели великолепно, только тот, что был перед ним, казалось, содержал «жизнь».

Его глаза действительно отражали человека, на которого он смотрел.

Эта пара глаз была ясной и прозрачной, как будто они были наполнены звездным светом и чисты, как снег.

Сюй Цзыюэ поджал губы, а затем сказал нервно и взволнованно:

— Я видел это. Твои глаза двигались.

Кукла молчала.

Сюй Цзыюэ нахмурился. Он подумал об этом и решил взять куклу и принести её Цзинь-эр, чтобы задать несколько вопросов.

Он вышел из своей комнаты и направился в том направлении, в котором, как он помнил, раньше шла Цзинь-эр, но неожиданно в самой дальней комнате первого этажа его встретил отвратительный труп.

Дверь в самую дальнюю комнату была слегка приоткрыта, и из неё сочился свет. Раздавались также слабые шуршащие звуки.

Кукла в его руках слегка пошевелилась.

Сюй Цзыюэ посмотрел на него сверху вниз. Кукла вернулась в нормальное состояние.

Сюй Цзыюэ обдумал свои варианты и не сразу вошел в комнату. Он постучал в дверной косяк и неуверенно крикнул:

— Цзинь-эр?

— Цзинь-эр? — Сюй Цзыюэ почувствовал какой-то неприятный запах.

Он чувствовал, что что-то не так. Он не мог не крепче сжать куклу в руках, но и не собирался заглядывать внутрь.

Сюй Цзыюэ решил уйти первым.

Но, похоже, его голос напугал всех, кто находился в комнате. Из щели между дверью выскользнули большая и маленькая мыши. Увидев снаружи Сюй Цзыюэ, они развернулись и проскользнули обратно, по пути распахнув дверь.

На кровати в комнате лежал гниющий труп, наполовину обглоданный мышами, муравьями и другими насекомыми. Там также было несколько личинок, корчащихся возле трупа...

Лицо Сюй Цзыюэ мгновенно побледнело.

Держа куклу, он повернулся и побежал. Дойдя до входа в отель и увидев, что дорога снаружи совершенно пуста, он мог только повернуть назад.

Снаружи может быть ещё опаснее.

Сюй Цзыюэ просто чувствовал, что этот отель был слишком отвратительным.

Это верно... Он должен пойти и рассказать об этом Янь Ши и остальным.

В такое время, как сейчас, Сюй Цзыюэ чувствовал бы себя более непринужденно с компаньонами вокруг.

В этот момент он почувствовал, что вся деревня слишком тиха. Как будто только он один остался в этом мире.

Сюй Цзыюэ не осмеливался кричать, опасаясь, что он может привлечь что-то грязное.

Как раз в тот момент, когда Сюй Цзыюэ собирался пойти и проверить другой конец первого этажа, он почувствовал, что кукла в его руках снова зашевелилась. Она двигалась немного раньше, и Сюй Цзыюэ увидел этот отвратительный труп, так как на этот раз она снова двигалась... Сюй Цзыюэ остановился и медленно отступил назад.

Он ещё не принял решения, что ему делать, когда увидел, как Цзинь-эр выходит из темного коридора.

Как только Сюй Цзыюэ увидел Цзинь-эр, его тело немного напряглось. Затем он увидел несколько человек, идущих за Цзинь-эр с несколько странными взглядами.

Это были Янь Ши и остальные.

— Что случилось? — спросил Сюй Цзыюэ с пересохшим горлом.

— Заблудился. Случайно зашел в кабинет Цзинь-эр. — Янь Ши боялся, что Сюй Цзыюэ будет действовать вне его ожиданий, поэтому он остановил Сюй Цзыюэ от дальнейших расспросов.

В конце концов, у них были свои причины оставить Сюй Цзыюэ позади, и не было бы ничего удивительного, если бы он затаил обиду по этому поводу.

Но они определенно не могли рисковать своей жизнью и позволить кому-то столь опасному, как Сюй Цзыюэ, следовать за ними повсюду.

Причина этого была довольно проста. Это было очень понятно с их точки зрения. Но Янь Ши не мог не беспокоиться ещё больше. Был ли Сюй Цзыюэ кем-то сострадательным? Сохраняет ли он нормальное человеческое мышление или полностью находится под контролем куклы? Или, может быть, его личность исказилась после нескольких игр и он не так прост, как кажется? Они ничего не знали.

Но другие игроки, по крайней мере, вели себя нормально, как обычные игроки. Только у Сюй Цзыюэ было слишком много непредсказуемых факторов.

Сюй Цзыюэ не был таким сложным, каким его считал Янь Ши. Единственной мыслью в его голове в тот момент было то, что Цзинь-эр опасна.

Сюй Цзыюэ видел одежду трупа. Это был старейшина, которая привела их в отель.

Сюй Цзыюэ вспомнил, как старшая говорила, что Цзинь-эр её внучка. Но если бы она действительно была её внучкой, она определенно не вела бы себя так обычно после смерти родственника. Судя по виду трупа, старейшина определенно умерла больше, чем один или два дня назад. Человеческое тело не достигло бы такого состояния так быстро...

Сюй Цзыюэ более тщательно обдумал события последних нескольких дней и почувствовал, что там было довольно много подозрительных областей. Может быть, он ошибся раньше? Была ли это просто иллюзия?

Под пристальным взглядом безжизненных глаз Цзинь-эр Сюй Цзыюэ неловко опустил голову и посмотрел на куклу в своих руках:

— Я просто собирался поискать вас, ребята, но не смог вас найти... — Сюй Цзыюэ не спешил расспрашивать об их странных выражениях и кабинета Цзинь-эр.

— Зачем ты нас ищешь? — Тан Юньюнь прямо задала вопрос, который был у всех.

Сюй Цзыюэ не мог ответить. Он не был уверен, что может или должен говорить о чем-то подобном в присутствии Цзинь-эр... В конце концов, всё равно нужно было сначала обсудить это.

Янь Ши заметил выражение лица Сюй Цзыюэ и понял, что об этом было неудобно говорить здесь, поэтому он бросил на Тан Юньюнь предупреждающий взгляд и плавно шагнул вперед, чтобы обнять Сюй Цзыюэ за шею:

— Мы можем поговорить об этом наверху. Правильно, давай поиграем в игру позже...

Янь Ши сделал шаг в направлении лестницы, но не смог сделать следующий шаг. Сюй Цзыюэ рядом с ним не двигался.

Он обернулся, чтобы посмотреть на Сюй Цзыюэ, но увидел, что его воротник был оттянут назад....

И Сюй Цзыюэ, и Янь Ши оглянулись. Очень близко к ним стояла Цзинь-эр.

Губы Цзинь-эр медленно приподнялись, и на её лице появилась сладкая улыбка:

— О чем ты собираешься говорить? Ты можешь сказать Цзинь-эр?

Сюй Цзыюэ очень хотелось немедленно отказать ей со словами «Нет!».

Но, во-первых, он не осмеливался этого сделать, а во-вторых, он не мог этого сделать... Он всегда был слаб к просьбам красивых людей. Но в нынешней ситуации он мог преодолеть это. Увидев лицо куклы, Сюй Цзыюэ развил легкое сопротивление таким, как Цзинь-эр.

Это было равносильно потере интереса к безвкусным местным деликатесам после того, как они попробовали экзотические деликатесы. Его воздействие уже не было таким сильным, как вначале.

Конечно, Сюй Цзыюэ ещё не «съел» экзотический деликатес.

Самое большее, он смотрел, трогал и «облизывал»... Вы должны знать, что он не стал бы снимать с него одежду, не воспользовавшись этим.

Тан Юньюнь и остальные всё ещё стояли позади Цзинь-эр. Эта напряженная атмосфера заставила их встревожиться, и они быстро шагнули вперед, чтобы попытаться облегчить ситуацию.

Ху Бэйцзя подошла и мягко похлопала Цзинь-эр по плечу. В её глазах читалась нервозность, но её мужество было несравнимо с другими.

Она намеренно сказала дразнящим тоном:

— Цзинь-эр, если ты ещё немного потянешь Сюй Цзыюэ за одежду, половина его талии будет обнажена.

Сюй Цзыюэ был одет в свободную рубашку. Когда Цзинь-эр потянула его, холодный воздух ворвался сзади, и небольшая часть его талии была обнажена.

Прежде чем Сюй Цзыюэ успел что-либо сказать, кукла в его руках снова шевельнулась.

Сила позади него также ослабла.

Цзинь-эр отпустила его и отступила назад.

Её безжизненные глаза какое-то время странно смотрели на Сюй Цзыюэ. Это заставило Сюй Цзыюэ почувствовать себя немного неловко. Но ещё более странным было то, что в конце концов она ничего не сказала и прошла мимо Сюй Цзыюэ, направляясь в сторону комнаты с трупом.

Сюй Цзыюэ открыл рот, но не закричал.

Янь Ши испустил долгий вздох облегчения.

Он посмотрел на Лу Сюяна и остальных и взмахнул руками, давая сигнал всем идти наверх.

Вернувшись в спальню, спальню Янь Ши, тот взял на себя инициативу рассказать Сюй Цзыюэ об открытиях, которые они сделали во время своего исследования.

Янь Ши и другие обнаружили студию на другом конце первого этажа. Внутри студии были различные куклы; некоторые были закончены, некоторые ещё не были, и были также некоторые, которые были только отдельными частями тела, а некоторые были разрушены молотком.

Как относились к куклам, а также симпатии и антипатии владельца были ясны.

В студии также были инструменты для шитья, и было много кукольной одежды.

Янь Ши и другие нашли маленький кусочек кукольной одежды поверх всей кукольной одежды. Узор и стиль... были точно такими же, как и одежда Лу Сюяна.

Только теперь Сюй Цзыюэ посмотрел на Лу Сюяна. Неудивительно, что глаза Лу Сюяна были полны раздражения и тревоги.

— Брат Янь, зачем ты ему это рассказываешь? Он ничем не рисковал и просто ждет здесь наших открытий. — Тан Юньюнь с презрением посмотрела на Сюй Цзыюэ.

Янь Ши слабо взглянул на Тан Юньюнь взглядом, который говорил: «Ты вышла из группы».

Сюй Цзыюэ также задавался вопросом, почему Янь Ши так охотно рассказывал ему всё это. В конце концов, с их точки зрения он, вероятно, казался кем-то, кто просто сидел и ничего не делал.

Янь Ши ничего не скрывал. Он прямо объяснил ему причину:

— Мы были пойманы Цзинь-эр в студии. Дверь в студию была заперта.

— ...Тогда как ты попал внутрь?

— Отпер её. — продолжил Лу Сюян с плохим выражением лица, — Я отпер её.

И, отперев её, он увидел кукольную одежду, похожую на ту, что была на нем. Любой, кто сталкивался с такой ситуацией, неудержимо ассоциировал бы её с какими-то ужасными мыслями.

Например, будут ли сделаны куклы из них? Умрут ли они, когда закончат? Или их превратят в кукол, которые не могут ни двигаться, ни говорить... Это было бы более мучительно, чем стать вегетативным...

— Вы, наверное, только сейчас обратили внимание на атмосферу. Я догадался, что Цзинь-эр, вероятно, планировала что-то сделать с нами... Но потом она передумала. — Янь Ши посмотрел на Сюй Цзыюэ оценивающим взглядом, — Что ты сделал?

Внезапная перемена Цзинь-эр была чем-то, что любой мог сказать.

Палец Сюй Цзыюэ шевельнулся. Этот палец просто случайно оказался на бедре куклы в его руках... Сюй Цзыюэ снова подсознательно ощупал куклу.

Цзинь-эр изменила своё отношение, потому что кукла пошевелилась.

Но он не расскажет об этом Янь Ши и остальным.

Что, если они захотят отнять у него куклу?

И поэтому Сюй Цзыюэ просто покачал головой, делая вид, что не знает. В обмен на информацию Янь Ши Сюй Цзыюэ рассказал им о своем открытии.

Старейшина, которую они встретили в самом начале, была мертва.

Сюй Цзыюэ дал им приблизительное описание внешности старейшины:

— Я не уверен, что старейшина всё ещё там... Помните, как Цзинь-эр ушла раньше? Она пошла в том направлении, где я нашел тело.

Гуань Чэнцзе коснулся своего подбородка:

— Судя по твоему описанию, похоже, что она была мертва больше суток?

Сюй Цзыюэ покачал головой. Если бы он мог, он действительно не хотел вспоминать эту сцену:

— Я не знаю.

Ху Бэйцзя долго молчала.

— Может быть, она уже была мертва, когда пришла за нами?

Тан Юньюнь задрожала от страха. Гуань Чэнцзе потер руки, но сказал с улыбкой:

— Мы не должны слишком глубоко думать об этом, иначе это будет слишком жутко.

Сюй Цзыюэ не знал, действительно ли Гуань Чэнцзе боится, но он чувствовал, что Гуань Чэнцзе немного отличается от других.

— Я только что упомянул о возможности. — Ху Бэйцзя вспомнила наряд старейшины в то время, — Она была полностью покрыта, не так ли? Даже если она разлагалась, мы этого не увидим. А при ходьбе по телу всё ещё могут ползать личинки? Если бы одежда не была обернута вокруг неё так плотно, возможно, эти плотоядные твари выпали бы...

Тан Юньюнь быстро закрыла рот Ху Бэйцзя и умоляла её со слезами на глазах:

— Я умоляю тебя, сестра. Я буду звать тебя старшей сестрой. Даже предком. Пожалуйста. Хватит болтать...

Это была не просто Тан Юньюнь. Никто из присутствующих не хотел слушать речь Ху Бэйцзя. Сюй Цзыюэ, у которого богатое воображение и который лично видел это, чувствовал себя ещё более неловко...

Он легонько потер бедра куклы и прошептал:

— Могущественных женщин невозможно остановить...

Янь Ши молча дал ему +1.

Ху Бэйцзя наблюдала за реакцией других людей, но не презирала и не высмеивала их. Она всегда знала, что немного отличается от других и не будет испытывать особого страха, сталкиваясь с пугающими ситуациями, но это не означало, что она не боялась. Просто её терпимость была немного лучше, чем у большинства людей.

Ху Бэйцзя спросила:

— Мы пойдем посмотреть на труп, который видел Сюй Цзыюэ?

Тан Юньюнь покачала головой и добавила:

— Разве Цзинь-эр не пошла этим путем? Если мы пойдем сейчас, то столкнемся с ней. Если нам не повезет, мы можем столкнуться с ней, в то время, как она уничтожает улики.

— Это слишком рискованно. — Янь Ши нахмурился и тоже не согласился с предложением Ху Бэйцзя.

Цвет лица Лу Сюяна всё ещё был не очень хорошим. Хотя он сидел с ними, большая часть их разговоров не доходила до его ушей. Янь Ши слегка кашлянул, чтобы привлечь внимание Лу Сюяна.

Янь Ши сказал:

— Что касается того, что мы видели в студии...

Лу Сюян тут же оглянулся.

— На данный момент у нас недостаточно информации, но мы также не можем просто сидеть и ждать смерти. Мы должны снова пойти в ту студию. Мы слишком торопились раньше и до сих пор не знаем цели кукольной одежды Лу Сюяна. По крайней мере, это не следует оставлять в студии.

Лучшим вариантом для них было то, чтобы что-то произошло, потому что, как только что-то произойдет, они смогут больше понять о правилах этого мира.

Но такие мысли нельзя было высказывать вслух.

Даже если это было правдой, это, несомненно, вызвало бы у них подозрения.

Лу Сюян кивнул:

— Да, это нужно убрать. — одежда, которая точно такая же, как у него, после этого тело, которое точно такое же, как у него... Никто не знал, какова была цель. Будет ли он в безопасности после того, как вынесет это из студии?

Лу Сюян был тем, кто находился в беде, так что он также чувствовал себя наиболее встревоженным и обеспокоенным, и он, естественно, хотел бы думать о более светлой стороне. Другие, кто не был вовлечен, смогли спокойно рассмотреть другие вещи.

Даже если они достанут этот маленький кусочек одежды, разве его нельзя будет сшить заново?

И если бы они думали об этом ещё более негативно, если бы вещи Лу Сюяна пропали, Цзинь-эр перешла бы к другим вместо этого?

Мысли этих людей совершенно отличались от мыслей в голове Сюй Цзыюэ.

Кукла сидела у него на руке, и когда он слушал их разговор ранее, он бессознательно коснулся бедра куклы... Затем Сюй Цзыюэ почувствовал, как его пнули по руке.

К счастью, халат куклы был широким, и он полностью скрывал её движения.

С тех пор как была обнаружена его способность двигаться, эта кукла стала ещё более беспринципной. Это было странно мило.

Сидя среди команды, которая несла тяжелую атмосферу, только один Сюй Цзыюэ был в счастливом настроении.

Было ли он застенчивым? Сюй Цзыюэ коснулся лодыжки куклы. Как только кукла двинулась, Янь Ши случайно посмотрел в ту сторону. Она быстро перестал двигаться.

— Твоя вещь... —  Янь Ши посмотрел на куклу, которую держал Сюй Цзыюэ, — Что-нибудь необычное в ней?

Сюй Цзыюэ посмотрел на Янь Ши широко раскрытыми глазами и покачал головой:

— Нет.

Янь Ши нахмурился. Он ещё несколько раз взглянул на куклу, прежде чем перейти к более серьезным вопросам:

— Уже поздно. После ужина мы должны вернуться в свои комнаты и остаться там. Завтра мы пойдем в студию. Что касается места, о котором говорил Сюй Цзыюэ... Мы также пойдем и посмотрим.

После того, как он закончил говорить это, Сюй Цзыюэ встал с намерением уйти, но когда он оглянулся, то увидел, что остальные не двигались.

Сюй Цзыюэ огляделся и нерешительно спросил:

— Н-не расходимся?

— ... — они боялись, что что-то случится, как только они разойдутся. С большим количеством людей было безопаснее.

Ху Бэйцзя последовала за Сюй Цзыюэ и встала:

— Тогда я вернусь в свою комнату.

Лу Сюян, Янь Ши и Гуань Чэнцзе теперь пользовались этой комнатой, так что им не пришлось уходить.

Тан Юньюнь на самом деле не хотела идти, но, увидев, что Ху Бэйцзя встала, она неохотно поднялась и последовала за ней.

Сюй Цзыюэ взял инициативу на себя и первым вышел из комнаты с куклой. Сначала он вышел из своей комнаты, чтобы найти Цзинь-эр и спросить её о кукле, но теперь, похоже... Мало того, что эта цель не была достигнута, он даже наткнулся на отвратительный труп.

До ужина оставалось ещё некоторое время. Сюй Цзыюэ вернулся в свою комнату, положил куклу на кровать и сел рядом с ней.

— Давай поболтаем? Если ты не будешь говорить, я тебя раздену?

Кукла молчала.

В присутствии других он казался немного более открытым.

Сюй Цзыюэ сделал, как он сказал:

— Я снимаю его. Я действительно снимаю его? — он медленно расстегнул халат вокруг куклы.

На гладком теле куклы на самом деле смотреть было не на что. По крайней мере, у Сюй Цзыюэ не возникнет никаких развратных мыслей.

Но Сюй Цзыюэ всё ещё касался куклы, как будто это был настоящий человек.

Делая это, он также посетовал:

— Было бы хорошо, если бы ты был настоящим... — иметь возможность прикасаться к нему, как ему заблагорассудится, не встречая никакого сопротивления.

Кто бы мог подумать, что это его желание сбудется ночью?

Сюй Цзыюэ боялся, что кукла снова последует за ним вниз, поэтому, когда пришло время ужина, он переодел куклу и принес её с собой. Во время ужина они молчали и почти не разговаривали, чтобы не дать случайно просочиться какой-либо информации.

Но Сюй Цзыюэ не мог сдержаться. Он спросил Цзинь-эр, можно ли мыть кукол.

По поводу способности Сюй Цзыюэ до сих пор нормально разговаривать с ней, Янь Ши и другие были поражены.

Цзинь-эр многозначительно посмотрела на куклу и тупо ответила:

— Если ты можешь его помыть, ты можешь его помыть.

Сюй Цзыюэ на самом деле не понимал слов Цзинь-эр. Что ты имеешь в виду, если ты можешь его помыть, ты можешь его помыть? Он спрашивал, потому что не знал, можно ли его вымыть.

И поэтому, вернувшись в свою комнату после ужина, Сюй Цзыюэ просто вытер куклу полотенцем и пошел сам принять душ.

Когда он толкнул стеклянную дверь и вышел из ванной, то увидел куклу, стоящую в дверях. Это его немного удивило.

Сюй Цзыюэ вытер волосы полотенцем и поднял куклу. Он сказал укоризненно:

— Эй, почему ты пришел сам? Ты также надел свою одежду? Ты напугал меня. — он пошел принять душ после того, как вытер куклу, и оставил её лежать голой на кровати, но в этот момент на ней было белое внутреннее платье.

Сюй Цзыюэ представил, как кукла пытается влезть в свою одежду, и попытался подавить смех.

В этом мире Сюй Цзыюэ мало что мог сделать. Вытирая волосы, он разговаривал с куклой. Конечно, без ответа куклы это было совершенно односторонним.

Даже когда волосы Сюй Цзыюэ были в основном сухими, кукла не делала никаких движений.

Посреди ночи Сюй Цзыюэ проснулся от своего сонного состояния, но когда его разум прояснился, он увидел, что парализован и не может двигаться. Однако его разум был совершенно ясен.

Лицо Сюй Цзыюэ побледнело. Это был его первый раз, когда он испытывал нечто подобное.

Он попытался пошевелить руками и ногами, но тело не реагировало.

Он услышал тихий шорох. В груди Сюй Цзыюэ вдруг стало немного холодно...

Как будто пуговицы его пижамы были расстегнуты.

— Кто-нибудь? — Сюй Цзыюэ попытался заговорить. Удивительно, но он мог говорить правильно.

В кромешной темноте комнаты Сюй Цзыюэ мог использовать только слабый лунный свет, просачивающийся сквозь занавески, чтобы увидеть слабые очертания предметов в комнате.

Когда его глаза привыкли к темноте, Сюй Цзыюэ увидел куклу, сидящую у него на груди, но он совсем не чувствовал её веса.

— Маленькая куколка... — Сюй Цзыюэ изо всех сил старался улыбнуться.

Что он пытается сделать? О нет, может быть, это месть за то, что он сделал сегодня?

— Меня зовут Мо.

Голос куклы был очень необычным. В нем был безжизненный тон, из-за чего слушать его было неудобно, но если подумать только о голосе, то он был довольно приятным.

Прежде чем Сюй Цзыюэ успел подумать об имени этой куклы и причине её действий, он понял, что ещё несколько его пуговиц были расстегнуты.

Кукла сидела на его теле, расстегивая пуговицу за пуговицей, а затем пыталась снять с него рубашку.

Сюй Цзыюэ несколько раз моргнул. Его уши покраснели:

— Маленькая кукла, что ты пытаешься сделать?

К счастью, его тело было намного больше, чем у куклы, поэтому рубашку нельзя полностью снять, когда он давит на неё. Как только Сюй Цзыюэ подумал об этом, он заметил, что его тело село помимо его воли. Пока он находился под контролем куклы, она подошла к Сюй Цзыюэ и стянула с него пижамную рубашку.

С обнаженной верхней половиной Сюй Цзыюэ даже чувствовал, как дует холодный воздух, вызывая мурашки на его руке.

Маленькая кукла по имени Мо не ответил на вопрос Сюй Цзыюэ.

Как заключенный, ожидающий суда, Сюй Цзыюэ нервничал и волновался одновременно. Он ничего не знал о том, что должно произойти.

— Ссссс... — тело Сюй Цзыюэ не могло пошевелиться, но всё ещё дрожало.

В тот момент, когда теплое полотенце коснулось его талии, он почувствовал, как что-то похожее на электрический разряд пробежало по нему.

Из-за своего небольшого размера Мо не мог дотянуться очень высоко, но он просто случайно выбрал чувствительное место.

Сюй Цзыюэ, естественно, не мог справиться с этим.

У него никогда не было такого опыта!

— Ты-ты-ты... ты хочешь вытереть моё тело? — спросил Сюй Цзыюэ с красным лицом.

Когда он вытирает его тело полотенцем, у него никогда не возникнет ни одной из этих мыслей, но теперь, когда человек, делающий это, изменился, и это был даже не человек... он чувствовал себя совершенно по-другому.

Размер полотенца, которое использовала кукла, был меньше половины размера обычного полотенца, поэтому его было удобнее использовать. Хотя он слышал Сюй Цзыюэ, он не ответил и продолжал, как будто не слышал его.

Сюй Цзыюэ приготовился к этой пытке и позволил кукле вытереть его тело. Время от времени он слегка дрожал, когда касались одного из его чувствительных мест.

— Я обещаю, что больше не буду тебя вытирать...

Сюй Цзыюэ прикрыл рот рукой и плакал без слез. Выдержав это через это некоторое время, он понял. Должно быть, это кукла мстит ему за то, что он не был доволен тем, что его тело вытерли. Но прежде чем Сюй Цзыюэ успел закончить говорить, он почувствовал, как чувствительную часть его тела пнули.

Нога куклы была не очень большой, и использованная сила была не очень сильной, но она нацелилась на чувствительную часть его тела, и Сюй Цзыюэ не мог этого вынести.

— Тогда... Тогда я вытру тебя и завтра...? — нерешительно спросил Сюй Цзыюэ, глядя в темноту впереди.

В комнате на несколько секунд воцарилась тишина.

— ...

Подождав некоторое время, Сюй Цзыюэ вздохнул с облегчением, но затем почувствовал, как его пнули в спину.

Сюй Цзыюэ: «???» Нет???

Сюй Цзыюэ внутренне глубоко вздохнул. Он не ожидал, что тот будет такой трудной куклой.

Независимо от того, как сильно Сюй Цзыюэ думал, он не мог понять причину действий куклы.

Сюй Цзыюэ мог только оставить эту тему и сменить её на другую:

— Итак, тебя зовут Мо. Это довольно хорошее имя...

Кукла закончила вытирать спину Сюй Цзыюэ и забралась на его бедра, чтобы вытереть переднюю часть. «Скраб, скраб, скраб» — он делал это очень серьезно. Это было довольно мило. Стоя на бедре Сюй Цзыюэ, он держал в обеих руках ультра-маленькое полотенце и сосредоточился на том, чтобы вытереть плечо Сюй Цзыюэ, оставаясь глухим к словам Сюй Цзыюэ.

— Я знаю кое-кого, кого звали также...

Маленькое пятнышко на груди Сюй Цзыюэ было вытерто куклой.

Неужели его снова ударит током?!

Сюй Цзыюэ был в некотором отчаянии. Жар в местах, которые были вытерты, рассеялся, и его сменило ощущение прохлады. Учитывая скорость куклы, он не знал, когда это будет закончено.

Ему действительно трудно молчать!

— Ты...

Сюй Цзыюэ молчал. Как только он открыл рот, сила, которую использовала кукла, возросла. Это явно означало, что он должен заткнуться.

Сюй Цзыюэ сдерживал все свои слова, пока всевозможные мысли заполняли его разум. Когда кукла закончила вытирать верхнюю часть его тела, прошло много времени. Если бы не темнота, Сюй Цзыюэ увидел бы, что не только его уши, всё его тело было полностью красным.

Наблюдая за силуэтом куклы в темной комнате, Сюй Цзыюэ попытался различить предмет, на который смотрела кукла. Похоже, это были его пижамные штаны.

— Тебе не обязательно делать вытирать половину! — голос Сюй Цзыюэ стал на несколько тонов выше от нервозности. Кто знает, какой силой воспользуется кукла? Если бы его важное место было вытерто, он был бы смущен до смерти.

Если бы это было по отношению к кукле, которая намеренно не двигалась и не говорила, Сюй Цзыюэ всё ещё мог бы дразнить его, но по отношению к кукле, которая сама бы действовала... Сюй Цзыюэ не осмеливался.

Не говоря уже о том, что эта маленькая кукла казалась особенно мстительной.

Возможно, из-за того, насколько твердым был тон Сюй Цзыюэ, кукла казалась немного «тронутой». Подумав, кукла позволила Сюй Цзыюэ упасть обратно в кровать, а затем старательно накрыла Сюй Цзыюэ одеялом... Что же касается трудной задачи — снова надеть рубашку... Лучше было забыть об этом.

Сюй Цзыюэ изо всех сил старался смотреть в сторону, чтобы наблюдать за куклой.

Кукла забралась на прикроватный столик, подняла свой гроб, который был выше его самого, а затем прыгнула обратно на кровать. Он поставил гроб рядом с Сюй Цзыюэ.

Он медленно подошел, открыл крышку гроба и дружелюбно лег в неё, прежде чем закрыться. На полпути он остановился, снова открыл её и посмотрел на Сюй Цзыюэ своими большими круглыми глазами.

— Спи.

Одно слово слетело с губ куклы.

Сюй Цзыюэ чувствовал, что он звучит как воспитатель детского сада, призывающий ребенка пойти вздремнуть... и он был этим ребенком.

Только увидев, что Сюй Цзыюэ закрыл глаза, кукла легла обратно и закрыла крышку гроба.

Сюй Цзыюэ тихо открыл глаза. В его глазах не было никаких признаков сонливости. Вся его сонливость была стерта куклой, так как же он мог спать?

По сравнению с именем «Мо» Сюй Цзыюэ чувствовал, что имя «маленькая кукла» было лучше, потому что оно соответствовало милому характеру куклы и звучало более интимно.

И имя... Сюй Цзыюэ не мог не думать о Сунь Мо.

После некоторых тщательных подсчетов он и Сунь Мо были разделены всего около месяца, но за этот период он пережил слишком много вещей, и казалось, что прошло несколько месяцев.

Но эта маленькая куколка действительно слишком милая. То, как он шел, и его поведение сегодня вечером... Сюй Цзыюэ не мог перестать улыбаться.

Даже когда он спал, он двигался, чтобы спать рядом с ним. Это было слишком мило!

Просто он не любил разговаривать...

Пройдя через эпизод с вытиранием тела, Сюй Цзыюэ не услышал никакого стука в дверь, что тоже было хорошо.

Сюй Цзыюэ смотрел на маленький гроб рядом с ним и медленно засыпал.

Когда он проснулся на следующий день...

Его голова пульсировала, голова кружилась, нос был заложен, а горло болело.

Ах... Он простудился.

Сюй Цзыюэ переоделся и вышел из своей комнаты, неся куклу, которую он вытащил из гроба.

Он постучал в двери двух других комнат. Кто-то ответил внутри, и через некоторое время обе двери открылись.

— Я думала, мы собираемся найти тебя чуть позже. — Ху Бэйцзя держала волосы в одной руке, а расческу в другой. С резинкой во рту она пробормотала это немного бессвязно.

Сюй Цзыюэ хлюпнул носом и ответил:

— Не мог уснуть, поэтому я встал.

— У тебя заложен нос. — Ху Бэйцзя догадалась по голосу, что у него, вероятно, простуда.

Сюй Цзыюэ кивнул:

— Да.

Открылась другая дверь, и вышел Янь Ши. Он был не в духе и протирал глаза. Увидев Сюй Цзыюэ и Ху Бэйцзя, стоящих в дверях, он поздоровался:

— Доброе утро.

Ху Бэйцзя кивнула в ответ и сказала Сюй Цзыюэ:

— В этом месте, возможно, нет лекарств. Как ты заболел? — затем она посмотрела на Янь Ши, — Ты плохо спал прошлой ночью? Что случилось?

Янь Ши кивнул:

— Я поговорю об этом, когда все будут здесь. — затем Янь Ши посмотрел на Сюй Цзыюэ, — Заболел?

Сюй Цзыюэ потер свой зудящий нос:

— Да, это может быть небольшая простуда.

— Это нехорошо. — Янь Ши нахмурился и казался немного раздраженным, но, похоже, это было не из-за холода Сюй Цзыюэ, — Если у тебя нет энергии, ты не сможешь убежать и попадешь в заднюю часть группы.

Он продолжил:

— Тебе не нужно бежать быстрее, чем «призрак», тебе просто нужно бежать быстрее, чем другие. Хотя это жестоко, это суровая правда. Иногда медленный бег может убить.

Сюй Цзыюэ только улыбнулся и ничего не сказал.

Но пока они ждали, когда Тан Юньюнь и остальные выйдут, Сюй Цзыюэ опустил голову и прошептал на ухо кукле:

— Ты заставил меня заболеть. Тебе лучше взять на себя ответственность.

Группа из шести человек собралась у лестницы, но не спустилась вниз.

Если они спустятся, а Цзинь-эр будет ждать внизу, они не смогут ничего сказать.

Ху Бэйцзя заметила выражение лица Гуань Чэнцзе и увидела, что он тоже плохо спал. Что касается Лу Сюяна, то это не было неожиданностью. Из этих троих он выглядел самым изможденным.

Янь Ши знал, что Ху Бэйцзя хочет спросить об этом, поэтому он взял на себя инициативу, чтобы заговорить:

— Прошлой ночью в дверь постучали.

Сюй Цзыюэ, который потирал лодыжку куклы, повернулся и посмотрел, когда услышал, как Янь Ши сказал это:

— Значит, стук был нацелен на Лу Сюяна? — как только Сюй Цзыюэ закончил говорить это, Ху Бэйцзя мельком взглянула на него.

Сюй Цзыюэ внутренне сокрушался. О нет, он сказал что-то не то.

Эта ситуация была похожа на подобные университетские экзамены. Некоторые не получат хорошего результата и не смогут записаться, в то время как другие могут записаться мгновенно. Те, кто преуспел, не могли праздновать перед теми, кто преуспел плохо, так как это могло легко вызвать ненависть.

С ситуацией, стоявшей перед ним, справиться было труднее, чем пытаться поступить в университет.

Этот стук в дверь от неизвестного источника, вероятно, был предупреждением.

Вспоминая одежду размером с куклу, похожую на одежду Лу Сюяна в студии вчера...

Как только эти два фактора будут связаны, естественно, можно будет подумать, что Лу Сюян, вероятно, скоро умрет.

Но это было то, что нельзя было произносить вслух.

Сюй Цзыюэ случайно допустил эту ошибку. Он тут же закрыл рот и тихо встал в стороне, притворяясь сторонним наблюдателем.

Янь Ши не обиделся на слова Сюй Цзыюэ, потому что всё, что сделал Сюй Цзыюэ — это констатировал факт, и теперь они должны были попытаться решить эту проблему.

Янь Ши сказал:

— Сюй Цзыюэ прав. В настоящее время кажется, что всё указывает на Лу Сюяна.

— Тогда что нам делать? — Тан Юньюнь выглядела ещё более встревоженной, чем Лу Сюян. Услышав, что есть товарищ по команде, который может умереть вскоре после пробуждения, она не могла не беспокоиться о том, кто может стать следующей целью.

Вопрос, заданный Тан Юньюнь, также было тем, что хотел знать Лу Сюян.

Но сейчас у них было не так уж много информации.

— На данный момент есть два места, куда мы можем пойти, чтобы собрать больше информации. Первое — это место, где Сюй Цзыюэ нашел тело, а второе — студия Цзинь-эр. Хотя в некоторых мирах может показаться, что это тупик, из моего опыта могу сказать, что всегда найдется способ сбежать. Некоторые из них могут быть просто немного сложнее найти.

Это было не просто немного сложнее.

Трудность, о которой говорил Янь Ши, может быть расценена другими как немного более неприятная, но Янь Ши знал правду: это ближе к режиму ада.

Как только игрок становится мишенью, даже если он не умирает, он, по крайней мере, теряет слой кожи.

Но состояние Лу Сюяна прошлой ночью было не очень стабильным, поэтому Янь Ши мог сказать только так, чтобы не беспокоить его ещё больше.

Из анализа Янь Ши, он действительно чувствовал, что Сюй Цзыюэ должен быть тем, кто станет мишенью, и именно поэтому он смог так легко согласиться на просьбу Лу Сюяна переехать в его комнату.

Но нынешнее развитие событий ясно сказало ему, что, если не считать внезапной простуды, Сюй Цзыюэ был в лучшем состоянии, чем все пятеро, и выглядит совершенно здоровым.

Может быть, иметь куклу в этой деревне — это то же самое, что иметь амулет?

Янь Ши внезапно пришла в голову эта мысль.

Лу Сюян прервал мысли Янь Ши. Он заговорил и сказал:

— Тогда пойдем в студию и посмотрим... И место, где Сюй Цзыюэ нашел труп. Пойдем и осмотрим.

Больше всего беспокоился Лу Сюян. Он даже подумал, что если Цзинь-эр — кукла, то ей, вероятно, не нужно спать. Если это было так, то Цзинь-эр провела бы всю ночь, делая куклу, похожую на него.

Возможно, в этот момент кукла, похожая на него, почти готова.

Гуань Чэнцзе прижался к плечу Лу Сюяна и предупредил:

— Не слишком волнуйся. Давай сначала позавтракаем. Было бы нехорошо, если бы Цзинь-эр заметила, что что-то не так. Если это произойдет, нам всем будет тяжело.

Выражение лица Гуань Чэнцзе было спокойным и расслабленным, но у Лу Сюяна не было ни времени, ни сил, чтобы заметить это.

Тем, кто это заметил, тоже нечего было сказать. В конце концов, это не было чем-то, что происходило с Гуань Чэнцзе, чтобы они могли понять его поведение. Более того, слова Гуань Чэнцзе были правдой.

Янь Ши прошел мимо Лу Сюяна и точно так же похлопал его по спине, когда тот проходил мимо. Он взял инициативу на себя и спустился вниз.

Сюй Цзыюэ последовал за ним, неся куклу в руках.

Что касается вопроса о «принятии ответственности», кукла не дала Сюй Цзыюэ ответа. Даже нога не шевельнулась.

Проснувшись утром и обнаружив, что у него болит горло и заложен нос, он повернулся, чтобы постучать в маленький гробик, и сообщил об этом кукле.

Но до сих пор кукла ничего не сказала.

Это было так, как если бы он отключился.

Хотя это было всего лишь то, о чем Сюй Цзыюэ дико рассуждал, это дикое предположение заставило куклу казаться ещё симпатичнее.

Независимо от того, «отключилась» ли кукла... Столкнувшись с маленькой куклой, которая упрямо продолжала позволять к нему прикасаться, как тому заблагорассудится, Сюй Цзыюэ вскоре забыл о вчерашнем инциденте и был погружен в дразнение куклы.

Для остальных это выглядело так, как будто Сюй Цзыюэ щипал и потирал лодыжку куклы.

Когда они спускались по лестнице, то случайно столкнулись с Цзинь-эр, которая поднималась за ними.

Они не знали, было ли это совпадением или она подслушивала и решила подняться наверх, когда они решили спуститься.

Одна только мысль об этом пугала.

Янь Ши, который склонен переосмысливать вещи, и Ху Бэйцзя чувствовали, что ситуация не так проста.

Гуань Чэнцзе казался довольно бессердечным, и не было похоже, что он думал так далеко, в то время как Тан Юньюнь действительно не думала об этом. Когда Лу Сюян увидел Цзинь-эр, его глаза избегали её взгляда, и его разум был в беспорядке.

Сюй Цзыюэ, с другой стороны, всё ещё думал о кукле... Появление Цзинь-эр его совсем не беспокоило.

Завтрак был как обычно: булочки на пару, отвар и соленые огурцы. Вкус всегда был один и тот же, но он наполняет их желудок.

Сюй Цзыюэ положил куклу себе на колени. Все взяли палочки и принялись за еду.

Как только Сюй Цзыюэ взял булочку, он почувствовал, что вес на его ногах исчез... Он тихонько сунул левую руку под стол, пошарил вокруг и получил пощечину маленькой ладошкой. После этого он не мог найти другой части куклы, к которой можно было бы прикоснуться.

Это...

Сюй Цзыюэ воспользовался моментом, когда все опустили головы, когда они ели, чтобы посмотреть вниз.

Под столом всё ещё находилась фигурка куклы.

Но если бы он сказал что-то сейчас... Разве это не сказало бы Янь Ши и другим, что кукла может двигаться? Янь Ши и остальные только немного расслабились, но если он заговорит об этом...

Сюй Цзыюэ находил завтрак всё более и более трудным. Делая вид, что ничего не произошло, он втайне молился, чтобы кукла вернулась к нему.

И, похоже, его молитвы сработали. Когда он уже собирался закончить трапезу, то почувствовал, как его дергают за штаны... Сюй Цзыюэ сунул руку под стол и снова поднял куклу.

Сюй Цзыюэ почувствовал облегчение.

Цзинь-эр, казалось, знала, что они закончат завтрак в это время, и снова появилась. Она мягко улыбнулась:

— Тогда я поведу вас, ребята, прогуляться по деревне?

Палец Лу Сюяна слегка дернулся.

Янь Ши встал первым:

— На самом деле, мы хотим знать, есть ли какие-либо табу или что-либо запрещенное в деревне. Если нет, то мы хотим обойтись сами. Мы не хотели бы беспокоить тебя всё время.

Цзинь-эр некоторое время молча смотрела на Янь Ши. Это даже заставило Тан Юньюнь, которая наблюдала со стороны, нервно вспотеть.

Но в конце концов, Цзинь-эр кивнула:

— Хорошо. За исключением деревни гуманоидов, вы можете отправиться куда угодно.

Янь Ши вздохнул с облегчением.

Кукла Сюй Цзыюэ в его руках подняла руку и указала в направлении. Сюй Цзыюэ быстро опустил её обратно.

Кукла схватила Сюй Цзыюэ за рукав и снова упрямо подняла руку.

Сюй Цзыюэ: «...»

Сюй Цзыюэ держал куклу в одной руке, прижимая её к себе, в то время как другой рукой он прижимал и сдерживал движения её конечностей.

Янь Ши просто случайно обернулся в этот момент. Увидев, что Цзинь-эр всё ещё стоит там, он объяснил:

— Тогда мы поднимемся и приготовимся. Мы соберемся позже. — главная причина этого заключалась в том, чтобы позволить им уйти из поля зрения Цзинь-эр, чтобы она не выяснила их предполагаемый маршрут.

Цзинь-эр молча смотрела, как они поднимаются по лестнице.

Сделав несколько шагов, Янь Ши заметил, что что-то не так. Когда он обернулся, то увидел, что Сюй Цзыюэ всё ещё стоит там с куклой в руках. Он спросил:

— Ты не поднимешься?

— Я подожду, пока вы спуститесь. — Сюй Цзыюэ покачал головой, — Мне не нужно ничего подготавливать.

Янь Ши задавался вопросом, действительно ли Сюй Цзыюэ не понял его намерения, или он просто притворялся, что не понимает.

Но пока Цзинь-эр наблюдала за ними, Янь Ши мог только проглотить эти слова обратно.

Янь Ши сказал:

— Тогда ты можешь подождать здесь.

Когда Янь Ши и остальные поднялись наверх, они не могли не оглянуться на Сюй Цзыюэ под углом, который не могли видеть Сюй Цзыюэ и Цзинь-эр.

— Он не мог что-то замышлять с этой Цзинь-эр, верно? — подозрительно спросила Тан Юньюнь.

Услышав это, Лу Сюян не мог не задаться вопросом, не пытается ли он работать вместе с «призраком», чтобы обеспечить свою собственную безопасность.

Такие случаи были и в предыдущих играх. Были некоторые игроки, которые шли против других игроков и помогали НПС в обмен на их выживание. Единственная проблема заключалась в том, что риск был высок, потому что всегда будут НПС, которые пойдут против своего обещания. Даже в этом случае, столкнувшись с ужасной ситуацией, всё равно найдутся игроки, которые готовы пойти на этот риск.

Лу Сюян не мог не заподозрить этого.

Даже если Сюй Цзыюэ не планирует предавать их, что, если он уже попал под контроль куклы? Если бы это было так, все их разговоры и дискуссии были бы подслушаны.

Таким образом, Лу Сюян, который планировал забрать свою кукольную одежду, скорее всего, будет первым, кто встретит свой конец.

Если Сюй Цзыюэ расскажет Цзинь-эр об этом деле... С Лу Сюяном будет покончено.

Чем больше он думал об этом, тем больше Лу Сюян чувствовал, что его догадки имеют смысл. Он даже проигнорировал крики Янь Ши, доносившиеся из-за его спины.

Он быстро спустился вниз и большими и быстрыми шагами приблизился к Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ вздохнул с облегчением, когда увидел, как Янь Ши и остальные исчезли за углом лестницы, и ослабил хватку вокруг куклы.

Однако Цзинь-эр отвела взгляд от лестницы, кивнула Сюй Цзыюэ и даже вежливо поклонилась, прежде чем развернуться и уйти.

— Что, черт возьми, там происходит? — Сюй Цзыюэ посмотрел, как Цзинь-эр уходит, и опустил голову, чтобы задать кукле этот вопрос.

Кукла не произнесла ни слова и просто продолжала указывать в том направлении... Поскольку Сюй Цзыюэ, похоже, получил сообщение, которое он хотел передать, он опустил руку.

Сюй Цзыюэ остался внизу, потому что хотел посмотреть, что кукла пыталась ему показать. До сих пор кукла не сделала ему ничего плохого, за исключением того, что он простудился.

Но это был просто несчастный случай.

Однако, как только Сюй Цзыюэ развернулся и приготовился идти по коридору, сзади послышались быстрые шаги.

Вскоре после этого появился Лу Сюян, выглядевший напряженным и паникующим.

Сюй Цзыюэ: «???»

Янь Ши и другие, кто преследовал Лу Сюяна, увидели, что Сюй Цзыюэ и Лу Сюян стоят лицом друг к другу. Сюй Цзыюэ выглядел смущенным, а Цзинь-эр нигде не было видно.

— Цзинь-эр? — напряженно спросил Лу Сюян. Тон, которым он говорил на этот раз, сильно отличался от его обычного тона.

— Проводив вас, она ушла... — Сюй Цзыюэ нахмурил брови и подсознательно сделал шаг назад, чтобы встать немного дальше от него. Лу Сюян, похоже, был не в своем уме.

Янь Ши не был новичком в этом. Он похлопал Лу Сюяна по плечу и с силой оттащил его немного назад. Он тихо прошептал ему:

— Не переусердствуй. Теперь, когда Цзинь-эр ушла, мы можем делать всё более удобно. Не волнуйся, всё в порядке.

Лу Сюян глубоко вздохнул, чтобы немного успокоиться.

Ху Бэйцзя стояла ближе всех к ним и слышала слова Янь Ши. Она повернулась и спросила Сюй Цзыюэ:

— В каком направлении пошла Цзинь-эр?

Сюй Цзыюэ указал на один из двух коридоров. К сожалению, это был коридор, ведущий в студию Цзинь-эр.

Гуань Чэнцзе сказал:

— Тогда давайте сначала проверим другую сторону. Нам следует поторопиться. После проверки... Мы найдем кого-нибудь, кто выманит Цзинь-эр, и сможем проверить другую сторону. — закончив говорить, он направился в другой коридор. Когда он увидел, что остальные не двигаются, он снова призвал.

— Пойдемте.

Сюй Цзыюэ крепко держал свою куклу и следовал за Гуань Чэнцзе. Это был тот самый коридор, на который указывала кукла.

Янь Ши шел рядом с Лу Сюяном и не мог не волноваться.

Нынешняя ситуация Лу Сюяна была немного опасной.

Если так будет продолжаться, он был уверен, что не сможет долго жить... Лу Сюян сейчас очень опасный компаньон.

Он больше не может делиться этими мыслями и идеями с остальными.

И часто, когда кто-то впадает в отчаяние, ему хочется утащить за собой остальных.

И эта возможность часто бывает самой опасной.

Когда они проходили мимо запертой комнаты, кукла снова подняла руку. Сюй Цзыюэ тихо опустил эту руку и мысленно отметил комнату.

— Пойдем на то место, где ты нашел тело. Где оно находится? — спросила Ху Бэйцзя.

— Это комната впереди. — На этот раз комната с трупом была плотно заперта, и вонь, исходившая из неё, не была такой невыносимой, как вчера.

Тан Юньюнь прикрыла нос и с отвращением спросила:

— Что это за запах? Это тошнотворно.

Сюй Цзыюэ сказал:

— Сегодня всё в порядке. Вчера было ещё хуже.

— Есть две возможности. Во-первых, его забрали, а во-вторых, дверь закрыта, так что мы не чувствуем особого запаха. — Янь Ши повернулся и посмотрел на Лу Сюяна, который не сотрудничал, — Пойди проверь, можно ли открыть дверь?

Лу Сюян выглядел немного неохотно.

— Поторопись и проверь. После проверки мы можем перейти на другую сторону. — по настоянию Ху Бэйцзя Лу Сюян наконец достал из кармана маленький провод.

Немного повозившись, дверь открылась.

На этот раз Сюй Цзыюэ не сделал никакой попытки заглянуть внутрь, но Янь Ши полностью распахнул дверь.

В комнате не было трупа, но отвратительный запах всё ещё оставался.

— Похоже, его забрали. — Янь Ши вошел с закрытым носом, а затем начал обыскивать комнату. Ху Бэйцзя последовала за ним и начала оглядываться.

— Я буду начеку снаружи! — Тан Юньюнь стояла в дверях и явно не собиралась заходить внутрь. Не поднимая головы, Янь Ши издал звук подтверждения.

Пока они некоторое время рылись в ней, у Сюй Цзыюэ слегка зачесалось в горле. Он прикрыл рот рукой и несколько раз чихнул. Вскоре после этого он почувствовал, как кукла в его руках коснулась его руки.

Похоже, он хотел похлопать Сюй Цзыюэ по спине, но из-за того, что его руки были слишком короткими, а тело слишком маленьким, он мог заменить это только рукой Сюй Цзыюэ.

— Под кроватью что-то есть. — сказал Гуань Чэнцзе и взял метлу из угла комнаты. Используя метлу, он смел предмет под кроватью.

Это был очень странный предмет. Общая форма его была похожа на полое горлышко разбитого фарфорового кувшина, но поверхность его выглядела очень старой, и некоторые её части напоминали облупившуюся краску.

Общий цвет был коричневато-красным, но были также некоторые области, которые были светло-красными, а части, которые были открыты под внешним слоем, были более темно-красными.

Янь Ши поднял его и некоторое время рассматривал, нахмурившись.

Он разжал руку, позволив предмету упасть на землю. Он издал глухой звук.

— Не сломался. Это также не похоже на фарфор... — он также чувствовал предмет немного странно, он даже был немного пружинистым.

Ху Бэйцзя присела на корточки, но не сделала ни малейшего движения, чтобы прикоснуться к вещи. Некоторое время она оценивала её на расстоянии, а затем взяла салфетку и поднесла к носу.

Все внимательно следили за выражением лица Ху Бэйцзя. Они видели, как её брови постепенно нахмурились, и вскоре она с позеленевшим лицом отбросила этот предмет в сторону. Схватившись за грудь, её начало рвать. Она не могла продолжать сохранять свой обычный холодный и безразличный вид.

Когда Тан Юньюнь увидела это, она сделала ещё один шаг назад и была ещё более решительной, чтобы не входить в комнату.

Гуань Чэнцзе, увидев реакцию Ху Бэйцзя, решил не нюхать это.

Ху Бэйцзя не смогла ничего сказать, и ей потребовалось некоторое время, чтобы прийти в себя. Переживая приступы тошноты, Ху Бэйцзя объяснила:

— Эта штука должна быть частью трупа. Судя по форме, это могло быть предплечье. Хотя оно не похоже на это, если вы почувствуете его запах, вы всё равно заметите зловоние... Просто по какой-то причине вы не замечаете запаха, не приближаясь к нему.

В комнате всё ещё сохранялся запах чего-то гниющего, но с помощью одного носа, если только ваш нос не был чрезвычайно чувствительным, было трудно найти источник. Более того, источник этого запаха исходил не только от останков этого тела.

В основном это исходило от тела, которое исчезло.

— Почему ты так уверена, что это часть трупа? — Тан Юньюнь прикрыла нос и посмотрела на Ху Бэйцзя с легким замешательством в глазах.

Ху Бэйцзя легонько взглянула на Тан Юньюнь:

— Я уже чувствовала этот запах раньше.

Тан Юньюнь: «...»

— Но эта штука... состояние плоти выглядит странно. — Янь Ши не хотел поднимать его снова. Это было нормально, когда он не знал, что это было, но теперь, когда он знал... Он не боялся. В конце концов, он уже испытывал подобные вещи раньше, но если бы у него был выбор, он предпочел бы не прикасаться к этому снова.

— У меня есть небольшое предположение. — Гуань Чэнцзе коснулся своего подбородка и присел на корточки рядом с вещью, — Разве это не похоже на комбинацию человека и куклы?

Лу Сюян, который всё это время молчал, вздрогнул. Он с ненавистью посмотрел на Гуань Чэнцзе:

— Что за чушь ты несешь? Теперь мы закончили? Если мы закончили, пойдем.

Гуань Чэнцзе отряхнул одежду и встал. Он обменялся взглядом с Янь Ши и Ху Бэйцзя и беспомощно улыбнулся.

Сюй Цзыюэ тоже чувствовал, что что-то не так.

Ситуация с Лу Сюяном была странной. По крайней мере, он отличался от того Лу Сюяна, которого он встретил в первый день.

Янь Ши откашлялся и кивнул:

— Этого должно быть достаточно. Мы больше ничего не найдем, даже если продолжим осматриваться. Пойдем.

Сюй Цзыюэ вышел вместе с остальными. Поколебавшись несколько раз, он окликнул Лу Сюяна, который шел вдалеке.

Лу Сюян нетерпеливо оглянулся на Сюй Цзыюэ:

— Чего ты хочешь?!

Янь Ши и остальные молчали. Они просто молча смотрели на Сюй Цзыюэ, гадая, что он собирается делать.

Сюй Цзыюэ спросил:

— Ты идешь туда без плана? Что, если Цзинь-эр просто случайно окажется там?

Лу Сюян, услышавший это, стал ещё более встревоженным и раздраженным. Он знал, что Сюй Цзыюэ указывает на что-то разумное, но не мог контролировать свои эмоции.

Лу Сюян проревел в ответ:

— Тогда что ты хочешь сделать?! Я не могу не пойти.

Сюй Цзыюэ предложил:

— Как насчет этого? Я пойду и постучу в дверь. Если Цзинь-эр там, я найду способ заманить её, пока вы, ребята, где-нибудь спрячетесь. Когда она уйдет, вы сможете проникнуть внутрь. Как это звучит?

Лу Сюян, услышавший это, на мгновение удивился. Придя в себя, он кивнул:

— Хорошо.

— Это будет нелегко. — Янь Ши косвенно напомнил Лу Сюяну.

Они не верят, что найдется кто-то, кто был бы готов рисковать своей жизнью, чтобы помочь другим.

И Сюй Цзыюэ определенно не был похож на такого человека.

Сюй Цзыюэ просто мягко улыбнулся:

— Но у меня есть кое-что, с чем я хотел бы, чтобы ты мне помог.

Лу Сюян продолжал смотреть в сторону кукольной студии. Даже Тан Юньюнь чувствовала себя крайне встревоженной и неуютной.

— С этой комнатой. Мне нужно, чтобы ты помог мне открыть её. — кукла указала на эту комнату ранее, и он был очень обеспокоен этим. Несмотря ни на что, он хотел взглянуть.

— С этой комнатой? Есть ли в ней что-то особенное? — Ху Бэйцзя и Янь Ши были больше обеспокоены целью Сюй Цзыюэ открыть дверь в эту комнату, в то время как Лу Сюян больше не заботился об этом вопросе.

Не говоря ни слова, он достал провод и начал возиться с замком.

Сюй Цзыюэ ответил на вопрос Ху Бэйцзя:

— Я чувствовал, что в ней есть что-то странное, но вчера я слишком торопился. С тех пор это не выходило у меня из головы.

Янь Ши спросил:

— Почему ты не сказал этого вчера?

Сюй Цзыюэ выдумал кучу глупостей:

— Потому что, когда вы говорили о студии, я на мгновение забыл... И я также не совсем уверен, почему я так себя чувствовал, поэтому я хотел сначала проверить это, прежде чем рассказывать вам об этом.

Янь Ши и остальным нечего было сказать в ответ на это. Они могли только ждать, пока Лу Сюян откроет дверь.

Возможно, это было из-за того, что он был взволнован, нервничал или и то и другое вместе, рука Лу Сюяна дрожала. Время, которое потребовалось, чтобы отпереть дверь, было немного больше, чем раньше, но, в конце концов, она всё ещё была отперта.

Сюй Цзыюэ бесстрашно открыл дверь.

Сцена за дверью удивила всех присутствующих.

Оказалось, что это медицинский кабинет. Если бы они не открыли его, они бы и представить себе не могли, что там будет комната, до краев заполненная лекарствами.

Сюй Цзыюэ что-то вспомнил и посмотрел на куклу в своих руках. В какой-то неизвестный момент кукла уткнулась головой в руки Сюй Цзыюэ. Сюй Цзыюэ мог видеть только его черные как вороново крыло волосы.

Сюй Цзыюэ: «...»

— Медицинский кабинет? — Янь Ши прошел мимо Сюй Цзыюэ и вошел в комнату.

Вдоль всех трех стен в комнате стояли шкафы размером со стену, заполненные крошечными ящиками. На каждом из ящиков лежали маленькие листочки бумаги с различными названиями лекарств.

В центре комнаты стоял письменный стол. На нем стояли небольшие традиционные весы, используемые для взвешивания лекарств и канцелярских принадлежностей, таких как ручки и бумага.

Сюй Цзыюэ оглянулся и увидел, что все они были китайской медициной. Спросив, он выяснил, что никто из них не знал, как им пользоваться.

Если это была западная медицина, он, возможно, немного знает, как её использовать, но китайская медицина... Для него это будет пыткой.

Сюй Цзыюэ поднял руку и погладил куклу по голове. Он тихо вздохнул и прошептал:

— Спасибо.

Гуань Чэнцзе стоял по диагонали позади Сюй Цзыюэ. Он заметил это его неуловимое действие, но ничего не сказал.

— Поскольку есть медицинская комната... Это будет удобно, если кто-нибудь из нас получит травму. — Янь Ши огляделся, — Но это бесполезно для нас, если кто-то не знает, как это сделать.

Но, конечно, никто не знал.

Лу Сюян призвал остальных поторопиться. У Янь Ши не было другого выбора, кроме как закрыть дверь и сделать вид, что она заперта, прежде чем уйти с Лу Сюяном.

— Тогда вы, ребята, спрячьтесь первыми. Я пойду отведу Цзинь-эр наверх. Используйте этот шанс, чтобы проверить комнату.

Лу Сюян быстро кивнул и даже улыбнулся. Он похлопал Сюй Цзыюэ по плечу и сказал:

— Я побеспокою тебя.

Сюй Цзыюэ покачал головой. Ничего не сказав, он ушел с куклой на руках.

Он также немного боялся Цзинь-эр, но Цзинь-эр, казалось, питала особое уважение к кукле в его руках...

Сюй Цзыюэ прошептал:

— Мне придется позаимствовать твое присутствие, маленькая куколка.

И позже... Он постарается наверстать упущенное.

Сюй Цзыюэ подошел к двери, на которую указали Янь Ши и другие, и подождал, пока они спрячутся. Он глубоко вздохнул, собрался с духом и постучал в дверь.

Сюй Цзыюэ всё ждал и ждал, пока кто-нибудь откроет дверь. Как раз в тот момент, когда он собирался постучать и попробовать ещё раз, дверь открылась изнутри.

Из-за двери показалось лицо Цзинь-эр.

Сначала она посмотрела на Сюй Цзыюэ, а затем её глаза медленно опустились на куклу в руках Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ подсознательно крепче сжал куклу в руках и сделал небольшой шаг назад.

Глаза Цзинь-эр вернулись к лицу Сюй Цзыюэ. Выражение её лица было немного недовольным, но она ничего не сказала и просто отошла в сторону, открывая студию внутри.

— Не хочешь зайти и посмотреть?

— Да! — Сюй Цзыюэ без колебаний кивнул.

После того, как он посмотрит, он вытащит Цзинь-эр... Иначе у него не было бы другого шанса увидеть мастерскую по изготовлению кукол. Более того, если он действительно уведет Цзинь-эр, в будущем ему будет труднее прийти сюда.

Ему просто придется позволить остальным потерпеть ещё немного.

В студии Цзинь-эр было много кукол. Висели на стене, сидели на столу, занимали различные стулья...

Короче говоря, куклы были повсюду.

Сюй Цзыюэ странным образом почувствовал, что за ним пристально наблюдают эти куклы. Каждый шаг, который он делал, каждое место, куда он смотрел, за ним наблюдали.

Но всякий раз, когда он оглядывался, он видел только кукол, смотрящих прямо перед собой, а не на него.

Цзинь-эр погладила по голове куклу рядом с собой и тихо спросила:

— Они тебе нравятся?

— А? — Сюй Цзыюэ на мгновение удивился. Затем он подсознательно кивнул:

— Мален... Ургх...

Кукла пнула его в грудь.

Хотя удар был не очень сильным, он мог сказать, что на этот раз удар был сильнее, чем раньше...

Глаза Цзинь-эр изогнулись, когда она улыбнулась. Она, казалось, не видела действия куклы и спросила Сюй Цзыюэ:

— Какая из них тебе больше нравится?

— Они все хорошо выглядят. — Сюй Цзыюэ слегка кашлянул и указал на того, кто был у него на руках, — Конечно, мой любимый — это он.

Сюй Цзыюэ нетерпеливо попытался сменить тему. Он огляделся и увидел куклу женского пола, стоящую на столе.

Платье, волосы и лицо куклы выглядели точно так же, как Цзинь-эр, стоящая перед Сюй Цзыюэ.

— Это...

— Хорошо ли она выглядит? — Цзинь-эр взяла куклу, похожую на неё, и поднесла ее Сюй Цзыюэ, — Ты хочешь прикоснуться к ней?

— ... — прежде чем Сюй Цзыюэ успел что-либо сказать, кукла в руке Цзинь-эр была отброшена неизвестной силой, и она упала на пол с глухим стуком.

Улыбка на лице Цзинь-эр исчезла. Она наклонилась, подняла куклу и молча стряхнула с неё пыль.

Сюй Цзыюэ посмотрел на куклу в своих руках. В какой-то неизвестный момент времени он поднял голову и посмотрел на Сюй Цзыюэ с некоторым гневом в глазах.

Он действительно мог видеть эмоции на кукольном лице...

Но Сюй Цзыюэ в принципе мог сделать некоторые предположения.

Кукла, которую только что подобрала Цзинь-эр, вероятно, была самой Цзинь-эр и действия куклы ранее... они соревновались за любовь?

Неужели он так важен для своей куклы? Но он ещё ничего не сделал. Сюй Цзыюэ был озадачен.

Но сейчас у него не было времени расспрашивать об этом.

Сюй Цзыюэ посмотрел на верстак и попытался найти наряд куклы, похожий на одежду Лу Сюяна.

Но он не мог его найти.

Сюй Цзыюэ нервно сглотнул и сказал:

— На самом деле... Я искал тебя кое для чего.

Цзинь-эр закончила вытирать пыль со своей куклы и повернулась, чтобы посмотреть на Сюй Цзыюэ:

— В чем дело?

— Здесь неудобно об этом говорить. Не могла бы ты подняться со мной наверх и взглянуть?

Цзинь-эр кивнула и положила свою куклу обратно на стол.

— Пойдем

Сюй Цзыюэ не знала, заметила ли Цзинь-эр, что он пытается увести её из комнаты. Выражение её лица было трудно прочесть.

Сюй Цзыюэ повернулся и первым вышел из студии.

Шаги Цзинь-эр звучали один за другим позади него. Звук её шагов отличался от обычных шагов. Это было немного скучнее, но не давало ему ощущения присутствия.

Сюй Цзыюэ мог только тайно пробормотать это себе под нос. Его задача была выполнена, а что касается вопроса о конце Лу Сюяна... Он мало что мог сделать.

Сюй Цзыюэ подвел Цзинь-эр к двери в свою комнату, а затем планировал провести её внутрь, но Цзинь-эр заявила, что не хочет заходить внутрь.

Сюй Цзыюэ: «...» Хотя у него не было никаких доказательств, он чувствовал, что это может быть из-за инцидента ранее.

После того, как кукла Цзинь-эр была выброшена, она больше не улыбалась ему!

Конечно, она также не была бесстрастной. Она просто слегка нахмурилась и выглядела немного недовольной.

Сюй Цзыюэ мог только выразить, что он действительно ничем не мог помочь...

— Эм... За моим окном кладбище, так что я всё время держу шторы закрытыми. Но так я не получаю никакого солнца. Есть ли какой-нибудь способ справиться с этим? — Сюй Цзыюэ обратил пристальное внимание на выражение лица Цзинь-эр.

Но он увидел, что она вдруг обернулась и посмотрела вниз...

Сердце Сюй Цзыюэ почти остановилось.

Однако Цзинь-эр просто медленно повернула голову назад. Она некоторое время смотрела на Сюй Цзыюэ, заставляя его нервничать, а затем посмотрела на куклу в руках Сюй Цзыюэ:

— Все комнаты здесь такие. Ничего не поделаешь.

— ...Тогда ладно. — возможно, он обидел Цзинь-эр, но у него не было выбора.

— Что-нибудь ещё?

Сюй Цзыюэ чувствовал, что им всё ещё может потребоваться больше времени, чтобы найти кукольную одежду Лу Сюяна, поэтому он попытался найти другое оправдание.

— Это... Когда я спал прошлой ночью... — Сюй Цзыюэ повернулся и указал на кровать в комнате, — О, отсюда его не видно, но если ты войдешь, то увидишь его маленький гробик на моей кровати.

Он вошел и увидел, что гроб уютно устроился среди грязных одеял.

— Я тут подумал, что спать ночью с куском дерева слишком неудобно, поэтому я хотел спросить, могу ли я вытащить его и обнять, чтобы спать?

Недовольное выражение лица Цзинь-эр постепенно исчезло. Она просто смотрела на Сюй Цзыюэ в течение нескольких секунд, прежде чем развернуться и спуститься вниз.

Сюй Цзыюэ: «???»

Сюй Цзыюэ на мгновение был ошеломлен. Когда он пришел в себя, то посмотрел на куклу в своих руках.

Кукла крепче сжала одежду Сюй Цзыюэ и уткнулась лицом в его руки.

Сердце Сюй Цзыюэ смягчилось. Затем он, наконец, вспомнил о своем задании и поспешно бросился вниз по лестнице. На бегу он крикнул:

— Подожди! Цзинь-эр, мне ещё нужно кое-что спросить!

К счастью, Сюй Цзыюэ удалось задержать её немного дольше на лестнице, и когда они, наконец, добрались до первого этажа, они просто «случайно» столкнулись с Янь Ши и другими, которые вошли снаружи.

— Куда вы ходили? — Цзинь-эр оперлась о перила лестницы и спросила людей, которые только что вернулись.

— Просто бродил вокруг. — Гуань Чэнцзе подошел и небрежно ответил. Затем он вытянул руки:

— Когда придет время поесть?

— Подождите ещё немного. — сказав это, Цзинь-эр вернулась в свою студию.

Тан Юньюнь прошептала:

— Я не видела, где она берет еду... Здесь есть кто-то, кто готовит?

Сюй Цзыюэ спустился на последнюю ступеньку, но стоял не очень близко к Лу Сюяну.

Он заметил, что выражение лица Лу Сюяна было довольно плохим... Результат их экспедиции был очевиден.

— Нет... нет... Почему её там не было...

Лу Сюян одной рукой сжимал грудь, а другую сжал в кулак, постоянно бормоча это себе под нос.

Янь Ши молча покачал головой, глядя на Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ сделал шаг назад:

— Поднимаешься первым? — они должны, по крайней мере, сообщить о своем текущем положении.

Янь Ши кивнул:

— Пойдем наверх.

Лу Сюян последовал за группой. Он неохотно поднялся наверх.

Никто не ожидал увидеть куклу, похожую на Лу Сюяна, лежащую на полу в тот момент, когда они открыли дверь в его комнату.

— Ааа... — Тан Юньюнь медленно посмотрел на Сюй Цзыюэ, — Т-т-ты! Ты пришел вместе с этим человеком, чтобы положить это сюда?!

Сюй Цзыюэ был смущен:

— Нет! Я только что позвал Цзинь-эр в свою комнату... Но Цзинь-эр, возможно, уже знает о том, что ты войдешь в эту комнату. — объяснил Сюй Цзыюэ, — Потому что на полпути нашего разговора она вдруг посмотрела вниз...

Тан Юньюнь вздрогнула. Она посмотрела на Янь Ши и остальных.

Янь Ши и другие не думали, что это дело имеет какое-либо отношение к Сюй Цзыюэ. Они смотрели, как Сюй Цзыюэ поднимает изящно сделанную куклу. Как бы вы на это ни смотрели, каждая деталь куклы была сделана так, чтобы походить на Лу Сюяна.

Это было особенно заметно по его чертам лица.

Лу Сюян поднял руку с намерением разбить куклу, но его остановил Янь Ши.

Янь Ши покачал головой и сказал Лу Сюяну:

— Ты всё ещё не подтвердил, такая же ли эта кукла, как ты.

— Такая же, что и я? — тупо спросил Лу Сюян.

Это было то, что он с тревогой пытался найти, но теперь, когда он нашел это, он был ещё более напуган.

— Если что-то случится с этой куклой, случится ли что-то с тобой. Разве мы не должны сначала это выяснить?

— Да, мы должны проверить... должны проверить...

Ху Бэйцзя сделала шаг назад, наблюдая, как Лу Сюян бродит по комнате в поисках способа проверить.

Ху Бэйцзя сказала Сюй Цзыюэ и остальным голосом, который не мог услышать Лу Сюян:

— Лу Сюян ведет себя странно.

— Мы все были напряжены с тех пор, как вошли в этот мир, но Лу Сюян был на уровень более напряженным, чем мы. То, что он стал таким, неудивительно. — Янь Ши взглянул на Ху Бэйцзя и Гуань Чэнцзе, у которых не было особой реакции, — С ним случилось подобное, и его способность нормально мыслить страдает. Что же нам делать?

— Если мы позволим ему быть вместе с нами, он может вызвать ещё больше проблем. — на губах Гуань Чэнцзе появилась слабая улыбка.

Гуань Чэнцзе сказал:

— Я думаю, что было бы более уместно позволить ему остаться в комнате одному.

Тан Юньюнь открыла рот, желая возразить, но не смогла найти аргумента и только снова закрыла рот.

Сюй Цзыюэ несколько раз моргнул:

— Тогда нам не понадобится ещё одна комната? Над Цзинь-эр...

Гуань Чэнцзе покачал головой:

— Не нужно. Ты можешь просто поменяться с Лу Сюяном.

Сюй Цзыюэ некоторое время молчал:

—...Но тебе не кажется, что я...

Гуань Чэнцзе рассмеялся:

— Всё в порядке. После этих прошлых инцидентов мы пришли к выводу, что тебе ничего не угрожает.

Но ты тот, кто опасен!

Сюй Цзыюэ прокричал это внутри.

Он чувствовал, что нет ничего плохого в том, чтобы оставаться в комнате одному, но теперь, когда они вдруг захотели, чтобы он делил комнату с Гуань Чэнцзе и Янь Ши, ему стало бы труднее что-либо делать.

Не говоря уже о том, что поступок Гуань Чэнцзе, обменявший его без каких-либо колебаний, только заставил Сюй Цзыюэ еще больше опасаться его.

— Или ты думаешь, что в одиночку безопаснее? — Гуань Чэнцзе намеренно оценил выражение лица Сюй Цзыюэ и изменил тон, — Или... У тебя есть стратегия, которая обеспечит твою безопасность, но ты не сказал нам об этом?

Сюй Цзыюэ посмотрел на Гуань Чэнцзе мертвыми рыбьими глазами:

— Раз уж ты это сказал, конечно, я останусь с вами двумя.

Ах... Он ненавидит этого человека!

Тан Юньюнь смотрела на них и не совсем понимала ситуацию.

Янь Ши многозначительно посмотрел на Гуань Чэнцзе и не стал возражать.

Ху Бэйцзя ничего не сказала. В любом случае, хотя она жила в комнате с Тан Юньюнь, наличие большего количества людей не обязательно означает, что это безопаснее... Если бы это действительно было так, она определенно не избегала бы делить комнату с другими мужчинами только из-за их гендерных различий.

Когда ситуация в комнате была улажена, пришло время разобраться с вопросом о Лу Сюяне.

Хотя их решение было почти единогласным, вовлеченная сторона не знала об этом.

Гуань Чэнцзе не хотел становиться кем-то, кого может возненавидеть Лу Сюян, поэтому он решил немного изменить ситуацию.

Но сейчас было не самое подходящее время. Проблема куклы Лу Сюяна всё ещё требовала решения в первую очередь.

— Лу Сюян, как всё прошло? — спросил Гуань Чэнцзе, повысив голос.

Лу Сюян обернулся. Где-то в комнате он раздобыл ножницы. Он явно вонзился в руку куклы, но Лу Сюян, казалось, не испытывал боли.

— Всё хорошо. Кукла в полном порядке. — Лу Сюян открыл ножницы, вложил руку куклы между лезвиями и сжал ножницы вместе.

Кукла издала несколько трескучих звуков.

Сюй Цзыюэ почувствовал, что эта сцена может быть слишком ужасной для маленькой куклы, поэтому он использовал другую руку, чтобы прикрыть глаза куклы. Однако кукла, похоже, не оценила его деликатный поступок.

Обеими руками он схватил Сюй Цзыюэ за руку и толкнул её вниз, обнажив верхнюю половину его головы. Вот так он спокойно наблюдал, как Лу Сюян уничтожает куклу, похожую на него.

К счастью, Сюй Цзыюэ стоял сзади, так что никто не заметил действий куклы.

Поскольку он хотел видеть... Тогда не было причин закрывать ему глаза... Он просто не знал, испугается ли кукла этого.

«Треск»

Рука куклы Лу Сюяна была полностью отрезана.

Все затаили дыхание, опасаясь, что в следующий момент Лу Сюяну тоже отрубят руку. Вопреки их ожиданиям, Лу Сюян всё ещё был жив и бодр.

— Я всё ещё в порядке. Я всё ещё в порядке... Я жив! — Лу Сюян облегченно вздохнул и обессиленно рухнул обратно на кровать.

Уголок губ Гуань Чэнцзе дернулся. Он, казалось, не верил, что всё действительно будет хорошо.

Для всех этих трюков не было смысла, если в конце концов ничего не произойдет.

Но Гуань Чэнцзе просто вел себя так, как будто ничего плохого не было, и даже вышел вперед с улыбкой, чтобы поздравить Лу Сюяна:

— Я рад, что всё в порядке. Похоже, наши усилия сегодня утром были не напрасны.

— Да... — Лу Сюян выглядел так, словно потратил всю свою энергию за день. Даже его улыбка показывала некоторую усталость:

— Раньше это было слишком утомительно, и я не спал прошлой ночью... Я немного посплю. Позовите меня, когда придет время обедать. — сонливость была ошеломляющей. У него даже не было сил больше говорить. Он лег на кровать, натянул на себя одеяло и заснул меньше чем за секунду.

Янь Ши мог только развернуться и выйти:

— Давай поговорим в соседней комнате.

Комната по соседству была комнатой Тан Юньюнь и Ху Бэйцзя. Как только они сели, Тан Юньюнь не могла не высказать свои мысли.

Она сказала:

— Лу Сюян очень странный! Он явно не был таким, когда впервые пришел!

Ху Бэйцзя возразила:

— Откуда ты знаешь, каким он должен быть? Возможно, это был просто его поступок.

— Н-но если всё это было притворством, почему он не продолжает его?

Янь Ши предположил:

— Потому что он больше не в настроении? Или, может быть, он изначально не был таким, но стал таким, потому что он напуган, очень напуган. В конце концов, он не такой, как ты, который переживает это только в первый раз. — и до сих пор Тан Юньюнь очень везло. Она ещё не столкнулась ни с какими неприятностями.

Тан Юньюнь нечего было сказать.

— Давайте не будем говорить о проблеме человеческой природы. — Гуань Чэнцзе приподнял уголки губ, и его глаза небрежно скользнули мимо куклы Сюй Цзыюэ, — Определенно что-то происходит с куклой Лу Сюяна.

Он продолжил:

— Однажды мне удалось выжить в игровом мире, потому что я получил в свои руки важную опору, но сейчас мы всё ещё не знаем, должна ли эта опора, похожая на нас, быть уничтожена или защищена.

Тан Юньюнь пробормотала:

— Разрушает ли она его или защищает... Разве она уже не была уничтожена...

Гуань Чэнцзе не говорил этого раньше, когда рядом был Лу Сюян.

Гуань Чэнцзе просто посмотрел на Тан Юньюнь. Его взгляд постепенно стал ледяным. Тан Юньюнь не могла не опустить голову.

Увидев это, он снова заговорил:

— Если мы не найдем кого-нибудь, чтобы проверить это, никто не сможет выжить.

Янь Ши кивнул:

— Гуань Чэнцзе прав. С куклой Лу Сюяна будет покончено, что произойдет потом? Как вы думаете, кто следующий?

Тан Юньюнь нервно сглотнула.

Сюй Цзыюэ мог сказать, что все, за исключением Тан Юньюнь, явно пересекли границы, определяющие менталитет нормального человека.

Когда Сюй Цзыюэ сидел там, все волосы на его теле, казалось, встали дыбом.

Но он также не осмеливался уйти... Хотя кукла, которая у него была, могла отпугнуть Цзинь-эр, он не знал, сработает ли она для других вещей... Вероятно, он даже не сможет их заблокировать.

Думая об этом, Сюй Цзыюэ погладил куклу по голове в слегка подавленном настроении. Внезапное чувство «эта твоя мать бесполезна» нахлынуло на него.

Ху Бэйцзя предложила:

— Во второй половине дня давайте выйдем и осмотримся... Попробуем найти этот труп. Мы не можем оставаться здесь в ловушке.

Гуань Чэнцзе кивнул в знак согласия:

— Хорошо.

Янь Ши напомнил Гуань Чэнцзе:

— Как ты планируешь поднять тему смены комнат?

Гуань Чэнцзе улыбнулся:

— Ты узнаешь, когда придет время.

Янь Ши слегка нахмурился и стал более бдительным к Гуань Чэнцзе.

— Но всё же жаль. Без Лу Сюяна мы не сможем открыть другие комнаты... Кто знает, что там спрятано. — Гуань Чэнцзе постучал себя по подбородку и посмотрел на Сюй Цзыюэ, — Ты знаешь, где ключи от всех комнат?

Сюй Цзыюэ был удивлен этим внезапным вопросом. Он безучастно покачал головой:

— Откуда мне знать?

Гуань Чэнцзе пожал плечами:

— Точно так же, как ты думал, что в той комнате что-то есть, я также думаю, что ты знаешь, где ключи.

Слова Гуань Чэнцзе заставили Сюй Цзыюэ занервничать, но он продолжал хмуриться и смотрел на Гуань Чэнцзе с растерянным видом:

— Я подумал, что в комнате может быть что-то, потому что у меня возникло чувство, когда мы проходили мимо!

Гуань Чэнцзе спросил:

— Какое чувство?

Конечно, это чувство любви к кукле! Но этого нельзя сказать.

— В это время я почувствовал запах китайской медицины, доносящийся из комнаты. Он был очень коротким и сразу же исчез. — сказав это, Сюй Цзыюэ даже намеренно закатил глаза.

Янь Ши и Ху Бэйцзя ничего не сказали и просто молча слушали весь этот разговор. Одному богу известно, о чем они думают в этот момент.

Янь Ши заговорил:

— Кукла Лу Сюяна... Исходя из моего опыта, не должно пройти много времени, прежде чем причина этого будет раскрыта, так что пока мы должны просто ждать и наблюдать. Ключи от номеров в этом отеле также очень важны... Если кто-нибудь увидит или найдет их, пожалуйста, дайте нам знать, чтобы мы могли работать вместе, чтобы использовать их.

Сюй Цзыюэ сердито подумал: «Он явно мне не верит».

Эти вещи для него бесполезны. Будет ли он хранить их просто на память? Осталось ещё больше десяти дней... Может, ему просто пойти и найти место, где можно побыть одному?

Но как только эта мысль промелькнула у него в голове, он выглянул в окно... и вскоре решил не делать этого.

После некоторой внутренней борьбы он решил, что пока останется здесь. Если он уйдет сейчас, они будут ещё более уверены, что он что-то знает, и не захотят отпускать его... В конце концов, тайно улизнуть было лучшим вариантом. В конце концов, он был не очень важным персонажем.

Даже если в команде есть две девушки и кто-то на грани психического срыва.

Сюй Цзыюэ интуитивно чувствовал, что Ху Бэйцзя также очень сильна.

Примерно во время обеда Цзинь-эр поднялась наверх, чтобы позвать их спуститься и поесть. Янь Ши подошел, чтобы разбудить Лу Сюяна. Немного вздремнув, Лу Сюян выглядел намного лучше. В углу комнаты стояла кукла, похожая на него. Она лежала с открытыми глазами и отломанной рукой.

Тан Юньюнь несколько раз взглянула на куклу и сбежала вниз, потирая мурашки на руках.

После обеда Цзинь-эр не было рядом. Янь Ши вывел Сюй Цзыюэ из отеля, и они, наконец, начали исследовать эту гуманоидную деревню.

Поскольку они искали этот труп, и Янь Ши, и Ху Бэйцзя чувствовали, что он, скорее всего, будет на кладбище. В конце концов, это идеальное место, чтобы оставить что-то подобное.

И они также могли видеть это кладбище через окна в своих комнатах.

— Тогда сначала пойдем на кладбище.

Никто не оспаривал предложение Янь Ши.

Для Сюй Цзыюэ не имело значения, куда он пойдет. Из-за простуды его тело всё ещё было немного мягким, и, не имея возможности отдохнуть, даже ходить ему было трудно.

Тан Юньюнь, которая шла предпоследней в группе, обернулась, чтобы посмотреть на Сюй Цзыюэ, чьи щеки слегка покраснели, а дыхание было немного тяжелым:

— Я говорю, ты уже не можешь справиться с этим.

Сюй Цзыюэ свирепо посмотрел в ответ и ускорил шаг, чтобы обогнать Тан Юньюнь:

— Мужчины не должны говорить, что они не могут!

Тан Юньюнь: «...Тц.»

В дополнение к длинной дороге, идущей из одного конца деревни в другой, между домами с обеих сторон были также небольшие дорожки шириной примерно в полтора человека. Это в основном означало, что только те, у кого более тонкая фигура, могут пройти, и для них она даже будет немного узкой. Даже если бы вы могли пройти по этой маленькой тропинке, вы бы поняли, что в конце её будет дом, блокирующий им доступ к кладбищу за отелем.

Пройдя по этим маленьким тропинкам, сворачивая налево и направо в течение почти десяти минут, им, наконец, удалось добраться до кладбища с помощью сильного чувства направления Янь Ши.

В номерах на втором этаже отеля также были окна, выходящие на кладбище. Этого они не ожидали, потому что в студии и медицинской комнате, в которой они были, а также в комнате, где Сюй Цзыюэ нашел труп, похоже, не было окон... Но они подумали об этом. Масляная картина на стене, вероятно, закрывала окно в студии, а аптечки, вероятно, закрывали окно в медицинской комнате... Что касается комнаты с трупом, то они запоздало вспомнили, что там были занавески. Просто в прошлый раз они не придали этому особого значения...

Они взглянули с кладбища. Все окна на втором этаже были темными. Подойдя ближе, они поняли, что это, скорее всего, краска.

Эта черная краска покрывала окна, так что им не нужно было беспокоиться о том, что Цзинь-эр увидит их из своей студии.

Могилы здесь были покрыты сухой травой. Вполне вероятно, что никто не приходил в гости в течение очень долгого времени.

Шестеро шли бок о бок по кладбищу, как поисковая группа, чтобы найти труп, о котором говорил Сюй Цзыюэ.

Время от времени Сюй Цзыюэ бросал взгляд на надгробия.

Сюй Цзыюэ всё ещё держал куклу в руках, так что он мог использовать только одну руку, чтобы убрать траву, которая доходила ему до талии. Он шел довольно медленно, поэтому постепенно отставал от остальных.

— Все идите сюда и посмотрите! — Гуань Чэнцзе стоял перед ними, размахивая руками. Он прокричал это приглушенным голосом.

Как только Сюй Цзыюэ услышал это, он двинулся немного быстрее и поспешил к надгробию, рядом с которым стоял Гуань Чэнцзе.

— Ли Цзинь. — Гуань Чэнцзе отодвинул немного заросшей травы перед надгробием. Затем он вытер рукавом пыль:

— Эта черно-белая фотография... Разве это не Цзинь-эр?

Ху Бэйцзя спокойно ответила:

— Только выглядит похоже, но не совсем такая же.

Тан Юньюнь была поражена этим открытием. Когда она услышала слова Ху Бэйцзя, она быстро кивнула и согласилась:

— Да, это верно. Цзинь-эр гораздо красивее, чем эта.

Если бы они знали, что Цзинь-эр была такой... Тан Юньюнь, вероятно, не смогла бы заснуть сегодня ночью.

Гуань Чэнцзе не стал опровергать и просто кивнул головой:

— Куклы должны быть красивее, чем настоящий человек.

Тан Юньюнь тут же начала нервно потеть.

Размышления — это одно, но однажды подтвердившееся... Это было совсем другое дело.

Янь Ши заговорил своевременно:

— Давайте продолжим осмотр и посмотрим, сможем ли мы найти что-нибудь ещё.

Но даже осмотревшись, они больше ничего не нашли.

Как раз в тот момент, когда они собирались сдаться, Лу Сюян нашел труп, о котором говорил Сюй Цзыюэ.

Но этот труп уже нельзя было назвать трупом.

Его внешний вид больше походил на сломанную куклу.

Только личинки, которые всё ещё оставались на теле, доказывали, что это действительно был труп.

— Ты уверен, что это тот самый труп, который ты видел?

Сюй Цзыюэ кивнул:

— Я уверен. Одежда не изменилась. Разве ты этого не помнишь? Это первый человек, с которым мы столкнулись, войдя в деревню.

Янь Ши сказал:

— Ты ошибаешься.

Сюй Цзыюэ растерянно посмотрел на него. В чем он ошибся?

— Он или она, вероятно, уже тогда не был человеком.

Гуань Чэнцзе поискал поблизости ветку и использовал её, чтобы отодвинуть вонючую одежду, чтобы они могли более ясно видеть состояние трупа.

— Это... — Ху Бэйцзя присела на корточки и вытащила из кармана кусок ткани. Она обернула палец и ткнула в тело трупа:

— Похоже на ту штуку, которую мы нашли под кроватью.

Гуань Чэнцзе ткнул веткой в руку трупа. Просто так случилось, что не хватало части руки.

— Эта круглая штука должна быть рукой... — Гуань Чэнцзе огляделся, — Я не могу найти руку.

— Вещь, которую я нашла сегодня утром, всё ещё была немного эластичной, но это тело почти полностью затвердело. Оно также более гладкое, чем то, что было найдено сегодня утром. Это больше не похоже на кожу. Это уже нельзя считать трупом. — Ху Бэйцзя заключила, — Похоже, что... Человек превратился в куклу.

— Значит, ты хочешь сказать, что люди здесь могут превращаться в кукол? — осторожно спросила Тан Юньюнь.

Янь Ши кивнул:

— Вероятно, так оно и есть.

— Вполне вероятно, что единственные живые люди в этой деревне — это мы. Видели ли мы других живых существ во время нашего пребывания здесь?

Сюй Цзыюэ и остальные покачали головами.

Ху Бэйцзя глубоко задумалась:

— Что я хочу знать больше, так это то, был ли тот, кто привел нас сюда, человеком или куклой. Потому что Сюй Цзыюэ видел внешний вид тела и тот факт, что там есть личинки... Это может доказать, что эта личность изначально была человеком, но что контролировало его действия?

— Наверное, кукла... — Тан Юньюнь высказала своё мнение, — Кто мог бы вынести такую прогулку? От одной мысли об этом меня бросает в дрожь.

Сюй Цзыюэ заметил, что Лу Сюян дрожит...

Затем Ху Бэйцзя спросила:

— Тогда куда же делся этот человек?

— В-вероятно, заменен куклой...

Ху Бэйцзя замолчала. Она, казалось, обдумывала слова Тан Юньюнь.

— После превращения в куклу внутренняя часть туловища полностью пуста. Почему это так?

— Это та часть, которую нельзя превратить в куклу. — Гуань Чэнцзе потер подбородок, — И вот почему он привлек все те вещи, которые питаются им. Вероятно, именно поэтому этот человек был полностью скрыт одеждой.

— Как только ты превращаешься в куклу, твоё тело становится хрупким. — Гуань Чэнцзе наступил на эту «куклу». По мере того, как сила, которую он использовал, увеличивалась, нога куклы постепенно погружалась, прежде чем отломиться, — Эти существа, возможно, были прикреплены к телу до того, как тело начало меняться. По мере того, как тело медленно меняется, эти существа попадают в ловушку внутри. Вероятно, они съедали всё изнутри, пока тело полностью не потеряло свою функцию. Не имея других источников пищи, эти существа начали находить способ вырваться из тела.

— Этот человек, вероятно, потерял возможность чувствовать уже в то время.

Гуань Чэнцзе отбросил ветку, которую держал в руках:

— Я просто наугад строю догадки. Не принимайте это всерьез.

Все: «...»

Хотя Гуань Чэнцзе сказал, что он просто догадывается, его предположения звучали очень разумно. Они также не могли придумать никаких других объяснений.

Но оставался ещё один вопрос, на который они не могли найти ответа. А именно, был ли тот человек, который пришел за ними, на самом деле человеком или куклой изначально.

Сюй Цзыюэ не нужно было выяснять это, но Янь Ши и другие были очень обеспокоены этим. В конце концов, это, вероятно, было связано с их задачей выжить в этом мире.

Если бы вы спросили их, они бы сказали, что Лу Сюян, вероятно, был следующим человеком, который превратится в куклу.

И когда человек превращается в куклу, решающим моментом было то, когда именно он будет полностью мертв.

До тех пор, пока они могут продержаться до самого конца этой игры, даже если они уже на полпути к своему кукольному переходу, если они ещё не мертвы, игра ещё не закончена.

Итак, им нужно было узнать об этом.

Но, судя по всему, Лу Сюян не собирался им ничего рассказывать.

*  *  *  *  *

На обратном пути Лу Сюян, который только что восстановил свой дух, снова начал беспокоиться.

Когда они вернулись, Ху Бэйцзя заглянула в окна нескольких других домов. Некоторые были совершенно темными, и ничего нельзя было разобрать, в некоторых были разбросаны части тела... Короче говоря, в этом не было ничего хорошего.

Всё, казалось, шло по кругу. Единственным местом, где они могли найти ключ к разгадке игры, был отель, в котором они остановились.

Войдя в отель, Гуань Чэнцзе взял на себя инициативу и сказал:

— Я плохо спал прошлой ночью, поэтому сейчас я очень устал. Я собираюсь пойти к Сюй Цзыюэ, чтобы немного поспать. Не будите меня.

Сюй Цзыюэ был сбит с толку. Подожди минутку... Разве он не должен был поменяться комнатами с Лу Сюяном?

Янь Ши тоже был сбит с толку.

Но если он сказал, что он тоже хочет сменить комнату сейчас...

Лу Сюян взглянул на Гуань Чэнцзе и фыркнул:

— Решать тебе. — затем он схватил Янь Ши за запястье, — Давай вернемся в нашу комнату.

Грудь Янь Ши горела от гнева, но по хватке на запястье он мог сказать, что не сможет освободиться, даже если попытается.

Но если он сказал, что тоже хочет сменить комнату сейчас... Ситуация может ухудшиться, если сумасшедший действительно впадет в ярость. Янь Ши временно подавил свой гнев и послушно последовал за Лу Сюяном наверх.

Тан Юньюнь посмотрела на Гуань Чэнцзе широко раскрытыми глазами и обвиняющим выражением «как ты мог?!».

Гуань Чэнцзе только улыбнулся в ответ:

— В чем дело?

Тан Юньюнь вздрогнула и быстро отвернулась.

Гуань Чэнцзе посмотрел на Сюй Цзыюэ:

— Пойдем. Мы также должны вернуться в нашу комнату.

— О.

Сюй Цзыюэ на самом деле не хотел обращать на него никакого внимания.

Вернувшись в свою комнату, Сюй Цзыюэ больше не сможет разговаривать со своей куклой, и ему даже придется разделить кровать, которую он так старательно собрал!

Но в конце концов Гуань Чэнцзе сказал, что в этом нет необходимости...

Сюй Цзыюэ очень не хотелось спать вместе с Гуань Чэнцзе. Он решительно подчеркнул, что страдает от сильного случая мизофобии.

Гуань Чэнцзе воспринял это только как то, что Сюй Цзыюэ назвал его мусором, но выражение его лица не сильно изменилось, и он просто воспользовался предлогом необходимости забрать свой рюкзак из другой комнаты, чтобы временно выйти.

Сюй Цзыюэ вздохнул и сел на кровать. Он ткнул куклу в своих руках:

— Он мог заметить?

Кукла посмотрела на Сюй Цзыюэ, прежде чем вернуть глаза в исходное положение. Это выглядело немного жалко.

— Забудь об этом... Если он узнал, он узнал... Я был тем, кто решил принести тебя. — Сюй Цзыюэ коснулся головы куклы. Кукла тоже ответила, ткнувшись носом в ответ.

Сюй Цзыюэ был совершенно тронут. Он мгновенно присел, заставив куклу упасть обратно на спину.

Сюй Цзыюэ сжал кулаки, как сумасшедший, в отчаянной попытке скрыть своё волнение:

— Почему ты такой милый!

Из-за его позы кукла смотрела на Сюй Цзыюэ в течение одной секунды, двух секунд, трех секунд... А затем он поднял обе руки, чтобы закрыть глаза Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ несколько раз моргнул. Он всё ещё мог видеть куклу.

Куколка быстро повернулась и зарылась лицом в одеяло.

Сюй Цзыюэ: «!!!»

Если бы не неправильный размер, он бы бросился на куклу прямо здесь и сейчас!

Дело не в том, что мужчинам не нравятся милые вещи. Просто большинству мужчин они не нравятся. А у тех, кому нравятся милые вещи, тоже есть свои предпочтения.

Но точно так же, как мужчинам нравятся милые девушки, Сюй Цзыюэ чувствовал, что эта кукла была самой симпатичной куклой во всем мире.

— Кстати, ты стеснялся, когда я сегодня говорил о сне? — Сюй Цзыюэ ткнул куклу в спину, а затем начал тереть... и тереть...

Эта его извращенная рука не поддавалась контролю.

Сюй Цзыюэ всё ещё хотел продолжить дразнить, но он остановил себя, когда услышал звук закрывающейся двери по соседству. Через несколько секунд Гуань Чэнцзе вернулся со своим рюкзаком.

Сюй Цзыюэ поправил одежду и снова сел. Он поднял куклу и устроил её в сидячем положении.

Когда пришло время ужина, Гуань Чэнцзе сказал Сюй Цзыюэ, что у него нет аппетита и он не собирается спускаться вниз.

Сюй Цзыюэ тоже не хотел тратить на него свою энергию, поэтому он спустился вниз с куклой, чтобы поесть.

Пока он ел, он размышлял о том, как ему держаться подальше от Гуань Чэнцзе. С этой мыслью в голове он закончил тем, что съел еду медленнее всех из группы.

— Ты не пойдешь наверх?

Когда Сюй Цзыюэ закончил есть, он всё ещё сидел за обеденным столом, поэтому Тан Юньюнь окликнула его.

Сюй Цзыюэ улыбнулся в ответ:

— Да, я действительно не хочу возвращаться.

Лу Сюян рассмеялся. Каким-то образом его настроение, казалось, снова улучшилось.

Возможно, это потому, что в самой жизни есть свои взлеты и падения... и падения, и падения, и падения...

Ответ Сюй Цзыюэ был хорошо принят Янь Ши и другими. В конце концов, сегодняшние инциденты показали, что Гуань Чэнцзе определенно не был тем, с кем они могли бы связываться, и что он был тем, кто без колебаний пожертвовал бы своими товарищами.

После того, как Янь Ши и остальные вернулись наверх, Сюй Цзыюэ, оставшийся внизу, вздохнул. Вздохнув, он не смог удержаться и закашлялся.

Кукла дернула Сюй Цзыюэ за палец, а затем спрыгнула с колена Сюй Цзыюэ и убежала.

Как раз в тот момент, когда Сюй Цзыюэ собирался крикнуть, он сдержался и огляделся. Увидев, что вокруг никого нет, он быстро последовал за куклой и прошептал:

— Что ты делаешь?

Он увидел, как кукла подбежала к медицинской комнате и распахнула дверь. У Сюй Цзыюэ не было другого выбора, кроме как последовать за куклой.

Кукла стояла в ногах стола и смотрела на Сюй Цзыюэ с серьезным выражением лица: «Обними меня!»

Сюй Цзыюэ: ...Я умер.

*  *  *  *  *

С другой стороны, Гуань Чэнцзе просмотрел рюкзак Сюй Цзыюэ только для того, чтобы найти стандартные предметы, которые были даны всем игрокам, и не смог найти ничего полезного. Единственной особенной вещью, которую он нашел, был маленький гроб, который тот принес с собой.

Не желая сдаваться, Гуань Чэнцзе также проверил внутреннюю часть гроба, но ничего не смог найти.

В любом случае, самое главное — это кукла. Остальные вещи не имеют значения.

*  *  *  *  *

Сюй Цзыюэ поднял куклу и положил её на стол. Он наблюдал, как кукла взяла кисть, которая была ненамного короче его самого, и написала несколько слов на листе бумаги.

Сюй Цзыюэ прикрыл рот, чтобы не рассмеяться слишком громко, а затем сказал:

— Скажи мне, чего ты хочешь. Я напишу это.

Кукла оглянулась на Сюй Цзыюэ: «...»

Он гордо откинул голову назад и продолжал сосредоточенно писать. Что бы ни говорил Сюй Цзыюэ, кукла не обращала на него внимания.

Сюй Цзыюэ чувствовал себя очень обиженным. Что он сделал? Почему его кукла вдруг рассердилась на него?

Хотя кукла испытывала некоторые трудности с письмом из-за своего маленького роста, каждая черточка всё ещё была очень аккуратной. Вы могли бы прочесть, что было написано с первого взгляда.

Первые были названиями лекарств, а вторые количеством каждого из них.

Сюй Цзыюэ некоторое время смотрел на него, прежде чем понял. Следуя руководству, написанному куклой, он начал выбирать лекарство.

Но когда потребовалось использовать традиционные весы для взвешивания лекарств, Сюй Цзыюэ оказался в трудном положении.

Он пытался и пытался. Хотя он мог уравновесить вес и лекарство на обоих концах стержня, но положение веса было размещено случайным образом...

Он действительно понятия не имел, как пользоваться этой шкалой.

Сюй Цзыюэ мог только беспомощно опустить его обратно:

— Я не знаю, как этим пользоваться...

Кукла подняла голову и уставилась на Сюй Цзыюэ взглядом, который, казалось, говорил: «Ты даже не можешь сделать что-то подобное?».

Мгновение спустя... кукла снова опустила голову и сама подняла весы. Испустив легкий раздраженный вздох, он сам начал взвешивать лекарство.

Сюй Цзыюэ наблюдал, как кукла взвешивает лекарства, которые он достал из шкафчиков одно за другим, а затем кладет их на лист бумаги. Эта куча лекарств медленно становилась всё больше и больше. Когда всё было сделано, кукла вздохнула с облегчением, а затем сказала Сюй Цзыюэ с надменным взглядом и поднятым подбородком:

— Свари.

Сюй Цзыюэ схватился за сердце, которое готово было разорваться от всей этой миловидности, и кивнул. Он аккуратно завернул лекарство в бумагу.

Это было то, над чем его кукла кропотливо работала. Он не должен это ронять.

Что касается кипячения... Сюй Цзыюэ упаковал лекарство и снова поднял куклу. Он вышел из комнаты и начал искать кухню.

Кухня была очень чистой. Не было никаких пятен или чего-то похожего на масло и соль, которые обычно можно найти на кухне.

Сюй Цзыюэ приказал себе не думать о том, откуда могла взяться еда, которую он только что съел. В этом мире есть некоторые вещи, о которых не следует знать слишком много, и он также всё ещё жив и здоров...

Кухня была очень старомодной. Над земляной печью стоял большой котел, а рядом с ним небольшая кучка дров толщиной с руку.

Сюй Цзыюэ убрал табуретку у плиты и усадил на неё куклу:

— Ты можешь сесть здесь. Не двигайся, а то упадешь. — затем Сюй Цзыюэ взял ведро и ушел за водой.

Вернувшись с водой, он грубо очистил большой котел. Поскольку он не смог найти ничего похожего на стальную губку, вместо этого он использовал случайный кусок ткани, чтобы очистить котел.

Грязную воду вылили, а котел наполнили чистой водой.

— Отварить лекарства... Значит, я просто вливаю все лекарства? — Сюй Цзыюэ колебался. Он только видел лекарства, приготовленные в маленьком горшочке, но вокруг такого не было. Если бы он здесь использовал этот большой, то он, вероятно, сделал бы больше, чем банку с лекарством...

Кукла всё ещё сидела на стуле. Он не двигался с тех пор, как Сюй Цзыюэ усадил его туда. Услышав слова Сюй Цзыюэ, он кивнул в ответ.

С ограниченным оборудованием это было самое большее, что они могли сделать.

Но зажигалки у них не было. Неужели ему придется попытаться разжечь костер из дров?

Сюй Цзыюэ подумал об этом и посмотрел на лестницу. Он, казалось, помнил, что у Лу Сюяна была зажигалка. Он видел, как он играл с ней раньше.

Сюй Цзыюэ сказал кукле, что собирается пойти за зажигалкой, прежде чем развернуться и поспешить наверх, чтобы одолжить её у Лу Сюяна.

Никто не знал, какие мысли бродили в голове Лу Сюяна. Когда Сюй Цзыюэ попросил одолжить зажигалку, он очень легко согласился и просто небрежно спросил:

— Для чего ты используешь зажигалку?

— Я спросил Цзинь-эр о лекарстве от простуды, но она попросила меня сварить его самому, а огонь на кухне нельзя разжечь без зажигалки. — Сюй Цзыюэ переложил всё на Цзинь-эр, так как Лу Сюян и другие не могли пойти к ней, чтобы проверить его заявления.

Когда Лу Сюян услышал это, его губы слегка дернулись, прежде чем он кивнул, показывая, что понял. Он отдал Сюй Цзыюэ свою зажигалку, не спрашивая дальше. Действия Сюй Цзыюэ тогда заставили всех думать, что он был товарищем по команде, который потянет их вниз, но теперь, похоже, они ошибались.

Но... Если бы вы приняли во внимание возможность злых намерений, кто знает, было ли лекарство Цзинь-эр чем-то хорошим?

Сюй Цзыюэ быстро развернулся и поспешил вниз по лестнице. Когда он закончил кипятить лекарство, это был большой котел, полный им, и содержимое было чрезвычайно разбавлено. Хотя запах был через чур горьким, сам вкус не был таким ярким, как у лекарств, которое Сюй Цзыюэ пробовал в прошлом.

Он одним глотком проглотил миску, горький вкус заставил его сморщить лицо и нахмуриться. Затем он повернулся к кукле и улыбнулся:

— Смотри, я выпил это.

Кукла подняла руку и показала три пальца...

— ...Три миски?

Кукла твердо кивнула.

Итак, Сюй Цзыюэ осушил ещё две миски.

Покончив с лекарством, Сюй Цзыюэ вздохнул с облегчением. Он посмотрел на большой котел с оставшимся лекарством с куклой в руках:

— Что мне с этим делать...

— Вылей.

— Но это такая пустая трата времени... — Сюй Цзыюэ поискал крышку, чтобы прикрыть его, и ущипнул куклу за палец, — Давай вернемся.

Хотя он не хотел быть вместе с Гуань Чэнцзе, он не мог не вернуться, чтобы поспать.

Кукла уткнулась лицом в руки Сюй Цзыюэ и слегка сжала его одежду.

Спать...

Когда Сюй Цзыюэ подошел к двери, он опустил голову и напомнил кукле:

— Вокруг есть другие, так что помни — не двигайся и не говори. — он просто надеялся, что кукла немного сдержится, услышав это.

По-видимому, услышав напоминание, голова куклы, которая была спрятана в его руках, слегка кивнула.

В комнате Гуань Чэнцзе лежал на боку, лицом к стене. Казалось, он уже заснул. Сюй Цзыюэ облегчил шаги и вошел внутрь.

Две кровати в комнате были разделены. Гуань Чэнцзе выбрал кровать поближе к двери, а ту, что у окна, оставил для Сюй Цзыюэ.

Поскольку он не был уверен, действительно ли Гуань Чэнцзе спит или притворяется, Сюй Цзыюэ не стал разговаривать с куклой и просто положил её на стол в сидячем положении, прежде чем жестом показать, что он собирается пойти умыться.

Кукла послушно слушала его и сидела неподвижно. Он не выглядел так, как будто собирался что-то сделать.

Но такой внешний вид куклы может только обмануть других. Сюй Цзыюэ очень хорошо знал этого маленького парня. Он оставался совершенно неподвижным, даже когда его дразнили, но в тот момент, когда вы отводите взгляд и перестаете обращать на куклу какое-либо внимание, кукла куда-то убегает.

Сюй Цзыюэ бросил последний взгляд на Гуань Чэнцзе, который лежал на другой кровати, тихо взял свою сменную одежду и вошел в ванную.

Вскоре послышался шум воды.

*  *  *  *  *

В комнате Лу Сюяна и Янь Ши.

Янь Ши сидел один на своей кровати, чувствуя себя немного раздраженным внутри. Сегодня они нашли труп на кладбище, и был вопрос о состоянии Лу Сюяна... Он был тем, кто хотел жить. Не имея в самый последний момент абсолютно никакой надежды, он не был тем, кто так легко сдастся. Конечно, есть некоторые исключения, но это не включает кого-то вроде Лу Сюяна.

Звук душа Лу Сюяна в ванной достиг ушей Янь Ши. Янь Ши потер лицо, взял свою сумку и быстро вышел из комнаты.

По сравнению со спасением его репутации, его жизнь была важнее.

Никто не знал, чего хочет Лу Сюян. Если бы он хотел утащить за собой остальных, то тот, кто делит с ним комнату, скорее всего, пострадал бы первым.

Поэтому, когда Ли Сюян вышел из ванной и увидел пустую комнату и аккуратно застеленную кровать, он сразу всё понял.

Лу Сюян фыркнул. Затем он снова задрал рубашку, только чтобы увидеть, что часть его живота выглядела немного неуместно по сравнению с остальной частью его тела. Эта часть живота слегка блестела и была тверже плоти, но немного мягче дерева. С точки зрения текстуры и внешнего вида она была чрезвычайно хороша.

Но это было не то, что должен иметь человек.

Когда Сюй Цзыюэ закончил переодеваться и вышел из ванной, он услышал стук в дверь. Когда он посмотрел в глазок, то увидел, что это был Янь Ши.

— Сюй Цзыюэ? Открой дверь.

Сюй Цзыюэ на мгновение заколебался, но в конце концов решил открыть дверь.

Янь Ши, который нес рюкзак, который он получил, когда впервые приехал в деревню, быстро ворвался в комнату.

— Что случилось?

— Ничего. Я всё ещё немного беспокоюсь из-за Лу Сюяна, поэтому я пришел сюда, чтобы поспать.

Сюй Цзыюэ вздохнул про себя и спросил:

— Ты ему сказал?

Когда он повернул голову назад, то увидел, что в какой-то неизвестный момент времени Гуань Чэнцзе проснулся. Он сел, зевая, и вопросительно посмотрел на Янь Ши.

Янь Ши взглянул на Гуань Чэнцзе и медленно подошел к другой кровати.

— Нет. — но он не упомянул о том, что ушел, ничего не сказав Лу Сюяну. Это было то, что он изначально не должен был говорить в любом случае, потому что Лу Сюян, естественно, поймет, как только он вернется в пустую комнату. А что подумают другие? Ему было всё равно.

Сюй Цзыюэ быстро подошел и взял свою куклу:

— Гм, почему бы тебе не поспать с Гуань Чэнцзе, Янь Ши? Я сплю с куклой и беспокоюсь, что что-то случится, если он сломается.

Янь Ши был удивлен:

— Ты спишь с ним? — его взгляд переместился на маленький гроб на прикроватном столике, — Разве не было бы хорошо оставить его там?

Сюй Цзыюэ только молча покачал головой.

Янь Ши раздраженно выдохнул «тц», прежде чем повернуться и сесть на кровать, на которой лежал Гуань Чэнцзе.

Гуань Чэнцзе только улыбнулся и ничего не сказал.

Сюй Цзыюэ вынес таз с водой и начал медленно вытирать тело куклы.

Дым на кухне был слишком сильным, и в воздухе даже висел пепел. Если бы у куклы была другая одежда, Сюй Цзыюэ помог бы кукле переодеться в неё.

Но её не было... Поэтому Сюй Цзыюэ мог только вытереть куклу и снова одеть.

Янь Ши наблюдал за действиями Сюй Цзыюэ и медленно начал хмуриться, но в конце концов ничего не сказал. Он распаковал кое-какие вещи и пошел принять душ.

Когда он закончил и вышел из ванной, Гуань Чэнцзе уже заснул. Однако он действительно оставил небольшое место, достаточное для того, чтобы Янь Ши смог протиснуться внутрь. Что касается Сюй Цзыюэ, то на этот раз он взял куклу с собой в постель. Он спрятал куклу под одеялом.

Кукла, казалось, уснула.

Свет в комнате погас. Маленькая полоска света за дверью тоже исчезла. Очень скоро все уснули.

*  *  *  *  *

Внезапно разбуженный куклой, Сюй Цзыюэ потер глаза, а другой рукой стал искать куклу. Он притянул куклу в свои объятия.

— Мм... Ещё немного...

— Сюй Цзыюэ, вставай.

Сюй Цзыюэ только сейчас с трудом открыл глаза. К тому времени, когда его разум прояснился, он увидел Гуань Чэнцзе, стоящего у окна.

Всё было немного размыто, но Сюй Цзыюэ всё ещё мог сказать, что он смотрел на место рядом с ним.

Вся сонливость, которая была раньше, исчезла в одно мгновение.

Он сел и оглянулся на Гуань Чэнцзе. Последний уже отвел взгляд.

— Я думаю, что Цзинь-эр скоро найдет нас. Поторопись. Я загляну в соседнюю комнату. — Гуань Чэнцзе оглянулся на Сюй Цзыюэ, прежде чем покинуть комнату.

В ванной послышался звук льющейся воды. Янь Ши, вероятно, был внутри.

Что Гуань Чэнцзе планировал делать прямо сейчас? Или он просто наблюдал?

Сюй Цзыюэ посмотрел на куклу.

Кукла крепко вцепилась в его одежду. Его тело плотно прижималось к телу Сюй Цзыюэ, как будто он хотел быть с ним единым целым.

Только что кукла погладила его, прежде чем Гуань Чэнцзе заговорил...

Сюй Цзыюэ некоторое время размышлял, но быстро отвел свой задумчивый взгляд, когда Янь Ши вышел из ванной.

Сюй Цзыюэ спустился вниз вместе с остальными после душа и не смог найти возможности поговорить с куклой.

Ху Бэйцзя и Тан Юньюнь, казалось, довольно хорошо спали прошлой ночью, и Лу Сюян, который вызывал больше беспокойства, также, казалось, был в довольно хорошем состоянии.

Это, конечно, было только на поверхности. У него не было ни темных кругов, ни налитых кровью глаз, и он говорил очень нормально. Всего за один день он полностью разобрался в себе... В этом не было ничего необычного. Но также потому, что не было ничего необычного — это казалось немного странным.

Точно так же, как затишье перед бурей, чем оно спокойнее, тем яростнее будет надвигающийся шторм.

Тан Юньюнь вела себя слишком очевидно. Во время завтрака она потащила Ху Бэйцзя и Янь Ши сесть рядом с ней, избегая любого близкого контакта с Лу Сюяном. Она даже избегала любого зрительного контакта с Лу Сюяном.

Янь Ши видел действия Тан Юньюнь и мысленно покачал головой, но вскоре он понял, что и сам не был исключением. Он просто думал об этом наедине, в то время как Тан Юньюнь выражала это внешне.

Сюй Цзыюэ положил куклу себе на колени и опустил голову, чтобы откусить булочку и выпить отвар.

Что случилось с Гуань Чэнцзе сегодня утром...

Ху Бэйцзя отложила палочки для еды и оглядела остальных:

— Что мы планируем делать сегодня?

Без Цзинь-эр Янь Ши не сдержался и просто заговорил тише:

— Найти ключи.

Ху Бэйцзя кивнула:

—Кроме наших комнат и этой медицинской, есть другие комнаты, которые мы должны проверить.

Лу Сюян поджал губы. Они уже думали о том, что им делать, если он уйдет.

Если бы Лу Сюян всё ещё был частью их группы, он мог бы открыть им двери, так что не было необходимости искать ключи. Это мышление было известно всем присутствующим, но никто не осмеливался высказать его вслух.

После завтрака Цзинь-эр подошла, чтобы убрать со стола. Она почти ничего не говорила и даже не обращала внимания на остальных. Она быстро ушла, как только закончила.

Она, казалось, была занята, и также, казалось, была в довольно хорошем настроении.

Все не могли не строить различные догадки о причине настроения Цзинь-эр.

Теперь, если они действительно хотели найти ключ, Лу Сюян был необходим.

Все комнаты, в которые можно было войти, были обысканы, включая кухню, которую Сюй Цзыюэ использовал прошлой ночью, чтобы сварить своё лекарство. Гуань Чэнцзе даже с любопытством открыл крышку, чтобы заглянуть внутрь большого котла.

Оттуда донесся слабый запах китайского лекарства. Охлажденное китайское лекарство не имело такого сильного запаха, как когда его только что кипятили, но его горечь всё ещё чувствовалась через запах.

— Лекарство?

— Я вчера попросил об этом Цзинь-эр. Это от простуды. — очень «честно» ответил Сюй Цзыюэ.

Гуань Чэнцзе издал многозначительное «о-о-о».

Похоже, он ему не поверил.

Сюй Цзыюэ не стал утруждать себя объяснениями. Остальные, однако, ничего не сказали и просто почувствовали себя более уверенными, что Сюй Цзыюэ занимал другое место в сердце Цзинь-эр.

Янь Ши и другие хотели, чтобы Лу Сюян открыл другие двери, и Лу Сюян не отказался. Они нашли провод и сумели открыть двери после нескольких попыток. Один за другим они обошли комнаты, но не нашли ничего особенного.

Только в полдень они наконец нашли большую связку ключей в номере рядом с главным входом в отель. Этот набор ключей был разделен на три меньших набора. С помощью веревки, связывающей три набора вместе, они образовали большую связку.

— Они должно быть разделены по этажам. — Тан Юньюнь выглядела уверенной.

Ху Бэйцзя просмотрела ключи, на которых было написано 1-7:

— Можно сказать это, просто посмотрев.

Тан Юньюнь: «...»

С этим им больше не нужно было пробовать все ключи каждый раз, когда они хотели открыть дверь. Это было очень хорошо для них.

— Сначала второй этаж. Первый этаж уже закончен. Что касается стороны Цзинь-эр...

Все кивнули. Не говоря ни слова, они быстро поднялись наверх.

На втором этаже они долго возились, прежде чем смогли смутно разглядеть номер комнаты на дверных косяках. Номера комнат были закрашены краской того же цвета, что и дверная рама, так что, если бы не слегка выступающий металлический номер, они бы его пропустили и им пришлось бы пробовать все ключи один за другим.

Но в тот момент, когда они открыли дверь в первую комнату, они были поражены.

Только свет из коридора проникал в комнату, и комната была полностью заполнена куклами, которые смотрели на дверь.

Янь Ши, открывший дверь, на мгновение застыл, прежде чем отступить на шаг.

Эти куклы были расположены рядами одна над другой. Без каких-либо полок или столов, казалось, что они были прибиты гвоздями к стенам. Все четыре стены комнаты были заполнены ими.

Когда Гуань Чэнцзе протянул руку и потянулся, чтобы найти выключатель, вещь, с которой его рука соприкоснулась, была куклой.

— Ссс...

Гуань Чэнцзе быстро отдернул руку и отступил на несколько шагов, столкнувшись с Тан Юньюнь, которая стояла позади него.

— В чем дело? Что это? — Тан Юньюнь не знала, что случилось, но она также быстро отступила.

Гуань Чэнцзе нахмурился и поднял руку:

— Что-то укусило.

Обычно он протягивал левую руку, чтобы включить свет, но когда он это сделал, что-то оставило на его мизинце маленький след в форме полумесяца.

Была даже кровь.

Сюй Цзыюэ сравнил свою куклу в руках с отметиной на руке Гуань Чэнцзе. Отметина от зубов была на меньшей стороне, и она просто совпала с размером куклы.

— Значит, мы всё ещё входим? — спросила Тан Юньюнь.

— Почему мы не осмелимся? — Лу Сюян сказал это и достал зажигалку, которую Сюй Цзыюэ вернул ему. С щелчком небольшое пламя осветило пространство вокруг него.

Хотя Лу Сюян сказал это очень смело и даже взял на себя инициативу найти источник света, только половина его тела была за дверью, и он не осмелился протянуть руку, чтобы найти выключатель.

Ему потребовалось несколько секунд, прежде чем он смог дотянуться до выключателя люстры. Когда он это сделал, остальные, стоявшие у двери, ясно увидели, как глаза кукол слегка выпучились, уставившись на Лу Сюяна.

«Глыть...»

Кто-то нервно сглотнул. Эта сцена была действительно страшной до такой степени, что заставила присутствующих содрогнуться. Ху Бэйцзя глубоко вздохнула и огляделась...

— !

Тан Юньюнь, стоявшая рядом с Сюй Цзыюэ, сильно вздрогнула, заставив Сюй Цзыюэ, который ещё ничего не видел, задрожать так же.

Прежде чем он успел спросить об этом, Тан Юньюнь уже повернулась и схватила Сюй Цзыюэ за руку, уткнувшись головой ему в плечо:

— П-п-п-потолок... — за этим последовали какие-то неразборчивые звуки. Казалось, она вот-вот расплачется.

Маленькая кукла в руке Сюй Цзыюэ с несчастным видом посмотрела на эту девушку. Он поднял ногу и попытался нанести удар... Но его ноги были слишком короткими.

Сюй Цзыюэ услышал слова Тан Юньюнь и поднял глаза к потолку. Хотя он мысленно подготовился, он всё ещё был потрясен этим зрелищем.

Потолок был плотно заполнен кукольными головами. Как будто их тела были похоронены в стене, только их головы торчали наружу. У некоторых были длинные волосы, которые свободно свисали вниз, у других волосы были приклеены к потолку.

В середине потолка была одна с верхней частью туловища и руками, которые выглядели так, как будто она была в середине подъема. Её руки были прижаты к головам кукол поблизости, как будто она выбралась, надавив на их головы. В её рот была засунута лампочка, излучавшая тусклый свет, который слабо рассеивался на лицах кукол на стенах. Зрелище было не из приятных.

Однако что удивило Тан Юньюнь, так это кукла, которая стояла прямо перед ними.

Её глаза были кроваво-красными. Они не были похожи на какой-либо камень и были очень чистыми и яркими. Это было так, словно на них была тонкая пленка крови, и это также было похоже на ярко-красное кровяное желе; если вы слегка ткнете в него, всё лопнет.

В такой паре глаз, которые выглядели более реалистично, чем глаза реального человека, даже «белые части» были полностью красными.

Эти глаза смотрели прямо на дверь, когда две кровавые струйки слез, одна длинная и одна короткая, скатились по её бледным щекам.

Лу Сюян отступил на несколько шагов и встал за дверью.

После периода мертвой тишины Сюй Цзыюэ неуверенно спросил:

— Мы собираемся войти... или что?

— Там не должно быть никаких улик. — Тан Юньюнь покачала головой, чтобы выразить своё нежелание входить.

Ху Бэйцзя нахмурилась. Она тоже выглядела неохотно, но вместо этого сказала:

— Мы всё равно должны попытаться.

Наконец Лу Сюян задал важный вопрос:

— Тогда... кто должен это сделать?

В этой комнате не было никакой мебели, а только множество кукольных голов. Если здесь и можно было что-то спрятать, то только между головами.

Но Гуань Чэнцзе укусили раньше, когда он искал выключатель.

До тех пор, пока они не глупы, они, естественно, будут знать, что эти следы зубов были оставлены куклой.

Лу Сюян пожал плечами и отступил ещё немного:

— Я не пойду. — если бы это могло помочь решить его нынешнее затруднительное положение, он был бы готов, но если из-за этого он был вынужден всё время быть на переднем плане, он был довольно неохотен.

Он заметил, что его тело стало легче и намного более гибким, чем раньше. Хотя это не обязательно хорошо, это также означало, что проблема не возникнет сразу. Видя, как другие нервничают, отчаянно пытаясь найти способ жить, странное чувство радости поднялось в нем.

Если они найдут способ, тому, кто будет следующим, не нужно будет беспокоиться о том, что он не знает.

Тан Юньюнь не осмелилась войти. Она, казалось, была до смерти напугана этим зрелищем и больше не могла думать о том, что может произойти в будущем.

Ху Бэйцзя выдохнула, чтобы успокоиться:

— Я войду. — она повернулась, чтобы посмотреть на остальных присутствующих, прежде чем её взгляд, наконец, упал на Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ и Ху Бэйцзя несколько секунд смотрели друг на друга. Разум Сюй Цзыюэ был полностью заполнен вопросительными знаками:

— ???

Ху Бэйцзя сказала:

— Ты помогаешь охранять дверь. Если что-нибудь случится, немедленно вытащи меня из комнаты.

Сюй Цзыюэ несколько раз моргнул и указал на себя:

— Я?

— Да. — Ху Бэйцзя не стала продолжать разговор. Она повернулась и пошла прямо в комнату.

Сюй Цзыюэ огляделся. Остальные только продолжали сохранять позицию смотрящего. Ничего не поделаешь. Он мог стоять только наполовину внутри и наполовину снаружи, готовясь войти, если что-нибудь случится.

Когда кто-то не назван напрямую, он может легко просто играть роль стороннего наблюдателя, но, как только он назван, становится трудно продолжать притворяться не вовлеченным.

Сюй Цзыюэ столкнулся с такой ситуацией.

Гуань Чэнцзе коснулся раны на руке. Она была не очень глубокой и была чуть хуже, чем царапина. Говоря здраво, на этот раз они получили лучший конец палки* из-за этого. Если бы он отреагировал чуть быстрее, его, вероятно, не укусили бы...

П/п: у палки два конца, у медали две стороны; где имеется в виду, что одна сторона хорошая, а другая плохая.

Янь Ши не говорил всё это время, но он знал, что с Ху Бэйцзя, идущей на риск в этот раз, если что-нибудь случится потом, она не выйдет вперед, чтобы добровольно вызваться во второй раз.

Все смотрели на Ху Бэйцзя и бессознательно затаили дыхание.

Ху Бэйцзя сначала подошла к ближайшему к двери месту и попыталась посмотреть, не спрятано ли что-нибудь в трещинах на стене между головами кукол, а затем медленно продолжила углубляться внутрь...

За исключением небольшой полоски крови в уголке рта куклы, не было ничего особенно необычного. Эта кровь явно осталась после укуса Гуань Чэнцзе.

Ху Бэйцзя, нахмурившись, вышла из комнаты. Хотя она и не была ранена, но и не получила никакой выгоды.

Янь Ши сказал:

— Следующая комната.

Когда Ху Бэйцзя благополучно вышла, Сюй Цзыюэ тоже вздохнул с облегчением. Когда он посмотрел на Ху Бэйцзя, она всё ещё вела себя так же, как обычно, и, казалось, не относилась к Сюй Цзыюэ по-другому.

Сюй Цзыюэ оглянулся на комнату. Куклы внутри уставились на людей, стоящих за дверью, уголки их губ медленно приподнялись, но когда он снова посмотрел на них, всё вернулось в норму. Как будто то, что он видел раньше, было просто иллюзией.

Комнаты, в которые они потом заходили, были заполнены левыми ногами, а затем правыми. За этим последовала комната, заполненная левыми руками, и, наконец, комната, заполненная правыми руками.

Кроме первой комнаты с кукольными головами, напугавшими их, ничего странного не произошло, когда они проверяли другие комнаты. В других комнатах были только конечности, и это выглядело не так странно, как в первой комнате, поэтому они не были так напряжены, когда обыскивали их.

Но когда они добрались до последней комнаты с правыми руками, всё было по-другому.

На стене напротив двери висела правая рука с письмом.

Рука, держащая письмо, была немного высоко поднята. Янь Ши, который был самым высоким среди группы, подошел, чтобы попробовать взять его, но он всё ещё был немного вне досягаемости.

С одного взгляда каждый мог сказать, что письмо было чем-то важным. Они не смирились бы, пока не получили бы его.

Ху Бэйцзя предложила:

— Тан Юньюнь самая легкая. Почему бы тебе, Янь Ши, не попытаться удержать её?

— ...Я? — Тан Юньюнь, стоявшая снаружи комнаты, посмотрела туда широко раскрытыми глазами. Она покачала головой и выразила свой отказ с расстроенным выражением лица:

— Я не хочу. Я не хочу туда входить.

Все присутствующие замолчали.

Робость Тан Юньюнь была очевидна для всех. Раньше это не имело большого значения, потому что от неё было мало пользы, и никто не заставлял её делать что-либо, если она не хотела, но теперь ситуация изменилась.

Она не могла всегда следовать за другими, полагаясь на их защиту. Другие также не обязательно захотят взять с собой товарища по команде, который не вносит свой вклад.

Сюй Цзыюэ втайне хотел пожаловаться.

Конечно же, выражение лица Янь Ши стало холодным:

— Даже если ты не хочешь, у тебя нет выбора.

Хотя это не было невозможно заставить кого-то другого сделать это, но если она хотела, чтобы она жила за счет других всё время, он не был рад этому.

Гуань Чэнцзе посмотрел на Янь Ши, а затем на Тан Юньюнь, которая отпрянула, как испуганный утенок:

— Ты не должен так говорить. Поскольку Тан Юньюнь не хочет, мы можем просто попросить кого-нибудь другого.

Тан Юньюнь вздохнула с облегчением, но затем она услышала, как Гуань Чэнцзе сказал:

— Но что касается того, что мы получим после этого... Поскольку ты не внесла свой вклад, мы не обязаны говорить тебе, верно?

Тан Юньюнь была ошеломлена.

— Тогда я сделаю это. — Сюй Цзыюэ увидел, что Ху Бэйцзя стоит в стороне, скрестив руки на груди, по-видимому, не собираясь делать шаг вперед, поэтому он храбро вызвался.

Он не входил ни в одну из предыдущих комнат, и ему также было любопытно содержание письма. Сюй Цзыюэ ущипнул куклу за лодыжку и втайне заверил его, что всё в порядке.

Сюй Цзыюэ сказал Янь Ши и остальным:

— Вы можете поднять меня. Лу Сюян может помочь поддержать меня со стороны, а Ху Бэйцзя может наблюдать за дверью. Не позволяйте двери закрыться. — он немного беспокоился о Гуань Чэнцзе, поэтому ничего ему не сказал.

Но Гуань Чэнцзе не отступил. Он подошел с улыбкой на лице:

— Тогда я подержу эту куклу. Иначе тебе будет трудно.

Янь Ши внезапно пришел к пониманию.

Похоже, у Гуань Чэнцзе были какие-то скрытые мотивы по отношению к этой кукле.

Сюй Цзыюэ на мгновение был ошеломлен. Его первой мыслью был отказ.

Вскоре после этого он почувствовал легкий пинок в живот.

— ...Я отказываюсь.

Просто случилось так, что противоречивая битва в сознании Тан Юньюнь только что закончилась. Она вошла в комнату с бледным лицом:

— Забудьте об этом... Я... я сделаю это.

— Фух... — кукла очень тихо вздохнула с облегчением. Его десять пальцев, крепко обхвативших руку Сюй Цзыюэ, слегка напряглись.

Поскольку Тан Юньюнь была готова сделать это, Сюй Цзыюэ не настаивал и сделал шаг назад, чтобы встать рядом с Ху Бэйцзя, которая была рядом с дверью, а также отойти подальше от Гуань Чэнцзе, который был рядом с Янь Ши.

Их положение сейчас было особенно опасным. Каким-то образом за дверью осталась только Ху Бэйцзя.

Янь Ши наклонился, позволив Тан Юньюнь сесть ему на шею.

Тан Юньюнь прикусила нижнюю губу и терпела своё смущение, пока она сидела. Когда Янь Ши встал, Лу Сюян помог поддержать Тан Юньюнь, которая не осмеливалась прикоснуться к стене, чтобы поддержать себя.

— Поторопись. — задыхаясь, поторопил Янь Ши, у которого была согнута шея.

Тан Юньюнь глубоко вздохнула. Она отпустила руку Лу Сюяна, которая поддерживала её, и потянулась к письму на стене.

Все произошло в тот момент, когда Тан Юньюнь прикоснулась к письму.

— Аааааа...

Все руки внезапно пришли в движение. Они схватили Тан Юньюнь за руку и притянули её прямо к стене.

Янь Ши, который поддерживал Тан Юньюнь, не смог удержаться на ногах из-за этого и его точно так же схватили за одежду. Лу Сюян сумел увернуться от этих рук в тот момент, когда это произошло, в то время как Гуань Чэнцзе немедленно отступил на сторону Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ быстро обернулся и случайно увидел, как дверь начала со скрипом закрываться. Ху Бэйцзя стояла за дверью, отчаянно держась обеими руками за открытую дверь. Она крикнула:

— Скорее убирайтесь!

Лу Сюян взглянул на дверь и слегка согнул колени. Он схватил Тан Юньюнь за другую руку:

— Выбрось это письмо! Скорее!

Сюй Цзыюэ подбежал к двери. Зажав куклу под мышкой, он схватился за дверь обеими руками, чтобы она не захлопнулась слишком быстро.

Тан Юньюнь ослабила хватку, уронив письмо на пол, но эти руки не перестали двигаться. Лу Сюян больше не держал Тан Юньюнь за руку, а вместо этого наклонился, чтобы поднять письмо и сунуть его в карман.

— Гуань Чэнцзе! Помоги! — крикнул Янь Ши. Он быстро снял свою одежду, позволив этим рукам забрать её, а затем, с обнаженной верхней половиной, он побежал, чтобы схватить Тан Юньюнь, которая отчаянно боролась со стеной.

— А-а-а! Не прикасайся ко мне! Не прикасайся ко мне!

Крики Тан Юньюнь сотрясали барабанные перепонки всех присутствующих.

Гуань Чэнцзе работал с Янь Ши, чтобы попытаться вытащить Тан Юньюнь.

Ху Бэйцзя и Сюй Цзыюэ, стоявшие у двери, также оказались в затруднительном положении.

Руки по обе стороны двери также тянулись, чтобы схватить их, но, поскольку дверь открылась внутрь комнаты, эти руки не могли дотянуться до Сюй Цзыюэ, который стоял в центре, открывая дверь. Они могли только наполовину тянуть, наполовину тащить Ху Бэйцзя, которая стояла у двери, отчаянно толкая дверь внутрь.

Лу Сюян, увидев, что дверь вот-вот закроется, немедленно бросился помогать Сюй Цзыюэ открыть дверь.

Крики Тан Юньюнь прекратились. Неизвестная сила, заставившая дверь закрыться, также исчезла, и руки на стенах снова вернулись в своё первоначальное безмолвное состояние.

Сюй Цзыюэ обернулся, чтобы проверить, и увидел, как Янь Ши рухнул на пол, покрытый потом, и Гуань Чэнцзе, стоящий рядом с всё ещё дрожащими руками.

Теперь на плотно утрамбованной стене была дополнительная правая рука. Рукава Тан Юньюнь всё ещё были видны, но текстура руки изменилась, и локоть превратился в шаровой шарнир.

Янь Ши быстро пришел в себя:

— Поторопитесь и убирайтесь отсюда.

Излишне говорить, что Сюй Цзыюэ и другие также знали, что им нужно выбираться. Когда последний из них вышел из комнаты, дверь захлопнулась сама по себе.

Янь Ши облизнул пересохшие губы:

— Тан Юньюнь ушла.

Сюй Цзыюэ тоже был немного напуган. Кто-то умер просто так... Он даже задавался вопросом, не случилось бы этого, если бы он был тем, кто вызвался добровольно.

Сюй Цзыюэ заставил себя не думать об этом, но иногда он просто не мог ничего с собой поделать.

Гуань Чэнцзе сказал:

— Предыдущие номера были нормальны, и только в этом номере была проблема. Было ли это из-за письма?

Ху Бэйцзя покачала головой и высказала свои собственные мысли:

— Возможно, что-то было не так со всеми комнатами, и это просто ждало, когда мы потеряем бдительность.

— Это возможно. — Янь Ши взъерошил свои растрепанные волосы, — Давайте не будем об этом говорить. Где письмо?

Сюй Цзыюэ видел, как Лу Сюян поднял его, и Гуань Чэнцзе тоже был свидетелем этого, так что Лу Сюян не мог этого скрыть.

Лу Сюян достал из кармана смятое письмо:

— Вот.

Конверт был обычным белым конвертом. Снаружи не было ничего особенного, и в письме, которое их больше всего беспокоило, было только одно предложение:

«Ты убьешь себя.»

Это было похоже на какое-то предупреждение.

Ху Бэйцзя перечитывала эту фразу снова и снова, но не могла понять её смысла.

Даже после того, как они передали письмо по кругу, ничего нового не было найдено.

После того, как Гуань Чэнцзе прочитал его, он посмотрел на Сюй Цзыюэ:

— Ты не проверишь его? — все не доверяли другим, поэтому письмо было передано по кругу. Только Сюй Цзыюэ не сделал шага вперед, чтобы рассмотреть письмо.

— Я в порядке. Поскольку вы, ребята, ничего не нашли, мне нет необходимости проверять. — слова в письме были четко написаны там. Как бы он ни изучал письмо, он, скорее всего, ничего не найдет.

Более того... Реакция этих людей после инцидента с Тан Юньюнь заставила его почувствовать себя очень неловко.

Он никогда лично не видел, чтобы что-то подобное происходило прямо у него на глазах, поэтому не обращал на это особого внимания, но теперь, когда это произошло, ему было трудно оставаться равнодушным.

Гуань Чэнцзе прищурил глаза и насильно сунул письмо в руки Сюй Цзыюэ:

— Просто подержи его. Это тоже полезно.

Сюй Цзыюэ, который держал письмо в руке, не мог понять смысла его слов.

Только после того, как они спустились вниз, чтобы поесть, и уже наполовину покончили с едой, он понял, почему Гуань Чэнцзе настоял на том, чтобы он взял письмо.

Он, вероятно, чувствовал, что что-то может случиться с теми, кто прикоснулся к письму, в то время как те, кто не прикоснулся к нему, будут в порядке. Если это было так, он, естественно, хотел, чтобы тот, кто не активировал «флаг смерти», также запустил его.

Но Гуань Чэнцзе слишком много думал об этом. На самом деле он только строил дикие предположения.

После того, как они поели, они изначально собирались вернуться в свои комнаты, чтобы поспать, но теперь, когда одна из девушек умерла, Ху Бэйцзя будет одна в своей комнате.

И вот, Ху Бэйцзя предложила, когда они ели:

— Я думаю, мы все можем спать в одной комнате вместе.

Янь Ши был первым, кто выразил своё неодобрение:

— Я отказываюсь.

После того, как он сегодня избежал опасности, он не мог не думать, что если Лу Сюян не отпустил бы руку Тан Юньюнь, возможно, она всё ещё могла быть спасена.

Конечно, это были всего лишь его беспочвенные догадки. Каждый мог строить свои собственные предположения.

Янь Ши очень неохотно делил комнату с Лу Сюяном, потому что было слишком много непредсказуемых факторов.

— Я тоже отказываюсь. Когда слишком много людей вместе, вся команда может легко погибнуть. — Гуань Чэнцзе говорил только об одной возможности.

Но с большим количеством людей существовала также возможность того, что все выживут.

Но даже если бы они знали, что заявление Гуань Чэнцзе было неверным, никто не стал бы его опровергать.

Только Лу Сюян мог это сделать, но ему, похоже, было всё равно, с кем он будет жить и будет ли он пользоваться комнатой в одиночку. Он казался очень самодовольным.

— Тогда в моей комнате не хватает одного человека. — глаза Ху Бэйцзя перемещались только между Сюй Цзыюэ и Янь Ши. Она явно не принимала во внимание Лу Сюяна или Гуань Чэнцзе.

— Я буду жить с тобой. — Янь Ши встал и слегка приподнял подбородок, — Идешь?

Ху Бэйцзя кивнула:

— Тогда решено.

Всё неожиданно прошло гладко.

Сюй Цзыюэ внутренне обиделся. Ему всё ещё предстояло жить в одной комнате с Гуань Чэнцзе.

И Ху Бэйцзя, и Янь Ши что-то почувствовали, но они всё ещё не узнали обо всем, поэтому они предпочли просто наблюдать и ждать, пока Гуань Чэнцзе примет меры.

Иногда просто наблюдение и ожидание могут дать им информацию, поэтому они мало говорили и просто уделяли больше внимания всему, что происходило вокруг них.

После ужина, из-за всей усталости, накопившейся за день, Сюй Цзыюэ вспомнил об инциденте только сегодня утром, когда закончил мыть посуду и лежал в постели.

Если бы он прямо сейчас вытащил куклу, чтобы поговорить с ней, это, вероятно, привлекло бы внимание...

И поэтому Сюй Цзыюэ мог только несколько раз напомнить себе, чтобы завтра найти возможность как следует поболтать с куклой.

Но на следующий день Сюй Цзыюэ проснулся от стука в дверь и был встречен пустой комнатой.

Будь то Гуань Чэнцзе или кукла, они исчезли.

Даже маленький гробик, в котором лежала кукла, исчез.

Сюй Цзыюэ побежал босиком, чтобы открыть дверь.

— Вставай. Поторопись и приготовься завтракать.

Как только дверь открылась, Ху Бэйцзя, которая была снаружи, сказала это Сюй Цзыюэ, но когда дверь полностью открылась, она, наконец, заметила босые ноги Сюй Цзыюэ и паническое выражение лица.

Сюй Цзыюэ спросил:

— Ты видела Гуань Чэнцзе?

Янь Ши, стоявший позади Ху Бэйцзя, покачал головой:

— Что случилось? Что случилось?

Сюй Цзыюэ гневно фыркнул. Он кивнул и вернулся в свою комнату.

Янь Ши и остальные обменялись взглядами, прежде чем последовать за ним. Им потребовалось всего несколько минут, чтобы понять, что Сюй Цзыюэ чего-то не хватает.

Той куклы, которая была почти неотделима от Сюй Цзыюэ, нигде не было видно.

— Что? Он украл твою куклу? — Ли Сюян перевернул кровать Гуань Чэнцзе, но не смог найти ничего полезного. Даже рюкзак, который был у Гуань Чэнцзе, когда они впервые приехали в деревню, исчез.

Сюй Цзыюэ был слишком расстроен, чтобы ответить Лу Сюяну.

Лу Сюян не сердился. Он оглядел комнату, в которой провел предыдущую ночь, и сказал:

— Видишь, я уже говорил тебе, что ты спишь слишком глубоко. Тебе даже удалось проспать всё это.

— Нет необходимости указывать на это. — Сюй Цзыюэ сел на кровать, сосредоточившись на том, чтобы надеть носки. Затем он повернулся и посмотрел на Ху Бэйцзя:

— Я собираюсь сменить штаны.

Ху Бэйцзя кивнула и повернулась, чтобы выйти из комнаты.

Когда Сюй Цзыюэ закончил менять штаны, Янь Ши утешил:

— Но не слишком расстраивайся. Гуань Чэнцзе изначально был странным. Теперь, когда он ушел, мы можем быть немного более расслабленными здесь и, по крайней мере, не должны быть настороже по отношению друг к другу.

Как только Янь Ши закончил говорить это, Лу Сюян грубо фыркнул.

Янь Ши взглянул на него, но ничего не сказал.

Сюй Цзыюэ закончил переодеваться и спустился вниз вместе с остальными. Когда Цзинь-эр принесла им завтрак, он воспользовался возможностью, чтобы спросить:

— Цзинь-эр, моя кукла пропала... Нет, если быть более точным, его украли. Что мне делать?

Цзинь-эр услышала это и показала милую улыбку, которая не коснулась её глаз. Эта её улыбка была немного пустой, но, поскольку она была действительно хороша собой, улыбка всё ещё была красивой.

Цзинь-эр предложила:

— Не хочешь ли ты выбрать другую? Просто так получилось, что у меня есть ещё одна, которую я хотела тебе подарить.

— ... Спасибо, но я всё ещё хочу найти его. — по какой-то причине у Сюй Цзыюэ возникло ощущение, что та, которую Цзинь-эр хотела подарить ему — это её кукла.

Цзинь-эр услышала это, и улыбка на её лице медленно исчезла. Она поставила завтрак на стол и отвернулась с некоторым гневом.

Из-за этого Сюй Цзыюэ и другие ели только булочки на завтрак. Никакого отвара не подавали.

После завтрака Сюй Цзыюэ хотел найти Гуань Чэнцзе, но Янь Ши и другие хотели проверить комнаты на другой стороне второго этажа.

Целью Сюй Цзыюэ была кукла, но для Янь Ши и других она была попыткой найти способ зачистить игру. С двумя совершенно разными целями для них было само собой разумеющимся расстаться.

Сюй Цзыюэ сначала проверил отель, но не смог найти Гуань Чэнцзе. Он даже наткнулся на Цзинь-эр, когда искал.

Цзинь-эр очень великодушно позволила Сюй Цзыюэ войти и выйти из своей студии, но даже там Сюй Цзыюэ не видел ни куклы, ни Гуань Чэнцзе.

С другой стороны, он увидел на прилавке двух кукол, похожих на Гуань Чэнцзе и Янь Ши. Из них двоих у Гуань Чэнцзе был полностью готов, в то время как у Янь Ши была только голова.

Цзинь-эр заметила, что Сюй Цзыюэ смотрит на него, и взяла Гуань Чэнцзе, прежде чем отдать его Сюй Цзыюэ:

— Поскольку он тебе, кажется, нравится, я отдам его. Это... Ты можешь иметь с этим дело, как тебе заблагорассудится.

Сюй Цзыюэ сделал шаг назад и не осмелился взять его.

Он подумал о кукле, которая осталась в комнате Лу Сюяна, и сказал:

— Почему бы тебе не сказать мне, где Гуань Чэнцзе, и я могу помочь доставить её ему?

Цзинь-эр улыбнулась:

— Я на это не куплюсь. Ты просто хочешь найти его.

Вскоре после этого он вышел из отеля и остановился на темной улице.

Деревня, как обычно, была совершенно пуста, и не было слышно ни звука. Это было довольно навязчиво. И без какого-либо солнечного света воздух казался липким, заставляя Сюй Цзыюэ чувствовать себя неуютно.

— Маленький Момо~ Гуань Чэнцзе! — Сюй Цзыюэ выкрикивал их имена, идя по дороге. Конечно, даже если бы Гуань Чэнцзе услышал его, он, вероятно, не ответил бы, но кукла определенно ответит.

Сюй Цзыюэ представил себе маленькую куклу, бегущую к нему на своих коротких коротких ножках, и почувствовал, что его сердце вот-вот растает от этой сцены.

Но это была всего лишь безмозглая фантазия Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ вздохнул в очередной раз.

Сюй Цзыюэ бродил по деревне в одиночестве и на самом деле был очень напуган. Но одна мысль о том, что его маленькую куклу будет пытать этот мерзкий вор Гуань Чэнцзе, заставляла Сюй Цзыюэ всё больше и больше огорчаться.

Так не пойдет. Его милый и очаровательный маленький Момо не может быть отделен от него!

Сюй Цзыюэ даже подошел и заглянул в окна домов, выстроившихся вдоль дороги, но был встречен только ужасным зрелищем разделенных частей тела.

Это только усилило страхи в сердце Сюй Цзыюэ.

В конце концов, Сюй Цзыюэ неосознанно отважился отправиться в Музей Гуманоидов, где он впервые получил свою маленькую куклу.

Сюй Цзыюэ ещё раз вздохнул и снова повысил голос, чтобы закричать.

На мгновение он не поверил своим глазам. Он увидел, как дверь в Музей Гуманоидов слегка приоткрылась, а затем его маленькая кукла, «пыхтя и пыхтя», нес маленький гроб, который был немного выше его самого.

Конечно, кукла на самом деле не пыхтела, это было что-то, что мозг Сюй Цзыюэ добавил к этой сцене, но его Маленький Момо выбежал из музея сам!

Сюй Цзыюэ подумал, что ему это показалось. В результате он увидел, как эта маленькая кукла плашмя упала на землю, потому что гроб был слишком большим... Затем кукла снова села и несколько секунд сидела в оцепенении, прежде чем стряхнуть грязь со своей одежды и снова встать, чтобы продолжить путь со своим маленьким гробом.

Это было слишком, слишком мило!

Сюй Цзыюэ потер лицо, чтобы скрыть своё безумное выражение, и подбежал, чтобы забрать свою куклу!

Кукла в гневе подняла глаза, но когда он увидел, что это Сюй Цзыюэ, ему показалось, что фон был заполнен маленькими розовыми цветами.

Обеими руками крепко вцепившись в одежду Сюй Цзыюэ, он обиженно произнес:

— Обними.

— Ладно, ладно, ладно. Я обниму тебя, я обниму тебя. — Сюй Цзыюэ похлопал куклу по спине, а затем провел лицом по лицу куклы. Не желая отпускать куклу, он остался сидеть на корточках рядом с гробом.

С куклой он больше не чувствовал страха. Прямо сейчас Сюй Цзыюэ чувствовал себя очень довольным.

После того, как он и его маленькая кукла сердечно воссоединились, Сюй Цзыюэ, наконец, сказал:

— Гуань Чэнцзе забрал тебя! Скажи мне, где он. Я должен пойти и найти его, чтобы уладить это дело! — Сюй Цзыюэ уже планировал преподать Гуань Чэнцзе урок, но он чувствовал, что не сможет этого сделать, если нападет на него спереди, поэтому он планировал использовать скрытую атаку... Но, конечно, он не хотел, чтобы его кукла знала об этом, потому что он не хотел испортить впечатление своей куклы о нем.

Кукла подняла голову, желая сказать что-то теплое Сюй Цзыюэ, но в конце концов Сюй Цзыюэ спросил о Гуань Чэнцзе...

Выражение лица куклы на мгновение стало пустым, как будто он застыл. На несколько секунд он стал похож на куклу, но вскоре придумал контрмеру.

Он уткнулся головой в руки Сюй Цзыюэ и покачал головой. Обиженным голосом он отказался:

— Нет.

И так, «глупый папа» сразу же...

— Ладно, ладно, ладно. Давай не будем говорить об этом, давай вернемся~ — Сюй Цзыюэ погладил куклу в своих руках и расстроился, — Посмотри на себя, ты весь грязный. Нам придется помыть тебя, когда мы вернемся... Ах да, я должен спросить Цзинь-эр, есть ли у неё сменка одежды.

— Это всё моя вина, что я не защитил тебя. Мне следовало быть более бдительным. Не волнуйся, я не позволю этому случиться во второй раз!

Сюй Цзыюэ уже решил, что на этот раз у него должна быть отдельная комната. Он больше ни с кем не будет делить комнату.

Что касается Гуань Чэнцзе, то, если он осмелится вернуться в отель, тогда он разберется с ним. Если он не осмелился вернуться и с ним что-то случилось снаружи, Сюй Цзыюэ может сказать только одно: ты это заслужил.

Кукла увидела, что Сюй Цзыюэ больше не спрашивает, и тихо вздохнула с облегчением. Затем он схватил одежду Сюй Цзыюэ, удобно прислонился к груди Сюй Цзыюэ и закрыл глаза.

Сюй Цзыюэ не видел остальных, когда вернулся в отель с куклой.

Проходя по второму этажу, он взглянул на комнаты на другой стороне, которые они не проверили вчера, но он не смог найти Янь Ши и других.

По какой-то причине Сюй Цзыюэ вздрогнул. Он быстро вернулся в свою комнату.

Поскольку кукла не хотела говорить, где Гуань Чэнцзе, Сюй Цзыюэ было трудно продолжать спрашивать. Более того, как он мог спрашивать, когда он выглядел таким обиженным?

Короче говоря, Сюй Цзыюэ не мог этого сделать.

Поэтому он перешел к другим вопросам.

Сюй Цзыюэ наполнил ванну теплой водой, раздел куклу, а затем помог вытереть тело куклы:

— Вчера он стоял у кровати. Это потому, что он хотел украсть тебя?

Кукла кивнула и подняла глаза. Стоя в ванне, он посмотрел на Сюй Цзыюэ парой ярких глаз:

— Я сам вернулся.

Сюй Цзыюэ впервые был тронут жалостливым взглядом куклы, и вскоре после этого он понял смысл слов куклы. Он не мог не расстроиться снова.

— Так ты хочешь сказать, что он украл тебя, и тебе удалось сбежать?! Прошлой ночью был действительно второй раз?!

Кукла утвердительно кивнула, а затем подняла руки, покрытые каплями воды:

— Вытри.

— Ладно. Вытираю, вытираю!

Когда он, радостный, закончил с вытиранием тела куклы, Сюй Цзыюэ пришел в себя. Нет, нет, нет. Его чувствами слишком легко манипулировать.

Это... Это всё из-за красоты!

Но что он мог сделать? Это было то, на что он не мог не клюнуть.

Сюй Цзыюэ отметил Гуань Чэнцзе в своем черном списке, а затем плотно завернул куклу в его одежду, прежде чем спуститься вниз.

На этот раз он столкнулся с тремя другими, которые только что вышли из соседней комнаты.

Когда они снова увидели Сюй Цзыюэ с куклой в руках, они были удивлены.

— Ты нашел Гуань Чэнцзе?

Сюй Цзыюэ покачал головой и ответил «честно»:

— Нет, но он выбросил мою куклу, и я снова нашел его в Музее Гуманоидов. А как насчет вас, ребята? Вы закончили проверять комнаты на втором этаже?

Янь Ши кивнул, но не сказал Сюй Цзыюэ, что они нашли.

Сюй Цзыюэ тоже не возражал. Во всяком случае, остальные, похоже, не поверили его словам.

Ху Бэйцзя сменила тему:

— Куда ты идешь?

— Я собираюсь найти Цзинь-эр. — Сюй Цзыюэ указал на куклу в своих руках, — Его одежда грязная. Пойду посмотрю, есть ли ещё у Цзинь-эр.

Ху Бэйцзя и остальные обменялись взглядами и предложили:

—Тогда пойдем вместе.

Сюй Цзыюэ не понимал, что они пытаются сделать, но сейчас у него не было сил обращать на них внимание. Хотели ли они пойти вместе или расстаться, это зависело от них.

Когда они спустились вниз, Сюй Цзыюэ подчеркнул им, что ему нужна отдельная комната.

У Янь Ши не было никаких возражений. Если быть более точным, они, вероятно, догадывались, что Сюй Цзыюэ скажет это.

Сюй Цзыюэ постучал в дверь студии на первом этаже. Цзинь-эр сразу же улыбнулась, увидев Сюй Цзыюэ, но когда она увидела куклу в его руках, её улыбка медленно исчезла.

Цзинь-эр сухо спросила Сюй Цзыюэ:

— В чем дело?

— Я хотел спросить, есть ли у тебя какая-нибудь одежда, которую он может носить? — Сюй Цзыюэ поднял свою куклу, — Его одежда испачкалась.

Цзинь-эр неохотно взглянула на куклу и отошла в сторону, чтобы впустить их.

Сюй Цзыюэ последовал за ней в комнату, а Янь Ши и остальные точно так же последовали за ними.

Пока Цзинь-эр доставала из шкафа кукольную одежду, Янь Ши и остальные оглядели комнату.

Затем они увидели куклу, которая выглядела точно так же, как Цзинь-эр, сидящую на верстаке.

Ху Бэйцзя протянула руку, желая поднять её, но не ожидала, что Цзинь-эр, стоявшая к ним спиной, вдруг обернется и уставится на Ху Бэйцзя.

Вытянутая рука Ху Бэйцзя замерла. Уголки её губ дрогнули, и она натянуто улыбнулась:

— Я просто почувствовала, что она красивая...

Цзинь-эр повернулась и подошла. Она взяла куклу и холодно сказала:

— Не трогай то, к чему не следует прикасаться.

Ху Бэйцзя убрала руку и только издала тихий звук подтверждения.

Сюй Цзыюэ наблюдал за этим со стороны и всё это время ничего не говорил. Именно из-за этого Цзинь-эр была немного зла на Сюй Цзыюэ.

Она подтолкнула небольшую стойку с четырьмя ярусами к Сюй Цзыюэ:

— Ты можешь выбрать.

Вешалка была заполнена всевозможной мелкой одеждой, которая свисала с неё с маленьких вешалок.

Там были как мужские, так и женские наряды.

Сюй Цзыюэ не удержался и протянул грешную руку к платью в стиле Лолиты...

«Шлёп»... От рук Сюй Цзыюэ послышался слабый шлепок.

Сюй Цзыюэ прочистил горло и несколько раз кашлянул, чтобы заглушить звук. Он отвел руку в сторону и потянулся за синим костюмом.

— Тогда... Вот этот. — это было что-то похожее на оригинальный наряд куклы, древнее платье.

Цзинь-эр подняла вешалку и с несчастным видом бросила её в руки Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ неохотно оглянулся на остальную одежду, прежде чем уйти с куклой и его новой одеждой. Янь Ши и другие, с другой стороны, казалось, ещё более неохотно уходили.

Сюй Цзыюэ оглянулся на куклу Цзинь-эр, которая была у неё на руках, слегка улыбнулся ей, прежде чем уйти.

Когда он вернулся в свою комнату, Сюй Цзыюэ помог кукле переодеться. На полпути кто-то постучал в его дверь.

— Остался только один внешний слой. Быстро надень его на себя. — Сюй Цзыюэ легонько погладил куклу по голове и повернулся, чтобы открыть дверь.

В дверях Янь Ши с несчастным выражением лица держал куклу, похожую на него.

Сюй Цзыюэ с некоторым удивлением посмотрел на руки Янь Ши... Сегодня утром он был явно незаконченным... Всё было сделано так быстро?

Ху Бэйцзя сказала:

— Просто увидела это на его кровати, когда мы вернулись.

Сюй Цзыюэ посмотрел на Лу Сюяна, который стоял позади них, засунув руки в карманы. Выражение его лица было спокойным. Короче говоря, Сюй Цзыюэ не мог понять мыслей Лу Сюяна.

— Теперь, когда Тан Юньюнь умерла, Гуань Чэнцзе исчез, а Ли Сюян и я получили куклы, остались только ты и Ху Бэйцзя. Что вы двое собираетесь делать?

Сюй Цзыюэ сказал:

— Всё обернется к лучшему... Вы, ребята, сегодня ничего не нашли на другой стороне?

Янь Ши не сразу ответил Сюй Цзыюэ и вместо этого спросил:

— Где твоя кукла?

— В комнате.

Янь Ши услышал это и подошел к комнате Сюй Цзыюэ. На мгновение Сюй Цзыюэ запаниковал. Он беспокоился, что кукла, возможно, всё ещё одевается... Если он ещё не оделся...

Затем Сюй Цзыюэ увидел куклу, сидящую там, с халатом, наполовину свисающим с одной из его рук. Он совершенно перестал двигаться.

Янь Ши не заметил ничего плохого и просто бросил свою куклу на другую кровать.

— Тогда выходи, поговорим.

Сюй Цзыюэ осторожно последовал за Янь Ши и быстро взглянул на куклу, когда он повернулся, чтобы закрыть дверь.

Кукла подняла глаза. Его длинные ресницы взметнулись вверх и вниз, как маленький веер, он посмотрел на Сюй Цзыюэ. Он слегка поднял руки, словно желая присоединиться, но затем опустил их обратно и остался сидеть неподвижно.

Сердце Сюй Цзыюэ защекотало от действия куклы. Когда он стоял в коридоре, разговаривая с Янь Ши и другими, его сердце было наполнено блаженством.

— Эти куклы могут передавать сообщения, естественно, твоя тоже, поэтому некоторые вещи нельзя говорить при них.

— Итак, о чем ты хотел поговорить?

— Мы нашли остатки книги, в которой, казалось, упоминалось запрещенное ремесло убийства куклы. — Янь Ши поднял глаза и посмотрел прямо на Сюй Цзыюэ, — Ты должен знать, что Цзинь-эр — кукла.

— ...Я думал, у нас нет доказательств?

— Надгробный камень, который соответствовал Цзинь-эр, и кукла, похожая на Цзинь-эр, являются доказательством. Более того, многие вещи в подобных мирах не нуждаются в объяснении.

— Хорошо, тогда как насчет способа убийства куклы?

Ху Бэйцзя сказал:

— Глаза. Глаза кукол находятся там, где их души. Пока ты можешь пронзить их глаза, они действительно умрут.

— Значит, ты готовишься...?

— Цзинь-эр — это та, кто делает наших кукол. Несмотря ни на что, мы должны сначала разобраться с ней.

Сюй Цзыюэ замолчал. Он немного подумал и сказал:

— Я не буду участвовать в этом деле.

Янь Ши недоуменно посмотрел на Сюй Цзыюэ:

— Почему?!

Ху Бэйцзя тоже нахмурила брови:

— Сейчас у тебя нет куклы, но, может быть, послезавтра или даже завтра ты получишь куклу, похожую на тебя. Тогда ты пожалеешь о своем решении.

Сюй Цзыюэ пожал плечами и показал беспечный взгляд:

— Во всяком случае, сейчас у меня её нет. Я не хочу играть со смертью.

Лу Сюян фыркнул:

— Нет смысла убеждать. Он, вероятно, слишком напуган и испытывает боль в спине, просто стоя здесь. Он пожалеет об этом, когда получит куклу.

Янь Ши оглянулся на Лу Сюяна, внутренне выражая некоторое недовольство. Затем он продолжил спокойно убеждать Сюй Цзыюэ:

— Я не знаю, какими были миры для тебя до этого, но если ты столкнешься с проблемой и не решишь её, ты просто ждешь, что произойдет трагедия. Если бы мы могли избежать провоцирования чего-либо, просто бездействуя, мы были бы более чем счастливы сделать это, но, к сожалению, это не работает таким образом. Здесь нам нужно найти способ зачистить игру, и задача прямо сейчас — Цзинь-эр. Если мы ничего не предпримем, то умрем ещё до того, как осознаем это. По крайней мере, мы всё ещё можем найти способ жить так.

Сюй Цзыюэ удалось получить некоторую информацию из слов Янь Ши.

Как оказалось, их постоянные попытки поиска и исследования, которые, казалось, были попыткой найти смерть в глазах Сюй Цзыюэ, были способом зачистить игру. Если они не будут искать выход, вполне вероятно, что они не смогут сбежать из этого мира.

Сюй Цзыюэ поджал губы и сделал шаг назад:

— Я всё ещё не хочу. Я сам понесу любые последствия, которые могут возникнуть.

Цзинь-эр очень странная, но темперамент Янь Ши и других был ничуть не лучше. Сюй Цзыюэ не хотел быть предвзятым и помогать одной стороне, и, более того, он также не чувствовал, что может быть полезен любой из сторон.

Янь Ши глубоко вздохнул и кивнул:

— Хорошо. Если ты не хочешь этого делать, мы это сделаем. Но... Тебе нужно будет заманить сюда Цзинь-эр. Разве она не говорила, что у неё есть кукла, которую она хочет тебе подарить? Ты можешь принять куклу и отдать её нам.

Сюй Цзыюэ посмотрел на Янь Ши с некоторым удивлением.

Ху Бэйцзя взяла на себя инициативу объяснить:

— Это было нетрудно догадаться. Она, наверное, хочет подарить тебе свою куклу.

Сюй Цзыюэ нахмурился. Он был немного зол.

— Я не хочу повторяться, но, похоже, вы меня совсем не слушаете. Я, Сюй Цзыюэ, не буду участвовать! В этом вопросе!

— Ты! — Лу Сюян бросился к нему с намерением ударить, но был остановлен Янь Ши.

Янь Ши обнял Лу Сюяна и толкнул его за спину, прежде чем холодно сказать:

— Если ты действительно собираешься так себя вести, то мы можем только предположить, что ты знаешь другой способ зачистить этот мир.

Ху Бэйцзя добавила:

— И ты намеренно скрываешь это от нас.

Сюй Цзыюэ сердито закатил на них глаза, а затем вернулся в свою комнату, захлопнув за собой дверь и оставив остальных троих снаружи. Вскоре после этого дверь приоткрылась, и кукла Янь Ши была выброшена.

Янь Ши и другие громко ударили в дверь комнаты Сюй Цзыюэ, а позже, вероятно, потому, что у них болели руки, они перешли на удары ногами.

Сюй Цзыюэ сердито сидел в комнате, не обращая на них внимания.

Вскоре звуки постепенно прекратились.

Янь Ши и остальные выругались ещё несколько раз снаружи. Они, казалось, были убеждены, что Сюй Цзыюэ знал о другом способе зачистить мир.

Кукла, сидевшая в руках Сюй Цзыюэ, схватила его за рубашку и встала. Он поднял руку, встал на цыпочки, стоя на бедре Сюй Цзыюэ, и своей крошечной ладошкой нежно погладил Сюй Цзыюэ по щеке.

Сюй Цзыюэ опустил голову и со вздохом потерся лицом о ладонь куклы.

Впервые с тех пор, как он вошел в эти игровые миры, он почувствовал крайнее разочарование.

— Всё в порядке. — Сюй Цзыюэ опустил руку куклы, а затем опустил голову, чтобы нежно прикоснуться губами к пальцам куклы, — Но нам, возможно, придется избегать их в течение следующих нескольких дней.

Янь Ши и другие, вероятно, не откажутся от поиска другого способа зачистить мир, поэтому Сюй Цзыюэ знал, что он находится в опасном затруднительном положении. Поскольку он всё ещё сохранял образ мышления нормального человека, он не мог предположить, как далеко они готовы зайти, чтобы зачистить мир.

Сюй Цзыюэ на некоторое время задумался и смог только попросить куклу о помощи:

— Ты не знаешь, есть ли здесь ещё одно место, кроме отеля, где мы можем остановиться?

В любом случае, оставаться здесь вместе с Янь Ши и остальными было бы слишком опасно. Его главным приоритетом было создать некоторую дистанцию между ними.

В конце концов, на их стороне три человека... а Сюй Цзыюэ один.

Даже с добавлением куклы... Поскольку кукла была украдена однажды, Сюй Цзыюэ не собирался считать его дополнительным человеком.

В конце концов, человека нельзя украсть. Собирался ли он сказать, что Гуань Чэнцзе украл его человека?

Сюй Цзыюэ быстро положил конец этой своей нелепой мысли. Кукла просто случайно дала Сюй Цзыюэ ответ, на который он надеялся.

— Да.

И вот, Сюй Цзыюэ решил переехать в ту же ночь!

К тому времени, как наступила ночь, Сюй Цзыюэ уже всё упаковал. Неся свой рюкзак, а затем держа куклу и гроб, он быстро вышел из комнаты.

До этого Сюй Цзыюэ не выходил из комнаты по ночам.

В коридоре отеля было совершенно темно и очень тихо. Единственным источником света был свет, исходящий из щели под дверями спальни. Когда Сюй Цзыюэ добрался до лестницы, этого маленького источника света было уже недостаточно, чтобы он мог видеть лестницу.

В конце концов, Сюй Цзыюэ мог только наклониться и медленно нащупать свой путь вниз.

Завернув за угол и продолжая спускаться вниз, он добрался до второго этажа, но в этот момент Сюй Цзыюэ услышал какие-то звуки. Это было особенно очевидно в полной тишине ночи.

Сюй Цзыюэ внимательно слушал. Он был так напуган, что все волосы на его теле встали дыбом. Он присел на корточки на лестнице, не смея пошевелиться.

Это был звук плача Тан Юньюнь.

Теплое прикосновение к щеке Сюй Цзыюэ вернуло его в чувство.

— Ч-что это? — Сюй Цзыюэ слышал, как дрожит его голос.

В отель без окон не проникал даже лунный свет. В настоящее время он находился в состоянии, которое было практически настоящей кромешной тьмой, и можно полагаться только на своё осязание, чтобы понять, что это была рука куклы.

— Не бойся. — голос куклы прозвучал рядом с ухом Сюй Цзыюэ. Его голос был яснее, чем голос Тан Юньюнь на расстоянии.

Сюй Цзыюэ мог даже представить себе серьезное выражение лица куклы, когда он успокаивал его.

Однако это появление могло только заставить Сюй Цзыюэ почувствовать себя пушистым внутри, это не помогло справиться с его страхом!

Было бы лучше, если бы это был Сунь Мо или Остин.

Сюй Цзыюэ закрыл глаза, а затем открыл их... Но это не имело никакого значения, всё было по-прежнему совершенно темно.

Он ничего не видел.

В темноте кукла нахмурила брови. Он посмотрел на выражение лица Сюй Цзыюэ с некоторой беспомощностью.

Он растопырил пальцы, а затем несколько раз сжал их в кулак.

Сюй Цзыюэ крепче обнял куклу и не мог не показать ей свою жалкую сторону:

— Хотя я не хочу этого говорить... Но на самом деле я очень напуган.

Кукла прямо сказала:

— Ты боишься темноты.

Сюй Цзыюэ обхватил голову руками и кивнул. Окруженный темнотой, он не мог не представить себе всевозможные сцены, которые он видел в фильмах ужасов: кровавые вещи, а также мстительные трупы и тому подобное.

Кукла на мгновение замолчала.

Когда Сюй Цзыюэ наконец решил закрыть глаза и приготовился на ощупь спуститься на второй этаж, кукла снова погладила его по щеке.

— Открой глаза.

Прежде чем Сюй Цзыюэ смог понять смысл этих слов, он уже открыл глаза.

Затем он увидел, как все двери в коридоре медленно со скрипом открылись сами по себе.

Они не просто открылись, свет в этих комнатах тоже включился. Это было так, словно они махали руками, призывая Сюй Цзыюэ войти...

В то же время плачущий голос Тан Юньюнь стал более очевидным.

Выражение лица Сюй Цзыюэ застыло.

Он даже почувствовал, как его сердце пропустило удар.

Он плотно сжал губы, отчаянно пытаясь не заплакать... Его зрение слегка затуманилось, когда навернулись слезы.

И обе его ноги были совершенно негнущимися. Он вообще не смел пошевелиться.

Кукла посмотрела на Сюй Цзыюэ, выражение его лица стало более взволнованным.

— Не бойся.

— Не бойся.

— Не бойся...

Кукла подняла руку, желая вытереть слезы с уголков глаз Сюй Цзыюэ, но Сюй Цзыюэ не опустил голову, а он был недостаточно высок, чтобы дотянуться, поэтому он мог только коснуться щек Сюй Цзыюэ.

Кукла уныло опустила руку и тихо повторила:

— Не бойся...

Сюй Цзыюэ нервно сглотнул. На мгновение в его голове промелькнули самые разные мысли, а затем он услышал голос куклы, который звучал так, словно он собирался заплакать рядом с его ушами.

После того, как кукла впала в депрессивное состояние, он вспомнил о виновнике и посмотрел в сторону криков.

Плач Тан Юньюнь внезапно прекратился. Вскоре за ним последовали шаги, медленно поднимающиеся по лестнице.

«Пам, пам..»

Сюй Цзыюэ даже слышал звук своего сердцебиения в ушах.

— Хах? Почему ты не спишь? — Цзинь-эр, державшая свечу, стояла на лестнице между первым и вторым этажом. Она наклонила голову и с любопытством посмотрела на Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ вздохнул с облегчением.

Но влажные глаза Сюй Цзыюэ, казалось, привлекли внимание Цзинь-эр. Она подошла к нему с некоторым волнением, а затем придвинула свечу ближе, чтобы лучше видеть выражение лица Сюй Цзыюэ.

Безжизненные глаза Цзинь-эр смотрели прямо на Сюй Цзыюэ, улыбка на ееё лице становилась всё шире и шире. Она наклонила голову и сказала с улыбкой:

— Ты действительно милый.

Сюй Цзыюэ: «...» Чувство досады.

Мо: «...» Чувство досады!

Автору есть что сказать:

#Обсуждение неправильного способа утешения#

Чтобы на самом деле позволить «любовному сопернику» прийти на помощь!

Маленький Момо: ...Проваливай!

Цзинь-эр: (*?︶?*)

Юэюэ: Ах... Чувствую усталость.

Хотя Цзинь-эр определенно не была обычным НПС, и Сюй Цзыюэ даже чувствовал, что она, вероятно, одна из тех, кто находится наравне с большим злодейским боссом в этом мире, Цзинь-эр никогда не причиняла ему никакого вреда.

Не говоря уже о том, что Сюй Цзыюэ какое-то время ему нравилось лицо Цзинь-эр...

Кхм, именно по этим причинам. Поэтому, хотя Сюй Цзыюэ не осмеливался смотреть прямо в глаза Цзинь-эр, он не особенно боялся её.

Итак, появление Цзинь-эр в этот момент придало Сюй Цзыюэ чувство уверенности. Он больше не чувствовал такого страха, как раньше.

Однако эта сестра только что сказала «милый» и даже добавила перед этим слово «действительно».

Сюй Цзыюэ получил от этого сильный удар.

Конечно, трусость — это то, что снижает уровень привлекательности человека при поиске партнера.

Он мог только воспринять это как комплимент и принять его.

Глаза Цзинь-эр встретились с мрачным выражением лица куклы Сюй Цзыюэ, и её улыбка медленно исчезла, но её довольное настроение не могло быть скрыто.

Цзинь-эр, казалось, о чем-то задумалась, и выражение её лица слегка изменилось. Она посмотрела на все двери, которые были открыты.

— Не хочешь взглянуть? Твоя спутница, которая была с тобой, там. — Цзинь-эр наблюдала, как Сюй Цзыюэ медленно поднимается, опираясь на перила лестницы.

Когда Сюй Цзыюэ услышал слова Цзинь-эр, всё его лицо напряглось.

— Смотреть? Я? Нет, нет, нет... Всё в порядке. Правда, правда.

Цзинь-эр вздохнула и изобразила на лице жалость:

— Но она ещё не умерла. Может быть, ещё есть надежда?

Сюй Цзыюэ, которого спросили об этом, не находил слов. Какое-то мгновение он боролся, но не знал, как ответить на этот вопрос.

— Если тебе страшно, можешь взять меня за руку. Как насчет того, чтобы я пошла с тобой посмотреть?

Сюй Цзыюэ на мгновение заколебался. Он посмотрел на куклу в своих руках, прося о помощи.

— Хмф. — тихий голос раздался из его рук. Кукла повернула голову и уставилась в пол.

Похоже, он в плохом настроении.

Сюй Цзыюэ: «...» Немного сбит с толку.

Сюй Цзыюэ, который не смог получить ответ от куклы, мог только попросить свою систему о помощи.

Он пробормотал себе под нос:

— Я действительно не попаду ни в какие неприятности...?

[Это не исключает плохого конца в случае почернения цели захвата.]

Цзинь-эр успокоила его:

— Не волнуйся, я не позволю, чтобы с тобой что-нибудь случилось.

Сюй Цзыюэ взглянул на куклу в своих руках, чтобы убедиться.

Он почернел*?

П/п: почернение в плане души, т.е. озлобился, стал более жестоким и т.д.

Сюй Цзыюэ поднял его и проверил куклу, которая упрямо не смотрела на него.

Кажется, он не почернел.

Казалось, он просто закатил истерику... Сюй Цзыюэ придвинул куклу ближе и нежно поцеловал её в щеку, прежде чем вернуть на прежнее место в своих объятиях. Затем он сказал Цзинь-эр:

— Тогда я пойду посмотрю.

— ...На самом деле я больше не хочу сопровождать тебя.

Конечно, действия Цзинь-эр показали, что на самом деле она не имела в виду то, что сказала. В конце концов она всё же сопровождала Сюй Цзыюэ, и они вместе прошли в комнату.

Сюй Цзыюэ держался за уголок рукава Цзинь-эр и медленно продвигался мимо комнат, заполненных кукольными конечностями, пока они не достигли комнаты в конце, из которой доносились звуки плача.

Комната, из которой доносился звук, была заполнена кукольными головами. Сюй Цзыюэ увидел голову Тан Юньюнь в этой комнате.

И Тан Юньюнь, увидевшая Сюй Цзыюэ, была чрезвычайно взволнована.

Она безостановочно крутила головой, пытаясь выбраться из стены, но Сюй Цзыюэ показалось, что она вот-вот свернет себе шею.

В этот момент Тан Юньюнь не могла видеть свою нынешнюю внешность. Однако для остальных Тан Юньюнь выглядела совершенно как кукла.

Её шея, безжизненные глаза, кожа на лице... Хотя она выглядела немного лучше, чем обычный человек, как будто всё было обработано фотошопом, она больше не выглядела человеком.

— Сюй Цзыюэ! Сюй Цзыюэ! Пожалуйста, помоги мне! Поторопись и помоги мне выбраться из стены! Я чувствую, что мои руки и ноги могут двигаться! Поторопись и найди что-нибудь, чтобы откопать меня... Я больше не хочу здесь оставаться. — воскликнула Тан Юньюнь, говоря это, и выражение её лица было плачущим, но слез не было.

Но сама она, похоже, этого не заметила.

Сюй Цзыюэ нервно сглотнул и спросил:

— Ты голодна? Должен ли я... сначала принести тебе что-нибудь поесть?

Для нормального человека, если он ничего не ел день, он должен быть голоден, но Тан Юньюнь, вероятно, больше не была нормальным человеком.

Поэтому она сказала:

— Я не голодна. Я совсем не голодна! Поторопись и найди способ вытащить меня отсюда. Я умоляю тебя, Сюй Цзыюэ. Это место слишком страшное ву-ву-ву...

Сюй Цзыюэ успокоился и повернулся, чтобы посмотреть на Цзинь-эр.

Выражение лица Цзинь-эр было очень спокойным. Казалось, она привыкла к этому. Когда она увидела, что Сюй Цзыюэ смотрит на неё, она заговорила:

— Видишь? Разве она ещё не жива?

— ...И это всё? — Сюй Цзыюэ оглянулся на Тан Юньюнь, — Но она уже...

Сюй Цзыюэ боялся стимулировать Тан Юньюнь, поэтому он не закончил фразу.

— Но её сознание всё ещё там. Послушай, разве она не выглядит лучше, чем раньше? Человеческое тело тоже стареет, но её тело теперь не стареет. Это существование равносильно обладанию вечной жизнью.

— ... — сестра, ты только что раскрыла свою личность.

Но личность Цзинь-эр действительно была такой, как подозревали Янь Ши и другие. Это было не то, что нуждалось в дополнительных доказательствах.

Но...

Сюй Цзыюэ вдруг почувствовал, что он может добраться до истины, стоящей за этим миром и игрой ужасов, быстрее, чем Янь Ши и другие, поэтому он спросил:

— Это твоя истинная цель?

Хотя для него это всё равно бесполезно, даже если бы он знал.

— Не совсем. То, что я делаю, похоже на то, чтобы действовать вместо бога.

— Действуя вместо бога... — тихо повторил эти слова Сюй Цзыюэ.

Тан Юньюнь услышала их разговор и издала бессмысленный панический крик.

— Я не хочу! Я не хочу этого! Я не хочу этого!!! Измени меня обратно! Ты меня слышишь?! Я хочу выбраться отсюда! Сюй Цзыюэ, поторопись и вытащи меня отсюда!

Из-за того, что она была слишком шумной, дверь в комнату с грохотом захлопнулась.

Дверь действовала сама по себе, и Сюй Цзыюэ не видел, как Цзинь-эр пошевелилась, поэтому это испугало его.

Сюй Цзыюэ, однако, заставил себя закончить свои вопросы:

— Действуя вместо бога, это значит то, что я думаю? Другими словами, ты следуешь инструкциям существования, подобного существованию «бога»?

Цзинь-эр кивнула и призналась:

— Примерно так.

— ... — уголок Сюй Цзыюэ дернулся. Он изобразил несколько вымученную улыбку:

—Значит, это ты только что закрыла дверь?

Цзинь-эр улыбнулась в ответ:

— Это он.

Сюй Цзыюэ: «...» Мне стало трудно дышать.

Сюй Цзыюэ снова поднял куклу. Потому что Сюй Цзыюэ поцеловал куклу раньше, когда он поднял куклу на этот раз, кукла закрыла лицо обеими руками.

В любом случае, между куклами нет секретов, так что кукле было комфортно двигаться перед Цзинь-эр. Сюй Цзыюэ, конечно, не сделал никакой попытки предупредить куклу.

Сюй Цзыюэ снова осмотрел застенчивую маленькую куклу. Ничто в кукле не казалось «богоподобным».

Независимо от того, как он смотрел на него, он был просто милым предметом.

Сюй Цзыюэ нахмурил брови и вернул куклу в обратную позицию:

— Значит, вы, ребята, стремитесь к долголетию? Ах, это неправильно. Это должна быть вечная жизнь.

— Дело не в этом. Изначально у нас есть вечная жизнь, и мы просто помогаем людям достичь вечной жизни.

Сюй Цзыюэ на мгновение замолчал:

— Я пойду поищу место для сна. — он прошел мимо других открытых комнат и увидел кукольные конечности внутри. Он даже видел, как безостановочно бьются конечности Тан Юньюнь.

Хотя она была полностью втянута в стену в комнате всеми правыми руками, похоже, что после входа её тело было распределено по пяти комнатам.

Сюй Цзыюэ не мог понять принцип и логику, стоящие за этим, но Тан Юньюнь действительно не была мертва. Она всё ещё была жива, но это было не лучше, чем смерть...

Сюй Цзыюэ добрался до лестницы и не смог удержаться, чтобы не остановиться на месте.

— Что случилось?

— Могу я перейти на другую сторону, чтобы посмотреть?

Все двери в комнаты на другом конце тоже были открыты, но он пошел искать куклу в течение дня и не смог проверить комнаты с Янь Ши и другими.

— Если хочешь, я не стану тебя останавливать.

Сюй Цзыюэ подошел, чтобы взглянуть.

Но он не ожидал увидеть комнаты, заполненные куклами.

Куклы здесь отличались от великолепных и аккуратно одетых кукол в Музее Гуманоидов или в студии Цзинь-эр.

Все эти куклы были неполными.

Только одна комната была немного другой. У всех кукол в этой комнате глаза были пронзены насквозь.

Те, что были в других комнатах — нет.

Куклы с проколотыми глазами были в основном разорваны и изодраны в клочья. Эта последняя особенность ничем не отличалась от кукол в других комнатах.

Но как Янь Ши и другие пришли к выводу, что пронзание глаз может убить кукол?

Остатки книги?

Сюй Цзыюэ не знал, верить ли словам Янь Ши.

Но судя по тому, что он видел в этих комнатах, метод прокалывания глаз, скорее всего, верен.

Цзинь-эр посмотрела на кукол в этих комнатах с некоторой жалостью:

— Потому что многие люди не знают, как лелеять, у нас есть такая комната.

Сюй Цзыюэ огляделся, но не смог понять слов Цзинь-эр.

— Уже поздно. Ты не собираешься снова спать?

На самом деле, у него была довольно стимулирующая ночь, поэтому он хотел хорошо выспаться, но он не планировал возвращаться в свою комнату.

Сюй Цзыюэ поднял куклу и сказал:

— Он отведет меня в одно место, где я смогу остановиться.

Цзинь-эр на мгновение замолчала. Она нахмурилась и показала разочарованный взгляд.

— ...Ты недоволен мной?

После того, как Сюй Цзыюэ неоднократно выражал, что он не был недоволен Цзинь-эр, Сюй Цзыюэ мог только скрепить своё сердце и позволить Цзинь-эр сопровождать его и куклу на новое место.

Однако место, куда кукла привела Сюй Цзыюэ, было Музеем Гуманоидов.

Если быть точным, это был не сам музей, а место под музеем. Там был полностью оборудованный подвал, в котором было всё необходимое для человека.

За стеной с куклами на втором этаже был длинный коридор, который спускался в подвал.

К счастью, по обе стороны длинного коридора горели яркие свечи, и Цзинь-эр была с ним, так что он не испугался.

Поскольку свеча могла гореть непрерывно, казалось, что вентиляция здесь должна быть в порядке. Судя по длине этих свечей, они должны быть довольно новыми... Кто-то недавно заменил их?

Спустившись по лестнице, Сюй Цзыюэ и Цзинь-эр прошли по плоскому коридору, прежде чем достигли конца подвала. От начала и до конца на дороге не было развилок, так не означало ли это, что если что-то случится, не будет никакого способа сбежать?

Сюй Цзыюэ быстро отбросил эту опасную мысль и распахнул дверь перед ним.

Её нельзя открыть?

Цзинь-эр заговорила только сейчас. Она сказала:

— Возможно, у меня не обязательно будет время, чтобы принести тебе еду, но я не забуду оставить тебе немного на кухне. Если я не принесу его, тебе придется самому сходить за ним.

Сюй Цзыюэ кивнул. На самом деле, он не думал о проблеме еды, но, похоже, этот вопрос был улажен. Слова Цзинь-эр о том, что у нее «нет времени», заставили его немного забеспокоиться...

Цзинь-эр посмотрела на молодого человека, который ещё не полностью понял её, и улыбнулась:

— Потому что изготовление кукол — очень тонкая работа.

По одной этой улыбке было видно, что ей действительно нравилось это делать, но это также было довольно страшно, особенно если связывать её слова с тем, что здесь произошло.

— Если возможно, я хочу сделать из тебя куклу. Ты согласен? — Цзинь-эр подняла руку и хотела нежно коснуться щеки Сюй Цзыюэ, но внезапно остановилась, когда она была примерно в пальце от него.

Она с сожалением отдернула руку, и её запястье внезапно безвольно повисло на руке. Другая рука, которая всё ещё была цела, отложила свечу в сторону и поддерживала сломанное запястье, пока она спокойно ждала ответа Сюй Цзыюэ.

— Твоя рука... — внезапно увидев, что у него на глазах отломилась рука, он впал в панику. Но поскольку владелец сломанной руки не выражал никакого беспокойства, он и сам чувствовал себя немного глупо.

— Всё в порядке. Я могу просто вернуться и заменить её. — небрежно улыбнулась Цзинь-эр, а затем поиграла с ней. Она тут же оторвала кисть от своей руки.

Сюй Цзыюэ: «...⊙﹏⊙!»

Цзинь-эр спросила:

— Каков твой ответ?

Сюй Цзыюэ крепко обнял куклу:

— ...Я хочу быть человеком.

— Хаа... —  Цзинь-эр наклонилась, чтобы поднять свечу, а затем повернулась, чтобы уйти, не сказав больше ни слова.

Сюй Цзыюэ подождал, пока фигура Цзинь-эр полностью исчезнет вдали, прежде чем сильно вздрогнуть.

— Но эта дверь... — Сюй Цзыюэ оглянулся на дверь, которую не смог открыть, а затем попробовал ещё раз.

На этот раз ему легко удалось открыть её.

Сюй Цзыюэ вошел и грубо огляделся. Всё пространство было небольшим и даже на более наполненной стороне. Комната была заполнена вещами, связанными с куклами, и там даже был верстак, похожий на тот, что был в студии Цзинь-эр. Этот верстак занимал большую часть комнаты, а другую половину занимала кровать.

Сюй Цзыюэ на мгновение задумался и не двинулся с места, чтобы осмотреть комнату. Вместо этого он положил куклу и её гроб на кровать, а затем присел на корточки рядом с кроватью. Он ткнул куклу пальцем в лоб и спросил:

— Ты не позволил двери открыться раньше, потому что не хотел, чтобы она вошла? Хм?

Кукла медленно перешла из стоячего положения в коленопреклоненное и опустила голову до такой степени, что её лицо почти погрузилось в грудь. Он едва заметно кивнул.

Сюй Цзыюэ чувствовал, как будто он мог видеть кроваво-красные цифры, появляющиеся неоднократно над его головой «-999» «-999» «-999»... Пока его бар* не опустел полностью.

П/п: в играх у персонажей есть полоска здоровья, маны, стамины, настроения и т.д.; бар — это как раз та самая полоса.

Сюй Цзыюэ развел руками и закрыл лицо. Он пробормотал себе под нос со вздохом:

— Ты легко можешь меня нокаутировать...

Кукла подняла глаза и спокойно наблюдала за Сюй Цзыюэ. Видя, что Сюй Цзыюэ не собирается продолжать обвинять его, он растерянно посмотрел на него, как будто не понимал, что тот сказал.

После того, как Сюй Цзыюэ успокоил своё постоянно меняющееся настроение, он спросил куклу, может ли он прикоснуться к вещам в этой комнате, и получил положительный ответ.

Сюй Цзыюэ увидел, что на верстаке лежат какие-то инструменты. Вероятно, это инструменты, используемые для изготовления кукол. Были также швейные материалы, такие как иглы и нитки. Судя по всему, человек, который жил здесь был кукольником.

Сюй Цзыюэ смело предположил:

— Это комната твоего создателя?

Выражение лица куклы было немного противоречивым, но в конце концов он кивнул.

Сюй Цзыюэ взял разделочный нож и осмотрел его:

— Тогда где он?

Кукла посмотрела на Сюй Цзыюэ и сделала всё возможное, чтобы использовать свою привлекательность, чтобы выйти из этой ситуации.

— Хм... Не можешь ответить? Не хочешь отвечать? Или ты не знаешь? — Сюй Цзыюэ посмотрел на узор на разделочном ноже при свете свечи... Это выглядит немного знакомо?

Сюй Цзыюэ несколько раз моргнул и кое-что вспомнил.

Он положил разделочный нож обратно, а затем подошел, чтобы поднять куклу, которая всё ещё тихо стояла на коленях на кровати.

— Забудь об этом, давай спать. Уже очень поздно.

Сюй Цзыюэ лег с куклой на руках, а затем натянул одеяло, чтобы накрыть его.

Кукла послушно свернулась калачиком в руках Сюй Цзыюэ. Затем он широко открыл глаза, уставившись на грудь Сюй Цзыюэ. Только после того, как Сюй Цзыюэ заметил это и несколько раз погладил куклу по голове, он, наконец, закрыл глаза.

В тусклом свете свечей мягкий успокаивающий голос произнес:

— Спи.

*  *  *  *  *

На следующий день Сюй Цзыюэ, которого никто не беспокоил, не знал, во сколько он проснулся.

Но урчание в животе подсказывало ему, что он, должно быть, проспал довольно долго.

Сюй Цзыюэ снова проверил комнату, но не смог найти ничего полезного.

Затем он вышел из подвала вместе с куклой на руках и увидел за окном тусклое небо.

Небо здесь почти всегда было либо дневным, либо ночным. Солнца не было видно, и в отеле не было часов, поэтому Сюй Цзыюэ понятия не имел, который час.

Когда он вышел из музея, Сюй Цзыюэ оглянулся на других кукол. Они смотрели на него, но в то же время казалось, что они не смотрят на него.

Сюй Цзыюэ вздрогнул. Он толкнул дверь музея и вышел.

Сюй Цзыюэ на самом деле не хотел возвращаться в отель, но еду можно было найти только там, и он также не ожидал увидеть, что Лу Сюян уже стал куклой.

Чтобы избежать встречи с Янь Ши и остальными, Сюй Цзыюэ прокрался обратно в отель. Хотя он чувствовал, что не был неправ, с точки зрения Янь Ши и остальных, он был неправ, что бы он ни делал.

Первоначально он планировал избегать их в тот момент, когда услышал голос Лу Сюяна, но сегодня его голос был довольно странным. Сюй Цзыюэ не удержался и просунул голову в дверной проем, чтобы посмотреть.

— Ах... Аргх...

Лу Сюян продолжал издавать бессмысленные крики. В настоящее время он использовал одну руку, чтобы прикрыть другую... Его рука выглядела так, словно её сжимало что-то острое. Раздалось несколько громких тресков.

«Треск»

— Агх...

Голос Лу Сюяна внезапно оборвался. Его рука, которую сжимали, тоже оторвалась и упала на пол. Однако странным было то, что крови не было даже после того, как была отрезана рука. Пол был совершенно чистым... И отрезанный конец отрубленной конечности просто случайно упал на пол так, что отрубленная часть оказалась лицом к Сюй Цзыюэ.

Глаза Сюй Цзыюэ не так хороши, но и не так уж плохи.

Он мог ясно видеть предмет внутри, который был завернут в слой одежды снаружи. Центр был заполнен бескровной плотью, а снаружи выглядел как пластиковая оболочка куклы.

Он выглядел точно так же, как труп, который Сюй Цзыюэ видел в прошлый раз.

У Янь Ши и остальных не было времени обращать внимание на окружающее, поэтому они не заметили Сюй Цзыюэ. Он тихо присел в тени и быстро отступил за стену.

Тело Ли Сюяна рухнуло на пол. Вскоре после этого послышались шаги Цзинь-эр приближающегося к Янь Ши и остальным.

Сюй Цзыюэ услышал голос Цзинь-эр.

— Это кукла, которую ты выбросил, и она также твоя спутница. Я помогла тебе вернуть её.

А потом он услышал голос, похожий на голос Ли Сюяна.

Но на этот раз тем, кто издал этот голос, была кукла, похожая на Лу Сюяна, которую только что вернула Цзинь-эр.

*  *  *  *  *

— Ты голоден?

Положив обе руки на колени и слегка согнувшись, Цзинь-эр посмотрела вниз на Сюй Цзыюэ, сидевшего на корточках у двери.

Сюй Цзыюэ был поражен. Он медленно поднял глаза.

Цзинь-эр наблюдала, как Сюй Цзыюэ внимательно осматривает отель, и сказала:

— Они только что поднялись наверх. — Цзинь-эр улыбнулась, — Их спутник был выброшен ими, но я помогла доставить его обратно в его номер.

Сюй Цзыюэ: «...» Он уже может представить себе выражения лиц Янь Ши и Ху Бэйцзя.

Цзинь-эр вопросительно посмотрела на Сюй Цзыюэ:

— Почему ты молчишь?

Сюй Цзыюэ чувствовал, что, вероятно, нехорошо молчать. Ему также нужно было немного отвлечься, чтобы прийти в себя после пережитого ранее шока.

Поэтому он решил задать вопрос:

— В письме ранее говорилось: «Ты убьешь себя». Что это значит? Что бы ни сделали с куклой, это будет нанесено тебе?

— Это потому, что они не заботились о куклах. — Цзинь-эр выпрямилась, — Но ты этого не делаешь.

— Ох... — это всё потому, что кукла выглядит так хорошо.

Цзинь-эр увидела, что Сюй Цзыюэ всё ещё сидит на корточках, не собираясь двигаться:

— Почему ты всё ещё сидишь на корточках? Не собираешься есть?

Сюй Цзыюэ изо всех сил пытался изобразить улыбку:

— Мои... ноги онемели...

Неудивительно, что ноги Сюй Цзыюэ онемели. В конце концов, он сидел там на корточках не минуту или две.

Придя в себя, Сюй Цзыюэ медленно последовал за Цзинь-эр на кухню, а затем съел свой обед/ужин под наблюдением Цзинь-эр и куклы...

Сюй Цзыюэ изо всех сил старался не обращать внимания на взгляды этих двоих, одной большой и одной маленькой куклы, и спокойно собрался с мыслями.

Ли Сюян получил куклу, похожую на него, и тогда отрезал правую руку. Только что его рука была точно так же сломана в том же месте, и позже он проснулся в теле куклы со сломанной рукой, которую принесла Цзинь-эр.

Если это так, то означает ли это, что если он получит свою куклу и обменяется телами, он сможет достичь так называемой вечной жизни, о которой упоминала Цзинь-эр?

Но если его кукла всё равно пострадает... Тогда было невозможно достичь вечной жизни.

Прошлой ночью Сюй Цзыюэ видел много комнат со сломанными куклами. Вероятно, они были чем-то похожим на массовые захоронения людей.

Братские могилы были заполнены человеческими телами, в то время как этот дом был заполнен кукольными.

Однако ключом к смерти куклы должны быть их глаза, и это также может быть по-другому для кукол, которые изначально были людьми. В конце концов, за исключением одной комнаты с куклами, чьи глаза были повреждены, большинство из них были куклами, чьи глаза были целы.

Что касается возможности стать куклой... Вероятно, это как-то связано с человеческим телом.

Судя по виду отрубленной руки Лу Сюяна, вся внешняя часть его тела постепенно затвердела, превратившись в кукольную кожу. Однако плоть и кровь внутри, казалось, остались и только что высохли от чрезмерной потери крови.

Сюй Цзыюэ не помнил, как ему удалось закончить есть, но когда он вышел из кухни, как только закончил, он увидел, что тело Лу Сюяна, которое первоначально было снаружи кухни, исчезло.

— Куда он делся? — первой реакцией Сюй Цзыюэ было спросить Цзинь-эр. Кроме того, он был здесь единственным, кто осмеливался задавать ей вопросы.

Не в силах понять его вопрос, Цзинь-эр спросила в ответ:

— Кого ты имеешь в виду?

Судя по выражению лица Цзинь-эр, она действительно не знала, о чем спрашивает Сюй Цзыюэ, но разум Цзинь-эр также не работал так, как у обычных людей, поэтому Сюй Цзыюэ мог только сказать прямо:

— Лу Сюян. Его тело было здесь только что...

— Разве я не отдала его другим твоим спутникам? — Цзинь-эр уставилась на лицо Сюй Цзыюэ, прежде чем внезапно пришла к пониманию и кивнула, — О... Ты имеешь в виду его человеческое тело? Оно было перенесено в задную часть.

Цзинь-эр посмотрела в заднюю часть отеля, но с их позиции прямо сейчас они могли видеть только лестницу, ведущую наверх, и окружающие стены.

Если это было в том направлении... Тогда это было место, где побывали Сюй Цзыюэ и другие. Из их комнат было видно кладбище.

— Хочешь пойти посмотреть? Не только его, мы уже приготовили и для других.

Выражение лица Сюй Цзыюэ было пустым в течение нескольких секунд. Он чувствовал, что каким-то чудесным образом понял ход мыслей Цзинь-эр. Но на всякий случай он снова спросил, чтобы подтвердить:

— Приготовили что? Только не говори мне, что ты говоришь о наших могилах.

Цзинь-эр кивнула:

— Конечно.

— И моя там тоже есть?

— Да! — Цзинь-эр очень мило улыбнулась и, казалось, была очень довольна. Она, вероятно, подумала, что Сюй Цзыюэ не получил достаточного шока, и добавила:

— Я подготовила для тебя лучшее место. На твоем надгробии также будет золотая надпись!

Сюй Цзыюэ почти не мог восстановить дыхание.

К счастью, ему удалось тренировать свою устойчивость после нескольких миров.

Ему ещё не было двадцати, но ему уже приготовили могилу!

Хотя технически он уже был мертв... Но он никогда не думал, что сможет снова умереть в этих мирах.

— Ты не счастлив? — Цзинь-эр заметила выражение лица Сюй Цзыюэ.

— Не счастлив... Не совсем, просто это кажется сложным. Ты не поймешь, даже если я объясню. Но зачем ты готовишь наши могилы? Разве это не противоречит вечной жизни, о которой ты говорила? Не должно быть необходимости в кладбище.

— Но люди очень заботятся об этом, поэтому мы тщательно подготовили его для всех. Разве вы все не очень цените своё тело?

— Но разве ты не испытываешь неприязни к остальным? Кхм... Я имею в виду, что, кажется, я не очень дружелюбно отношусь к ним, так почему же ты так внимательна?

— Потому что желание нравиться нашему мастеру — это наша фундаментальная характеристика. — Цзинь-эр с некоторым сомнением посмотрела на Сюй Цзыюэ, — Хотя они мне и не нравятся, это не останавливает моё желание принадлежать кому-то.

— Но мастер, которого я хочу... — Цзинь-эр посмотрела на Сюй Цзыюэ с некоторым негодованием, — ...не хочет меня.

Вопрос: Когда красивая, светловолосая и длинноногая молодая леди тонко признается фейсконщику, как следует управлять выражением своего лица?!

Фейсконщик Сюй Цзыюэ мог только приподнять куклу на руках и извиниться перед Цзинь-эр.

— Извини, я не знаю, не слишком ли много думаю, но мне больше всего нравится моя кукла, и я думаю, что кукла также любит меня больше всего. Какой мастер? Такая игра слишком позорна. Я никогда не думал ни о чем подобном, как отношения «хозяин и слуга». Поэтому я не хозяин. Мои чувства к кукле совершенно чисты и особенно глубоки! Моя любовь к моей кукле подобна бурлящей бесконечной реке!

Когда Сюй Цзыюэ закончил, он крепко зажмурился и выдохнул, прежде чем медленно открыть глаза, чтобы взглянуть на выражение лица куклы.

Кукла, которую Сюй Цзыюэ держал в воздухе, слегка покачивала ногами, и на заднем плане, казалось, были розовые лепестки цветов. Он улыбался до тех пор, пока его глаза не округлились, и протянул обе руки к Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ тут же обнял куклу и снова и снова терся лицом о голову куклы.

Ах... Он не хотел, чтобы сейчас произошел сюжет собачей крови. Быть так легко спровоцированным! Позволить произойти подобному в игре, особенно в той, где есть ужасы и сверхъестественные элементы, определенно это не будет чем-то сносным.

А если его куколка почернеет... Он будет очень огорчен.

Такая милая кукла не должна сходить с ума.

Цзинь-эр ушла с раздражением, когда кукла счастливо уткнулась носом в руки Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ подумал о кладбище за отелем, а затем о Янь Ши и Ху Бэйцзя, которые оба были на грани психического срыва. Он не знал, куда они могли пойти. Возможно, они всё ещё испытывали противоречивые чувства по поводу куклы Гуань Чэнцзе.

Конечно, он должен поторопиться и закончить свою игру.

Но кукла...

Сюй Цзыюэ посмотрел вниз, на свои руки.

Как бы он на это ни смотрел, кукле он, похоже, тоже очень нравится.

Тогда... Стоит попробовать.

Сюй Цзыюэ поднял куклу так, чтобы она была на уровне его глаз, и серьезно сказал:

— Ты мне нравишься.

По сравнению с Сунь Мо или Остином, Сюй Цзыюэ мог произносить эти слова довольно спокойно и не очень нервничал. Главной причиной его нервозности, вероятно, было то, что он чувствовал, просто основываясь на внешнем виде куклы.

Маленькая кукла подняла руку, чтобы закрыть лицо, и, казалось, впала в крайнее состояние застенчивости.

Сюй Цзыюэ: Эм... Где твой ответ?

Сюй Цзыюэ спросил:

— Тогда, я тебе нравлюсь?

Кукла растопырила пальцы и посмотрела на Сюй Цзыюэ сквозь щели. Некоторое время всё было тихо, прежде чем он медленно опустил руки.

Он посмотрел на Сюй Цзыюэ и несколько раз моргнул. Когда их глаза встретились, Сюй Цзыюэ почувствовал, что кукла может читать мысли Сюй Цзыюэ.

Паника, такая паника... Это ощущение, что за тобой наблюдают.

Только когда кукла заговорила, сердце Сюй Цзыюэ, которое, казалось, было сжато, смогло наконец расслабиться.

Но когда он понял следующие слова куклы, сердцебиение Сюй Цзыюэ снова участилось!

— Тебе нравлюсь я или Сунь Мо?

У Сюй Цзыюэ пересохло в горле. На мгновение ему показалось, что его что-то заблокировало, и он вообще не мог издать ни звука.

Глаза куклы всё ещё были устремлены на него, как будто он мог сказать, лжет ли он.

Сюй Цзыюэ потрясенно спросил:

— Откуда ты знаешь Сунь Мо?

Кукла немного подумала:

— Из моей памяти.

— Ты Сунь Мо? — Сюй Цзыюэ недоверчиво посмотрел на куклу.

Но Момо не может быть таким мягким и милым!

— Нет. — кукла покачала головой, — Тебе нравлюсь я или Сунь Мо?

Сюй Цзыюэ ответил без колебаний:

— Ты! — если он будет колебаться в такой момент, это может быть смертельно опасно!

Кукла довольно улыбнулась:

— Докажи это.

Доказать это? Доказать это?!

Как он мог это доказать... Лицо Сюй Цзыюэ сморщилось, когда он задумался.

И что происходит с этим Сунь Мо? Память куклы содержит вопросы, связанные с Сунь Мо? Как много он знает?

И если он не докажет этого, будет ли это означать, что кукла не ответит на его чувства?

Куклу звали Мо, как Мо из «Сунь Мо», но это не один и тот же человек... Сюй Цзыюэ чувствовал, что должен обратиться за помощью к системе.

— Хорошо, я докажу тебе это! — Сюй Цзыюэ, несомненно, пообещал.

Но на самом деле он не знал, как это доказать.

И вот, вернувшись, он оставил куклу в подвале музея и под предлогом решения каких-то физиологических проблем убежал в коридор без куклы и начал легонько биться головой о стену.

Он слишком боялся боли, чтобы делать это с силой, но если он ничего не делал, Сюй Цзыюэ чувствовал, что этого недостаточно, чтобы выразить, как он мучился.

Поэтому, осторожно протаранив голову, он спросил систему:

— Система, почему у этой цели захвата есть чья-то память?

[В настоящее время отправляем запрос игрока.]

— Сколько времени это займет? Сколько времени до ответа?

[Подача завершена. В настоящее время ведется поиск источника проблемы.]

Сюй Цзыюэ потер лоб, вытирая пыль и мусор, прежде чем продолжить таранить голову:

— Сколько времени займет поиск?

[Поиск завершен.]

Действия Сюй Цзыюэ прекратились. Он спросил немного взволнованно:

— Так в чем проблема?

[Хост раскрыл существование этой игры в первом мире, в результате чего босс игры побега был успешно реформирован. После того, как мир был закрыт, данные босса были собраны обратно в систему, и это привело к появлению последующих ошибок в данных новых мировых боссов.]

[Поскольку это не влияет на игру побега, она не была устранена антивирусной программой.]

[Данные игровых НПС в каждом мире поступают из одной и той же базы данных, и поэтому новые комбинации данных могут привести к ошибкам. Команда захвата любви выражает свои искренние извинения игроку.]

[Вышеизложенное является ответом на запрос игрока.]

Выслушав отчет системы, Сюй Цзыюэ надолго задумался, прислонившись головой к стене.

Так сказать... Данные НПС, составляющие куклу, случайно смешали некоторые данные Сунь Мо, и эти его воспоминания чем-то похожи на вирус...

Но поскольку это не мешало прогрессу игры, вирус не был удален, и именно поэтому кукла была такой...?

Теперь, когда он подумал об этом, кукла действительно бросилась с полки, когда он увидел её в первый раз, и взяла на себя инициативу, чтобы упасть в его объятия.

Но Сюй Цзыюэ не знал, сколько памяти Сунь Мо у куклы может быть. На самом деле, он был с Сунь Мо не очень долго, так что, вероятно, у него нет всех воспоминаний?

Тогда знает ли кукла также, что он в конце концов уйдет?

Но эти вещи были не слишком важны. Самым важным было то, как он мог доказать кукле, что любит его больше, чем Сунь Мо.

Сюй Цзыюэ вспомнил жалкий взгляд Момо и на какое-то время почувствовал себя виноватым... Они оба явно красивы, но почему они хотят «убить друг друга»?

Сюй Цзыюэ оказался в трудном положении.

Он вернулся в комнату в подвале, а затем сказал несколько слов кукле, прежде чем перейти к изучению некоторых устройств. Затем он осмотрел некоторые ткани в комнате, используемые для изготовления одежды для кукол, и лег спать, когда ему захотелось спать.

Всё это время он думал о том, как бы проявить себя.

Когда он проснулся, Сюй Цзыюэ понял, что он также беспокоился об этом во сне.

Но его сон был совсем другим и немного странным.

Например, во сне он стал кем-то, кто очень любил маленького Момо, но не доверял маленькому Момо, чья личность была холодной и недоверчивой. Сюй Цзыюэ во сне не был удовлетворен этим и продолжал настаивать, пока маленький Момо не попросил Сюй Цзыюэ доказать, что он действительно любит его.

Сюй Цзыюэ сидел на кровати, обхватив голову обеими руками. Его настроение продолжало падать.

Но он не мог доказать этого даже во сне!

Потому что он проснулся от этого!

Сюй Цзыюэ глубоко сомневался в его характере. Он был почти на месте...

Но он не мог использовать слово «смерть», чтобы доказать это. Разве не было много телевизионных драм о людях, которые не боятся рисковать своей жизнью, чтобы доказать это? Но если он умрет, получит ли он желаемый ответ? Это был нереалистичный вариант.

Были и другие, которые готовы были на всё ради своих близких, уничтожая всё, что попадалось им на пути. Даже если они друзья или родственники, это не имело значения!

Сюй Цзыюэ подумал об этом... Значит ли это, что ему нужно что-то сделать с Янь Ши и с остальными?

Но Янь Ши... Цзинь-эр дала Янь Ши и другим куклу, чтобы даровать им вечную жизнь. Если бы они умерли, это не было бы так, и, более того, Сюй Цзыюэ также не мог этого сделать.

Так что это тоже не вариант.

Тогда что же кукла хотела, чтобы он доказал?

Для него... Чего он хотел больше всего?

Сюй Цзыюэ посмотрел на куклу, которая закончила переставлять свою одежду и была в середине подъема своей руки. Он вздохнул и поднял куклу.

— Ты действительно заставляешь меня волноваться...

Проснувшись, Сюй Цзыюэ привел себя в порядок и планировал пойти перекусить. Ничего не поделаешь. Он мог только бездействовать даже в такой критический момент в игре, как этот.

Есть, когда голоден, спать, когда устал... В любом случае, ему не нужно было беспокоиться о том, что он испуган. По крайней мере, он был в лучшем положении по сравнению с Янь Ши и другими, поэтому Сюй Цзыюэ был доволен и благодарен.

Слава богу, он не был частью игры побега как у других.

Сюй Цзыюэ не столкнулся с Янь Ши и другими, когда вернулся в отель, чтобы поесть на этот раз, и даже Цзинь-эр не появилась. Сюй Цзыюэ предположил, что это, вероятно, потому, что он разозлил Цзинь-эр в прошлый раз...

На полпути к еде в одиночестве на кухне Сюй Цзыюэ, который всё ещё был тронут тем, что Цзинь-эр была достаточно внимательна, чтобы оставить ему еду, внезапно услышал голос Гуань Чэнцзе!

Сюй Цзыюэ вскочил с куклой, готовясь к падению, но переставил ногу, которой шагнул.

Судя по громкости нынешнего голоса Гуань Чэнцзе, это, несомненно, привлечет Янь Ши и других. Было слишком рискованно выходить на улицу в такое время.

И вот Сюй Цзыюэ начал подслушивать во второй раз.

Но поскольку кухня всё ещё находилась на некотором расстоянии от входа в отель, Сюй Цзыюэ не очень хорошо слышал.

Он слышал только крики Гуань Чэнцзе... Кажется, ему было очень больно?

Спина Сюй Цзыюэ была полностью прижата к стене, когда он медленно, шаг за шагом, приближался к холлу.

Рядом с ногами Сюй Цзыюэ стояла кукла, которая доставала ему только до колен. Мо скопировал действия Сюй Цзыюэ и точно так же вытянул обе руки, крадучись двигаясь вдоль стены, но из-за того, что его ноги были короткими, это выглядело довольно трудным для куклы.

Когда Сюй Цзыюэ оглянулся и увидел эту сцену, он почти не смог подавить смех.

Но это было только «почти».

Сюй Цзыюэ продолжал тихо приближаться к холлу, пока не смог ясно услышать голос Гуань Чэнцзе, а также голос Янь Ши и Ху Бэйцзя, которые только что поспешили вниз.

Янь Ши, который поспешил вниз, как только услышал его, был встречен Гуань Чэнцзе, всё тело которого было полностью укрыто:

— Что с тобой случилось?

Гуань Чэнцзе не ответил на вопрос Янь Ши. Он просто использовал свои глаза, которые были единственными открытыми частями его тела, чтобы оглядеть отель:

— Где Сюй Цзыюэ? Где Сюй Цзыюэ?

Он задавал этот вопрос дважды подряд. Ху Бэйцзя, которая спокойно отступила назад, ответила:

— Он уже убежал.

Глаз Гуань Чэнцзе, который постоянно вращался, остановился на Ху Бэйцзя. Он уставился на неё так пристально, что Ху Бэйцзя почти подумала, что у Гуань Чэнцзе сейчас вылезут глаза.

В этот момент Ху Бэйцзя наконец заметила темные мешки под глазами Гуань Чэнцзе, а также его запавшие глаза.

Гуань Чэнцзе спросил:

— Куда он пошел?

Гуань Чэнцзе в этот момент больше не издавал болезненных, приглушенных криков, которые Сюй Цзыюэ слышал ранее. Если не считать его сомнительной внешности, Гуань Чэнцзе, в настоящее время стоящий перед Янь Ши и Ху Бэйцзя, казался совершенно нормальным и мог нормально говорить.

Ху Бэйцзя изо всех сил старалась не обращать внимания на странности Гуань Чэнцзе:

— Мы тоже ищем его. После того, как он убежал, Лу Сюян столкнулся с некоторыми проблемами.

Проблемы Лу Сюяна, естественно, были не из-за Сюй Цзыюэ, но Гуань Чэнцзе не знал об этом, поэтому они могли говорить всё, что хотели.

Гуань Чэнцзе обхватил себя руками, и его пальцы не могли перестать царапать себя. Его глаза были полностью налиты кровью и немного пусты:

— Эта кукла, которая у него есть, странная, очень странная. Это не обычная кукла! Мы должны найти её или найти Сюй Цзыюэ.

Янь Ши попытался вытянуть из Гуань Чэнцзе ещё какую-то информацию:

— Найти их? А потом?

Ху Бэйцзя поняла намерения Янь Ши и сказала:

— И эта кукла Сюй Цзыюэ... Но разве не правильнее было бы сказать, что все куклы странные? Их много в музее, и ещё больше в комнате Цзинь-эр. Просто все они кажутся немного странными, так насколько же эта может быть страннее?

Гуань Чэнцзе покачал головой:

— Я взял, нет, я украл других кукол, но это было бесполезно... Только эта может! — Гуань Чэнцзе широко улыбнулся, но из-за того, что всё его тело было практически полностью завернуто, Ху Бэйцзя и Янь Ши не видели, как губы Гуань Чэнцзе поднялись на ужасающую высоту.

Прямо сейчас... Он не мог быть в худшей ситуации.

«Он не останется здесь...»

«И я не позволю ему уйти.»

*  *  *  *  *

Янь Ши и Ху Бэйцзя изначально хотели найти Сюй Цзыюэ, чтобы узнать у него о другом способе зачистить игру. Когда они только что услышали слова Гуань Чэнцзе, они почувствовали себя более уверенными в своем решении.

Вы должны знать, что обязательно произойдет что-то неожиданное, если они решат поискать куклу Цзинь-эр и пронзить куклам глаза. Если всё пойдет хорошо, они смогут успешно завершить игру, но если что-то пойдет не так... или если Сюй Цзыюэ расскажет об их планах Цзинь-эр, они окажутся в очень опасном положении.

Таким образом, Янь Ши и они уже подумали об альтернативных планах отступления.

Но на первый взгляд Янь Ши продолжал казаться нерешительным:

— Твои слова заслуживают доверия, но не кажется ли тебе, что это слишком рискованно? Кроме того, почему ты так уверен, что Сюй Цзыюэ что-то знает? Где источник? По какой причине мы должны тебе верить?

Гуань Чэнцзе, услышавший вопросы Янь Ши, повернул голову и медленно ответил:

— Я украл его куклу. Это была кукла, которая могла двигаться и говорить сама по себе. А те, что в музее, другие, они не могут двигаться и не могут говорить. Музейные могут только двигать глазами, чтобы напугать вас. Та кукла, которая есть у Сюй Цзыюэ, также должна быть специальным НПС, таким как Цзинь-эр.

— ...Вы, должно быть, видели любовь и заботу Сюй Цзыюэ к кукле. Сюй Цзыюэ определенно что-то знает.

Янь Ши увидел, что Гуань Чэнцзе говорит окольным путем, а также почувствовал, что в его поведении есть намек на мольбу о помощи, поэтому он открыл рот и прямо сказал:

— Гуань Чэнцзе, всё в порядке, если ты хочешь, чтобы мы помогли тебе найти Сюй Цзыюэ, но ты должен рассказать нам, что ты сделал, что с тобой случилось и как это произошло. Когда ты всё скрываешь, нам трудно тебе доверять. Кроме того, ты сказал, что пробовал другие куклы в музее, но как ты это сделал? И ты также украл куклу Сюй Цзыюэ раньше. Как Сюй Цзыюэ удалось вернуть его обратно?

Янь Ши, естественно, не поверил объяснению Сюй Цзыюэ о том, что он нашел куклу снаружи. У Гуань Чэнцзе не было никаких причин предпринимать все эти усилия, чтобы украсть куклу, а затем выбросить её, если только...

Гуань Чэнцзе сказал:

— Я такой... потому что я получил свою куклу, я стал уродливым. Я пошел в пустые дома со всеми этими наполовину куклами-наполовину трупами и сорвал с них одежду, чтобы завернуться в неё. Что касается кукол, то я украл нектороые из них из музея, но даже после того, как поговорил с ними и всё время смотрел на них, ничего не ел и не пил, они были совершенно неподвижны. Даже если я ударю их, брошу, разобью их... Но что бы я ни делал, эти куклы не реагировали.

— А что касается куклы Сюй Цзыюэ... Он был тем, кто сбежал, когда я больше не мог держаться. Он сбежал, когда я спал. — Гуань Чэнцзе сглотнул и скрыл некоторые детали, которые определенно привели бы к тому, что Янь Ши и они избегали Сюй Цзыюэ и его куклы, если бы они знали об этом.

Но его нынешнее затруднительное положение можно было решить, только найдя их, чтобы он мог только утащить их с собой.

Янь Ши не до конца верил в слова Гуань Чэнцзе. Он верил, что в его словах должна быть какая-то правда и какая-то ложь, но он мог, по крайней мере, подтвердить, услышав слова Гуань Чэнцзе, что, скорее всего, Сюй Цзыюэ или Гуань Чэнцзе, должно быть, солгали.

Гуань Чэнцзе сказал, что кукла сбежала, пока он спал, а Сюй Цзыюэ сказал, что сам нашел куклу. Эти двое сказали две совершенно разные вещи.

Но поскольку он уже смог заставить Гуань Чэнцзе раскрыть так много, Янь Ши был вполне удовлетворен. Он повернулся и сказал Ху Бэйцзя:

— Тогда почему бы нам не пойти с ним, чтобы найти Сюй Цзыюэ?

Ху Бэйцзя подумала об этом некоторое время, прежде чем кивнуть:

— Хорошо, но... Я также не хочу отказываться от возможности пронзить глаза Цзинь-эр.

— Конечно, и то, и другое будет сделано.

Плотно сжатые кулаки Гуань Чэнцзе медленно разжались... Не спеши, всё в порядке. Всё будет хорошо.

Гуань Чэнцзе вернулся в отель.

После того, как они все вместе поднялись наверх, Сюй Цзыюэ, наконец, смог нормально дышать.

Сюй Цзыюэ был бы дураком, если бы не почувствовал беспокойства после их разговора.

Но Сюй Цзыюэ действительно не знал, что он должен сделать, чтобы доказать кукле свою искренность.

Когда Сюй Цзыюэ шел по коридору, он взглянул наверх, прежде чем оглянуться и окинуть взглядом пол.

Что-то ползло...

Сюй Цзыюэ подошел ближе и увидел трех крошечных личинок, медленно ползущих по полу... Вместе с личинками был кусок плоти размером с ноготь.

Его местоположение было там, где раньше стоял Гуань Чэнцзе.

Сюй Цзыюэ вздрогнул. Он не знал, как сейчас выглядит Гуань Чэнцзе, потому что Гуань Чэнцзе использовал одежду, которую он раздобыл в пустых домах, чтобы полностью завернуться.

Когда Сюй Цзыюэ направился к музею, он обратил больше внимания на окружающие дома. Дойдя до входа в небольшой переулок, он увидел дом с полуоткрытой дверью.

Дверь была сделана из деревянных досок, и с неё тоже свисал большой замок, но место, к которому должен был быть прикреплен замок, было оторвано.

Сюй Цзыюэ вытянул ногу и осторожно пнул дверь. Когда дверь медленно открылась, открылась темная комната внутри.

Комната была не очень большой, но внутри лежали две куклы, похожие на раковины.

Это были те, кого не похоронили на кладбище.

Но одежда на верхней половине одной из них действительно исчезла, обнажив кукольную верхнюю часть тела, которая соединена с нижней половиной шаровым шарниром.

Оба этих тела были чистыми и без каких-либо признаков падали. Сюй Цзыюэ прошелся по комнате и даже обыскал ту, на которой всё ещё была одежда, но там не было никаких признаков этих отвратительных вещей.

Тогда это могло означать только то, что они принадлежали Гуань Чэнцзе.

Янь Ши и другие раньше предполагали, что человек, который привел их в деревню в первый день, вероятно был съеден личинками, но Лу Сюян был совсем не похож на этого человека. Хотя на нем было больше одежды, по сравнению с человеком, который привел их, и по сравнению с Лу Сюяном, Гуань Чэнцзе казался гораздо более нормальным.

Сюй Цзыюэ потер лицо и вернулся в музей.

Добравшись до подвала, он снова вспомнил слова Гуань Чэнцзе. Тот упоминал, что другие куклы не могли двигаться?

Сюй Цзыюэ подошел к кукле, которая выглядела на размер меньше, чем его кукла, и уставился на неё...

Глаза куклы, которые изначально смотрели прямо перед собой, позже не могли не плавать под пристальным взглядом Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ посмотрел вниз на его руки, прежде чем снова поднять взгляд:

— Эм... — Сюй Цзыюэ осторожно спросил куклу, — Я думаю, тебе нужен младший брат. Почему бы нам не вырастить ещё одного?

Кукла сжала губы и выглядела так, будто вот-вот заплачет.

Сюй Цзыюэ не мог видеть куклу с таким выражением лица и быстро отвел взгляд. Он посмотрел на куклу поменьше и сказал:

— Послушай, он не отказался, так что, я думаю, он не против?

Но как только Сюй Цзыюэ закончил это говорить, та кукла поменьше вскочила, ловко спрыгнула с полки на пол, прежде чем взбежать на второй этаж музея с рекордной скоростью.

Сюй Цзыюэ: «...» Был ли Гуань Чэнцзе обманут, или его обманули?

Разве он не сказал, что они не могут двигаться?!

Сюй Цзыюэ уставился на маленькую куклу, и маленькая кукла невинно уставилась на него в ответ.

Сюй Цзыюэ вздохнул. Кукла подняла руки, прося обнять её.

Сюй Цзыюэ держал куклу и терся о неё лицом, прежде чем направиться в комнату в подвале.

В некоторые вещи нельзя вникать слишком глубоко, чтобы ситуация не вышла из-под контроля.

Сюй Цзыюэ не знал, почему Гуань Чэнцзе хотел его найти. Это было из мести? Или для чего-то другого? Почему он не попытался найти его раньше?

Оказавшись в таком тупике, Сюй Цзыюэ действительно не знал, что ему делать дальше.

В ту ночь Сюй Цзыюэ услышал во сне глухие стуки.

На самом деле, Сюй Цзыюэ не знал, была ли ночь, когда он проснулся, потому что не было окон.

Сюй Цзыюэ подошел к двери и подтвердил, что звук доносится из-за двери.

— Это я, Цзинь-эр.

По-видимому, почувствовав осторожность Сюй Цзыюэ перед тем, как тот открыл дверь, Цзинь-эр взяла на себя инициативу сообщить о своей личности.

Сюй Цзыюэ вздохнул с облегчением. К счастью, это были не Янь Ши и другие.

Но когда он открыл дверь и увидел появление Цзинь-эр, он не мог не почувствовать некоторого беспокойства.

Сюй Цзыюэ не знал, куда ему следует положить руки, когда увидел Цзинь-эр, неуверенно стоящую перед ним:

— Что с тобой случилось?

Одной рукой Цзинь-эр прикрывала глаза, а другой держала куклу. Сквозь узкие промежутки между пальцами медленно вытекала красная кровь, но на её лице всё ещё играла улыбка.

— Я уже не такая красивая, как раньше, но всё будет в порядке, если я изменю её... — Цзинь-эр подняла свою куклу и сказала, — Хотя я уже много раз просила об этом, я всё ещё хочу принадлежать тебе. Примешь ли ты это?

Сюй Цзыюэ посмотрел на улыбающуюся Цзинь-эр. Её рука, держащая куклу, была чистой, совершенно не похожей на другую руку, которая была выкрашена в красный цвет. Что касается её куклы, то она, казалось, упала на пол или что-то в этом роде, поэтому её одежда стала немного пыльной.

Это был сильный контраст с её обычным чистым и правильным внешним видом.

Глаза Цзинь-эр, казалось, сияли в предвкушении, но постепенно исчезли, когда Сюй Цзыюэ не сразу согласился. Улыбка на её лице слегка померкла, а поднятая рука медленно опустилась.

— Спасибо, я хорошо позабочусь о ней. — Сюй Цзыюэ получил куклу Цзинь-эр.

Цзинь-эр снова ярко улыбнулась:

— Хотя я не могу этого сделать, я надеюсь, что моя кукла сможет остаться с тобой навсегда.

Сюй Цзыюэ улыбнулся в ответ, но ничего не стал отрицать.

— Кроме того, я случайно принесла их тоже. Они должны искать меня наверху. Мне очень жаль, хозяин.

Сюй Цзыюэ был ошеломлен. Прежде чем он смог оправиться от шока, вызванного последними словами Цзинь-эр и его титулом, Цзинь-эр, стоявшая перед ним, рассыпалась, как песок.

— Цзинь-эр...? — Сюй Цзыюэ несколько раз моргнул.

«Живой человек», стоявший перед ним, полностью исчез.

Сюй Цзыюэ посмотрел на кучу песка или пепла у своих ног. Он крепче сжал куклу, чьи глаза, казалось, были пронзены чем-то острым.

Сюй Цзыюэ повернулся, чтобы посмотреть на маленькую куклу. Кукла, которая сначала лениво сидела на кровати, болтая ногами, сразу же перестала двигаться.

Сюй Цзыюэ не мог объяснить свои чувства, когда увидел, как Цзинь-эр исчезает у него на глазах, но когда он подумал о последних словах Цзинь-эр, он решил помочь ей выглядеть лучше:

— Эти глаза... Можно ли их заменить на более красивые?

Кукла кивнула и спрыгнула с кровати. Он подбежал к Сюй Цзыюэ и обнял его за ногу.

Сюй Цзыюэ поднял куклу и помог ей забраться ему на плечо. Затем кукла успокаивающе погладила Сюй Цзыюэ по голове:

— Не грусти.

Сюй Цзыюэ погладил куклу по голове:

— Мн. — его голос был немного слабым, и он звучал довольно безжизненно. Это даже заставило первоначально немного счастливое настроение куклы упасть.

Кукла помогла Сюй Цзыюэ найти в комнате пару голубых глаз цвета морской волны. Эти глаза выглядели очень красиво, поэтому Сюй Цзыюэ решил сменить глаза на эти. Это был первый раз, когда Сюй Цзыюэ делал что-то подобное, и его навыки были ржавыми, но он очень серьезно чинил куклу Цзинь-эр. С помощью куклы сбоку Сюй Цзыюэ смог успешно выполнить все шаги.

В конце концов, всё, что было нужно — это снова собрать куклу.

— Подожди минутку... — действия Сюй Цзыюэ прекратились. Он повернулся, чтобы выглянуть за дверь:

— Цзинь-эр только что сказала что-то о том, что привела сюда Янь Ши и других?

Кукла, сидевшая на столе, скрестив ноги, кивнула.

Сюй Цзыюэ посмотрел на куклу, которая была наполовину отремонтирована, и на мгновение у него возникло желание выбросить её.

— ...

Сюй Цзыюэ тяжело вздохнул, прежде чем снова опустить голову, чтобы закончить чинить куклу. Детали, которые он не знал, как исправить, были оставлены для его куклы.

Хотя Сюй Цзыюэ видел, что кукла не очень хотела это делать и даже, казалось, не любила Цзинь-эр...

Если Янь Ши и другие слоняются по музею в ожидании Цзинь-эр, ему будет трудно уйти. Если он не уйдет, то, скорее всего, умрет здесь с голоду...

Но он действительно не хотел испытать, каково это — умереть с голоду! И поэтому единственным вариантом для него сейчас было быстро зачистить свою игру!

Сюй Цзыюэ уставился на полностью восстановленную Цзинь-эр в своих руках. Необычного цвета глаза смотрели на него, не мигая, и уголки губ куклы, казалось, медленно приподнялись.

Сюй Цзыюэ несколько раз моргнул в шоке... Как будто всё это было его воображением, этой маленькой перемены больше не было.

«Хотя я не могу этого сделать, я надеюсь, что моя кукла сможет остаться с тобой навсегда.»

Было ли это желанием Цзинь-эр? Сюй Цзыюэ растянулся на столе, уставившись на куклу Цзинь-эр.

С другой стороны, маленькая кукла, которая сдерживала себя из-за удрученного настроения Сюй Цзыюэ, терпела и терпела, прежде чем в конце концов сдалась и бросилась обнимать лицо Сюй Цзыюэ с широко раскрытыми руками.

— Мн? — Сюй Цзыюэ подсознательно выпрямился и протянул руку, чтобы оторвать куклу от лица, — Что ты делаешь... а?

Тон Сюй Цзыюэ изменился, когда он, казалось, понял причину странных действий куклы.

Сюй Цзыюэ успокаивающе погладил куклу:

— Хорошо, мой фаворит всё ещё ты. Видишь? Разве я не всегда был вместе с тобой?

Подождите минутку...

Сюй Цзыюэ нахмурился. Он чувствовал, что приближается к чему-то здесь.

Он опустил голову и посмотрел на куклу, чье настроение значительно улучшилось, но всё ещё было немного расстроено.

— Маленький Момо. — Сюй Цзыюэ положил куклу на стол и торжественно посмотрел на него, — Ты мне нравишься. Давай всегда будем вместе?

Кукла на мгновение застыла на столе в удивлении, а затем наклонила голову и спросила:

— Правда?

Сюй Цзыюэ кивнул:

— Правда.

Маленькая кукла склонила голову в задумчивости на некоторое время, а затем протянула свой мизинец:

— Обещай.

— Хорошо, обещаю.

Палец Сюй Цзыюэ не мог зацепиться за крошечные пальчики куклы, поэтому они просто сплюснули их вместе и встряхнули их вверх и вниз.

Затем кукла развернулась, собираясь уйти. Прежде чем уйти, он остановился и обернулся:

— Не бегай вокруг.

Сюй Цзыюэ послушно кивнул:

— Хорошо, я подожду тебя здесь.

После того, как кукла покинула подвал и исчезла, Сюй Цзыюэ, наконец, смог вздохнуть с облегчением.

Казалось, он... как бы это сказать... снова столкнулся с боссом.

Рисунок на разделочном ноже на столе был идентичен рисунку на старой одежде куклы, а также была проблема со всеми дверями, открывающимися в ту ночь, когда он пытался покинуть отель. Сюй Цзыюэ подумал об этом позже и не мог не вздохнуть. Кукла, возможно, хотела открыть двери, чтобы выпустить немного света, когда он увидел, что Сюй Цзыюэ боится темноты, но он не ожидал, что это заставит его бояться еще больше... Помимо этих двух вопросов, отношение Цзинь-эр к нему и кукле также было не очень очевидным, поэтому он не придавал этому большого значения.

Более того, когда Гуань Чэнцзе украл куклу, кукле удалось вернуться самостоятельно.

Со всеми этими вещами, сложенными вместе, Сюй Цзыюэ только что подумал, что кукла может быть специальным НПС.

Но!

Система открыла правду.

Хотя Сюй Цзыюэ чувствовал, что система, возможно, случайно проговорилась, но могла ли система быть такой небрежной? Сюй Цзыюэ почувствовал сомнение.

«Хост раскрыл существование этой игры в первом мире, в результате чего босс игры побега был успешно реформирован. После того, как мир был закрыт, данные босса были собраны обратно в систему, и это привело к появлению последующих ошибок в данных новых мировых боссов.»

Баги в новых мировых боссах...

Сюй Цзыюэ не знал, что сказать. Он мог только чувствовать, что задыхается внутри.

Но это было то, что он сделал по собственному выбору... Ему удалось нацелиться на босса три раза подряд! Вы избегаете игр, выбираете боссов, основываясь на их номинальных значениях?!

Сюй Цзыюэ чувствовал себя очень усталым. Он чувствовал, что не может любить их, если они не красивы.

Итак, действия Гуань Чэнцзе полностью спровоцировали кукольного босса. Сам Гуань Чэнцзе, возможно, и не предполагал, что Сюй Цзыюэ был тем человеком, который нажимал на мину при первом щелчке, играя в Сапера, и в итоге он наступил на эту самую мину...

В конце концов он понял, что то, на что наступил Сюй Цзыюэ, было не миной, а управляемой ракетой.

Жизнь была полна трудностей.

Тогда почему он теперь повсюду его ищет? Сюй Цзыюэ чувствовал себя очень смущенным. Чтобы активно искать Сюй Цзыюэ, рядом с которым постоянно находится большой босс, он пытался умереть во второй раз?

Но проблема Гуань Чэнцзе может быть связана с его телом, а не с мозгом?

Сюй Цзыюэ был очень озадачен и не мог сидеть в подвале. Он медленно шел по длинному коридору с намерением заглянуть в музей.

Конечно же, он испытал так называемое «избранные не боятся».

Сюй Цзыюэ стоял за каменной дверью у входа в Музей Гуманоидов.

Внутри, казалось, раздавались какие-то голоса, но он не мог их отчетливо расслышать.

Сюй Цзыюэ мог только приоткрыть небольшую щель, чтобы заглянуть внутрь. Он не знал, как кукле удалось выбраться.

Открыв небольшую щель, голоса в музее стали отчетливее. Сюй Цзыюэ прижал к ней уши, пытаясь расслышать их разговор.

Вообще говоря, речь шла о том, чтобы найти Цзинь-эр и зачистить игру после её обнаружения.

Сюй Цзыюэ подумал о Цзинь-эр, которая оставила после себя кучу песка и куклу и не знала, что они планируют. В конце концов, Янь Ши и другие только сказали, что они могут зачистить игру после того, как пронзят глаза куклы, а глаза Цзинь-эр уже были пронзены, но они всё ещё были здесь. Это означало, что одного убийства куклы было недостаточно.

Игроки в первом мире также искали повсюду пепел Сунь Мо, потому что, помимо переобразования босса, единственным другим способом зачистить игру было устранить недовольство босса. Во втором мире Сюй Цзыюэ не смог остаться до самого конца, но метод очистки должен заключаться в сборе всех печатей.

Что касается этого мира... Хотя маленький Момо — большой босс, возможно, это было связано с ошибкой с данными, он ни разу не появился.

Вместо этого они всё время общались с Цзинь-эр.

Итак, ключом к разгадке игры была Цзинь-эр. Но эта куча песка вряд ли что-нибудь сделает... Поэтому единственной оставшейся вещью была её кукла.

Но с тех пор, как он починил куклу, он не знал, что это значит.

Янь Ши и другие не сказали ему, как они могут зачистить игру. Конечно, метод, чтобы зачистить игру, о которой он говорил — был методом для Янь Ши и других. Не имело значения, знал ли Сюй Цзыюэ или нет. Но с таким количеством событий Сюй Цзыюэ больше не хотел им помогать... Возможно, они смогут зачистить игру, немного переждав её...?

Сюй Цзыюэ не был уверен, что случилось с Лу Сюяном, который стал куклой, и он также не был уверен, сможет ли Лу Сюян выйти из игры.

Сюй Цзыюэ чувствовал себя немного запутанным.

Но в этот момент Янь Ши и другие, казалось, закончили обсуждение и решили разделиться, чтобы найти Цзинь-эр.

Сюй Цзыюэ не знал, что сказать. Разве ты не знаешь, что расставание — это последнее, что можно сделать в фильме ужасов? Насколько смелыми вы должны быть, чтобы решиться на это?

Сюй Цзыюэ ждал, пока Янь Ши и Ху Бэйцзя не ушли, оставив Гуань Чэнцзе одного в музее.

Это тоже не имело смысла. Если они преследовали Цзинь-эр здесь вместе и знали, что она тут, почему они дали Гуань Чэнцзе возможность найти Цзинь-эр первым?

Они определенно не хотели бы, чтобы Гуань Чэнцзе первым вышел из игры и оставил их позади.

Сюй Цзыюэ не мог видеть нынешнюю внешность Гуань Чэнцзе со своего места, и он также не хотел тратить время на размышления о том, почему Янь Ши и Ху Бэйцзя уходят.

После того, как Янь Ши и Ху Бэйцзя ушли, Сюй Цзыюэ услышал, как Гуань Чэнцзе неоднократно выкрикивал его имя.

Сюй Цзыюэ сначала был озадачен и подумал, что ослышался, но когда он снова прислушался, то был уверен, что он зовет его.

Но как Гуань Чэнцзе узнал, что он здесь? Может быть, у него были какие-то злые намерения?

За время пребывания здесь у Сюй Цзыюэ почти развилась паранойя.

— Сюй Цзыюэ... Я знаю, что ты здесь. Цзинь-эр пришла сюда, чтобы найти тебя. Остальные этого не заметили, но я заметил. Не волнуйся, я не собираюсь причинять тебе боль. Ты не слышал о другом способе зачистить игру от конца Янь Ши, не так ли? Я могу тебе сказать... Я могу заверить тебе, что если ты не знаешь об этом методе, ты не сможешь покинуть этот мир даже по истечении пятнадцати дней. Выходи и давай поговорим. Только ты можешь спасти меня сейчас.

Гуань Чэнцзе на самом деле не был уверен, слышит ли его Сюй Цзыюэ, но он повторял эти слова снова и снова. Он вновь и вновь обыскивал музей, пытаясь уговорить Сюй Цзыюэ выйти, пока его голос не стал хриплым.

— Сначала ты мне скажи. Что ты имеешь в виду, говоря, что только я могу спасти тебя? — Сюй Цзыюэ не смог сдержаться и продолжил высказывать свои сомнения через щель между дверью.

Гуань Чэнцзе посмотрел в направлении его голоса с некоторым приятным удивлением, но его встретили только ряды и ряды кукол. Он сохранил своё на мгновение приподнятое настроение и подошел к куклам, прежде чем ответить:

— Я украл твою куклу и получил от неё карму.

— Меня превратили в монстра с кукольной внешностью. Кукольная оболочка снаружи — это медленно разлагающаяся плоть внутри. Я чувствую, как насекомые поедают мою плоть и кости, ползают по моим кровеносным сосудам... Я использовал нож, чтобы вырезать их, но независимо от того, как быстро я это сделал, они продолжали появляться, продолжали есть мою плоть и пить мою кровь... Только ты можешь помочь, только ты. Можешь ли ты сказать ему, чтобы он остановился? Я расскажу тебе, как использовать Цзинь-эр, чтобы покинуть этот мир, потому что он не позволит тебе уйти. Янь Ши тоже не скажет тебе. Только я, только я могу тебе помочь!

Сюй Цзыюэ посмотрел в небольшую щель и увидел, как в поле его зрения появился Гуань Чэнцзе.

Тело Гуань Чэнцзе всё ещё было плотно обернуто одеждой, но по нему уже ползали маленькие жучки.

Эти жуки карабкались, чтобы забраться в одежду Гуань Чэнцзе, но из-за того, что их было так много, некоторые падали на пол. Вероятно, именно поэтому Сюй Цзыюэ видел личинок в отеле раньше.

Сюй Цзыюэ представил, каково это, вероятно, было под одеждой Гуань Чэнцзе, и содрогнулся.

Что-то подобное было мучительнее смерти.

Не говоря уже о том, что люди, борющиеся в игре с побегом, естественно, были теми, кто не хотел умирать.

Пока есть надежда, они никогда не сдадутся.

Но Сюй Цзыюэ ничего не мог сделать для Гуань Чэнцзе. Единственным вариантом было...

Сюй Цзыюэ медленно убрал руку, позволяя зазору между дверью полностью исчезнуть. Затем он задумчиво сел на ступеньки.

Причина, по которой Гуань Чэнцзе выглядел так, вероятно, заключалась в том, что кукла наказала его за похищение. Слова Гуань Чэнцзе «Можешь ли ты сказать ему, чтобы он остановился», вероятно, были его просьбой к Сюй Цзыюэ сказать кукле, чтобы она остановилась.

Он хотел обменяться с ним.

Используя способ зачистки игры-побега в качестве залога, чтобы обменять его на просьбу Сюй Цзыюэ о кукле, чтобы остановить наказание.

Но Гуань Чэнцзе не знал, что Сюй Цзыюэ не нужно было знать о способе, чтобы зачистить игру побега, и просто продолжал верить, что Сюй Цзыюэ, должно быть, беспокоится об этом.

«Он не позволит тебе уйти.»

О ком он говорил? О кукле?

Сюй Цзыюэ поддержал свою голову и почувствовал, что у него начинает болеть голова. Эта кукла, вероятно, думала, что он, Гуань Чэнцзе и другие могут покинуть этот мир, используя тот же метод, и именно поэтому он отрезал все средства для Сюй Цзыюэ, чтобы узнать об этих методах.

Сюй Цзыюэ понял слова Гуань Чэнцзе. «Он» мог быть только куклой.

Неожиданно у куклы оказался довольно собственнический характер... Нет, его действия по предотвращению того, чтобы Сюй Цзыюэ подошел слишком близко к Цзинь-эр, должны были быть потому, что Мо не хотел, чтобы он узнал о способе зачистки игры. Сюй Цзыюэ в то время, который не знал о личности босса куклы, только думал, что он очень милый.

И теперь, когда он знал, что кукла была боссом... Такая контрастная привлекательность на самом деле сделала его ещё более милым!

Но он также должен был выяснить, как он может зачистить игру. Сюй Цзыюэ больше не хотел заботиться о Гуань Чэнцзе и других делах.

Сюй Цзыюэ отряхнул брюки и встал.

Маленькая куколка была очень милой, но в этом мире было слишком одиноко. Кроме того, ему не нравилась здешняя погода, так как она всегда была унылой и мрачной. Кроме собственного голоса, он почти не слышал чужих голосов.

Была только одна вещь, из-за которой он чувствовал себя плохо...

Сюй Цзыюэ присел на корточки и наблюдал, как маленькая кукла бродит по комнате в подвале, держа в руках куклу, похожую на Сюй Цзыюэ. Он протянул обе руки и сказал с улыбкой:

— Ты так быстро закончил. Ты потрясающий.

Когда кукла увидела Сюй Цзыюэ, его глаза загорелись. Он прыгнул в руки Сюй Цзыюэ вместе с куклой Сюй Цзыюэ, а затем крепко вцепился в его одежду, не собираясь отпускать её.

Сюй Цзыюэ отнес двух кукол в комнату и спросил:

— Сколько времени потребовалось, чтобы сделать эту куклу?

Глядя на куклу, похожую на него самого, он чувствовал себя странно и даже немного неуютно. Однако он не чувствовал этого, когда смотрел на других кукол. Поэтому Сюй Цзыюэ чувствовал, что это было лишь из-за слишком большой схожести с ним.

Сюй Цзыюэ, который долго не получал ответа, посмотрел на куклу.

— Ты будешь сердиться? — переспросила кукла с большими глазами. Он хлопнул веками, заставляя свои длинные ресницы трепетать, полностью овладевая трюками, чтобы вести себя мило.

— Злиться? С чего бы мне злиться? — Сюй Цзыюэ положил куклу на кровать, а затем посмотрел на маленького Момо, — А-а-а... Ты начал делать её давным-давно?

Если это действительно так, то слова Гуань Чэнцзе о том, что кукла не позволила бы ему уйти, должны быть правдой.

Кукла слегка кивнула. Чтобы выразить свои искренние извинения, он встал на колени, сложив ноги вместе на кровати, и очень мило посмотрел на Сюй Цзыюэ.

Хотя он извинялся, он явно не чувствовал никаких сожалений.

Сюй Цзыюэ снова спросил:

— Тогда когда я стану таким, как ты?

Кукла отвечала на всё, о чем его спрашивали:

— Сегодня вечером.

— Сегодня вечером?

Кукла кивнула.

Это действительно был случай, когда сначала действовали, а потом отчитывались...

Конечно же, он не собирался отпускать его.

Сюй Цзыюэ с любовью держал куклу на руках:

— Всё в порядке, я не сержусь. Когда ты такой милый, как я могу на тебя сердиться?

Маленькая кукла улыбнулась в ответ и легонько чмокнула Сюй Цзыюэ в лицо.

После этого легкого прикосновения он с самым невинным видом уткнулся головой в плечо Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ посмотрел на куклу, которая напоминала его самого, сидящую на кровати, и его сердце ожесточилось. Он спросил:

— Ты мне действительно нравишься, а как насчет тебя?

Сюй Цзыюэ посмотрел на куклу, которая напоминала его самого, сидящего на кровати, и его сердце ожесточилось. Он спросил:

— Ты мне действительно нравишься, а как насчет тебя?

Кукла уткнулась лицом в руки Сюй Цзыюэ и медленно кивнула:

— Нравишься, Сюй Цзыюэ.

[Цель выполнена: Игра очищена. Вы вернетесь в системное пространство через полчаса.]

Сюй Цзыюэ услышал знакомый голос системы.

Сюй Цзыюэ подумал о других, которые были в процессе превращения в кукол:

— Если я стану куклой, буду ли я выглядеть как Гуань Чэнцзе или Лу Сюян?

Но поскольку у него было всего полчаса, у него, вероятно, не будет шанса испытать это.

Маленькая кукла протянула руку, чтобы коснуться щеки Сюй Цзыюэ:

— Я не позволю тебе страдать.

Сюй Цзыюэ потер маленькую ладошку куклы, и, прежде чем он успел что-то сказать, его разум затуманился, и он потерял сознание на кровати.

*  *  *  *  *

Когда Сюй Цзыюэ снова проснулся, он увидел, что еще не вернулся в пространство системы, но... Его взгляд стал немного странным. Он понял причину этого только тогда, когда увидел куклу, которая теперь могла смотреть на него на уровне глаз.

Он, казалось, завершил превращение из человека в куклу менее чем за полчаса.

— Маленькая куколка...?

Маленькая кукла обняла Сюй Цзыюэ, и сила толкнула его обратно на кровать. Кровать теперь была слишком большой для его нынешнего размера.

— Теперь мы можем быть вместе навсегда. — кукла снова и снова терлась головой о Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ погладил куклу по голове и не знал, что сказать, поэтому он только молчал. До этого он также касался головы куклы, но в то время он использовал только один или два пальца.

Теперь для него не было проблемой использовать всю руку целиком.

Сюй Цзыюэ с любопытством осмотрел свои руки и ноги и осмотрел своё новое тело.

Увидев, что его тело стало похожим на куклу, Сюй Цзыюэ почувствовал себя довольно странно.

Теперь я больше не человек.

— Кстати, куда делось моё старое тело? — Сюй Цзыюэ подбежал к краю кровати, которая, по его мнению, была слишком высоко, и не мог найти своё тело.

Кукла прямо ответила:

— Похоронено.

Сюй Цзыюэ почувствовал себя ещё более странно...

Но поскольку всё уже было так, ничего не поделаешь. Он должен воспользоваться оставшимся временем, чтобы ещё немного обнять маленькую куклу.

Как только кукла почувствовала себя счастливее...

Он вернулся в пространство системы.

Первой реакцией Сюй Цзыюэ было проверить своё тело, и вскоре он почувствовал облегчение. Он думал, что вернется в систему со своей кукольной внешностью.

[Поздравляем хоста с успешной зачисткой мира «Деревня гуманоидов».]

[Копия CG была сохранена. Вы также были вознаграждены специальным сюжетом CG.]

Сюй Цзыюэ не спешил проверять вознаграждение, потому что сейчас более важным вопросом было...

— Скажи мне, система. Эти боссы в ваших игровых мирах определяются на основе их номинальной ценности? Это правда?!

Как говорится, три удара и ты на свободе. Первый раз может быть несчастным случаем, второй раз может быть вызван удачей, но если третий раз тоже был таким, что-то было не так.

Система объяснила:

[Все данные НПС, включая данные босса, генерируются случайным образом. Это не имеет никакого отношения к системе.]

Сюй Цзыюэ смертоносно уставился в пустоту:

— Ты думаешь, я поверю в это?

Система не ответила и просто рассматривала это как неразумное поведение Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ был очень зол, и он даже хотел подать жалобу, но у него не было возможности сделать это.

Он мог только втайне напоминать себе, что должен быть более осторожным в следующей игре, когда встретит очень привлекательного человека! На всякий случай, если он ещё и босс!

Сюй Цзыюэ, однако, не смог рассмотреть возможность смены цели, даже если она окажется боссом...

Но в следующей игре он определенно будет более бдительным рядом с красивыми людьми.

И было ещё кое-что.

— Как ты справилась с этим вопросом с воспоминаниями в базе данных вашего босса? Что делать, если эта проблема повторится? — Сюй Цзыюэ чувствовал, что если так будет продолжаться и дальше, то он действительно получит «плохой конец». В то время те способы смерти, которые были только в игре побега и не были пережиты Сюй Цзыюэ, могут стать для него реальностью.

Он не хотел этого!

[Что касается этого, внутренняя система уже занимается этим.]

Сюй Цзыюэ спросил:

— Когда это будет сделано?

[Это уже решается.]

— В чем разница между тобой и продавцом Taobao, который говорит, что их запасы доступны, но дата доставки неизвестна?

Система откровенно ответила:

[Её нет.]

Сюй Цзыюэ был зол до такой степени, что его чуть не вырвало кровью, но он ничего не мог сделать с системой. В конце концов, он мог только надеяться на лучшее в следующем мире.

— А как насчет специального сюжета CG? — Сюй Цзыюэ подумал об этом и предложил взглянуть на него.

Система вытащила специальный сюжет CG в системное пространство.

Это была фотография со знакомым фоном. Это была комната, в которой Сюй Цзыюэ жил последние несколько дней в подвале Музея Гуманоидов. В этой комнате сидел человек, похожий на куклу. В одной руке он держал лицо куклы, а в другой — тонкую кисточку, украшая её, чтобы она походила на него.

Его взгляд был нежным и любящим, как будто он лепил лицо своего возлюбленного.

При тусклом освещении комната была заполнена куклами, и все куклы уставились на мужчину.

Сюй Цзыюэ на мгновение замолчал:

— Могу я взглянуть на это? На то, как сейчас выглядит мир?

Система спросила:

[Не хотите ли вы проверить фоновую историю разблокированной игры? Примечание: Предысторию игры можно проверить только после завершения игрового мира.]

Сюй Цзыюэ кивнул:

— Да.

Деревня гуманоидов изначально была деревней, где жители деревни зарабатывали на жизнь изготовлением кукол. С течением поколений мастерство кукол, сделанных в деревне, становилось всё более выдающимся и всё более утонченным.

Это продолжалось до тех пор, пока они не поняли, что, как только они достигли определенной степени утонченности, куклы, которые они сделали, обрели способность оживать.

Куклы, которые могли двигаться и думать самостоятельно, вызывали панику и страх среди кукольников. Они боялись плодов своего тяжелого труда и решили похоронить их.

Куклы, которые лелеяли и любили своих хозяев с момента их рождения, не знали, как сопротивляться, позволяя кукольникам уничтожать их и пытаться превратить их обратно в настоящих, неподвижных, не говорящих кукол.

Куклы ненавидели эту уродливую внешность, но всё было навязано им их хозяином, поэтому они могли только принять это.

Это продолжалось до тех пор, пока кукольники не узнали о реальном способе убийства кукол — прокалывании их глаз. С этим они действительно умрут.

Другими словами, с самого начала кукольники не хотели, чтобы куклы были «живыми».

Просто был один кукольник, который отличался от других. Он стремился к красоте бессмертия, а не к коротким, но прекрасным годам жизни людей.

И это было то, чего куклы могли достичь. При простом тщательном уходе куклы могут оставаться в своем самом идеальном состоянии в течение многих лет.

В то время как другие убивали всех своих кукол, которые оживали после того, как они были сделаны, этот кукольник делал груды кукол, которые могли оживать, и держал их в своем месте жительства, чтобы те сопровождали его.

Он научил других кукол заботиться о себе и заменять части тела. Даже если это было что-то, что они не могли сделать сами, куклы могли помочь друг другу.

В конце концов, молодой кукольник вырос в молодого человека; в возрасте, который он считал лучшим для него.

Он хотел сделать из себя куклу, и он хотел, чтобы в деревне так и продолжалось.

Он снова сделал много кукол. Эти куклы выглядели точь-в-точь как люди в деревне. Целеустремленный молодой кукольник даже сделал юношеские версии пожилых людей в деревне.

С этим никто в деревне не умрет.

Позже жители деревни увидели, что их кожа медленно превращается во что-то похожее на кожу кукол, но внутри всё ещё была человеческая плоть и кровь. Они чувствовали, как их съедают изнутри, но не осмеливались ничего сказать, потому что думали, что это их наказание за создание кукол.

Не в силах вынести эту пытку, они решили покончить со своей жизнью в своих домах. Что же касается тех, кто смог пережить это, то, как только они подумали, что умрут, они увидели, что находятся в теле куклы в тот момент, когда они снова проснулись. Внезапно они стали их самым страшным и самым любимым существованием.

Они были заперты в Музее Гуманоидов и не могли уйти, если только не было кого-то, кто не боялся их и готов забрать их.

В гуманоидной деревне больше не было никаких звуков. Всё, что там осталось — куклы в гуманоидной деревне, ожидающие прибытия людей.

Молодой кукольник наконец-то смог превратить себя в куклу. Он поднял свою «кровать» и стал искать комнату, в которой можно было бы спать вечно.

В соответствии с системой, волны за волнами игроков приходили и уходили с каждой игрой в побег. Некоторые решили взять куклу, в то время как другие, напуганные глазами куклы, предпочли этого не делать.

Но даже если бы некоторые из них были убраны, с организацией игр, владельцы в конечном итоге стали бы подозрительно относиться к куклам и пронзили бы их глаза... Это почти ничем не отличалось от того, что они сами делали в самом начале.

— Тогда Цзинь-эр...

[НПС, который настроен на месть и, конечно же, также является важным НПС в игре побега.]

Сюй Цзыюэ потряс головой. Он решил не зацикливаться на этом.

После того, как проекция закончила проигрывать фоновую историю в деревне гуманоидов, она вспыхнула и превратилась в другую сцену.

Маленькая кукла... Или, точнее, человек, который когда-то был молодым кукольником, держал другую куклу такого же размера, как и он, когда бродил по пустой деревне.

Вся деревня молчала, и серое, затянутое тучами небо оставалось неизменным.

Одежда, доходившая до его ног, была покрыта грязью, но он всё ещё делал всё возможное, чтобы защитить куклу в своих руках.

Он бродил туда-сюда снова и снова и всегда останавливался у входа в деревню, ожидая автобуса, который снова высадит людей.

Если кто-то ушел отсюда, то он также должен прийти сюда. Вернутся ли они сюда, как в первый раз?

Маленькая кукла упрямо смотрела на вход в деревню. Волоча за собой грязную одежду, крепко держась за другую чистую и опрятную куклу, он повторял одни и те же действия снова и снова, переходя с одной стороны входа в деревню на другую сторону.

— Юэюэ...

Как будто это было сказано прямо рядом с его ухом, мягкий голос куклы звучал снова и снова, заставляя глаза Сюй Цзыюэ медленно краснеть.

Арка 4. Побег из замка.

Арка 4. Побег из замка.

Сюй Цзыюэ потер глаза, отчего его и без того красные глаза стали ещё краснее. Когда он снова поднял глаза, система уже сохранила проекцию.

— Зачем ты мне это показала? — голос Сюй Цзыюэ был немного гнусавым, но это было не очень заметно.

[Системная ошибка.]

Сюй Цзыюэ сердито уставился в пустоту красными глазами:

— Ты сделала это намеренно?

Система молчала и не отвечала.

Сюй Цзыюэ некоторое время сидел, скрестив ноги, в системном пространстве, чтобы позволить этим печальным чувствам постепенно утихнуть. Затем он похлопал себя по лицу, чтобы взбодриться.

Сюй Цзыюэ не спрашивал о кукле и о том, что случилось с ней потом, не потому, что не хотел спрашивать, а потому, что не осмеливался спросить. Он боялся, что пожалеет об этом... Хотя он уже очень сожалел об этом.

Сюй Цзыюэ приободрился и сказал:

— Начинай игру.

[Запускаю игру.]

[Выбор игры. Побег из замка: сложность высокая.]

Как только система закончила произносить, Сюй Цзыюэ заснул. Системное пространство издало несколько звуков, похожих на электрический ток, прежде чем белое пространство потемнело.

Сюй Цзыюэ схватился за голову и сел, прежде чем понял, что его другая рука была прижата к нему, пока она не онемела. Он сидел рядом с длинным столом, сжимая руку, и выражение его лица было сморщенным. Это ощущение онемения было таким, словно по его рукам ползали миллионы муравьев, и он не осмеливался пошевелить ими.

[Количество игроков в этой игре неизвестно. Помимо этих игроков, все НПС квалифицируются как потенциальные цели.]

Сюй Цзыюэ: «???» Что происходит?

Сюй Цзыюэ поднял глаза и увидел, что он сидит в очень обычном магазине настольных игр. Рядом с ним лежало письмо, которое уже было вскрыто, а перед ним стояло несколько коробок с карточными играми. Точно так же за соседними столиками сидели разные люди, которые, похоже, оказались в похожей ситуации.

Только что проснувшись, он ничего не знал.

И среди этих людей не было ни одного, у кого был знакомый зеленый символ.

В предыдущих играх у всех игроков был маленький зеленый символ над головой, но в этой игре его не было.

С интеллектом НПС в этих играх, до тех пор, пока у них не было особой личности, и сами НПС не говорили, что они таковые, никто не сможет сказать, что они НПС.

Не в состоянии даже найти цель захвата, как он мог играть в эту игру!

Сюй Цзыюэ посмотрел на конверт рядом с ним, а затем вытащил письмо внутри.

«Уважаемый Сюй Цзыюэ.

Привет! Я основатель ассоциации энтузиастов «Комната Побега». На этот раз я организовал крупномасштабную комнату побега, поэтому, пожалуйста, приходите и испытайте это.

Твой друг, основатель.»

Сюй Цзыюэ посмотрел на других людей, которые тоже читали свои письма.

Он всё ещё не мог сказать, кто игрок, а кто НПС.

Значит, в этой игре ему нужно было не только выяснить, как захватить свою цель, но и найти цель?

Внезапно в магазине настольных игр зазвучал знакомый системный голос, но он не говорил об игре, к которой принадлежал Сюй Цзыюэ.

Как раз в тот момент, когда Сюй Цзыюэ думал о том, как ему следует заставить их раскрыть свои личности, подошла женщина.

Она щедро раздавала файлы, которые она несла, один за другим людям, сидящим там:

— Всем привет, я основатель ассоциации энтузиастов «Комната Побега», который пригласил вас сюда. Файл, который я вам только что дала, станет вашим удостоверением личности, как только все войдут в комнату побега. Пожалуйста, обязательно выполняйте задания в соответствии с вашей личностью, иначе последствия могут быть очень серьезными. Ах да, я не буду участвовать, так что, если вам что-то понадобится, вы можете просто сказать мне через камеры наблюдения, но вы не можете покинуть комнату побега до того, как закончите, даже если вы не можете решить головоломку. До тех пор, пока не будет достигнуто предписанное время, вы можете только ждать внутри.

Хотя женщина ничего конкретно не сказала, игроки, которые играли в игры с побегами, естественно, не захотели бы проверять пределы правил.

— Как долго это продлится?

Сюй Цзыюэ услышал, как кто-то спросил.

— Как ты можешь быть таким забывчивым? Это крупномасштабная комната побега, так что она не будет закончена всего за несколько часов. Это будет совсем другая история, если загадка будет решена раньше... Но самое долгое время будет десять дней.

Сюй Цзыюэ взял своё удостоверение личности.

В папке лежало удостоверение личности, похожее на банковскую карточку. На одной стороне были слова «курьер», а на другой «игрок».

Относится ли этот «игрок»... к тому, что он является игроком в этой комнате побега или игроком в этом мире на выживание?

Если это было последнее, то разве он не смог бы выяснить личность другого, пока у него в руках его удостоверение личности?

Как раз в тот момент, когда Сюй Цзыюэ думал об этом, карточка, которую он держал в руках, была унесена.

Женщина, которая утверждала, что является основателем ассоциации, посмотрела на Сюй Цзыюэ с улыбкой, прежде чем подойти, чтобы забрать удостоверения личности всех остальных.

— На одной стороне карточки ваша личность, то есть ваша профессия. Другая сторона говорит другим, является ли этот человек преступником в комнате побега. — женщина убрала удостоверения личности в другую папку, — Каждый день игрок будет устранен преступником. Когда он будет устранен, его удостоверение личности появится в его комнате, и счастливые выжившие игроки смогут найти его, чтобы проверить, является ли он преступником. Конечно, некриминальные игроки также могут голосовать за игрока, которого они считают преступником.

— Если результаты голосования верны, время игры сокращается на шесть часов. Если результат голосования неверен, время игры увеличивается на шесть часов. Что касается возможности проголосовать... Вам дается один шанс каждый раз, когда преступник кого-то уничтожает.

— Но каждый должен будет полагаться на себя, чтобы найти преступника.

Разум Сюй Цзыюэ был полностью сбит с толку всей этой информацией. Он вздохнул с облегчением, когда услышал, как кто-то попросил женщину повторить это ещё раз. Конечно же, он был не единственным, кто не понимал.

Но, выслушав её объяснения ещё несколько раз, ему удалось получить общее представление об игре.

Проще говоря, здесь в общей сложности 21 человек, не считая этой женщины. Некоторые из них являются настоящими игроками в игре на выживание, в то время как другие — НПС, играющие роль игрока.

Один из этих НПС, должно быть, получил «криминальную» личность, потому что только так комната побега превратится в настоящую игру на выживание.

Таким образом, НПС, получивший криминальную личность, начнет свою атаку.

Что касается игроков в мире побега, которые понятия не имеют, кто игрок, а кто НПС... Они могли только сомневаться друг в друге и никому не доверять.

Для Сюй Цзыюэ это было на самом деле в его пользу. Таким образом, ему не нужно было беспокоиться о том, что его втянут в команду.

Момент, когда комната побега будет решена, также должен стать концом игры на выживание, и конец игры зависел от того, что все проголосуют за преступного НПС.

Но сами НПС также смогут голосовать.

Сюй Цзыюэ спокойно наблюдал за другими игроками. Это было более жестоко, чем игра в оборотней. Без «полиции» ликвидация действительно была ликвидацией, и они потеряют бы свои жизни.

Наконец, Сюй Цзыюэ вытащил из своего файла своё задание.

Это было то, что каждая личность должна была завершить, иначе, как упомянула женщина, будут ужасные последствия.

Хотя Сюй Цзыюэ был из другой игры, он чувствовал, что не должен действовать слишком по-другому, чем другие, поэтому он нервно проверил свою задачу.

«Вы курьер. Вы просто доставляли еду своему долгосрочному работодателю, но оказались в ловушке в старом замке.

Пока вы были в ловушке, вы ничего не делали и только ждали, пока другие решат головоломку, чтобы сбежать.»

...

.....

.......

Что это такое?! Быть соленой рыбой* каждый день было его задачей?! На таком большом листе бумаги формата А3? Только эти две строчки на бумаге, действительно ли это того стоит?!

П/п: быть рыбой — быть бесполезным; человек, который не желает что-либо делать, апатичный бездельник.

Сюй Цзыюэ на мгновение потерял дар речи, прежде чем внезапно понял.

С таким заданием, разве игра не была очень расслабленной для него?

Тогда ему не нужно было делать ничего особенного в комнате побега, а просто сосредоточиться на поиске симпатичного НПС, захватить его, а затем повеселиться, влюбившись!

Ах... Он ведь не столкнется здесь с боссом или с кем-нибудь ещё, не так ли?

Сюй Цзыюэ был не очень уверен в себе.

Затем он попытался найти своего особенного человека среди присутствующих здесь людей, но из-за того, что свет в комнате для настольных игр по какой-то причине был тусклым, и из-за того, что с обеих сторон были экраны, закрывающие некоторых игроков, Сюй Цзыюэ не смог проверить внешний вид всех.

Женщина, которая утверждала, что является основателем ассоциации энтузиастов «Комната Побега» с псевдонимом Ми Чжуан, сказала:

— После этого я попрошу всех пройти со мной в раздевалку и переодеться в вашу одежду.

Неужели комнаты побега в наши дни так удивительны? Сюжет создан, личность установлена, и даже одежда подготовлена.

Сюй Цзыюэ взял свою сменную одежду и пошел в раздевалку, чтобы переодеться в неё, даже не взглянув на неё. Поскольку все не знали личности других игроков, все были необычайно тихими, и никто не пытался сформировать команды.

В конце концов, был шанс, что вы не собирали команду, а просто заманивали волка в гнездо.

Сюй Цзыюэ открыл сумку с одеждой в раздевалке. Это были темно-синий комбинезон, желтая рубашка с короткими рукавами и пара белых кроссовок.

Сюй Цзыюэ надел одежду и посмотрел на себя в зеркало в гардеробной...

Эй, действительно нужно было сказать, что этот наряд заставил Сюй Цзыюэ почувствовать себя на несколько лет моложе.

Он был похож на старшеклассника, который ещё не достиг совершеннолетия...

Это не сильно отличалось от его обычной внешности, просто немного более по-детски.

Выйдя из гримерки, женщина Ми Чжуан выстроила Сюй Цзыюэ и других игроков по порядку и впустила их одного за другим.

Сюй Цзыюэ был в самом конце, и вместе с ним была тележка, наполненная пищевыми ингредиентами.

Сюй Цзыюэ: Что это за таинственная комната для побега?

Сюй Цзыюэ не видел появления людей, которые вошли до него, и только слышал, как женщина Ми Чжуан сказала, что они должны разыграть свою роль в тот момент, когда они войдут в комнату побега. Эта настройка персонажа на самом деле не была полной, потому что всё, что они дали, было идентификацией и задачей, которую нужно было выполнить. Не было никаких ограничений на личность и на то, как они должны это делать.

Как человек, чья задача в значительной степени не существовала, а личность была очень стандартной, он в значительной степени... Нет, он был в основном соленой рыбой.

Но даже соленая рыба будет чувствовать беспокойство.

Потому что он понятия не имел, что может произойти после входа.

Команда перед ним медленно уменьшалась. Человек, стоявший перед Сюй Цзыюэ, оглянулся на него, прежде чем посмотреть на его реквизит — тележку и её содержимое.

Затем этот человек быстро повернулся и вошел в комнату побега.

На самом деле у этих людей не было намерения бежать, но, в любом случае, это был мир системы, и они не могли убежать сейчас. Если бы они не верили в возможности системы, они, естественно, могли бы попытаться оспорить правила, но, вероятно, в конечном итоге они были бы устранены напрасно.

Что касается последствий устранения... Не было необходимости объяснять.

Сюй Цзыюэ потянул тележку и, услышав, что женщина Ми Чжуан сказала, что он может войти, он положил ремень на грудь, уверенно взялся за ручку и толкнул тележку вперед.

— Пфт...

Сюй Цзыюэ повернулся и посмотрел на женщину. Я это слышал! Какой смысл прикрывать рот? Я вижу, как твои глаза сужаются в линию!

Сюй Цзыюэ почувствовал себя ещё более подавленным.

Женщина подняла руку, покрытую ярко-красным лаком для ногтей, и нежно коснулась щек Сюй Цзыюэ. Холодное прикосновение заставило Сюй Цзыюэ задрожать.

— Желаю тебе хорошей игры, милый мальчик.

Сюй Цзыюэ немного поворчал и быстро протащил тележку через вход в комнату побега.

Как только Сюй Цзыюэ вошел, толстые двойные двери за ним с грохотом закрылись.

Вход в комнату побега был похож на зал замка, который можно увидеть в кино. Длинная лестница, обращенная ко входу, доходила до стены, а затем расходилась влево и вправо, чтобы добраться до второго этажа.

По обе стороны коридора были проходы, закрытые черными занавесками.

Сюй Цзыюэ пока не мог проверить их, потому что все люди, известные как «игроки в комнату побега», ждали в холле.

Сюй Цзыюэ нервно посмотрел на людей, уставившихся на него, а затем взял на себя инициативу, чтобы сказать:

— Я доставляю товары... Это заказанные работодателем пищевые ингредиенты.

После этого появился мужчина в черном смокинге, белых перчатках и блестящих черных кожаных ботинках. Он взглянул на тележку, и уголки его губ дрогнули. Если бы это была настоящая игра в комнату побега, он бы без колебаний посмеялся над ним, но в такой обстановке выживания тяжелая атмосфера мешала ему смеяться:

— Я дворецкий, нанятый хозяином этого замка. Я действительно получил известие, что придет посыльный. Позже я отведу тебя в подвал, чтобы забрать эти пищевые ингредиенты... с твоей тележки. — дворецкий слегка кашлянул, — Но, к сожалению, снаружи произошла лавина, заблокировавшая дороги, ведущие из замка, так что мы все оказались здесь в ловушке.

Сюй Цзыюэ вдруг понял, что это должно быть основным фоном комнаты побега.

— У меня нет проблем, но если мне придется временно остаться здесь, вы сможете обеспечить меня едой?

Дворецкий кивнул:

— Это не проблема. Нашего запаса еды и воды хватит на десять дней.

Десять дней. Просто так получилось, что время игры совпало. Но если время игры будет продлено, умрут ли они с голоду?

Как только Сюй Цзыюэ закончил разговор, он отодвинул свою тележку в сторону. Особенно бросалась в глаза тележка. Сюй Цзыюэ мог только игнорировать эти взгляды и начать осматривать внешний вид других игроков.

Игрок с личностью дворецкого сглотнул и достал знакомый на вид лист бумаги формата А3.

В отличие от Сюй Цзыюэ, у которой было всего две строчки, строчка дворецкого была заполнена словами с обеих сторон.

Сюй Цзыюэ: «....» По сравнению с ним он действительно был... расслаблен.

Дворецкий прочистил горло под сложными взглядами всех присутствующих и сказал:

— Поскольку все будут проводить здесь время вместе в течение следующих десяти дней, почему бы нам не представиться?

Ах... Стандартное самопредставление.

Сюй Цзыюэ мог только вздохнуть и взглянуть на человека, стоящего рядом с ним.

Из-за проблемы с углом обзора он мог видеть только профиль этого человека. Сюй Цзыюэ встал на цыпочки и наклонился, чтобы посмотреть... Но он забыл о ремне на груди.

Сюй Цзыюэ был оттянут им назад.

Сюй Цзыюэ чуть не заплакал от собственной глупости. Он снял ремень и продолжал смотреть.

Человек, которого заметил Сюй Цзыюэ, был довольно высоким и стройным. По мнению Сюй Цзыюэ, его фигура была немного худой. В простой белой рубашке, галстуке и брюках от костюма он выглядел как ходячий манекен...

Но он был слишком бледен.

Как раз в тот момент, когда Сюй Цзыюэ думал об этом, этот человек прикрыл рот рукой и издал несколько приглушенных кашлей. Поскольку он прикрыл рот рукой и намеренно понизил громкость, это было не очень громко и не привлекло внимания остальных в комнате.

Сюй Цзыюэ заметит его главным образом из-за его высокого и великолепного бокового профиля.

По-видимому, заметив пристальный взгляд Сюй Цзыюэ, он посмотрел на него, и, по совпадению, их глаза встретились!

Сердце Сюй Цзыюэ бешено забилось. Затем он ухмыльнулся и показал глупую улыбку.

Такую глупую, что он казался умственно отсталым.

Мужчина был ошеломлен на некоторое время, прежде чем слегка отвернуться.

Сюй Цзыюэ тоже выпрямился и начал вспоминать это лицо... Эти глаза были темными и глубокими, как бездна, эта высокая переносица, эти глубоко посаженные глаза... Только эти части заставляли его выглядеть холодным и равнодушным, но его губы... Контур верхней губы был хорошо очерчен, не слишком тонкий или слишком толстый, а уголки его рта держали естественную дугу, заставляя его выглядеть так, как будто он слегка улыбается, даже когда не делает этого.

Это... разжигало желание поцеловать его, крепко поцеловать.

Сюй Цзыюэ облизнул уголки губ, когда его мысли не могли не плыть по течению.

— Я нанятый здесь шеф-повар. Я отвечаю за приготовление еды здесь каждый день. — говоривший, казалось, о чем-то задумался, и выражение его лица было уродливым.

— Я уборщица, нанятая здесь для уборки замка. — она оглядела размеры замка, и выражение её лица также было довольно бедным.

— Я менеджер, который привела команду, чтобы использовать замок для рекламных фотографий. Ах, я отвечаю за этих семерых людей. Это команда, которую я привела с собой. — менеджер указала на семерых мужчин. Человек, которого заметил Сюй Цзыюэ, был среди них.

— Я отвечаю за фотосъемку. — фотограф указал на сумку с фотоаппаратом рядом с собой. Это должно быть его реквизит. По сравнению с тележкой Сюй Цзыюэ, этот реквизит был другого уровня!

— Я визажист, отвечающий за макияж для артистов*. — женщина-визажист указала на мужчину и женщину рядом с ней: — Это помощники по макияжу... Э-э-э, здесь, чтобы помочь мне.

П/п: вообще, предположительно, это модели; но так как они все мужчины, может возникнуть путаница и неудобства из-за женского рода слова «модель», поэтому они все будут артистами.

— Я водитель, который их привез.

Остальные четверо были сотрудниками, привлеченными, чтобы помочь фотографу и помочь с логистикой.

Из двадцати одного человека здесь они соответственно: дворецкий, шеф-повар, уборщик, курьер, фотограф, семь артистов, четыре генеральных персонала, визажист, два помощника по макияжу, водитель и менеджер.

Сюй Цзыюэ не терпелось поскорее уйти, но он также немного колебался. Может ли этот «прекрасный, как цветок» и «слабый, как ветка ивы» человек снова оказаться боссом?

И если он не НПС, то он попал не в ту цель.

Дворецкий сказал:

— Теперь я сначала раздам ключи от номера. Вы можете пойти и найти свои собственные комнаты. Мальчик-курьер, ты пойдешь со мной в подвал, чтобы отнести продукты.

Сюй Цзыюэ был ошеломлен. А? Он собирается покинуть группу?

Но ничего не должно случиться, иначе первым, кого они заподозрят, будет дворецкий. Но был также шанс, что кто-то тайно проследит за ними после того, как зайдет в их спальню, а затем... устранит дворецкого.

Тогда не станет ли он мишенью для голосования? Как он мог тогда играть в эту игру?

Сюй Цзыюэ почувствовал панику. Наконец он понял, что не может полностью отделиться от группы, если не хочет вызвать у них подозрения. Если его заподозрят, его можно будет устранить!

Нет, нет. Он должен спросить систему об этой неопределенности относительно того, может ли он быть исключен из голосования. Если за него проголосовали, чтобы его исключили, будет ли он всё ещё в порядке?

Нет, подожди, это было бы ещё опаснее!

Что подумают другие!

Например: Этот человек был устранен, но он всё ещё жив. Если бы это было так...

Сюй Цзыюэ был близок к тому, чтобы потерять свою душу. Он чувствовал, что не из тех, кто так много использует свой мозг.

Но сейчас здесь было слишком много людей. Сюй Цзыюэ не мог спросить систему...

Выражение лица Сюй Цзыюэ менялось снова и снова. В то время как Сюй Цзыюэ думал о самых разных вещах, умы других людей также вращались, так что никто не двинулся, чтобы уйти.

— Почему бы нам всем не пойти посмотреть подвал? — предложила менеджер. Это предложение было чем-то, о чем она думала лично, а не как часть её личности. Она хотела найти способ приспособить свою идентификацию к своей личности.

— Ох, да, да, да. Идти вместе — неплохая идея. — дворецкий на мгновение задумался и быстро кивнул. Затем, чтобы не выставлять существование игры напоказ перед настоящими НПС, он неопределенно сказал:

— Это комната побега... Мы, по крайней мере, не станем второстепенными персонажами, как в фильмах, если мы разделимся, ха-ха.

Но никто не обратил внимания на неловкий смех дворецкого.

Тележка Сюй Цзыюэ была очень большой и занимала много места. Подвал находился за дверью с левой стороны холла, и дверь была закрыта тяжелыми черными шторами, не пропускавшими свет.

К счастью, по обе стороны казавшейся бесконечной лестницы горели свечи, освещавшие их путь.

— Будет трудно спуститься вот так? — женщина с личностью визажиста вышла вперед и наклонилась, чтобы помочь ему поднять тележку.

— Не нужно, не нужно. — Сюй Цзыюэ быстро замахал руками, а затем изменил положение так, что встал за тележкой и вместо этого толкал её вперед.

Человек с личностью водителя посмотрел на Сюй Цзыюэ, встал позади него и помог ему поддержать:

— Ты, кажется, не очень силен. Я помогу тебе сзади.

Сюй Цзыюэ не привык, чтобы кто-то стоял у него за спиной, но водитель сказал это из благих намерений... Более того, он также боялся, что тележка соскользнет вниз, увлекая его за собой.

В конце концов, Сюй Цзыюэ мог только поблагодарить его и молча принять его помощь.

Поскольку задача доставки принадлежала Сюй Цзыюэ, и никто не знал, что ждет их в конце лестницы, никто не хотел стоять перед Сюй Цзыюэ.

С этим Сюй Цзыюэ стал лидером группы.

Сюй Цзыюэ всегда обращал внимание на звуки позади него.

Время от времени сзади доносилось тихое покашливание. Хотя он был намеренно подавлен, звук не мог быть полностью скрыт.

— Скажи, брат, что с тобой не так? Почему ты так кашляешь? — с некоторым разочарованием спросил водитель, который помогал Сюй Цзыюэ с тележкой сзади.

— Разве это не просто кашель? Было бы странно сдерживаться, когда вы хотите кашлять. — менеджер сделала свою работу по «защите» своего артиста и быстро ответила.

— Извините, что всех побеспокоил.

Глаза Сюй Цзыюэ закатились, когда он почувствовал желание оглянуться назад. К сожалению, его нынешнее состояние толкания тележки не позволяло ему этого сделать.

Этот голос было очень приятно слышать, но он также звучал немного лишенным энергии и слабым.

Водитель больше ничего не сказал.

Пройдя некоторое время, Сюй Цзыюэ добрался до конца лестницы.

Дворецкий появился из-за спины Сюй Цзыюэ и вытащил связку ключей. При свете свечей на нем можно было разглядеть надпись «погреб».

Используя ключ, чтобы открыть дверь в подвал, а затем с большим усилием толкнуть её... Вырвался порыв холодного воздуха.

Сюй Цзыюэ и большинство людей там вздрогнули.

Холодный воздух в подвале был виден невооруженным глазом. Когда белый туман ударил их снизу, холод пробежал по их лодыжкам.

Дворецкий сказал:

— Это подвал. Конечно, его также можно назвать ледяным погребом. Это похоже на прохладную комнату.

— Подвал и прохладная комната... Это две совершенно разные вещи. — кто-то тихо пробормотал.

Дворецкий смущенно улыбнулся и ничего не ответил.

Сюй Цзыюэ занялся разгрузкой своей тележки и принес продукты один за другим в прохладную комнату. Помимо вещей, которые принес Сюй Цзыюэ, внутри было мяса, но его было немного. Было видно, что оно скоро закончится.

После перемещения всех товаров Сюй Цзыюэ покинул прохладную комнату вместе с остальными. Что касается его тележки... Сюй Цзыюэ был слишком ленив, чтобы снова поднять её обратно.

Когда они, наконец, вернулись, Сюй Цзыюэ не мог не топать ногами, как будто он мог согреться, делая это.

Когда дверь в прохладную комнату не была открыта, они ничего не чувствовали, но в тот момент, когда она открылась, им показалось, что они внезапно оказались в середине зимы.

— Где комнаты? — человек с личностью фотографа нес большую сумку с оборудованием и не просил никого из других о помощи, но было видно, что он не привык нести так много, поэтому он особенно устал.

— Наверху. — затем дворецкий повел их наверх по левой лестнице, — Эти лестницы слева и справа на самом деле соединены, потому что они образуют квадрат. Если вы подниметесь, используя левую, вам придется повернуть направо в конце; если вы используете правую, вам придется повернуть налево в конце, чтобы можно было использовать и ту, и другую.

— Потому что количество комнат здесь ограничено, а во всем замке всего двадцать комнат... — дворецкий посмотрел на Сюй Цзыюэ, — Для тебя нет места, поэтому тебе нужно будет найти кого-то, кто готов разделить с тобой комнату. Если быть более точным, тебе нужно будет найти кого-то, кто готов отдать тебе половину своей комнаты.

Сюй Цзыюэ: «...» Оказывается, я действительно тот, кто не входил в их планы.

Глаза Сюй Цзыюэ оглядывали их одного за другим. Все женщины улыбнулись в ответ Сюй Цзыюэ, но Сюй Цзыюэ, естественно, не мог попросить остаться с ними. Что касается мужчин... Взгляд Сюй Цзыюэ сразу же остановился на, казалось бы, «болезненном» человеке, на которого он смотрел с тех пор.

Менеджер встала перед этим человеком и сказала, не сдерживаясь:

— Что ты хочешь сделать с моим артистом? Не думай о том, чтобы сблизиться с ним, ты не сможешь этого сделать в этой жизни.

— Нет, я не собирался. Я просто подумал...

— Подумал? Ты даже осмеливаешься думать об этом? Даже не думай об этом.

Сюй Цзыюэ был немного подавлен:

— ...Действительно ли необходимо защищать его, как ребенка?

Менеджер достала свой лист заданий и взглянула на него, прежде чем твердо кивнуть:

— Да!

Все могли сказать, что Сюй Цзыюэ хотел остаться в одной комнате с этим человеком! Это правда, что этот человек выглядел хорошо... Но для другого человека быть таким смелым... Это заставило их не думать об этом больше.

Дворецкий посмотрел на мужчину, а затем на Сюй Цзыюэ. Затем он тихо придвинулся ближе к Сюй Цзыюэ и тихо спросил:

— Ты... гей?

Сюй Цзыюэ посмотрел на дворецкого:

— ...Нет, дело не в этом. Но я думаю, что это... Это имеет какое-то отношение к тебе? — Сюй Цзыюэ безмолвно посмотрел на дворецкого.

Дворецкий кивнул:

— Если это так, то я не посмею впустить тебя в свою комнату.

Сюй Цзыюэ закатил глаза:

— Забудь об этом, ты не в моем вкусе.

Дворецкий посмотрел на Сюй Цзыюэ обиженно, но в его взгляде не могло не быть и некоторого любопытства. Время от времени он бросал взгляд на Сюй Цзыюэ.

— Почему бы тебе не остаться со мной? — заговорил мужчина в рубашке с блестками и обтягивающих кожаных брюках.

Сюй Цзыюэ вспомнил, что он был... помощником визажиста.

После того, как он закончил говорить это, он поднял руку с уродливым выражением лица, сжал её в пальце орхидеи, а затем заговорил сухо, как будто читал что-то:

— Давай, мальчик~ — когда он закончил, он даже добавил небольшой поворот талии.

Все присутствующие не могли смотреть на него.

Сюй Цзыюэ был ошеломлен. Затем ассистент по макияжу быстро провел черту на своем листе задач...

Что за чудесное задание было дано этому человеку...? Было ли это просто шуткой?

Когда Сюй Цзыюэ подумал об этом, он взглянул на мужчину, о котором не мог перестать думать, прежде чем подойти к ассистенту по макияжу. Он искренне поблагодарил:

— Спасибо. Без тебя мне пришлось бы сегодня спать в коридоре.

Ассистент по макияжу вздохнул и показал Сюй Цзыюэ свой лист заданий.

Он увидел в нем, чтобы тот хорошо относился к другим гомосексуалам и помогал им, когда они находятся в трудном положении.

Сюй Цзыюэ даже видел строчку: «Зажмите пальцы в форме орхидеи и крутите талию по крайней мере пять раз в день.»

Сюй Цзыюэ посмотрел на ассистента по макияжу, который щеголял с ровной мужской стрижкой: «...» Он мог только похлопать ассистента по плечу и так же глубоко вздохнуть.

У каждого был свой реквизит. Тележка Сюй Цзыюэ была оставлена внизу, за пределами прохладной комнаты, в то время как реквизит, который должен был нести помощник по макияжу, был коробкой для макияжа размером примерно в половину человеческого роста. Короче говоря, это выглядело очень профессионально.

Двадцать один человек вернулись в свои комнаты для осмотра и договорились встретиться снова через полчаса.

Сюй Цзыюэ последовал за ассистентом визажиста в комнату.

Комната была очень большой и была великолепно оформлена в европейском стиле. В каждой комнате был полный комплект с диваном, кроватью, камином и так далее.

— По половине кровати каждому. Не думай о том, чтобы валять дурака. — ассистент по макияжу оценил фигуру Сюй Цзыюэ, а затем рассмеялся: — С твоим крошечным телом ты, вероятно, не сможешь, даже если захочешь пошалить.

Сюй Цзыюэ равнодушно выдохнул:

— О.

— Я говорю, неужели мягкие и милые девушки не годятся? Что такого хорошего в грубых и крепких мужчинах? Хм? Ты ещё так молод, твои родители знают, что ты такой?

Сюй Цзыюэ подозрительно посмотрел на помощника по макияжу, а затем указал на одежду на его теле и ответил:

— Тогда твои родители знают, что ты так одет?

— Разве это не из-за игры? Это было оговорено в игре.

Сюй Цзыюэ пожал плечами:

— Я тоже играю в эту игру.

Если бы не игра, он бы не осмелился быть таким откровенным. По крайней мере... он немного сдержится.

Однако ассистент неправильно понял слова Сюй Цзыюэ и был удивлен:

— В твоей задаче указано быть геем?

Сюй Цзыюэ: «...» Моя задача — встречаться с геем.

Сюй Цзыюэ слабо кивнул:

— Что-то в этом роде.

— Тогда ты слишком несчастен... — ассистент визажиста похлопал себя по груди, чтобы успокоиться: — Я вдруг почувствовал, что моё положение не так уж плохо.

Сюй Цзыюэ улыбнулся:

— Но я никогда не был против гомосексуализма. Пока кто-то хорошо выглядят, я не возражаю, даже если он того же пола.

Ассистент визажиста замер.

Сюй Цзыюэ полностью прервал разговор.

*  *  *  *  *

Через полчаса все собрались. Все двадцать один человек присутствовали, ни один не пропал без вести.

Человек с личностью шеф-повара поднял руку:

— Я должен начать готовить обед для всех.

— Ах... Тогда разве тебе не нужно пойти в прохладную комнату и на кухню? — спросил дворецкий.

Шеф-повар кивнул. Он, казалось, о чем-то подумал и беспомощно улыбнулся:

— У меня есть ключ от прохладной комнаты, но я не знаю, где кухня.

Затем дворецкий спросил:

— Мы сядем на диваны в холле, пока ты пойдешь и принесешь ингредиенты из прохладной комнаты. После этого я отведу тебя на кухню, хорошо?

— Это идея. Это не проблема, если вы все вместе.

После этого шеф-повар ушел и спустился в прохладную комнату один, в то время как остальные расположились на диванах.

Сюй Цзыюэ, конечно, попытался занять место рядом со своим любимым человеком, но он сидел на краю дивана, так что Сюй Цзыюэ мог сидеть только на подлокотнике дивана.

— Меня зовут Сюй Цзыюэ. Как тебя зовут, красавец?

Мужчина поджал тонкие бледные губы и слегка нахмурился:

— Извини, меня не интересуют несовершеннолетние.

Автору есть что сказать:

Сюй Цзыюэ: Не-не-несовершеннолетний...??? Я несовершеннолетний???

Мужчина поджал тонкие бледные губы и слегка нахмурился:

— Извини, меня не интересуют несовершеннолетние.

...

Сюй Цзыюэ был ошеломлен на несколько секунд. Он посмотрел на этого человека и моргнул... и снова моргнул. Он, казалось, не понимал слов, которые только что услышал.

Но в следующий момент Сюй Цзыюэ мягко спрыгнул с подлокотника дивана и указал на свой нос:

— Я... я несовершеннолетний?

Ассистент по макияжу, который был поблизости, и человек с личностью менеджера заметили здесь суматоху. Дело было не только в них. После предыдущего инцидента остальные более или менее заметили Сюй Цзыюэ и подошли посмотреть шоу.

Любому было бы любопытно.

Поэтому, когда Сюй Цзыюэ сказал это, остальные странно посмотрели на Сюй Цзыюэ. Ассистент по макияжу спросил в ответ:

— Ты взрослый?

Сюй Цзыюэ утвердительно кивнул:

— Я уже взрослый!

Визажистка, которая выглядела довольно мило, осторожно спросила:

— Тогда сколько тебе лет?

Сюй Цзыюэ ответил:

— Мне 18 лет. Разве 18 лет — не взрослый человек?

Мужчина, который понравился Сюй Цзыюэ, посмотрел на него немного более серьезно:

— ...только достиг совершеннолетия?

— Эй, возможно, он намеренно лжет, и на самом деле ему всего 16 или 17 лет. — другие артисты поблизости вмешались.

— Нет. — возразил Сюй Цзыюэ, — Пока я не умер... Я имею в виду, что я действительно стал взрослым. Прошло уже несколько месяцев.

Случайно проговорившись, Сюй Цзыюэ быстро попытался спасти себя.

— Слишком встревожился и произнес неправильно.

Остальные просто улыбались, думая о другом. Их интерес к поддразниванию Сюй Цзыюэ также несколько уменьшился.

Настоящие игроки поняли бы слова Сюй Цзыюэ. Он сказал, что уже достиг совершеннолетия, прежде чем войти в игровой мир, а для НПС... Они, вероятно, думали, что Сюй Цзыюэ действительно прикусил язык и сказал что-то не то.

Сюй Цзыюэ похлопал себя по грешному рту, а затем посмотрел на мужчину и прошептал:

— Видишь? ...Я не несовершеннолетний. — Сюй Цзыюэ присел на корточки и растянулся на подлокотнике дивана, жалостливо глядя на мужчину, —Я больше ни о чем не прошу. Ты можешь просто сказать мне своё имя, а?

Мужчина некоторое время смотрел на Сюй Цзыюэ, прежде чем вздохнуть и беспомощно сказать:

— Гу Цзе.

Сюй Цзыюэ покачал головой:

— Гу как «свергнуть людей города, а затем свергнуть людей страны», а Цзе как «великолепного сада и множества ароматных трав»?

Гу Цзе на мгновение замер, а затем кивнул в подтверждение.

— Я не ожидал, что ты будешь настолько осведомлен? — вмешался ассистент по макияжу.

— Вы должны увидеть результаты моих экзаменов в колледже. — однако Сюй Цзыюэ вздохнул. Прошло всего несколько месяцев, и, на самом деле, он мог вспомнить только это.

Теперь, зная его имя, Сюй Цзыюэ стал более послушным.

Менеджер в этот момент обсуждала с дворецким место и время съемки. Она, казалось, очень беспокоилась об этом и в конце концов решил начать съемку после обеда.

Сюй Цзыюэ было очень любопытно, потому что он никогда не видел это раньше, поэтому он спросил менеджера, может ли он посмотреть. Менеджер взглянула на свой лист задач в руке и кивнула:

— Не говорится, что я не могу позволить другим смотреть, так что всё должно быть в порядке.

И вот, Сюй Цзыюэ счастливо ждал, когда наступит полдень.

Шеф-повар без каких-либо инцидентов достал ингредиенты, а затем дворецкий провел его на кухню. Остальные тоже с любопытством последовали за ними, чтобы посмотреть.

По обе стороны коридора были две двери, укрытые черными занавесками. Одна слева вела в прохладную комнату, в то время как другая была плоской, ведущей в столовую, кухню, небольшой горячий источник и кладовую.

Кухня была большой и очень хорошо укомплектованной, но больше всего их интересовала кладовая. Дворецкий открыл дверь в кладовую, чтобы все могли видеть.

Складское помещение выглядело так, словно им очень долго не пользовались, и всё внутри было покрыто слоем пыли. Там были коробки с книгами, брошенное пианино, ржавая мотыга рядом с дверью... В этой комнате были собраны всевозможные предметы.

— Не кажется полезным. — фотограф махнул рукой, чтобы смахнуть пыль.

— Сейчас это может показаться бесполезным, но никогда не знаешь, что будет в будущем.

Сюй Цзыюэ огляделся и вернулся к двери.

Что касается горячего источника... Для двадцати человек это не было проблемой, но здесь не было перегородок, поэтому, если его использовали мужчины, то женщины не могли в это же время пользоваться им.

Закончив осмотр, они вернулись в столовую, чтобы дождаться обеда.

Когда шеф-повар наконец вышел с тележкой, еда, которую они увидели, казалась вполне нормальной.

И когда они взяли свои палочки для еды... Верно. Хотя они находятся в замке, повар и люди, что были там — азиаты, поэтому они, естественно, ели китайскую еду.

Но эта китайская еда... Её слишком трудно есть!

Либо у него не было вкуса, либо она была странной на вкус из-за добавления всевозможных приправ. Только двое или трое из блюд были нормальными.

Все обратили своё внимание на повара.

Человек с личностью шеф-повара неловко улыбнулся:

— Моя личность — шеф-повар, но самое большее, что я готовил — это лапша быстрого приготовления.

И его задача состояла в том, чтобы он отвечал за всё их питание.

Тогда это означало бы, что они будут есть это в течение целых десяти дней!

Даже если вкус был плохим, всем всё равно удалось проглотить еду.

Лучше есть, чем голодать.

После обеда все приготовились к съемкам. Сюй Цзыюэ последовал за менеджером, оценивая ситуацию. Потому что лицо Сюй Цзыюэ было нежным и он не выглядел опасным... Поскольку казалось, что он не причинит вреда остальным, они опустили свою защиту по отношению к нему. Таким образом, Сюй Цзыюэ удалось успешно взглянуть на лист задач менеджера.

Излишне говорить, что этот лист заданий был также длиннее, чем у Сюй Цзыюэ.

Грубо говоря, это было для того, чтобы организовать работу артистов, защитить их и позаботиться об их повседневных потребностях. В целом это выглядело как роль няни; няни высокого уровня, которая может помочь во всех вопросах.

Для съемок требовалось несколько разных мест, так что это не могло быть сделано всего за один день. Сегодня днем съемки должны были проходить в холле.

Сюй Цзыюэ посмотрел на визажиста, а затем на фотографа и продолжил спрашивать их, обладают ли они навыками, предусмотренными их личностью.

Сестра-визажистка выглядела нежной как внешне, так и в речи. Когда Сюй Цзыюэ спросил, она уже открыла коробку с косметикой и просматривала её. Она подумала об этом и ответила:

— Моя работа немного связана с этим, поэтому я довольно хорошо делаю макияж.

Сюй Цзыюэ вздохнул с облегчением. Если она не сможет этого сделать, то имидж Гу Цзе будет разрушен.

Фотограф также сказал, что в прошлом он работал в фотостудии, но это было только для того, чтобы фотографировать удостоверения личности и тому подобное. Однако, поскольку он кое-чему научился из этого, фотографирование не должно быть проблемой.

Сюй Цзыюэ продолжал бродить и осматриваться.

Задача уборщицы состояла в том, чтобы очистить весь замок. Поев, она пошла на кухню за оборудованием, а затем начала работать на лестнице.

Но, просто взглянув на её действия, можно было сказать, что это была только чистка на поверхности. Даже тряпка не была мокрой.

Сюй Цзыюэ сидел, скрестив ноги, на ковре рядом с Гу Цзе и смотрел, как он отдыхает, сидя на единственном диване. Через некоторое время, по-видимому, заметив пристальный взгляд Сюй Цзыюэ, он открыл глаза и снова уставился на него.

Сюй Цзыюэ поддерживал взгляд в течение одной секунды, двух секунд, трех секунд... И не мог не прервать зрительный контакт на пятой секунде и отвернуться с красными ушами.

Гу Цзе слегка кашлянул несколько раз, прежде чем выпрямиться, наклонившись вперед так, что его голова оказалась перед Сюй Цзыюэ, и протянул руку с выражением беспомощности.

Сюй Цзыюэ зажмурился, думая, что Гу Цзе хочет стукнуть его по голове.

В конце концов, уставиться на кого-то действительно было...

Большая рука провела по его волосам, нежно поглаживая макушку. Его мягкие и гладкие волосы стали немного растрепанными, прежде чем виновник убрал руку назад.

Сюй Цзыюэ услышал звук удаляющегося дыхания, а затем звук удаляющихся шагов... Когда он тайком открыл правый глаз, то увидел, что Гу Цзе подошел поговорить с менеджером.

Видя, что Гу Цзе не собирается оглядываться на него, Сюй Цзыюэ тоже открыл левый глаз. Наблюдая за спиной Гу Цзе, он поднял руку и поправил волосы.

Потер голову... Сюй Цзыюэ ущипнул себя за мочку уха. Она была горячее, чем его пальцы.

* * * * *

Работа сестры-визажиста была очень подробной, и она не была слишком медленной. С семью людьми, каждый раз, когда один из них заканчивал, они шли вперед, чтобы сделать съемку. Что касается готового продукта, то не многие из них обращали на него много внимания.

В любом случае, им просто нужно было выполнить свою задачу.

Там было два помощника по макияжу: один мужчина, который делит одну комнату с Сюй Цзыюэ, и другая женщина, которая мало разговаривает. Даже после того, как мужчина-ассистент по макияжу болтал рядом с ней, она, вероятно, произнесла только одну строчку за всё время.

Так как Гу Цзе получал свой макияж, с тем инцидентом ранее, Сюй Цзыюэ был слишком смущен, чтобы подойти к нему, поэтому он остался вместе с двумя помощниками по макияжу, болтая и восхищаясь лицом Гу Цзе.

В первый день ничего особенного не произошло. Все очень плотно прикрылись, чтобы не раскрывать свою личность, но что касается Сюй Цзыюэ... Другие уже считали его кем-то, кто, скорее всего, обычный игрок.

Но это, по крайней мере, гарантировало, что за Сюй Цзыюэ не будет проголосовано на следующий день.

Ужин, как обычно, был не очень хорошим, и блюда, которые ощущались немного вкуснее, были очень быстро расхватаны. Если бы ингредиенты не были ограничены, другие определенно заставили бы шеф-повара переделать ужин.

После ужина ассистент визажиста и другие сотрудники занялись упаковкой своего оборудования в холле. Сюй Цзыюэ подумал об этом и решил последовать за Гу Цзе наверх.

Затем они добрались до входа в комнату Гу Цзе...

Гу Цзе, держа одну руку на ручке, оглянулся на Сюй Цзыюэ. Глаза Сюй Цзыюэ задрожали, прежде чем избежать его взгляда и продолжить идти мимо комнаты Гу Цзе.

— Подожди минутку.

Сюй Цзыюэ тут же обернулся.

Гу Цзе подошел и протянул руку. Сюй Цзыюэ протянул свою в ответ с растерянным видом и раскрыл ладонь.

Одна конфета, завернутая в яркую прозрачную оберточную бумагу, упала ему в руку.

Когда Сюй Цзыюэ снова поднял глаза, Гу Цзе уже развернулся и вернулся в свою комнату, закрыв за собой дверь.

Сюй Цзыюэ: ...Даешь мне конфеты? Что он пытается сделать?

Когда ассистент по макияжу закончил упаковывать вещи и вошел в комнату, открыв дверь своим ключом, первое, что он увидел, был Сюй Цзыюэ, сидящий в конце кровати и играющий с конфетой в руке.

— Конфета «тысяча бумажных журавлей»? Откуда ты это взял? — ассистент по макияжу сел рядом с Сюй Цзыюэ.

— Это от кое-кого. — ответил Сюй Цзыюэ.

Ассистент по макияжу быстро выхватил конфету из рук Сюй Цзыюэ и сделал вид, что ест её, но тут же был атакован Сюй Цзыюэ, который выхватил её обратно.

— Что ты делаешь! — Сюй Цзыюэ с несчастным видом посмотрел на ассистента по макияжу.

Ассистент по макияжу поднял бровь и оценил Сюй Цзыюэ:

— Не говори мне... Это от того артиста?

Сюй Цзыюэ не собирался скрывать это, поэтому он кивнул и съел конфету, оставив красочную обертку.

— Ха-ха-ха-ха... — ассистент по гриму держался за живот, смеясь.

Сюй Цзыюэ холодно посмотрел на него:

— Что тут смешного?

— Конечно, это смешно. — ассистент по макияжу указал на обертку в руке Сюй Цзыюэ, — Он дал тебе конфету... Пффф. Разве это не значит, что он всё ещё видит в тебе ребенка?

— ...Он также может просто подумать, что я милый. — упрямо настаивал Сюй Цзыюэ.

— Ты действительно думаешь... — ассистент по макияжу сел, положил руку на плечо Сюй Цзыюэ и многозначительно сказал, — Мужчина будет чувствовать что-то по отношению к... маленькому мальчику, которого он находит милым?

Ассистент по макияжу сказал это с серьезным выражением лица, прежде чем снова разразиться смехом.

— Прекрати это. Влюбиться в милого маленького мальчика? Я имею в виду чувство желания... Если бы это было так, то разве это не называлось бы педофилией? Это уже извращение. — ассистент по макияжу кивнул на его собственные слова, а затем с жалостью посмотрел на Сюй Цзыюэ, — Дитя, ты уверен, что тебя снова не отвергли?

Услышав, как ассистент анализируют ситуацию, Сюй Цзыюэ почувствовал что... Это действительно казалось так.

НО!

Слова ассистента визажиста были слишком ненавистными!

Сюй Цзыюэ безжалостно хлопнул ладонью по лицу мужчины, а затем с гневом отвернул голову в сторону:

— Я думаю, что если ты хочешь поддерживать хорошие отношения с людьми, ты должен иногда воздерживаться от высказывания своего мнения!

Ассистент визажиста поднял руки, сдаваясь:

— Хорошо, хорошо, хорошо. Я больше не буду этого говорить. Давай спать. Спать.

Сюй Цзыюэ убрал руку, а затем с отвращением вытер её об одежду ассистента по макияжу, прежде чем войти в ванную.

— Я мыться!

— Да, да, да. Давай, давай.

Когда ассистент визажиста наблюдал, как Сюй Цзыюэ входит в ванную, его яркая улыбка медленно исчезла с его лица. Его сосед по комнате выглядел как ребенок, которого баловали всю жизнь и который никогда не испытывал никаких страданий.

Но здесь никто не мог быть настолько невинным.

*  *  *  *  *

Сюй Цзыюэ и ассистент визажиста спали на кровати с четкой разделенной границей.

После того, как Сюй Цзыюэ тайно запросил систему, чтобы обеспечить его безопасность, он больше не обращал слишком много внимания на НПС. В каждом мире Сюй Цзыюэ всегда проверял и обеспечивал свою безопасность с помощью системы. В конце концов, на карту была поставлена его жизнь.

И этот его сосед по комнате казался довольно хорошим человеком... Но позже он подумал об этом. Люди здесь были либо НПС, которые уничтожат вас, либо игроками, которые пережили ужасные миры и всевозможные ужасные вещи.

Неужели он действительно может быть таким милым?

Сюй Цзыюэ почувствовал что... это казалось невозможным.

Но он всё равно должен сотрудничать со своим образом.

Он больше не был тем, кто бросится в игру побега, ничего не зная, как он это сделал в самом начале.

Более того, Сюй Цзыюэ не подвергался никакой опасности, так что он был действительно бесстрашен.

На следующее утро кое-что произошло.

Сюй Цзыюэ и ассистент визажиста были разбужены волной ударов в их дверь. Они поспешно встали, и ассистенту визажиста удалось первым открыть дверь, чтобы понять ситуацию, прежде чем вернуться, чтобы убедить Сюй Цзыюэ поторопиться.

Одежда Сюй Цзыюэ для его личности — это комбинезон, поэтому, кроме комбинезона, покрывающего его снаружи, на нем было только нижнее белье. Таким образом, он должен был надеть штаны, прежде чем выйти, и именно поэтому ассистент по макияжу сумел действовать немного быстрее, чем Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ надел ботинки, застегнул комбинезон и выбежал:

— Что случилось?

— Кто-то умер.

Сюй Цзыюэ на мгновение был ошеломлен, но не очень удивлен.

После нескольких миров он привык к этому.

Когда Сюй Цзыюэ надел ботинки, он и ассистент визажиста бросились в комнату, где произошел инцидент.

Фигурантом был один из семи артистов. Честно говоря, потому что их было слишком много с личностью артиста, потому что их внешность была раздавлена в пыль по сравнению с лицом Гу Цзе, и потому что они не взяли на себя инициативу говорить, у них вообще не было ощущения присутствия.

Сюй Цзыюэ только приблизительно пронумеровал их от 1 до 6.

Гу Цзе не был включен в эту нумерацию.

Но после того, как произошел этот инцидент, оставшиеся пять артистов, за исключением Гу Цзе, начали бороться за право говорить.

Это было сделано для того, чтобы снять с себя подозрения и избежать исключения путем голосования.

Вчера выступал Сюй Цзыюэ, дворецкий, менеджер и трио визажистов, и Сюй Цзыюэ провел большую часть своего времени с Гу Цзе, так что Гу Цзе почти не общался с другими шестью артистами.

Но эти шесть артистов, возможно, потому, что у них одна и та же личность, всё время разговаривали между собой.

В этот момент они один за другим начали раскрывать содержание своего вчерашнего разговора.

Сюй Цзыюэ вошел в комнату артиста, который был устранен.

На прикроватном столике лежало удостоверение личности этого человека.

С одной стороны был «артист», а с другой «игрок».

Его тело было скручено в клубок веревкой, а лицо полностью обернуто тканью. На том месте, где должно было быть его лицо, ему в рот засунули кусок тряпки.

Скорее всего он умер от удушья.

Ткань была снята, открывая кровавые глаза и испуганное выражение лица этого человека. Казалось, он пытался бороться в конце, но с тряпкой во рту он не мог получить необходимый кислород.

Персонал, который вынул ткань и тряпку изо рта артиста, сказал:

— Эта тряпка всё ещё немного влажная.

Тишина.

Дворецкий заговорил первым:

— Кто вчера покидал свою комнату?

— Кто знает? Один человек на комнату. Кто будет стараться изо всех сил, чтобы сообщить соседям, что они уходят? — сказала ассистентка по макияжу.

Затем дворецкий спросил:

— А как насчет тех, что в других комнатах? Не слышал никаких стуков?

Теми, кто остановился рядом с артистом, были менеджер и ещё один артист.

Оба сказали, что ничего не слышали.

— Никто из вас тайно не пытался открыть дверь ночью?

Шеф-повар покачал головой:

— После того, как я съел то, что приготовил вчера, мой желудок почувствовал дискомфорт, и я постоянно входил и выходил из ванной, пока не заснул.

Один из четырех генеральных персоналов, а также тот же самый, кто снял ткань с трупа (и теперь будет называться персонал А), осмотрел связанный труп, прежде чем задать вопрос:

— Эта тряпка... не использовалась ли ею вчера уборщица?

Уборщица, которая всё это время спокойно стояла рядом, тут же возразила:

— Как это может быть! Все тряпки одинаковы. Я не уверена, что это та самая, но все тряпки на кухне, и любой может их достать. Я только вчера вытерла поручни и положила её на место!

Шеф-повар кивнул:

— Я видел это. Позже я использовал эту тряпку, чтобы почистить плиту.

— Тогда эта веревка... Откуда она взялась? — персонал А снова усомнился.

Менеджер ответила:

— Она могла быть из кладовки.

— И ещё один вопрос. Если бы он был связан, разве он не позвал бы на помощь? Кроме того, будет ли он настолько глуп, чтобы открыть дверь посреди ночи для кого-то, с кем он встречался всего один день? — персонал А посмотрел на всех, — Кроме тех, что дал нам дворецкий, у кого ещё есть ключи?

Тишина.

— Если вы сейчас не заговорите, а позже мы узнаем, что у кого-то есть ключ от комнаты другого человека, тогда все проголосуют против этого человека!

Как только он закончил, уборщица подняла руку.

— ...У меня.

— Но у меня есть ключи только потому, что мне нужно убрать все комнаты. Когда я только вошла, эти ключи были моим реквизитом.

Дворецкий недоверчиво посмотрел на уборщицу:

— Тогда почему ты не сказала этого с самого начала?

— Но никто из вас не старался говорить о своем реквизите. — уборщица возразила, — Более того, это не означало, что я не попаду под подозрение, если упомяну об этом.

— Но теперь ты самая подозрительная.

Уборщица разочарованно сказала:

— Ты думаешь, я этого не понимаю?! Зачем мне привлекать к себе больше внимания?!

Когда они начали противостоять уборщице, Сюй Цзыюэ не мог не посмотреть на Гу Цзе.

Неожиданно Гу Цзе, который изначально смотрел на уборщицу, казалось, заметил пристальный взгляд Сюй Цзыюэ. Он оглянулся и послал Сюй Цзыюэ улыбку.

Сюй Цзыюэ ошеломленно опустил голову.

Затем он потер лицо и вновь поднял голову.

Но когда он снова поднял глаза, Гу Цзе уже не смотрел на него.

— Это действительно была не я! Неужели вы все не можете найти другие точки подозрения?! — уборщица нетерпеливо топнула ногой и подошла к телу. Стоя немного в стороне от остальных людей в комнате, она указала на труп:

— Я его совсем не знаю! Кроме того, он мужчина. Как у меня могла быть возможность связать его так, чтобы он не издал ни единого звука?

Это действительно было правдой, но сейчас никто не был более подозрительным, чем уборщица.

В этот момент в комнате побега прозвучало вещание.

Это был голос женщины, которая впустила их.

Она сказала:

— Игроки в комнате побега, пожалуйста, вернитесь в свои комнаты и проголосуйте по своим мобильным телефонам. Процесс голосования является конфиденциальным, и результаты будут объявлены только после того, как все отдадут свои голоса.

— Поскольку есть случай, когда два человека находятся в одной комнате, дополнительный игрок должен будет остаться в комнате выбывшего игрока, чтобы проголосовать.

— Я желаю вам всем счастливой игры.

Автору есть что сказать:

Юэюэ: Пытаюсь найти точки подозрения, кто же босс...

Босс: *улыбается*

Юэюэ: Кто я, что я делаю???

Сюй Цзыюэ остался в комнате артиста, который был устранен.

Изначально комната была достаточно свободной, чтобы вместить всех двадцать человек, а также того, кто лежал на полу, и поскольку там было много людей, это не заставляло их чувствовать страх.

Естественно ощущалась разница, когда с трупом оставался один человек, а когда группа людей.

Как только будет больше людей, будет больше разговоров, и атмосфера будет другой. Менее смелые просто чувствовали бы себя немного неуютно внутри, но не до такой степени, чтобы бояться.

Но в одиночестве всё было по-другому...

Сюй Цзыюэ наблюдал, как другие игроки вернулись в свои комнаты, оставив только его одного в комнате с этим трупом.

Открытая дверь дала Сюй Цзыюэ некоторое утешение, но в тот момент, когда все встали перед телефонами в своих комнатах, все двери захлопнулись с «бах!» одновременно.

Сюй Цзыюэ только что повернулся, чтобы осмотреть комнату и посмотреть, есть ли какие-либо различия между ней и комнатой, в которой он спал, когда дверь захлопнулась, напугав его в процессе.

Сюй Цзыюэ закрыл глаза и молитвенно хлопнул в ладоши:

— Мой друг, я ничего не сделал. Это не имеет ко мне никакого отношения. Я действительно ничего не сделал, поэтому, пожалуйста, не ищи меня...

Поскольку в прошлом с ним был босс, он, возможно, случайно слил информацию, но на этот раз он действительно ничего не сделал!

Гу Цзе, который, вероятно, мог быть боссом, также выглядит очень чистым.

Сюй Цзыюэ медленно прошел мимо трупа, психологически подготовившись, а затем протянул руку, чтобы схватить телефонную трубку:

— Алло, вы меня слышите?

— Конечно.

Голос, доносившийся по телефону, был таким же, как и при вещании.

На мгновение Сюй Цзыюэ задался вопросом, как этот человек мог разговаривать с двадцатью людьми одновременно, но он быстро отбросил это на задворки своего сознания, когда не смог понять.

— Это... Я хочу спросить, могу ли я воздержаться? Или просто не голосовать?

Женский голос мягко спросил:

— Почему?

— Э-э... Я просто думаю, что лучше не голосовать, не имея достаточных доказательств.

Более того, это была не ролевая игра... Здесь смысл «устранения» был гораздо более жестоким.

— Но другие так не думают... Ты не боишься, что другие проголосуют за тебя? — женский голос, казалось, искушал Сюй Цзыюэ проголосовать.

Сюй Цзыюэ посмотрел на труп позади него, а затем оглянулся:

— Я всё равно не могу контролировать их мысли. Могу ли я воздержаться от голосования?

— Да.

Затем Сюй Цзыюэ попытался подтвердить:

— Тогда тот, кто не голосует... вы не расскажете остальным?

— За исключением количества голосов, остальное конфиденциально. Ты можешь быть уверен в этом.

Сюй Цзыюэ почувствовал облегчение. Он опасался, что после обнародования результатов будут сформированы отдельные лагеря. Те, кто голосовал за кого-то, те, кто не голосовал за кого-то, и те, кто вообще не голосовал, это может привести к расколу между ними.

Сюй Цзыюэ повесил трубку и неловко посидел в комнате. К счастью, дверь вскоре открылась.

Сюй Цзыюэ тут же выбежал. В тот момент, когда он вышел за дверь, вещание снова зазвучало.

— Голосование окончено. Игрок Тао Лэлэ с удостоверением уборщицы получила 18 голосов, игрок Сюй Цзыюэ с удостоверением курьера получил 1 голос и один игрок воздержался от голосования. Игрок Тао Лэлэ выбывает.

Сюй Цзыюэ: «???»

Сюй Цзыюэ недоверчиво посмотрел на докладчика, сообщавшего о результатах:

— Я? За меня проголосовали?

Он что-то сделал? Но он ничего не сделал.

Так вот почему она сказала это по телефону? Но... он не помнит, как стал чьим-то врагом.

Сюй Цзыюэ был в полном шоке.

Люди в других комнатах тоже вышли. Когда они увидели Сюй Цзыюэ, стоящего в коридоре, у всех было странное выражение лица, особенно у ассистента визажиста. Он подошел и недоверчиво посмотрел на Сюй Цзыюэ:

— Ты кого-то обидел? Кто-то действительно голосовал за тебя в подобной ситуации? Сколько в нем должно быть ненависти?

Сюй Цзыюэ просто посмотрел на него с выражением «я не знаю, я не существую, не спрашивай меня, я действительно расстроен».

Когда остальные собрались обсудить результаты голосования, в единственной комнате, дверь которой всё ещё была закрыта, внезапно раздался громкий звук.

Вот именно!

Была также уборщица, которая была устранена!

Группа больше не дразнила Сюй Цзыюэ и продолжила протискиваться в комнату уборщицы.

Тао Лэлэ, которая была игроком, игравшим роль уборщицы, была устранена. После этого громкого звука дверь открылась сама собой.

Недалеко от двери Тао Лэлэ была раздавлена упавшим шкафом.

Тяжелый шкаф первоначально был прибит к стене с резной дверью в европейском стиле, обращенной наружу, но этот шкаф внезапно упал, в одно мгновение придавив Тао Лэлэ.

Из-под шкафа сочилась красная жидкость. После того, как шкаф упал, стена, к которой он был первоначально прикреплен, также, казалось, отвалилась. Это не было похоже на несчастный случай. Это было так, как если бы весь гардероб изначально находился в опасном состоянии, и Тао Лэлэ просто случайно стояла перед шкафом, когда её уничтожили.

Но как могло быть так много совпадений... Всё было подстроено этой игрой.

Персонал А взял удостоверение личности, которое появилось на прикроватном столике.

На карточке было написано «уборщица» с одной стороны и «игрок» с другой.

— Давай сначала выйдем... Здесь больше нечего смотреть.

Существовала четкая разница между теми, кто был устранен голосованием, и теми, кто был устранен НПС.

Те, кто был устранен путем голосования, были организованы системой, в то время как для тех, кто был устранен НПС, они могли, по крайней мере, найти выход из этого. Поскольку каждый игрок имеет право голоса, это означало, что они, игроки, могут определить личность НПС по тому, как были исключены другие игроки (за исключением тех, кто был исключен из-за голосов).

Должно быть, что-то было упущено из виду.

После того, как группа расположилась в холле, дворецкий сказал:

— Только что один воздержался.

Поскольку они не знали причины, по которой кто-то голосовал за Сюй Цзыюэ, они решили пока отложить это в сторону.

Поскольку личность уборщицы была доказана как игрок, тот, кто не голосовал за неё, стоял в морально противоречивой позиции. В конце концов, судя по результатам... те 18, кто проголосовал, были в основном убийцами.

Это было основное различие между теми, кто голосовал, и теми, кто не голосовал.

Это было наравне с группой людей, которые сидели и планировали ограбление, но один из них не хотел действовать, только желая получить свою долю денег.

По крайней мере, так было в глазах других игроков.

Потому что каждый раз, когда они голосуют за кого-то, они сужают круг НПС, а также борются за выход для всех.

Так оно и было, если выразиться по-хорошему.

Но если они не проголосуют, они никогда не найдут НПС, а затем в конечном итоге будут устранены НПС один за другим.

С разными мнениями и разными мыслями в этом мире не было ни правильного, ни неправильного.

Сюй Цзыюэ знал это, но он не хотел откровенно говорить другим, что именно он воздержался.

Он притворился, что оглядывается по сторонам, как и остальные, пытаясь выяснить, кто выглядит виновным.

Но дело в том, что воздержался сам Сюй Цзыюэ.

— Я не думаю, что кто-нибудь в этом признается, так почему бы тебе не рассказать о своем голосовании? — персонал А остановил свой взгляд на Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ был ошеломлен. Затем он покачал головой с выражением замешательства на лице:

— Я не знаю.

—Тогда давай подумаем об этом по-другому. Если ты не знаешь, тогда другой человек пытается нам что-то сказать? — менеджер задумалась, — Во-первых, уборщица может быть той, кто голосовал за тебя. Она узнала что-то позже или догадалась, что все будут голосовать за неё, поэтому она сдалась и проголосовала за тебя? Я имею в виду, что для неё не имело бы смысла голосовать самой. Во-вторых, это может быть один из восемнадцати человек, который проголосовал за тебя, возможно, потому, что он что-то заметил, но он боится быть исключенным, если он заговорят, поэтому он анонимно предупреждает нас, чтобы мы были осторожны с тобой. Если это так, то уборщица должна быть тем, кто воздержался от голосования.

Когда Сюй Цзыюэ услышал это, он почувствовал, что это имеет смысл.

Потому что у игрока Тао Лэлэ не было причин голосовать за себя!

Тогда... Это значит, что она использовала свой голос, чтобы проголосовать за Сюй Цзыюэ?

Сюй Цзыюэ искренне чувствовал, что он ничего не сделал уборщице.

Встретившись с сомнительными взглядами других, в голове Сюй Цзыюэ царил беспорядок.

Именно Гу Цзе помог Сюй Цзыюэ прояснить ситуацию.

Гу Цзе тихо сказал:

— Голос Тао Лэлэ должен был быть отдан ей самой.

Персонал А посмотрел на Гу Цзе:

— Почему ты так говоришь?

— Я не повесил трубку сразу после голосования ранее и вместо этого спросил эту женщину кое о чем. — хотя голос Гу Цзе не был громким, все спокойно слушали, как он говорит. Его голос не был тревожным или торопливым, позволяя всем остальным успокоиться.

Гу Цзе сказал:

— Я спросил её, будет ли исключенный человек знать свой собственный результат.

Артист 3 нервно сглотнул:

— А потом?

Гу Цзе поднял глаза и оглядел группу, медленно продолжая:

— Она сказала, что исключенный человек будет проинформирован о количестве голосов, которые он и другие получат, и его голос может быть изменен после того, как будут известны результаты голосов других людей.

Сюй Цзыюэ нерешительно спросил:

— Ты имеешь в виду... Позволь мне привести пример. Если всего будет двадцать человек и если десять проголосуют за меня, а девять за тебя, я могу использовать свой голос, чтобы проголосовать за тебя, чтобы мы оба были в безопасности?

Гу Цзе мягко улыбнулся и покачал головой:

— Нет. В результате оба будут устранены.

Сердце Сюй Цзыюэ ускорилось. Он не знал, было ли это из-за улыбки Гу Цзе или из-за его слов.

— Тогда, если есть нечетное число... девятнадцать человек. Если девять проголосовали за меня и девять за тебя, то последний голос у меня есть... Я могу использовать его, чтобы решить, кто умрет, я имею в виду, устранен?

Гу Цзе кивнул:

— Совершенно верно.

Если это было так, то этот вопрос голосования был чем-то, что проверяло человечность человека.

— Таким образом, Тао Лэлэ также, вероятно, проголосовала за себя при таких ошеломляющих результатах. — сказал Гу Цзе.

Персонал А некоторое время смотрел на Сюй Цзыюэ, а затем обратил своё внимание на Гу Цзе:

— Сценарий с девятнадцатью людьми ранее был неправильным. Если у каждого есть только два варианта, то окончательный результат голосования должен составлять десять голосов и девять голосов. Даже если исключенный человек с десятью голосами знает об окончательном результате, то этот голос должен был быть засчитан другому человеку. Для того, чтобы кто-то решил, устранит ли он себя или другого человека, это может быть сделано только в ситуации, когда существует более двух вариантов, и первый и второй варианты равны. Таким образом, они могут отдать свой голос, чтобы гарантировать, что у них будет меньше голосов.

— Конечно, у нас не было такой ситуации, но у людей здесь три варианта: воздержаться от голосования, проголосовать за уборщицу и проголосовать за Сюй Цзыюэ.

— Я всё ещё предпочитаю верить, что уборщица проголосовала за Сюй Цзыюэ, но причина этого неизвестна.

Персонал А закончил говорить и развел руками. Он подождал, пока остальные выскажут свое мнение.

— Почему бы... нам не сказать друг другу заранее, за кого мы будем голосовать? — нерешительно предложил артист 5.

Остальные посмотрели на него, но не собирались признавать его предложение.

Такое соглашение было бессмысленным. В конце концов, устные гарантии ненадежны, а процесс голосования непрозрачен, поэтому они не могут быть нацелены на кого-либо.

— Это верно... Ключ у уборщицы. — дворецкий внезапно встал, — Я верну ключ.

Остальные тоже были удивлены. Что-то вроде ключа... Это было бы прекрасно, если бы он был во владении игрока, но если бы его забрал НПС... Тогда об этом было невыносимо даже думать.

Теперь количество НПС неизвестно, и два игрока уже ушли.

Сюй Цзыюэ мог только последовать за остальными в комнату уборщицы, чтобы найти ключ.

Хотя анализ результатов голосования временно прекратился, Сюй Цзыюэ знал, что у каждого должны быть свои собственные мысли внутри. Даже если они этого не говорили, это не означало, что у них нет никаких мыслей на этот счет. Возможно, они напрямую отдадут свои голоса человеку, которого они подозревают, во время следующего раунда голосования.

В этот момент Сюй Цзыюэ чувствовал себя чрезвычайно сложным.

Те, кто думал проще, даже подумали бы: «Если он подозрителен, то проголосуй за его устранение, и как только ты увидишь его удостоверение личности, ты сможешь чувствовать себя спокойно.»

Сюй Цзыюэ стоял за дверью, наблюдая, как другие заняты собой, прежде чем присесть на корточки у стены в оцепенении.

Что произойдет, если он действительно наберет наибольшее количество голосов?

Гу Цзе, который также не вошел, чтобы найти ключ, присел на корточки рядом с Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ обхватил колени, свернувшись калачиком. Он взглянул на Гу Цзе краем глаза, а затем положил подбородок на колени:

— Почему... ты не собираешься искать ключ?

Гу Цзе, возможно, и сидел на корточках, но его спина всё ещё была прямой. Он положил локоть на колено и посмотрел на Сюй Цзыюэ:

— Слишком устал. Не хочу искать.

Сюй Цзыюэ закатил глаза и тихо пробормотал:

— Возможно, на самом деле ты не устал и просто знаешь, что его нельзя найти.

Гу Цзе замер. Затем он слегка наклонился к уху Сюй Цзыюэ:

— Почему ты так думаешь?

Разве это не потому, что ты хорошо выглядишь...? Сюй Цзыюэ молча подумал об этом. Все самые красивые в последних трех мирах были боссами, так кто ещё мог быть боссом в этом мире?

Была также вероятность, что это не так, но Сюй Цзыюэ предпочитал верить, что Гу Цзе был боссом.

Сюй Цзыюэ повернул голову и хотел что-то сказать Гу Цзе, но как только он обернулся, то увидел, что лицо Гу Цзе было очень близко к его лицу.

Для Сюй Цзыюэ это был критический удар!

Сюй Цзыюэ быстро завалился на бок и рухнул на пол.

— Т-т-ты... Почему ты так близко ко мне?! — Сюй Цзыюэ покраснел, как застенчивая девушка, к которой только что приставали...

Дворецкий, который нигде не мог найти ключи в комнате, просто случайно увидел эту сцену, когда поднял глаза...

Дворецкий на мгновение задумался:

— Вы... разыгрываете романтическую пьесу?

Гу Цзе оглянулся и ничего не сказал.

Сюй Цзыюэ быстро встал, отряхнул попу и обернулся.

Дворецкий увидел, что они оба не собираются разговаривать, и просто надулся и вернулся в комнату, чтобы найти ключи.

Семнадцать человек искали почти полдня, но не смогли найти даже тени ключей.

— Тогда, может быть, они... под шкафом?

Кто-то спросил в ответ:

— ...Кто-нибудь из вас хочет поискать?

Тишина.

Края шкафа были полностью залиты кровью. Любой мог догадаться, как ужасно должно быть под этим шкафом.

Сюй Цзыюэ наблюдал за ними снаружи, а затем повернулся, чтобы поговорить с Гу Цзе.

— Почему ты вчера дал мне конфетку?

Гу Цзе спросил в ответ:

— Тебе они не нравятся?

— Дело не в этом... — Сюй Цзыюэ вспомнил этот вкус, — Она была довольно сладкой.

Гу Цзе сунул руку в карман и снова вынул её. Другая конфета «тысяча бумажных журавлей» лежала в его руке.

Сюй Цзыюэ нерешительно взял конфету.

— ...Так почему ты снова даешь мне конфеты? Сегодня не Хэллоуин, и я не просил об этом?

— Мн, я просто хотел отдать её тебе.

Сюй Цзыюэ опустил голову, и его сердце взволнованно забилось: «...» Это было слишком трогательно. Неужели это его воображение?!

А затем Гу Цзе поднял руку, чтобы погладить мягкие волосы Сюй Цзыюэ. Он сказал со вздохом:

— Действительно ещё ребенок.

Сюй Цзыюэ на секунду поднял глаза и мгновенно вышел из своего любовного настроения. Он тупо уставился на Гу Цзе: «...»

Мой друг! Что ты только что сказал?!

Чувствуя, что он оказался не в том месте и не в то время, ассистент визажиста медленно вернулся в комнату и сказал остальным:

— Не беспокойтесь о тех двоих снаружи. Давайте сначала поработаем над перемещением шкафа.

Сюй Цзыюэ с раздражением посмотрел на Гу Цзе, прежде чем сжать губы и надуть щеки. Он выглядел как человек, который беспокоится о своем муже, но только что узнал, что муж изменяет:

—Ты... ты всё ещё думаешь обо мне как о несовершеннолетнем!

Гу Цзе посмотрел на Сюй Цзыюэ с некоторой беспомощностью и смог произнести только после нескольких секунд колебания:

— Не плачь.

Сюй Цзыюэ вытер глаза, которые на самом деле вовсе не были влажными, и намеренно крикнул:

— Я не плачу!

Все в комнате были ошеломлены. После минутного молчания они продолжили работу над перемещением шкафа.

Сюй Цзыюэ с некоторым подозрением посмотрел на стоящего перед ним Гу Цзе. С таким мягким характером он действительно не казался боссом... Но эта маленькая кукла тоже не казалась боссом в самом начале.

Сюй Цзыюэ уставился на Гу Цзе, который стоял неподвижно, не зная, что делать:

— Есть ещё конфеты?

Гу Цзе кивнул и облегченно вздохнул, доставая ещё одну.

Сюй Цзыюэ: «...» Забудь это. Похоже, у него их всё равно не так уж много.

Сюй Цзыюэ взял две конфеты, съел одну из них, а другую оставил себе на вечер.

Со сладкой конфетой во рту настроение Сюй Цзыюэ значительно улучшилось.

Сюй Цзыюэ спросил:

— Почему ты думаешь обо мне как о ребенке?

Гу Цзе посмотрел на лицо Сюй Цзыюэ и ответил:

— Из-за внешности.

Сюй Цзыюэ вспомнил тонкую разницу в отношении Гу Цзе между ним и другими... Гу Цзе в основном не разговаривал ни с кем, кроме него. Гу Цзе также говорил больше только после сегодняшнего голосования, и казалось, что только он получил конфету от Гу Цзе.

— Тебе нравятся дети? — конечно, имелось в виду обычное «нравится». Что также можно понимать как «нежность».

Гу Цзе кивнул и мягко улыбнулся:

— Я люблю детей.

Сюй Цзыюэ подумал об этом и сделал шаг вперед так, что его тело почти прилипло к Гу Цзе. Гу Цзе остался стоять на месте, озадаченно глядя на Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ изо всех сил старался не обращать внимания на бешено колотящееся сердце, когда он положил одну руку на плечо Гу Цзе, а другой прикрыл глаза. Глаза Гу Цзе моргнули, отчего его длинные ресницы скользнули по ладони Сюй Цзыюэ. Это пощекотало Сюй Цзыюэ, но он не убрал руку.

— Теперь ты не можешь видеть, как я выгляжу. — Сюй Цзыюэ лизнул конфету, которая стала намного меньше во рту, — Так что теперь я буду говорить с тобой как взрослый.

— Ты мне нравишься. Как раз тот тип, когда я хочу тебя заполучить. Твой ответ? — Сюй Цзыюэ посмотрел на Гу Цзе и увидел, что нежный изгиб его губ медленно исчез.

Эти губы медленно сжались в прямую линию.

Гу Цзе холодно сказал:

— Мне никто не нравится. Между взрослыми такого не бывает.

С этим изменением тона он звучал как другой человек.

— Но...

Сюй Цзыюэ очень интересовали остальные слова, следующие за словом «но». Он поднял глаза и с нетерпением уставился на Гу Цзе.

Рука Гу Цзе, которая была рядом с ним, внезапно обняла Сюй Цзыюэ, приблизив двоих, которые были так близко друг к другу, что их тела слиплись.

Обняв одной рукой Сюй Цзыюэ за талию, а другой за голову Сюй Цзыюэ, он наклонил голову и аккуратно поцеловал Сюй Цзыюэ в губы.

Глаза Сюй Цзыюэ расширились от шока. Прежде чем он смог понять ситуацию, его рот открылся сам по себе.

Персонал А изначально планировал выйти и позвать этих двоих на помощь... но он молча отступил, когда его встретила эта сцена.

Ассистент по макияжу пожал плечами и злорадствовал над своим несчастьем:

— Я же говорил тебе, что лучше их не звать.

Когда их губы разошлись, их дыхание стало слегка прерывистым.

— Но... Я не против секса на одну ночь. — закончил Гу Цзе.

Сюй Цзыюэ успокоил дыхание и опустил руку, закрывавшую глаза Гу Цзе. Гу Цзе также отпустил Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ сделал несколько шагов назад, его лицо и глаза горели красным. На какое-то время он не сможет утихнуть.

Сюй Цзыюэ сглотнул и посмотрел прямо на Гу Цзе:

— Ответ только что не считается. Ты... ты должен посмотреть мне в лицо и снова ответить!

Если бы он мог жестоко отвергнуть взрослого, то, возможно, ответ был бы другим, если бы он столкнулся с несовершеннолетним?

Сюй Цзыюэ подумал об этом и почувствовал, что он недостаточно угнетен, поэтому он добавил ещё одну строчку:

— Если ты отвергнешь меня, я заплачу! Я действительно буду плакать!

Гу Цзе несколько раз открывал рот и на мгновение лишился дара речи.

Сюй Цзыюэ ждал, но не получил ответа. Вместо этого жар на его лице не мог утихнуть, пока они смотрели друг на друга.

Гу Цзе посмотрел на Сюй Цзыюэ, казалось, на мгновение задумавшись, прежде чем беспомощно вздохнуть и вернуть себе выражение, которое было бы у человека, когда он смотрит на ребенка:

— Не создавай проблем.

Сюй Цзыюэ: Что это?!

Сюй Цзыюэ злился всё больше и больше, но он ничего не мог поделать с Гу Цзе.

Он снова застрял.

И этот Гу Цзе, казалось, отличался от Сунь Мо и других. Хотя Гу Цзе, казалось, был очень добр к нему, это было из-за его детского лица. Если бы не это лицо... Сюй Цзыюэ вдруг понял чувства Остина.

Но его лицо тоже было частью его самого! Так что если ему нравится его лицо, значит, он ему нравится!

Но это рассуждение никак не повлияло на Гу Цзе, потому что любовь Гу Цзе была похож на детскую!

Хм?

Когда нормальный ребенок задает кому-то постарше такие вопросы, как «Мне нравится дядя/тетя/брат/сестра», разве они обычно не отвечают «Ты мне тоже»?

Сюй Цзыюэ внутренне потер подбородок и почувствовал, что нашел прорыв.

Но почему Гу Цзе был так чувствителен к личности ребенка?

Сюй Цзыюэ не мог этого понять.

Имеет ли это какое-то отношение к его прошлому?

И эта перемена в отношении только что была слишком быстрой. Как будто у него было две личности.

Этот мир должен длиться всего около десяти дней. С двадцатью одним игроком в начале, за исключением первого дня, уже только один игрок будет исключен каждый день НПС, а другой игрок будет исключен путем голосования.

Другими словами, если они не найдут НПС до самого последнего дня, останется только два человека.

Конечно, если бы их выпустили на десятый день после голосования, то осталось бы три человека.

Среди них, скорее всего, будет НПС... Конечно, существовала также возможность того, что НПС будет исключен во время заключительного тура голосования.

Прошел уже день, и уже был второй. Сюй Цзыюэ хотел покинуть этот мир чем скорее, тем лучше, потому что, как только людей станет меньше, больше внимания других людей будет сосредоточено на нем.

Он боялся, что может возникнуть ситуация, когда Сюй Цзыюэ получит наибольшее количество голосов.

И если после этого его не исключат, ситуация будет забавной.

Сюй Цзыюэ принял решение. Даже если Гу Цзе всё ещё считал его ребенком, это не имело значения. В любом случае, ему просто нужен был утвердительный ответ.

Даже если утвердительный ответ был потому, что он относился к нему как к ребенку, это всё равно считалось ответом.

Сюй Цзыюэ принял решение и приготовился спросить ещё раз, но Гу Цзе уже развернулся и вошел в комнату, как будто боялся дальнейших допросов Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ, естественно, не стал бы полностью игнорировать других, поэтому в отношении ответа Гу Цзе перед таким количеством людей он мог только проглотить слова обратно.

Гу Цзе и Сюй Цзыюэ вошли в комнату. Остальные мельком взглянули на них, прежде чем снова заняться перемещением шкафа в сторону.

Сюй Цзыюэ осторожно почесал щеку. Он чувствовал, что атмосфера кажется неправильной, но не мог понять почему. Он увидел, что все остальные были вокруг шкафа, и просто вел себя так, как будто он искал ключи в другом месте.

Поверхность шкафа после того, как его подняли его обратно, была довольно отвратительной, не говоря уже о поле.

Они что-то нашли и использовали это для обыска тела уборщицы, особенно карманов, и даже обыскали шкаф, но ничего не нашли.

— Уборщица также призналась, что у неё были ключи, но мы не можем их найти. Вполне вероятно, что кто-то вспомнил о ключах, когда произошел несчастный случай, и тихо забрал их, не сказав нам.

— Возможно, их только что кто-то нашел, и он никому об этом не сказал.

Сюй Цзыюэ посмотрел на одежду каждого. Ни у кого не было никаких странных выпуклостей.

Персонал А предложил:

— Давайте сделаем это. Мы либо обыщем друг друга, либо прыгнем, чтобы посмотреть, сможем ли мы что-нибудь услышать.

Не многие были готовы к обыску, и большинство предпочитало просто слушать звук. Если у них были ключи и они прыгнули, должен был раздаться звук.

Если ключ был найден только что, он должен быть спрятан в одежде.

Но даже после того, как они некоторое время прыгали вверх и вниз, новых открытий не было. Сюй Цзыюэ даже не возражал против обыска, так как в его комбинезоне не было места, чтобы спрятать ключи, не делая это очевидным.

После этого все отправились в комнату ликвидированного артиста, но и там ничего не нашли. Казалось, что они слепо голосовали во время этого раунда голосования.

Потому что они всё ещё не нашли никаких улик, указывающих на НПС.

На полпути повар ушел, чтобы закончить свою работу, так как он отвечал за их обед и ужин.

Завтрака не было.

И из-за череды событий, произошедших только что, никто не помнил, что они не завтракали.

Поэтому, когда наступил обед, хотя еда была не очень вкусной, все по-прежнему ели много.

Сюй Цзыюэ нашел место прямо напротив Гу Цзе, а ассистент по макияжу сел рядом с Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ обедал лицом к лицу с Гу Цзе, в то время как ассистент визажиста хихикнул и высунул голову перед его лицом:

— Я только что услышал это.

Сюй Цзыюэ посмотрел на ассистента по макияжу:

— Что ты слышал?

— Он тебе нравится.

Сюй Цзыюэ пожал плечами и продолжил запихивать еду в рот.

Ассистент по макияжу понизил голос и спросил:

— Тебе нравится его лицо? Или его тело?

Сюй Цзыюэ неопределенно ответил:

— И то, и другое.

Затем ассистент по макияжу прямо сказал:

— Тогда переспи с ним!

— Кха... кха кха кха... — Сюй Цзыюэ поперхнулся. Он налил в маленькую чашку воды и медленно выпил, чтобы проглотить пищу.

Ассистент по макияжу покачал головой, разочарованно глядя на Сюй Цзыюэ:

— В этом месте никогда не знаешь, когда кто-то уйдет. Поскольку он тебе нравится, секс на одну ночь лучше, чем ничего. Только не говори мне, что ты действительно хотел, чтобы это было по-настоящему?

Сюй Цзыюэ взглянул на ассистента по макияжу, а затем на человека, сидящего напротив него, который, казалось, замедлил скорость еды.

— Хаа... ты не понимаешь.

Ассистент по макияжу ткнул Сюй Цзыюэ в руку:

— Посмотри на себя. Если я не ошибаюсь, ты определенно всё ещё должен быть цыпочкой.

— Цыпочкой?

Ассистент по макияжу откровенно сказал:

— Девственник.

— ...Ох.

Что за шутка! На самом деле он...

Мысли Сюй Цзыюэ внезапно остановились.

Нет, это неправильно. Даже если бы он хотел избежать этого, мог бы он сделать это с Сунь Мо, которого он знал меньше недели и всё ещё являлся старшеклассником?

Мог ли он сделать это с Остином, нижняя часть тела которого представляет собой рыбий хвост, который больше похож на хвост акулы?

Или он мог бы сделать это с куклой?

Вспоминая эти слова...

Это действительно не было вариантом для него...

Затем Сюй Цзыюэ посмотрел на Гу Цзе.

Гу Цзе уже закончил есть и медленно доедал свой суп.

Если он и Гу Цзе и сделают это, то после он, возможно, больше не будет думать о нем как о ребенке — в конце концов, у них было бы «глубокое общение», так как же он всё ещё мог быть ребенком?

Если это так, то сможет ли Гу Цзе относиться к нему как к взрослому и должным образом ответить на его признание?

Невозможно...

Поэтому Сюй Цзыюэ оттолкнул лицо ассистента по макияжу и решил усердно работать, играя роль «хорошего ребенка».

*  *  *  *  *

После обеда, хотя все не хотели выполнять задания в своем листе задач, их тела всё ещё следовали за ним.

Например, тех, у кого была личность артиста, всё ещё фотографировали.

Сюй Цзыюэ сидел на ступеньках, подпирая подбородок, и наблюдал за Гу Цзе.

Каждое его движение было похоже на картину...

Сюй Цзыюэ вздохнул, наблюдая за Гу Цзе. Кто-то вроде него определенно был бы потрясающим в реальности.

Но... Эти игроки, которые все заперты в этой комнате побега, казалось, не боялись даже после нескольких смертей. А оригинальные НПС в этом мире... они настоящие энтузиасты комнаты побега? Почему они не боятся войти в это место? И почему они устраняют других людей?

Сюй Цзыюэ вдруг подумал об этом.

Было ли это потому, что именно так изначально была задана настройка?

Сюй Цзыюэ посмотрел на остальных в зале.

Группа собралась вместе, что-то обсуждая. Никто из них, казалось, не заботился о причине, по которой комната побега была такой.

Должен ли он спросить Гу Цзе напрямую? Поскольку Сюй Цзыюэ считает, что он, скорее всего, является здесь боссом...

Он просто не знал, насколько терпимо Гу Цзе отнесется к нему, как ребенку.

В конце концов, даже если кто-то любит детей, это не значит, что они ответят на все их вопросы.

Если каждый день выбывал один человек, то через десять дней... Если их освободят на одиннадцатый день, это означало, что должно быть по крайней мере десять игроков. В противном случае, будут ли НПС уничтожать себя в конце? Тогда, если среди них будет одиннадцать игроков, если они в конечном итоге проголосуют за игроков во время двух сессий голосования, кого НПС устранит в последний день?

Сюй Цзыюэ внезапно впал в замешательство.

Возможно ли, что НПС будет направлять других, чтобы устранить игроков, в то время как они сами не устраняют игроков?

Разве это не означает, что отношения между НПС враждебны? И поскольку они знают, являются ли остальные НПС или людьми... Они друзья? Или враги?

Сюй Цзыюэ посмотрел на Гу Цзе, а как насчет босса?

Кого можно считать боссом этого мира?

В голове Сюй Цзыюэ царил беспорядок. Целый день он не мог собраться с мыслями.

После ужина он сообщил ассистенту по макияжу и подошел, чтобы постучать в дверь Гу Цзе.

Позади Сюй Цзыюэ ассистент по макияжу намеренно сделал несколько странных, преувеличенных жестов и несколько раз присвистнул.

Сюй Цзыюэ не пришлось долго ждать, пока Гу Цзе откроет дверь.

Когда Гу Цзе увидел Сюй Цзыюэ, стоящего снаружи, он сначала был ошеломлен на мгновение, прежде чем сунуть руку в карман и протянуть Сюй Цзыюэ ещё одну конфету через полуоткрытую щель в двери.

Сюй Цзыюэ, который только что получил конфету: «...»

В следующее мгновение Гу Цзе снова безмолвно закрыл дверь.

К счастью, Сюй Цзыюэ отреагировал быстро и сумел прижаться всем телом к двери, заставив её открыться:

— Подожди! Я здесь не за конфетами, это даже не Хэллоуин!

Гу Цзе вздохнул и выглядел немного беспомощным, но, похоже, у него не было никакого намерения приглашать Сюй Цзыюэ войти:

— В чем дело?

— Мне нужно кое о чем спросить... — Сюй Цзыюэ огляделся и увидел рядом ассистента по макияжу. Последний выглядывал из щели между дверью с озорным взглядом:

— Почему бы тебе не впустить меня... — Сюй Цзыюэ взглянул на ассистента по макияжу, — Тебе нравится ощущение, что за тобой наблюдают?

Гу Цзе неловко нахмурился и, казалось, почувствовал, что Сюй Цзыюэ доставляет ему неприятности, но в конце концов он впустил его в свою комнату.

На самом деле, если бы Гу Цзе отказался ещё немного, Сюй Цзыюэ добровольно сдался бы.

В конце концов, он не хотел бы, чтобы Гу Цзе от него тошнило.

Чувство, что его ненавидит кто-то красивый, было чем-то, о чем он не хотел даже думать.

Сюй Цзыюэ решил уйти, как только получит желаемый ответ от Гу Цзе, чтобы не выглядеть мухой в его глазах.

О да, это было также из-за ещё одной вещи. Ему нужно было выполнить условия, чтобы зачистить игру.

Гу Цзе сел на маленький диван в комнате и прямо спросил:

— О чем ты хочешь спросить?

Сюй Цзыюэ тоже сел на диван рядом с Гу Цзе:

—Ты ответишь на всё, о чем я тебя спрошу?

Гу Цзе опустил голову и усмехнулся:

— Как ты думаешь?

— Хорошо... Тогда я попробую спросить, и ты ответишь, если можешь? — Сюй Цзыюэ откашлялся и выпрямился.

Гу Цзе кивнул и взглянул на часы на стене.

— Сколько тебе лет в этом году?

Гу Цзе на мгновение удивился:

— Двадцать четыре.

— Тогда твоя работа?

— ...

Сюй Цзыюэ намеренно посмотрел на Гу Цзе с удивлением:

— Ты даже не можешь ответить на этот вопрос?

— Нет. Что касается работы... Я, полагаю, фрилансер.

— Тогда где ты живешь?

Веко Гу Цзе дернулось, и он ничего не сказал.

— Хорошо, тогда на это нельзя ответить. У тебя есть дом? Машина? Какую школу ты окончил? Твои родители всё ещё здесь? Когда у тебя день рождения? Какой у тебя знак зодиака? — Сюй Цзыюэ выбросил список вопросов и внутренне проверил, не пропустил ли он что-нибудь.

Гу Цзе ответил не сразу:

— Почему ты спрашиваешь меня об этом?

Глаза Сюй Цзыюэ изогнулись, и он улыбнулся:

— Просто хотел кое-что проверить...

— Я уже говорил тебе. Я...

— Я знаю, тебя не интересуют несовершеннолетние. Я не пытаюсь заинтересовать тебя прямо сейчас, так что не мог бы ты ответить на эти вопросы для меня? — Сюй Цзыюэ надул губы и невинно моргнул, глядя на Гу Цзе.

Хотя он не очень хотел вести себя мило, но это очень помогло Сюй Цзыюэ в прошлом.

Гу Цзе вздохнул. Он ничего не мог поделать с Сюй Цзыюэ и не мог быть безжалостным по отношению к нему.

В конце концов он запутался, давая Сюй Цзыюэ расплывчатые ответы.

— Вот как... — Сюй Цзыюэ опустил голову в задумчивости на некоторое время, а затем снова посмотрел на Гу Цзе с улыбкой на лице, — Последний вопрос, и я хочу, чтобы ты дал мне ответ. Если, я имею в виду, если я твой племянник и скажу, что ты мне нравишься, и значение «нравится» здесь является семейным, то, что ты ответишь на это?

Гу Цзе понятия не имел, почему Сюй Цзыюэ задал такой вопрос, но он догадывался о его цели.

Гу Цзе некоторое время смотрел на Сюй Цзыюэ, прежде чем внезапно улыбнуться:

— Мой племянник этого не скажет.

Он! Просто! Не купился! На это!

Гнев почти вырвался из желудка Сюй Цзыюэ. Он поднялся от груди к горлу, а затем выдохнулся через нос Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ продолжал льстиво улыбаться:

— Это просто сценарий «если»! Если бы!

Гу Цзе улыбнулся и покачал головой:

— Почему ты так настаиваешь?

— Просто прими это как мою странную причуду! — Сюй Цзыюэ с досадой стукнул кулаком по дивану, — Разве у тебя тоже нет странных причуд?

Гу Цзе отрицательно покачал головой:

— Нет.

— Тогда скажи мне. Почему... почему ты любишь детей? — если быть точным, это не было странной причудой, но Сюй Цзыюэ намеренно исказил факты, чтобы помочь ему получить ответ, который он хотел услышать.

Хотя это был небольшой трюк. Иногда те трюки, которые могут показаться бесполезными, могут дать удивительные результаты.

Гу Цзе посмотрел на Сюй Цзыюэ, выражение его глаз немного изменилось, прежде чем улыбнуться:

— Это то, что ты на самом деле хотел спросить?

«Это, конечно, просто говорить с кем-то умным!» — внутренне посетовал Сюй Цзыюэ, что на самом деле он может быть дураком.

— Здесь нет ничего такого, что нельзя было бы говорить об этом. —Сюй Цзыюэ явно околачивался вокруг Гу Цзе последние два дня, но Гу Цзе смотрел на Сюй Цзыюэ так, как будто видел его в первый раз. Он уставился на Сюй Цзыюэ более пристально, чем когда-либо.

— ... — Сюй Цзыюэ отпрянул, когда холодок пробежал по его спине.

—Хотя простое нравится или нравится, которое можно было бы применить по отношению как к куклам, не относится ко мне. Нет ничего плохого в том, что ты называешь это «странной причудой».

Сюй Цзыюэ поджал губы. Но это невозможно... Если он не интересуется несовершеннолетними, он определенно не был педофилом. На что может быть похож Гу Цзе?

— Насколько я помню, я любил таких, как ты. — Гу Цзе посмотрел на Сюй Цзыюэ немного беспомощно, — Такого рода чувства невозможно сдержать, и они всегда появлялись, как только я видел милых детей. Однако я не буду, или, если быть более точным, я не просто хочу быть милым с ними.

Гу Цзе слегка нахмурился и схватил его левое запястье правой рукой, как будто он сдерживал себя:

— Я бы бесконтрольно хотел держать их рядом со мной или даже запереть их, чтобы они не могли пойти куда-нибудь ещё.

Сюй Цзыюэ: «...» Этот холод внезапно пробежал по всему его телу!

— Но, к счастью, это чувство всё это время удавалось сдерживать. — Гу Цзе улыбнулся с облегчением, но выражение его лица, когда он посмотрел на Сюй Цзыюэ, выглядело немного несчастным, — Однако этот импульс, кажется, становится сильнее каждый раз, когда ты появляешься.

Сюй Цзыюэ тихо придвинул свою задницу немного ближе к двери.

Сюй Цзыюэ нерешительно произнес:

— Я думаю, что... это может быть психологическая проблема. После того, как ты выйдешь, тебе следует обратиться к психиатру.

Гу Цзе отпустил своё запястье и мягко кивнул:

— Я тоже так думаю.

— Но... В нынешних обстоятельствах никто не знает, сможем ли мы выбраться.

Сюй Цзыюэ не знал, смогут ли остальные выбраться, но он знал, что Гу Цзе сможет выбраться, если захочет.

По крайней мере, Гу Цзе не отвечал как игрок, когда Сюй Цзыюэ так интенсивно расспрашивал его ранее. Только НПС смогут нормально жить в этом мире с адресом, работой и образованием.

Короче говоря, Сюй Цзыюэ не думал, что Гу Цзе был игроком.

Если бы он был игроком... Сюй Цзыюэ чувствовал, что поверит в то, что Гу Цзе не был НПС, только в том случае, если он ответит на его признание, а система не сообщит о завершении игры.

— Ты собираешься вернуться? — Гу Цзе заметил движения Сюй Цзыюэ и встал, чтобы открыть дверь.

— А... Да, самое время.

— Ты уверен, что у тебя нет других вопросов? — Гу Цзе посмотрел на Сюй Цзыюэ, держа руку на дверной ручке.

Сюй Цзыюэ покачал головой и почувствовал, что его разум перегружен. Объем информации, которую он только что получил, был для него слишком велик. В частности, странная причуда Гу Цзе заставила Сюй Цзыюэ невольно ассоциировать её с некоторыми негативными мыслями, поэтому он хотел спокойно вернуться в свою комнату, чтобы сначала всё обдумать.

Он решил дать себе немного времени, чтобы успокоиться, прежде чем спрашивать что-нибудь ещё... Если у него ещё будет возможность спросить.

Внезапно зазвонили часы на стене.

«Клак... Клак...» Маятник медленно раскачивался из стороны в сторону, когда стрелка указывала на 8 часов.

Сюй Цзыюэ на мгновение был ошеломлен и, казалось, не придал этому особого значения.

Но когда Гу Цзе попытался открыть дверь, его брови слегка нахмурились:

— Дверь не может открыться.

Сюй Цзыюэ был удивлен. Он подбежал к двери и тоже попробовал.

Дверь действительно больше не могла открыться.

Сюй Цзыюэ посмотрел на часы на стене, которые только что сообщили им, что было 8 часов:

— Можно ли открыть дверь после восьми вчера вечером?

Гу Цзе покачал головой:

— Вчера я не обратил внимания.

Сюй Цзыюэ почувствовал, что задает бессмысленный вопрос. Если этот человек был НПС... И если он действительно был боссом, то его актерские навыки действительно превосходны.

Забудь об этом... Все боссы — это реинкарнации актеров.

После того, как Сюй Цзыюэ получил согласие от Гу Цзе, он попытался выбить дверь, но дверь не сдвинулась с места и, казалось, издевалась над бессилием Сюй Цзыюэ.

Гу Цзе даже утешил Сюй Цзыюэ:

— Здесь слишком много странных вещей. Это не сработает.

Сюй Цзыюэ успокоился и вскоре понял, что это означает, что он сможет провести ночь вместе с Гу Цзе. Как удачно.

Вскоре после этого Сюй Цзыюэ забеспокоился о странной причуде Гу Цзе. Что, если тот не сможет сдержаться, испугается, что он убежит, и решит сломать ему ноги?

В этот момент разум Сюй Цзыюэ был похож на качели. В одно мгновение он был на этой стороне, а в другое на другой. Половина его разума была полна волнения, в то время как другая половина была встревожена и обеспокоена.

С другой стороны, Гу Цзе, казалось, не был так устойчив к Сюй Цзыюэ, как поначалу. В любом случае, он, вроде как, легко принял тот факт, что Сюй Цзыюэ останется на ночь.

Воспользовавшись тем, что Гу Цзе мылся, Сюй Цзыюэ оглядел комнату.

В целом, здесь было чисто и опрятно, но он останавливался здесь только на одну ночь, и это была вторая ночь.

Сюй Цзыюэ огляделся, но ничего не смог найти. Однако в последнюю минуту он случайно увидел связку ключей, которую все искали раньше...

Сюй Цзыюэ на мгновение замолчал. Он вытянул указательный палец и тихо отодвинул наполовину выставленную связку ключей, прежде чем послушно сесть обратно на диван, не осмеливаясь больше оглядываться.

Сюй Цзыюэ сидел на диване, как будто он был покрыт иголками. Хотя он засунул ключи обратно под подушку, он не мог удержаться, чтобы не бросить несколько раз взгляд на изголовье кровати.

Сюй Цзыюэ встал и вернулся к двери с намерением попробовать ещё раз, но, как обычно, безрезультатно.

После попытки Сюй Цзыюэ мог только признать, что эта дверь... действительно была полностью закрыта.

Гу Цзе вышел из ванной в пижаме и увидел Сюй Цзыюэ, стоящего напротив двери. Вытирая волосы полотенцем, он посмотрел на кровать...

Сюй Цзыюэ, который оглянулся, услышав его, увидел, что его взгляд направлен на кровать. В этот момент Сюй Цзыюэ почувствовал, что, возможно, совершил огромную ошибку, придя сюда.

Сюй Цзыюэ несколько раз сухо рассмеялся и указал на дверь:

— Это, я просто хотел попробовать... Но её действительно нельзя было открыть.

Гу Цзе слегка кивнул:

— Иди, умойся. Большая часть одежды в шкафу не была надета, так что ты можешь взять любую из них.

Всё необходимое было приготовлено для них во всех здешних комнатах, как и в других мирах. До тех пор, пока это не мешало их способности зачистить игру, такие предметы, как одежда, также были предоставлены.

Сюй Цзыюэ кивнул, прежде чем опустить голову и быстро проскочить мимо Гу Цзе в ванную. Через несколько секунд он снова вышел — за одеждой.

Гу Цзе мог только улыбнуться и покачать головой. Это появление Сюй Цзыюэ казалось глупым и в то же время довольно милым.

Сюй Цзыюэ мысленно приготовился в ванной, быстро приняв душ, но когда он снова вышел, то увидел, что Гу Цзе оставил ему половину кровати с ключами под подушкой.

Сюй Цзыюэ застыл на пороге ванной.

Гу Цзе уже спрятал ключи или он делал это намеренно?!

Гу Цзе сидел в изголовье кровати, держа в руке толстую книгу. К таким книгам Сюй Цзыюэ обычно не прикасался.

Сюй Цзыюэ набрался храбрости, когда подошел. В любом случае, он не собирался вмешиваться в игру по соседству. С его опытом доброта в этом мире может легко втянуть в неприятности и катастрофы, поэтому Сюй Цзыюэ был полон решимости сыграть роль бесчувственного перепела!

Он неуклюже начал ходить и сделал всё возможное, чтобы сесть на кровать как можно естественнее, а затем как можно естественнее положить ноги на кровать.

Он, конечно, также очень естественно пожелал спокойной ночи и лег.

На протяжении всего этого процесса Гу Цзе только поднял глаза, чтобы посмотреть на Сюй Цзыюэ, кивнул и затем приглушил свет. Он совершенно не собирался ничего говорить.

Сюй Цзыюэ чувствовал, что эти ключи могли быть ловушкой.

В конце концов, если бы не эти ключи, Сюй Цзыюэ мог бы спать лучше. Будучи в состоянии находиться в одной постели с красивым парнем, его сны, естественно, не были бы плохими.

Но когда он перекатился на бок так, что его спина оказалась лицом к Гу Цзе, и он украдкой полез под подушку...

Какое ощущение холода...

Он явно только что принял душ и также был укрыт одеялами, так что его тело было очень теплым, но кончики пальцев были исключительно холодными. Это холодное ощущение распространилось от них прямо к сердцу.

Сюй Цзыюэ закрыл глаза и внутренне закатил их. Почему босс в этом раунде любит усложнять ему жизнь?

Хорошо, поскольку этот старейшина любит играть, я подыграю... Сюй Цзыюэ успокоился и решил не поддаваться эмоциям из-за этого.

Сюй Цзыюэ закрыл глаза и не позволил себе уснуть. Он подождал, пока Гу Цзе выключит свет и ляжет спать, прежде чем начал молча считать.

Один, два, три...

Когда Сюй Цзыюэ сосчитал до более чем шести тысяч, он больше не слышал звука поворота с другой стороны кровати. Было только ровное дыхание.

Он должен спать? Должно быть, он спит!

В конце концов, он действительно не хотел продолжать считать!

Сюй Цзыюэ открыл глаза и дал себе некоторое время, чтобы глаза привыкли к темноте. Затем он сунул руку под подушку и крепко сжал ключи в руке, чтобы они не издавали никаких звуков.

Сюй Цзыюэ сделал всё возможное, чтобы облегчить свои движения, а затем повернулся... лицом к Гу Цзе, который лежал рядом с ним. Он тихо подождал некоторое время, прежде чем медленно приподняться, опираясь на локоть, пытаясь решить, что ему делать...

Положение Гу Цзе было немного ближе к краю кровати, и он не был прямо в центре подушки.

Сюй Цзыюэ крепче сжал ключи и засунул их под открытую часть подушки.

Когда он закончил, Сюй Цзыюэ тихо вздохнул с облегчением. В тот момент, когда он почувствовал, что его выдох был слишком громким, Сюй Цзыюэ немедленно задержал дыхание и замер. Он не смел сдвинуться ни на дюйм.

Через несколько долгих секунд, убедившись, что Гу Цзе всё ещё спит, Сюй Цзыюэ смог только расслабиться.

Он лег на спину и посмотрел в потолок. Он не мог не показать расслабленного взгляда.

В следующую секунду человек рядом с ним бросился на него, прижимая к кровати.

Сюй Цзыюэ почувствовал, что его сердце вот-вот остановится...

Примерно через секунду или две его сердце, наконец, снова начало работать.

В темноте эти двое находились очень близко друг к другу. Сюй Цзыюэ отчетливо слышал легкий смешок Гу Цзе, при этом его дыхание ударило ему в лицо.

— Ты не против сделать это? — Гу Цзе тихо спросил, — Или.... Ты намерен вести себя так, будто ничего не знаешь, и ждать, чтобы рассказать об этом другим завтра?

Сюй Цзыюэ быстро покачал головой, чтобы спасти свою жизнь.

Ключи явно были чем-то, что Гу Цзе оставил для него. По сравнению с тем, что он сам хотел сделать, Сюй Цзыюэ больше интересовали намерения Гу Цзе.

— Ты ничего не собираешься сказать? — в темноте Гу Цзе увидел, что Сюй Цзыюэ просто смотрит на него, не собираясь говорить.

Сюй Цзыюэ долго думал об этом, прежде чем заговорить:

— Просто... мне нечего сказать.

— А ты не боишься, что сегодня тебя исключат?

— Тогда, прежде чем ты устранишь меня, не мог бы ты дать мне ответ? Я действительно не буду сопротивляться! — Сюй Цзыюэ торжественно выругался.

Гу Цзе молчал. Через некоторое время он спросил:

— Кто заставил тебя прийти в эту комнату побега?

Сюй Цзыюэ непонимающе моргнул:

— ...Хах?

— Приглашений всего двадцать. Тебя среди них нет. — Гу Цзе положил руку на шею Сюй Цзыюэ и нежно потер пальцами его затылок.

Сюй Цзыюэ вдруг почувствовал что-то знакомое.

— Это, я получил... — Сюй Цзыюэ вспомнил письмо, которое он получил, когда впервые пришел в этот мир.

Гу Цзе сел и включил прикроватную лампу. Он достал с прикроватного столика два письма, одно из которых оказалось приглашением Сюй Цзыюэ.

Как и все остальные в то время, прочитав содержание, он отбросил его в сторону. Даже если он этого не делал, никто другой не принес его с собой, когда они пошли переодеваться.

Одно из них принадлежало Сюй Цзыюэ, другое Гу Цзе. Эти два письма были разными.

— Не лги мне. — Гу Цзе посмотрел на Сюй Цзыюэ с выражением, которое было таким же нежным, как обычно, — Письмо было подделано тобой.

Сюй Цзыюэ мог только выразить, что это действительно был не он.

Но Гу Цзе, казалось, не поверил ему.

Сюй Цзыюэ был в ярости:

— Почему ты так уверен, что мое письмо подделано?

Это было то, что все остальные получили вместе со своими инструкциями по заданию в начале игры!

Гу Цзе вздохнул. Взгляд, которым он обычно смотрел на Сюй Цзыюэ, не был похож на взгляд врага, но из ситуации прямо сейчас он чувствовал, что Сюй Цзыюэ уже знает о его личности.

Он посмотрел на Сюй Цзыюэ так, словно имел дело с неразумным ребенком. Хотя он чувствовал его беспомощным, он также не мог вынести наказания.

Гу Цзе сказал:

— Потому что все остальные письма были написаны мной и отправлены тоже мной.

Сюй Цзыюэ: «...» Система! Ты обманула меня!!!

— Сначала я хотел понаблюдать за ситуацией немного дольше, но, похоже, ты что-то знаешь.

Как только он вошел в это место, Сюй Цзыюэ спонтанно привязался к Гу Цзе. Если бы Сюй Цзыюэ был на месте Гу Цзе, он бы также заподозрил, что Сюй Цзыюэ может что-то знать.

Сюй Цзыюэ был очень невинен.

Но сейчас он мог только опустить голову в знак признания.

— Я... я подделал это письмо. Я... я... — Сюй Цзыюэ посмотрел на Гу Цзе, прежде чем снова отвернуться, — Это... Для того, чтобы приблизиться к тебе.

— Это... Это немного похоже на преследование. Понаблюдав за тобой, я узнал об этом и захотел... Захотел сблизиться с тобой.

«...» Гу Цзе некоторое время смотрел на Сюй Цзыюэ и, казалось, передумал.

— Ты просто хотел получить ответ? Даже если я убью тебя? — выражение лица Гу Цзе было очень мягким, когда он сказал это, полное несоответствие его личности.

Сюй Цзыюэ кивнул:

— Ничего страшного, если ты будешь относиться ко мне как к ребенку! В самом деле! Я не возражаю!

Гу Цзе поднял руку и приложил её к щеке Сюй Цзыюэ. Он осторожно провел большим пальцем по лицу Сюй Цзыюэ, внимательно изучая выражение его лица:

— Хорошо.

Глаза Сюй Цзыюэ загорелись. Он быстро выпалил:

— Тогда ты мне нравишься.

— ...Но не сейчас. — Гу Цзе наклонился вперед и заключил Сюй Цзыюэ в свои объятия.

Он осторожно закрыл глаза, и слабая улыбка задержалась в уголках его губ. Это было так, как если бы он, наконец, достиг удовлетворения после бесчисленных потерь.

— ...Отныне ты мой.

Сюй Цзыюэ ошеломленно поднял руки и обнял его в ответ.

Гу Цзе прижал Сюй Цзыюэ к мягкой кровати. Даже если он знал, что оправдание преследования было ложью, а приглашение фальшивкой, его готовность умереть, чтобы получить от него ответ, была правдой.

По отношению к этому человеку, что был перед ним, он чувствовал неконтролируемую одержимость, и просто случилось так, что этот человек также был странно одержим им.

Это действительно была идеальная пара...

— Если ты убежишь, я убью тебя.

Когда он произнес эти слова, Гу Цзе держал Сюй Цзыюэ в своих объятиях, и его пальцы нежно потирали затылок. Это вызвало у Сюй Цзыюэ одновременно знакомое и незнакомое чувство.

Сюй Цзыюэ очень беспокойно спал.

В ту ночь во сне он казался особенно глупым и всегда пытался сбежать прямо на глазах у Гу Цзе, но каждый раз тот ловил его и возвращал обратно. В конце концов, Гу Цзе, наконец, не выдержал и решил связать его в клубок и бросить в море.

Когда Сюй Цзыюэ внезапно проснулся, он понял, что его ощущение погружения в море и смерти от удушья было не просто сном...

Потому что в его нынешнем положении он свернулся калачиком, уткнувшись лицом в грудь Гу Цзе, в то время как Гу Цзе, который всё ещё крепко спал, крепко прижимал его к себе.

Сюй Цзыюэ неловко оттолкнул Гу Цзе и затаил дыхание. Гу Цзе сонно открыл глаза, прежде чем снова закрыть их, но его рука точно схватила запястье Сюй Цзыюэ, притягивая его обратно в свои объятия.

— Поспи ещё немного. — Гу Цзе погладил волосы на затылке Сюй Цзыюэ. Его действия постепенно замедлились, прежде чем полностью остановиться.

Кажется, он снова заснул.

Сюй Цзыюэ повернул шею, чтобы найти лучший угол для дыхания, а затем посмотрел на спящее лицо Гу Цзе.

Этот человек был слишком хорош собой! Как его губы могут быть такими хорошими! И на его лице нет ни единого прыща, даже шрама от прыщей не удалось найти!

Сюй Цзыюэ всё смотрел и смотрел и, наконец, не смог удержаться, чтобы не протянуть руку и нежно коснуться губ Гу Цзе... Такие мягкие.

Сюй Цзыюэ посмотрел в глаза Гу Цзе. К счастью, его глаза не двигались, так что он всё ещё должен был спать. Затем он продолжил использовать свой палец, чтобы потереть губы Гу Цзе... и снова потереть их...

Это продолжалось до тех пор, пока Гу Цзе не открыл рот и не укусил нежно палец Сюй Цзыюэ.

Только тогда Сюй Цзыюэ понял, что разбудил другого.

— Ух... Я просто... просто подумал, какие у тебя красивые губы. — глаза Сюй Цзыюэ смотрели повсюду, кроме Гу Цзе.

Гу Цзе осторожно прикусил зубами палец Сюй Цзыюэ, а затем высунул язык, чтобы облизать его...

Сюй Цзыюэ задрожал в объятиях мужчины и быстро отдернул руку. Он встал в панике:

— Ах, я должен встать. Я не должен был... а-а!

Сюй Цзыюэ снова втащили в кровать.

Гу Цзе уткнулся носом в изгиб шеи Сюй Цзыюэ, нежно вдыхая его запах, и спросил:

— Ты приглашаешь меня?

Пока он говорил, горячий воздух брызнул на шею Сюй Цзыюэ, посылая ощущение онемения до самого скальпа Сюй Цзыюэ. Он покачал головой, но это только вызвало у него щекотливое ощущение на шее, где были волосы Гу Цзе.

— Я... я просто редко вижу тебя таким... и мне было любопытно. Просто хотел прикоснуться.

Мягкий приглушенный смех раздался рядом с шеей Сюй Цзыюэ, достигая его уха.

«Тук, тук, тук...»

— Люди внутри всё ещё живы?

Из-за двери донеслось очень необычное утреннее приветствие.

Сюй Цзыюэ быстро крикнул в ответ:

— Всё еще жи... ах!!!

Прежде чем Сюй Цзыюэ успел договорить, его укусили в шею. Это был не жесткий укус, а просто легкий укус.

Когда Гу Цзе закончил, он даже закончил его легким облизыванием.

Сюй Цзыюэ прикрыл шею и свернулся на кровати в клубок с ярко-красным лицом.

Гу Цзе сел в постели и нежно погладил Сюй Цзыюэ по голове:

— Пора вставать.

Сюй Цзыюэ посмотрел на него покрасневшими глазами и спросил с некоторым стыдом:

— Разве ты не говорил, что тебя не интересуют несовершеннолетние?

Гу Цзе ткнул Сюй Цзыюэ в щеку, и в его глазах появился намек на улыбку:

— Это можно использовать только для того, чтобы обмануть несовершеннолетнего. — он убрал руку и нежно поцеловал Сюй Цзыюэ в лоб, — Ты один из них?

Сюй Цзыюэ одной рукой прикрывал шею, а другой лоб, наблюдая, как Гу Цзе встает с кровати и переодевается.

Сюй Цзыюэ рассердился: почему его плечи тоже выглядят красиво?! ┴┴︵╰ (‵□′)╯︵┴┴

Когда эти двое закончили переодеваться, они вышли последними.

Остальные, кто видел, как Сюй Цзыюэ и Гу Цзе выходили друг за другом, обменялись неописуемым взглядом, уникальным для взрослых.

Сюй Цзыюэ хотел сказать, что ничего не случилось!

Но сейчас самым важным было выяснить, кто из игроков попал в инцидент, и проверить его личность.

Сюй Цзыюэ и Гу Цзе вышли последними, поэтому им сразу же вручили удостоверение личности, как только они подошли к остальным.

Если артист, исключенный вчера, был 1, то тот, кто исключен сегодня, был 2. Их комнаты также просто оказались рядом друг с другом.

Сюй Цзыюэ спокойно взглянул на Гу Цзе... Игра началась с того, что два человека одной и той же личности были устранены... Но устранение не должно было быть работой Гу Цзе .

В конце концов, они вдвоем возились до позднего вечера прошлой ночью, и Сюй Цзыюэ также мало спал во второй половине ночи, так как беспокоился о потере своей жалкой жизни.

Верхняя половина исключенного артиста 2 лежала на полу рядом с кроватью, в то время как его нижняя половина лежала на кровати. Похоже, он боролся в конце и пытался дотянуться до двери, но в конечном счете потерпел неудачу.

— Это не может быть тупиком. Должно быть, остались какие-то зацепки. — дворецкий кусал ногти и напряженно думал.

На этот раз Сюй Цзыюэ был слишком напуган, чтобы заговорить. С одной стороны, он боялся, что может проговориться о чем-то важном, а с другой стороны, он боялся, что окажется прав и в конечном итоге окажется под замком у босса.

Персонал Д аккуратно спросил:

— Похоже, его ударили по голове. Может быть, можно найти оружие?

— Его рот... Кажется, он что-то держит. — персонал А протянул руку и ущипнул артиста 2 за подбородок, чтобы показать его открытый рот остальным.

— Мог ли он крикнуть, прежде чем умереть?

Персонал А спросил в ответ:

— Тогда ты хочешь попробовать? Иди крикни в соседнюю комнату и посмотри, слышим ли мы.

Все думали об этом и чувствовали, что стоит попробовать. В результате что-то можно было услышать, если кто-то кричал, но если обе двери были закрыты, это становилось слишком приглушенным, чтобы быть услышанным ясно.

Сюй Цзыюэ хотел спросить о вчерашнем инциденте с дверью, но никто больше не упоминал об этом, поэтому Сюй Цзыюэ задался вопросом, не намеренно ли босс подставил его вчера. Если бы это было так, он бы разоблачил Гу Цзе, спросив об этом.

И поэтому Сюй Цзыюэ мог только держаться за эту мысль и ждать, чтобы увидеть, заметил ли кто-нибудь из других это явление.

— Если он зовет на помощь, форма его губ не должна быть такой. — персонал А сделал жест, а затем пожал плечами, — Похоже на то, что был круглый предмет, засунутыйв рот, пока он спал, а затем приклеено что-то...

Персонал А потер лицо артиста 2:

— Есть следы ленты.

— Если бы ты не прикоснулся к нему, это было бы легко упустить.

Пальцы персонала А слегка приклеились к этой щеке. Когда он отнял их, щека тоже слегка растянулась.

— На самом деле это можно было оторвать, но, похоже, ему не удалось, и он мог только попытаться сбежать сначала.

— Местонахождение ключей очень важно... Но есть одна вещь, которую я нахожу очень странной. — персонал А использовал палец, которым он касался артиста 2, чтобы постучать по его подбородку, — Я изначально принадлежу к тому типу людей, которым трудно заснуть, но я заметил, что в последние несколько дней я, естественно, становлюсь сонным...

Персонал А поднял бровь:

— Я думаю, что кто-то, возможно, положил что-то в нашу еду.

Шеф-повар был ошеломлен. Он быстро покачал головой и отрицательно сказал:

— Я этого не делал!

Менеджер сказала:

— Положить что-то в нашу еду очень легко. Нужно просто положить его в фильтр для воды, который мы все используем. Любой может это сделать.

Дворецкий кивнул:

— Это правда.

— Посмотри на его лодыжку. — визажист указала на лодыжку артиста 2.

Там были два кольца синевато-фиолетовых отпечатков ладоней.

Казалось, кто-то схватил его за обе ноги, чтобы стащить с кровати или помешать сбежать.

— Эти отметины... Это говорит нам о том, что тот, кто сделал это силен?

— Возможно. Я всё ещё думаю, что будет проще начать с поиска ключа.

— Тогда за кого мы должны голосовать?

Тишина.

— Вы, ребята, идите понюхайте его рот. — персонал А, который некоторое время молча стоял в стороне, вдруг предложил.

Остальные были озадачены, но всё равно сделали, как им было сказано.

Это был сильный запах чеснока, но это было то, что можно было почувствовать только в непосредственной близости.

— Так ты имеешь в виду... — персонал Д посмотрел на шеф-повара.

Шеф-повар нервно объяснил для себя:

— Это не я. Это то же самое, что и вчера! Что-то очевидное заставило всех заподозрить уборщицу, но в конце концов это было не так. Сегодня то же самое! Есть ли необходимость в том, чтобы я сделал что-то подобное? Конечно, нет! А кухня? Любой может пойти туда! Любой, кто может достать чеснок, может сделать что-то подобное!

Персонал А спросил:

— Был ли чеснок в еде вчера?

— Да, но использовалось не так уж много. Это было просто для приправы, и была добавлена только щепотка.

Сюй Цзыюэ, который первоначально рассматривал артиста 2, снова перевел взгляд на шеф-повара.

Остальные тоже чувствовали, что что-то не так.

Персонал А тихо рассмеялся:

— Разве ты не говорил, что не умеешь готовить? Ты даже знаешь, как использовать чеснок в качестве приправы?

Шеф-повар не был взволнован этим внезапным вопросом:

— Многие блюда содержат его. Хотя я не умею готовить, я наблюдал, как готовит моя семья, так что я кое-что знаю. Что в этом странного?

Шеф-повар не ошибся.

Но в конце концов главное, поверили ли ему остальные.

Затем персонал А сказал:

— Я думаю, что слова шеф-повара также имеют смысл. Любой может взять чеснок, и проблема с чесноком в качестве приправы вызывает только подозрения. Вы сами можете решить, верите вы в это или нет. Что касается того, невиновен ли шеф-повар, это ваше решение. Я не буду комментировать.

Менеджер спросил:

— Тогда за кого ты собираешься голосовать?

Персонал А пожал плечами:

— Ещё не решил. И как я могу сказать что-то подобное? Что, если этот человек проголосует за меня?

В комнате снова воцарилась тишина.

В этот момент раздался женский голос:

— Игроки из комнаты побега, пожалуйста, вернитесь в свои комнаты и проголосуйте по своим мобильным телефонам. Процесс голосования является конфиденциальным, и результаты будут объявлены только после того, как все подадут свои голоса.

— Поскольку есть случай, когда два человека находятся в одной комнате, дополнительный игрок должен будет остаться в одной из комнат выбывших игроков, чтобы проголосовать.

Сюй Цзыюэ был в растерянности: ...Я снова остаюсь?

Сюй Цзыюэ думал, что в конечном итоге он окажется вместе с трупом, но ситуация внезапно изменилась.

— Интересно... Что, если человек, оставшийся позади, и есть убийца? — спросил персонал А, — Все должны по очереди находиться в этой комнате. Конечно, чтобы доказать, что я говорю это не для того, чтобы остаться и уничтожить улики в этой комнате, я вернусь в свою комнату. Вы, ребята, можете посмотреть, хотите ли вы переключиться на кого-то другого.

Сюй Цзыюэ быстро кивнул и взглянул на говорившего:

— Это не было оговорено ранее, поэтому переход должен быть осуществим!

Остальные подумали об этом и почувствовали, что в этом есть смысл. Они доверяли себе больше, чем кому-либо другому.

— Так не будет ли человек, добровольно вызвавшийся на это, самым подозрительным? В конце концов, очень вероятно, что он пытается уничтожить любые улики в комнате.

Персонал А кивнул:

— Есть такая возможность.

— Тогда мы будем рекомендовать друг друга. Укажите на тех, кого мы считаем наиболее маловероятным убийцей.

Поскольку они не знали, сколько у них осталось времени, все очень быстро указывали на людей, которые, по их мнению, не были подозрительными или имели хотя бы малейшие подозрения. В конечном итоге дворецкий получил наибольшее количество голосов, так что в итоге он остался позади.

Сюй Цзыюэ пошел в комнату дворецкого, чтобы проголосовать. На этот раз он также воздержался от голосования.

Судя по вчерашнему опыту, новые открытия, сделанные прошлой ночью, и окончательный результат будут раскрыты только через спикера.

Сюй Цзыюэ даже задавался вопросом, придет ли кому-нибудь в голову голосовать за Гу Цзе, и если они действительно голосовали за Гу Цзе, то почему? Неужели Гу Цзе каким-то образом выявил какие-то недостатки?

Что касается его самого, то Сюй Цзыюэ уже подготовился. Всегда найдутся те, кто не уверен и просто проголосует за тех, за кого уже проголосовали.

Хотя Сюй Цзыюэ мало что сделал в своих попытках найти убийцу, его другие действия сумели привлечь внимание других.

Например, его попытка преследовать другого человека, попытка получить поцелуи и желание иметь горячую и страстную любовь в середине игры на выживание.

Но Сюй Цзыюэ в первый же день сорвался с языка и чуть не произнес слова «перед смертью». Это было то, что могло помочь существующим игрокам укрепить их подозрения в том, что Сюй Цзыюэ игрок.

И для того, чтобы игрок мог устранить другого игрока, нужно было только проголосовать.

Итак, у Сюй Цзыюэ не было причин помогать НПС.

Но если «умер» Сюй Цзыюэ действительно было неправильным произношением, то они совершили ошибку. Это была ошибка, которую они не могли себе позволить.

Когда Сюй Цзыюэ на этот раз отдал свой голос, женщина по телефону почти ничего не сказала.

Похоже, результаты этого голосования не имеют к нему никакого отношения.

— Голосование окончено. Игрок Фан Цян с идентификацией повара получил 9 голосов. Игрок Ши Гун с удостоверением личности персонала А получил 3 голоса. Игрок Ма Сяо с удостоверением водителя получил 3 голоса. Игрок Сюй Цзыюэ с личностью курьера получил 2 голоса. Один игрок воздержался от голосования. Игрок Фан Цян выбывает.

Результаты голосования во второй день сильно отличались от первого.

Было слишком много странных вещей об артисте 2. Во-первых, всё, казалось, указывало на шеф-повара, но это также было слишком очевидно, поэтому это вызывало некоторые сомнения. Несмотря на это, девять человек проголосовали за шеф-повара.

А что касается персонала А, Сюй Цзыюэ чувствовал, что это, возможно, потому, что некоторые чувствовали, что он слишком много водит их за нос, но он не знал, кто может быть избирателями. В конце концов, НПС могут не дружить друг с другом, и это также может быть другой игрок, который, возможно, думал, что персонал A был НПC и намеренно вмешивался, заставляя их голосовать между собой.

Что касается водителя, то сначала Сюй Цзыюэ не понял, почему. Но когда он позже вспомнил отпечатки рук на лодыжке артиста 2, он почувствовал, что это может быть потому, что он казался довольно сильным со своей фигурой.

Теперь о самом Сюй Цзыюэ... Сюй Цзыюэ подумал о вчерашнем голосовании и сегодняшних двух голосах... Забудь это. В любом случае с ним ничего не случится. Он не должен волноваться понапрасну.

Неожиданно человек с личностью шеф-повара оказался на самом деле НПС, и на стороне со словами «НПС» в правом нижнем углу была небольшая линия.

«Первая ночь»

Первая ночь... Они, естественно, подумали о своей первой ночи здесь. Если это действительно так, то Тао Лэлэ, уборщица, должно быть, была устранена шеф-поваром.

Запах чеснока изо рта артиста 2 был обнаружен персоналом А, и он также был тем, кто указал на шеф-повара. Думая об этом, персонал А действительно может быть союзником игроков.

Однако, зная, что НПС не обязательно были дружелюбны друг с другом, Сюй Цзыюэ чувствовал, что очень вероятно, что персонал А только что указал на НПС, который уже выполнил свою задачу и больше не был полезен, чтобы казаться более заслуживающим доверия.

Конечно, всё это были просто дикие предположения Сюй Цзыюэ.

Выйдя из комнаты дворецкого, Сюй Цзыюэ увидел, что Гу Цзе уже ждет снаружи. Сюй Цзыюэ послушно подошел к Гу Цзе, позволил ему немного потереть голову и получил в награду конфету.

Сюй Цзыюэ быстро развернул конфету и бросил её в рот.

В комнате шеф-повара была найдена поделка, на которой было несколько небольших пятен крови. Вероятно, это было оружие, используемое для устранения артиста 1.

При этом личность шеф-повара была ясна.

Но им не удалось найти тело убитого шеф-повара в его комнате.

— Может ли быть так, что если Н... Они будут устранены, они автоматически исчезнут? — дворецкий быстро проглотил слово «НПС».

Менеджер очень преувеличенно пыталась скрыть слова дворецкого:

— В конце концов, то, что они сделали, было непростительно. Они даже могут быть наказаны небесами! — затем менеджер повернулась к Сюй Цзыюэ и Гу Цзе, — Эй! Ты вон там! Курьер, не подходи так близко к моему артисту!

Сюй Цзыюэ был ошеломлен. Он посмотрел на Гу Цзе, который, казалось, обладал пассивным навыком «защиты менеджера», а затем посмотрел на менеджера, которая может показаться угрожающей, но явно не собиралась грубить:

— Твоя задача...Ты всё ещё должна это делать?

Менеджер кивнула:

— Сейчас у меня только пять артистов. Так больше продолжаться не может.

Сюй Цзыюэ: «...» Даже если ты попытаешься защитить их таким образом, те, кто должен быть устранен, всё равно будут устранены, а те, кто не будет устранен... не будут устранены, несмотря ни на что.

Даже если бы они хотели знать, куда ушел шеф-повар после того, как его исключили, им ничего не удалось найти в его комнате.

Больше они ничего не могли сделать.

Сюй Цзыюэ даже задался вопросом, не превратился ли он в данные и не был ли восстановлен системой.

Их успехи на второй день были довольно хорошими. По крайней мере, им удалось устранить НПС.

После этого все они снова вернулись в комнату артиста 2, но ничего нового не нашли. Вся группа перешла в зал и начала обсуждать шеф-повара.

— Я действительно не ожидал, что это будет шеф-повар. Но если это действительно шеф-повар, то эта чесночная подсказка могла быть оставлена убийцей со второй ночи. Потому что этот человек знал, кто сделал это в первую ночь, и хотел направить нас в правильном направлении?

— Это вполне возможно.

— Если это так, то убийцы должны знать личности друг друга? И вполне вероятно, что у них есть свои собственные конкретные задачи, такие как, кто отвечает за какую ночь.

— Значит, убийца второй ночи, возможно, намеренно навел все подозрения на убийцу первой ночи, и именно поэтому чеснок был вовлечен в это дело?

Хотя единственным доказательством, указывающим на шеф-повара, был чеснок, в ситуации, когда большинство игроков не знают, кто был настоящим убийцей, это был единственный след подозрения, на который игроки могли действовать.

И никто не заметил запаха чеснока, кроме персонала А. Это в результате заставило персонала А казаться подозрительным.

Что касается водителя... Возможно, это было потому, что его телосложение было самым большим среди них, и он выглядел самым сильным.

И для Сюй Цзыюэ... Вероятно, это было потому, что он выглядел как человек, который просто гребет в одиночку.

После двух туров голосования и двух дней у каждого из них были свои собственные мысли, но ни у кого не было намерения делиться ими с другими. Однако, чтобы убедиться, что человек, которого они подозревают, проголосовал, они могут обсудить это с другим наедине.

Но, похоже, никто не собирался обсуждать это с Сюй Цзыюэ...

Ассистент по макияжу и менеджер поменялись местами, так что он сел рядом с Сюй Цзыюэ. По другую сторону Сюй Цзыюэ, естественно, сидел Гу Цзе.

— Вау, как ты это сделал? Вчера ты... сделал это? Хммм? — ассистент по макияжу постучал большими пальцами друг о друга, а затем игриво изогнул брови, глядя на Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ покачал головой, наклонился так, чтобы он был ближе к нему, и тихо сказал:

— Ты слишком много думаешь.

Ассистент по макияжу тоже понизил голос:

— Почему? Атмосфера между вами двумя совершенно отличается от прежней.

— Я позволил ему обращаться со мной, как с ребенком... — Сюй Цзыюэ потер лицо с сердцем, наполненным горем.

Хотя обычные люди не стали бы делать такие вещи с ребенком, Гу Цзе был тем, кто был бы собственником по отношению к кому-то с такой внешностью, так что в конце концов это всё равно было странной причудой.

Если только не было ещё одной неудачи с данными.

В противном случае это была ошибка системы.

Ассистент по макияжу успокаивающе похлопал Сюй Цзыюэ по плечу и вздохнул:

— Соболезную...

Менеджер вспомнила результаты сегодняшнего голосования и, наконец, вспомнила, что в очередной раз было голосование, в котором воздержались:

— Являются ли воздержавшиеся голоса за последние два дня от одного и того же лица?

— Независимо от того, воздерживается он или нет, оказывает ли это какое-либо влияние на результат?

— Я думаю, что человек, который воздержался в первый раз, вероятно, всё ещё не понимал ситуацию, поэтому решил воздержаться. Я не думаю, что это один и тот же человек во втором раунде.

Дворецкий задумчиво потер подбородок:

— Тогда давайте не будем об этом говорить. Давайте поговорим о том, что нам следует делать с едой. Это не значит, что мы можем просто не есть. — дворецкий поднял руку, — Позвольте мне начать с того, что я вообще не умею готовить.

Увидев быстрые действия дворецкого, Сюй Цзыюэ немедленно схватил руку Гу Цзе и поднял их вместе:

— Мы тоже не можем!

Он не был глуп. Что-то вроде приготовления пищи... Включало в себя контроль над тем, что все едят. Если что-нибудь случится, их первое подозрение падет на повара, как и сегодня.

После того, как Сюй Цзыюэ закончил говорить и приготовился опустить руку, Гу Цзе схватил его, сцепил их пальцы и позволил их рукам свободно висеть между ними.

Остальные видели это и, казалось, не придавали этому особого значения.

Какой смысл влезать во что-то подобное в таком месте, как это? Кто знает, какие мысли могут быть у человека рядом с вами? Существует даже вероятность того, что они вытолкнут вас, чтобы заблокировать вами нож, если они столкнутся с опасной ситуацией.

Лучше было просто верить в себя и полагаться только на себя.

Человек с личностью менеджера посмотрела на сотрудника А:

— О да, о феномене сонливости, о котором ты упоминал в прошлый раз. Я тоже испытала это.

Когда они были в комнате артиста 2 ранее, персонал А упомянул, что он автоматически начинает чувствовать сонливость, когда приходит время спать. Слова менеджера, казалось, подтвердили теорию персонала А о том, что еда, возможно, была подделана.

— Если бы это было не потому, что они были накачаны наркотиками, кому-то было бы трудно войти в комнату, чтобы связать артиста 1 и заблокировать рот артиста 2. Они не глупы и, естественно, сделают всё возможное, чтобы сбежать или позвать на помощь, когда столкнутся с убийцей.

— Тогда, если нас действительно накачали наркотиками, они, возможно, действительно пытались позвать на помощь, но это было бесполезно?

Сюй Цзыюэ огляделся по сторонам. Разве они не обсуждали вопрос о еде раньше? Как они вдруг дошли до этой темы?

Но так как он сбился с пути, он не собирался возвращаться в ближайшее время.

Сюй Цзыюэ тоже думал об этом. Он спит довольно глубоко, поэтому сам этого не заметил. Правда, в первую ночь с ассистентом визажиста он уснул довольно рано.

Было и ещё кое-что. Дверь нельзя было открыть после восьми часов. Он не знал, были ли другие комнаты такими же. Если это было так, и никто больше об этом не знал, это означало, что все они, вероятно, заснули ещё до восьми часов.

И вчера он был в комнате Гу Цзе... Он определенно спал позже восьми часов.

Так что этот вопрос, скорее всего, не имел никакого отношения к их еде.

Хотя он и пришел к такому выводу, Сюй Цзыюэ ничего не мог сказать. Он мог только наблюдать, как они продолжают углубленно обсуждать эту тему.

Артист 3 сказал:

— Если это из-за того, что нас накачали наркотиками, я определенно не хочу, чтобы другие заботились о моей еде. — он был кем-то, кто жил в комнате рядом с артистом 2. После устранения двух артистов один за другим, и так как он также был в соседней комнате. Он боялся, что следующим может быть он.

Дворецкий почесал зудящую голову и почувствовал, что с нынешней ситуацией очень трудно справиться:

— Тогда... Как насчет этого? Пусть все смотрят, как готовится еда?

— Тогда почему бы нам самим не приготовить себе еду? — сказал персонал Б.

Его предложение было неплохим, но...

Персонал А спросил:

— У нас достаточно ингредиентов?

Дворецкий покачал головой:

— Я не проверял. Был лишь повар, который пользовался подвалом.

— Тогда пойдем проверим.

Гу Цзе повел Сюй Цзыюэ в подвал.

В отличие от их первого раза, когда они были незнакомы с дорогой, и Сюй Цзыюэ шел впереди, на этот раз Сюй Цзыюэ и Гу Цзе шли в самом конце.

Между ними не было много разговоров, но атмосфера была исключительно гармоничной. Сюй Цзыюэ, как обычно, откровенно смотрел в лицо Гу Цзе, в то время как у Гу Цзе, как обычно, было слабое выражение нежности на его лице. Он не сильно отличался от прежнего.

Единственная разница, вероятно, заключалась в том, что Гу Цзе время от времени поглаживал руку Сюй Цзыюэ, когда держал её.

Это маленькое действие, которое он совершил, заставило Сюй Цзыюэ не сдержать волнения и трепета.

Как будто они тайно демонстрировали свою привязанность перед большой аудиторией, он был немного взволнован и немного боялся, что другие узнают.

Он просто потирал руку, и это было совсем не похоже на аналогию, использованную ранее, но общее ощущение было похожим.

Хотя все знали, что ситуация между ним и Гу Цзе была сложной и неясной, только две вовлеченные стороны понимали эту ситуацию.

Сюй Цзыюэ чувствовал, что обстоятельства Гу Цзе были очень сложными, потому что тот, казалось, был одержим определенными чертами в нем, и это казалось довольно серьезным.

И каким-то образом среди этой неразберихи он оказался привязанным к Гу Цзе.

Но если он хочет зачистить эту игру... Можно сказать, что его связали по доброй воле.

Но действия Гу Цзе с сегодняшнего утра были очень обманчивыми!

Даже целовался и кусался!

Это действительно искушало его.

Итак, Сюй Цзыюэ на самом деле не очень ясно представлял намерения Гу Цзе.

Чтобы удовлетворить свою навязчивую идею. Или он обращался с ним как с... каким-то любовником?

Это также могло быть и то, и другое, так как он мог бы также воспользоваться этим.

Тьфу! О чем он только думал!

Сюй Цзыюэ покачал головой и почувствовал, что с Гу Цзе определенно что-то не так.

У него такая проблема, когда он должен обратиться к психологу.

Но он большой босс, и они всегда немного особенные. Кроме того, требуют ли данные психологического консультирования?

Когда Сюй Цзыюэ подумал об этих вещах, группа уже добралась до подвала. После того, как все посмотрели на оставшуюся еду, они выразили: мы не готовим, поэтому мы не можем сказать, достаточно ли этого количества или нет.

В конце концов, те, кто не умеет готовить, могут даже не знать, сколько риса нужно для определенного количества людей или сколько требуется для одного человека.

В конце концов, после долгих обсуждений оставшиеся семнадцать человек решили заняться своими приемами пищи отдельно, но с правилом, что они должны были съесть всё, что они сделали, чтобы избежать потерь и не делать слишком много, иначе им придется взять на себя ответственность и пропустить прием пищи, чтобы компенсировать это.

Можно сказать, что это была довольно крайняя мера.

Но чтобы избежать возникновения проблем, это также было необходимо.

Прежде чем покинуть подвал, дворецкий прямо попросил всех взять некоторые ингредиенты, чтобы разобраться с едой. На мгновение сцена стала довольно гармоничной. Словно они были на овощном рынке.

Сюй Цзыюэ подумал о себе и Гу Цзе и решил не только взять горсть овощей, но и взять небольшой кусочек мяса.

Помощник по макияжу увидел это и наклонился:

— Ты умеешь готовить? Ты можешь позволить мне тоже присоединиться?

Сюй Цзыюэ, естественно, покачал головой:

— Я не знаю, как это делать.

Затем ассистент по макияжу поинтересовался:

— Тогда зачем ты это взял?

— Ну... Это потому, что я думал, что Гу Цзе может. Кроме того, я не позволю тебе присоединиться. Позволить тебе быть третьим лишним? Я отказываюсь.

Не говоря уже о том, что если что-то пойдет не так с помощником по макияжу, остальные начнут подозревать их, а Сюй Цзыюэ не хотел навлекать на себя неприятности.

Ассистент по макияжу не воспринял отказ Сюй Цзыюэ плохо и вскоре повернулся, чтобы спросить остальных. Сюй Цзыюэ тоже не обратил на это особого внимания.

Повернувшись, Сюй Цзыюэ вернулся к Гу Цзе с несколькими зелеными перцами, небольшим куском мяса и несколькими маленькими кочанами капусты:

— Ты умеешь готовить?

Гу Цзе посмотрел на три предмета в его руках и сказал с некоторым смущением:

— У меня нет опыта.

Сюй Цзыюэ: «...» Какая отчаянная ситуация.

Был почти полдень. Сюй Цзыюэ привел Гу Цзе на кухню, и они долго возились там. Конечно, Сюй Цзыюэ был тем, кто пытался, в то время как Гу Цзе просто наблюдал, время от времени засовывая пальцы в специи и заставляя Сюй Цзыюэ попробовать.

Сюй Цзыюэ даже несколько раз фаршировали перцем... После этого Сюй Цзыюэ решил держать рот на замке!

Он не удивился бы, если бы Гу Цзе заставил его попробовать горчицу в следующий раз!

Но, судя по внешнему виду конечного продукта, Сюй Цзыюэ чувствовал, что у него всё получилось довольно хорошо. Два блюда, которые он приготовил, по крайней мере, на вкус были вполне нормальными и съедобными.

Итак, когда почти наступил полдень, Сюй Цзыюэ и Гу Цзе наконец-то получили возможность поесть.

Во второй половине дня те, кто ещё не выполнил свои задачи, отправились выполнять их, в то время как такие, как Гу Цзе, которые закончили, могли свободно передвигаться.

Сюй Цзыюэ даже видел, как ассистент визажиста в отчаянии ушел, чтобы завершить свою незаконченную задачу, которая состояла в том, чтобы скрутить свою талию и сжать руку в форме орхидеи.

Сюй Цзыюэ вздрогнул и отвел взгляд.

Чтобы не позволить времени пройти слишком обыденно, Сюй Цзыюэ вспомнил, что здесь был горячий источник.

Сюй Цзыюэ схватил Гу Цзе за рукав и предложил:

— Пойдем к горячему источнику?

— Хочешь пойти?

Сюй Цзыюэ кивнул:

— Честно говоря, я не пробовал подобного раньше.

Гу Цзе погладил Сюй Цзыюэ по голове и мягко улыбнулся:

— Тогда пойдем.

Горячий источник в этом месте был не очень большим, но его было достаточно, чтобы все они сели вдоль края.

Гу Цзе привел Сюй Цзыюэ в раздевалку.

Сюй Цзыюэ посмотрел на каждый из шкафов и хотел открыть один, чтобы посмотреть, но Гу Цзе внезапно протянул руку, чтобы схватить дверцу шкафа.

— Воа.... Что случилось? — Сюй Цзыюэ был удивлен его внезапным поступком.

— Переоденься вон там. — Гу Цзе подвел Сюй Цзыюэ к шкафам с другой стороны и открыл один из них. Изнутри он достал комплект чистых штанов для Сюй Цзыюэ, чтобы переодеться, прежде чем переодеться самому и войти внутрь вместе с Сюй Цзыюэ.

На протяжении всего процесса Сюй Цзыюэ не нужно было ничего делать. Впервые в своей жизни Сюй Цзыюэ испытал, каково это быть избалованным.

Когда он вышел из раздевалки, Сюй Цзыюэ не смог удержаться, чтобы не повернуть голову и не взглянуть на шкаф, который он изначально хотел открыть.

Было ли в нем что-то странное?

Сюй Цзыюэ покачал головой, чтобы отбросить эти мысли. Сначала он просто хотел отмокнуть и воспользоваться этой возможностью, чтобы оценить тело Гу Цзе... В конце концов, такая возможность выпадает нечасто... Но всего через несколько минут после того, как они вошли в воду, ассистент по макияжу последовал за ними...

— Вау, вы, ребята, знаете, как весело провести время. Подождите меня, я тоже присоединюсь к вам. — ассистент по макияжу вбежал, не переодевшись, прежде чем выбежать, чтобы переодеться.

Остальные, кто последовал за ним, заглянули внутрь, чтобы увидеть, что там были только Сюй Цзыюэ и Гу Цзе, прежде чем повернуться, чтобы переодеться.

Сюй Цзыюэ вздохнул:

— Он исчез.

— Кто исчез? — Гу Цзе взял пальцами немного воды и вылил её на голову Сюй Цзыюэ. Казалось, ему нравилось играть с ним.

Конечно, мир, в котором их было только двое, исчез.

Сюй Цзыюэ отмахнулся от руки Гу Цзе, которая поливала его, и пожаловался:

— Вода попадет мне в глаза.

Гу Цзе услышал это и взял в руки чашку Сюй Цзыюэ:

— Где?

Увидев лицо Гу Цзе на таком близком расстоянии и, кроме того, с довольно высокой температурой горячего источника, Сюй Цзыюэ неудивительно начал краснеть.

Более того, они оба могли иметь прямой контакт с кожей здесь, в горячем источнике.

Сюй Цзыюэ сглотнул..

«Всплеск»

Сюй Цзыюэ бросился на Гу Цзе, заставляя воду лететь на его тело, и капли воды медленно скатывались вниз.

Затем Сюй Цзыюэ в отместку нежно прикусил нижнюю губу Гу Цзе.

Гу Цзе слегка откинулся назад и открыл рот...

— Аааа...

Из раздевалки донесся резкий крик.

— Мм...

В этот момент Гу Цзе только что сунул кончик языка в горло Сюй Цзыюэ, и Сюй Цзыюэ не мог вырваться, как бы сильно он ни боролся.

Автору есть что сказать:

Гу Цзе включает в себя: действия Остина, воспоминания Сунь Мо о конфетах и одержимость маленькой куклой.

А также их привязанность к Юэюэ...

Наконец, остальная часть его натуры — это Гу Цзе, включая его страсть делать непослушные вещи, хи-хи.

Сюй Цзыюэ изо всех сил оттолкнул Гу Цзе, тяжело дыша. Затем он поднял руку и вытер ею рот, но это мало что дало, кроме того, что нижняя половина его лица стала ещё более влажной.

Эти красные губы и раскрасневшиеся щеки... Пока он не слишком невинный, любой может сказать, что они только что сделали.

Сюй Цзыюэ поспешил выйти из горячего источника и по пути поморщился, глядя на Гу Цзе, который медленно следовал за ним, прежде чем броситься в раздевалку, откуда донесся крик.

Когда он добрался до раздевалки, на первый взгляд он ничего не увидел. Но как только он обошел других людей и его взгляд остановился на шкафах, его встретила ужасающая сцена.

Шеф-повар, который был устранен и был доказан как НПС, находился внутри шкафчика.

Этот кубический шкаф определенно не был чем-то, что могло бы вместить взрослого человека, поэтому там была только голова, смотрящая своими безжизненными глазами.

Любой, кто ничего не подозревая открыл шкафчик с намерением отдохнуть в горячем источнике, естественно, был бы шокирован таким зрелищем.

По случайному совпадению, когда Сюй Цзыюэ впервые вошел в раздевалку, шкаф, который он собирался открыть, оказался тем, в котором была голова.

Грудь Сюй Цзыюэ сжалась. Он сделал шаг назад.

Но он не хотел ни с кем сталкиваться.

Сюй Цзыюэ оглянулся и увидел Гу Цзе, стоящего позади него. Последний увидел, как Сюй Цзыюэ обернулся и принялся успокаивающе гладить Сюй Цзыюэ по голове.

Гу Цзе прошептал:

— Всё в порядке.

Сюй Цзыюэ всё ещё испытывал некоторые затяжные страхи. Он действительно был в порядке, но, похоже, ассистентка по макияжу испытала настоящий шок. Помощник по макияжу воспользовался этой возможностью, чтобы успокоить её.

Сюй Цзыюэ прищурился, но ничего не сказал. Это всегда было хорошо — утешать кого-то, хотя намерение, стоящее за этим, может быть не таким простым.

— Похоже, что устраненный убийца будет спрятан в другом месте в этом месте? — менеджером тоже была женщина, но она казалась немного более жизнерадостной. Шкаф, который она открыла, тоже был в порядке, так что она была довольно спокойна.

— Может быть, и так. Мы должны быть осторожны, или мы можем быть напуганы до смерти, прежде чем кто-либо будет устранен.

Так что, похоже, последствия устранения убийцы тоже были не очень хорошими.

Дверь в шкафчик снова закрылась, и остальные больше не были заинтересованы в том, чтобы купаться в горячем источнике. Естественно, Сюй Цзыюэ тоже потерял интерес.

Ему стало немного холодно при мысли о голове в шкафу, и он убедился, что находится рядом с Гу Цзе. Если что-то случится, Гу Цзе должен... должен хорошо позаботиться о нем.

Однако Сюй Цзыюэ не был уверен в этом.

Вытершись и переодевшись в прежнюю одежду, Сюй Цзыюэ потащил Гу Цзе за собой, чтобы смешаться с различными небольшими группами, чтобы выслушать их мнения.

Общая ситуация заключалась в том, что их сомнения были повсюду.

Казалось, что никто здесь не мог быть убийцей.

Это было то, в чем они должны были сомневаться. Но если бы вы сказали ему в лицо, что он подозрителен... у Сюй Цзыюэ была проблема с этим!

Сюй Цзыюэ, у которого были проблемы с этим, обратился к другой небольшой группе, и ответ, который он получил, заключался в том, что они очень подозрительно относились к нему...

Но эти сомнения были очень поверхностными по сравнению с сомнениями, которые они испытывали в отношении других.

Конечно, Сюй Цзыюэ был удивлен, что на этот раз у остальных не было никакого намерения работать в одиночку.

Напротив, персонал Б подбежал к Сюй Цзыюэ и тихо спросил его, узнал ли он что-нибудь о Гу Цзе после того, как связался с ним, хваля его по пути.

Его слова были похожи на благоговение перед его способностью решать свои физические потребности даже в такой ситуации, как эта.

Сюй Цзыюэ хотел сказать ему, что он этого не делал, этого не произошло.

Непонимание остальных не было настолько очевидным, поэтому Сюй Цзыюэ потерял интерес к объяснениям.

Хотя у Сюй Цзыюэ был большой босс, всё ещё не было ясно, кто из этих людей игрок, а кто НПС. Он действительно хотел спросить, но не было похоже, что Гу Цзе ответит.

В ту ночь Сюй Цзыюэ продолжал спать в той же комнате, что и Гу Цзе.

После восьми часов дверь в комнату снова была плотно закрыта, и на этот раз Сюй Цзыюэ также не хотелось спать.

Но когда наступил третий день, остальные всё ещё говорили, что прошлой ночью они были поражены приступом сонливости, поэтому предполагается, что источник их сонливости, возможно, не имеет никакого отношения к еде.

Сотрудник Б, который ранее разговаривал с Сюй Цзыюэ, был устранен на третью ночь. На этот раз у персонала Б были очень явные следы удушения, и голосование позже устранило водителя, который считался самым сильным среди них.

Но после того, как его исключили, его удостоверение личности, которое было оставлено, сообщило другим игрокам, что он на самом деле игрок.

Тело водителя, за которого проголосовали, не исчезло. Это был совершенно другой результат по сравнению с шеф-поваром, и это также подтвердило догадки остальных.

Только НПС исчезнет после того, как против них будет проголосовано.

Что касается игроков... Они только закончат так же, как водитель или уборщик, и внезапно будут раздавлены чем-то падающим или чем-то в этом роде, чтобы вынудить их выйти из игры.

Теперь осталось пятнадцать человек.

После сегодняшнего утра кто-то предложил идею по смене комнат.

— Если у убийцы есть ключи, мы можем случайным образом поменять комнаты, чтобы убийца не знал, кто в какой комнате находится. — предположил сотрудник А, — И я подозреваю, что некоторые приготовления в наших комнатах могли быть сделаны заранее. Если дело не в еде, то это должно быть что-то другое... Например, отравленный газ, поступающий через вентиляционные отверстия. Разве это не возможно? И это то, что мы не можем предотвратить.

Сюй Цзыюэ почувствовал, что его предложение звучит разумно, и почувствовал восхищение по отношению к персоналу А.

Дворецкий спросил:

— Такого рода вещи... Как это сделать?

Персонал А сказал:

— Мы можем бросить все наши ключи в коробку, а затем каждый может вытащить ключ, не показывая его никому. Таким образом, убийца будет знать только свою собственную комнату и не будет знать о комнатах других.

В этом случае, даже если у убийцы есть все ключи, он не будут знать, в какой комнате находится игрок, которого нужно устранить. Ему придется потратить немного времени, проверяя комнаты одну за другой.

Другие также сочли, что это звучит разумно, и одобрили предложение персонала А.

Гу Цзе также неторопливо передал свои ключи без каких-либо колебаний.

Видя это, Сюй Цзыюэ пришел к выводу, что смена ключей всё ещё может быть не очень полезной.

Не говоря уже о том, что эти ключи всегда были в руках Гу Цзе, и Гу Цзе был рядом с Сюй Цзыюэ в постели всю ночь. Это в основном означало, что двери на самом деле были бесполезны для убийц и могли быть открыты без ключей.

Но в конце концов все по-прежнему меняли свои комнаты случайным образом.

Персонал А неосознанно стал человеком, направляющим других.

Сюй Цзыюэ подумал о голосовании, которое он снова получил сегодня, и почувствовал себя немного запутанным. Кто это был такой настойчивый! Голосовало больше людей, но голоса Сюй Цзыюэ по-прежнему оставались неизменными.

Перед обедом Сюй Цзыюэ и Гу Цзе отправились в погреб за ингредиентами. Когда они подошли, он пробормотал несколько жалоб на голоса.

Гу Цзе тихо усмехнулся, следуя за Сюй Цзыюэ.

— Это я.

— Хм? Что ты? — на мгновение Сюй Цзыюэ не понял.

— Подожди! — внезапно понял Сюй Цзыюэ, — Не говори мне... Ты был тем, кто голосовал за меня в первый день?!

Гу Цзе честно кивнул, а затем взъерошил волосы Сюй Цзыюэ и со вздохом сказал:

— Это потому, что... ты привлек моё внимание.

— Тогда почему ты продолжал голосовать за меня в течение следующих двух дней?!

Гу Цзе наклонил голову в раздумье:

— Наверное... Потому что, кроме тебя, я не хочу отдавать свои вещи никому другому?

Сюй Цзыюэ: «...»

Тишина.

— Ты думал, я поверю в это?! — Сюй Цзыюэ немного сердито топнул ногами, но сжал кулак и сделал несколько глубоких вдохов, прежде чем встретиться взглядом с Гу Цзе...

После этого Сюй Цзыюэ легонько ударил Гу Цзе в грудь.

— Это твоё наказание. Это всё из-за тебя и твоего странного менталитета...

Почему ты такой красивый? Из-за этого трудно злиться на тебя.

Гу Цзе слегка улыбнулся и притянул Сюй Цзыюэ в свои объятия.

Сюй Цзыюэ некоторое время боролся, но Гу Цзе не делал никаких попыток отпустить его, поэтому в конце концов он перестал сопротивляться:

— Мы сейчас на лестнице. Даже если рядом никого нет, ты не должен... мм...

Одной рукой держа Сюй Цзыюэ, а другой обхватив его затылок, он наклонился вперед и поцеловал Сюй Цзыюэ в губы.

Сюй Цзыюэ неуверенно сделал несколько шагов назад, прежде чем, наконец, откинул голову назад, прислонившись спиной к стене.

Атмосфера на этой узкой лестнице постепенно становилась двусмысленной. Сюй Цзыюэ почувствовал, как Гу Цзе придвинулся ближе к его телу, а затем почувствовал пару наводящих на размышления... толчков в его нижнюю половину.

— Это... Я помешал вам двоим?

Внезапный голос вернул Сюй Цзыюэ в чувство, но после того, как он вырвался, его быстро притянули обратно в объятия Гу Цзе.

— Извини.

Сюй Цзыюэ схватил Гу Цзе за одежду и медленно успокоил дыхание. Он услышал, как над ним раздался голос Гу Цзе.

Этот голос всё ещё был нежным, но он также звучал не так, как обычно.

Визажист прошла мимо них, спускаясь по лестнице, прежде чем обернуться:

— Хотя атмосфера хорошая, я думаю, что в такое время здесь будет много людей. Почему бы вам двоим не сменить локацию?

Сюй Цзыюэ был так смущен, что хотел найти яму, в которой можно было бы зарыться.

Тем не менее, Гу Цзе всё ещё сохранял свой мягкий и вежливый характер и, казалось, не был смущен таким разговором.

Гу Цзе кивнул:

— Хорошо, я подумаю об этом.

Когда шаги визажиста исчезли вдали, Сюй Цзыюэ наконец заговорил:

— Ты действительно согласился и сказал, что подумаешь... Тебе не стыдно?

— Это моё обычное желание. Почему я должен смущаться? — Гу Цзе уткнулся головой в изгиб шеи Сюй Цзыюэ и вдохнул его запах, — Я хочу тебя.

Слова Гу Цзе заставили Сюй Цзыюэ покраснеть.

Он опустил голову, чтобы набраться храбрости, чтобы отвергнуть его, но когда он снова поднял глаза и столкнулся с лицом Гу Цзе, слова вылетели из его рта разбитыми кусками:

— П-позволь мне сказать тебе...Т-ты должен знать, что это с-соблазнение несовершеннолетнего... — чем больше Сюй Цзыюэ смотрел на нежное лицо Гу Цзе, тем труднее ему было отказаться, — Более того, я не...

Гу Цзе слегка усмехнулся. Его глаза и брови изогнулись от смеха, но они всё ещё оставались сосредоточенными на Сюй Цзыюэ. Губы, которые только что использовались для поцелуев, были краснее, чем раньше, а очерченные изгибы верхней губы делали её чрезвычайно сексуальной и соблазнительной. Когда он смеялся, его теплые глаза, казалось, немного расширялись, а уголки, которые были немного приподняты, также, казалось, слегка краснели.

Это выглядело очень привлекательно и красиво.

Больше половины мужества, которое собрал Сюй Цзыюэ, было потеряно в одно мгновение.

Только очень тонкие следы морали и принципов, сохранившиеся в нем, всё ещё боролись с этим.

Незаконченные слова исчезли между губами этих двоих, и после того, как они снова разошлись через несколько минут, Сюй Цзыюэ больше не мог произнести ни слова отказа.

Гу Цзе, прижавшись лбом ко лбу Сюй Цзыюэ, сказал сдержанным и низким хриплым голосом:

— Я действительно не могу сказать, взрослый ты или несовершеннолетний... — он выдохнул горячее дыхание, которое переплелось с дыханием Сюй Цзыюэ, пока полностью не смешалось.

— Э-это потому, что ты...

В один момент ты говоришь, что тебя не интересуют несовершеннолетние, а затем в другой момент говоришь, что тебе нравятся детские лица. Это был его первый раз, когда он видел такого трудного в обслуживании босса.

— Хорошо. — Гу Цзе прижал Сюй Цзыюэ к стене, — Тогда давай подождем...

Гу Цзе мягко улыбнулся. Приятность этого, казалось, пронизывала воздух, заставляя всё, что говорил Гу Цзе, казаться окрашенным радостью:

— Я буду ждать, пока ты станешь взрослым.

Сюй Цзыюэ напрягся в объятиях Гу Цзе...

Нет, на самом деле он...

— Хм? Вы всё ещё здесь? — в тоне визажистки чувствовалась некоторая беспомощность, — Это не очень хорошее место. В противном случае вы можете сделать это в другой раз. Сейчас полдень, так что в подвал будет приходить и уходить всё больше людей.

Гу Цзе слегка кивнул, но не сказал, последует ли он её совету:

— Спасибо, в следующий раз мы будем внимательны.

Визажистка покачала головой. Только она знала, что она думает о действиях Гу Цзе и Сюй Цзыюэ.

После того, как визажистка снова обошла их, Гу Цзе продолжал держать Сюй Цзыюэ, ожидая, пока он остынет. Это также позволило Сюй Цзыюэ получить шанс успокоиться.

Ах, зачем двум взрослым мужчинам успокаивать себя после такой реакции? Сюй Цзыюэ слабо пожаловался самому себе. Конечно же, это было потому, что он сам себе отказал.

Но даже если бы он не отказался, он не хотел, чтобы это было в таком месте, как это!

Это должно быть после того, как они вернутся...

Сюй Цзыюэ не знал, почему ему вдруг пришла в голову фраза «в поисках радости»... Но он, казалось, не мог этого сделать.

*  *  *  *  *

В любом случае, Сюй Цзыюэ и Гу Цзе сумели успешно взять свои ингредиенты, чтобы решить свою продовольственную проблему.

Когда остальные нервно собрались в зале, чтобы проанализировать вопрос о том, кто был более подозрительным, Сюй Цзыюэ и Гу Цзе... сжались вместе на маленьком диване и начали играть пальцами друг друга, прислушиваясь к мнению других людей.

Точнее, это Сюй Цзыюэ был тем, кто серьезно наблюдал, как другие анализировали различные отношения, о которых он больше не имел понятия, в то время как Гу Цзе, опустив голову, внимательно изучал ладонь Сюй Цзыюэ.

— ...Если нам придется ждать, пока убийца третей ночи не раскроет убийцу второй ночи, не будет ли это означать, что мы полностью полагаемся на убийц? При этом мы развили бы неправильный мыслительный процесс и, возможно, даже были бы введены в заблуждение, устранив людей на нашей собственной стороне!

— Но в настоящее время, похоже, у этих убийц, которые совершают преступления каждый день, также есть некоторый конфликт во мнениях между ними. Вероятно, они находятся в ситуации, когда используют друг друга и сражаются друг с другом до смерти.

— Я бы предпочел поверить в свои собственные предположения, но только одного человека недостаточно, чтобы устранить убийцу. Существует также вероятность того, что два человека будут устранены одновременно, если мы будем голосовать отдельно, и это не та ситуация, с которой мы хотим закончить.

Группа людей, за исключением Сюй Цзыюэ и Гу Цзе, продолжала шумно высказывать своё мнение.

Персонал А некоторое время слушал сбоку, прежде чем, наконец, вмешаться. Он спросил:

— Тогда скажите мне, за кого, по вашему мнению, следует проголосовать в первую очередь?

Ассистентка по макияжу, которая сказала, что «верит в свои собственные предположения», на мгновение была ошеломлена. Она оглянулась на спокойное выражение лица персонала А и на мгновение не смогла вымолвить ни слова.

После испуга, вызванного головой внутри шкафа, ассистентка по макияжу стала более активной. Не то чтобы она больше не боялась. Это было потому, что теперь она больше боялась, заставляя себя взглянуть в лицо реальности, и начала активно... устранять всё подозрительное.

Персонал А спокойно ждал ответа ассистентки по макияжу. Остальные последовали за ним и тоже посмотрели на неё.

Ассистентка по макияжу тихо набралась храбрости, прежде чем повернуться и посмотреть на Сюй Цзыюэ и Гу Цзе.

Сюй Цзыюэ: У меня плохое предчувствие.

Ассистентка по макияжу заговорила:

— В настоящее время у меня есть много людей, к которым я отношусь с подозрением. Но, судя по тому, что я наблюдала, этот мальчик-курьер всегда стоял рядом всё время, не прилагая никаких усилий. Я думаю, что в ситуации, когда мы действительно ничего не знаем, кто-то вроде него может быть устранен.

Рука Гу Цзе, которая играла с пальцем Сюй Цзыюэ, замерла. Затем он медленно поднял глаза и встретился взглядом с ассистенткой по макияжу.

Ассистентка по макияжу почувствовала ещё более сильный озноб по сравнению с тем, что было раньше, когда на неё смотрел персонал А. Её ноги стали мягкими, и она чувствовала, что вот-вот рухнет на пол, как желе.

— Хэй... — ассистент по макияжу поддержал ассистентку, — Я же говорил тебе, не заставляй себя, если ты ещё не полностью восстановилась.

Он поддержал ассистентку по макияжу в сторону, чтобы сесть, а затем подмигнул Сюй Цзыюэ.

Хотя ассистентка по макияжу была отодвинута в сторону, её слова заставили остальных задуматься.

Сюй Цзыюэ за всё это время почти ничего не сказал и, похоже, не принес особой пользы. Но, по крайней мере, он всё ещё был человеком и будет играть ключевую роль во время голосования.

По сравнению с другими, у него не было много подозрительных моментов.

Но тот факт, что он не высказал ни одного из своих мнений, действительно затруднил другим понимание его позиции.

Персонал А некоторое время смотрел на переплетенные руки Сюй Цзыюэ и Гу Цзе, прежде чем поднять подбородок:

— Вы хотели бы высказать свои мысли?

Сюй Цзыюэ с пистолетом, направленным на него, был ошеломлен. Он быстро напряг свои мозги...

— Я думаю, что... все, кажется, умнее меня, поэтому я ничего не сказал. На самом деле, я также подумал обо всем, о чем вы, ребята, подумали, поэтому я не чувствовал необходимости что-либо говорить. Но с тех пор, как вы спросили... Я могу сказать только одно.

— Я думаю, что это может быть бесполезно, даже если мы обменяемся ключами от комнаты. Поскольку всегда будет кто-то, кто будет устранен каждую ночь, как это предусмотрено правилами комнаты побега, это не должно быть чем-то, что можно так легко изменить. Я думаю, что ключи не должны быть главным моментом и что мы должны больше сосредоточиться на поиске убийцы.

Сюй Цзыюэ твердо кивнул:

— Это всё.

Дворецкий потер подбородок:

— Его слова действительно звучат разумно...

Эта игра была установлена таким образом, и их практика обмена ключами, можно сказать, была попыткой изменить то, как играется. Позволит ли система им это сделать? Конечно, нет.

— Разве ты не говорил, что у тебя мало мыслей? Это хорошая мысль. — менеджер улыбнулась и сменила тему, — Я не думаю, что ты так «глуп», как говоришь. Поскольку это так, и поскольку вы всегда вместе, почему бы вам не поговорить о своем мнении друг о друге? Вы заметили какие-нибудь подозрительные моменты? Всё, что кажется неправильным. Поскольку вы оба были вместе всё это время, вы, возможно, заметили что-то, чего не заметили другие.

Сюй Цзыюэ открыл рот, но не знал, что сказать. Если они говорили о подозрительных моментах, то их было слишком много... В конце концов, Сюй Цзыюэ уже решил, что тот босс. Кроме того, все пригласительные письма присутствующих здесь людей, за исключением Сюй Цзыюэ, были написаны тем самым человеком, который сидел рядом с ним!

И женщина, которая утверждала, что является основателем ассоциации энтузиастов «Комната Побега», скорее всего, была фальшивкой. Истинным основателем должен быть тот, кто сидит рядом с ним...

Так что если бы ему пришлось говорить о подозрительных моментах... Их было слишком много.

Сюй Цзыюэ повернулся, чтобы посмотреть на Гу Цзе.

Гу Цзе ободряюще улыбнулся Сюй Цзыюэ:

— Всё в порядке, просто скажи, что ты думаешь.

Остальные люди, наблюдавшие за происходящим, вздрогнули. Что это за странная ситуация! Они всё ещё могли показывать подобное перед ними в такое время?!

По какой-то причине им казалось, что они попали в совершенно другое шоу... Люди, стоявшие в стороне, не могли не думать об этом.

Сюй Цзыюэ изначально не играл в игру на выживание, поэтому, возможно, сначала он не очень хорошо понимал ситуацию, но теперь это был четвертый мир. Сюй Цзыюэ многому научился на этом пути.

Это также включает в себя изменения в человеческой природе.

Не все были плохими, но здесь большинство не были хорошими. Если Сюй Цзыюэ разоблачит здесь Гу Цзе, Сюй Цзыюэ знал, что он, вероятно, не получит от них никакой выгоды и никакой благодарности.

Потому что неизбежно некоторые подумают, что он уже знал, и у них возникнут мысли типа «если бы он сказал это раньше, никому не пришлось бы умирать». Но если бы он сказал это в самом начале, некоторые подумали бы, что он несет чушь.

Было бы лучше просто прямолинейно избегать вмешательства в игру. Если они сами этого не поймут, то те, кто может выжить, естественно, выживут, а те, кто должен быть устранен, естественно, будут устранены.

Поэтому Сюй Цзыюэ не будет помогать боссу и рассказывать НПС об игроках, а также не будет помогать игрокам и рассказывать им что-либо о НПС.

Но поскольку он участвовал в игре на выживание, его неизбежно заподозрят, что бы он ни делал.

И поэтому Сюй Цзыюэ мог только колебаться между ними.

Столкнувшись с вопросами игроков, Сюй Цзыюэ, естественно, должен был научиться не преодолевать их.

Сюй Цзыюэ откашлялся и серьезно представил остальных:

— Мой возлюбленный. Его зовут Гу Цзе, ему двадцать четыре года. Мы знакомы всего три дня. Что касается его дня рождения... Я не знаю. Я мало что о нем знаю, но есть одна вещь, которую я заметил в нем, которая не совсем верна...

Люди, которые планировали прервать Сюй Цзыюэ, внезапно заинтересовались.

— У него странная причуда. Хотя он говорит, что не интересуется несовершеннолетними, на самом деле ему очень нравится моё лицо. Это такое желание, которое невозможно остановить, поэтому в настоящее время я подозреваю, что может быть случай педофилии. То есть педофилия по отношению к детским лицам.

Каждый: «...»

Гу Цзе слегка усмехнулся и поднял руку, чтобы нежно потереть затылок Сюй Цзыюэ, заставив молодого человека дрожать.

Остальные долго молча смотрели на Сюй Цзыюэ.

Именно Гу Цзе нарушил молчание и продолжил:

— Сюй Цзыюэ... Моя одержимость.

Все вздрогнули, услышав слова Гу Цзе.

Голос Гу Цзе был глубже и ниже, чем у Сюй Цзыюэ. Его взгляд и эмоции в его голосе, когда он сказал это, глядя на Сюй Цзыюэ, казалось, может утопить людей. Привязанность в нем была настолько сильной, что другие чувствовали себя задыхающимися, как будто кто-то сжимал их за горло, не давая им дышать.

Но они явно знали друг друга всего несколько дней.

— Вы двое... Зачем вы здесь? — когда это чувство исчезло, менеджер, наконец, обрела голос.

Сюй Цзыюэ огляделся и нерешительно ответил:

— Я полагаю... Я также... не уверен.

Ответ Сюй Цзыюэ только ещё больше разозлил остальных. Только один Гу Цзе чрезвычайно счастливо улыбнулся, услышав ответ Сюй Цзыюэ.

И именно это его лицо всегда приводило Сюй Цзыюэ в изумление, когда оно загоралось.

Улыбающееся лицо Гу Цзе было особенно пьянящим. Даже если остальные не являются фейсконщиками, они также не могли не взглянуть ещё раз.

— Это, вероятно, для того, чтобы встретиться со мной. — сказал Гу Цзе и нежно поцеловал Сюй Цзыюэ в лоб.

Остальные: «...»

Менеджер, которая только что успокоила свои сложные эмоции, больше не могла оставаться спокойной. У неё даже возникло желание выбросить эту пару из этой игры.

Хотя на самом деле она не может этого сделать.

Поэтому она могла только холодно наблюдать:

— Поскольку ваши ответы схожи... Это значит, вы оба не подозреваете друг друга?

Гу Цзе улыбнулся и ответил, прежде чем Сюй Цзыюэ смог придумать ответ:

— Если он хочет что-то сделать, я не буду его останавливать.

Все взгляды внезапно сосредоточились на Сюй Цзыюэ.

Потому что, судя по всему, Сюй Цзыюэ действительно что-то сделал, и Гу Цзе всё об этом знал.

Сюй Цзыюэ: Нет, я ничего не делал!!!

Сюй Цзыюэ посмотрел на Гу Цзе с выражением «я не ожидал, что ты будешь таким человеком», прежде чем спокойно оглянуться на остальных:

— Я ничего не сделал. Поскольку Гу Цзе слишком одержим, он даже отдавал свой голос только за меня. Если бы я хотел что-то сделать, он, вероятно, заревновал бы и сделал это первым!

Взгляды других людей снова изменились.

Что ты здесь делаешь, выпендриваясь?! Хотя теперь они знали внутреннюю историю голосования, они совсем не чувствовали себя счастливыми! Они были здесь только для того, чтобы покрасоваться!

Гу Цзе ничего не сказал в ответ на слова Сюй Цзыюэ. Что бы ни говорил Сюй Цзыюэ, он кивал и говорил с пьянящей улыбкой:

— Да, всё твоё принадлежит мне.

Гу Цзе, казалось, нашел уникальный способ выразить себя.

До этого Гу Цзе думал только о том, чтобы владеть и монополизировать. Но люди вокруг него не понимали, что есть вещи, которые монополизированы им и даже в конечном итоге будут жаждать и воровать. В нынешней ситуации, когда он объявил о своей собственности, другие больше не будут думать, что его имущество не принадлежит ему.

Дворецкий потер мурашки по рукам и осторожно спросил:

— Вам не кажется, что... ваши отношения немного странные?

Сюй Цзыюэ взглянул на дворецкого. О, значит, ты заметил это только сейчас...

Но Сюй Цзыюэ, естественно, не подтвердил этого, поэтому он просто улыбнулся и поднял голову, чтобы поцеловать Гу Цзе в подбородок.

— Мы — пара судьбы! — каждый извлекает выгоду из другого.

Менеджер поддержала свой лоб и слабо сказала:

— Я не думаю, что эти двое могут нормально общаться.

— ...Я поддерживаю это.

Тема о Сюй Цзыюэ и Гу Цзе была волшебным образом отброшена, но это не означало, что они не подозревали Сюй Цзыюэ и Гу Цзе.

В этот момент, когда Гу Цзе и Сюй Цзыюэ так дружелюбны, эти двое либо из одного лагеря, либо один контролирует другого. Однако в ситуации, когда нет никаких дополнительных доказательств, они не стали бы произвольно тратить свои голоса на Сюй Цзыюэ и Гу Цзе. Они тоже не глупы и не будут просто слепо следовать словам ассистентки по макияжу, чтобы проголосовать за них.

Голоса, естественно, пойдут в пользу тех, кого они считают убийцей.

Доверие к себе всегда намного лучше, чем доверие к другому, потому что не было бы ничего удивительного, если бы все вдруг обернулись и проголосовали за вас, когда вы думали, что свободны от подозрений.

Сюй Цзыюэ вздохнул с облегчением.

Он поднял голову и посмотрел на Гу Цзе, который только что доставил ему неприятности.

Гу Цзе мягко улыбнулся Сюй Цзыюэ, а затем схватил его руку и поднес к губам, чтобы поцеловать, как будто никто не видел.

Сюй Цзыюэ глубоко вздохнул...

Черт возьми!!! Этот человек... Этот человек невероятно хорош во флирте!!!

Сюй Цзыюэ уткнулся лицом в грудь Гу Цзе и долгое время совершенно не хотел выходить.

Помощник по макияжу недоверчиво уставился на Сюй Цзыюэ, прежде чем прошептать персоналу А:

— Эти двое слишком...

— Всё в порядке. — персонал А спокойно прервал ассистента по макияжу. Он не хотел присоединяться к нему в сплетнях.

Ассистент по макияжу, которого прервали, мог только удрученно отвернуться и продолжать утешать ассистентку визажиста, которая, казалось, всё ещё была чем-то обижена.

*  *  *  *  *

Несмотря на то, что Сюй Цзыюэ сказал, что нет необходимости менять комнаты, они всё равно сделали это. В конце концов, если бы они сдались, не попытавшись, им было бы трудно пережить это.

Сюй Цзыюэ сидел, скрестив ноги, на кровати, подперев рукой подбородок. Во всех комнатах были свои настенные часы.

К восьми часам Сюй Цзыюэ всё ещё не хотелось спать. Затем он подошел к двери, чтобы попробовать... Всё ещё не в состоянии открыть.

Гу Цзе сидел в изголовье кровати, читая свою книгу, и время от времени поглядывал на Сюй Цзыюэ, словно проверяя, не забрали ли его добычу.

Когда он увидел, как Сюй Цзыюэ пытается открыть дверь, Гу Цзе отложил книгу, подошел к двери и прямо прижался к спине Сюй Цзыюэ, зажав его между руками и дверью.

Гу Цзе потерся носом о мягкие волосы Сюй Цзыюэ и вдохнул аромат его только что вымытых волос:

— Ты хочешь выйти?

— Дело не в этом... Мне просто было любопытно. — Сюй Цзыюэ позволил Гу Цзе обнять его, — Мне было интересно, спят ли ещё остальные.

— Они спят. — - уверенно ответил Гу Цзе.

Сюй Цзыюэ: «...» Хорошо, хорошо. Я уже знаю, что ты босс.

Когда Гу Цзе увидел, что Сюй Цзыюэ молчит, он сказал:

— Нам тоже надо поспать, хм?

Сюй Цзыюэ повернул голову и изо всех сил попытался посмотреть на Гу Цзе, который прижимал подбородок к его макушке:

— Тогда... не мог бы ты сказать мне, почему они заснули до восьми часов?

Гу Цзе опустил голову и поцеловал уголок глаза Сюй Цзыюэ:

— Из-за вентиляционного отверстия.

Сюй Цзыюэ проследил за взглядом Гу Цзе к неприметному вентиляционному отверстию на потолке.

Сюй Цзыюэ спросил:

— Ты имеешь в виду... Что-то вроде снотворного порошка?

Это был не уся*!

П/п: это жанр китайской фантастики. повествующий о приключениях мастеров боевых искусств в древнем Китае.

Гу Цзе кивнул.

Сюй Цзыюэ: Хорошо, я думаю, это может быть уся.

Гу Цзе, который дал ему ответ, плавно потянул Сюй Цзыюэ на кровать.

Затем он выключил свет и обнял молодого человека. До тех пор, пока он не засыпал полностью, он время от времени поднимал руку, чтобы прикоснуться, чтобы убедиться, что он всё ещё там, в его объятиях.

Сюй Цзыюэ поначалу был немного сонным, но с Гу Цзе, время от времени прикасавшимся к его спине...

Он обнаружил, что становится всё более и более энергичным.

Это был другой тип энергии.

В темноте Гу Цзе слегка усмехнулся:

— Почему ты такой чувствительный?

Сюй Цзыюэ смутился:

— Можно ли меня винить в этом?

Сюй Цзыюэ отстранил руку Гу Цзе, лежавшую у него на спине, и поймал её в свои ладони, прежде чем намеренно понизить голос, чтобы строго сказать:

— Спи!

Гу Цзе тихо вздохнул. В его голосе звучало легкое сожаление, что ещё больше расстроило Сюй Цзыюэ.

Аааа... Почему он должен быть таким дисциплинированным? Он, очевидно, тоже этого хочет!

Сюй Цзыюэ сердито заснул, оставив взволнованного Гу Цзе смотреть на его спящее лицо.

Спустя долгое время Гу Цзе оставил след на шее Сюй Цзыюэ, взял его за руки и удовлетворенно заснул.

*  *  *  *  *

Четвертый день в комнате побега.

Ассистентка по макияжу стала тем, кого устранили.

Её повесили за дверью. Видя, что она не появилась, когда её позвали, они толкнули дверь, но обнаружили, что она особенно тяжелая.

Между дверью и дверной рамой был только большой узел.

Когда дверь распахнулась, ассистентка по макияжу упала на пол.

Большая связка ключей, которая давно пропала и должна была принадлежать уборщице, также была найдена в её комнате.

Пока остальные обсуждали это, Сюй Цзыюэ не мог не посмотреть на Гу Цзе.

Гу Цзе погладил собачью голову Сюй Цзыюэ и слегка улыбнулся.

Это было в стиле босса.

Кроме этих ключей, на пальцах ассистентки по макияжу было несколько засохших пятен крови.

Похоже, она кого-то поцарапала.

Что-то примечательное заключалось в том, что она обрезала ногти в треугольные кончики. Сюй Цзыюэ вспомнил, как накануне услышала в холле, что она хочет использовать их, чтобы защитить себя от убийцы.

—Тогда это должно быть легко решить. — дворецкий оглядел всех, — У кого есть царапины, тот и должен быть виновиком.

Ассистент по макияжу неловко улыбнулся:

— Эй, эй. Не делайте поспешных выводов. У меня тоже есть царапины.

Менеджер подняла бровь:

— Как?

Ассистент по макияжу был человеком прямолинейным. Он расстегнул свою розовую рубашку и обнажил спину и грудь.

Надо сказать, что, хотя на нем было несколько царапин, линии его мышц были довольно привлекательными.

Сюй Цзыюэ, который изначально планировал ещё немного полюбоваться этим зрелищем, внезапно обнаружил, что его глаза закрыты Гу Цзе.

Гу Цзе уставился на ассистента по макияжу и с некоторым недовольством приказал:

— Надень свою одежду.

Остальные оглянулись на Гу Цзе... Только для того, чтобы увидеть, что он закрывает глаза Сюй Цзыюэ. Все виды чувств поразили их в одно мгновение, и единственной мыслью было, что они были слишком чрезмерны.

Ассистент по макияжу скривил губы и снова надел рубашку:

— Это было то, что я получил вчера, когда ложился спать. Я не могу этого объяснить.

— А... ты... ты... и она... — Сюй Цзыюэ безмолвно посмотрел на ассистента по макияжу, а затем на ассистентку, лежащую на полу.

Хотя он знал, что планировал ассистент по макияжу, когда помогал ей, и ассистентка по макияжу действительно была довольно хороша собой, но! Но эти двое знали друг друга всего несколько дней! Это было слишком быстро!

Сюй Цзыюэ посмотрел на Гу Цзе рядом с ним, немного ошарашенный.

Или таков на самом деле мир взрослых?

Ассистент по макияжу подмигнул Сюй Цзыюэ:

— Разве я не говорил тебе, что что-то вроде романтики в такое время — лишь ради установления этой одноразовой связи?

Игроки, которые слышали «в такое время», чувствовали, что это может относиться к игре «на выживание». На мгновение они заколебались в своем решении проголосовать за ассистента по макияжу.

В конце концов, они также будут встречаться с другими людьми в этих мирах, и иногда им нужно решить эту физиологическую проблему. Во время игры можно было бы сказать, что, за исключением каждой ночи и когда происходит голосование, всё остальное время полностью безопасно.

Самое большее это то, что испытала ассистентка по макияжу. И они получили бы испуг из-за головы, оказавшейся внутри шкафа.

Но лучше быть напуганным, чем мертвым.

Таким образом, за исключением времени, когда ваша жизнь может быть в опасности, другое время можно рассматривать как гарантированное и безопасное. По сравнению с другими мирами, это было время, когда не было никакой опасности, и игрокам было совершенно понятно использовать это безопасное время для «углубленного общения».

Потому что у большинства из них был подобный опыт. В ситуации, когда они могли умереть в любое время и в любом месте, они больше не заботились о других вещах.

Так что секс на одну ночь в игре на выживание был очень распространенным явлением.

Даже если кто-то захочет поддерживать долгосрочные отношения с фиксированным человеком, они, вероятно, никогда больше не увидятся после игры. Или один или оба не смогут выжить до следующего раза, так что этого было трудно достичь.

Но одного этого было недостаточно, чтобы развеять их подозрения.

Персонал А сказал:

— Ты сказал, что получил это в кровати, но это также может быть потому, что ты заставил её, и она наградила тебя этим, когда боролась.

Ассистент по макияжу тут же возразил:

— Эй, эй. Её борьба? С её силой, если я бы я захотел причинить вред, что она могла мне сделать?

— В любом случае, теперь, когда она умерла, ты можешь манипулировать правдой.

Ассистент визажиста поджал губы и выглядел немного беспомощным. Но так как это было связано с ним, он оглядел комнату и сказал:

— Я поищу вокруг и посмотрю, смогу ли я найти что-нибудь. В любом случае, это не я. Царапины у меня на спине. Очевидно, что это не то, что можно получить от драки.

Менеджер и остальные кивнули и начали осматриваться.

Если они не найдут ничего, что указывало бы на других, они определенно проголосуют за помощника по макияжу.

Даже если бы он был довольно популярен среди здешних людей, всё это могло быть просто игрой.

— Здесь. — персонал А взял другой конец веревки, которая была привязана к шее ассистентки.

— Это... — менеджер взяла веревку у персонала А и начала её рассматривать.

— Посмотрите на ладони каждого.

На веревке остался след ссадины. Эта отметина была такой маленькой, что Сюй Цзыюэ потребовалось много времени, чтобы заметить её.

Рядом с ним было небольшое красное пятно. Она выглядела так, как будто её кто-то случайно испачкал.

Но... следы на орудии убийства (веревке) и следы, которые могли остаться во время занятий любовью... Все чувствовали, что любой, у кого было первое, был более вероятным убийцей.

И так случилось, что в группе действительно был кто-то, чья ладонь была повреждена.

Фотограф запаниковал и объяснил:

— Я получил её, когда вчера пошел в кладовку, чтобы кое-что взять. В кладовке есть шкаф, но, похоже, в нем что-то есть. Поскольку к шкафу была привязана веревка, я использовал её, чтобы вытащить его. На том месте, где он изначально стоял, нет пыли, так что это очень очевидно. Если вы мне не верите, можете пойти и проверить.

По сравнению с отношением ассистента по макияжу, реакция фотографа сделала его ещё более подозрительным.

Но, возможно, это было потому, что ассистент по макияжу сильнее психологически и просто лучше обманывает людей.

Они могли только заключить, что оба подозрительны... И Сюй Цзыюэ больше беспокоился о ключах.

Этот набор ключей должен был быть у Гу Цзе. Гу Цзе использовал их, чтобы проверить его раньше, и позже он не обращал внимания на то, где были оставлены ключи. Так что Сюй Цзыюэ действительно понятия не имел, что происходит прямо сейчас.

Может быть, Гу Цзе ушел вчера вечером? Затем ассистентка по макияжу...?

Сюй Цзыюэ много думал, но не так много, как другие.

Фотограф всё ещё защищался, а ассистент визажиста всё ещё оглядывался по сторонам, как будто хотел найти какие-то другие улики, кроме веревки, обнаруженной персоналом А.

Не говоря уже о Сюй Цзыюэ, остальные тоже сомневались. Насколько тяжелым должен быть предмет, чтобы получить рану на руке?

Но след не выглядел так, что он играл в перетягивание каната.

Остальные тоже так думали, поэтому решили заглянуть в кладовку.

Но вещание не дало им возможности проверить комнату.

— Игроки в комнате побега, пожалуйста, вернитесь в свои комнаты и проголосуйте по своим мобильным телефонам. Процесс голосования является конфиденциальным, и результаты будут объявлены только после того, как все сдадут свои голоса.

— Поскольку есть случай, когда два человека находятся в одной комнате, дополнительный игрок должен будет остаться в комнате выбывшего игрока, чтобы проголосовать.

На этот раз Гу Цзе был тем, кто остался в комнате ассистентки по макияжу.

Это не было определено путем голосования и фактически было решено заранее в соответствии с номерами. Просто так получилось, что на этот раз настала очередь Гу Цзе.

Сюй Цзыюэ не мог не думать, что всё это было спланировано заранее.

Но в данный момент он не мог спросить об этом.

Через некоторое время появились результаты.

— Голосование окончено. Игрок Фань Ю с личностью фотографа получил 6 голосов. Игрок Гу Жао с личностью ассистента по макияжу получил 4 голоса. Игрок Ши Гун с личностью персонала А получил 3 голоса. Игрок Гу Цзе с личностью артиста получил 1 голос. Игрок Сюй Цзыюэ с личностью курьера получил 1 голос. Один игрок воздержался от голосования. Игрок Фань Ю был устранен.

Сюй Цзыюэ знал, что его голос должен быть от Гу Цзе, но он не ожидал, что Гу Цзе получит голос, и он не мог придумать, от кого это может быть. Что касается персонала А, то это могло быть потому, что он был слишком заметен до такой степени, что даже Сюй Цзыюэ почувствовал, что он немного подозрителен. Это было не по какой-то конкретной причине и исключительно из инстинктов.

Что касается фотографа и ассистента по макияжу, Сюй Цзыюэ на самом деле больше склонялся к ассистенту... Как бы это сказать? Вероятно, после нескольких игр, где он столкнулся с «темными» людьми с личностью, похожей на личность ассистента по макияжу, Сюй Цзыюэ стал более настороженно относиться к таким, казалось бы, веселым и дружелюбным людям.

Поэтому, как бы он сейчас ни смотрел на ассистента, он не мог не думать, что он убийца.

Конечно, это может быть просто из-за его предубеждения. Сюй Цзыюэ не участвовал в голосовании и не собирался высказывать эту свою мысль.

*  *  *  *  *

После того, как фотограф был устранен, его тело находилось в комнате, так что это означало, что он не был НПС. Его удостоверение личности также подтвердило, что они допустили ошибку.

Все взгляды невольно переместились на ассистента по макияжу.

Однако ассистент по макияжу выглядел более удивленным, чем другие, как будто он действительно думал, что фотограф был убийцей.

Сюй Цзыюэ чувствовал, что если завтра ничего ужасного не случится, остальные решат устранить ассистента по макияжу.

Предпосылка заключалась в том, что остальные не передумают внезапно и не проголосуют за другого человека.

Атмосфера сегодня была другой, чем раньше, потому что на этот раз они в основном уже определились со следующей целью голосования.

Сюй Цзыюэ потащил Гу Цзе в их комнату и понизил голос, опасаясь, что другие люди подслушают:

— Почему ключи там?

Гу Цзе поднял руку и погладил Сюй Цзыюэ по голове. Он ответил после некоторого раздумья:

— Мм... наверное, потому, что я слишком мил.

Сюй Цзыюэ в замешательстве оглянулся на Гу Цзе. Он задавался вопросом, не было ли у Гу Цзе какого-то недопонимания относительно самого себя.

Однако Сюй Цзыюэ не выразил этой своей мысли. Он строго посмотрел на Гу Цзе и серьезно спросил:

— Давай говорить на человеческом языке.

Гу Цзе не мог удержаться от смеха. Затем он легко признался.

— Кое-кто пришел одолжить их, и я отдал.

— Погоди-ка... эту информацию немного трудно принять. — Сюй Цзыюэ поднял палец и начал считать, — Во-первых, кое-кто? Кто этот человек? Во-вторых, почему он знает, что у тебя есть ключи? В-третьих, не ударит ли он тебя в спину позже? В-четвертых, почему ты их отдал?

Сюй Цзыюэ посмотрел на Гу Цзе, ожидая ответа. Как только Гу Цзе открыл рот, Сюй Цзыюэ тут же покачал головой:

— Нет, нет. Если ты не хочешь отвечать, то тебе и не нужно. Я немного боюсь, что не проживу долго, если буду знать слишком много.

Гу Цзе рассмеялся и притянул Сюй Цзыюэ в свои объятия. Он медленно ответил на все вопросы Сюй Цзыюэ.

— Во-первых, этот человек тот, о ком ты думаешь, Гу Жао. Во-вторых, ключи, которые были у уборщицы, изначально были моими, и я просто забрал их обратно, чтобы они знали, что у кого-то есть ключи. В-третьих, он не разоблачит меня, по крайней мере, пока. И в-четвертых, почему я их отдал? Конечно, всё так, как я сказал в начале... Это потому, что я слишком милый. — Гу Цзе нежно поцеловал Сюй Цзыюэ в голову и, казалось, подумал о чем-то забавном. Он беспомощно сказал:

— Что касается того, что ты слишком много знаешь...

Его голос был нежным и снисходительным и, казалось, содержал безграничную привязанность:

— Пока ты всё ещё со мной, как я могу позволить, чтобы с тобой что-то случилось?

— ...Я позволю тебе жить долго.

У Сюй Цзыюэ снова закружилась голова от слов Гу Цзе. Ему потребовалось некоторое время, чтобы прийти в себя.

— Тогда скажи мне... — Сюй Цзыюэ разобрал информацию и задал ещё несколько вопросов, — Зачем ты собрал здесь этих людей? Ты сказал, что это ты послал пригласительные письма, так что это означает, что всё здесь спланировано тобой? Это для того, чтобы играть в эту убийственную игру? Кроме того, никто раньше не просил у тебя ключи, но почему вдруг их попросили вчера вечером? Или он просил об этом раньше, а я просто не знал об этом?

Гу Цзе потер подбородок, обдумывая вопросы Сюй Цзыюэ:

— Меня не интересует простое убийство, но я очень заинтересован в том, чтобы собрать вместе людей, которыми я возмущен.

Сюй Цзыюэ нахмурился. Он не понял слов Гу Цзе.

— Что касается ключей... Она узнала о вентиляционных отверстиях, поэтому не заснула прошлой ночью. Однако... чуть позже восьми двери двух комнат автоматически откроются. Одна принадлежит убийце, а другая тому, кого нужно устранить... Имеет ли это для тебя смысл?

— Значит, ты хочешь сказать, что она заметила, что её дверь открылась, и так как она не спала, поэтому пошла закрыть дверь? И затем...  Ассистент не мог войти и мог только искать тебя за помощью?

Гу Цзе кивнул.

— Совершенно верно. — он нежно ущипнул Сюй Цзыюэ за щеку и похвалил, — Очень умный. Без сомнения, ты мой.

Сюй Цзыюэ потер щеку, которая не так уж сильно болела, и мрачно сказал:

— Насколько я умен? Если бы ты мне не сказал, я бы не узнал, что случилось.

Сюй Цзыюэ вспомнил, что ключи были временно спрятаны дворецким:

— Тогда почему он не вернул ключи, когда закончил?

Гу Цзе был ошеломлен. Затем он слегка опустил голову и прищурился:

— Вероятно... из-за установленных правил.

— Правил?

— Правила игры. Убийца каждую ночь должен оставлять после себя улику, которая могла бы указать на них как на преступника, но от других зависит, смогут ли они её найти. Более того, эта подсказка также может быть снова скрыта, если она не была обнаружена в первый день. В любом случае, это не очень большая проблема.

Сюй Цзыюэ медленно руководствовался объяснениями Гу Цзе и быстро забыл о том, что Гу Цзе "собрал людей, которыми он возмущен".

Наконец, Сюй Цзыюэ поднял указательный палец и умоляюще посмотрел на Гу Цзе:

— Я задам один самый, самый последний вопрос.

Гу Цзе рассмеялся и кивнул:

— Хорошо, спрашивай.

— Вы, ребята... Я имею в виду тех, кто занимается устранением, сколько их? И кто они такие?

Гу Цзе улыбнулся и намеренно изобразил огорчение:

— Это два вопроса.

Сюй Цзыюэ молчал.

Под дразнящим взглядом Гу Цзе Сюй Цзыюэ встал на цыпочки и сильно прижался губами к губам мужчины:

— Скажи мне, что я должен сделать, чтобы купить тебя?

Гу Цзе высунул язык, чтобы облизнуть нижнюю губу.

Спустя долгое время он вздохнул и беспомощно посмотрел на Сюй Цзыюэ:

— Пока ты остаешься рядом со мной, считается, что ты купил меня. Но ты... Я всегда чувствовал, что...

Гу Цзе зажал между бровями, и слова, которые он произнес, казалось, несли глубокий смысл.

Он сказал:

— Я всегда чувствовал, что... я должен быть тем, кто должен купить тебя, чтобы удержать тебя здесь.

Сюй Цзыюэ мог только чувствовать, как все волосы на его спине встали дыбом. Раньше это была просто аналогия, но на этот раз Сюй Цзыюэ действительно почувствовал это.

У Гу Цзе были некоторые части его тела, которые заставляли чувствовать его немного знакомым. Более того, он был тем, кто сначала намеренно держался от него подальше, а потом сразу же перешагнул несколько шагов за один раз после некоторого разговора... Это было точно так же, как в тот раз, когда маленькая кукла взяла на себя инициативу, чтобы остаться с ним в Деревне Гуманоидов.

Но это было потому, что у куклы были некоторые воспоминания Сунь Мо. Что касается Гу Цзе... Вероятно, он был просто одержим его внешностью.

Эти две стороны также немного отличались друг от друга. Кукла сразу же полюбила его после того, как он проявил к ней интерес. В то время как Гу Цзе сначала пытался отказать и отвергнуть его, прежде чем перестать сопротивляться и следовать своим чувствам после того, как это было бесполезно, столкнувшись с неустанным преследованием Сюй Цзыюэ.

Для обоих, Сюй Цзыюэ, казалось, не нужно было прилагать много усилий, чтобы зачистить свою игру захвата любви. Похоже, так было и после первых двух миров.

Конечно же, это было потому, что он раскрыл существование игры в обоих мирах... И, как сказала система, образовалось что-то вроде вируса, и база данных была нарушена.

Сюй Цзыюэ теперь глубоко подозревал, что данные Гу Цзе определенно были затронуты!

Конечно, Сюй Цзыюэ также чувствовал, что его подозрения уже близки к подтверждению.

Но чем больше это было похоже на такой исход, тем более неловко Сюй Цзыюэ чувствовал себя каждый раз, когда Гу Цзе говорил что-то волнующее.

Потому что для него Гу Цзе казался...

Как ребенок, который боится, что его снова бросят. Ребенок, который всегда будет использовать своё послушание и хорошие оценки, чтобы попытаться удержать своих родителей рядом.

Сюй Цзыюэ ругал себя всеми этими мыслями в своем уме. Чем больше он смотрел на Гу Цзе, тем сильнее чувствовал себя виноватым.

Гу Цзе, однако, не мог читать мысли, бегающие в голове Сюй Цзыюэ, и просто откровенно ответил на вопрос Сюй Цзыюэ.

По его словам, к сожалению, среди оставшихся тринадцати из них всё ещё есть шесть НПС. В том числе Гу Цзе, ассистент по гриму, персонал А и три артиста.

Короче говоря, если не считать Сюй Цзыюэ, количество игроков и НПС теперь было равным. Можно сказать, что нынешняя ситуация очень неблагоприятна для игроков.

И после пятой ночи... НПС в основном победили бы. Однако, если Гу Цзе продолжит голосовать за Сюй Цзыюэ, ситуация может быть изменена.

В конце концов, похоже, что эти НПС не совсем одного мнения.

После этого Сюй Цзыюэ больше не задавал вопросов Гу Цзе. С одной стороны, Сюй Цзыюэ почувствовал себя неловко, когда увидел его готовность сделать для него всё, что угодно. А с другой стороны, он вспомнил, что им всё ещё нужно было проверить шкаф в кладовке, упомянутый фотографом.

Поскольку он был игроком, ему не нужно было лгать. Должно быть, он действительно передвинул шкаф, как и сказал.

Когда Сюй Цзыюэ и Гу Цзе прибыли, остальные уже посмотрели.

Вся кладовая была покрыта пылью, и только квадратное место, где первоначально стоял шкаф, было другим. Судя по отсутствию пыли, шкаф должен был стоять у стены.

Но то, как он был расположен, сильно отличалось от обычного шкафа. В обычных шкафах двери были обращены наружу, но двери этого шкафа были обращены к стене.

Сюй Цзыюэ открыл ящики и дверцы, которые уже были выдвинуты, и был почти напуган до смерти...

Шкаф был набит обезглавленным трупом. Гу Цзе поймал испуганного Сюй Цзыюэ, а затем оглянулся на двух игроков-персоналов, которые не предупредили их.

К счастью, Сюй Цзыюэ пережил несколько миров, и его способность преодолеть этот шок значительно улучшилась. После этого испуга он быстро пришел в себя.

Однако его сердце всё ещё билось быстрее, чем обычно.

Гу Цзе вздохнул, потянул Сюй Цзыюэ за собой и закрыл дверцу шкафа.

Он вытащил Сюй Цзыюэ из кладовки, и молодой человек послушно последовал за ним. Когда он убедился, что вокруг никого нет, Гу Цзе тихо сказал:

— Если есть что-то важное, почему бы мне не рассказать тебе об этом. В следующий раз не спеши так опрометчиво.

Сюй Цзыюэ кивнул:

— Я просто... просто хотел посмотреть.

Хотя он уже знал, на что похож этот мир, это было лишь приблизительное представление, и многие мелкие детали всё ещё были расплывчатыми.

Хотя это не имело к нему никакого отношения, он всё ещё с любопытством наблюдал за происходящим.

Поскольку он уже был избалован правдой, и у него также был испуг ранее, Сюй Цзыюэ потерял интерес к поиску подсказок вместе с другими.

Но, вероятно, для них двоих было не очень хорошей идеей прятаться в своей комнате в такое время...

Итак, Гу Цзе и Сюй Цзыюэ расположились в холле, наблюдая, как остальные поднимаются наверх, чтобы обыскать комнаты, а затем спускаются вниз, чтобы обыскать остальную часть здания.

Во всяком случае, из-за того, что Сюй Цзыюэ и Гу Цзе так много бездельничали и жались друг к другу в холле, как будто никто не видел, это на самом деле вызывало больше раздражения, чем если бы они остались в своих комнатах, чтобы «повеселиться».

Но на самом деле Сюй Цзыюэ обсуждал серьезные вопросы с Гу Цзе.

Это было действительно серьезное дело!

Сюй Цзыюэ попытался разобраться в ситуации на пятый день, а также в сегодняшней ситуации. Один игрок определенно будет исключен, так что для голосования останется только двенадцать. Если Сюй Цзыюэ воздержится от голосования, то это будет одиннадцать.

Среди этих одиннадцати человек — шесть НПС.

Если Гу Цзе не проголосует за Сюй Цзыюэ, то НПС определенно победит. Но после того, как Гу Цзе решил отдать свой голос Сюй Цзыюэ, это стало ситуацией, где голосуют пять НПС и пять игроков!

После того, как Сюй Цзыюэ проанализировал это, он серьезно посмотрел на Гу Цзе:

— Ты думаешь, то, что я говорю, правильно?

Гу Цзе кивнул и снисходительно ответил:

— Да.

Сюй Цзыюэ снова спросил:

— Тогда что ты собираешься делать?

В конце концов, босс должен быть лидером противостоящей фракции, и в этом мире это относится к НПС. Как босс, Гу Цзе должен попытаться защитить НПС... Если бы это было не так, он не отдал бы ключи, если бы кто-то из них попросил об этом.

Но Гу Цзе просто кивнул головой и дал ответ, который не соответствовал его личности:

— Не волнуйся, мой голос всё ещё твой.

Сюй Цзыюэ: «...» Этот результат не совсем верен.

Это не проблема с его собственным здравым смыслом.

Конечно, это всё из-за того, что этот мир ненормален.

Почему ты так упрям в голосовании! Босс, ты одержим чем-то действительно странным!

Автору есть что сказать:

Яростно трясет Гу Цзе: Проснись, босс! Проснись! Ты идешь не в том направлении!

Сюй Цзыюэ выразил молчание по поводу решения Гу Цзе всё ещё голосовать за него.

В следующее мгновение кто-то появился перед диваном, на котором сидели Сюй Цзыюэ и Гу Цзе.

Ассистент по макияжу стоял перед Сюй Цзыюэ и Гу Цзе. Ассистент, который только что вышел из подвала и собирался подняться наверх, остановился у лестницы и наблюдал за происходящим.

— Что такое...? — Сюй Цзыюэ настороженно посмотрел на улыбающегося ассистента и начал пытаться понять, что тот планирует сделать.

— Ничего особенного. — ассистент по макияжу сел на диван рядом, а затем, подперев подбородок, посмотрел на Сюй Цзыюэ и Гу Цзе, — Просто поражен вашими отношениями.

Его отношениями с Гу Цзе?

Это странно?

Если бы они принимали во внимание только личность НПС и игрока, отношения действительно странные. Но будет ли НПС знать, что они НПС и что игроки являются игроками?

Сюй Цзыюэ вздрогнул.

Он встал и взял Гу Цзе за руку, как будто здесь больше никого не было.

— Пойдем наверх. — если их увидят вместе с ассистентом по макияжу, их, вероятно, заподозрят.

Гу Цзе послушно пошел за Сюй Цзыюэ. Вместе они обошли ассистента и поднялись наверх.

В конце концов их заставили вернуться в свою комнату.

Но в тот момент, когда ассистент по макияжу взял на себя инициативу подойти к Сюй Цзыюэ, его увидели остальные. Вы должны знать, что с тех пор, как фотограф был исключен, ассистент по макияжу больше не брал на себя инициативу разговаривать с кем-либо, и другие также пришли к выводу, что он, должно быть, убийца.

Вернувшись в комнату, Сюй Цзыюэ вздохнул с облегчением.

Гу Цзе небрежно сел рядом с кроватью:

— Почему ты так нервничаешь?

— Не потому ли, что я боюсь, что он тоже последует за нами наверх? Если бы он это сделал, другие задались бы вопросом, есть ли у него что-нибудь сказать нам наедине, а затем они начали бы задаваться вопросом, являемся ли мы также Н... сообщниками или что-то в этом роде. — Сюй Цзыюэ плюхнулся рядом с Гу Цзе, — В конце концов, прошло пять дней, и в оставшиеся пять дней... как эта игра может закончиться? Также остается вопрос, может ли игра закончиться. Если Н.... э-э, убийца уничтожит всех остальных, закончится ли игра раньше? Или, наоборот, если остальные проголосуют против всех убийц, игра может закончиться. — пробормотал Сюй Цзыюэ, а затем посмотрел на Гу Цзе.

— Игра не закончится.

— Хах?

— Двадцать человек. Это количество соответствует десяти дням. — Гу Цзе потер щеку Сюй Цзыюэ, — Ты тот, кто появился по ошибке.

Значит, только один из двадцати человек может жить? Если это так, то выживаемость в этой игре была слишком низкой.

Сам Сюй Цзыюэ также был неожиданным игроком. Сюй Цзыюэ мог догадаться об общей причине этого, но он не знал, будут ли голоса против них в конечном итоге.

В конце концов, судя по результатам голосования, казалось, что кто-то нацелился на Гу Цзе.

Сюй Цзыюэ чувствовал, что ситуация может быть не очень хорошей, если так будет продолжаться и дальше.

Но Гу Цзе, казалось, не волновался, так что Сюй Цзыюэ мог только проглотить вопросы и сомнения, которые у него были.

В ту ночь был устранен дворецкий.

И утром шестого дня тот, за кого проголосовали, был, что неудивительно, ассистентом по гриму.

За исключением одного воздержавшегося, один проголосовал за Сюй Цзыюэ.

Даже скрытые НПС не пытались изменить свои голоса.

Другими словами, им может потребоваться устранить других НПС. Из оставшихся одиннадцати человек, за исключением Сюй Цзыюэ, сейчас было пять НПС и пять игроков.

Теперь это было соотношение один к одному, но это включало НПС, который, вероятно, устранил более одного игрока.

Сюй Цзыюэ чувствовал, что всё слишком сложно. Из-за внезапной перегрузки информацией на мгновение он не мог понять, что делать.

После сегодняшнего голосования визажистка высказала свои открытия.

— Я пыталась воздержаться сегодня, но голос по телефону сказал, что воздерживаться нельзя. — визажистка посмотрела на всех присутствующих, — Затем, задав вопрос голосу по телефону, она сказала, что это особый случай. Однако я не могу вспомнить никого, кто всегда мог бы быть особым случаем. Этот последний воздержавшийся, вероятно, мог бы сыграть ключевую роль в конце!

— Погоди-ка, так ты хочешь сказать, что среди нас есть кто-то, кто уже получил «ключ» к зачистке с первого дня? — менеджер не могла не спросить с тревогой.

Когда она закончила, она, наконец, поняла, что использовала слово «зачистки»... Но поскольку комната побега — это тоже игра, не так уж и страшно, что она сказала это... Менджер подумала с угрызениями совести.

Сюй Цзыюэ внимательно изучал лица всех присутствующих. Персонал А и НПС не проявили никакой реакции на слова менеджера.

Было неизвестно, то ли они не знали, то ли им просто было всё равно, то ли они слышали это и думали об этом про себя.

Что касается вопроса о воздержании, то он впервые услышал об этом.

И была также возможность того, что окончательное голосование при воздержании повлияет на окончательные результаты...

Один из персонала задал вопрос, о котором думал Сюй Цзыюэ:

— Почему голосование при воздержании повлияет на окончательную возможность выживания?

Персонал А был тем, кто ответил. Он объяснил:

— Если мы назовем день, когда мы впервые вошли в это место, то первым днем, в первую ночь был устранен артист. Затем в течение второго дня убыло голосование против уборщицы, и на вторую ночь был устранен другой артист. Основываясь на этом, после того, как один человек будет исключен утром десятого дня, общее число устраненных будет два раза по восемь, и если вы добавите того, кто был устранен убийцей в первый и десятый день, это в общей сложности восемнадцать человек. Всего нас двадцать один. В худшем случае мы пробудем здесь десять дней и уедем на одиннадцатый в то же время, когда вступили в игру. Это в основном означает, что на десятую ночь снова будет кто-то, кто будет устранен, а утром одиннадцатого дня останется двое.

Персонал А посмотрел на остальных, которые, казалось, были глубоко погружены в свои мысли, и слегка поджал губы:

— Конечно, это связано с тем, что эти убийцы всё ещё живы. Если убийц не осталось, тогда это совсем другая история. В ситуации, когда их всего двое, разве они, естественно, не проголосовали бы друг за друга?

Лицо менеджера изменилось:

— Это означает... что никто не выживет?

— Конечно, если кто-то готов пожертвовать собой и проголосует за себя, это будет совсем другая история. — персонал А пожал плечами и небрежно сказал.

Большинство людей здесь не захотели бы голосовать за себя, а затем быть достаточно самоотверженными, чтобы пожертвовать собой, чтобы помочь другим.

Итак, они знали, что то, что сказал персонал А, было невозможно.

Персонал С спросил:

— Если это так, то воздержание от голосования на самом деле бесполезно?

— Нельзя сказать, что это бесполезно. — артист покачал головой, — А что, если наступит день, когда умрет больше одного человека?

Веко Сюй Цзыюэ дернулось.

Персонал С оглянулся:

— Ты имеешь в виду за одну ночь... или когда голоса совпадут?

Действительно, если бы это было так... Они могли превратить совершенно безнадежную ситуацию в такую, в которой один из них смог бы спастись. Все, естественно, надеялись, что этот человек будет им самим, поэтому всегда будут люди, которые попытаются... устранить двух человек за один раз во время голосования.

Но Сюй Цзыюэ хотел сказать им, что их анализ был неправильным!

Поскольку Сюй Цзыюэ был лишним человеком, что-то вроде воздержания от голосования не должно существовать как вариант для других.

Другими словами, в последний день или на десятую ночь, как сказал персонал А, последним оставшимся человеком должен быть убийца, и это убийца, который не может воздержаться от голосования.

Сюй Цзыюэ свирепо посмотрел на Гу Цзе. Если бы не он, Гу Цзе, вероятно, остался бы в живых в конце.... Если бы он мог воздержаться, он мог бы выжить, но если он не мог, он был бы устранен.

Но теперь появился ещё один — Сюй Цзыюэ.

Гу Цзе мог бы проголосовать за Сюй Цзыюэ, и тогда он смог бы выжить в этой игре.

Сюй Цзыюэ мог только чувствовать, как его сердце забилось быстрее, прежде чем, наконец, затихнуть.

В любом случае, это всё его догадки, и они могут оказаться неверными. Однако он всё ещё хотел посмотреть, каким может быть конечный результат.

Но, в конце концов, он также был с Гу Цзе, просто чтобы зачистить свою игру. Хотя Гу Цзе затеял этот побег, было понятно, если бы Гу Цзе подошел к нему, чтобы использовать с целью зачистить свою собственную игру.

Сюй Цзыюэ не слишком расстроится.

...Ладно, он действительно чувствовал себя немного неловко!

Сюй Цзыюэ стал немного несчастен.

Остальные теперь обсуждали условия, при которых можно было воздержаться.

Но даже если бы кто-то знал, он не смог бы этого сказать. Более того, вполне возможно, что этот метод не сработает.

В конце концов их разговор вернулся к следующему раунду голосования.

Но если двое действительно будут устранены... Это просто оставило бы двух человек, оставшихся на десятый день, заставив конец игры (и их смерть) наступить на день раньше.

Это не имело никакого отношения к Сюй Цзыюэ.

Но чем дальше в игре, тем опаснее становилось для Сюй Цзыюэ.

Поскольку все знали, что голос против Сюй Цзыюэ принадлежал Гу Цзе, в ситуации, когда их осталось не так много, им просто нужно было сделать то же самое, что и Гу Цзе, и проголосовать за Сюй Цзыюэ, чтобы убедиться, что они смогут пережить ещё один день.

Но Сюй Цзыюэ на самом деле не будет устранен. Таким образом, ситуация, безусловно, станет хаотичной позже.

Сюй Цзыюэ действительно хотел знать, о чем думает Гу Цзе.

Действительно ли он использовал его, чтобы зачистить игру, или в прошлый раз он говорил правду?

Независимо от того, как вы на это смотрите, казалось невозможным для них двоих выбраться из этой комнаты побега вместе.

Глаза Гу Цзе на самом деле выглядели очень чистыми, совершенно не похожими на другие здесь, которые, казалось, были покрыты слоем тумана, что делало их неспособными видеть правду.

По крайней мере, Сюй Цзыюэ чувствовал, что каждый раз, когда Гу Цзе смотрел на него, тревога и настойчивость в этих глазах были настоящими.

В эту ночь был устранен НПС, менеджер, которая стала осторожной после того, как был устранен дворецкий, и мало говорила во время их дискуссий.

В комнате менеджера они нашли брошь.

Эта брошь была у всех артистов, когда они впервые приехали сюда.

В одно мгновение все подозрения пали на оставшихся артистов.

— Эта брошь также есть на всей одежде в наших комнатах. — Гу Цзе взглянул на брошь, — Даже если вы будете искать, это, вероятно, бесполезно, потому что одежда, с которой была взята брошь, может быть просто спрятана.

Персонал А взглянул на Гу Цзе:

— Ты, кажется, много знаешь об этом?

Гу Цзе небрежно отбросил подозрения персонала А:

— В конце концов, мне нужно думать с точки зрения убийцы.

Теперь они продвинулись на седьмой день, и осталось только десять человек.

После предстоящего голосования останется только девять.

И большинство из десяти присутствующих здесь людей намерены избавиться от двух человек за один раз.

Во время предыдущих голосований персонал А получил много голосов от других, поэтому Сюй Цзыюэ чувствовал, что за него, скорее всего, проголосуют, но, похоже, они недостаточно хорошо обсудили это. Конечно, что-то подобное действительно трудно обсуждать.

Окончательный результат голосования: персонал А 2 голоса, Гу Цзе 1 голос, Сюй Цзыюэ 1 голос, 1 голос воздержался.

А два других артиста получили три голоса и два голоса соответственно.

Артист с тремя голосами был исключен.

Сюй Цзыюэ вздохнул с облегчением.

Хотя теперь они приближались к концу, голоса стали более разделенными. Даже если Сюй Цзыюэ всё ещё был в безопасности, чем дальше в игру, тем меньше было вариантов.

Артист, который был устранен, оказался убийцей.

Сюй Цзыюэ чувствовал, что среди оставшихся пяти НПС (включая Гу Цзе) только сами НПС смогут точно найти убийцу.

После этого раунда голосования и в дополнение к предыдущим раундам голосования эта небольшая группа почти полностью распалась.

Когда Гу Цзе отвел Сюй Цзыюэ обратно в их комнату, он обеспокоенно посмотрел на молодого человека:

— Что случилось? Ты не выглядишь очень счастливым со вчерашнего дня.

Сюй Цзыюэ поднял глаза, чтобы посмотреть на Гу Цзе. Он открыл было рот, но потом просто закрыл его и покачал головой.

Гу Цзе мягко вздохнул:

— Ты...

Как раз в тот момент, когда он хотел что-то сказать, раздался стук в дверь.

Гу Цзе отпустил Сюй Цзыюэ и открыл дверь только для того, чтобы увидеть остальных семерых человек, собравшихся снаружи.

Гу Цзе спросил:

— Что случилось?

— Ключи, которые были найдены, хранились у дворецкого и позже были переданы менеджеру после того, как она была устранена, но теперь менеджер также умерла. Мы обсуждали это ранее и решили обыскать каждую комнату по очереди.

Сюй Цзыюэ, стоявший позади Гу Цзе, услышал это и почувствовал... что эта фраза звучит немного знакомо.

Гу Цзе услышал это и впустил остальных без каких-либо жалоб. Сюй Цзыюэ и Гу Цзе переглянулись. Гу Цзе потер затылок Сюй Цзыюэ:

— Всё в порядке.

Но казалось, что всё, чего ты боишься, сбудется.

— Эти ключи... почему они у тебя?

Сюй Цзыюэ закатил глаза. Этот вид обрамления был самым очевидным, который можно было бы увидеть в дворцовых драмах:

— У нас нет ключей. Ты уверен, что не принес их сам?

Визажистка только улыбнулась:

— Независимо от того, принесли их или нет, эти ключи были найдены здесь. Ладно, пошли.

Остальные на мгновение уставились на Сюй Цзыюэ и Гу Цзе, прежде чем встать и уйти.

Хотя они ничего не сказали, казалось, что они уже подозревают их.

Видя явное недовольство Сюй Цзыюэ этими людьми, Гу Цзе усмехнулся и потянул его на кровать.

Мысли Сюй Цзыюэ всё ещё были заняты поведением других, нагло вошедших, чтобы обыскать комнату, а затем нагло покинувших её.

— Ч-что так... ссс...

Ухо Сюй Цзыюэ было укушено.

Гу Цзе прижал Сюй Цзыюэ к себе и крепко обнял. Объятья были такими крепкими, что Сюй Цзыюэ даже почувствовал некоторую боль.

Сюй Цзыюэ попытался поднять руки, чтобы обнять Гу Цзе в ответ. Он снова спросил:

— В чем дело?

Но даже после некоторого ожидания Гу Цзе не ответил. Сюй Цзыюэ начал говорить сам:

— Я думаю, что они пришли сюда нарочно. Они хотят проголосовать за нас вместе.

Хотя он не знал причины этого, вероятно, это было как-то связано с тем, что Гу Цзе постоянно голосовал за него в последние несколько дней.

Сюй Цзыюэ чувствовал, что в следующий раз его могут исключить, но даже тогда он не будет исключен.

Гу Цзе отпустил Сюй Цзыюэ, а затем поддержал его верхнюю часть тела. Он посмотрел на Сюй Цзыюэ и серьезно сказал:

— Не волнуйся, я не позволю, чтобы с тобой что-нибудь случилось.

Он опустил голову и глубоко поцеловал Сюй Цзыюэ. Сюй Цзыюэ не знал, как описать этот поцелуй, и чувствовал, что это был последний прощальный поцелуй. Гу Цзе настоял на том, чтобы оставить отметину на каждой части рта Сюй Цзыюэ.

— Гу Цзе... — глаза Сюй Цзыюэ слегка покраснели. Он слегка задыхался, глядя на мужчину, выражение лица которого было особенно нежным:

— Что случилось?

Гу Цзе покачал головой и поцеловал в уголок губ Сюй Цзыюэ:

— Спи. После этого всё будет лучше.

Как ни странно, Сюй Цзыюэ действительно начал чувствовать сонливость после этого.

Когда он снова проснулся, Сюй Цзыюэ обнаружил, что находится в пустой комнате. Он всё ещё был немного смущен.

Но когда он сел, он был не только смущен, но и растерян.

Почему он лежит голый на кровати с засосами по всему телу?

Почему???

Хотя в комнате никого не было, лицо Сюй Цзыюэ было таким красным, что казалось, с него вот-вот потечет кровь. Он быстро оделся и выскочил за дверь.

Сюй Цзыюэ, который был одновременно смущен и зол, обнаружил, что Гу Цзе и другие стоят за дверью игрока, который был устранен прошлой ночью.

Как только он подошел к двери, он увидел мертвую визажистку, уставившуюся прямо на дверь.

Сюй Цзыюэ был слегка удивлен. Затем он отвел Гу Цзе в сторону, не обращая внимания на присутствие остальных.

— Что ты сделал? Почему я вчера так внезапно заснул? И ты... ты слишком извращенный.

Чтобы на самом деле сделать что-то подобное после того, как он заснул... Хотя Сюй Цзыюэ ничего не чувствовал, эти следы, оставленные на его теле, не были фальшивыми.

Гу Цзе удовлетворенно улыбнулся:

— В следующий раз мне будет легче найти тебя.

Казалось, он услышал что-то ужасное... То есть, если он не придавал этому слишком большого значения.

— Вчера ты вел себя странно. Так что в конце концов...

— Ты мне тоже очень нравишься.

Слова Гу Цзе ошеломили Сюй Цзыюэ.

[Цель выполнена: Игра очищена. Вы вернетесь в системное пространство через полчаса.]

— Эй... ты...

— Эта игра была создана мной, поэтому, даже если это я, я должен соблюдать правила здесь. — улыбнулся Гу Цзе, — Но ты другой. Ты отличаешься от них и от нас.

Сюй Цзыюэ сглотнул:

— Что ты знаешь?

Гу Цзе сказал:

— Ну что ж... Я знаю, что они пришли сюда как часть игры, и я также знаю, что другие начали участвовать в игре после того, как они умерли.

— Подожди. — Сюй Цзыюэ был ещё более шокирован, — Ты хочешь сказать, что другие присоединились к игре после смерти?

— Да. Те, кого называют убийцами — это игроки, которые были устранены в других играх. После воскрешения они будут уничтожены теми, кто не был уничтожен... людьми, которых вы бы назвали игроками... действующие с завистью и ревностью. Объединив эти два типа людей в ограничивающем окружении, можно создать нечто замечательное. — Гу Цзе посмотрел на Сюй Цзыюэ, — Если бы не ты, я, вероятно, естественным образом стал бы частью игры.

— Разве у тебя нет способа выжить? Эта комната побега... Должны быть другие способы спастись? Разве не ты организовал это? Разве ты не собираешься жить?

Гу Цзе покачал головой:

— До того, как ты появился, я всегда задавался вопросом, где находится человек, которого я ищу. Но что бы я ни делал, я не мог найти человека, который мог бы заполнить пустоту в моем сердце. Это продолжалось до тех пор, пока я не почувствовал себя слишком усталым и, наконец, решил создать подобную игру.

— А потом появился ты.

Гу Цзе разработал неизбежную игру в побег и решил покончить со своей жизнью, которая состояла только в том, что он бесконечно искал то, что никогда не мог найти.

Но, к счастью, он наконец нашел человека, которого хотел найти в этой игре. И, к сожалению, время, которое они могли провести вместе, было ограничено из-за этой игры, которую он разработал.

— Игроки в комнату побега, пожалуйста, вернитесь в свои комнаты и проголосуйте по своим мобильным телефонам. Процесс голосования является конфиденциальным, и результаты будут объявлены только после того, как все подадут свои голоса.

— Поскольку есть случай, когда два человека находятся в одной комнате, дополнительный игрок должен будет остаться в комнате выбывшего игрока, чтобы проголосовать.

Сюй Цзыюэ увидел, как остальные вышли из комнаты визажистки и многозначительно посмотрели на Гу Цзе, когда они проходили мимо. Похоже, на этот раз они решили проголосовать за него.

Сюй Цзыюэ в панике схватил Гу Цзе за руку:

— Они собираются уничтожить тебя? Если ты позволишь другим голосовать вместе... голосовать за других игроков, разве ты не будешь в безопасности?

— Нет. То, чего они хотят — не выжить. — Гу Цзе скрутил прядь волос Сюй Цзыюэ, — По сравнению с жизнью, они больше хотят затащить других в ад. Устранение других людей в процессе голосования... это не то, что их устраивает.

То есть, по сравнению с выяснением способов зачистить игру, эти бывшие игроки хотели испытать уничтожение игроков, которые всё ещё являются игроками.

Тогда это означало, что они сделают всё возможное, чтобы сохранить достаточное количество игроков живыми до последнего дня, и будут контролировать количество игроков, которые ещё живы, чтобы отсрочить конец игры.

— Значит, ты знал об этом с самого начала?

— Игроки в комнате побега, пожалуйста, вернитесь в свои комнаты и отдайте свои голоса как можно скорее.

Женский голос в динамике был настойчив.

Гу Цзе повернулся, чтобы уйти, и не ответил на вопрос Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ усилил хватку и повторил свой вопрос.

— Ты знал, что мне нужно было получить твой ответ, чтобы я мог покинуть этот мир?

— Ты знал, что мне нужно было получить твой ответ, чтобы я мог покинуть этот мир?

*  *  *  *  *

Гу Цзе наклонил голову и поджал губы:

— Я не знал. Я просто чувствовал, что если скажу это, ты уйдешь.

Веки Сюй Цзыюэ дернулись:

— Тогда почему ты...

Сюй Цзыюэ не смог закончить свой вопрос, но Гу Цзе уже знал, что он хотел спросить.

— Ты хочешь спросить, почему я дал тебе ответ в такое время, несмотря на то, что знал, что ты уйдешь?

Сюй Цзыюэ кивнул:

— Разве ты не говорил, что если я уйду... ты убьешь меня?

Гу Цзе вдруг рассмеялся. Он действительно громко рассмеялся.

Он легонько щелкнул Сюй Цзыюэ по лбу.

Сюй Цзыюэ прикрыл голову от боли и озадаченно посмотрел на Гу Цзе.

— Ты в это поверил? — Гу Цзе почувствовал себя немного беспомощным, — Как я мог это вынести, чтобы сделать это...

Хотя он хотел бы запереть Сюй Цзыюэ так, чтобы только он мог его видеть, он не хотел, чтобы тот стал кем-то, кто больше не похож на самого себя.

Это был явно сладкий разговор о любви, но Сюй Цзыюэ был совершенно несчастен в этот момент.

Сюй Цзыюэ спросил:

— Ты... ты знаешь о... круизных лайнерах и тому подобном?

Гу Цзе слегка нахмурился:

— Тебе нравятся круизные лайнеры?

Сюй Цзыюэ наконец отпустил его и покачал головой:

— Да так, ничего.

Гу Цзе несколько секунд смотрел на Сюй Цзыюэ, прежде чем повернуться и войти в комнату.

Сюй Цзыюэ не пошел искать комнату, чтобы проголосовать, а вместо этого стоял снаружи, прислонившись к стене, ожидая окончательного результата голосования.

В результате голосования только один голос был отдан Сюй Цзыюэ, а остальные Гу Цзе.

Он слышал, как остальные выходили из своих комнат, чтобы обсудить, почему было на один голос меньше, но чего они не знали, так это того, что это голосование было точно таким же, как и предыдущее голосование при воздержании; его не должно было существовать.

Остальные посмотрели на Сюй Цзыюэ, который стоял у стены, а затем молча поискали комнату, в которой Гу Цзе голосовал. В комнате никого не было, только удостоверение его личности.

На обратной стороне его карточки было еще несколько слов по сравнению с другими НПС. Там было написано «специальный босс НПС».

Все, кто видел карточку, были ошеломлены. Затем они подсознательно повернулись, чтобы посмотреть назад в комнату.

Поскольку все они стояли в комнате, они не могли видеть Сюй Цзыюэ, который всё ещё был в коридоре, поэтому они взяли карточку и вышли из комнаты, чтобы допросить его.

— Ты уже... — как только вопрос был задан, они увидели, что коридор был совершенно пуст, и Сюй Цзыюэ, который явно стоял там только что, исчез.

[Поздравляем хоста с успешной зачисткой мира «Побег из замка».]

[Копия CG была сохранена. Вы также были вознаграждены специальным сюжетом CG.]

Вернувшись в системное пространство, Сюй Цзыюэ был встречен обычным системным голосом.

Сюй Цзыюэ схватил себя за волосы и почувствовал легкое раздражение:

— Эй! Что, черт возьми, происходит? Настроены ли боссы во всех этих мирах на высокую привлекательность? И есть также некоторые области, которые необходимо решить. В этой игре есть ошибки!

Система сообщила:

[Было обнаружено, что удовлетворенность хоста игровым опытом снизилась. Хотел бы хост подать жалобу?]

— Хм? Какая жалоба?

[Отправьте жалобу в систему, чтобы исправить ошибку и устранить вирус.]

Сюй Цзыюэ на мгновение был ошеломлен. Затем он медленно сел. Заставить его подать жалобу... Он не мог этого сделать. В конце концов, если он подаст эту жалобу, не будет ли это означать, что у них больше не будет с ним никаких отношений?

Сюй Цзыюэ почувствовал себя немного подавленным при этой мысли.

И поэтому Сюй Цзыюэ не стал долго раздумывать. Он отклонил предложение подать жалобу.

Сюй Цзыюэ, как обычно, проверил специальный сюжет CG.

Этот CG был менее странным, чем предыдущие, но воздействие, которое Сюй Цзыюэ получил от него, было не слабее.

В CG Гу Цзе сидел перед чертежным столом. В одной руке он держал черную шахматную фигуру, на его губах играла отчетливая улыбка, но глаза были темными и одинокими.

Это было совершенно не похоже на улыбки, которые Сюй Цзыюэ видел у него.

Гу Цзе сказал, что он спроектировал эту неизбежную комнату побега, потому что не мог найти то, что искал, но он неожиданно нашел это в комнате побега.

Но даже если он нашел его, сам он не смог бы выйти из игры.

Но если босс умрет...

Сюй Цзыюэ спросил:

— После того, как босс умрет, будут ли его данные возвращены в базу данных?

Система ответила:

[После того, как босс в игровом мире умирает и игра заканчивается, игровой мир больше не перезапускается. Данные из этого мира будут возвращены в базу данных.]

То есть, это был не первый раз, когда Гу Цзе разрабатывал такую игру для побега. Просто предыдущие игры можно было зачистить, и на этот раз он больше не хотел зачищать игру.

Как только Сюй Цзыюэ прояснил это, его настроение внезапно снова улучшилось.

Если это так, то ему нужно беспокоиться только о том, чтобы найти босса, такого как Сунь Мо и Остин. После понимания механизмов, лежащих в основе игрового мира, они могут оставить что-то после себя, когда они будут уничтожены и переработаны.

Возможно, у них также будет шанс снова появиться.

Когда Сюй Цзыюэ подумал об этом, все предыдущие тревоги и разочарования улеглись.

Он подбодрил себя, и это было так, как будто в его теле была неограниченная энергия:

— Система, начинай игру! Скорее, скорее!

Поэтому система как обычно спросила:

[Вы хотите начать игру?]

Сюй Цзыюэ утвердительно кивнул:

— Да! — если бы он мог подтвердить это ещё раз в этом мире, Сюй Цзыюэ, наконец, узнал бы, возможно ли его предположение.

Он не забыл слов Остина.

«Ты временно покинешь меня. В течение этого времени делай всё возможное, чтобы захватить свои цели. Возможно, в другом мире... мы ещё встретимся. Я не хочу ждать слишком долго.»

Пока он способен достаточно быстро захватывать свои цели, у них есть шанс встретиться снова!

В конце концов, он уже видел кое-что из Остина в Гу Цзе!

Арка 5. Седьмой санаторий.

Арка 5. Седьмой санаторий.

[Игра подтверждена.]

[Выбор игры. Седьмой санаторий: Трудная сложность.]

Как только он закончил говорить, Сюй Цзыюэ заснул, и системное пространство внезапно потемнело, прежде чем вскоре снова осветилось.

Сюй Цзыюэ проснулся и обнаружил, что находится в относительно спокойной обстановке.

Но когда он проснулся, то увидел, что спит на больничной койке.

Признаки, указывающие на то, что это больница, были слишком очевидны: белые подушки, белые простыни, белые стены, светло-голубые занавески, U-образная дорожка для занавесок...

Сев и оглядевшись, он увидел, что в комнате стояли три кровати. Его собственная кровать стояла в центре.

[В этой игре участвуют триста игроков. За исключением игроков, весь персонал НПС в больнице может быть захвачен.]

Сюй Цзыюэ не мог не быть ошеломлен. В этой игре было слишком много людей.

Триста игроков. Тогда сколько же будет НПС?

Сюй Цзыюэ надел свои белые тапочки и подошел к окну. На улице было много людей, одетых в одну и ту же больничную рубашку, которые занимались спортом и пользовались тренажерами.

Хотя говорили, что это санаторий, Сюй Цзыюэ чувствовал, что это место ничем не отличается от больницы. Однако он никогда раньше не был в санатории, поэтому не знал, что такое санаторий на самом деле.

Кровати с обеих сторон были аккуратными и чистыми, а простыни на них все еще были аккуратно сложены, и не было видно ни единой складки.

Сюй Цзыюэ заметил, что в рукаве у изголовья его кровати лежала карточка с его именем, полом, возрастом и болезнью.

Имя: Сюй Цзыюэ. Пол: Мужской. Возраст: 18 лет. Болезнь: Любовный Бред.

Сюй Цзыюэ некоторое время обдумывал это, но, возможно, из-за того, что его знаний было недостаточно, он не знал, что такое «любовный бред»*.

П/п: убеждение пациента в том, что в него тайно кто-то влюблен, но вынужден скрывать свои чувства.

В изголовьях других кроватей не было таких карточек, так что Сюй Цзыюэ мог только заключить, что он, вероятно, был единственным в этой комнате.

Сюй Цзыюэ начал с проверки своего прикроватного столика, где он нашел некоторые предметы первой необходимости. Затем он пошел в ванную, чтобы проверить... прежде чем покраснеть и выйти обратно.

Он не ожидал, что даже в другом мире эти засосы на его теле всё ещё будут там.

Если он подумает о временных рамках, то, вероятно, они не исчезнут в ближайшее время. Но из-за того, что Гу Цзе сделал так много, даже если Сюй Цзыюэ натянул воротник своего больничного халата до самой высокой точки, он не мог полностью скрыть это. В конце концов у него не было другого выбора, кроме как отпустить его... Забудь об этом.

Медсестра прошла мимо двери в его палату.

Но через несколько шагов она вернулась и посмотрела на Сюй Цзыюэ внутри. Говоря мягким тоном, который подходил к званию «ангела в белом», она спросила:

— Ты новый пациент в палате 703? Ты можешь бродить вокруг в течение дня. Тебе не станет лучше, если ты всё время будешь запираться в своей палате.

Сюй Цзыюэ радостно кивнул и сладко ответил:

— Хорошо, спасибо, сестра!

Медсестра улыбнулась в ответ с некоторым смущением:

— О да, не забудь поужинать до 6 часов и вернуться в свою комнату как можно скорее после этого. У меня есть ещё кое-какие дела, так что я уйду первой.

Сюй Цзыюэ помахал на прощание уходящей медсестре, прежде чем оглянуться на свою комнату и повернуться, чтобы выйти из неё.

Говорят, что это санаторий, но на самом деле он ничем не отличался от больницы. Однако... Сюй Цзыюэ посмотрел на выдвижные металлические ворота, установленные перед всеми комнатами... Эта штука... в обычных больницах, вероятно, такого бы не было.

Конечно, он ошибся бы, если бы действительно подумал, что мир на этот раз не был миром с историей выживания.

Время от времени по коридорам санатория прогуливались медсестры, а также врачи и другие пациенты.

Внешность каждой медсестры была с типичным нежным взглядом, в то время как все врачи выглядели опытными и умными.

Что касается пациентов... некоторые были в панике, некоторые ошеломлены, а некоторые выглядели немного хитрыми.

Конечно, были и такие, кто выглядел совершенно нормально.

Но действительно ли они нормальны или просто притворяются, никто не знал.

Сюй Цзыюэ потер руки и зашел в лифт, чтобы спуститься вниз.

В предыдущих играх он был пойман в ловушку внутри школы, круизного судна, деревни и комнаты побега с другими игроками.

И на этот раз место действия было санаторием.

Но этот санаторий не был маленьким.

У него была своя столовая, сад и, конечно, комната для каждого.

Сюй Цзыюэ даже подошел к входным воротам, но ворота, казалось, позволяли входить и выходить только персоналу, такому как медсестры и врачи. Такие, как Сюй Цзыюэ были заблокированы прозрачной стеной и не могли продвинуться дальше.

Но его целью было не выходить на улицу, поэтому Сюй Цзыюэ не обратил на это особого внимания.

Подумав об этом, поскольку в этом санатории триста игроков, сколько должно быть НПС? Сюй Цзыюэ хотел только найти самого красивого босса, поэтому ему, возможно, придется сначала проверить всех здесь, прежде чем принимать решение.

Да, Сюй Цзыюэ уже был уверен, что босс должен быть самым красивым.

Это было то, что он подтвердил, пройдя через несколько миров.

Поскольку товарищей по палате не было, Сюй Цзыюэ на этот раз понятия не имел о деталях этой игры, но когда он вспомнил напоминание медсестры, Сюй Цзыюэ, по крайней мере, знал, что он должен вернуться в свою комнату до 6 часов.

Спустившись вниз, он посмотрел на часы в вестибюле первого этажа.

Там было указано, что сейчас 12 часов дня.

И поэтому сейчас он не спешил возвращаться.

Сюй Цзыюэ пошел в кафетерий, чтобы перекусить разнообразным мясом, овощами, а также супом и молоком. В этот момент он почувствовал, что это была лучшая еда, которую он ел до сих пор!

Если бы он мог так хорошо питаться, пока он здесь... Сюй Цзыюэ был бы очень доволен.

После еды Сюй Цзыюэ побрел к зданию рядом со стационаром, в котором он остановился, попивая молоко. На самом деле, только он называл это стационарной зоной. Медсестры сказали, что это жилой район.

Но Сюй Цзыюэ чувствовал, что для него разницы нет.

В середине дня в этом здании было немного людей, только несколько охранников с электрическими дубинками охраняли первый этаж.

Увидев приближающегося Сюй Цзыюэ, они сразу же встали перед ним со страшным выражением лица и сказали:

— Пациентам быть здесь запрещено.

Сюй Цзыюэ был не из тех, кто не знает своих границ, поэтому он немедленно извинился и ушел.

После этого он снова прогулялся по саду, прежде чем заглянуть в магазин при санатории, где были кое-какие закуски и разные припасы.

Но у него не было денег...

И все люди, которые входят и выходят из этого места — это персонал, а не пациенты.

Другими словами, пациенты не имеют возможности покупать вещи в магазине.

Когда Сюй Цзыюэ немного устал, он проверил внешний вид всех медсестер и персоналов, которые сопровождали пациентов, тренирующихся на улице. Не найдя никого, кто мог бы быть боссом, он повернулся, чтобы вернуться.

Но когда он вернулся по тропинке, соединяющей здание рядом со зданием стационара, он увидел, как кого-то в больничном халате, лежащего на больничной койке, втолкнули в здание.

Если проигнорировать черные ремни, привязывающие пациента к кровати, и его попытки вырваться на свободу... То вероятно, это было нормальное зрелище.

Но эта сцена определенно не была нормальной, как бы он на неё ни смотрел.

Сюй Цзыюэ хотел взглянуть поближе, но его снова остановили.

Беспомощный, он мог только стоять снаружи, наблюдая, как людей в халатах пациентов, которые либо лежат на больничной койке, либо сидят в инвалидном кресле, заталкивают в здание каждые десять-двадцать минут.

Все без исключения были пристегнуты черными ремнями.

Только через полчаса кого-то вытолкнули наружу.

Сюй Цзыюэ узнал этого человека как первого, кого он увидел, когда его втолкнули внутрь.

Мужчина и раньше боролся изо всех сил, но теперь он мог только лежать на кровати, дергаясь.

Теперь его больше не удерживали ремни.

Но у него больше не было сил бороться.

Когда его вытолкнули из здания и вернули обратно в жилой район, Сюй Цзыюэ поспешно последовал за ним и вместе вошел в лифт.

Палата этого человека находилась на пятом этаже.

Стоя рядом с кроватью, Сюй Цзыюэ мог видеть следы от уколов, разбросанные по всей его руке.

Сюй Цзыюэ почувствовал, как по его телу пробежал холодок, прежде чем вернуться в свою комнату на седьмом этаже.

Он увидел медсестру, которая напомнила ему об этом раньше, у стойки регистрации на седьмом этаже, когда он вышел из лифта.

Сюй Цзыюэ на мгновение задумался, прежде чем облокотиться на стойку:

— Медсестра.

Медсестра посмотрела на Сюй Цзыюэ и удивленно улыбнулась. Она тепло спросила:

— Что случилось? Тебе нужна моя помощь в чем-нибудь?

Сюй Цзыюэ покачал головой:

— Дело не в этом. Я просто хочу задать несколько вопросов.

Медсестра кивнула и терпеливо ответила:

— Продолжай.

— Я хочу знать, для чего это здание по соседству. Почему они не позволяют нам приблизиться к нему?

Медсестра ответила гладко, как будто делала это уже много раз.

Она сказала:

— Потому что это зона лечения. В конце концов, все здесь для того, чтобы лечиться и восстанавливать силы, и наша ответственность состоит в том, чтобы улучшить здоровье каждого, поэтому область лечения очень важна.

Губы Сюй Цзыюэ дернулись. Он чувствовал, что это звучит немного нереально.

Как это может быть лечение... Больше похоже, что он был шокирован.

— Значит, те, кого втолкнули, нуждаются в лечении?

Медсестра кивнула:

— Мы организовали лечение для всех, кто находится здесь. Но из-за нехватки процедурных кабинетов и разницы в тяжести заболевания время лечения и частота получения лечения у всех разные.

Сюй Цзыюэ задал вопрос, который его больше всего волновал.

— ...А как насчет меня?

Медсестра ласково улыбнулась Сюй Цзыюэ:

— Конечно. Мы берем на себя ответственность за каждого пациента.

Сюй Цзыюэ: «...» Он хочет отказаться от этой игры.

— Т-тогда когда моя очередь? Когда мне нужно пройти лечение? — Сюй Цзыюэ собрался с духом, чтобы спросить об этом.

— Поскольку твоя ситуация особенная, мы сначала договорились о психотерапии. — медсестра опустила голову и пролистала очень толстую книгу, прежде чем снова взглянуть на Сюй Цзыюэ, — Твоё лечение назначено через три дня. До тех пор ты можешь попытаться приспособиться к этой среде санатория.

Сюй Цзыюэ вздохнул с облегчением.

К счастью, оставалось ещё три дня. К счастью, это была всего лишь психотерапия.

Медсестра сказала:

— Столовая здесь очень хорошая, и у нас также есть все виды оборудования и средства.

— Оборудование и средства? — Сюй Цзыюэ подумал об этом, — Тогда... могу ли я также выйти в интернет и поиграть в игры?

Медсестра покачала головой и объяснила:

— Санаторий не допускает никаких контактов с внешним миром, поэтому играть в онлайн-игры запрещено. Наш санаторий направлен на то, чтобы побудить всех правильно воспринимать жизнь и восстанавливать своё тело, а играние в онлайн-игры только вызовет отрешенность и отчуждение между людьми.

Сюй Цзыюэ некоторое время молчал. Затем он неохотно кивнул:

— Хорошо.

Выйдя из-за стойки регистрации, Сюй Цзыюэ был немного ошеломлен. Это можно назвать санаторием, но внутри он определенно не функционировал как таковой.

Это было очевидно, просто глядя на многочисленные следы от уколов на руке этого человека и на то, как он дергался.

Что всё ещё немного озадачивало его в этот момент, так это болезнь, написанная у его постели «любовный бред». Однако Сюй Цзыюэ не был врачом.

Но из психотерапии, упомянутой медсестрой, Сюй Цзыюэ предположил, что это может быть психическое заболевание.

Нечто похожее на депрессию или что-то в этом роде.

Конечно, насколько ему было известно, он знал только о депрессии, чтобы использовать её в качестве примера.

Во второй половине дня Сюй Цзыюэ отправился на другие этажи. В отличие от больниц, где пациенты с различными заболеваниями распределены по разным этажам, пациенты на каждом этаже здесь были совершенно разными, как будто их случайно запихнули в комнату.

В палате рядом с палатой Сюй Цзыюэ находился игрок, у которого вся правая нога была в гипсе.

Да, Сюй Цзыюэ уже в частном порядке рассматривал комнаты.

Сюй Цзыюэ также попытался поговорить с остальными.

Весь персонал НПС в санатории был очень мягким и добродушным. Они были готовы немедленно отложить в сторону то, над чем они работали, чтобы помочь вам, но единственное, чего они не могли позволить — это избежать лечения.

Потому что для них это означало, что они не несут ответственности, и это было непростительно.

Затем они насильно связывали игрока и толкали его в зону лечения.

Во второй половине дня Сюй Цзыюэ посчастливилось увидеть кого-то с повязками на голове, пропитанными кровью, пока он боролся с персоналом... Затем его безжалостно ударил по затылку деревянной палкой персонал НПС.

В тот момент, когда он увидел это, Сюй Цзыюэ почувствовал холодок по спине. Затем он наблюдал, как персонал поднял потерявшего сознание игрока на кровать.

И, естественно, игрока отвезли в лечебную зону.

Как и Сюй Цзыюэ, игроки, которым не нужно было идти, просто холодно смотрели, не собираясь помогать.

Конечно, в любом случае это было за пределами их возможностей.

Но по сравнению со страхом Сюй Цзыюэ, глаза этих людей казались онемевшими, как будто они привыкли к этому.

Те, кто пытался бороться, все были новичками, в то время как те, кто был здесь некоторое время, не осмеливались бороться, несмотря на своё желание. Всё, что они могли сделать, — это изо всех сил сдерживаться, чтобы не давать отпор, когда их поймают, и изо всех сил стараться не дрожать слишком сильно.

Сюй Цзыюэ хотел найти игрока, чтобы вытянуть из него какую-то информацию, но всякий раз, когда Сюй Цзыюэ пытался приблизиться к кому-либо, они боязливо уходили.

Сюй Цзыюэ был в растерянности.

Очевидно, это была неплохая идея для игроков, чтобы сформировать команды.

До 6 часов Сюй Цзыюэ разобрался со своим ужином, а затем вернулся в свою палату. Там он ждал, что произойдет после шести.

Честно говоря, было довольно неудобно сидеть одному в тихой и пустой палате. Очевидно, ещё ничего не произошло, но одной только атмосферы было достаточно, чтобы люди сломались.

Сюй Цзыюэ был немного благодарен, что его мужество, по крайней мере, немного улучшилось по сравнению с тем, каким он был в начале... вероятно.

Сюй Цзыюэ сидел на своей кровати посреди палаты, уставившись на секундную стрелку на часах.

«Клац»

Стрелки издавали тихие, почти неслышные звуки, медленно приближаясь к положению 6 часов.

В санатории было так тихо, что ему показалось, будто он слышит, как падает булавка.

«Вшух...»

«Вшух...»

«Вшух...»

...

Свист звучал один за другим. Сердце Сюй Цзыюэ напряглось ещё сильнее, когда звуки медленно приблизились.

И вскоре он добрался до его комнаты.

«Вшух...»

Металлические ворота, которые он заметил в самом начале, захлопнулись, закрыв Сюй Цзыюэ в комнате, а затем деревянная дверь распахнулась, тяжело ударившись о стену.

Сюй Цзыюэ неудержимо дрожал. Он увидел, как в темной палате загорелись два зеленых огонька.

Это должен быть свет от знаков «выход».

Было явно 5:59 вечера, и на улице всё ещё было светло, но в этот момент вокруг никого не было. Сюй Цзыюэ собрался с духом и подошел к двери, чтобы выглянуть наружу...

Ничего.

Но если бы кто-то попросил его спать вот так, с открытой дверью, Сюй Цзыюэ действительно не смог бы этого сделать.

«Бах!» Раздался ещё один громкий звук.

Сюй Цзыюэ повернулся и посмотрел в окно.

Звук доносился снизу.

Сюй Цзыюэ поспешил к окну, приободрился, прежде чем открыть его и выглянуть наружу.

Комната, в которой остановился Сюй Цзыюэ, находилась на седьмом этаже. В этот момент окно комнаты на шестом этаже прямо под ним тоже было открыто. Единственное отличие, однако, заключалось в том, что у человека там была веревка, сделанная из простыней, обвязанная вокруг его талии, и он медленно спускался вниз.

Мужчина поднял голову и случайно увидел высунувшуюся голову Сюй Цзыюэ.

Игрок, казалось, закрывал глаза на присутствие Сюй Цзыюэ. Выражение его лица в основном говорило о том, что нет никакой разницы между тем, видит он это или не видит.

Внезапно! Ужасающе бледная рука протянулась из окна на шестом этаже, схватив за волосы игрока, который только что слегка опустился.

— Почему? Почему ты убегаешь? Хм? — этот голос звучал так, словно он плакал и умолял.

С точки зрения Сюй Цзыюэ, он мог видеть только владельца этой руки, высунувшего голову. Длинные черные волосы, спадающие на плечи, открывали что-то похожее на униформу медсестры, когда они крепко схватили голову убегающего игрока.

— Не надо. Не подходи... Нет... Нееееееееееееет...

«Бух!»

Игрок с шестого этажа, который пытался сбежать с простыней, обвязанной вокруг талии, упал с шестого этажа.

Прежде чем Сюй Цзыюэ смог оправиться от этой сцены, его глаза встретились с НПС, который только что схватил игрока за волосы.

Но она явно только что прислонилась к окну...

Сюй Цзыюэ наблюдал, как она медленно откинула волосы, открывая лицо. Её шея была вывернута на 180 градусов, и она была похоже на полотенце, которое выжимали досуха.

Когда она повернула голову, Сюй Цзыюэ ясно разглядел её руки.

Одна рука всё ещё держала в руке пучок волос, в то время как другая держала ножницы, которыми разрезала простыню.

С лицом, бледным, как лист бумаги, медсестра-НПС, которая выглядела как труп, тихо усмехнулась в ответ Сюй Цзыюэ:

— Ты тоже хочешь сбежать?

Сюй Цзыюэ быстро убрал голову и захлопнул окно.

Сюй Цзыюэ закрыл окно и обернулся только тогда, когда его дыхание пришло в норму.

Как бы это сказать? Поскольку всё его внимание позже было сосредоточено на фирменной одежде женщины, Сюй Цзыюэ был очень уверен в её личности.

Это была униформа медсестры.

Из-за страшного вида медсестры Сюй Цзыюэ не мог обратить никакого внимания на упавшего игрока.

Итак, Сюй Цзыюэ тоже не знал, что с этим игроком. Он мог бы снова открыть окно, чтобы проверить, но у Сюй Цзыюэ не хватило смелости сделать это.

Сюй Цзыюэ некоторое время сидел на кровати, но из-за того, что вокруг было слишком тихо и из-за зеленого света в коридоре, он чувствовал себя очень неловко. Он подошел к двери и попытался закрыть её, но обнаружил, что задняя часть двери плотно приклеена к стене. Между дверью и стеной было что-то скользкое и белое, похожее на жевательную резинку.

Но количество его за дверью было гораздо больше, чем кусок жевательной резинки.

Сюй Цзыюэ вернулся к своей кровати.

Он явно был очень сонным физически, но мысленно он был весь напряжен, напоминая себе, чтобы он не засыпал вот так.

Сюй Цзыюэ даже вытащил систему, чтобы убедиться в собственной безопасности.

Хотя ответ всё ещё был утвердительным, психологически он не мог отпустить ситуацию.

В прошлом, хотя он был не в ладах с игроками, он, по крайней мере, чувствовал себя более смелым, находясь вместе с ними. Однако его нынешняя ситуация не позволяла ему чувствовать присутствие кого-либо из игроков.

Как будто он был единственным, кто остался в этом мире.

За исключением звуков, которые он услышал, когда только что открыл окно и увидел другого игрока, Сюй Цзыюэ с тех пор мог слышать только своё собственное дыхание.

Он был уверен, что другие игроки не смогут заснуть в такое время, и он также был уверен, что они сделают всё возможное, чтобы сбежать.

Поскольку был игрок, который пытался сбежать, для этого должна быть причина. Даже Сюй Цзыюэ знал, что не может покинуть этот санаторий. Было разумно сказать, что побег был совершенно бесполезен, но этот игрок пытался это сделать, так что это должно быть как-то связано с зачисткой игры.

Поэтому ему показалось очень странным, что не было никаких звуков.

Сюй Цзыюэ снова посмотрел в окно.

Но у него всё ещё не хватало смелости открыть его!

Что, если эта медсестра подстерегает его снаружи на подоконнике?!

Сюй Цзыюэ беспокойно заерзал в своей комнате, но вскоре уже не мог держать глаза открытыми.

Он сидел на кровати, обхватив себя руками, заставляя себя смотреть в темно-зеленый коридор широко открытыми глазами. Только в 2 часа Сюй Цзыюэ больше не мог бороться со своей сонливостью...

— Просыпайся, просыпайся.

Сюй Цзыюэ проснулся от какой-то тряски.

Прежде чем его разум смог полностью проясниться, медсестра, с которой Сюй Цзыюэ познакомился вчера, передала ему термометр:

— Чтобы записать данные о твоем теле, давай сначала измерим твою температуру.

Сюй Цзыюэ принял его, прищурившись, и, следуя инструкциям медсестры, зажал термометр подмышкой.

Сюй Цзыюэ был ошеломлен.

Хм?

Он заснул?

Окно в его палате теперь было полностью открыто, и время от времени в комнату врывался ветерок. Яркий солнечный свет, проникающий снаружи, был даже немного ослепительным.

Он был явно напуган, но на самом деле заснул.

Когда Сюй Цзыюэ подумал об этом, он даже зевнул.

Медсестра ушла, как только измерили температуру, оставив Сюй Цзыюэ сидеть в постели. Вся сонливость, которая была раньше, исчезла. Затем он вышел за дверь. Эти металлические ворота были убраны, и липкая вещь за дверью тоже исчезла.

Всё вернулось на круги своя.

Вокруг него также раздавались различные звуки.

Вспомнив игрока из окна прошлой ночью, Сюй Цзыюэ быстро поспешил обратно к окну и посмотрел вниз. Но поскольку он был слишком далеко от земли, Сюй Цзыюэ не мог быть уверен, что там нет тел.

И поэтому он спустился на первый этаж, чтобы посмотреть, сможет ли он найти какие-либо подсказки, чтобы доказать, что прошлая ночь была не просто его воображением.

Сюй Цзыюэ обнаружил неприметное пятно крови прямо под окном своей палаты.

— Что ты ищешь?

— Я ищу...

Сюй Цзыюэ сделал паузу и напряженно посмотрел вверх.

Медсестра, которая подошла в какой-то неизвестный момент времени, улыбнулась ему в ответ. Что касается её лица, то это было лицо той медсестры, которую Сюй Цзыюэ видел в окне прошлой ночью.

Сюй Цзыюэ нервно сглотнул, встал, повернулся и быстро ушел.

Он вошел в лифт.

Но что ещё больше смутило его, так это то, что медсестра тоже последовала за ним!

Скорость лифта явно была довольно высокой, но для Сюй Цзыюэ каждая секунда казалась чрезвычайно долгой.

Когда лифт, наконец, достиг седьмого этажа, медсестра не стала нажимать кнопку этажа для себя, а вместо этого последовала за Сюй Цзыюэ.

Увидев, что Сюй Цзыюэ выходит, медсестра последовала за ним сзади и мягко и ласково спросила:

— Из какой ты палаты?

Сюй Цзыюэ планировал проигнорировать её, когда медсестра, с которой он был знаком со своего этажа, подошла и встала между Сюй Цзыюэ и медсестрой с прошлой ночи.

— Это наш пациент. — когда она закончила говорить это, она повернулась и сказала Сюй Цзыюэ, — Не волнуйся, сначала ты можешь вернуться в свою палату.

Сюй Цзыюэ не мог понять странной атмосферы между двумя медсестрами, но он действительно хотел освободиться от тисков этой медсестры.

И поэтому он очень послушно ушел.

После этого Сюй Цзыюэ привел себя в порядок в палате и, всё ещё не видя медсестру из прошлого... он больше не мог сидеть спокойно.

Он хотел увидеть пациента в палате чуть ниже его на шестом этаже, и он также ещё не завтракал.

Сюй Цзыюэ вышел из своей палаты и огляделся. В коридоре не было ни пациентов, ни медсестер, а за стойкой регистрации на этом этаже сидела медсестра, которую Сюй Цзыюэ не узнал.

Медсестра, казалось, была очень занята. Даже когда Сюй Цзыюэ проходил мимо, она не подняла головы.

Сюй Цзыюэ спустился на шестой этаж через запасной выход. Высунув голову и убедившись, что медсестры поблизости нет, он подошел к комнате, которая находилась прямо под ним.

Это здание было очень похоже на здание больницы, и планировка каждого этажа была точно такой же. Поскольку Сюй Цзыюэ знал, как выглядит седьмой этаж, он также знал, как выглядит и шестой.

Он направился в палату на шестом этаже, которая находилась в том же месте, что и его; комната 603.

За исключением кровати рядом с ванной, остальные были пусты. Однако в изголовье этих кроватей была карточка, означающая, что они заняты, но владельца в номере не было.

Что касается человека, который всё ещё находился в комнате, он выглядел так, словно был не в состоянии ходить.

Большая часть его тела, шея, руки и ноги... Все они были забинтованы и обмотаны. Именно из-за этого ему поставили капельницу прямо над головой.

Сюй Цзыюэ подошел к изголовью кровати и увидел, что у лежащего там человека голова и шея также были туго забинтованы, как у мумии. Его глаза, однако, были широко открыты. Полностью проснувшись, он наблюдал, как Сюй Цзыюэ подошел к нему.

Сюй Цзыюэ был ошеломлен. Он думал, что этот человек спит.

— Ты... Ты в порядке после вчерашнего вечера? — Сюй Цзыюэ думал, что игрок умрет, но, похоже, ему удалось выжить даже после падения с шестого этажа.

Мышцы на щеке игрока дернулись. Казалось, он пытается скривить губы в усмешке.

— Как ты думаешь... это выглядит как «в порядке»? — риторически спросил игрок Сюй Цзыюэ.

Возможно, это было из-за его травм, его голос был хриплым. Он звучал так, словно его выдавили из горла.

Сюй Цзыюэ покачал головой и не выказал слишком большого сочувствия:

— Я не это имел в виду. Лучше быть живым, чем мертвым. Таким образом, у тебя, по крайней мере, ещё есть шанс сбежать.

Игрок холодно фыркнул и закрыл глаза:

— Ты просто хочешь спросить меня, как сбежать. Тебе не нужно тратить свою энергию впустую, я тебе этого не скажу.

— ...Хорошо, тогда ты можешь лежать там. — изначально он был здесь не для того, чтобы спрашивать об этом.

Этот игрок снова фыркнул. У него был достаточно уверенный тон.

Сюй Цзыюэ посмотрел на карточку в изголовье кровати. Там было написано «рак толстой кишки» и «множественные переломы по всему телу».

«Множественные переломы по всему телу» в конце, вероятно, были добавлены сегодня.

Повернувшись и покинув палату 603, Сюй Цзыюэ отправился в кафетерий, чтобы поесть.

Сюй Цзыюэ наблюдал за выражением лиц других игроков. Большинство из них выглядели так, словно оценивали своё окружение, механически запихивая еду в рот.

Были и такие, кто сидел в инвалидных колясках. Медсестры втолкнули их в столовую и помогли накормить.

Среди них были те, у кого были трудности с едой, но медсестры не выказывали никакого презрения и просто терпеливо и тщательно помогали чистить игрока и продолжали медленно кормить их по кусочку.

Когда Сюй Цзыюэ закончил, этих пациентов всё ещё кормили. Неизвестно, сколько времени это займет.

Он также не знал, страдали ли игроки изначально от этих болезней или они были навязаны им после входа в этот мир.

Сюй Цзыюэ бродил по санаторию с некоторым подозрением. Было довольно много игроков и медсестер, входивших и выходивших из этого лечебного здания, и все они имели одну и ту же характеристику: наполненные энергией, когда они входили, и позже совершенно бессильные, когда они выходили.

Почти полностью парализованные, как они могли всё ещё бороться?

Когда Сюй Цзыюэ вернулся на седьмой этаж, он случайно столкнулся с медсестрой, с которой был знаком. Она давала указания другим медсестрам перенести пациента в их палату.

Он увидел, как глаза медсестры загорелись радостью, когда она увидела его. Она быстро закончила передавать свои инструкции другим медсестрам, прежде чем повернуться к Сюй Цзыюэ и мягко спросить:

— Как ты себя чувствуешь сегодня? Улучшилось ли твоё настроение после прогулки?

Сюй Цзыюэ улыбнулся:

— Я чувствую себя очень хорошо. — он посмотрел на игрока, который был без сознания и во власти других, — Это больной товарищ?

— Мм... Он отличается от тебя. — медсестра подняла руку и нежно похлопала Сюй Цзыюэ по плечу. Смахивая несуществующую пыль, она сказала:

— Не беспокойся о нем и не учись у него. В любом случае, он пробудет здесь недолго.

Выражение лица Сюй Цзыюэ слегка напряглось, но ему удалось довольно быстро это исправить. Он быстро перескочил на, казалось бы, опасную тему:

— Кстати говоря, я не знаю твоего имени. Не могла бы ты назвать мне своё имя?

Медсестра посмотрела на Сюй Цзыюэ с некоторым удивлением. Затем она немного застенчиво отвернулась и тихо сказала:

— Я старшая медсестра на этом этаже. Что касается имени... Ты можешь называть меня просто сестра Цзинь.

Брови Сюй Цзыюэ были подняты:

— Цзинь... Какой это Цзинь?

— Цзинь как в слове «парча».

Сюй Цзыюэ тихо сглотнул.

Эта ситуация неправильна!

Это слишком странно!

Выражение лица медсестры и то, как она говорила! И имя, которое она ему назвала!

Сюй Цзыюэ изо всех сил старался успокоиться. Затем он улыбнулся и сказал что-то бессмысленное:

— Это довольно мило. Должно быть, тяжело работать старшей медсестрой каждый день?

— Я уже привыкла к этому, так что всё в порядке. Это, правда, немного скучно, но с тобой всё по-другому. — сестра Цзинь взглянула на других медсестер, которые уже стояли в ожидании, — Мне пора уходить. Ты можешь найти меня в любое время, если тебе что-нибудь понадобится.

Старшая медсестра Цзинь закончила разговор с Сюй Цзыюэ и повернулась, чтобы уйти вместе с другими медсестрами. Она последней покинула палату 703.

Перед уходом она обернулась и с милой улыбкой помахала на прощание Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ тоже ответил взмахом руки.

Но когда группа медсестер ушла, Сюй Цзыюэ больше не мог сохранять выражение лица!

Сестра Цзинь? Цзинь-эр?

Была ли связь между этими двумя?

Ах, кроме того, выражение лица этих двоих, когда они увидели его... Когда он подумал об этом, оно действительно показалось очень похожим.

Как будто изменилось только лицо. Однако Сюй Цзыюэ до сих пор этого не замечал.

Вероятно, это было потому, что старшая медсестра не вела себя с ним особенно фамильярно в начале, но это также могло быть потому, что она не помнила Деревню Гуманоидов и имела только намек на эмоции или что-то, оставшееся от неё.

Было ли она такой же, как те боссы?

Сюй Цзыюэ почесал в затылке и посмотрел на пациента рядом с ним.

Хотя сестра Цзинь сказала не беспокоиться о нем, он мог положиться только на этого человека, чтобы узнать, что происходит в этом мире...

Но, вспомнив слова медсестры Цзинь «он пробудет здесь недолго», Сюй Цзыюэ забеспокоился за этого пациента.

Аааааааа... Он также нуждается в лечении в этом мире. Когда он не знал, на что похожа ситуация, это сводило его с ума.

Игрока звали Чжо Жань. Мужчина, 20 лет, и его болезнью была аритмия.

Вышеуказанная информация была записана на карточке в изголовье кровати пациента.

Судя по всему, у него не было никаких травм на теле, так как это была проблема с сердцем. Сюй Цзыюэ проанализировал это по названию болезни.

Было немного скучно ждать, пока пациент проснется, поэтому Сюй Цзыюэ пошел к стойке регистрации, чтобы взять журнал, прежде чем лечь в свою кровать и почитать. Анекдоты и рассказы в журнале были довольно забавными, и это создавало довольно хорошее времяпрепровождение.

Поскольку содержание было довольно забавным, Сюй Цзыюэ постепенно увлекся чтением. Это продолжалось до тех пор, пока пациент, наконец, не сел с ошеломленным видом. Так Сюй Цзыюэ понял, что тот проснулся.

Сюй Цзыюэ быстро отбросил журнал и наблюдал, как игрок оглядывает палату.

Чжо Жань сначала тупо посмотрел на Сюй Цзыюэ, а затем огляделся, как будто он смотрел на что-то несуществующее в воздухе.

Причина, по которой Сюй Цзыюэ так думал, заключалась в том, что глаза Чжо Жаня постоянно перемещались слева направо.

Вероятно, он читал введение в этот игровой мир.

— Привет. — Сюй Цзыюэ осторожно поднял руку, чтобы помахать в знак приветствия, когда увидел, что пациент закончил читать.

Чжо Жань поднял глаза и продолжал смотреть на Сюй Цзыюэ с некоторым изумлением. Ему потребовалось некоторое время, прежде чем он медленно кивнул головой в ответ.

Сюй Цзыюэ, естественно, подумал, что это, должно быть, потому, что он столкнулся с чем-то трудным в предыдущем мире, поэтому он просто молча сидел в стороне, ожидая, пока Чжо Жань придет в себя.

— Значит, ты тоже... — Чжо Жань сглотнул и огляделся. Он увидел, что кроме них больше никого не было:

— Ты тоже игрок?

Сюй Цзыюэ уверенно кивнул:

— Да, что случилось? Есть ли проблемы с игрой? Почему у тебя такое плохое выражение лица?

Выражение лица Чжо Жаня стало ещё хуже:

— Это... это моё второе участие в игре, но я не ожидал, что сложность увеличится настолько.

Сюй Цзыюэ не был уверен в структуре побега, но он чувствовал, что если бы это был игрок, который делал это несколько раз, они, вероятно, немедленно начали бы анализировать ситуацию с Сюй Цзыюэ в тот момент, когда они проснулись, чтобы сбежать из мира. Новичок, однако... изначально мало что знает об игре, а также имеет много трудностей со стороны, поэтому он не будет тратить время, чтобы отвечать на вопросы Сюй Цзыюэ.

Но были и некоторые преимущества. Из-за отсутствия у него опыта он может сказать некоторые вещи, которые, возможно, не должны быть сказаны, и он сам этого не поймет.

Сюй Цзыюэ расслабился и попытался вытянуть из Чжо Жаня несколько ответов:

— Это довольно сложно... В конце концов, на этот раз количество людей намного больше, чем в предыдущие.

Чжо Жань вообще его не подозревал. Услышав слова Сюй Цзыюэ, он подсознательно посмотрел в верхний левый угол:

— 300...

— Всё ещё 300? Вчера для меня тоже было 300. — а сегодня в палате Сюй Цзыюэ явно появился новый человек, но число всё ещё было триста. Это в основном означало, что в промежутке между его прибытием в этот мир и прибытием Чжо Жаня, один из подопечных, должно быть, умер.

Конечно, Сюй Цзыюэ чувствовал, что это может быть больше, чем один человек, и, возможно, больше было умерших. Это просто не произошло у него на глазах, поэтому он не знал об этом.

— Это означает, что в игре всегда будет триста игроков. Если какие-либо игроки ушли, новые игроки будут добавлены, чтобы заполнить... И так будет продолжаться снова и снова. — Чжо Жань бессознательно поднял руку и начал кусать костяшку указательного пальца правой руки. Сюй Цзыюэ наблюдал, как он всё больше и больше набирает силу, и быстро крикнул, чтобы остановить его:

— Чжо Жань!

Чжо Жань быстро пришел в себя и посмотрел на свой кулак:

— Прости, я ничего не могу поделать, когда нервничаю.

Когда Сюй Цзыюэ увидел, что он вернулся к нормальной жизни, он, наконец, вернул тему в нужное русло. Сюй Цзыюэ сказал:

— У каждого из нас здесь есть своя болезнь, и разные болезни, похоже, лечат по-разному.

— Это так... — Чжо Жань взглянул на свою карточку, — Но это не так уж плохо. Пока она вылечена здесь, эти болезни не будут преследовать нас позже.

Затем голос Чжо Жаня упал:

— Но я просто не знаю, смогу ли я прожить достаточно долго, чтобы вылечиться.

Сюй Цзыюэ: Получена новая информация√!

По словам Чжо Жаня, Сюй Цзыюэ мог сказать, что эти болезни были чем-то, что изначально было у игроков, и в этом «седьмом санатории» игрок мог вылечить болезнь.

Сюй Цзыюэ повернулся, чтобы взглянуть на карточку пациента в изголовье кровати, и замолчал. Значит, у него действительно было какое-то психическое заболевание? Но он даже не знает, что это такое!

Он чувствовал себя так, словно его случайно бросили в эту группу игроков и система случайным образом назначила ему расстройство.

Сюй Цзыюэ был немного смущен, но сейчас было не время для того, чтобы разрешать свои сомнения.

Чжо Жань встал и надел свои белые тапочки:

— Сначала я проверю ситуацию, а затем сбегу, как только моя болезнь будет вылечена. Ты хочешь пойти вместе?

Сюй Цзыюэ приготовился встать, но как только он это сделал, он снова сел:

— Нет, ты можешь идти. Мне ещё нужно кое-что сделать. — когда он подошел к другим игрокам, он заметил, что другие игроки редко гуляли друг с другом. Должна быть причина, по которой игроки так настороженно относятся к другим игрокам, поэтому было бы странно идти вместе.

Когда Чжо Жань покинул палату, Сюй Цзыюэ подошел к окну, которое оставило его немного травмированным, и посмотрел вниз.

В этот момент не было ни убегающего игрока, ни страшной медсестры. Только несколько игроков и медсестер прогуливались среди пышной растительности снаружи.

Проверив снаружи, Сюй Цзыюэ оглянулся на изголовье своей кровати.

Любовный Бред?

Приняв решение, Сюй Цзыюэ вышел из палаты и пошел искать медсестру за стойкой регистрации:

— Здесь есть библиотека или что-то в этом роде? — медсестры Цзинь там не было, но как старшая медсестра она, должно быть, очень занята.

Медсестра ответила:

— Библиотека? Там нет ничего такого большого, но есть читальный зал.

— Где читальный зал? Я хочу почитать несколько книг. — Сюй Цзыюэ хотел посмотреть, сможет ли он найти какую-либо информацию о любовном бреде.

Медсестра показала несколько смущенный взгляд:

— Читальный зал находится в зоне лечения. Помимо времени лечения, пациентам не разрешается приближаться к месту лечения. Мне очень жаль, но у меня нет полномочий отпускать тебя.

— Вот как... — Сюй Цзыюэ кивнул, чувствуя себя немного разочарованным. Во всяком случае, перед смертью он тоже мало читал, так что смог легко принять это. Здесь должен быть, по крайней мере, кто-то, кто знает, что такое любовный бред.

Сюй Цзыюэ выдвинул вторую возможность:

— Тогда, если я попрошу одолжить книгу оттуда, это нормально?

Выражение лица медсестры стало ещё более извиняющимся, отчего Сюй Цзыюэ также стало плохо.

Медсестра сказала:

— Извини, большинство книг там о болезнях, но если пациент знает об этом слишком много, он будет волноваться и паниковать, и именно поэтому читальный зал расположен в зоне лечения. Только сотрудникам разрешено входить туда, чтобы использовать материалы.

— Значит, там нет книг для развлечения?

Медсестра кивнула:

— В значительной степени. Но если ты хочешь читать книги, у нас есть несколько развлекательных книг для пациентов.

Сюй Цзыюэ махнул рукой, показывая, что ему это не нужно.

Он просто хотел почитать о своей болезни.

Не имея других вариантов, Сюй Цзыюэ снова спустился вниз и наблюдал, как пациенты снова входят и выходят из зоны лечения.

Как бы он на это ни смотрел, на самом деле не было похоже, что они лечат свою болезнь... Даже если она была вылечена, каждый из них, казалось, был парализован, так какой смысл в лечении?

Сюй Цзыюэ только что видел, как оттуда вытолкнули игрока с многочисленными трубками, застрявшими в его теле. Он выглядел так, словно был совершенно не в состоянии позаботиться о себе. Внезапно его похлопали по плечу.

Сюй Цзыюэ обернулся, и его глаза расширились от удивления, когда он увидел человека, который похлопал его по плечу:

— Ты... ты... — Сюй Цзыюэ застыл. Потому что он не знал имени этой женщины. Даже в то время он всегда называл этого игрока мисс белый лотос про себя, но в конце концов эта мисс белый лотос вовсе не была белым лотосом!

Да, именно так!

Женщина, появившаяся перед Сюй Цзыюэ, была женщиной с четырьмя мужчинами, которая пыталась «соблазнить» Сюй Цзыюэ на круизном судне, чтобы иметь возможность зачистить тот мир. Однако в то время Сюй Цзыюэ и эта мисс белый лотос были прерваны Остином, и после того, как Остин дал Сюй Цзыюэ свободный пропуск, чтобы сбежать из мира, Сюй Цзыюэ вскоре ушел, поэтому он не знал о последствиях для мисс белый лотос и её банды.

Но суть его догадок была примерно такой, как будто его бросили в море... Это было то, что он, естественно, не мог попросить Остина подтвердить.

— Ты можешь называть меня просто Сяо Жань. Какое совпадение, мы снова встретились. — сестра, которую Сюй Цзыюэ назвал мисс белый лотос и которая внешне выглядела мягкой и слабой, но на самом деле была довольно сильной и крепкой, называла себя Сяо Жань.

Но вполне вероятно, что это имя было просто псевдонимом.

— Какое совпадение. — кивнул Сюй Цзыюэ. Он колебался, борясь с искушением спросить о последствиях круизного лайнера.

— Благодаря тебе. В конце концов, не многим удалось выжить на круизном корабле. — Сяо Жань пожала плечами и полезла в карман брюк, — Ах, посмотри на меня. Я забыла, что здесь нет сигарет, чтобы я могла курить.

Сюй Цзыюэ наблюдал, как Сяо Жань раздраженно потирает пальцы, и спросил:

— У тебя тоже есть какая-то болезнь из этого места?

— Дело не в этом. Это рак легких. — Сяо Жань пожала плечами, и, казалось, ей было всё равно, — Но после некоторого лечения я снова в порядке.

Сяо Жань посмотрела на Сюй Цзыюэ, который выглядел вполне здоровым.

— А как насчет тебя?

— Гм... какая-то психологическая проблема.

Сяо Жань понимающе кивнула. Оказывается, это психически хрупкий человек. Это вполне нормально — не хотеть говорить об этом.

Но...

— У тебя есть цель в этом мире?

Сюй Цзыюэ подозрительно посмотрел на Сяо Жань:

— Какая цель?

Сяо Жань строго и серьезно посмотрела на Сюй Цзыюэ:

— Как тот великий мастер в прошлый раз. Если тебе кто-то нравится, я могу дать тебе советы по захвату и помочь тебе со сбором информации. Пока это то, что я могу сделать, я сделаю это.

Сюй Цзыюэ был ошеломлен: «...» Может быть, его игра была раскрыта?!

— Конечно, при условии, что ты возьмешь меня с собой. Для этого не нужно ничего серьезного, тебе просто нужно дать мне шанс покинуть этот мир живой. — Сяо Жань вздохнула и с легким сожалением причмокнула губами, — Я, вероятно, не смогу научиться твоему способу зачищать миры.

Сюй Цзыюэ: «...»

Сюй Цзыюэ попытался придать своему лицу строгое выражение, а затем очень серьезно посмотрел на Сяо Жань:

— Почему ты думаешь, что я буду полагаться на это, чтобы зачистить игру?

Сяо Жань моргнула и в замешательстве переспросила:

— Разве нет?

Сразу после этого она прищелкнула языком и презрительно оглядела Сюй Цзыюэ с головы до ног. Она махнула рукой и, казалось, не поверила Сюй Цзыюэ:

— Как же ты собираешься зачистить игру без этого?

Сяо Жань подняла подбородок и указала им в сторону больших ворот санатория:

— Не говори, что я тебя не предупреждала. Ты видел эти ворота?

Сюй Цзыюэ кивнул. Он точно так же посмотрел на ворота, через которые не смог выйти раньше.

— Какой смысл просто смотреть на них? Эта штука здесь просто как украшение. Выбраться отсюда невозможно, даже если бы ты захотел. Люди в моей палате уже несколько раз менялись, но что с того? Они пытались уйти после выздоровления и перепробовали всё, только чтобы умереть у ворот. Быть не в состоянии уйти даже после того, как стало лучше, и бояться каждый день в этом закрытом мире... Какой в этом смысл?

— Но разве не здорово оставаться здесь? Возможно, вам будет труднее выжить, если вы перейдете в другой мир.

— Ты думаешь, что лечение легкое? Кто из присутствующих пришел бы сюда лечиться, если бы не был на грани смерти? Я думаю, ты, вероятно, ещё не лечился? — Сяо Жань оглядела Сюй Цзыюэ с ног до головы, но не могла сказать, что за болезнь может быть у него.

— Ты узнаешь, как только испытаешь это. Такое чувство, ты мог бы вытерпеть это до того, как болезнь вылечат, но после того, как её вылечат, каждая секунда — это болезненное страдание. К тому времени единственное, что у тебя на уме — это сбежать. Не говоря уже о лечении, эти процедуры вовсе не являются лечением. Это эксперименты. — Сяо Жань развела левую руку, а затем использовала указательный и средний пальцы правой руки, чтобы изобразить «человеческие» ноги.

Затем она положила этого «человека» на левую руку:

— Когда ты лежишь на операционном столе, ты полностью в сознании, наблюдаешь, как они используют различные скальпели и ножницы на твоем теле. Ты услышишь, как они холодно оценивают тебя, как будто ты подопытный кролик, с которым они могут играть, как им заблагорассудится.

Сяо Жань убрала руки и пожала плечами:

— В любом случае, я слышала от других здесь, что, как только лечение закончится, они начнут делать с исцеленным телом всё, что им заблагорассудится, как одержимые исследователи.

Сяо Жань топнула ногой и указала на пол:

— Ты знал, что внизу есть ещё один этаж?

Сюй Цзыюэ был ошеломлен:

— Здесь есть подземный этаж?

Сяо Жань кивнула:

— Я слышала об этом, но человека, который упомянул об этом, больше нет. Он сказал, что там тоже есть игроки, но все они превратились в монстров...

— Судя по твоим словам, эта игра звучит очень сложно, так почему же ты мне доверяешь? Более того, этот метод... звучит довольно нелепо. — не говоря уже о том, что он сам не мог гарантировать, что позволит ей выйти из игры.

Сяо Жань улыбнулась Сюй Цзыюэ:

— Тебе знакомо чувство, когда ты потерял всякую надежду?

Она повернулась и указала с одной стороны на другую.

— Все здесь явно потеряли всякую надежду, но они всё ещё отчаянно пытаются убежать. Это потому, что если они не могут сбежать из этого места, они даже не могут умереть. Но если ты попросишь их убить тебя, они также не посмеют. Умереть, пытаясь сбежать... Это неплохая идея. Но здесь не так много тех, кто может умереть, и это потому, что они спасут тебя. — Сяо Жань обернулась и посмотрела на Сюй Цзыюэ, — Ты другой. У меня хорошее предчувствие по поводу твоего способа зачистки игры... Ты знаешь, сколько человек очистили круизный лайнер?

Сюй Цзыюэ был удивлен:

— Сколько?

Сяо Жань жестом показала 6.

— Шесть человек. Из них пятеро — это я и те четверо мужчин, а что касается оставшегося... Я говорила с ним. Он знает тебя, и ты тоже должен знать его. Дай мне подумать... Кажется, его зовут Чжан Чжан.

Сяо Жань спросила:

— Так ты всё ещё думаешь, что те, кто зачистил мир с круизным лайнером, не имеют к тебе никакого отношения?

Сюй Цзыюэ потерял дар речи.

— Итак, я могу оставить тебе только свою последнюю надежду. Если даже ты не можешь добиться успеха, то на самом деле другого пути нет. — Сяо Жань прикоснулась к своему уху, когда она, казалось, по привычке потянулась за сигаретой, — Если это так, то будет только два результата.

— Какие?

— Умереть, или быть неспособным умереть и быть превращенным в монстра, запертым под землей навсегда, неспособным убежать.

Сюй Цзыюэ не слишком испугался, когда услышал это, или, возможно, это было потому, что Сяо Жань говорила очень спокойно, так что это не звучало реально, или потому, что у него был опыт, и он уже знал, что миры не будут такими простыми.

Если это так, то, похоже, он нашел кого-то, кто мог бы помочь?

Но Сюй Цзыюэ понятия не имел, в чем ему нужна помощь.

Сюй Цзыюэ спросил:

— Действительно ли возможно сбежать ночью? — Сюй Цзыюэ намеренно добавил «ночь», потому что он видел, как выглядел санаторий днем, и этот его вопрос также мог привести к тому, что Сяо Жань столкнулась с ещё одной информацией, которую он, возможно, до сих пор не знает.

— Говорят, что барьер исчезает ночью, но, кроме тех, кому удалось спастись, кто знает, правда ли это? Во всяком случае, я не видела никого, кто преуспел бы в этом. — Сяо Жань покачала головой и больше ничего не сказала.

Тяжелый разговор подошел к концу.

Сяо Жань сделала глубокий вдох, чтобы настроить свою психику, прежде чем повернуться, чтобы понаблюдать за НПС вокруг них:

— Я здесь уже неделю, так что я знаю в основном всё, что должно быть известно. Почему бы тебе не выбрать одну из симпатичных старших медсестер? Уборщицы, сиделки и тому подобное не нужны, они слишком низкого уровня. Если ты хочешь стремиться выше, это врачи, но ты будете взаимодействовать с ними только во время лечения, и ты, вероятно, поддашься боли, прежде чем сможешь даже нормально поговорить. Если ты всё ещё в состоянии составить полное предложение после лечения, я передам тебе всё своё почтение.

— Тогда, поскольку у меня психическое заболевание, мне всё ещё нужно это? — во-первых, сам Сюй Цзыюэ не был уверен, действительно ли «психотерапия» была просто психологическим консультированием, и он также не знал, будет ли лечение, которое он получит, таким же, как и другие.

— Этого я не знаю. Но на моем этаже также есть кое-кто с психическим заболеванием, и он вернулся лежа после лечения. Если ты хочешь знать, ты можешь попробовать спросить? — Сяо Жань ещё несколько раз взглянула на Сюй Цзыюэ, но до сих пор не могла сказать, какое психическое заболевание у Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ подумал о женщине-медсестре, с которой он столкнулся раньше с шестого этажа, и сказал:

— Если возможно, ты можешь помочь мне спросить? Я заметил, что отношения между каждым этажом кажутся немного сложными, особенно между НПС.

— Это так? Хорошо, я не ходила на другие этажи и в основном околачивалась здесь, но так как ты попросил меня, и это не имеет большого значения, я, естественно, помогу. Просто прими это как расплату за твою помощь на круизном судне.

Сюй Цзыюэ пару раз сухо рассмеялся. Но на этот раз он почти ничего не сделал.

Сяо Жань посмотрела на небо:

— Сейчас самое время остановиться на этом. Увидимся здесь послезавтра в 12 часов дня.

Сюй Цзыюэ спросил:

— Почему не завтра?

— Завтра я буду проходить лечение и, скорее всего, не смогу встать с постели, так что это может быть только послезавтра. Ладно, я желаю тебе удачи на сегодняшний вечер. Не бегай вокруг да около.

После того, как Сюй Цзыюэ и Сяо Жань расстались, он начал анализировать информацию, полученную из их разговора. Вся информация была запутанной и сложной, но она также была очень полезна для Сюй Цзыюэ.

Игроки здесь на самом деле больны, но если бы они не были с физическими травмами, большинство из них не было бы видно. В этом санатории их болезни действительно можно было вылечить, в том числе и неизлечимые.

Но лечение крайне болезненно.

И после того, как болезнь игрока будет вылечена, они всё равно будут организованы для получения лечения, но теперь лечение будет человеческим экспериментом.

Затем игроки начинали убегать, и результатом попытки побега была либо смерть, либо серьезные травмы?

Серьезно травмированные игроки, такие как тот, которого Сюй Цзыюэ видел прошлой ночью, будут спасены, и они продолжат получать лечение. Последствия лечения, которое они получат впоследствии, скорее всего, приведут к тому, что их превратят в монстров и запрут под землей.

Кровати, которые больше не заняты, будут по-прежнему заполняться новыми игроками.

Примерно так и должно быть здесь.

Сюй Цзыюэ ел в кафетерии, перебирая в уме все входы и выходы. После этого он вернулся в свою палату, где увидел, что его товарищ по палате уже вернулся. Когда тот увидел, что Сюй Цзыюэ вернулся,сразу же сел и спросил:

— Ты что-нибудь выяснил?

Сюй Цзыюэ посмотрел на своего подопечного:

— Прежде чем спрашивать кого-то ещё, не должен ли ты сначала показать свою искренность?

Чжо Жань был ошеломлен. Он отвернулся:

— Я знаю только, что игроки, которым нужна пересадка органов, могут указать на кого-то, с кем они дружат, и получить трансплантацию их органов для лечения своей болезни.

— Разве группы крови не должны совпадать?

Чжо Жань покачал головой:

— Это не имеет значения.

Так вот почему все опасались незнакомцев. Это было потому, что они не знали, нуждается ли человек перед ними в особом способе лечения, не видя карточку у кровати из первых рук.

В качестве обмена Сюй Цзыюэ сказал Чжо Жаню то, что он узнал сегодня:

— После окончания лечения тебе всё ещё нужно продолжать ходить в зону лечения, но последующие процедуры — это просто эксперименты на людях.

Чжо Жань заметно сглотнул и схватился за грудь, чтобы медленно успокоить дыхание. После того, как он успокоился, он поджал губы и довольно слабо посмотрел на Сюй Цзыюэ:

— Я не чувствовал этой своей старой проблемы в первом мире и думал, что моя болезнь прошла, но, похоже, она ждала меня здесь, в этом мире.

Сюй Цзыюэ не знал, что сказать, и смог только выдавить фразу после долгого молчания:

— Здесь можно лечить всё, что угодно.

— Но какой в этом смысл? Задача состоит в том, чтобы сбежать. После того, как болезнь излечена, нет никакого способа убежать. Это место— клетка, сравнимая с адом. —Чжо Жань покачал головой, — Я уже видел, каково это, когда они выходят из зоны лечения. Что насчет тебя? Ты пришел раньше меня, тебя уже лечили?

— Меня будут лечить завтра. — когда Сюй Цзыюэ сказал это, он сам почувствовал некоторое беспокойство, — Я плохо переношу боль...

Чжо Жань спросил:

— Прежде чем ты вернулся, я посмотрел на твою карточку... Что это за болезнь? Я никогда не слышал о ней раньше.

Все болезни, которые есть у игроков — это болезни, которые у них изначально были, поэтому Сюй Цзыюэ не мог сказать, что он не знал. Но даже если вы попросите его объяснить, он не сможет этого объяснить.

— Просто некоторые психологические проблемы... Просто не спрашивай.

С психологическими проблемами действительно было немного сложнее справиться, но Чжо Жань принадлежал к тому типу людей, которые любят слишком много думать. Всего через несколько секунд после того, как Сюй Цзыюэ сказал это, он уже думал о различных психологических проблемах, таких как психопаты, серийные убийцы... И его лицо побледнело.

Нет, я не могу умереть только от собственного воображения!

Полагаясь на свою сильную волю, сердце Чжо Жаня медленно приходило в норму.

Он показал улыбку, которая была более уродливой, чем плачущее лицо:

— Тогда... Тебе нужно поспать поскорее. Ты должен пройти лечение завтра, так что тебе стоит хорошо отдохнуть.

Сюй Цзыюэ кивнул и был несколько встревожен:

— Всё должно быть... хорошо.

Разговор между двумя, которые больше не хотели говорить, перешел в молчание, поэтому через несколько секунд они оба тихо забрались в постель. Сюй Цзыюэ небрежно взял журнал, чтобы почитать, в то время как Чжо Жань просто смотрел в потолок в оцепенении.

Когда было почти полчаса до шести вечера, Сюй Цзыюэ вспомнил о шестичасовом «грандиозном событии» и болезни Чжо Жаня...

Сюй Цзыюэ предупредил его:

— Эй, позже, в шесть часов, будут некоторые проблемы. Сможешь ли ты выдержать это с сердцем?

— К-какие проблемы? — Чжо Жань был поражен тем, что Сюй Цзыюэ внезапно заговорил.

— Что-то немного пугающее...

Голос Сюй Цзыюэ стал тише, когда группа медсестер вошла в их палату, неся различное оборудование. Последней вошедшей оказалась старшая медсестра Цзинь.

Старшая медсестра Цзинь сначала улыбнулась Сюй Цзыюэ, а затем бесстрастно посмотрела на Чжо Жаня. Она говорила официальным тоном:

— Для того, чтобы предотвратить ухудшение состояния пациентов ночью и не иметь возможности вовремя спастись, мы требуем, чтобы вы носили специальное устройство. Это только на случай чрезвычайной ситуации.

Чжо Жань был немного взволнован, но он слышал, что до тех пор, пока он не попытается сбежать, больше ничего не должно пойти не так. Поэтому, хотя он и был немного напуган, он позволил медсестрам делать всё, что им заблагорассудится, и установил на своем теле различные устройства неизвестного назначения.

Они даже вставили ему под нос трубку, чтобы дать кислород.

Даже Сюй Цзыюэ, наблюдавший со стороны, чувствовал, что они перегибают палку.

Они обращались с ним как с тяжелобольным.

Убедившись, что всё готово, медсестра Цзинь вернулась к своему нежному виду и сказала Чжо Жаню:

— Ну, тогда до завтра.

Когда они подошли к двери, сестра Цзинь обернулась и слегка помахала Сюй Цзыюэ, прежде чем повернуться, чтобы уйти с улыбкой на лице.

Чжо Жань, который проверял различные устройства на своем теле, не заметил этого.

И события, которые последовали позже той ночью, в основном сообщили Сюй Цзыюэ, что эти вещи на теле Чжо Жаня были абсолютно необходимы!

С одной стороны, больница достигла пика ужаса, в то время как с другой стороны, монитор сердечного ритма Чжо Жаня время от времени выравнивался в прямую линию.

Сюй Цзыюэ чувствовал, что даже ему самому нужно что-то, чтобы успокоить своё сердце!

В течение всей ночи Сюй Цзыюэ наблюдал за сердечным монитором Чжо Жаня, опасаясь, что он полностью выровняется.

Эта ночь была не такой мирной, как та. Сюй Цзыюэ и Чжо Жань услышали звук бьющихся металлических дверей, а также звуки плача и смеха, эхом разносящиеся по их полу.

Но у их двери ничего не было, только кромешная тьма. Чем больше они смотрели, тем больше снаружи казалось черной бездной. Словно она может проглотить их в любой момент.

Когда всё закончилось, у Сюй Цзыюэ под глазами появились два темных круга.

Чжо Жань также был доставлен в отделение неотложной помощи в шесть утра для лечения... Когда сестра Цзинь разбудила Сюй Цзыюэ, он посмотрел на кровать Чжо Жаня и увидел, что его там нет.

Из того, что он знал, у игроков, как правило, не должно быть энергии, чтобы что-то делать после лечения, поэтому Чжо Жань не должен был убегать сам. Скорее всего, он вообще не вернулся!

Сюй Цзыюэ протер глаза и медленно сел. Затем он увидел дополнительную кровать и инвалидное кресло рядом со своей кроватью.

Старшая медсестра Цзинь посмотрела на Сюй Цзыюэ и мягко спросила:

— Пришло время для лечения. Хотя это всего лишь психотерапия, всех предыдущих пациентов подталкивали к ней из-за их сопротивления. Что из них ты бы выбрал?

Сюй Цзыюэ снова посмотрел на знакомый темный пояс в руках медсестры рядом с сестрой Цзинь. Вся прежняя сонливость тут же улетучилась.

— Я... Могу я пойти сам?

— Но... — сестра Цзинь слегка нахмурилась и почувствовала себя немного обеспокоенной, — Были и другие пациенты, которые говорили это раньше. Это явно для того, чтобы помочь им вылечиться, но они попытались убежать.

Так вот почему они все пристегнуты...

Сюй Цзыюэ почувствовал кризис.

Сюй Цзыюэ воскликнул праведно:

— Нет, пожалуйста, поверь мне! Я действительно хочу вылечить свою болезнь, поэтому я никогда не буду сопротивляться! — конечно, он сказал это, потому что чувствовал, что должен взглянуть на зону лечения.

Сестра Цзинь улыбнулась и опустила голову. Она тихо сказала:

— На самом деле.... Всё в порядке, даже если ты не вылечишься.

Сюй Цзыюэ: «Хах?»

— Хорошо. Раз ты говоришь, что тебе это не нужно, значит, тебе это не нужно. — она подняла подбородок на медсестру рядом с ней, — Отведите его в консультационную комнату.

Сюй Цзыюэ не стал расспрашивать дальше. Он кивнул сестре Цзинь и последовал за другой медсестрой. Прежде чем выйти из комнаты, он проверил время.

Было около 13:20.

Поскольку они шли довольно быстро, он не мог ясно видеть, куда именно указывает минутная стрелка, но это не слишком влияло на время.

Сюй Цзыюэ спокойно вошел в зону лечения, не делая никаких попыток сбежать, и это также привлекло внимание многих игроков, которые наблюдали снаружи. Однако они просто подумали, что этот человек, вероятно, дурак, пытающийся разыграть героя, и, скорее всего, вернется лежа.

Когда он вошел в зону лечения, Сюй Цзыюэ не знал об этих мыслях, которые были у других, и у него тоже не было желания думать об этом.

У него было предчувствие, что большой красивый босс, которого он искал, должен быть здесь!

Но лечебная зона действительно была очень пустынной. Запах дезинфицирующего средства здесь был сильнее, чем в его палате, и он был настолько сильным, что Сюй Цзыюэ почувствовал себя немного неуютно.

Эхом по мраморному полу отдавались только звуки шагов Сюй Цзыюэ и медсестры. Как только он вошел в зону лечения, он больше не слышал никаких звуков снаружи. Как будто в этом мире их осталось только двое.

Что ещё больше смущало Сюй Цзыюэ, так это то, что он мог слышать только собственное дыхание.

Медсестра рядом с ним, казалось, вообще не дышала!

Войдя в лифт, Сюй Цзыюэ проверил её грудь. Конечно, для того, чтобы проверить, поднимается ли она и опускается! В этом не было ничего грязного!

Но, к сожалению, Сюй Цзыюэ не видел ни малейшего подъема или падения.

Сюй Цзыюэ пытался убедить себя, что это, должно быть, из-за лифта, который он не мог видеть. Та медсестра рядом с ним, должно быть, живой человек и, должно быть, дышит... конечно, она не такая, как та, которую он видел прошлой ночью.

Ладно, Сюй Цзыюэ на самом деле совсем не был уверен в себе.

Медсестра привела Сюй Цзыюэ на тринадцатый этаж.

В лифте было всего тринадцать этажей.

Во многих местах, включая некоторые больницы, избегают тринадцатого этажа и часто используют 13a или 13b. Конечно, есть места, которые избегают и других чисел.

Но, видя, что это было тринадцатый этаж... Это было трудно для Сюй Цзыюэ — не думать слишком много.

Выйдя из лифта, медсестра подошла к палате на верхнем этаже и повернулась, чтобы посмотреть на Сюй Цзыюэ:

— Консультационная комната здесь.

Сюй Цзыюэ посмотрел на дверную ручку, а затем на медсестру:

— Ты не заведешь меня внутрь?

Медсестра улыбнулась и покачала головой:

— Моя работа сделана. Я желаю тебе гладкого обращения.

После этого она мягко кивнула и прошла мимо Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ повернулся, чтобы позвать её, но внезапно обнаружил, что остался один.

Он застыл на месте, а затем медленно и механически повернул голову обратно к двери.

Сюй Цзыюэ закрыл глаза, собрался с духом и протянул руку, чтобы открыть дверь!

* * * * *

Мир за дверью был совершенно не похож на мир снаружи: ярко-желтые обои, различные мультяшные рисунки, приколотые к стенам, книжные полки, украшенные яркими орнаментами, и непринужденная фортепианная музыка. Пол был покрыт мягкими поролоновыми ковриками, а вокруг были разбросаны большие подушки, позволяющие посетителям сидеть где угодно.

Сюй Цзыюэ посмотрел на мужчину, который поднял голову, услышав, как открылась дверь.

Эти глаза были глубоки, как море, и мягкая улыбка, как обычно, задержалась на его бледном лице. Мягкий изгиб в уголках его губ и нежное чувство, которое излучали эти глаза, почти заставили Сюй Цзыюэ выпалить имя.

Но это было почти.

— Ты Сюй Цзыюэ? — человек, сидевший на полу, приподнялся и подошел к питьевому фонтанчику, чтобы взять два стакана воды.

— Снимай обувь и входи. — мужчина, который вероятно был психологом, поставил два стакана на низкий кофейный столик и указал на место напротив себя, — Садись сюда.

Сюй Цзыюэ опустил голову и кивнул, прежде чем снять обувь и войти. Его глаза не могли не переместиться на нижнюю часть тела мужчины.

Конечно, у него не было никаких грязных мыслей. Он просто хотел убедиться, что у этого человека действительно две ноги, а не хвост.

—Здравствуйте, доктор. — Сюй Цзыюэ посмотрел на лицо доктора, а затем быстро опустил глаза в пол. Через несколько секунд он снова посмотрел, прежде чем снова посмотреть вниз.

Мужчину, казалось, позабавила реакция Сюй Цзыюэ. Он подождал, пока тот сядет первым, прежде чем сесть перед Сюй Цзыюэ:

— Меня зовут Шэнь Ци. Ты можешь называть меня доктор Шэнь.

Сюй Цзыюэ опустил голову и поднял глаза, чтобы посмотреть на доктора Шэня. Он вообще не мог отвести глаз!

На нем был самый обычный шерстяной свитер с высоким воротом и темно-синие джинсы, подчеркивающие его длинные стройные ноги. Он сидел, скрестив одну ногу и согнув другую, и он положил одну руку на колено, когда он... посмотрел на Сюй Цзыюэ со слабой улыбкой.

Сюй Цзыюэ встретился взглядом с доктором Шэнем и быстро отвернулся. Он отказывался смотреть ему в глаза!

Но, возможно, это было потому, что он сделал это слишком сильно, он, казалось, свернул себе шею...

Было больно.

Доктор Шэнь мягко усмехнулся:

— Не волнуйся. Если ты хочешь посмотреть, ты можешь посмотреть. Я не против.

— Нет, нет, нет... — поспешно отказался Сюй Цзыюэ и медленно повернул голову назад, разминая шею. Он не осмеливался встретиться взглядом с доктором Шэнем.

— Я... Я возражаю.

Шэнь Ци говорил очень тепло:

— Не нервничай. Мы просто собираемся нормально поговорить.

— Но разве психологическое консультирование не требует гипноза? — Сюй Цзыюэ вспомнил фильмы, которые он смотрел раньше. Разве они не использовали карманные часы, чтобы загипнотизировать пациента, а затем выяснить причину его болезни?

Шэнь Ци поджал губы, чтобы сдержать смех, и покачал головой:

— Это только часть дела. Твоя ситуация немного особенная. Я думаю, что сначала мы должны узнать друг друга. После знакомства, я уверен, ты захочешь рассказать мне о своих обстоятельствах.

Но даже он сам не знал, что с ним не так.

— Доктор Шэнь, на самом деле всё обстоит так. Все окружающие меня люди говорят, что я болен, но я так не думаю. Можешь ли ты сказать мне... что это за болезнь у меня? — вместо того, чтобы обдумывать это самому, лучше было просто спросить. Если ему удастся это выяснить, то он получит прибыль, но если нет... Это уже другая история.

Шэнь Ци спросил в ответ с некоторым замешательством:

— Ты не знаешь о своей болезни?

Сюй Цзыюэ поднял голову, готовясь ответить на вопрос Шэнь Ци, но в тот момент, когда его глаза встретились с глазами мужчины... Сюй Цзыюэ снова опустил голову и покачал ей:

— Я не знаю.

Шэнь Ци слегка нахмурился.

Несколько секунд спустя нахмуренные брови снова расслабились, когда он, казалось, придумал решение. Затем он попытался получить ответ от Сюй Цзыюэ:

— Тогда... У тебя есть кто-нибудь, кто тебе нравится? Или кто-то, в кого ты влюблен? Или влюблен в тебя?

Сюй Цзыюэ был немного смущен.

Было ли это как-то связано с его болезнью?

Его болезнь называлась любовным бредом. Просто из самих слов Сюй Цзыюэ мог подумать только о чем-то вроде «влюбиться с первого взгляда». Это была всего лишь его догадка, но он не мог догадаться, как проявится его болезнь.

Но слово «любовь» в фразе в сочетании с вопросами доктора Шэня... Была ли его болезнь связана с чувством симпатии к кому-то?

И человек перед ним; будь то темперамент, внешность или личность, на нем явно было написано слово босс!

Не говоря уже о том, что чувство, которое вызывал у него этот человек, напомнило ему об Остине.

Исходя из своего предыдущего опыта, он пришел к выводу, что произошла путаница с данными. Возможно, есть ещё какие-то другие аспекты Шэнь Ци от других боссов, которые он ещё не заметил.

Короче говоря, на этот раз его целью был Шэнь Ци.

Другими словами, ему пора было выразить свои чувства!

Сюй Цзыюэ чувствовал, что эта мысль не может звучать более разумно!

Конечно, это было потому, что он не знал, что у него за болезнь.

Таким образом, Сюй Цзыюэ поднял голову, попытался успокоить своё бешено колотящееся сердце и посмотрел на Шэнь Ци с раскрасневшимися щеками и глазами, полными искренности:

— Мне нравится твой тип, доктор Шэнь!

Из его предыдущего опыта с Гу Цзе, все отказы были просто поверхностными. Ему просто нужно было продолжать двигаться вперед! Бесстыдно приклеиться к нему! Нет ничего невозможного!

Остин также сказал, что для того, чтобы они снова встретились, он должен захватывать цели без ограничений.

Сюй Цзыюэ впервые встретил человека, который охотно дал бы себе зеленую шляпу.

Он просто не знал, был ли Шэнь Ци похож на Остина в других областях, кроме его улыбки и темперамента.

Шэнь Ци поднял стакан и на мгновение замер, но на его лице ничего не изменилось.

— Что касается того, есть ли кто-нибудь, кто влюблен в меня... Что-то в этом роде... — Сюй Цзыюэ смущенно улыбнулся, — Я также не знаю.

Во всяком случае, все они были такими же, как Шэнь Ци, сидящий перед ним... Данными.

А что касается чувства «нравится», то было слишком неловко говорить прямо в лицо, что у другого есть чувства к нему. Не говоря уже о Сунь Мо, Остине, кукле и Гу Цзе... Всё это было схожим, но в то же время нет. Это было нечто более глубокое, чем это чувство.

Но если Сюй Цзыюэ назовет это «любовью»... Он нашел это слишком дрянным.

Более того, шестое чувство Сюй Цзыюэ подсказывало ему, что его чувства к нему тоже не так просты.

Это было нечто более сложное.

И немного искривленное.

На этот раз Сюй Цзыюэ откровенно не сказал «ты мне нравишься». На этот раз слова, которые он сказал доктору Шэню... были своего рода смутным признанием.

Похоже, он подсознательно считал доктора Шэня своим знакомым, поэтому Сюй Цзыюэ не особенно смутился. Конечно, он чувствовал себя немного застенчивым.

Однако выражение лица доктора Шэня не претерпело никаких изменений, даже когда он столкнулся с признанием.

Он поставил стакан с водой, который взял с намерением попить, и слегка наклонился вперед.

— Если ты не возражаешь, не мог бы ты сказать мне, скольким людям ты говорил подобное до этого?

У Сюй Цзыюэ пересохло в горле. Он ответил обиженным тоном:

— Почему ты спрашиваешь об этом?

— И твой тон, и выражение лица говорят мне, что ты говоришь это не в первый раз. — доктор Шэнь не стал дожидаться объяснений Сюй Цзыюэ и заботливо помог найти объяснение, — Не волнуйся, я тебя не виню. Это просто из-за твоей болезни.

Сюй Цзыюэ был ошеломлен: Хах???

— Но я не ожидал, что твоя болезнь окажется такой серьезной. Похоже, это потому, что ты не получил своевременное лечение на ранних стадиях твоей болезни, но это нормально, любую болезнь можно лечить здесь. Если ты будешь сотрудничать, это можно вылечить.

Сюй Цзыюэ был немного встревожен.

— Доктор Шэнь, ты не можешь сказать мне, что происходит?

Почему ему кажется, что он вырыл себе яму?

— Действительно, ты имеешь право знать о своей собственной ситуации. Конечно, тебе полезно иметь некоторое понимание себя. Если ты сам не знаешь, что есть проблема, лечение будет более сложным. — доктор Шэнь терпеливо объяснил Сюй Цзыюэ, что такое любовный бред, — Такая болезнь как любовный бред на самом деле не очень распространена. Это своего рода шизофрения, и большинство людей, страдающих ею, примерно твоего возраста, молодые подростки или молодые взрослые. Эта болезнь вызовет у тебя необоснованное заблуждение, что кто-то, кому ты не нравишься, на самом деле любит тебя. Ты даже можешь почувствовать, что их отказ — это просто их способ проверить тебя.

Шэнь Ци наблюдал, как выражение лица Сюй Цзыюэ постепенно становится пустым, а затем пододвинул стакан воды:

— Я знаю, тебе трудно принять это, но это факт. Ты думаешь, что ты им нравишься и что вы действительно любите друг друга, но это правда... это просто твоё заблуждение.

Сюй Цзыюэ безучастно сказал:

— О.

Ну и что с того, что ты привлекателен! Не думай, что я не понимаю, что ты пытаешься сказать! Разве это не потому, что тот, кто ему сейчас нравится — это доктор Шэнь перед ним?! И этот Шэнь Ци пытается загадочно сказать ему, что он ему не нравится!

Я тебя неправильно понял! Ты не Остин!

Сюй Цзыюэ сердито скрестил руки на груди и ждал следующих слов Шэнь Ци.

— Зол? — Шэнь Ци посмотрел на грудь Сюй Цзыюэ, которая поднималась и опускалась, когда он тяжело дышал, и наклонился вперед на низкий столик. Он положил подбородок на тыльную сторону ладони и улыбнулся:

— Но я говорю правду.

Сюй Цзыюэ подумал об этом:

— Тогда твоё суждение об этой болезни совершенно необоснованно. Никаких обследований не проводилось, и ты говоришь, что у меня шизофрения. Считается ли то, что я говорю? Нисколько. Разве не должны быть сделаны тесты для чего-то подобного?

Шэнь Ци понимающе кивнул, а затем нахмурился и посмотрел на Сюй Цзыюэ с некоторой беспомощностью:

— Это правда, но ничего не поделаешь. Здесь нет необходимости в его проверке. — когда он закончил говорить это, в тоне Шэнь Ци послышался намек на улыбку, когда он намеренно спросил, — Итак...Что нам делать?

Он явно намеренно дразнил Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ также был удивлен, обнаружив, что чувство, которое напоминало ему об Остине, исчезло.

По сравнению с мягкостью и элегантностью, которые он почувствовал, когда впервые вошел, Шэнь Ци в этот момент был немного более дразнящим. Если бы он проигнорировал его внешность и просто прислушался к голосу, он бы даже заметил намек на легкомыслие.

Что мог сделать Сюй Цзыюэ? Сюй Цзыюэ ничего не мог поделать!

Но это было как-то связано с его разочарованием и гневом по отношению к Шэнь Ци. Он вел себя так похоже на Остина в начале, но в конце он был таким. Это действительно... сводило с ума!

Ах.. Но по какой причине он пришел сюда?

Сюй Цзыюэ внезапно пришел в себя.

Правильно, он пришел сюда лечиться.

Сюй Цзыюэ вернул тему в прежнее русло:

— Разве ты не лечишь мою болезнь? Как ты планируешь её лечить?

— Честно говоря, эту болезнь нелегко лечить, и конечный результат зависит от самого пациента. Только от пациента зависит, сможет ли он из этого выбраться. Есть два способа справиться с симптомами, и для этого потребуется узнать тебя немного лучше. Один из методов лечения... включает в себя психологическое консультирование и медикаментозное лечение.

— Лекарства?

Может быть, это... что-то вроде инъекции?

— Эти лекарства принимают внутрь. — Шэнь Ци сказал, — Но у меня их здесь нет. Когда ты вернешься, медсестры отдадут его тебе.

— Могу я не принимать лекарства? — Сюй Цзыюэ твердо заявляет, что он не болен!

Шэнь Ци изо всех сил старался спросить:

— Ты... пытаешься продлить период лечения?

— Ээ... — Сюй Цзыюэ сделал паузу.

Даже после того, как то, что Сюй Цзыюэ считал стороной Остина, исчезло из Шэнь Ци, реально говоря, Сюй Цзыюэ всё ещё нужно было захватить его. Но, похоже, его ожидания были слишком высоки? Он не мог не чувствовать себя немного подавленным.

Внешность и тело Шэнь Ци были первоклассными, но Сюй Цзыюэ вообще не мог найти энтузиазма.

Не говоря уже о том, что он произнес эти слова ещё до того, как узнал, что такое любовный бред.

Так что независимо от того, как он будет вести себя в будущем, Шэнь Ци, скорее всего, будет рассматривать это как его болезнь.

Давайте представим себе:

Он говорит: «Доктор Шэнь, ты мне нравишься.»

Шэнь Ци: «Хорошо, хорошо.» Болезнь Сюй Цзыюэ начинает действовать.

Затем он говорит: «Доктор Шэнь, давай поедим вместе?»

Шэнь Ци: «Извини, нет времени.» Болезнь Сюй Цзыюэ всё ещё действует. Он даже думает, что пригласить его поесть — это испытание для него.

Вышесказанное — это то, что происходит, когда человек, которого вы поджимаете, просто оказывается вашим собственным психиатром, который также знает, что вы страдаете от любовного бреда.

Сюй Цзыюэ чувствовал, что его будущее кажется мрачным.

— Это не имеет значения. Я буду уважать пожелания пациента. — Шэнь Ци встал, — Мы остановимся здесь сегодня. Ты хочешь осмотреться? Или мне следует позволить медсестре отвести тебя обратно?

Сюй Цзыюэ покачал головой:

— Я останусь здесь ещё немного. — может быть, он всё ещё сможет узнать какую-то другую информацию.

Вся комната была площадью не более 30 квадратных метров. Этого было более чем достаточно, чтобы они могли поговорить.

И, по-видимому, чтобы позволить пациентам расслабиться, комната была оформлена в цветах и стилях, которые заставляли людей бессознательно успокаиваться.

Увидев, что Сюй Цзыюэ оглядывается по сторонам, Шэнь Ци встал и снова наполнил их стаканы водой.

Сюй Цзыюэ остановился перед книжной полкой и не мог пошевелиться.

Книжная полка была разделена на небольшие сетки, некоторые из которых заполнены книгами, а некоторые различными украшениями и орнаментами. То, что Сюй Цзыюэ не ожидал увидеть там, было... статуэткой.

Сюй Цзыюэ поднял руку и не смог удержаться, чтобы не поднять эту статуэтку.

— Тебе нравится? — Шэнь Ци, который ранее дразнил Сюй Цзыюэ, увидел, что тот стоит там, больше не обращая на него никакого внимания, поэтому он подошел к Сюй Цзыюэ и начал объяснять естественно:

— Эта статуэтка была здесь давным-давно.

Знакомое лицо, знакомая одежда и знакомый маленький гроб.

Но по сравнению с куклой эта фигурка была намного меньше. Его размер был лишь немного больше ладони Сюй Цзыюэ.

Он становился всё меньше и меньше.

— Хотя тебе это нравится, вещи были здесь с самого начала. — Шэнь Ци забрал статуэтку и поставил её обратно на книжную полку, — Мне очень жаль, но я не могу отдать её тебе.

Сюй Цзыюэ неохотно посмотрел на статуэтку. Он даже хотел посмотреть, вдруг она моргнет глазами или что-то в этом роде.

Но этого не произошло.

Шэнь Ци сказал:

— Я отведу тебя обратно.

Сюй Цзыюэ некоторое время не реагировал. Увидев фигурку, похожую на куклу, он немного отвлекся.

Когда Шэнь Ци подвел его к лифту, Сюй Цзыюэ только тогда понял, что что-то не так.

Он ясно сказал, что попросит медсестру отправить его обратно, но теперь он лично это делает?

Но Сюй Цзыюэ просто повернул голову, чтобы посмотреть на Шэнь Ци, и не сделал никаких попыток спросить.

Когда они добрались до первого этажа, который был покрыт запахом дезинфицирующих средств, Шэнь Ци хотел отослать Сюй Цзыюэ, как будто он хотел помешать ему бегать вокруг.

Сюй Цзыюэ не собирался убегать, но, сделав шаг вперед одной ногой, он внезапно отдернул её и сделал три шага назад.

— Нет, нет, нет, нет. —Сюй Цзыюэ бросил четыре последовательных «нет», — Я не могу уйти стоя.

Сюй Цзыюэ посмотрел на Шэнь Ци:

— У тебя здесь есть больничная койка, на которой ты можешь меня вытолкнуть? И не мог бы ты попросить медсестру отослать меня?

Все остались лежать, и это бы привлекло внимание, если бы он был единственным, кто вышел сам.

Шэнь Ци на мгновение посмотрел на Сюй Цзыюэ и, казалось, понял.

— Хорошо, я позову медсестер.

Шэнь Ци попросил Сюй Цзыюэ подождать в вестибюле и не бегать наугад, прежде чем вернуться в лифт, чтобы отправиться неизвестно куда.

Ожидая Шэнь Ци, Сюй Цзыюэ, естественно, слушал его наставления «не бегать». В конце концов, те, кто не слушает, обычно первыми попадают в беду...

Но если не бегать, это также принесет неприятности.

Сюй Цзыюэ напряженно стоял в вестибюле, пока не услышал, как открылся лифт.

Сюй Цзыюэ думал, что это вернулся Шэнь Ци, но когда он обернулся, то увидел, что это была Сяо Жань, которая только что закончила своё лечение.

Можно сказать, что мир маленький.

Сюй Цзыюэ и Сяо Жань, которая могла поддерживать дыхательную функцию только после лечения, посмотрели друг другу в глаза.

Глаза Сяо Жань слегка расширились, когда она увидела Сюй Цзыюэ, стоящего там в одиночестве.

Когда её вытолкнули, она попыталась вытянуть шею как можно выше. Ей удалось увидеть, как мужчина вышел из другого лифта и подошел к Сюй Цзыюэ.

Сяо Жань хотела ударить кулаком по кровати и крикнуть «хорошая работа!». Но жестокая реальность заключалась в том, что она могла только слегка согнуть пальцы и приподнять их на сантиметр, прежде чем её рука безвольно упала обратно на кровать.

Она не могла даже издать ни звука.

На другом конце Шэнь Ци, вышедший из лифта, лишь равнодушно взглянул на человека, которого толкали. Затем он повернулся к Сюй Цзыюэ и сказал:

— Я уже уведомил их. Они сразу же придут... Ах, это верно. Чтобы сделать это более реалистичным, я также попросил их взять с собой некоторые другие вещи.

Сюй Цзыюэ посмотрел на Шэнь Ци с некоторым замешательством:

— Другие вещи?

Шэнь Ци только улыбнулся и ничего не сказал.

Некоторое время спустя две медсестры затолкали больничную койку и кучу других предметов на первый этаж лечебной зоны.

На кровати висела капельница, а также кислородная маска и кислородный баллон...

Взгляд Сюй Цзыюэ упал на Шэнь Ци: «...»

Шэнь Ци улыбнулся и подтолкнул Сюй Цзыюэ к кровати:

— Ложись.

— Почему-то кажется, что мы играем пьесу... — Сюй Цзыюэ сел на кровать, и медсестра передала ему кислородную маску.

Сюй Цзыюэ взял кислородную маску и надел её.

Но...

— А как насчет иглы?

Шэнь Ци, стоявший рядом с Сюй Цзыюэ, ответил:

— Не волнуйся, игла не войдет.

Другая медсестра принесла иглу для вливания, взяла руку Сюй Цзыюэ и затем... приклеила её прямо на тыльную сторону руки Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ: «...» Да, очень убедительно.

Шэнь Ци поднял руку и убрал волосы со лба Сюй Цзыюэ. Он тихо сказал:

— Ложись.

Сюй Цзыюэ сделал, как ему было сказано, лег.

Только после того, как он лег, Сюй Цзыюэ наконец отреагировал. Почему я так послушно следую указаниям Шэнь Ци?

Но Шэнь Ци помогал ему с его ложью. Мм, его можно считать благодетелем, так что он у него в долгу.

Шэнь Ци сказал:

— Закрой глаза.

Сюй Цзыюэ широко раскрытыми глазами уставился на Шэнь Ци.

Шэнь Ци рассмеялся:

— Если ты не знаешь, как себя вести, просто спи. Если ты выйдешь вот так, закатив глаза, то совсем не будешь выглядеть больным.

Сюй Цзыюэ закрыл глаза и притворился спящим.

Но его не вытолкнули. Он не мог удержаться, чтобы снова не приоткрыть глаза и не посмотреть на Шэнь Ци через небольшую щель между веками.

Шэнь Ци всё больше и больше сбивал его с толку.

Иногда он был похож на Остина, а иногда нет...

Сюй Цзыюэ привезли обратно в палату 703.

Когда он прибыл, медсестра даже старательно перенесла Сюй Цзыюэ на его кровать.

Судя по толщине её рук, они явно не выглядели такими сильными!

Как только Сюй Цзыюэ улегся в постель, две медсестры сняли кислородную маску и иглу с тыльной стороны его руки.

Сюй Цзыюэ прищурил глаза, а затем медленно открыл их.

Кровать слева от него, естественно, была пуста.

А Чжо Жань должен быть справа...

Его вытолкнули, как будто он нуждался в срочном лечении рано утром, и когда Сюй Цзыюэ вернулся с лечения, тот уже вернулся.

Но он лежал на кровати, и занавеска между ними была задернута, и Сюй Цзыюэ не мог сказать, спит он или бодрствует.

Сюй Цзыюэ лежал на кровати, вспоминая своё общение с Шэнь Ци. Чем больше он думал об этом, тем больше не мог понять смысла.

В конце концов, он мог приписать это только тому, что у данных Шэнь Ци возникли проблемы.

Что касается остального, он выкопает это позже!

Он будет экскаватором!

Пролежав там некоторое время, Сюй Цзыюэ почувствовал себя немного голодным, но это не казалось хорошей идеей — выйти сразу после того, как его привезли в комнату. Лучше перестраховаться, чем потом сожалеть. Если кто-нибудь, кто помнит его внешность, когда он вошел, увидит его снова...

Лучше было держать это в секрете.

Сюй Цзыюэ решил поспать, чтобы помочь себе справиться с голодом.

И поскольку он совсем не спал прошлой ночью и спал только немного утром, Сюй Цзыюэ очень быстро заснул.

Только около 4:30 по полудни Сюй Цзыюэ наконец проснулся.

Сюй Цзыюэ встал, умылся и посмотрел на кровать Чжо Жаня. Его рот был широко открыт, а глаза закрыты. Он всё ещё крепко спал.

Но сейчас ему, кажется, лучше?

Видя, что он всё ещё спит, Сюй Цзыюэ не стал его будить. Он пошел один в кафетерий, чтобы поесть.

Поскольку в очереди было много людей, было около половины шестого, когда Сюй Цзыюэ покончил со своей единственной едой за день. Было почти шесть часов.

Когда Сюй Цзыюэ вернулся, он увидел, что многие игроки стоят снаружи, не собираясь возвращаться в свои палаты.

Если они хотели сбежать, были ли ворота единственным выходом?

Сюй Цзыюэ подумал о проблеме, о которой ему действительно не нужно было думать.

Вернувшись в свою палату, Чжо Жань уже проснулся. Он снял кислородную маску и потягивался.

Глаза Чжо Жаня прояснились, когда он увидел, как Сюй Цзыюэ перестраивается:

— Я думал, что ты вылечился и собирался уйти.

Сюй Цзыюэ покачал головой и откинулся на спинку кровати:

— Как это возможно? Моя болезнь, кажется, довольно неприятна.

Чжо Жань расслабленно улыбнулся:

— Насколько это может быть хлопотно? Я думал, что моя болезнь была очень хлопотной, но послушай, теперь мне гораздо лучше, чем раньше. Даже если я испугаюсь или буду энергично тренироваться, я не стану таким, каким был раньше. Ты должен знать, что моё сердце может остановиться в любой момент, но сейчас этого не произойдет. Хотя в этом мире есть много плохих аспектов, теперь я наконец-то обнаружил его хорошую сторону.

Сюй Цзыюэ улыбнулся в ответ:

— Я не ожидал, что ты примешь это так хорошо. Ты ничего не чувствовал во время лечения?

Реакция Чжо Жаня была совершенно иной, чем та, которую Сюй Цзыюэ видел у других.

Чжо Жань засмеялся с некоторым смущением:

— Я был почти без сознания, когда меня вытолкнули сегодня утром, так что я почти ничего не чувствовал. Когда меня вытолкнули, мне всё ещё было больно, но это чувство вскоре исчезло. К тому времени, когда я проснулся, вся боль почти прошла.

Сюй Цзыюэ не знал, что сказать. Он только чувствовал, что удача Чжо Жаня была действительно хороша, и его психика тоже не была плохой.

Сюй Цзыюэ спросил:

— Значит, теперь ты полностью вылечился?

— Пока нет. Позже пришла медсестра и сказала, что лечение продолжится послезавтра, хотя на данный момент я в порядке, я не буду полностью вылечен после всего одной процедуры.

Сюй Цзыюэ подпер подбородок ладонью и выглянул за дверь:

— Медсестра не сказала мне, когда будет моё следующее лечение.

Чжо Жань сказал:

— Может быть, они скажут тебе завтра. Не торопись. Или ты хотел пойти и спросить?

Сюй Цзыюэ посмотрел на часы, которые теперь показывали 5:55.

— Забудь об этом. Безопасность превыше всего.

Он встал с кровати и подошел, чтобы открыть окно, которое оставило его с психологической тенью.

В саду всё ещё было несколько человек, но их было немного.

Чжо Жань подошел к Сюй Цзыюэ и тоже выглянул наружу.

Чжо Жань воскликнул:

— Ух ты... разве эти люди не возвращаются в свои палаты?

— У них есть свои собственные идеи. — Сюй Цзыюэ наблюдал, как рассеянные игроки медленно начинают собираться вместе.

По ночам игроки, казалось, больше не боялись общаться друг с другом. Было ли это потому, что игроки, которые не возвращаются в свои палаты — это те, кто больше не нуждается в лечении?

Сюй Цзыюэ не знал причины, но он хотел посмотреть, как они смогут сбежать.

Чжо Жань то и дело поглядывал на часы в комнате и на игроков снаружи. Он, казалось, нервничал больше, чем игроки снаружи.

Вчерашний Чжо Жань лежал в постели. Даже если вы попросите его посмотреть, он не осмелился бы, потому что боялся, что у него случится сердечный приступ. Сегодня всё было по-другому.

Он чувствовал, как громко бьется орган в его груди, как будто это побуждало его жить более храбро.

Стрелки на часах достигли своей цели.

Было шесть часов.

Все звуки внутри и снаружи санатория исчезли в одно мгновение.

Вскоре после этого раздался звук закрывающихся один за другим металлических ворот.

Дверь в палату широко распахнулась, и белая липкая субстанция прижала её к стене.

Сюй Цзыюэ повернул голову и посмотрел в окно. Небо, которое раньше было ещё светлым, стало совершенно темным. Если бы они сейчас не посмотрели на часы, то подумали бы, что сейчас поздняя ночь или раннее утро.

Фигуры в саду снаружи тоже были покрыты толстым слоем тумана.

Снаружи не было слышно ни звука, и никого не было видно.

В его палате был только Чжо Жань.

Сюй Цзыюэ повернулся, чтобы посмотреть на Чжо Жаня, который неловко потирал руки. Ему, казалось, было немного холодно, и он не мог не почувствовать, как холод пробежал по его телу, когда он посмотрел на сцену за окном.

Сюй Цзыюэ посмотрел на липкую слизь за дверью и почувствовал легкое отвращение. Однако, похоже, не было никаких новых изменений за окном.

Как только Сюй Цзыюэ почувствовал, что они могут заснуть, снаружи внезапно послышались звуки.

Это был звук разбитого стекла.

Сюй Цзыюэ и Чжо Жань одновременно посмотрели в сторону источника звука.

Это было от ворот снаружи.

Палата, в которой находился Сюй Цзыюэ, находилась с левой стороны здания. Каждый этаж этого стационарного здания был одинаковой планировки с лифтом и стойкой регистрации, расположенной в центре, и шестью отдельными комнатами по обе стороны от лифта. Всего на каждом этаже двенадцать комнат.

Стационарное здание и лечебное здание расположены в форме «Г». Их окно просто случайно оказалось во внутренней части «Г», в то время как главные входы обоих этих зданий также находятся во внутренней части.

И поэтому, когда они выглянули из окна наверху, они могли ясно видеть две дороги за пределами стационара и зоны лечения.

Услышав этот звук, Сюй Цзыюэ увидел, как несколько пациентов выбежали из здания стационара.

Позади них стоял уродливый монстр, отдаленно напоминающий человека.

Сюй Цзыюэ и Чжо Жань затаили дыхание.

Эти игроки скрылись в тумане, и вскоре Сюй Цзыюэ и Чжо Жань больше не могли их видеть.

Но вскоре после этого монстр, который казался в три или четыре раза больше обычного человека, притащил что-то обратно в стационар.

Существо, которое тащили, выглядело как человек, но оно также не было похоже на человека... В конце концов, от тела осталась только часть.

В том месте, где они жили, были такие монстры.

И это был не только вид, которого они никогда раньше не видели, даже медсестры... Сюй Цзыюэ посмотрел на Чжо Жаня и почувствовал тревогу за будущее игроков.

Глядя вниз с седьмого этажа, тело этого монстра уже выглядело очень большим. Он не осмеливался представить, каково это — видеть всё это перед собой.

Ночью был густой туман. Сюй Цзыюэ и Чжо Жань ничего не видели.

Или, возможно, всё это уже произошло, но из-за тумана они не могли ни видеть, ни слышать этого.

Сюй Цзыюэ и Чжо Жань вернулись в свои постели без долгих разговоров.

По сравнению с Сюй Цзыюэ, Чжо Жань, безусловно, чувствовал большее давление.

Последствия попытки побега были ужасающими.

Но если он не сбежит...

Сюй Цзыюэ заснул под слабым зеленым светом из черного, как смоль, коридора снаружи. Рано утром его разбудили Сяо Жань и медсестра Цзинь, у которых было очень неприятное выражение лица.

Чжо Жань с удивлением наблюдал за любовью и ненавистью между Сюй Цзыюэ, женщиной-игроком и женщиной-НПС.

Старшая медсестра Цзинь подошла к кровати Сюй Цзыюэ и сказала официальным тоном:

— Лечение продолжится завтра. В течение этого времени твой врач сказал, что твоё лекарство может быть временно отменено, но оно будет компенсировано во время лечения позже.

Сюй Цзыюэ кивнул в ответ, вспомнив свой разговор с Шэнь Ци, чтобы выразить, что он понял.

Затем старшая медсестра Цзинь снова взглянула на Сюй Цзыюэ и, видя, что он не собирается ничего говорить, угрюмо ушла, шаги были громче, чем обычно.

Чжо Жань восхищенно захлопал в ладоши:

— Ты потрясающий. Ты даже можешь поймать кого-то вроде неё? Ты должен быть осторожен, этот мир немного странный... Будь осторожен, чтобы не потопить свой корабль.

Сяо Жань сердито посмотрела на Чжо Жаня, а затем постучала по прикроватному столику Сюй Цзыюэ:

— Не говори глупостей. Поторопись, вставай и пойдем есть. Нам нужно поговорить.

Чжо Жань посмотрел на слабую и дружелюбную на вид, но грубо говорящую, Сяо Жань и покачал головой:

— Я не могу этого сделать. Удачи.

Сюй Цзыюэ быстро умылся и пошел завтракать с Сяо Жань.

Чжо Жань подумал, что у них, вероятно, были особые отношения, поэтому у него не было никакого намерения сопровождать его.

Но отношения между Сяо Жань и Сюй Цзыюэ... Это действительно не обычные отношения. В конце концов, это довольно сложно.

Каждому из них подали завтрак, и они нашли место, чтобы сесть и поесть.

Как только он сел, Сяо Жань искренне сказала:

— Я спросила игрока на моем этаже, который психически болен. Его процесс лечения в основном включает в себя электрошок и лекарства, но ощущение после приема лекарств ужасное. Он сказал, что нет особого смысла анализировать различия между различными болезнями, поэтому он не много рассказывал мне об этом. — увидев такую сцену вчера, она уже поставила Сюй Цзыюэ на пьедестал в своем сознании и теперь рассматривает его как одну из тех волшебниц.

Но эта волшебница была мужчиной.

Сюй Цзыюэ спросил:

— Вероятно, было нелегко получить информацию от других?

— Конечно. Но информацией обменивались. Он что-то говорит мне, и я что-то говорю ему. В любом случае, ни один из нас не проиграет.

Сюй Цзыюэ выразил свою благодарность:

— Спасибо.

— А за что благодарить? — Сяо Жань огляделась, чтобы убедиться, что никто не может услышать их разговор, а затем наклонилась вперед, чтобы тихо спросить Сюй Цзыюэ, — Но, видя твой вчерашний вид... Ты не получал лечения?

Сюй Цзыюэ подумал об этом. Поскольку Сяо Жань уже видела это, действительно не было причин скрывать правду. И если он может позволить ей выйти из игры, у Сяо Жань не было причин причинять ему боль.

И поэтому Сюй Цзыюэ откровенно кивнул:

— Что-то в этом роде.

Сяо Жань с волнением потрясла кулаком.

— Если бы у меня были деньги, я бы пошла и купила несколько бутылок вина, чтобы выпить и отпраздновать! Ты потрясающий! — Сяо Жань протянула руку, чтобы похлопать Сюй Цзыюэ по плечу, но она быстро отдернула её.

Сюй Цзыюэ посмотрел на неё в замешательстве:

— В чем дело?

— Нет, нет. Если я поглажу тебя, что, если этот человек вдруг появится, начнет ревновать и больше не захочет мне помогать? Я должна сдерживаться. Хотя у нас с тобой хорошие отношения, я хочу держаться на расстоянии. — праведно сказала Сяо Жань, как будто это действительно было так.

Сюй Цзыюэ рассмеялся:

— Как это может быть.

Сяо Жань покачала головой:

— Ну...Ты просто не знаешь. Угадай, что я сказала тому человеку на круизном лайнере, чтобы он позволил нам выйти из игры?

Сюй Цзыюэ не знал об этом:

— Что ты сказала?

— Я сказала «твой любовник», и любовник, естественно, относится к тебе. Он был доволен этим и решил отпустить нас.

Выражение лица Сюй Цзыюэ застыло. Он не знал, какое выражение лица ему следует изобразить.

Ему просто было немного грустно, и немного...

— Но что произошло с той медсестрой? Ты подцепил обоих?

Вопрос Сяо Жань прервал мысли Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ поднял глаза и улыбнулся с некоторым смущением. Затем он предупредил Сяо Жань:

— Что касается её... Я думаю, что если тебе нужно кого-то спровоцировать, то только не её.

Они говорят, что короля ада легко встретить, но маленькие призраки — это те, кто действительно доставляют беспокойство. Хотя Сюй Цзыюэ не имел возможности почувствовать это, его опыт в Деревне Гуманоидов и на круизном корабле ясно сказал ему: если босс является движущей силой этого, то другие— исполнителями.

И большую часть времени босс не появлялся. Те, кто взаимодействует с игроками, обычно такие, как Цзинь-эр... Но поскольку они взаимодействуют с ними так часто, они обычно не обращают на них внимания.

В конце концов, те, кто может позволить сюжету развиваться и позволить игрокам избежать игры, все находятся на уровне Цзинь-эр.

Уровень босса принадлежал группе, которая наблюдала за развитием событий с высоты.

— Она очень плоха? — задав этот вопрос, Сяо Жань похлопала себя по лицу, — О какой чепухе я говорю? Если ты так говоришь, то она определенно должна быть чем-то ужасным. Но только что, кажется, она... по-другому относится к тебе. Будьте осторожен, чтобы не потопить свой корабль.

Сюй Цзыюэ подумал о сцене между Цзинь-эр и куклой, а затем наложил её на Шэнь Ци и медсестру Цзинь. Он беспомощно махнул рукой:

— Не буду, не буду. — с одной стороны, он не хотел стоять на двух лодках одновременно, а с другой стороны... Как вы думаете, легко ли стоять на двух лодках?

Один был круизным судном, а другой парусником... Даже если он положит голову на круизный корабль, его ноги не дотянутся до парусника.

Сяо Жань оценила Сюй Цзыюэ и сказала со сложным взглядом:

— Я не знаю, что сказать. Я чувствую себя немного запутанной, но всё равно восхищаюсь тобой. Потому что ты можешь забрать меня отсюда, я даже не смею ревновать...

Сюй Цзыюэ потер нос:

— Просто ешь, просто ешь.

Но в середине завтрака Сяо Жань всё ещё не могла успокоиться.

— Ах, но тот человек, с которым ты связался... он должен быть врачом? — она почесала в затылке, пытаясь вспомнить свои воспоминания о том времени: — Я не могла видеть его внешность со своего угла, но я видела его ноги... Тц, такие длинные и прямые... Он ничем не уступает тем людям, которых я собрала на круизном лайнере.

Сюй Цзыюэ попытался вспомнить их, но они не произвели на него особого впечатления.

Сюй Цзыюэ был подозрителен:

— Они были в хорошей форме?

— Ты не помнишь? — Сяо Жань беспомощно покачала головой, — Это люди, которых я собрала после того, как заметила тебя. У каждого из них была фигура лучше, чем у другого! Мускулы! Они все мускулы, понимаешь?!

Сяо Жань подняла руку, чтобы попытаться выжать немного бицепсов. Она пыталась несколько раз, но безуспешно, так что ей оставалось только опустить руку обратно.

Однако её рот продолжал внушать Сюй Цзыюэ красоту мышц.

— Эти мышцы, пока они слегка окрашены каплями пота или воды... Они блестящие и глянцевые! Как красиво!

Сюй Цзыюэ почувствовал, что эта форма описания может быть использована по-другому, поэтому он сказал:

— Почему это звучит как «окрашенный приправой, блестящий и глянцевый, как вкусно»? — разве это не описание еды?

— ... — Сяо Жань непонимающе посмотрела на Сюй Цзыюэ.

— Кхм, я пошутил. Пожалуйста, продолжай.

Энтузиазм Сяо Жань полностью исчез в одно мгновение. Она поправила своё положение, а затем сказала:

— Это неправильно. Тебе не нравится этот тип? И я слышала, что 0 больше, чем 1*. Эти четверо действительно хороши, но когда я спросила, все они были натуралами. Но прямые мужчины... всегда могут быть согнуты, столкнувшись с возможностью зачистить игру. Я даже морально подготовила их и сказала им, что если тебе не нужны мужчины, а вместо них нужна женщина, я сделаю шаг вперед. Но... разве ты не говорил, что тебя интересуют только мужчины? Почему ты не обратил внимания на их цифры?

П/п: прямой — натурал, согнутый — гомосексуал; 1 — актив, 0 — пассив; 0 больше, чем 1 — пассивов больше, чем активов.

— Я понял, что ты... действительно потрясающая.

Сяо Жань уставилась на Сюй Цзыюэ:

— Это главное?

Затем Сюй Цзыюэ улыбнулся Сяо Жань и дал ей свой ответ:

— Ты лаешь не на то дерево. Я не смотрю на их тела, когда ищу кого-то. Это не значит, что я вообще не смотрю на них. Потому что, даже если кто-то красив, но их тело, как у ребенка, тогда я не смогу принять это.

— Хм... — Сяо Жань потерла руки, — Разве это не жутко?

Сюй Цзыюэ чувствовал, что в том, что он сказал, нет ничего плохого:

— Я в основном смотрю на лицо. Если всё хорошо, то это ещё лучше, но самое главное — лицо!

Сяо Жань оценила внешность Сюй Цзыюэ:

— Я не могу сказать. Несмотря на то, что ты так молод, ты уже так глубоко в яме фейсконщиков. Ты даже не смотришь на их характер?

Сюй Цзыюэ пожал плечами и спросил в ответ:

— Если тебе нравится картина, тебя не волнует, есть ли плесень на обратной стороне?

Сяо Жань потеряла дар речи. Затем она кивнула:

— Конечно, ты удивительный. — в разных смыслах.

Но люди и картины — это принципиально разные вещи. Более того, красивые люди здесь на самом деле не настоящие люди. Всё в них исходит из заранее установленной «обстановки», которая решает, какими они будут сейчас и в будущем.

И как реальный человек они не будут просто слепо следовать определенному порядку. Даже если бы они это сделали, у них в голове были бы другие идеи.

Сюй Цзыюэ сначала подумал об этом.

Но теперь его мнение немного изменилось.

Ему даже захотелось попробовать, попытаться изменить эту неизменную «обстановку».

Находясь в Деревне Гуманоидов, он увидел возможность в кукле. И в комнате побега, он подтвердил результат этих изменений в Гу Цзе. Теперь здесь, в санатории, он увидел ещё кое-что, что по его мнению также могло измениться в результате.

По сравнению с постоянным захватом целей снова и снова, рисковать на пути с неизвестным концом казалось гораздо более захватывающим и интересным.

Но ему не было нужды выражать свои истинные мысли.

Позавтракав, Сюй Цзыюэ снова отправился бродить с Сяо Жань.

На самом деле, всем в этом санатории было нечем заняться. Не было ничего другого, кроме ожидания лечения и получения лечения. Ожидание лечения было практически пыткой для игроков, но это также был прорыв. Пока их болезнь излечена, они без колебаний найдут способ сбежать.

— Почему возможность, чтобы сбежать, должна быть ночью? — спросил Сюй Цзыюэ, как только этот вопрос возник у него в голове.

— Хм? — Сяо Жань подозрительно посмотрела на Сюй Цзыюэ, — Не потому ли, что в игре говорится, что барьер у ворот исчезнет только ночью?

Сюй Цзыюэ был ошеломлен, он мысленно выругал себя.

Такого рода вещи уже должны быть известны всем игрокам.

К счастью, ему удалось вовремя спасти ситуацию.

— Я говорю не об этом. Я подумал... Почему это может быть только ночью? Почему это не может работать и днем?

Сяо Жань проследила за ходом мыслей Сюй Цзыюэ и задумалась. Она мгновенно забыла о своих подозрениях:

— То, что ты сказал, кажется, имеет смысл. Это мой первый раз, когда я вижу кого-то вроде тебя, кто будет думать против правил игры... Но некоторые пробовали это в течение дня, включая меня. Я пыталась подойти к воротам в течение дня, но там был барьер, мешающий мне выйти. Это возможно только в том случае, если есть другие выходы, кроме главных ворот.

Сюй Цзыюэ кивнул и вдруг замер.

Сяо Жань и Сюй Цзыюэ медленно посмотрели друг на друга и в унисон закричали:

— Под землей!

Место под землей было местом, к которому они не могли получить доступ, и многих игроков, которые были отправлены под землю, больше никогда не видели... Вполне возможно, что они смогли выйти из игры оттуда.

Конечно, это было так, если они думали оптимистично. Если бы они думали пессимистично... они, вероятно, все погибли под землей.

Но они не видели, чтобы что-то перевозилось в это место и из него в течение дня, поэтому они могли только заключить, что под землей были какие-то неизвестные проходы.

Сама мысль об этом была невероятной.

Но у них не было возможности доказать это, и, вероятно, было не так много желающих проверить эту теорию.

В конце концов, как только они окажутся под землей, результат может быть не очень хорошим.

Так что, даже если бы и была мысль об этом, она не была бы предпринята. Более того, самому Сюй Цзыюэ не нужно было бежать.

Но Сюй Цзыюэ смог узнать из слов Сяо Жань, что барьер у ворот должен исчезнуть ночью.

Во второй половине дня игрок с отрубленными обеими ногами был доставлен на оставшуюся пустую кровать в палате Сюй Цзыюэ.

Сразу после того, как его привезли, подошла медсестра, чтобы подключить его к различным аппаратам и перевязать его раны.

Игрок уже потерял сознание и был без сознания, но его мышцы всё ещё время от времени подергивались.

— Его ноги были отрезаны опускающимися воротами. — старшая медсестра Цзинь стояла в стороне и внимательно объясняла Сюй Цзыюэ.

Позади Сюй Цзыюэ стоял Чжо Жань, который хотел посмотреть, но не осмеливался подойти ближе.

Чжо Жань не осмеливался подойти к Сюй Цзыюэ, особенно потому, что рядом была старшая медсестра. Для него все НПС опасны. Он очень восхищался Сюй Цзыюэ, потому что тот, казалось, мог так легко ладить с таким НПС, как медсестра Цзинь. Но также из-за этого Чжо Жань чувствовал необходимость сохранять дистанцию, чтобы не втягивать себя.

— В настоящее время он всё ещё жив. Разве его нельзя вылечить быстрее? — хотя фраза «умереть от боли» часто используется, на самом деле это случалось редко. Однако это не означало, что это было невозможно.

Просто взглянув на игрока, Сюй Цзыюэ мог сказать, что ему было очень больно.

Старшая медсестра Цзинь объяснила:

— Анестезия ещё не подействовала, но скоро подействует. Что касается лечения... медицинские ресурсы скудны. Впереди его ждут более срочные пациенты, так что лечиться он сможет только завтра.

Всё должно быть в порядке, если есть анестетики... Но чтобы ему раздавили обе ноги или, точнее, отрезали... Он не знал, было ли это чем-то, что произошло в реальной жизни или в игровом мире.

В конце концов, и Чжо Жань, и Сяо Жань сказали ему, что болезни были врожденными.

Сестра Цзинь вдруг спросила:

— Кстати, та девушка сегодня утром... вы близки?

Сюй Цзыюэ не ожидал, что она спросит об этом.

Но ради всеобщей безопасности Сюй Цзыюэ чувствовал, что должен тщательно ответить на этот вопрос.

— О, она... просто обычные отношения. Ей для чего-то нужна была моя помощь.

— О... вот так. — сестра Цзинь уставилась вдаль и задумчиво кивнула. Сюй Цзыюэ не мог не почувствовать, как волосы у него на спине встали дыбом.

После распределения нового игрока в 703 палату, медсестра Цзинь и другие медсестры ушли.

Даже когда было шесть часов и всё вокруг затихло, новый пациент не проснулся.

Прошла ещё одна ночь.

Шел пятый день пребывания в санатории.

Сюй Цзыюэ снова был отправлен на лечение, но с опытом, накопленным в прошлый раз, он попросил медсестру позволить ему лечь на кровать и перенести его в зону лечения.

Во всяком случае, медсестра согласилась. Затем его толкали...

— Медсестра, можно снять с меня наручники? Я могу пойти сам. — у Сюй Цзыюэ была только одна медсестра, стоявшая рядом с его кроватью, потому что её было достаточно, чтобы привезти его. Можно было только представить, какими сильными они должны быть.

В любом случае, медсестры здесь определенно отличались от обычных медсестер.

— Прошу прощения, полномочия по снятию ограничений, как правило, возлагаются на врачей. Мы можем только помочь отправить пациента. — женский голос звучал чрезвычайно извиняющимся, но в целом это было «нет».

Сюй Цзыюэ посмотрел на потолок с того места, где он лежал, и смог только вздохнуть... Он вырыл себе яму.

Медсестра втолкнула Сюй Цзыюэ в лифт и, добравшись до 13-го этажа, заботливо подтолкнула его в самую дальнюю консультационную комнату.

Сюй Цзыюэ повернул голову и увидел, как медсестра постучала в дверь. Через несколько секунд дверь открылась изнутри.

Шэнь Ци стоял в комнате. Когда он выглянул, то был ошеломлен открывшейся перед ним сценой и не мог не улыбнуться:

— Какое странное зрелище.

Медсестра отступила в сторону, слегка наклонилась и поклонилась:

— Директор, пациент доставлен.

Шэнь Ци кивнул. Тон его голоса, когда он заговорил с медсестрой, был значительно холоднее:

— Мм, ты можешь идти.

Глаза Сюй Цзыюэ расширились. Он посмотрел на Шэнь Ци, а затем на медсестру, которая повернулась и ушла.

Сюй Цзыюэ спросил:

— Директор?

Шэнь Ци с улыбкой кивнул:

— Директор.

Сюй Цзыюэ: «...»

Удивлен? На самом деле он не был удивлен. В шоке? Это тоже не то.

Сюй Цзыюэ изогнулся всем телом, пытаясь встать с кровати, но, к сожалению, не смог.

Шэнь Ци увидел это, вышел из своей комнаты и наклонился, чтобы развязать ремни, связывающие Сюй Цзыюэ.

Поскольку кто-то развязывал его, Сюй Цзыюэ мог только оставаться неподвижным. Он обратил внимание на внешность Шэнь Ци и почувствовал, что появление такого уровня определенно было боссом! Вот почему личность директора больницы не должна удивлять.

После того, как Шэнь Ци развязал ремни Сюй Цзыюэ, тот немедленно встал с больничной койки. Он объяснил:

— Медсестра не стала исправлять эту вещь для меня, и я не мог сделать это сам. Поскольку всех так толкают, было бы слишком странно, если бы я вошел, поэтому я попросил медсестру сделать это...

Шэнь Ци кивнул, показывая, что понял. Затем он убрал ремни.

— Но мне удалось увидеть кое-что довольно приятное.

Сюй Цзыюэ посмотрел на кровать, а затем на Шэнь Ци:

— У тебя... есть такое хобби?

Шэнь Ци улыбнулся и ничего не сказал. Затем он повернулся, чтобы вернуться в комнату для консультаций.

Сюй Цзыюэ последовал за Шэнь Ци и спросил:

— Что мы делаем сегодня?

Шэнь Ци повернул выключатель на полке, и в комнате зазвучала теплая и уютная фортепианная музыка. Услышав вопрос Сюй Цзыюэ, он спросил в ответ:

— Что ты хочешь сделать?

Сюй Цзыюэ ещё больше запутался:

— Разве я здесь не для лечения?

В комнате было немного тихо. Сюй Цзыюэ почувствовал, что, возможно, он убил разговор.

Если он тщательно проанализирует это, Шэнь Ци действительно не выкажет никакого намерения лечить его. Если это так, то разве причина, по которой его вызвали сюда, не в том, чтобы они могли побыть наедине?

Но это была всего лишь их вторая встреча. Не имело смысла делать что-то подобное.

Но... Он мог бы проверить это.

И поэтому Сюй Цзыюэ предложил:

— Я думаю, что это место выглядит хорошо. Я хочу... прогуляться по этому этажу. Это нормально?

Шэнь Ци поднял бровь, а затем кивнул:

— Хорошо.

Как здешний директор, он мог делать всё, что хотел.

Взять Сюй Цзыюэ на прогулку не было проблемой.

Сюй Цзыюэ нашел это ещё более странным. С каких это пор с ним так легко разговаривать?!

Но так как он уже сказал это, и Шэнь Ци согласился, они могли только пойти и прогуляться вокруг.

На тринадцатом этаже было много комнат. Первая комната, которую выбрал Сюй Цзыюэ, была выставочной. Все четыре стены были увешаны различными наградными сертификатами, некоторые из которых были написаны на иностранных языках, которые Сюй Цзыюэ не мог понять. Те, что на китайском, он мог понять.

Все они были благодарностями за крупные достижения в области лечения, но получателем благодарности была лаборатория, а не санаторий.

— Это доказательство того, что произошел прорыв в лечении бесчисленных неизлечимых болезней. Здесь не на что смотреть. — Шэнь Ци прислонился к дверному косяку, пристально глядя на Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ взглянул на различные благодарности на стене, прежде чем выйти. Как сказал Шэнь Ци, там действительно было не на что смотреть, но он также кое-что узнал из этого.

Оказывается, предшественником Седьмого Санатория, или его прежнее название, была Седьмая Лаборатория.

Сюй Цзыюэ подошел к Шэнь Ци и намеренно спросил:

— Доктор Шэнь, почему наш санаторий называется седьмым? Как человек, разве ты, естественно, не хотел бы быть первым?

Шэнь Ци попытался использовать ход мыслей Сюй Цзыюэ, чтобы понять его вопрос, но это было бесполезно. Подумав об этом ещё немного, он догадался, что Сюй Цзыюэ, вероятно, на самом деле не хотел спрашивать об этом в первую очередь.

— Если ты хочешь спросить об этом санатории... На самом деле, в то же время были и другие санатории, и так получилось, что это место было седьмым в очереди на строительство, поэтому ему дали такое название.

— Тогда... где другие санатории?

Шэнь Ци улыбнулся:

— Сразу за воротами.

Сюй Цзыюэ: «...?...!!!»

Ты не мог сбежать через эти ворота?!

Выражение лица Сюй Цзыюэ было слишком очевидным, так что даже если Шэнь Ци притворился, что не видит, это было невозможно. Он не мог удержаться от беспомощного взгляда и объяснил Сюй Цзыюэ:

— Если ты хочешь спросить о побеге из этого санатория, ты можешь покинуть это место, если войдешь в ворота в определенное время.

Услышав это, Сюй Цзыюэ сначала почувствовал облегчение. Затем он понял, что что-то не так.

Слова Шэнь Ци означали, что он знал об игроках...

Тогда знает ли Шэнь Ци о Сюй Цзыюэ?

В этот момент Шэнь Ци открыл ещё одну дверь для Сюй Цзыюэ:

— В этом месте есть книги о психических заболеваниях. Не хочешь взглянуть?

Сюй Цзыюэ кивнул и вошел в комнату с головой, полной забот.

Он наугад взял с полки книгу и открыл её. Было много слов, которых он не понимал, поэтому Сюй Цзыюэ мог только вернуть её обратно.

На тринадцатом этаже было очень тихо. Кроме его голоса и голоса Шэнь Ци, а также звука их шагов, Сюй Цзыюэ больше ничего не слышал. Комнаты здесь тоже были очень нормальными. За исключением комнаты с книгами, все остальные комнаты были связаны с медициной.

Сюй Цзыюэ даже в какой-то момент задался вопросом, есть ли какие-нибудь образцы, лежащие вокруг.

Это было лучше, чем он себе представлял.

Но когда он подошел к двери с табличкой «безопасный выход» с намерением взглянуть на пол внизу, Шэнь Ци схватил Сюй Цзыюэ за запястье.

— Тебе не следует смотреть вниз. — Шэнь Си взял Сюй Цзыюэ за запястье и мягко повел его обратно в комнату для консультаций.

Сюй Цзыюэ спросил:

— Что внизу?

— Зона лечения.

Лечебная зона находится внизу, так что наверху её нет...

Тогда этажи ниже должны быть местом, с которым игроки должны сталкиваться каждый раз, когда их лечат. Если бы он пошел и посмотрел, то определенно почувствовал бы себя не очень хорошо после этого.

Вернувшись в комнату для консультаций, Шэнь Ци налил два стакана воды для себя и Сюй Цзыюэ и сел на мягкую подушку рядом с низким кофейным столиком.

Сюй Цзыюэ сделал глоток воды и спросил:

— Я не видел вас, врачей, даже в кафетерии или в жилом районе, где мы спим. Почему? Ты никуда не выходишь? — лечебная зона в этом санатории должна была предназначаться исключительно для лечения болезней, но Сюй Цзыюэ не видел снаружи ни одного белого халата.

Шэнь Ци улыбнулся:

— Это не слишком удобно. — но подробности, касающиеся этого неудобства, не уточнялись.

Сюй Цзыюэ всё ещё не мог понять его. Он хотел поймать Шэнь Ци, но Шэнь Ци казался ему очень знакомым, таким знакомым, что ему казалось, будто он общается с Остином. Сюй Цзыюэ хотел разобраться в этом, но он не знал, как это сделать.

— Тогда тебе удобно выйти из зоны лечения? — в любом случае, он всегда что-нибудь узнает, если сможет больше общаться с ним. Сюй Цзыюэ подумал об этом.

Шэнь Ци немного подумал:

— Это не кажется проблемой.

Затем Сюй Цзыюэ коснулся своего живота и обиженно посмотрел на Шэнь Ци:

— Я голоден... Когда медсестра позвала меня, я только что проснулся и ничего не ел.

У Шэнь Ци была привычка улыбаться с закрытым ртом. Когда он улыбался, его глаза становились особенно нежными, и он смотрел на Сюй Цзыюэ, как будто был пьян.

Шэнь Ци сказал:

— Но я помню, что назначил время твоего лечения на десять тридцать.

Сюй Цзыюэ попытался исправить это странными рассуждениями:

— Разве это не немного позже того времени, когда нормальный человек просыпается? — и теперь, после проверки стольких комнат, был почти час дня. Было бы странно, если бы вы не были голодны.

Шэнь Ци мог только беспомощно покачать головой и...

Не последовал желанию Сюй Цзыюэ пойти поесть с ним в кафетерии.

Вместо этого он позвонил по телефону, стоявшему рядом с дверью. Через некоторое время подошла медсестра и принесла сытный обед.

После доставки еды медсестра быстро ушла.

Сюй Цзыюэ задумчиво посмотрел на стейк и пасту в западном стиле, стоявшие перед ним. Насколько он знал, всё это время, кроме того времени, когда он был на круизном лайнере, у него была китайская еда.

Шэнь Ци не думал, что с ним что-то не так. В конце концов, человеку труднее всего узнать свои собственные привычки.

— У вас, врачей, действительно хорошие обеды. — Сюй Цзыюэ не чувствовал себя комфортно, используя приборы, но он всё ещё мог неуклюже использовать нож и вилку, — Но могу ли я использовать палочки для еды?

— Похоже, у нас нет палочек для еды. — Шэнь Ци взял тарелку Сюй Цзыюэ, разрезал мясо для него и вернул обратно.

Сюй Цзыюэ посмотрел на стейк, который был разрезан для него, и улыбнулся Шэнь Ци:

— Люблю тебя, муа!

Шэнь Ци был ошеломлен. Он поджал губы и опустил голову, чтобы сосредоточиться на нарезке стейка.

Сюй Цзыюэ съел комбинированный завтрак и обед, который был богаче, чем еда в кафетерии, и после этого чувствовал себя намного комфортнее.

Шэнь Ци вымыл посуду и попросил медсестру прийти и забрать её.

Сюй Цзыюэ уже лежал на полу, не желая вставать:

— Если бы сейчас был телефон, с которым я мог бы играть в игры, это был бы рай.

— Тут нет игр, но есть много книг. — Шэнь Ци встал. Его взгляд скользнул по полке, а затем он выбрал несколько книг о путешествиях. Он подошел, чтобы сесть рядом с Сюй Цзыюэ, оставил одну для себя и дал Сюй Цзыюэ одну:

— Посмотри на это.

Сюй Цзыюэ небрежно взглянул на книгу и постепенно погрузился в неё. В конце концов в комнате воцарилась тишина. Было слышно только, как Сюй Цзыюэ время от времени меняет позу, чтобы устроиться поудобнее.

Раздался тихий стук.

Шэнь Ци посмотрел на Сюй Цзыюэ, который издал этот звук. У последнего уже были полностью закрыты глаза, и, поскольку он не держал книгу, книга тоже закрылась.

Шэнь Ци улыбнулся и наклонился вперед, поддерживая его одной рукой. Он потянулся за книгой Сюй Цзыюэ.

Внезапно Шэнь Ци остановился.

Он осторожно положил книгу обратно и, нахмурившись, протянул руку к шее Сюй Цзыюэ. Используя свой палец, он опустил воротник халата молодого человека.

Чуть ниже его декольте был засос, который ещё не полностью исчез. Шэнь Ци прищурился и легко двумя пальцами расстегнул одежду Сюй Цзыюэ.

По его телу были разбросаны слабые следы. Было видно, что следы медленно начали исчезать.

Шел пятый день пребывания Сюй Цзыюэ в санатории.

Но и по сей день они не исчезли полностью. Можно было только представить, сколько силы было использовано.

Шэнь Ци закрыл книгу, которую больше не мог читать, и спокойно уставился на спящего Сюй Цзыюэ.

Автору есть что сказать: Маленький театр, где я рою себе яму.

«Роскошный круизный лайнер» Остин: Удачи в захвате.

Юэюэ: ↑ ↑ ↑ Ты всё ещё помнишь?

Шэнь Ци: ..................┴┴︵╰('□')╯︵┴┴

Когда Сюй Цзыюэ проснулся, Шэнь Ци сидел рядом с ним и читал книгу, и это выглядело так же, как и до того, как он заснул. Он протер глаза, сел и потянулся:

— Как долго я спал?

Шэнь Ци закрыл книгу, поднял глаза и ответил в своей обычной мягкой манере:

— Не так долго.

Поскольку в этой комнате не было окон, и комната ничем не отличалась от прежней, Сюй Цзыюэ поверил ему.

— Кажется, я очень хорошо спал. — Сюй Цзыюэ размял плечи и пожаловался, — Кровать в палате слишком жесткая.

Шэнь Ци встал и положил книгу на место:

— Тебе нравятся более мягкие кровати?

Сюй Цзыюэ кивнул:

— Но я слышал, что спать на слишком мягких кроватях нехорошо? Но я определенно не привык спать на деревянных кроватях.

Шэнь Ци кивнул и принял это к сведению. Затем он повернулся к Сюй Цзыюэ и сказал:

— Уже время. Ты должен вернуться.

Сюй Цзыюэ кивнул:

— О.

Он чувствовал, что ничего не делал весь день, и не было никакого прогресса...

Но у него ещё было время. Не нужно спешить.

Шэнь Ци и Сюй Цзыюэ покинули консультационную комнату. Когда они вошли в лифт, Сюй Цзыюэ посмотрел на панель этажей, на которую раньше не обращал внимания.

Самый высокий этаж был тринадцатым, а самый низкий... -2.

Другими словами, из зоны лечения можно было попасть под землю.

Он не знал, знал ли об этом кто-нибудь ещё. Если бы они были немного спокойнее, они бы это обнаружили. В конце концов, не было бы никаких слухов о подземном этаже, если бы никто не узнал. Но если вы были слишком заняты, оплакивая свою жалкую жизнь, лежа на больничной койке... Тогда вы, вероятно, пропустили бы это.

Что касается его самого, то до этого он не обращал особого внимания на то, что его окружало.

На первом этаже лечебной зоны было так же тихо, как и всегда.

Шэнь Ци отправил Сюй Цзыюэ на первый этаж, а затем поднял подбородок и указал им на дверь:

— Тебе нужно, чтобы я отвел тебя туда?

Сюй Цзыюэ посмотрел на расстояние между лифтом и входом в зону лечения, озадаченный тем, что до него было всего десять-двадцать шагов.

И поэтому Сюй Цзыюэ просто махнул рукой и небрежно ответил:

— Не нужно. Я могу туда добраться.

Шэнь Ци мягко кивнул:

— Увидимся в следующий раз. — больше он ни о чем не говорил.

Сюй Цзыюэ помахал рукой и повернулся, чтобы выйти. Направляясь к нему, он задавался вопросом, почему Шэнь Ци вдруг захотел отослать его.

Примерно через десять шагов Сюй Цзыюэ вдруг вспомнил, что его следует вытолкнуть на кровати.

И поэтому Сюй Цзыюэ сразу же остановился на месте и быстро обернулся:

— Ах да, я...

Как только Сюй Цзыюэ начал говорить, он резко остановился.

Шэнь Ци нигде не было видно.

Было совершенно пусто. Во всем здании было на удивление тихо. Сюй Цзыюэ не слышал ничего, кроме собственного дыхания.

Казалось, что, кроме него, вокруг не было второго человека.

Сюй Цзыюэ вздрогнул. Он потер лицо и обернулся, чтобы посмотреть на улицу.

Но как только он повернулся, небо за окном внезапно потемнело.

Эта ситуация... происходит только после шести часов.

Сюй Цзыюэ чувствовал, как колотится его сердце в груди. Это было определенно в несколько раз быстрее, чем обычно.

Глубокий вдох... вдох, выдох.

Сюй Цзыюэ медленно шагал вперед. Он медленно вышел из зоны лечения.

В тот момент, когда его ноги вышли наружу, окружающая среда внезапно изменилась и стала чем-то совершенно другим, чем раньше.

Когда смотришь вниз из окна наверху, это просто выглядит как масса темного тумана, но это было совершенно по-другому, когда ты лично находишься внутри него.

Темный туман не был похож на туман, который можно увидеть посреди ночи. Этот туман состоял из крошечных красных капелек крови, плавающих в воздухе. Сюй Цзыюэ поднял руку, и эти капли запачкали его руку и поползли по коже.

Вскоре даже полосатый халат пациента на его теле был покрыт разветвленными красными отметинами.

В темноте только луна, сияющая над головой, позволяла ему видеть окружающее.

Сюй Цзыюэ снова оглянулся на зону лечения. Стеклянная дверь за ним бесшумно закрылась в какой-то неизвестный момент времени.

Сюй Цзыюэ нервно сглотнул. По его рукам побежали мурашки.

В отдалении послышался шорох. Сюй Цзыюэ напряженно повернул голову. Этот звук становился всё ближе и ближе, и вскоре, когда он, наконец, смог услышать этот звук более отчетливо, он также увидел человека и вещь, издающие этот звук.

Впереди бежал игрок, одетый в халат пациента, как Сюй Цзыюэ, и гнался за ним... кто-то, кто больше не напоминал человека. В основном это был человек, состоящий из комбинации различных конечностей животных.

Причина, по которой он всё ещё называл это существо человеком, заключалась в том, что у него до сих пор была человеческая голова.

Но, кроме головы, ни одна другая её часть не была похожа на человеческую.

Плачущий во время бегства пациент увидел Сюй Цзыюэ, стоящего перед зоной лечения. В темноте его глаза загорелись.

— Хааа... Помоги, помоги мне... Помоги... —  он задыхался, когда полз в направлении Сюй Цзыюэ.

Позади него монстр неторопливо тащил шприц размером с человека. Называть это шприцем было довольно надуманно, потому что сам шприц был почти таким же толстым, как талия взрослого мужчины, а игла была толщиной примерно в палец!

Зрачки Сюй Цзыюэ мгновенно сузились. Он повернулся и побежал.

— Хфф... ха... подожди... Я не хочу этого... — крики игрока позади него достигли ушей Сюй Цзыюэ. Кроме того, Сюй Цзыюэ мог слышать только шаги этих двоих.

— Я тоже не хочу умирать! — Сюй Цзыюэ ответил громким голосом, — Я никогда не делал этого раньше!

У него не было времени как следует рассмотреть внешность монстра, и он лишь мельком взглянул на него. Тело монстра вызывало у людей неудержимые позывы к рвоте.

«Хрум, хрум...» До ушей Сюй Цзыюэ донесся звук жевания, вызывающий боль в ушах.

Но на этот раз звук раздался не сзади, а рядом с ним...

Сюй Цзыюэ быстро повернул голову. Это был ещё один монстр.

Он равнодушно запихивал в рот конечности. Время от времени кровь и плоть выпадали из его зубов, и он снова поднимал их и продолжал запихивать в рот.

Монстр, преследующий Сюй Цзыюэ и другого игрока, остановился и, казалось, испытывал искушение двинуться на монстра сбоку...

Сюй Цзыюэ оглянулся. Он воспользовался этой возможностью, чтобы развернуться и схватить за запястье игрока позади себя, прежде чем поспешить к жилому району.

Игрок только что вздохнул с облегчением, когда Сюй Цзыюэ потащил его по кафетерию, а затем в направлении жилого района. Он громко спросил:

— Что ты делаешь?!

— Бежим назад!

— Отпусти меня! Я хочу выбраться отсюда!

Сюй Цзыюэ изначально бежал, таща игрока за собой, поэтому он не использовал много сил. Таким образом, игроку удалось довольно легко вырваться на свободу.

Сюй Цзыюэ оглянулся. Чудовище не погналось за ним. Увидев это, он остановился и закричал:

— Это направление слишком опасно! Ты хочешь умереть?!

— Я... — игрок был взят с поличным. Он крепко сжал кулаки:

— Я хочу выбраться отсюда.

Сюй Цзыюэ нахмурился. Он посмотрел на игрока, но на мгновение не знал, что сказать. Он поднял руку и вытер пот, выступивший на лбу, но затем почувствовал, как что-то упало ему на рукав...

Белая слизь.

Сюй Цзыюэ поднял голову.

Всё здание было покрыто чем-то подобным.

— Блять! — этот игрок выругался. Он больше не звал Сюй Цзыюэ на помощь.

— Убегай сам. Не беспокойся обо мне, и я не буду беспокоиться о тебе.

Эта перемена в отношении поразила Сюй Цзыюэ.

Этот игрок повернулся и ушел, и, казалось, всё ещё имел намерение попытаться убежать с главных ворот.

Но Сюй Цзыюэ чувствовал, что сбежать отсюда будет не так-то просто.

Менее чем через несколько шагов туман снова полностью поглотил этого игрока.

Сюй Цзыюэ прикрыл рот, чтобы медленно успокоить дыхание, прежде чем повернуться и войти в жилой район. Внутри он выругался на Шэнь Ци.

Разве ты не говорил, что я недолго спал?!

Как это могло быть таким совпадением?! Он действительно сделал это не намеренно? Он не дурак, как он мог поверить в такое оправдание!

Сюй Цзыюэ был уверен, что Шэнь Ци сделал это намеренно, но он не мог придумать причину, почему. После долгих размышлений... Он мог только заключить, что Шэнь Ци, возможно, сошел с ума.

Но атмосфера вокруг действительно была довольно пугающей.

Сюй Цзыюэ направился в жилой район.

Он решил, что с ним всё будет в порядке, пока он вернется обратно.

В конце концов, разве не было безопасно, когда он оставался в своей палате последние несколько раз?

Сюй Цзыюэ неуклюже вернулся в жилой район. К счастью, он не столкнулся ни с одним из монстров по пути.

Одна мысль о том, что эти монстры когда-то были людьми, пугала Сюй Цзыюэ.

Если они всё ещё сохраняли своё здравомыслие в начале, что они чувствовали, когда наблюдали, как их тела становятся всё менее и менее похожими на них самих? Если у них вообще не было никакой способности думать самостоятельно, то можно ли их по-прежнему считать людьми?

Всё больше и больше Сюй Цзыюэ не мог понять причину всего этого.

Чем глубже он пытался думать об этом, тем глубже становился страх в его сердце. Таким образом, Сюй Цзыюэ изо всех сил старался очистить свой разум. Поняв, что ему слишком трудно перестать думать о чем-либо, Сюй Цзыюэ начал заменять свои мысли Шэнь Ци.

В любом случае, это были не очень хорошие мысли.

Он не сделал ничего, чтобы спровоцировать его! По сравнению с кем-то вроде него, у кого был сильный диагноз любовного бреда, Шэнь Ци больше походил на психически больного!

Сюй Цзыюэ изначально планировал вернуться в жилой район, но когда он вышел наружу, то понял, что ему очень, очень трудно подойти ближе.

Через стеклянные двери Сюй Цзыюэ мог видеть сине-белокожих медсестер. Их тела были скрючены, когда они безостановочно скреблись в двери. Их губы, казалось, улыбались, но из-за особого материала, из которого были сделаны стеклянные двери, он вообще не мог их слышать... Наблюдая, как медсестры молча улыбаются, он чувствовал, что почти слышит их смех и крики.

Это было точно так же, как звуки, которые Сюй Цзыюэ слышал той ночью.

Увидев Сюй Цзыюэ, медсестры на первом этаже ещё больше обезумели. Их ногти царапали стеклянную дверь ещё более энергично, и Сюй Цзыюэ почти чувствовал, как резкий звук ногтей, царапающих стекло, вторгается в его уши... Это было довольно страшно.

У Сюй Цзыюэ пересохло в горле, и он почувствовал, как по спине пробежал холодок.

Как он мог войти, столкнувшись с чем-то подобным?

Но что ещё хуже, позади него послышался знакомый звук жевания.

Ситуация не могла стать хуже.

Сюй Цзыюэ застыл на месте. Он посмотрел на землю под собой и почувствовал себя немного растерянным.

В следующее мгновение рядом с ним раздался беспомощный вздох. Затем его холодную руку нежно взяла другая рука.

Сюй Цзыюэ подсознательно задрожал. Он поднял глаза и увидел Шэнь Ци, который появился рядом с ним в какой-то неизвестный момент времени.

Сюй Цзыюэ повел Шэнь Ци обратно в лечебную зону, но внутри было полно медсестер.

— Подожди... — как только это слово было выдавлено из горла Сюй Цзыюэ, он увидел, как медсестры неохотно отступили в сторону и позволили Шэнь Ци протащить его мимо них.

Сюй Цзыюэ оглянулся. Монстр позади него тоже смотрел в его сторону, но не делал никаких попыток приблизиться.

Несмотря на то, что рядом с ним был защитный щит в форме человека, окружающая обстановка всё ещё заставляла Сюй Цзыюэ чувствовать себя неуютно, поэтому, хотя он ничего не сказал, его тело не могло не приблизиться к Шэнь Ци.

Шэнь Ци повел Сюй Цзыюэ мимо лифта к лестнице.

По обе стороны лестницы через каждые несколько шагов на них смотрела медсестра.

В результате Сюй Цзыюэ не мог не приблизиться к Шэнь Ци.

— П-п-п... Почему мы не воспользуемся лифтом?

Если бы он шел рядом с Шэнь Ци, то, скорее всего, прошел бы мимо этих медсестер... в буквальном смысле. В конце концов, сама лестница была не очень просторной, и три в ряд — это предел.

Поэтому всякий раз, когда появлялась медсестра, Сюй Цзыюэ отступал назад, хватал Шэнь Ци сзади за одежду, а затем зарывался головой в спину мужчины, следуя за ним.

Но даже так, он не мог остановить, чтобы его ноги не стали мягкими.

Но когда он подумал о том, каким он был в начале, когда он бросался на Сунь Мо всякий раз, когда ему было страшно... Сюй Цзыюэ почувствовал, что с тех пор он, казалось, сильно вырос.

— Я боюсь, что ты испугаешься до слез. — Шэнь Ци не оглядывался и просто позволил ему подержать свою одежду, пока он медленно вел его наверх.

— Ты, очевидно, сделал это нарочно... — голос Сюй Цзыюэ звучал немного обиженно, — Ты спросил, хочу ли я, чтобы ты проводил меня обратно, потому что знал, что так будет!

Действительно, у него были некоторые из этих мыслей.

Но когда он увидел, что Сюй Цзыюэ стоит там, склонив голову и дрожа, ему было трудно стоять и ничего не делать.

Несмотря на то, что он хотел выплеснуть свой гнев, он обнаружил, что не может этого сделать, когда увидел Сюй Цзыюэ в таком состоянии.

Сюй Цзыюэ не получил ответа от Шэнь Ци, поэтому он ткнул Шэнь Ци в спину, заставив его внезапно остановиться на месте.

Шэнь Ци повернул голову назад, всё ещё улыбаясь. Сюй Цзыюэ, однако, чувствовал, что эта улыбка, казалось, несла в себе какие-то недобрые намерения.

Сюй Цзыюэ немедленно убрал руку и быстро сказал:

— Я больше не буду этого делать! Обещаю! — короче говоря, он не должен злить этого босса, прежде чем он отведет его обратно.

Шэнь Ци обернулся. Изначально он был намного выше Сюй Цзыюэ, и, когда они стояли на ступеньках, разница в росте была ещё более очевидной.

То, что Шэнь Ци смотрел на него сверху, в сочетании с тем фактом, что он всё ещё не мог прочитать мысли Шэнь Ци, заставило Сюй Цзыюэ немного испугаться. Не говоря уже о том, что из-за угла на них смотрела медсестра.

Это была практически сцена из фильма-триллера!

Сюй Цзыюэ краем глаза посмотрел на медсестру, которая с усмешкой смотрела на него, когда неизвестная жидкость капала из уголка её губ. Он не смел отвести взгляд.

Он чувствовал, что как только он отвернется, она набросится на него.

— Если нам есть что сказать... Мы можем поговорить после возвращения? — хотя Сюй Цзыюэ смотрел на медсестру, в подобной ситуации он мог говорить только с Шэнь Ци.

Шэнь Ци поднял руку и положил её на плечо Сюй Цзыюэ. Сюй Цзыюэ лишь мельком взглянул на Шэнь Ци, не понимая, что он собирается делать.

— В чем дело?

Шэнь Ци одной рукой держал Сюй Цзыюэ за плечо и раскрыл ладонь, чтобы поддержать свой лоб. Лицо, закрытое его пальцами, было наполнено беспомощностью:

— Я хотел отпустить тебя, но, кажется, я не могу этого сделать.

Сюй Цзыюэ внезапно прижали к стене. Прежде чем он успел понять, что происходит, Шэнь Ци удержал его на месте, положив одну руку ему на плечо, а другой обхватив его лицо, крепко поцеловал.

Глаза Сюй Цзыюэ расширились. Он изо всех сил старался удержаться на ногах, чтобы не упасть с лестницы... Инородное тело во рту атаковало его так яростно, что он почти не мог противостоять ему.

Жидкость, которая не могла сдержаться во рту, вылилась из уголка его губ. Сюй Цзыюэ, стоявший на нижней ступеньке, мог только непрерывно глотать, в то время как Шэнь Ци продолжал атаковать всё глубже и глубже... Ощущение того, что это проникает глубоко внутрь него, заставило Сюй Цзыюэ почувствовать, что язык, вероятно, может проникнуть через его горло.

Он не мог не чувствовать волнения и жара, исходящих от него.

Даже в такой момент медсестра не отвела взгляда. Она продолжала смотреть прямо на Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ сжимал рукава Шэнь Ци всё крепче и крепче. Как раз в тот момент, когда он был готов задохнуться, Шэнь Ци наконец отпустил Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ хватал ртом воздух, хватаясь за Шэнь Ци, чтобы не упасть. Он прислонился спиной к стене и выпрямился.

Сюй Цзыюэ сглотнул и вытер лишнюю жидкость с уголков губ.

Он посмотрел на Шэнь Ци, выражение лица которого уже не было таким жестким, как раньше, и улыбнулся, обнажая зубы:

— Теперь я знаю.

После поцелуя голос Шэнь Ци был ниже, чем обычно, а цвет его губ стал ещё более глубоким красным, чем раньше:

— Что ты теперь знаешь?

Сюй Цзыюэ улыбнулся, прищурив глаза, глядя на человека, который всё это время действовал. Он растянул свой тон и крикнул:

— Остинннн—?

Сюй Цзыюэ улыбнулся, прищурив глаза, глядя на человека, который всё это время действовал. Он растянул свой тон и крикнул:

— Остинннн—?

Но человек перед ним почему-то отреагировал не так, как он ожидал. Его личность мгновенно испортилась и больше не была такой, какой он был раньше:

— Остин? — Шэнь Ци поднял руку и осторожно потянул Сюй Цзыюэ за воротник. Он потер исчезающую отметину на шее последнего:

— Это он оставил их?

Сюй Цзыюэ был ошеломлен. А?

Сюй Цзыюэ коснулся своей шеи и попытался подумать.

Одна секунда, две секунды, три секунды... Сюй Цзыюэ медленно вспоминал.

В прошлом мире Гу Цзе оставил... много засосов.

Сюй Цзыюэ, который первоначально находился в позиции допрашивающего, теперь оказался в противоположной ситуации. Сюй Цзыюэ начал заикаться:

— Разве это не потому, что в последний раз ты сказал мне сделать всё возможное, чтобы захватить мои цели, чтобы мы могли встретиться раньше... — но даже если он использовал слова Остина, он всё равно чувствовал себя очень виноватым внутри.

Но в комнате побега, чем больше времени он проводил с Гу Цзе, тем менее незнакомым казался ему Гу Цзе. Было так много точек сходства, что ему было трудно думать о них как о разных сущностях!

— О? — напряженный тон Шэнь Ци затруднял чтение его мыслей, — Значит, ты используешь меня в качестве замены Остина? Эта цель твоего любовного бреда... Этого человека зовут Остин?

Шэнь Ци понизил голос, и кривизна в уголках его губ медленно разгладилась. Его первоначально улучшенное настроение от поцелуев Сюй Цзыюэ также медленно угасло.

— Похоже, твоё психическое состояние... действительно нуждается в лечении.

Сюй Цзыюэ был ошеломлен.

— Я имею в виду... ты действительно не Остин? — но был ли это его темперамент, чувство, которое он ему дал, тон его голоса... а также то чувство, которое он испытал, когда они поцеловались, он был уверен, что человек перед ним — Остин.

Хотя были некоторые небольшие отличия от Остина с круизного лайнера, Сюй Цзыюэ, который прошел через несколько миров, также немного вырос, так что сам Остин вполне мог смешаться с некоторыми другими данными.

— Нет. — на лице Шэнь Ци не было улыбки. Он даже выглядел так, словно подавлял свой гнев:

— Ты ещё не ответил на мой вопрос. Было ли это тем, что сделал он?

Сюй Цзыюэ не ответил. Его глаза немного сместились, чтобы избежать взгляда Шэнь Ци.

Шэнь Ци осмотрел Сюй Цзыюэ сверху донизу и уловил эти едва заметные изменения. Затем он кивнул и уверенно сказал:

— Не похоже, что это был Остин.

Те, кто вообще не умеет лгать, не должны даже пытаться делать это в присутствии психиатра.

О нет... Похоже, он попал в плохую ситуацию.

Вопрос. Что делать, если вы показываете двух своих бывших перед своей целью, а затем заставляете цель ошибочно думать, что его использовали в качестве замены?

Ответ. Нет решения. Это «плохой конец».

Сюй Цзыюэ задал и ответил на этот вопрос в своей голове, а затем спокойно посмотрел на Шэнь Ци.

Шэнь Ци казался очень сердитым и вместо этого рассмеялся в гневе:

— Я могу в основном догадываться. В конце концов, у тебя есть эта твоя болезнь. Иначе тебя бы сюда не послали. Но как твой лечащий врач и... я всё ещё не уверен, являюсь ли я объектом твоего бреда...

— Да! — Сюй Цзыюэ тут же поднял руку и выругался, — Я не... ах... мой объект бреда — это, безусловно, ты!

Нет, это неправильно. Он явно не болен! И если бы они действительно вылечили его болезнь, разве Шэнь Ци не попытался бы изменить его объект бреда?

И поэтому Сюй Цзыюэ немедленно покачал головой и изменил свои слова.

— Нет, нет, я не болен. Но сейчас ты мне очень, очень нравишься! — чтобы быть в безопасности, Сюй Цзыюэ старался не провоцировать больше гнева и избегал показывать свою черту фейсконщика.

Шэнь Ци мягко улыбнулся, но Сюй Цзыюэ почему-то почувствовал, что их нынешняя обстановка очень хорошо согласуется с текущими внутренними мыслями Шэнь Ци.... Темная лестница со слабым зеленым светом и страшными медсестрами... Улыбка Шэнь Ци определенно не отражала его внутренние мысли.

Остин также изначально был одним из тех, кто выглядел мягким снаружи, но на самом деле был темным внутри...

Ах, так Шэнь Ци действительно не он?

Сюй Цзыюэ всё ещё выражал свои сомнения.

Шэнь Ци сказал:

— Похоже, что твоя болезнь продолжалась некоторое время. Условия замены цели, однако, всё ещё неясны... Хорошо, я сначала отведу тебя обратно. Давай поговорим о твоей болезни позже.

Сюй Цзыюэ спокойно возразил:

— Я сказал, что не болен...

Но Шэнь Ци не собирался слушать.

Сюй Цзыюэ последовал за Шэнь Ци наверх, крепко держась за его одежду. По пути он вдруг придумал новую причину для опровержения.

— Ах да, разве эта болезнь не означает, что люди, которые мне нравятся, не любят меня? На самом деле, они, нет, он! Я ему определенно нравлюсь! — нагло крикнул Сюй Цзыюэ.

Подсознательно, чувство страха Сюй Цзыюэ значительно снизилось после этого вопроса. Медсестры рядом с ними, однако, всё ещё были очень страшными.

Но когда Шэнь Ци был рядом, они не осмеливались пошевелиться.

Щелк.

Шэнь Ци почувствовал, что в его сознании оборвалась какая-то струна.

— Да, ты прав. Потому что это всего лишь твои иллюзии, но истинная реальность такова — они тебя не любят. Ты просто интерпретировал их действия так, как хотел, чтобы это выглядело. Другими словами, ты хочешь, чтобы вы оба были влюблены друг в друга, поэтому ты думаешь, что это так. Однако окружающие тебя люди знают, что это неправда.

Сюй Цзыюэ открыл и закрыл рот. Ему хотелось сказать: «Невозможно!»

Иначе как бы он мог объяснить эти любовные укусы? Очевидно, он не мог сделать это сам только из-за своих иллюзий!

Но... Сюй Цзыюэ посмотрел на затылок Шэнь Ци.

Он чувствовал, что ничего подобного говорить не следует.

Интуиция подсказывала ему, что произойдет что-то плохое.

Подъем по лестнице на седьмой этаж всё ещё был немного трудным, но, учитывая медленную скорость Шэнь Ци и Сюй Цзыюэ, их дыхание не значительно утяжелилось даже после того, как они достигли седьмого этажа.

Выйдя с аварийной лестницы, Сюй Цзыюэ увидел, что весь пол, включая потолок и стены, был полностью покрыт белым липким веществом. Сюй Цзыюэ даже увидел игрока, стоящего за пределами палаты с искаженным выражением лица. Его глаза, рот, нос и уши... были полностью покрыты этим белым веществом. Даже всё его тело было полностью покрыто... И его поза создавала впечатление, что он хотел убежать от вещей, ползающих по его телу, но в итоге его ноги застряли на месте, не в состоянии двигаться вообще.

Сюй Цзыюэ потянул Шэнь Ци назад:

— Это... это место не выглядит безопасным.

Шэнь Ци оглянулся на Сюй Цзыюэ:

— Если ты один, ты, вероятно, не сможешь пройти.

Шэнь Ци повернулся и наклонился, упершись одним коленом в пол.

— Забирайся.

Сюй Цзыюэ был ошеломлен:

— На спину?

Шэнь Ци кивнул и оглянулся на те вещи, которые вот-вот должны были добраться до них.

Сюй Цзыюэ подумал об этом и медленно наклонился, чтобы лечь на спину Шэнь Ци.

Шэнь Ци обеими руками обхватил ноги Сюй Цзыюэ и легко встал. Затем он поправил положение Сюй Цзыюэ на спине.

— Слишком легкий. — сказав это, он пошел дальше и наступил прямо на эти вещи.

Сюй Цзыюэ оглянулся. Те места, на которые наступил Шэнь Ци, после этого немного опускались, прежде чем рассеяться, а затем через некоторое время возвращались в своё первоначальное состояние.

После того, как Сюй Цзыюэ закончил смотреть, он повернул голову назад, положил подбородок на плечо Шэнь Ци и начал рассматривать профиль Шэнь Ци сбоку.

Возможно, из-за того, что он был слишком близко, дыхание Сюй Цзыюэ попало в уши Шэнь Ци, отчего уши последнего покраснели.

Шэнь Ци огляделся, а затем направился прямо к двери в комнату 703.

— Палата 703?

Сюй Цзыюэ посмотрел на уши Шэнь Ци, а затем на его ресницы... Он тихо ответил:

— Да.

Сюй Цзыюэ потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что они уже достигли места назначения. Он поспешно заглянул в свою палату.

Через металлические ворота он увидел, что двое пациентов внутри уже заснули.

Через несколько дней Чжо Жань привык к этому, и его сердце стало сильнее, так что беспокоиться было не о чем. Что касается другого... Он всё ещё находился под действием анестетиков после лечения, поэтому не просыпался всё это время.

Сюй Цзыюэ спросил Шэнь Ци:

— Как открываются эти ворота?

Шэнь Ци слегка наклонился, позволяя Сюй Цзыюэ опереться на его спину, прежде чем протянуть руку, чтобы открыть дверь.

— Руками.

Сюй Цзыюэ: «...»

Шэнь Ци высадил Сюй Цзыюэ в палате:

— Медсестра сообщит тебе о твоем следующем сеансе лечения. Не бегай вокруг да около.

Сюй Цзыюэ послушно кивнул головой. Всё будет в порядке, пока он не переступит его границы.

Но...

— Почему ты только что поцеловал меня?

Шэнь Ци, который уже собирался уходить, остановился.

Сюй Цзыюэ сказал:

— Видишь, ты мне нравишься. Ты поцеловал меня, потому что я тебе тоже нравлюсь, верно? Если это так, не означает ли это, что моя болезнь не соответствует действительности?

— Совершенно верно. — Шэнь Ци кивнул, — Но, с моей нынешней точки зрения, я тебе на самом деле не нравлюсь. А нравится... Остин?

Сюй Цзыюэ: «...» Наверное, мне не следовало спрашивать.

Шэнь Ци сказал:

— Это мой первый раз, когда меня используют в качестве замены, но я найду способ исправить твою проблему.

В конце концов, на вопрос Сюй Цзыюэ не было ответа, и вместо этого он был готов увянуть в ответ на слова Шэнь Ци.

Поскольку он задал вопрос, который не должен был задавать, что привело к ещё большим неприятностям, Сюй Цзыюэ решил промолчать и больше не делал никаких попыток снова затронуть эту тему.

Но, к счастью, Шэнь Ци собирался уходить.

После того, как Шэнь Ци ушел, Сюй Цзыюэ снова сел на кровать, а затем лег и заснул.

Хотя он уже проспал весь день, вся эта стимуляция ранее сделала Сюй Цзыюэ очень измученным, поэтому он вскоре заснул.

Рано утром следующего дня Сюй Цзыюэ разбудил Чжо Жань.

Как только Чжо Жань открыл глаза, он стал искать Сюй Цзыюэ, который не вернулся до шести часов прошлой ночи. Он явно задавался вопросом, не случилось ли что-нибудь с Сюй Цзыюэ, но когда он проснулся, то увидел, что Сюй Цзыюэ спит на больничной койке, выглядя невредимым.

На тыльной стороне его руки не было даже следа от укола.

Когда Чжо Жань увидел, что Сюй Цзыюэ проснулся, он сразу же задал два вопроса:

— Когда ты вернулся прошлой ночью? Вчера ты не вернулся после лечения, верно?

Сюй Цзыюэ сел, привычно скрестил ноги и потер глаза:

— Что... У меня кружится голова с тех пор, как я вчера вошел в лечебную зону. Я также не знаю, когда я вернулся. — Сюй Цзыюэ потянулся, — Медсестры, вероятно, вернули меня. Я всё время спал.

Чжо Жань всё ещё что-то подозревал, но случилось так, что в этот момент в палату зашла старшая медсестра Цзинь, чтобы проверить, как они. Он сразу же окликнул её:

— Старшая медсестра, я видел вчера, что он не вернулся раньше шести часов. Как он оказался здесь, как только я проснулся сегодня?

Сюй Цзыюэ посмотрел на Чжо Жаня с некоторым раздражением, когда уголки его губ слабо дернулись. Затем он посмотрел на старшую медсестру Цзинь. Поскольку он только что проснулся рано утром, он не мог не зевнуть перед ней, и в уголках его глаз появились физиологические слезы.

Сюй Цзыюэ поднял руку, чтобы вытереть влагу с уголка глаз, и уставился на сестру Цзинь вместе с Чжо Жанем.

Старшая медсестра Цзинь и Сюй Цзыюэ смотрели друг на друга одну секунду, две секунды, три секунды... Затем она поджала губы и отвернулась, чтобы усмехнуться.

— Время лечения этого пациента, вероятно, было продлено. В подобной ситуации мы несем ответственность за его возвращение.

Чжо Жань посмотрел на старшую медсестру Цзинь, а затем на Сюй Цзыюэ. В конце концов, он не смел сомневаться ни в чем, сказанном НПС, поэтому он просто медленно вернулся в свою кровать.

С другой стороны, старшая медсестра Цзинь, которая пришла проведать их, подошла к кровати Сюй Цзыюэ и заботливо спросила:

— Как ты себя чувствуешь? Ты чувствуешь себя лучше после вчерашнего лечения?

Сюй Цзыюэ вспомнил вчерашнее «лечение».

Если не считать прогулок по тринадцатому этажу, еды и сна, кажется, что на самом деле ничего особенного не произошло.

Но спать там было довольно комфортно, и ещё там была музыка...

Итак, Сюй Цзыюэ кивнул и сказал:

— Довольно хорошо.

Старшая медсестра Цзинь сказала:

— Если тебе что-нибудь понадобится, ты всегда можешь позволить медсестрам здесь сказать мне.

— Хорошо, спасибо. — очень легко согласился Сюй Цзыюэ.

— Кстати, следующее лечение назначено на послезавтра. Твой врач прописал тебе какое-то лекарство, но оно ещё не готово. Когда это произойдет, я принесу его сюда.

Лекарство? Лекарство?!

Сюй Цзыюэ жалобно посмотрел на старшую медсестру Цзинь:

— Я... могу я не брать его?

Старшая медсестра Цзинь улыбнулась и подняла руку, чтобы ущипнуть Сюй Цзыюэ за щеку.

— Зависит от твоей производительности. — после этого она радостно развернулась и ушла.

Сюй Цзыюэ поднял руку, чтобы потереть щеки, слегка ошарашенный.

Такое развитие событий... немного странно.

Чжо Жань, который всё это время наблюдал за происходящим, сморщил лицо.

Что здесь происходит?

* * * * *

Сюй Цзыюэ пошел завтракать, ожидая лекарства. Затем он вернулся в свою палату, чтобы продолжить ждать лекарства.

Что касается того, как он должен вести себя, чтобы заставить старшую медсестру Цзинь позволить ему не принимать лекарство, Сюй Цзыюэ ещё не думал об этом.

Сяо Жань пришла около полудня.

— В чем дело? — Сюй Цзыюэ, который увидел, как Сяо Жань побежала в палату, не мог не оглянуться, надеясь, что старшая медсестра не подойдет в это время.

Сяо Жань огляделась и увидела, что Чжо Жань в оцепенении смотрит в окно, а другой пациент лежит с закрытыми глазами.

Если бы не монитор сердца рядом с ним, который всё ещё показывал ритм, Сюй Цзыюэ подумал бы, что он мертв.

— Ничего страшного. Просто пришла повидаться с тобой, так как мы все-таки партнеры. — Сяо Жань затем заметила нервное выражение лица Сюй Цзыюэ, — Что не так? Что-то случилось?

— Это... Я просто скажу тебе прямо... Я хочу попросить старшую медсестру, но если ты здесь, я думаю, она будет не в хорошем настроении.

Нет, это было не просто предположение. Сюй Цзыюэ был уверен!

Сяо Жань не смогла удержаться от смеха:

— Я должна сказать... — она хотела что-то сказать, но вовремя остановилась, заметив, что Чжо Жань стоит у окна. Вместо этого она загадочно сказала тихим голосом:

— Будь осторожен. Ревность перевернет лодку.

Сюй Цзыюэ кивнул, но внутри он уже чувствовал себя совершенно безнадежным. Он не просто перевернул лодку, он почувствовал, что лодка Шэнь Ци прошлой ночью несколько раз полностью перевернулась.

— В таком случае я уйду первой. Моё лечение будет закончено примерно через неделю. Удачи.

Сказав это, Сяо Жань поспешно ушла.

Сюй Цзыюэ заметил, что, когда Сяо Жань проходила мимо других медсестер, медсестры вели себя с ней очень нормально.

Это не было похоже на его последнюю встречу с другими медсестрами.

Было ли это из-за его особой природы?

Вскоре после того, как Сяо Жань ушла, к нему действительно подошла старшая медсестра Цзинь. Однако она была не одна, и с ней были другие медсестры.

Медсестры вытолкнули потерявшего сознание игрока на лечение. Тот игрок, который всё это время был без сознания, получил лечение вчера, но, похоже, его травма была слишком серьезной, поэтому интервал лечения был намного короче, и ему нужно было снова пройти лечение сегодня.

И старшая медсестра Цзинь вошла в палату после того, как другие медсестры отправили другого игрока на лечение. Неся папку и коробку с лекарствами, она подошла к Сюй Цзыюэ и лично налила ему стакан воды.

— Две таблетки, два раза в день. — старшая медсестра Цзинь села на край кровати Сюй Цзыюэ и помогла вытащить две таблетки, прежде чем передать их ему: — Вот.

Сюй Цзыюэ посмотрел на лекарство, лежащее на её бледной ладони, а затем снова посмотрел на её выжидающий взгляд...

Он округлил слезящиеся глаза и смягчил голос:

— Я не хочу брать их.

На коробке ничего не было написано. Если он не знал, каков их эффект, он не примет это!

Старшая медсестра Цзинь закрыла ладонь и положила руки на ноги. После мгновения пристального взгляда на Сюй Цзыюэ, она отвела взгляд и сказала с намеком на улыбку:

— Не принимать это нормально.

Сюй Цзыюэ посмотрел на старшую медсестру Цзинь глазами, полными ожидания.

И поэтому она положила лекарство и коробку с лекарствами на прикроватный столик, прежде чем повернуться и сказать Сюй Цзыюэ:

— Но мне нужна награда.

Сюй Цзыюэ наблюдал, как сестра Цзинь опустила глаза.

Она, казалось, смотрела на его губы?

Сестра Цзинь медленно наклонилась ближе к Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ напряженно сидел в постели. Как только она оказалась почти в нескольких сантиметрах от него, Сюй Цзыюэ поспешно отошел в сторону и поднял руки, чтобы обнять её. Похлопав её по спине, он воскликнул:

— Спасибо!

Старшая медсестра Цзинь была ошеломлена. Затем она подняла руки и обняла Сюй Цзыюэ в ответ.

Её глаза медленно смягчились, и она со вздохом несколько беспомощно положила подбородок на плечо Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ удалось не принимать лекарство.

После того, как старшая медсестра Цзинь ушла, взгляд, которым Чжо Жань обычно смотрел на Сюй Цзыюэ, стал ещё более странным.

Поэтому, когда медсестра подошла, чтобы измерить его кровяное давление, Чжо Жань тоже попытался проявить заботу о медсестре.

Но было жаль... Медсестра просто сохраняла профессиональную улыбку и, казалось, никак не отреагировала на это.

До шести часов того же дня игрок с отрезанными нижними конечностями всё ещё не вернулся.

Чжо Жань односторонне обменялся своими мыслями с Сюй Цзыюэ, задаваясь вопросом, будет ли этот игрок похож на Сюй Цзыюэ и будет ли отправлен обратно медсестрами посреди ночи.

Чжо Жань планировал дежурить всю ночь.

Но Сюй Цзыюэ мог сказать, что после этого игрок может вообще не появиться над землей.

В полночь Чжо Жань заснул у окна.

Сюй Цзыюэ подошел к двери и попытался отодвинуть металлические ворота... К его удивлению, они действительно открылись.

Сюй Цзыюэ выглянул наружу. По сравнению со вчерашним днем белая штука за пределами палаты не полностью покрыла весь седьмой этаж. В этом случае, скорее всего, это было чем-то, что может двигаться и со временем может охватить всё здание.

Сюй Цзыюэ вернулся в свою палату и снова закрыл ворота.

За ночь ничего особенного не произошло, если не считать того факта, что их напарник, который пробыл здесь меньше двух дней, исчез, и карточка в изголовье кровати тоже была убрана.

Чжо Жань также был полностью бодр во время своих недавних процедур, и всё его тело после этого будет совершенно безжизненным. Когда в тот день его вернули, ему показалось, что он держится только за последнюю нить своей жизни.

Но после того, как этот период безжизненности прошел, он как будто снова вернулся к жизни.

Сюй Цзыюэ не обращал на это слишком много внимания. Он позвал Сяо Жаньн, выбежал на встречу в сад и спросил, может ли она открыть металлические ворота своей палаты ночью.

Сяо Жань не пробовала, но, услышав слова Сюй Цзыюэ, она решила попробовать.

Поэтому в ту ночь, когда Сяо Жань попыталась открыть дверь, все странные вещества на стене снаружи внезапно ворвались в её палату!

К счастью, она успела вовремя закрыть дверь, оставив это вещество только на стенах.

Но даже если это было так, остальные игроки в её палате сурово ругали её.

Если бы они не знали, что Сяо Жань была тем, кого они могли легко спровоцировать, они бы даже захотели просто вышвырнуть её.

На следующий день Сяо Жань подошла к Сюй Цзыюэ и спросила его об этом.

Хотя она пришла спросить его об этом, из-за того, что это едва не стоило ей жизни, поэтому её тон, естественно, был не очень приятным.

— Мне жаль. — Сюй Цзыюэ сложил руки вместе и быстро извинился, — Я действительно не знал, что это произойдет!

Сяо Жань внимательно посмотрела на выражение лица Сюй Цзыюэ:

— Это действительно не было намеренно?

— Нет! — Сюй Цзыюэ энергично покачал головой, — Дело вот в чем. В тот день я открыл дверь, но этот врач был со мной, поэтому я не мог видеть, как обстоят дела в других палатах. И разве ты не говорила, что скоро полностью излечишься? Я должен, по крайней мере, помочь тебе найти способ сбежать.

Когда Сюй Цзыюэ сказал это, Сяо Жань больше ничего не могла сказать.

Сюй Цзыюэ сказал:

— В зоне лечения есть подземный этаж, но ситуация внизу остается загадкой.

Сяо Жань была той, с кем он мог откровенно поговорить о том, что он нацелился на НПС, и она чуть не попала в беду из-за его любопытства, поэтому Сюй Цзыюэ чувствовал, что если он может помочь, то должен сделать это. В конце концов, он не ненавидел людей, которые много работали, чтобы жить.

Более того, когда она пыталась выжить, она не причиняла вреда другим в процессе.

Из их встречи на круизном лайнере было видно, что она очень хорошо осведомлена о текущих делах.

Сюй Цзыюэ сказал:

— Я хочу взглянуть на этот подземный этаж завтра.

Сяо Жань была ошеломлена. Она быстро покачала головой:

— Ты с ума сошел? Никто не сможет спасти тебя, если там что-то случится! И суть этих НПС... Если ты сделаешь неправильный шаг, они могут стать очень страшными.

Сюй Цзыюэ улыбнулся:

— Не волнуйся, я просто спущусь и быстро посмотрю из лифта. Я не дурак, как я могу войти туда один?

— Это всё ещё нехорошо. — Сяо Жань подняла руку и начала дико жестикулировать. — Ты видел «Обитель зла»? Там, где, как только ты откроешь дверь лифта, зомби хлынут внутрь... Просто представь себе эту сцену, хорошо? И замени зомби этими монстрами.

Сюй Цзыюэ подумал о размерах этих монстров:

— Я не думаю, что они могут поместиться в лифте.

Сяо Жань слабо поддержала свой лоб:

— Дело не в этом!

— Даже если так, я на самом деле не планирую этого делать. — Сюй Цзыюэ потер подбородок, — На самом деле, я попросил Шэнь... того доктора провести меня по тринадцатому этажу, но он не позволил мне подняться на другие этажи. Я думаю, для этого должна быть причина.

Услышав это, уголки губ Сяо Жань дернулись. Она чувствовала себя так, словно съела большой кусок собачьего корма:

— Другие этажи? Это все процедурные кабинеты, там не на что смотреть. Ты будешь слышать только ужасные крики один за другим. То, что он не отпускает тебя — это правильный курс действий.

Сюй Цзыюэ был поражен.

— Пока ты находишься в таком месте, даже если ты ещё не начал получать лечение, у тебя по всему телу будут мурашки. Плач на самом деле очень заразителен, даже если ты сам ничего не чувствуешь. — сказала Сяо Жань и медленно понизила голос. — Вот почему ты на самом деле тот, кто благословлен. Береги его. Если бы у меня были твои средства, я бы даже просыпалась каждый день с улыбкой.

Сюй Цзыюэ молча кивнул, не говоря ни слова.

На следующий день, когда Сюй Цзыюэ снова отправился на лечение, его снова втолкнула медсестра, прежде чем Шэнь Ци развязал его и вытащил из постели.

Шэнь Ци оглядел Сюй Цзыюэ с ног до головы:

— Не принимал лекарство?

Сюй Цзыюэ был ошеломлен. Он подсознательно спросил в ответ:

— Почему я должен принимать лекарство?

Шэнь Ци улыбнулся:

— Похоже, я тебя недооценил. Как тебе удалось убедить медсестру не заставлять тебя принимать его?

Сюй Цзыюэ, наконец, отреагировал после этой оговорки. Он мысленно причмокнул губами, а затем виновато сказал:

— Тогда, я могу не принимать лекарство? Я не знаю, каково действие этого лекарства, и я также не думаю, что я болен.

Шэнь Ци сказал:

— Каждый психически больной думает, что он не болен.

— Нет! — Сюй Цзыюэ тут же возразил, — Некоторые знают, что они больны.

Однако Шэнь Ци сказал:

— Очевидно, ты не знаешь, что ты болен.

Сюй Цзыюэ: «...» Он не мог победить Шэнь Ци!

Но у Шэнь Ци, похоже, не было никакого намерения продолжать расследовать вопрос о том, что Сюй Цзыюэ не принимал своё лекарство. Лечение в этот день снова состояло в том, чтобы задать Сюй Цзыюэ ещё несколько вопросов.

Сюй Цзыюэ и Шэнь Ци сидели лицом к лицу в комнате для консультаций.

Шэнь Ци спросил:

— Как ты себя сейчас чувствуешь?

Сюй Цзыюэ был смущен:

— Как я себя чувствую?

— По отношению к человеку, который тебе нравится, расскажи мне о своих чувствах.

Сюй Цзыюэ облизнул сухие губы и почувствовал себя немного смущенным:

— Это слишком неловко.

— Всё хорошо.

Голос Шэнь Ци, казалось, обладал магической силой. Сюй Цзыюэ бессознательно начал отвечать на его вопросы один за другим.

— Мне просто он очень, очень нравится... Я чувствую себя счастливым, видя его, и чувствую, как моё сердце бьется быстрее. А потом я хочу подойти поближе. Если бы я мог видеть его каждый день, было бы ещё лучше.

Шэнь Ци кивнул. Только эти слова сами по себе не раскрывали лицевую сторону Сюй Цзыюэ, но сама формулировка была действительно очень расплывчатой.

— Тогда кто же твой любимец?

Сюй Цзыюэ на мгновение протрезвел, но когда он встретился взглядом с Шэнь Ци, он снова впал в оцепенение.

Любимец...?

— Мне нравится... нравится... — разум Сюй Цзыюэ, казалось, был очень запутан. Он не мог разобрать слово «любимец».

Видя, что Сюй Цзыюэ не может ответить, Шэнь Ци перестал спрашивать и изменил вопрос:

— Остин и человек, который оставил на тебе эти отметины, они тебе всё ещё нравятся?

Сюй Цзыюэ подумал об этих двух лицах и, не колеблясь, кивнул:

— Нравятся.

— Тогда... Я тебе нравлюсь?

Сюй Цзыюэ сильнее кивнул головой и искренне ответил:

— Нравишься!

Шэнь Ци продолжал улыбаться:

— Как ты думаешь, это взаимно? Есть доказательства?

Сюй Цзыюэ подумал об этом более серьезно:

— Остин ранее попросил меня попытаться захватить других людей, чтобы встретиться с ним снова. Я думаю, что его готовность подарить себе зеленую шляпу* доказывает, что я ему действительно нравлюсь. Что касается Гу Цзе... поскольку он предпочел бы отослать меня, а не убивать, я думаю, что я ему тоже нравлюсь.

П/п: кто забыл, это значит, что он позволил ему «изменять».

— Что касается Шэнь Ци... — Сюй Цзыюэ поднял глаза и подумал, — Я думаю, что он очень похож на Остина.

Шэнь Ци не совсем понимал переживания Сюй Цзыюэ и даже выборочно проигнорировал последнее предложение.

«Щелк»

Это был звук щелкающих пальцев.

Сюй Цзыюэ пришел в себя.

— Подожди, я, кажется, только что что-то сказал. — Сюй Цзыюэ прикрыл рот руками и робко посмотрел на Шэнь Ци.

Шэнь Ци позабавил взгляд Сюй Цзыюэ.

— После того, что я только что узнал, я подтвердил, что есть более чем одна цель привязанности, а также... твоя болезнь очень серьезна.

Она уже была встроена в его кости.

Шэнь Ци улыбнулся и сказал:

— Сегодняшнее лечение на этом закончится. Ты можешь вернуться сам.

Сюй Цзыюэ широко раскрыл глаза:

— Вернуться самому?

Шэнь Ци утвердительно кивнул:

— Сам.

Значит, только потому, что ответ был не тот, который ты хотел, время лечения было значительно сокращено, и ты даже не хочешь меня проводить?

Сюй Цзыюэ потерял дар речи, но и не осмелился ничего сказать. Он встал и вышел. Когда он повернул голову назад, то увидел, как Шэнь Ци взял стакан с кофейного столика, его грудь вздымалась, и он опустошил всё содержимое за один раз.

Сюй Цзыюэ поспешил к двери, как будто его ноги были покрыты маслом. Затем он затолкал больничную койку, оставленную снаружи, в лифт.

Когда дверь лифта закрылась и пришло время выбирать этаж, Сюй Цзыюэ заколебался.

Должен ли он пойти на другие этажи, чтобы посмотреть?

Поскольку этаж не был выбран, лифт оставался на тринадцатом даже после того, как двери закрылись.

Сюй Цзыюэ в нерешительности завис рукой над панелью. Нажимать или не нажимать. В конце концов, это был вопрос выбора между поиском смерти или его отсутствием.

Сюй Цзыюэ поколебался несколько секунд и решил сначала получить заверение от системы:

— Я действительно не попаду в несчастный случай?

Независимо от того, в каком мире, он не мог не искать заверений у системы в своей безопасности.

С гарантией системы у Сюй Цзыюэ больше не будет никаких забот.

[Всё в порядке.]

Сюй Цзыюэ вздохнул с облегчением. Затем он приступил к выбору подземного этажа.

Электронный экран в лифте начал отсчет этажей один за другим.

13, 12, 11... 3, 2...

[В любом случае, вы не умрете.]

Сюй Цзыюэ: «???»

Подожди минутку! Что ты имеешь в виду?

Сюй Цзыюэ подсознательно выбрал второй этаж, но сразу же после этого выбрал первый.

Но лифт работал слишком хорошо. Как только он нажал на первый этаж, лифт уже миновал его и направлялся на подземный этаж.

Кажется, я на пороге смерти...

Учитывая время, за которое лифт поднялся с тринадцатого на первый этаж, сравнивая это со временем, за которое он поднялся с первого этажа на подземный, Сюй Цзыюэ был уверен, что подземный этаж должен быть очень глубоко под землей.

Сюй Цзыюэ посмотрел на неизменный номер на электронном экране и спросил систему:

— Когда ты научилась говорить только наполовину?

Система притворялась мертвой.

Сюй Цзыюэ был расстроен.

В дополнение к разочарованию была некоторая паника.

Но даже если он нажмет кнопку первого этажа, лифт не вернется на первый этаж, не остановившись на подземном этаже.

Сюй Цзыюэ глубоко вздохнул. Лифт слегка покачнулся, прежде чем, наконец, остановиться.

«Динь»... Раздался звук лифта, опустившегося на этаж.

Сюй Цзыюэ нервно сглотнул. Его адамово яблоко прокатилось вверх-вниз, прежде чем вернуться в исходное положение.

Когда двери лифта открылись, показался длинный футуристический коридор, похожий на те, которые вы видели в научно-фантастических фильмах. Это был проход шириной не более метра со стеклянными стенами по обеим сторонам. Сквозь эти похожие на стекло стены виднелся только белый цвет, а потолок также был полностью запечатан без видимых вентиляционных отверстий.

Ослепительный сине-белый свет распространялся со всех сторон. Сюй Цзыюэ даже задавался вопросом, не превратится ли он в пыль невидимыми высокотехнологичными лучами, которые можно было бы установить вдоль этого коридора.

Конечно, это было потому, что в прошлом он смотрел слишком много фильмов, поэтому его воображение разыгралось.

Но источником вдохновения для искусства является жизнь, поэтому то, что он себе представлял, также не было невозможным.

Но так как он уже был здесь...

Если он не пойдет и не посмотрит, это будет пустой тратой его минутной психологической подготовки.

Но в настоящее время у него нет ничего, что он мог бы использовать, чтобы попробовать... Сюй Цзыюэ подумал об этом и решил снять больничный халат. Затем, обнажив верхнюю часть тела... он помахал им вокруг.

И Сюй Цзыюэ даже сделал это с серьезным выражением лица. Он не думал, что в его подходе было что-то неправильное.

Если бы эта одежда была повреждена или порвана этими невидимыми огнями, излишне говорить, что он определенно вернулся бы наверх, не задумываясь.

Но сейчас... поскольку он не видел ничего ужасного после того, как достиг этого этажа, Сюй Цзыюэ, который обычно был не очень смелым, решил продолжить путь.

Сюй Цзыюэ долго размахивал своим халатом, прежде чем медленно двинуться вперед. Ничего не произошло.

Если бы действительно был какой-то лазер, то он определенно умер бы, но это противоречило бы тому, что система сказала ранее, так что, по крайней мере, это не было опасно для жизни.

Сюй Цзыюэ немного подумал, а затем медленно перешел на другую сторону коридора, продолжая махать своим халатом.

Эта идиотская сцена определенно заставила бы тех, кто следит за ним с помощью камер наблюдения, смеяться.

В конце коридора была большая тяжелая дверь. Похоже, она была сделана из металла, но Сюй Цзыюэ не был уверен в деталях. На открывающейся стороне был кодовый замок, но, похоже, он также принимал отпечатки пальцев.

Хорошо. Даже если он был храбрым, это был знак с небес, что он не должен идти дальше. Сюй Цзыюэ решительно повернулся с намерением уйти.

Но в тот момент, когда он обернулся, тяжелая дверь позади него тихо открылась.

Сюй Цзыюэ почувствовал легкий ветерок позади себя. Когда он обернулся, то увидел, что дверь открылась.

Он нервно сглотнул и заглянул в щель между дверью.

Эту дверь он не мог открыть сам. Она открывалась автоматически сама по себе, пока ему не открылось всё, что находилось за ней.

Там были огромные стеклянные контейнеры, которые были заполнены не только неизвестными жидкостями, но и отдельными монстрами... Эти монстры были теми, кто бродил по больнице ночью. В этот самый момент все они спали в этих больших цилиндрических контейнерах с закрытыми глазами.

Увидев их вблизи, их ужасающие внешности стали ещё более отчетливыми и жуткими.

— Хм? Откуда ты взялся?

Сюй Цзыюэ был поражен, когда услышал, как кто-то внезапно заговорил. Затем он подсознательно посмотрел в сторону источника звука.

Из тени к Сюй Цзыюэ медленно приблизилась фигура в белом халате.

Когда Сюй Цзыюэ, наконец, ясно увидел внешность этого человека, этот человек точно так же ясно увидел внешность Сюй Цзыюэ.

Казалось, он был шокирован. Он остановился примерно в пяти шагах от Сюй Цзыюэ, и его обычный равнодушный взгляд, казалось, содержал намек на оцепенение в этот самый момент. Он смотрел прямо на Сюй Цзыюэ в течение нескольких секунд.

Сюй Цзыюэ так же тупо уставился на Шэнь Ци перед ним.

Что происходит? Разве он не должен быть на тринадцатом этаже?!

У Сюй Цзыюэ не было возможности оправиться от шока или придумать подходящий предлог, чтобы объяснить, почему он был здесь, когда он увидел, как Шэнь Ци перед ним подошел к нему и притянул его в свои объятия.

Глаза Сюй Цзыюэ широко раскрылись. Его тело крепко держал Шэнь Ци, и он вообще не мог пошевелиться.

— Шэнь Ци...? — нерешительно позвал Сюй Цзыюэ.

Шэнь Ци, который держал Сюй Цзыюэ с закрытыми глазами, наконец пришел в себя. Он ослабил хватку вокруг Сюй Цзыюэ и медленно сделал шаг назад.

— Извини, я, наверное, напугал тебя.

Не только объятия, но и всё здесь. По его мнению, это напугало бы Сюй Цзыюэ, который обычно был довольно робким.

Сюй Цзыюэ посмотрел на Шэнь Ци. Взгляд в глазах Шэнь Ци показался ему очень знакомым, но на мгновение он не мог понять, в чем дело.

Но в чем он мог быть уверен, так это в том, что этот человек не был тем Шэнь Ци, который консультирует его наверху.

Доктор Шэнь Ци с тринадцатого этажа, независимо от темперамента или поведения, был очень похож на Остина. Однако тот, кто стоял перед ним прямо сейчас, хотя он ничем не отличался от Шэнь Ци, его глаза были немного холоднее. Но в этот самый момент уголки губ этого Шэнь Ци были слегка приподняты, и он выглядел несколько мягче.

Улыбка Остина обычно заставляла людей бессознательно чувствовать себя расслабленными и комфортно, что затем сокращало расстояние между людьми. Это, конечно, был его фасад, потому что на самом деле он не был таким нежным или добрым. Ему просто нравилось маскироваться и притворяться кем-то вроде этого.

Но Шэнь Ци перед ним... Даже улыбаясь, он казался сдержанным. В то время как он смотрел на него... разум Сюй Цзыюэ был заполнен его глубокими, темными глазами.

В его памяти был ещё один человек, у которого были такие глаза.

Сюй Цзыюэ открыл рот и ошеломленно посмотрел на Шэнь Ци перед собой:

— Сунь... Сунь Мо?

Зрачки «Шэнь Ци» слегка сузились. Казалось, он был удивлен, что его так легко узнали. Вы должны знать, что сейчас его внешность и голос совершенно другие.

Не говоря уже о том, что его личность также немного изменилась по разным причинам.

Он опустил глаза и мягко улыбнулся.

— Здесь меня зовут Шэнь Ци. — он не отрицал своего прошлого, но и не подтверждал его.

Сюй Цзыюэ был ошеломлен. Его глаза блуждали по потолку.

На самом деле он думал о Шэнь Ци на тринадцатом этаже.

По сравнению с Шэнь Ци, который всегда носил повседневную одежду наверху, тот, кто стоял перед ним, больше походил на врача, потому что на нем был белый халат.

Но это не было главной проблемой. Главная проблема здесь заключалась в том, что у Шэнь Ци, который стоял перед ним... есть все воспоминания Сунь Мо?

— Ты... Как... Я... Что... — не зная, с чего начать объяснения, Сюй Цзыюэ мог только заикаться.

И его задача состояла в том, чтобы захватить НПС... Что он должен делать в этой текущей ситуации?

В голове Сюй Цзыюэ царил полный беспорядок.

— Здесь не самое подходящее место для разговоров. Я отведу тебя в другое место. — Сунь Мо сказал это, схватил Сюй Цзыюэ за руку и потащил того в том направлении, откуда пришел он сам.

Сюй Цзыюэ оглянулся в том направлении, откуда тот пришел, а затем на окружающие цилиндрические контейнеры вокруг него, прежде чем послушно последовать за Шэнь Ци.

Он понятия не имел, что ему делать прямо сейчас, потому что чувствовал себя слишком подавленным. Он также всё ещё не был уверен в отношениях между двумя Шэнь Ци.

Он даже не знал, следует ли называть человека, стоящего перед ним, Шэнь Ци или Сунь Мо.

Если бы он сказал, что он похож на Сунь Мо, он действительно был похож. Но были также некоторые области, которые немного отличались. Потому что Сунь Мо, с которым взаимодействовал Сюй Цзыюэ, был более мягким и молодым.

Он не был таким сильным, как тот, что перед ним.

Он сказал, что отведет его в другое место, и утащил, не дожидаясь ответа Сюй Цзыюэ.

Конечно, Сюй Цзыюэ также мог принять это за то, что он очень счастлив или что-то в этом роде.

Но чувство, которое он вызвал у Сюй Цзыюэ, не могло быть неправильным. Хотя были некоторые различия, Сюй Цзыюэ интуитивно мог сказать, что тот не причинит ему вреда, поэтому он не сопротивлялся.

Этот Сунь Мо подвел его к лифту на другом конце, и они поднялись на тринадцатый этаж.

Сюй Цзыюэ ясно видел, как он нажал кнопку тринадцатого этажа.

Но здесь, в санатории, только лечебная зона имела тринадцатиэтажное здание. Самое высокое здание в жилом районе было всего в семь этажей.

Сюй Цзыюэ подсчитал расстояние между лифтами на обоих концах и почувствовал, что ему следовало выйти из здания в зоне лечения. Но нынешняя ситуация была... он возвращался на тринадцатый этаж.

Если только... он больше не был в санатории.

Думая об этой возможности, Сюй Цзыюэ начал нервничать.

В лифте он время от времени поглядывал на Шэнь Ци. После того, как Шэнь Ци оглянулся на него, Сюй Цзыюэ вместо этого посмотрел на отражение мужчины.

На этот раз лифту также потребовалось некоторое время, чтобы переместиться с подземного этажа на первый.

Шэнь Ци заметил небольшие действия Сюй Цзыюэ и посмотрел на него с улыбкой:

— Ты всё такой же. Ничего не изменилось.

— Я? Ты о чем?

Сюй Цзыюэ был немного смущен.

Шэнь Ци сказал:

— Нравятся привлекательные лица.

— Ах... это... хе-хе.... В конце концов, прошло всего несколько месяцев. — Сюй Цзыюэ издал короткий смешок и почему-то почувствовал себя немного виноватым.

Шэнь Ци повернул голову, чтобы рассмотреть Сюй Цзыюэ поближе. Это продолжалось до тех пор, пока Сюй Цзыюэ не начал немного нервничать по неизвестным причинам.

— Для тебя.... Вероятно, прошло всего несколько месяцев. — Шэнь Ци уставился на Сюй Цзыюэ, когда он сказал это.

Прошло всего несколько месяцев, так что со смертью Сюй Цзыюэ ничего особенного не изменилось. Однако слова Шэнь Ци, казалось, подразумевали нечто большее.

Сюй Цзыюэ спросил:

— А как насчет тебя? Сколько времени тебе потребовалось, чтобы быть здесь?

Он покачал головой:

— Я не помню.

Лифт остановился на тринадцатом этаже.

По сравнению с тринадцатым этажом на другом конце коридоры здесь выглядели точно так же, так что на данный момент Сюй Цзыюэ не заметил ничего особенного.

Но когда они дошли до конца коридора и Шэнь Ци открыл дверь, комната внутри не была комнатой для консультаций.

Это была спальня, используемая для отдыха.

Просто эта спальня была слишком чистой и простой. Кроме предметов первой необходимости, больше ничего не было.

— Входи.

Шэнь Ци переобулся у двери, и Сюй Цзыюэ последовал его примеру.

— У тебя есть брат-близнец или что-то в этом роде? — Сюй Цзыюэ изо всех сил старался не спрашивать слишком прямо.

Но такого рода вопросы обычно не задают.

Поэтому, когда Шэнь Ци услышал это, он понял, о чем пытался спросить Сюй Цзыюэ.

— Это правда... В конце концов, ты все-таки пришел оттуда, так что, должно быть, уже встречался с ним. — Шэнь Ци поставил стакан воды на прикроватный столик и велел Сюй Цзыюэ сесть на кровать.

Здесь не было ни гостиной, ни дивана, ничего.

Была только кровать, на которой мог сидеть Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ сел на кровать и стал ждать его ответа.

— Но прежде чем говорить о нем... — Шэнь Ци встал рядом с Сюй Цзыюэ, поднял ногу и встал на колени на краю кровати, окутывая Сюй Цзыюэ своей фигурой: — Мне нужно кое-что проверить.

Сюй Цзыюэ откинулся назад и посмотрел на стоящего над ним Сунь Мо. Или, если быть более точным, второго Шэнь Ци. Он нервно сглотнул:

— Чт... что?

Шэнь Ци наклонился, поднял руку, чтобы ущипнуть Сюй Цзыюэ за подбородок, а затем нежно потер его большим пальцем:

— Он поцеловал тебя?

— Или... ты позволил ему прикоснуться к тебе?

Сюй Цзыюэ нервно затаил дыхание. В тот момент, когда Шэнь Ци закончил говорить, он сразу же энергично покачал головой, чтобы выразить своё твердое отрицание!

— Нет, нет! — Сюй Цзыюэ честно сказал, — Я никогда не целовал его!

...Подождите минутку!

Сюй Цзыюэ только тогда понял, что он думал, что не поцеловал Шэнь Ци, потому что... он забыл о той ночи... Но это было также потому, что он считал Шэнь Ци Остином в то время!

Сюй Цзыюэ запаниковал. Он чувствовал себя крайне виноватым. Но если он сейчас изменит свои слова... будет ли уже слишком поздно?

Слабая улыбка появилась на невыразительном лице Шэнь Ци. Затем он опустил голову и чмокнул Сюй Цзыюэ в губы, как будто давал ему награду.

Прежде чем Сюй Цзыюэ успел почувствовать мягкость его губ, Шэнь Ци уже отодвинулся.

Может ли он теперь изменить свои слова? Если бы он это сделал, то, вероятно, искал бы смерти, верно?

Сюй Цзыюэ хотелось плакать.

Глаза Шэнь Ци пристально следили за Сюй Цзыюэ, заставляя сердце молодого человека учащенно биться.

Если бы два человека долго смотрели друг на друга, один не выдержал бы и отвернулся.

Это было верно и для Сюй Цзыюэ.

Но Шэнь Ци ущипнул его за подбородок и снова повернул голову Сюй Цзыюэ.

— Посмотри на меня и скажи мне... Ты целовалась с кем-нибудь ещё?

Брат... Этот твой вопрос — это уже слишком!!!

После той предыдущей ошибки он чувствовал себя виноватым, говоря что-либо ещё на эту тему.

Ему казалось, что он медленно окаменевает.

По сравнению с предыдущим вопросом, на который он ответил без колебаний, потому что на мгновение забыл о той ночи, Сюй Цзыюэ не мог ответить на этот вопрос сразу.

Солгать или сказать правду?

Но это не Сюй Цзыюэ должен был решать!

Сунь Мо был первым боссом, который узнал об игре Сюй Цзыюэ. Он знает о том, как Сюй Цзыюэ может зачистить игру.

Если он не захватит кого-то и не получит ответа, Сюй Цзыюэ не сможет покинуть текущую игру.

И теперь Сюй Цзыюэ смотрел на Сунь Мо, который стал Шэнь Ци.

Посмотрев на Сюй Цзыюэ, можно было заметить, что, хотя его внешность не сильно изменилась, в общем ощущении, которое он излучал, произошли изменения.

Теперь у Сюй Цзыюэ было больше опыта по сравнению с тем, когда он учился в средней школе Шанъян.

Другими словами, он, по крайней мере, захватил ещё одного человека и максимум не ограничен.

Просто с личностью Сюй Цзыюэ вы думаете, что его цели будут непривлекательными?

Конечно, это было невозможно!

Итак, в нынешних обстоятельствах... с красивым боссом, который ловит его пальцами, чтобы заманить его, пойдет ли Сюй Цзыюэ или нет?

Не переоценивайте нижние границы человека, особенно если это кто-то вроде Сюй Цзыюэ.

Когда он увидел, что Сюй Цзыюэ не ответил сразу, Шэнь Ци уже мог догадаться об ответе.

Сюй Цзыюэ был вынужден смотреть на Шэнь Ци, чтобы ничто не могло ускользнуть от его глаз. Когда он увидел, что брови Шэнь Ци слегка нахмурились, он немедленно поднял руки и бросился на Шэнь Ци, толкая его на кровать.

Шэнь Ци не стал бы поднимать свою защиту против Сюй Цзыюэ. Было ли это до или после этих действий, Шэнь Ци был вполне способен вовремя отреагировать, но он этого не сделал. Он лежал на кровати, его волосы разметались по щекам, а некоторые даже прилипли к губам.

Если ты не знаешь, что сказать, просто поцелуй!

Хотя это был типичный путь многих телевизионных драм, искусство было вдохновлено реальной жизнью!

Прижимая мужчину, Сюй Цзыюэ поддерживал себя руками по обе стороны от тела Шэнь Ци.

Сюй Цзыюэ опустил голову и нежно чмокнул Шэнь Ци в губы, прежде чем медленно вытянуть язык, чтобы тщательно проследить контур губ последнего и, наконец, дразнить десны вокруг плотно сомкнутых зубов.

— Мнн...

Сюй Цзыюэ ещё немного опустил голову, стукнув зубами о зубы последнего. От боли он подсознательно хотел встать, но в это время Шэнь Ци уже обхватил одной рукой талию Сюй Цзыюэ, а другую прижал к его затылку.

По сравнению с поцелуем Сюй Цзыюэ, который был инициирован им, действия Шэнь Ци были более яростными. Он бесцеремонно порылся во рту Сюй Цзыюэ, оставив его совершенно неспособным думать ни о чем другом.

Держа Сюй Цзыюэ, Шэнь Ци перевернул парня и прижал его к себе.

Когда он больше не мог отдышаться, Сюй Цзыюэ не смог удержаться и прижался к груди Шэнь Ци. Только через несколько секунд Шэнь Ци наконец отпустил его.

Грудь Сюй Цзыюэ резко поднималась и опускалась. Сюй Цзыюэ тяжело дышал с открытым ртом, и на его лбу также выступили мелкие капельки пота.

Эти двое ворочались и слишком крепко держали друг друга, так что возбуждение и легкий пот были нормальными для такой ситуации.

Даже после поцелуя Шэнь Ци всё ещё крепко прижимался к Сюй Цзыюэ, уткнувшись головой в его плечо.

Руки Шэнь Ци всё ещё были за талией и головой Сюй Цзыюэ, но он не собирался отпускать.

— Они мне не нравятся... Я могу сделать лучше... — горячее дыхание Шэнь Ци коснулось ушей Сюй Цзыюэ, заставив его задрожать.

Жар и страсть от его тела, которые ещё не полностью утихли, слегка хриплый и низкий голос Шэнь Ци у его уха... в сочетании с тем фактом, что Шэнь Ци был тем «маленьким и жалким» юношей из средней школы Шанъян...

Сюй Цзыюэ вообще не мог отказаться.

Шэнь Ци снова крепче сжал Сюй Цзыюэ. В его голосе, казалось, звучала почти мольба:

— Хорошо?

Услышав голос Шэнь Ци, сердце Сюй Цзыюэ почувствовало особую тревогу.

— Я... я подонок...

— Всё в порядке. Мне просто нужно быть самым красивым, и меня это устраивает.

Какое-то время Сюй Цзыюэ не мог ничего опровергнуть.

На самом деле, найти мир, в котором можно было бы обосноваться, не было для него большой проблемой. Он мог либо постоянно сталкиваться с новыми боссами и переживать различные ужасные ситуации, либо оставаться в фиксированном месте вместе с фиксированным красавцем, счастливо избегая всех опасностей.

Оба варианта его вполне устраивали.

И поэтому, под мольбой Сунь Мо и мгновенным вспыльчивым настроением, он согласился.

Шэнь Ци почувствовал, как человек в его руках кивнул. В его глазах появился намек на теплоту.

Теперь ему просто нужно было решить некоторые другие неприятные вопросы.

Сюй Цзыюэ тоже вздохнул с облегчением. Похоже, эти опасные вопросы больше не будут задаваться.

В конце концов, хотя ревновать к бывшим — это нормально, они не всегда могут ревновать.

Конечно, у Сюй Цзыюэ всё ещё оставались некоторые сомнения.

Потому что он помнил, что, когда он в то время окончил среднюю школу Шанъян, они с Сунь Мо на самом деле знали друг друга всего несколько дней. Это было далеко от той сильной любви, которую он только что почувствовал в его тоне... Поскольку прошло всего несколько дней, Сюй Цзыюэ был уверен, что чувства Сунь Мо не были развиты до такой степени, когда он, наконец, ответил на его признание.

Добавив к этому другие изменения... Этот человек был и Сунь Мо, и не совсем Сунь Мо. Весьма вероятно, что к ним были примешаны и какие-то другие данные босса.

— Ты такой тяжелый. — Сюй Цзыюэ толкнул Шэнь Ци. — Мы можем сесть? У меня к тебе много вопросов.

Шэнь Ци потерся головой о плечо Сюй Цзыюэ, прежде чем, наконец, неохотно встать.

Сюй Цзыюэ сел. Когда он увидел растрепанные волосы Шэнь Ци, он протянул руку, чтобы помочь им выпрямиться.

Шэнь Ци поджал губы. Похоже, ему не нравилось показывать слишком много эмоций на своем лице. Он послушно опустил голову, позволяя Сюй Цзыюэ теребить его волосы.

Когда Сюй Цзыюэ закончил, он убрал руку. Прижав кулак к губам и прочистив горло, он заговорил с фальшивой серьезностью:

— Какие отношения между тобой и этим Шэнь Ци?

Услышав, что первый вопрос, который задал Сюй Цзыюэ, касался этого Шэнь Ци, Сунь Мо сразу же опустил глаза, и легкая дуга на его губах исчезла.

Но даже в этом случае он ответил на вопрос Сюй Цзыюэ:

— Что-то похожее на клонирование.

— Разве клонирование не незаконно... О, я забыл. — Сюй Цзыюэ похлопал себя по лбу, когда понял, что больше не находится в реальном мире. — Кроме того... У вас нет ничего похожего? Вы обычно встречаетесь?

Шэнь Ци покачал головой:

— Мы не встречаемся. В этом нет необходимости.

Сюй Цзыюэ потер подбородок, обдумывая, о чем спросить.

Было слишком много вещей, которые он хотел знать, но он не знал, с чего начать или о чем спросить.

— О, верно... Когда ты спускаешься на первый этаж отсюда... Это седьмой санаторий?

Шэнь Ци покачал головой:

— Я отвечаю за шестой санаторий.

Разум Сюй Цзыюэ застыл.

— Т-ты... сколько есть клонов?

Шэнь Ци знал, что Сюй Цзыюэ достиг важного момента, но он намеренно ничего не скрывал.

— Семь.

Сюй Цзыюэ: «...»

Видя, что выражение лица Сюй Цзыюэ было немного сложным, Шэнь Ци поднял руку и погладил его по голове:

— Не волнуйся, я буду твоим единственным и неповторимым.

Сюй Цзыюэ спросил:

— Что... что ты имеешь в виду под единственным?

Шэнь Ци наклонился вперед и легонько чмокнул Сюй Цзыюэ в губы:

— Разделив одинаковую внешность... Я был бы не самым красивым.

Сюй Цзыюэ: «...» По какой-то причине он чувствовал, что ситуация была плохой!

Шэнь Ци в седьмом санатории обладал темпераментом и поведением, очень похожими на Остина. У Шэнь Ци в шестом санатории была память Сунь Мо. Что касается пятого...

Сюй Цзыюэ подумал о кукольной фигурке, которую он видел в комнате для консультаций...

Он больше не мог сказать, колотилось ли его сердце от нервов или от волнения.

Да, он не знал, почему так взволнован!

Сюй Цзыюэ объяснил это тем, что он снова мог видеть тех предыдущих боссов.

Но остальные пять Шэнь Ци также могут быть совершенно не связаны с предыдущими боссами.

Они могут просто иметь некоторое сходство, но не иметь никаких воспоминаний, как Шэнь Ци из седьмого санатория.

Но... если он не проверит... Сюй Цзыюэ чувствовал, что если есть кто-то столь же могущественный, как Остин, или такой, как Гу Цзе, кто может разыграть других до смерти, а затем убить себя... Он чувствовал, что у Сунь Мо нет шансов на победу.

В конце концов, эти его слова означали, что он собирается начать какие-то неприятности.

Сюй Цзыюэ был сбит с толку. Что ему теперь делать?

Независимо от того, что он хотел сделать, сейчас умиротворение было самым важным.

— Не волнуйся, давай сначала проанализируем остальных... Кто босс этого мира? Или вы все боссы?

Сюй Цзыюэ подумал про себя: возможно ли, чтобы он собрал всех семь боссов, как драконьи шары?

— Мы все Шэнь Ци, так что, конечно... мы все такие. — Шэнь Ци сел рядом с Сюй Цзыюэ и время от времени прикасался к молодому человеку, как бы подтверждая, что он рядом с ним: — Они тебя интересуют?

Выражение лица Сюй Цзыюэ застыло:

— А? Почему ты так говоришь?

Как его так легко раскусили? Это нечестная игра!

— Твои глаза сказали мне. — он слегка нахмурился, и на его лице появился намек на печаль, — Если ты хочешь их увидеть... Я не остановлю тебя, и я также не могу помешать тебе.

Сюй Цзыюэ поднял руку и нежно почесал щеку:

— Гм... На самом деле я хочу кое-что подтвердить.

Шэнь Ци спросил:

— В чем дело?

— Сейчас я не могу сказать наверняка, но я просто думаю, что мне следует пойти и посмотреть. — сказал Сюй Цзыюэ, — И почему ты сказал, что не можешь остановить меня?

Шэнь Ци не пытался ничего скрыть от Сюй Цзыюэ, но то, как он смотрел на него, заставляло его чувствовать себя неловко. Это было так, словно Сюй Цзыюэ уйдет без колебаний, если он действительно скажет это.

— Я не могу покинуть Шестой Санаторий. Если ты не придешь сам, я не смогу тебя найти.

Взгляд Шэнь Ци заставил Сюй Цзыюэ почувствовать себя плохо. Он чувствовал себя подонком, бросившим жену и детей...

— Почему это?

— Для остальных, как только они пройдут через эту дверь внизу, считается, что они успешно очистили мир, но ты исключение. Только ты можешь пройти туда. Я знаю только об остальных шести Шэнь Ци, потому что это была информация, предварительно введенная в мою память, но я не знаю подробностей.

Сюй Цзыюэ спросил:

— И всё же ты говоришь, что хочешь иметь дело с остальными шестью?

— Я найду способ. Пока ты не бросишь меня, я найду способ.

Сюй Цзыюэ даже не мог опровергнуть.

Но поскольку подземелье — это выход для других игроков, разве это не означало, что у Сяо Жань есть способ сбежать? Но это под землей... Она даже не могла войти в зону лечения.

Сюй Цзыюэ снова оказался в тупике.

Шэнь Ци сказал:

— Ты можешь уйти, пока я не обращаю внимания, поэтому я не могу вернуть тебя обратно.

Поскольку ты уже сказал это, как я мог уйти... Сюй Цзыюэ мог только сказать:

— Тебе следует сделать перерыв и ничего не говорить о том, что я тебе нравлюсь, чтобы я не ушел.

— Кроме того, я сказал, что хочу пойти посмотреть на других, но я не сказал, что если я пойду, то не вернусь. — Сюй Цзыюэ сжал его руки на несколько секунд и решил быть откровенным, — На самом деле, ты первая цель, с которой я столкнулся, когда вошел в игру, и ты забрал мой первый поцелуй. Будь уверен в себе, молодой человек!

Услышав это, Шэнь Ци не смог сдержать улыбки. Он удовлетворенно обнял Сюй Цзыюэ, и они оба упали обратно на кровать:

— С твоими словами теперь я очень доволен.

Нет, это не так.

Сюй Цзыюэ мог сказать, что он намеренно притворялся жалким, чтобы заставить его остаться.

— Я хочу посмотреть, чем этот санаторий отличается от других. Могу я?

Теперь все перья Шэнь Ци были невозмутимо взъерошены Сюй Цзыюэ, и его просьба также не была трудной.

— Ты собираешься взглянуть сейчас? Сейчас как раз подходящее время для ужина.

Сюй Цзыюэ кивнул в объятиях Шэнь Ци:

— Пойдем!

Поскольку Сюй Цзыюэ хотел уйти, Шэнь Ци неохотно отпустил его и вывел из комнаты.

Чтобы опуститься с тринадцатого этажа на первый, потребовалось всего десять секунд.

Сюй Цзыюэ пожал их сцепленные руки:

— Те, кто в подземном этаже... люди?

Посмотрев на Сюй Цзыюэ, Шэнь Ци сделал паузу на несколько секунд:

— Это люди, которые потеряли свои тела по разным причинам. Чтобы продолжать жить... они стали такими.

Сюй Цзыюэ понял смысл этих слов:

— Ты хочешь сказать, что они... все были добровольцами?

— Совершенно верно. Но как только они трансформируются до определенной степени, они теряют чувство собственного я.

Дверь лифта открылась, и Шэнь Ци вышел, держа Сюй Цзыюэ за руку. Пока они шли, он сказал:

— Все игроки, которые смертельно ранены, будут отправлены сюда. Цель этого места — сохранить им жизнь.

Брови Сюй Цзыюэ были наморщены, потому что слишком многое противоречило друг другу. Поскольку это было для того, чтобы выжить, почему они не могли сбежать из этого места?

Но когда он подошел к двери, у Сюй Цзыюэ больше не было возможности думать об этих вещах.

Строительные конструкции были точно такими же, как и в седьмом санатории. Даже расположение цветов и деревьев было одинаковым.

Однако небо... Уже совсем стемнело.

Снаружи стоял густой кровавый туман.

— Сейчас... уже больше шести часов? — Сюй Цзыюэ изо всех сил старался спросить спокойно.

— Да, уже шестой час. Но не волнуйся, ничего не случится.

Конечно, находясь с боссом рядом, с ним ничего не случится!

Но!

Не покажется ли это слишком страшным в таком случае?

Но Шэнь Ци совершенно не подозревал об этих его мыслях. Он спокойно повел Сюй Цзыюэ в кафетерий.

Здесь было только одно место, где можно было поесть, но здесь можно было приготовить больше, чем просто обычное питание для пациентов или персонала.

Что ещё более затрудняло Сюй Цзыюэ принять, так это то, что эти голубовато-белые медсестры были теми, кто доставлял им еду.

Сюй Цзыюэ схватился за живот и почувствовал легкую слабость...

— Ах... У меня болит живот. Я не думаю, что смогу есть.

Шэнь Ци посмотрел на медсестер, а затем снова на Сюй Цзыюэ. Наконец он понял, что что-то не так.

— Извини, я забыл... Ты к ним не привык.

Сунь Мо был кем-то, кто раньше был мертв и вступал в контакт с большим количеством мертвых людей... Так что вещи здесь, в этом мире, для него ничего не значили.

— Но... — Шэнь Ци встал, взял Сюй Цзыюэ за руку и переместил её на левую сторону, — Это место — толстая кишка. Вот твой желудок.

Сюй Цзыюэ: «...» Он не знал, что сказать.

Сюй Цзыюэ смог доесть только часть еды на ужин, большую часть.

Поскольку Шэнь Ци позже попросил медсестер уйти, Сюй Цзыюэ смог больше наслаждаться едой. В конце концов, еда здесь была очень хорошей.

Когда Шэнь Ци был рядом, Сюй Цзыюэ ничего не боялся. Он даже подтащил его и некоторое время стоял у ворот, пока крепкий монстр стоял сбоку, совершенно боясь приблизиться к ним.

Сюй Цзыюэ встал у ворот и спросил:

— Ты действительно можешь выйти отсюда?

— Игроки могут, но я... Я останусь в этом мире. Что касается тебя, я не знаю.

Сюй Цзыюэ не терпелось попробовать.

Шэнь Ци спросил:

— Хочешь попробовать?

Сюй Цзыюэ, конечно, знал. В конце концов, он не очистил этот мир. Он не уйдет, даже если бы прошел через них.

Но было бы слишком нереально отправиться в «экспедицию» после только сегодняшней встречи... У Сюй Цзыюэ все еще оставалась совесть.

— Ты попробуешь завтра? Сначала останься со мной на ночь.

— Я не планировал идти сегодня вечером. — Сюй Цзыюэ взглянул на ворота, которые почти нагло соблазнили его пройти, а затем повернулся, чтобы пообещать Шэнь Ци: — Я определенно останусь с тобой сегодня! И после этого я останусь с тобой надолго!

Что касается последнего заявления Шэнь Ци... Кхм, конечно, он может остаться в доме Шэнь Ци только для отдыха.

Сюй Цзыюэ последовал за Шэнь Ци, успешно игнорируя гротескных и гниющих монстров поблизости.

— Кстати, здесь есть какие-нибудь магазины или супермаркеты? Ах да, я помню, что в санатории есть такой. Я думаю, что твоя комната слишком однообразна. Некоторые украшения помогут ей стать лучше, но у меня нет денег... Но это нормально. Ты здесь большой босс, так что у тебя должны быть деньги, верно? Хорошо, если ты это сделаешь. Но я не был внутри, так что, возможно, будет трудно найти там всё...

Сюй Цзыюэ болтал, следуя за Шэнь Ци до самого тринадцатого этажа. Он говорил до тех пор, пока не устал и больше не мог найти, о чем поговорить.

Шэнь Ци никак не мог привыкнуть к одежде пациента, которое носил Сюй Цзыюэ. Хотя одежда здесь была одинаковой, ему это не нравилось, потому что она была из седьмого санатория.

Он заставил Сюй Цзыюэ принять душ и нашел смену одежды для Сюй Цзыюэ, чтобы переодеться.

Что касается нижнего белья... нового не было.

Шэнь Ци присел на корточки перед ящиками, глубоко задумавшись.

Хотя все они были чистыми, было неизбежно, что он может возражать... но у него также не было ничего другого.

Так...

Должен ли он взять своё, взять своё или взять своё?

Сюй Цзыюэ закончил мыться, выключил воду, а затем осмотрел одежду, которую Шэнь Ци сунул ему в руки ранее.

Рубашка и пара мешковатых штанов, которые едва доходили ему до колен.

Это был набор одежды, который был необычайно нормальным.

Но там не было нижнего белья?

Сюй Цзыюэ снова просмотрел одежду и даже встряхнул, но ничего не смог найти.

Он надел рубашку и высунул голову в дверь, всё ещё с обнаженной нижней половиной тела. Как только он выглянул, то увидел, что Шэнь Ци присел на корточки перед ящиками и смотрит на него.

Увидев слегка покрасневшее лицо Шэнь Ци, Сюй Цзыюэ подумал немного сумбурно:

— Это... там нет нижнего белья...

Хотя отопление было включено, оно не должно быть теплым до такой степени? Но нынешний вид Шэнь Ци накладывался на впечатление Сюй Цзыюэ о Сунь Мо.

Шэнь Ци повернул голову и наугад схватил одно из них, прежде чем подойти к Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ поднял глаза и посмотрел на лоб Шэнь Ци.

Почему он вспотел?

Было действительно жарко?

Шэнь Ци отвел взгляд и другой рукой слегка кашлянул в кулак:

— Новых нет... Это то, что я носил... но они были постираны. Завтра я позволю кому-нибудь купить новое белье. Если ты не возражаешь... ты можешь просто не надевать его сейчас.

Сюй Цзыюэ взглянул на пот на лбу Шэнь Ци, а затем на нижнее белье.

Хм... тяжелый выбор.

Носить или не носить.

Сердце Сюй Цзыюэ остановилось.

Но эта его реакция... довольно милая.

Сюй Цзыюэ поднял руку и взялся за уголок нижнего белья.

— Кхм... — Сюй Цзыюэ тихонько кашлянул и вернулся в ванную, чтобы надеть штаны.

Хотя было немного странно знать, что они принадлежат Шэнь Ци, но это также не было слишком странно. Не говоря уже о том, была ли эта его реакция действительно преднамеренной?

Сюй Цзыюэ вышел после переодевания и увидел, что Шэнь Ци вернулся в прежнее состояние.

Как и ожидалось от босса... очень хорошо умеет контролировать свои эмоции.

— Ты можешь идти. — Сюй Цзыюэ сел рядом с Шэнь Ци, развел руками и снова упал на кровать.

Шэнь Ци повернулся и посмотрел на Сюй Цзыюэ. Его взгляд подозрительно задержался на нижней половине Сюй Цзыюэ в течение нескольких секунд, прежде чем он встал, взял смену одежды и быстро вошел в ванную.

Сюй Цзыюэ сбросил тапочки и положил ноги на кровать.

Казалось, что в нем не было ни капли Гу Цзе?

Тогда эта одержимость им... Сюй Цзыюэ потянул подушку, чтобы обнять, и перевернулся.

Маленький Момо?

Сюй Цзыюэ, который полностью испортил первоначально аккуратную кровать, перестал двигаться.

Сюй Цзыюэ почувствовал себя очень сложным внутри при мысли об этой милой маленькой кукле.

В то время у куклы также были некоторые воспоминания Сунь Мо.

Значит, эти два босса совершенно неразделимы?

Когда Шэнь Ци вышел из ванной, Сюй Цзыюэ уже развернулся на 180 градусов. Лежа на спине, его голова была оторвана от кровати, и он выглядел так, словно вот-вот соскользнет на пол.

Шэнь Ци положил полотенце себе на голову и помог поддержать Сюй Цзыюэ на руках как принцессу.

Сюй Цзыюэ какое-то мгновение не мог среагировать.

Почему его так держали?!

Шэнь Ци положил Сюй Цзыюэ должным образом на кровать, уложив его голову в изголовье кровати, а ноги в конце кровати.

— Мои волосы не высохли. — Сюй Цзыюэ схватил Шэнь Ци за запястье и покачал головой.

— Я высушу их тебе.

— Здесь нет фена для волос? Я не могу лежать у тебя на коленях и позволять тебе сушить им мои волосы?

Шэнь Ци на секунду серьезно задумался:

— У меня здесь нет фена... Почему тебе это нравится? Мои штаны снова промокнут.

Сюй Цзыюэ открыл рот, но не смог возразить.

С мокрыми волосами, лежащими на коленях Шэнь Ци, эти брюки определенно промокнут. Но почему ты не мог просто положить между ними толстое полотенце?

— Ты... делал это с другими?

Сюй Цзыюэ, вздрогнув, упал обратно на кровать.

Почему эти слова прозвучали немного странно?

Сюй Цзыюэ сказал:

— Слишком устал.

Он увидел выражение лица Шэнь Ци и мог только беспомощно вздохнуть:

— Разве это не то, что обычно можно увидеть в драмах об идолах или комиксах для девочек?

Шэнь Ци опустил глаза и тихо сказал:

— Я не видел...

— ... — выражение лица Шэнь Ци лишило Сюй Цзыюэ дара речи.

— Ааа, тогда, волосы можно высушить полотенцем, но ты должен быть терпелив!

В конце концов Сюй Цзыюэ лег на колени Шэнь Ци, позволив ему послушно высушить его волосы.

Ну... хотя это намного медленнее, чем фен, это было не так уж плохо.

Сюй Цзыюэ не знал, когда Шэнь Ци закончит. В какой-то неизвестный момент он заснул.

Шэнь Ци опустил голову и снова и снова смотрел на Сюй Цзыюэ, как будто не мог насытиться этим.

Когда Сюй Цзыюэ спал, он не слишком много двигался, но иногда переворачивался.

Перевернувшись и выгнувшись дугой, его лицо оказалось повернуто к внутренней стороне бедра Шэнь Ци...

Шэнь Ци поджал губы с покрасневшим лицом и остался совершенно неподвижным.

*  *  *  *  *

Проснувшись на следующий день, Сюй Цзыюэ и Шэнь Ци спали на кровати горизонтально и вертикально соответственно.

Сюй Цзыюэ практически спал на Шэнь Ци, но прежде чем он проснулся, обе его руки обвились вокруг талии мужчины.

Сюй Цзыюэ протер глаза и сел.

Из-за движений Сюй Цзыюэ верхняя часть Шэнь Ци была открыта, показывая гладкую и красивую талию.

Сюй Цзыюэ молча усмехнулся и протянул палец, чтобы осторожно коснуться его.

Тело под пальцем задрожало и напряглось.

— Не создавай проблем. — Шэнь Ци сел, заставив рубашку естественным образом упасть обратно.

Это была сцена, на которую он наткнулся рано утром, но нельзя было сказать, что Шэнь Ци страдал всю ночь.

После того, как Шэнь Ци и Сюй Цзыюэ вымылись, Шэнь Ци вывел Сюй Цзыюэ из лечебной зоны на завтрак.

В седьмом санатории Сюй Цзыюэ никогда не видел, чтобы врач выходил из зоны лечения, а здесь он не видел других врачей, кроме Шэнь Ци.

В шестом санатории также были, но точно так же, как те, кто в седьмом, не знают о шестом, те, кто в шестом, не знали о седьмом.

В тот момент, когда эти игроки увидели, как Шэнь Ци вышел в своем белом халате вместе с Сюй Цзыюэ, который не был одет в халат пациента... все они замолчали.

Хотя Сюй Цзыюэ не был одет в халат пациента, его нельзя было принять за другого врача НПС, потому что у Сюй Цзыюэ, как и у других игроков, был зеленый символ на макушке.

Если только это не был особый мир, такой как мир «побег из замка», игроки могут различать НПС и игроков.

Это было шокирующее зрелище, когда игрок выходил из зоны лечения сам, не говоря уже о том, что рядом с ним был врач НПС!

Многие игроки решили тайно следовать за ними, чтобы посмотреть, что они планируют делать... Но всё, что они увидели, было сценой, которую они не могли понять.

Это странное сочетание НПС и игрока, едящих в кафетерии, было слишком ослепительным.

Почему там сидели двое мужчин с двух разных сторон, передавая еду туда и обратно? И этот доктор даже намеренно кормил игрока едой его собственными палочками для еды?

Что за история стояла за этим?!

Сюй Цзыюэ краем глаза оглядел столовую, а затем снова посмотрел на пару палочек для еды, поднесенных к нему.

Там был кусок мяса.

Сюй Цзыюэ наклонил голову вперед, съел его и проглотил после нескольких укусов:

— Почему ты вдруг захотел накормить меня? — вчера эти двое ели нормально.

Что он испытал за ночь?

Шэнь Ци убрал руку и перестал кормить его:

— Я просто хочу показать всем, что ты мой.

Нет, если ты сделаешь что-то подобное со своим лицом, тебе нужно будет показать им, что я единственный для тебя... Но что-то столь бесстыдное, как это, Сюй Цзыюэ не осмелился сказать.

— Я отведу тебя в пятый санаторий позже... — Шэнь Ци сделал паузу и спросил, чтобы подтвердить, — Ты вернешься, верно?

Сюй Цзыюэ кивнул:

— Я вернусь!

...Почему-то мне показалось, что он поднял флаг?

Сюй Цзыюэ отбросил эту мысль и почувствовал, что если он в ближайшее время не покинет этот кафетерий, то скоро будет окружен всеми игроками. Люди здесь всё ещё могут ходить, и в их палатах до сих пор было много людей, которые не могут этого сделать.

Сюй Цзыюэ встретился взглядом с некоторыми игроками, которые смотрели на Шэнь Ци. Если бы взгляды могли убивать, Шэнь Ци умирал бы бесчисленное количество раз.

Это были здешние врачи, которые имеют власть над всем, и это также были здешние врачи, которые имеют возможность вылечить их. Любой, у кого есть немного мозгов, будет знать, что отношение игроков, когда они только вошли в этот мир, по сравнению с тем, когда они полностью вылечились, очень отличается.

Даже если они убьют этого НПС здесь, это было бесполезно.

Потому что в зоне лечения должно быть много других врачей.

Они не могли убежать.

После завтрака Шэнь Ци действительно отправил Сюй Цзыюэ на подземный этаж.

Но в отличие от седьмого санатория, дверь в пятый санаторий находилась за большим цилиндром с формалином.

Цилиндр был пуст, но по сравнению с другими он был намного больше...

— Это тот же самый... вид? — Сюй Цзыюэ указал на другие цилиндры.

— Это больше не используется. — Шэнь Ци взглянул на него и равнодушно ответил. Он поднял руки и обнял Сюй Цзыюэ:

— Ты должен вернуться.

Он не спросил Сюй Цзыюэ, когда он вернется, потому что, не зная точно, он мог ждать его вечно.

Сюй Цзыюэ никогда не нарушит обещания.

Сюй Цзыюэ похлопал Шэнь Ци по спине:

— Я увижу остальных пятерых, так что это может занять некоторое время. — Сюй Цзыюэ подумал о плане Шэнь Ци и продолжил, — Не создавай проблем, пока я не вернусь, хорошо?

Шэнь Ци кивнул.

— Я хочу... хочу доказательства. Можешь ли ты дать их мне?

Сюй Цзыюэ был озадачен:

— Да, но какие доказательства... ммм...

Шэнь Ци наклонился и оставил глубокий след поцелуя на ключице Сюй Цзыюэ. Однако это было в месте, где Сюй Цзыюэ не смог бы увидеть, если у него не было зеркала.

Опять это...

Сюй Цзыюэ дважды рассмеялся и обвинил себя в том, что согласился слишком быстро... Нет, нет, нет, его подсознательная реакция заставила его подумать, что он снова встретил «старого любовника».

Независимо от того, что это было, со всеми ними было трудно иметь дело.

У Сюй Цзыюэ было уставшее выражение лица.

Шэнь Ци послал Сюй Цзыюэ к двери, но он не мог ни прикоснуться к двери, ни пройти через неё.

Это было похоже на то, как другие игроки не могут выйти через входные ворота санатория в течение дня.

Коридор был такой же, как и с седьмого на шестой.

Сюй Цзыюэ собрался духом, помахал на прощание Шэнь Ци и направился к пятому санаторию.

Через подземный этаж.

Сюй Цзыюэ увидел ряды стеклянных цилиндров с русалочьими рыбьими хвостами.

Его глаза медленно привыкли к темноте, и теперь он мог видеть эти рыбьи хвосты во всей их полноте.

Просто эти рыбьи хвосты были слишком страшными и странными. Даже просто взглянув на них, Сюй Цзыюэ почувствовал, как его желудок скрутило, а руки покрылись мурашками.

Желая отступить, он сделал шаг назад, но тяжелая дверь за ним в какой-то момент уже закрылась.

Эти рыбьи хвосты были сделаны из двух человеческих ног. Сюй Цзыюэ может сказать это, потому что ноги людей внутри этих цилиндров были насильственно связаны вместе — не только ноги, но и ступни. Две ноги были связаны в один узел, а кожа на внутренней части ног, казалось, была оторвана и сшита вместе, чтобы сформировать форму рыбьего хвоста.

Сюй Цзыюэ полагал, что этот метод насильственного создания рыбьего хвоста определенно не был тем, что сделал бы Остин.

Более того, Сюй Цзыюэ мог сказать по действиям Остина, что ему не нравится его личность.

Он отличался от этих морских чудовищ, но он также отличался и от обычных людей.

Не говоря уже о том, чтобы сделать что-то подобное с кем-то... Это было слишком жестоко.

Сюй Цзыюэ чувствовал, что этот мир, вероятно, будет нелегко зачистить...

Он повернулся, чтобы открыть дверь за собой, но увидел, что у двери даже не было ручки. Дверь также открылась сама по себе, когда он подошел к ней... Теперь, когда он подумал об этом, он почувствовал, что это кажется несколько преднамеренным.

Сюй Цзыюэ сжал кулаки и перешел на другую сторону, изо всех сил стараясь не подходить слишком близко ни к одному из цилиндров.

На подземном этаже было очень тихо. Было так тихо, что Сюй Цзыюэ казалось, что он был там один.

Он на ощупь добрался до другого лифта. Похоже, теперь он мог добраться до пятого санатория.

Но этот лифт, казалось, работал в этот самый момент.

Это действительно была ситуация, с которой он раньше не сталкивался, но поскольку другие игроки всё ещё нуждались в лечении, это было на самом деле довольно нормально.

Лифт остановился на седьмом этаже. Сюй Цзыюэ подождал некоторое время, прежде чем нажать кнопку «вверх», но лифт не двигался.

Возможно, что-то его задерживало.

Но это не имело значения. Он мог бы просто подняться на первый этаж и посмотреть.

Но о том, чтобы покинуть зону лечения, не могло быть и речи. Рядом не было босса, который мог бы его сопровождать. Если он выходил днем, ему нужно было иметь дело с игроками, а если он выходил ночью, то с НПС. Ни с одним из них не было легко иметь дело.

Не говоря уже о том, что его цель была наверху.

На самом деле он хотел только подняться на первый этаж, чтобы посмотреть.

К сожалению, прежде чем он успел покинуть аварийную лестницу первого этажа, Сюй Цзыюэ услышал звуки борьбы. Сюй Цзыюэ тихонько высунул голову и увидел медсестру, стоявшую у кровати, не обращая внимания на борьбу игрока, пока она ждала, когда лифт спустится вниз.

Каждый, кто раньше пользовался лифтом, знал, что если кто-то хочет подняться с первого этажа и если кто-то также хочет подняться с подземного этажа, лифт сначала спустится прямо на подземный этаж, прежде чем вернуться на первый... Будут ли люди, спускающиеся с седьмого этажа, отправлены на подземный этаж?

Сюй Цзыюэ не был уверен.

Но подземный этаж был очень важен. Если только босс мог подняться на этот этаж, и лифт спустился туда, но никто не вошел с этого этажа, это было бы очень странно.

Сюй Цзыюэ повернулся и тихо поднялся по лестнице.

Поскольку сейчас было пиковое время лечения, он должен был просто тихо подняться на тринадцатый этаж, вот так. Заглянуть на первый этаж было уже невозможно.

Сюй Цзыюэ боялся, что к тому времени, как он доберется до шестого этажа, он устанет, поэтому замедлил шаг и медленно сосчитал этаж. Вскоре он без особых усилий добрался до тринадцатого.

Однако следует отметить, что, начиная со второго этажа, Сюй Цзыюэ мог слышать звуки, доносящиеся из коридоров каждого этажа. Однако эти голоса длились недолго. Возможно, они устали, возможно, они не могли кричать, или, возможно, это было по другим причинам.

Хотя эти голоса больше не были слышны, это всё ещё беспокоило людей.

Эмоции в этих голосах были слишком реальными, слишком грубыми, и плач глубоко повлиял на него.

Однако эти голоса больше не были слышны, как только Сюй Цзыюэ достиг тринадцатого этажа.

Сюй Цзыюэ несколько раз глубоко вздохнул, чтобы взбодриться.

На тринадцатом этаже было слишком тихо.

Сюй Цзыюэ прошел в самую дальнюю комнату в коридоре. Дверь была слегка приоткрыта.

Сюй Цзыюэ подумал, не стоит ли ему сначала постучать, прежде чем решить просто наклониться ближе и заглянуть в щель.

Совершенно темно... В этой комнате не было окон, только луч света проникал через дверной проем. Сюй Цзыюэ поднял руку и осторожно толкнул дверь, прежде чем привычно протянуть руку, чтобы найти выключатель.

С легким щелчком включился свет.

Висячая лампа накаливания была единственным предметом в комнате. Четыре стены были полностью выкрашены в белый цвет, и не было ни шкафов, ни столов... только гроб, лежащий в центре комнаты.

Увидев это, Сюй Цзыюэ, естественно, подумал о маленькой кукле, которая любила носить с собой свой гроб.

Просто размер этого гроба не подходил для куклы.

Для маленькой куклы гроб, который он носил с собой, был его кроватью. Хотя Сюй Цзыюэ в основном спал с куклой на руках, Сюй Цзыюэ мог ассоциировать этот гроб только с этой маленькой куклой.

Вспоминая сцену из прошлого, когда он оставил куклу, Сюй Цзыюэ почувствовал себя виноватым.

Ааааа, тогда эта маленькая кукла не знала о его уходе, и Сюй Цзыюэ также обманом заставил его дать ответ на его признание... Ему вообще не сказали правду.

Сюй Цзыюэ сделал шаг назад, желая убежать.

Потому что, если он останется, Сюй Цзыюэ почувствовал, что маленькая кукла может не позволить ему взглянуть на другие санатории. Более того, он также обещал Сунь Мо...

Но когда он вспомнил, как выглядела маленькая кукла, когда он уходил, Сюй Цзыюэ не мог сдвинуться с места.

Пока он колебался, крышка гроба сдвинулась. Она была медленно отодвинута парой рук из гроба.

Человек со знакомым лицом сел. Затем он наклонился вперед, положив одну руку на гроб... И начал изучать лицо Сюй Цзыюэ, прежде чем медленно спуститься и остановиться у удаляющейся ноги Сюй Цзыюэ.

Человек с внешностью Шэнь Ци продолжал смотреть на эту ногу. Затем он напряженно спросил:

—...Ты уходишь?

— ...Ты уходишь?

Этот спокойный тон, который часто используется перед бурей, в основном подтвердил опасения Сюй Цзыюэ. Его вот-вот встретит невыразимый «плохой конец».

Если он не сможет ответить должным образом, ему, возможно, придется встать на колени и просить прощения.

Но он не мог просто ничего не сказать и предоставить этому Шэнь Ци взять ситуацию под контроль. Если это действительно произойдет, с ним действительно может быть покончено.

— Ты... маленькая кукла?

В подобной ситуации, если бы он просто крикнул «Мо», это не сильно помогло бы сузить круг поисков. Сюй Цзыюэ тоже был игроком. Поскольку Шэнь Ци в шестом санатории — это Сунь Мо, вполне возможно, что Шэнь Ци в пятом санатории — это Мо. Не говоря уже о том, что прямо перед ним стоял большой гроб... Хотя вещи в подземном этаже в этот момент не могли быть объяснены, гроб, в котором сидел Шэнь Ци, казался более убедительным.

Если этот Шэнь Ци действительно та маленькая кукла, его слова должны быть несколько эффективными. Если нет... Сюй Цзыюэ мог только догадываться, что Шэнь Ци перед ним подумает, что он психически болен, чтобы внезапно задать такой вопрос кому-то, кого он встретил впервые.

Сюй Цзыюэ чувствовал, что рано или поздно он, вероятно, умрет.

Что касается того, почему кукла стала такой...

Человек, сидевший в гробу, на мгновение остался бесстрастным. Затем он, казалось, отодвинул что-то в сторону, прежде чем согнуть колени, встать и выйти из гроба босиком. Шагая по холодному полу, он приблизился к Сюй Цзыюэ.

На протяжении всего этого времени Сюй Цзыюэ не позволял никаким изменениям на лице Шэнь Ци ускользнуть от него, но даже после наблюдения в течение примерно десяти секунд он, казалось, не мог прочитать его мысли.

И поэтому он инстинктивно чувствовал, что ситуация выглядит не очень хорошо.

Но произошло обратное. Как только этот Шэнь Ци достиг Сюй Цзыюэ, он воспользовался своим ростом и обнял его.

Прижавшись щекой к груди Шэнь Ци, Сюй Цзыюэ тупо моргнул...

— Не уходи.

Не было ни признания, ни явного отрицания.

Но эта ситуация явно означала, что он угадал правильно!

Однако...

Шэнь Ци потерся носом о голову Сюй Цзыюэ и глубоко вздохнул:

— Наконец-то ты появился.

Хотя реакция была настолько сильной, что Сюй Цзыюэ почувствовал себя виноватым, не казалось ли это слишком страшным?

Когда Сюй Цзыюэ подумал об этом, он поднял руку и нерешительно обнял его в ответ.

Так стоит ли ему объясняться сейчас? Но у него, похоже, нет никакого намерения спрашивать об этом. Более того, объяснения могут привести к тому, что ситуация внезапно изменится к худшему... В конце концов, он практически обманул маленькую куклу, заставив её ответить на его признание.

Но если он не объяснился, могут быть и другие скрытые опасности.

В то время как Сюй Цзыюэ всё ещё пытался прийти к решению, удерживая Шэнь Ци, тот выпустил Сюй Цзыюэ из объятий. Он упрямо держал Сюй Цзыюэ за руку, не собираясь отпускать, и повел его к гробу.

Только теперь Сюй Цзыюэ смог разглядеть предмет, который Шэнь Ци передвинул раньше. На мгновение ему показалось, что он ошибся: это была кукла, которая выглядела почти идентично ему самому.

Это была не кукла размером всего в дюжину или около того сантиметров, как в Деревне Гуманоидов, а кукла размером с реального человека!

Правильно, соотношение 1:1!

Сюй Цзыюэ посмотрел на маленькую куклу рядом с ним, которая раньше была несравненно чистой, а затем на полноразмерную надувную куклу в гробу... он потерял дар речи.

Он открыл рот и посмотрел на Шэнь Ци, которого больше нельзя было называть маленькой куклой, а затем на существо, лежащее в гробу с закрытыми глазами. Конечно, это была кукла, поэтому она не могла открыть глаза.

Этот мир больше не был тем миром, который он знал, и этот босс больше не был тем боссом, которого он знал?

— Пока ты здесь, мне это больше не нужно. — Шэнь Ци поднял другую руку и погладил Сюй Цзыюэ по лицу. Уголки его губ на обычно невыразительном лице несколько раз шевельнулись, когда он, казалось, попытался улыбнуться, но вскоре оно вернулось к его обычному выражению.

Он наклонился и поднял руку куклы, похожей на Сюй Цзыюэ. Она была так похожа на него, что только суставы на коленях и локтях не казались похожими на человеческие. Затем он поднял её так, что верхняя половина большой «надувной куклы» тоже была поднята.

Сюй Цзыюэ: Внезапно я чувствую некоторую боль в руке.

— Ты должен пойти со мной. Давай сначала разберемся с этим.

С самого начала и до конца Сюй Цзыюэ только спрашивал, был ли он маленькой куклой. Конечно, у него были причины для этого, но это было также потому, что он был слишком удивлен новыми событиями.

Но, как ни странно, у Шэнь Ци, казалось, не было никаких ожиданий от ответа Сюй Цзыюэ.

От начала и до конца это была всего одна строчка. Это больше походило на шоу одного человека, которое может быть очень скучным, но он, казалось, совсем не возражал.

Похоже, единственным требованием было, чтобы Сюй Цзыюэ был рядом с ним.

В месте, до которого он может дотянуться, в месте, где он может видеть его в любое время.

Если отбросить все эти вещи, то объектом, о котором говорил Шэнь Ци, о котором нужно было позаботиться, была, что неудивительно, кукла, похожая на Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ, наконец, выдавил ещё одну строчку:

— Как с ней справиться? — наконец-то он нашел возможность прервать монолог Шэнь Ци.

Шэнь Ци наклонился ближе к Сюй Цзыюэ и нежно поцеловал уголок его рта.

Когда он смотрел прямо на это лицо, особенно когда эти глаза смотрели прямо на него, Сюй Цзыюэ было трудно не покраснеть.

Затем он ошеломленно последовал за Шэнь Ци. Сделав пару шагов, Сюй Цзыюэ вспомнил про «надувную куклу» в руках Шэнь Ци...

Сюй Цзыюэ: (??△??)| | |

Всю эту куклу в натуральную величину вытащили из гроба за руку, а затем протащили по полу.

Из-за того, что эта кукла так сильно напоминала его, Сюй Цзыюэ было легко увидеть себя в положении куклы.

Такие вещи, как мытье, совместный сон в гробу и даже сейчас...

Теперь, когда Сюй Цзыюэ был здесь, судьба замены была слишком печальной.

Как ни странно, Сюй Цзыюэ, казалось, интуитивно почувствовал это.

Если он снова бросит его, то, вероятно, кончит ещё более несчастным, чем эта кукла.

Сюй Цзыюэ посмотрел на невыразительного, но, казалось, в хорошем настроении Мо, у которого, казалось, был черный фон лилии позади него... и вздрогнул.

Шэнь Ци привел Сюй Цзыюэ в зону сжигания. Это место находилось в глубине коридора на первом этаже. Сюй Цзыюэ никогда раньше не заходил так далеко, потому что он никогда не обращал особого внимания на эту сторону здания, и, судя по тому, что он слышал от других игроков, всё обычно происходило на верхних этажах.

Но он не ожидал, что это место будет моргом и мусоросжигательным заводом.

Прежде чем Сюй Цзыюэ успел спросить, Шэнь Ци объяснил ему:

— Пока в них ещё осталось дыхание, их можно спасти, но в ситуациях, когда мы не можем вовремя их вылечить, мы можем только кремировать их.

Не можете вовремя их вылечить?

Как только игрок входит в этот мир, медсестра назначает его в палату. Хотя он не знал, когда появятся игроки, где они появятся или как медсестры узнают, что они прибыли, не должно быть случая, когда игроки умрут, как только они прибудут в этот мир. То есть... если только они не покончат с собой после прихода в этот мир и больше не смогут спастись.

Шэнь Ци протащил куклу по полу и бросил её в мусоросжигатель.

Пламя охватило куклу, поглотив её целиком. Она таяла и распадалась у них на глазах.

— Ясно, что я могу придумать способ, даже если они полностью парализованы, но всегда есть много людей, которые не хотят продолжать жить. — Шэнь Ци крепче сжал руку Сюй Цзыюэ, — Разве жизнь не важна для них?

— Она важна. Но иногда не все могут думать об этом спокойно. — если они мучаются в течение длительного времени и также не могут сопротивляться, или если даже они будут сопротивляться, но ничего не изменится... Некоторые могут в конечном итоге найти это невыносимым и решить покончить со всем этим.

— Тогда почему ты не хотел вечной жизни? — Шэнь Ци повернулся и посмотрел на Сюй Цзыюэ.

Интуиция Сюй Цзыюэ подсказала ему, что на этот вопрос нужно ответить осторожно.

«Вечная жизнь»... Это, вероятно, относится как к жизни в кукле. Маленькая кукла жила очень долго, но жизнь куклы вечна. Даже если у них были проблемы с телом, они могли заменить его другой частью. Что-то такое, как ещё можно назвать, кроме вечности?

Сюй Цзыюэ спросил:

— Ты раньше видел Эпифиллум?

Шэнь Ци покачал головой.

— Эпифиллум очень красив, но он также очень редок, потому что время его цветения очень короткое, и его очень трудно вырастить. Иногда он расцветал только один раз, а затем умирал. Поскольку это редкость, некоторые готовы ждать несколько дней и ночей, чтобы увидеть его цветение. Именно из-за этого он ценится. Если он цветет 24 часа в сутки, 365 дней в году, даже если его оставить на обочине дороги, никто не обратит на него внимания. Хотя он очень красив, видя его каждый день, его ценность упала бы в глазах людей.

— То же самое верно и для жизни. Из-за того, что она коротка, из-за того, что она недостаточно длинная, жизнь следует беречь. Но в тот момент, когда вы становитесь неспособным умереть, это совсем другая история.

— Если бы это было так, жизнь потеряла бы смысл.

Шэнь Ци уставился на Сюй Цзыюэ, а затем протянул вторую руку, чтобы взять другую руку молодого человека:

— Тогда я останусь рядом с тобой, хорошо?

— Я состарюсь вместе с тобой и умру вместе с тобой. — Шэнь Ци ущипнул Сюй Цзыюэ за пальцы, — Видишь? Теперь я человек.

Ладони Сюй Цзыюэ вспотели от нервозности, но он взял себя в руки и сказал:

— Это не так.

Шэнь Ци нахмурился. Он открыл рот, чтобы заговорить.

Сюй Цзыюэ, однако, не дал Шэнь Ци шанса опровергнуть:

— Как ты сюда попал? И как ты изменил своё тело?

Шэнь Ци не был счастлив, но, услышав слова Сюй Цзыюэ, он на мгновение был ошеломлен:

— Я пришел, чтобы найти тебя... Тебя можно найти здесь, в этом месте, но здесь могут быть только люди.

Сюй Цзыюэ спросил:

— Кто тебе сказал, что меня можно найти здесь?

Шэнь Ци открыл рот, но не смог ответить.

Потому что он вдруг понял, что ничего об этом не помнит.

— И ты пришел сюда не для того, чтобы найти меня, ты перешел в совершенно другой мир. Это мир без Деревни Гуманоидов.

Шэнь Ци поджал губы, продолжая смотреть на Сюй Цзыюэ. Он нахмурил брови, казалось, в раздумьях.

Сюй Цзыюэ снова спросил:

— Ты знаешь... систему?

Лампа накаливания над его головой на мгновение замерцала, прежде чем вернуться в свое обычное состояние.

— Ты — босс игрового мира, связанного с куклами. Если босс покинет мир, миру будет трудно продолжать работать, а если мир не сможет продолжать работать, он больше не сможет существовать. Система восстанавливает данные НПС из мира и перерабатывает их для повторного использования в другом мире.

Сунь Мо узнал, что его мир был игровым после прослушивания разговоров Сюй Цзыюэ с другими игроками. Остин тоже знал об этом, и Гу Цзе, естественно, знал, потому что он знал о режиме игры «специальная фракция». Только куколка не знала.

Таким образом, для него было бы практически невозможно покинуть свой мир.

Потому что он не знал, что его мир — всего лишь игра.

Но куколка упомянула, что он покинул Деревню Гуманоидов.

Без маленькой куклы вокруг, даже если другие куклы были там, деревня не может продолжать существовать.

Причина этого, вероятно, заключалась в том, что маленькая кукла содержит ключ к чему-то. Только с маленькой куклой вокруг другие куклы могут продолжать существовать.

В любом случае, этот мир больше не может продолжать функционировать.

Шэнь Ци усердно расшифровывал слова «босс», «НПС» и тому подобное, о которых упоминал Сюй Цзыюэ. К счастью, он многое пережил в своей жизни, поэтому довольно скоро смог понять это.

Однако Шэнь Ци сказал:

— Ты ошибаешься.

— В чем я ошибаюсь? — Сюй Цзыюэ чувствовал, что его рассуждения звучат довольно логично. Здесь не должно быть никаких недостатков.

— Я побывал во многих местах. — побывав во многих местах и почти сдавшись, он, наконец, оказался здесь.

— Это не противоречит тому, что я сказал ранее.

— Ты сказал, что деревня не сможет существовать, если меня там не будет... Но прошло очень много времени с тех пор, как я оттуда ушел.

— Очень долго — это как долго?

Шэнь Ци наклонил голову. Это было действие, которое иногда совершала маленькая кукла:

— Десять... сто... или даже тысячи лет.

Сюй Цзыюэ был ошеломлен. Он действительно не ожидал этого.

Он побывал во многих местах и останавливался во многих из них, прежде чем, наконец, пришел сюда.

У Сюй Цзыюэ немного пересохло в горле:

— Тогда... В течение этого времени ты всегда блуждал?

— Нет.

— Ты встречался с другими людьми?

— Да.

— Они умерли по-разному?

Шэнь Ци снова кивнул.

Теперь Сюй Цзыюэ понял.

— Люди, с которыми ты столкнулся, вероятно, являются другими игроками. Все места, где ты останавливался — это игры... Но ты просто не осознавал этого. — скорее всего, его уход нарушил и другие игровые миры, в конечном итоге приведя к тому, что он был брошен в этот конкретный игровой мир.

Сунь Мо также сказал, что это было очень давно.

До тех пор, пока он попросит Сунь Мо дать больше разъяснений, он сможет сказать, действительно ли он пережил много миров.

Либо он и босс существуют в разных временных линиях; когда он играл в игры одну за другой, босс переживал бесчисленные миры.

Или данные были разделены, и эти разные части были направлены по разным мирам, и по разным причинам. Возможно, это может быть похоже на случай с маленькой куклой. Если бы каждая часть начала выполнять «поиск», покидая миры, как только они закончат осматриваться, с таким количеством частей босса, идущих одновременно, был бы только один результат — игровые миры были уничтожены.

В результате все данные были восстановлены и реорганизованы в первоначальный вид, прежде чем быть брошенными в это место.

Он пришел к такому выводу, потому что боссы первых нескольких миров были более или менее связаны друг с другом. Если бы не это, Сюй Цзыюэ не осмелился бы высказать такое предположение.

Шэнь Ци наблюдал за Сюй Цзыюэ, который всё ещё был в глубоком раздумье:

— Ты игрок? — хотя он и отрицал слова Сюй Цзыюэ ранее, он не был глуп. После некоторых размышлений он мог в основном предположить, что всё, что сказал Сюй Цзыюэ, вероятно, было правдой.

Но... игроки, о которых говорил Сюй Цзыюэ, все хотели...

Шэнь Ци снова спросил:

— Ты тоже хочешь убить меня?

— Нет... Я нет... — Сюй Цзыюэ быстро покачал головой, — Я-я...

Сюй Цзыюэ наконец выдавил из себя остальные слова:

— Я просто хочу, чтобы я тебе нравился.

Теперь Шэнь Ци вспомнил.

Это правда, что Сюй Цзыюэ ушел сразу же после того, как он сказал, что он ему нравится.

— Я больше не буду этого говорить.

Сюй Цзыюэ знал, что так и будет, но сейчас это было не самое важное.

— У тебя есть какие-нибудь мысли по поводу того, что я тебе только что сказал?

— Пока ты здесь, я всегда могу быть боссом.

Сюй Цзыюэ: «...» Хорошо, ты очень быстро принял свою новую личность.

Но если бы это было так, другой, вероятно, взорвался бы от гнева... И тот, кто стоит перед ним, может даже не знать о том, что происходит между ним и этим другим.

Он должен придумать, как убедить его....

— Я знаю способ не дать тебе уйти.

Нет, это трудно... В конце концов, у него всё ещё было то обещание, которое он дал Остину.

Сюй Цзыюэ колебался несколько секунд, прежде чем, наконец, сказать:

— На самом деле... до встречи с тобой я побывал в нескольких других мирах.

Шэнь Ци нахмурился. Он явно не выглядел довольным, но всё же кивнул и сказал голосом, который был немного более тусклым, чем обычно:

— Да.

Этот его поступок действительно напоминал маленькую куклу.

— Там есть кое-кто... кто подсознательно отреагировал на моё признание после пробуждения... — Сюй Цзыюэ неловко кашлянул.

По сравнению с признанием, о котором говорил Сюй Цзыюэ, Шэнь Ци почувствовал себя более неловко, когда услышал слова «после пробуждения».

— Вы спали вместе?

Выражение лица Сюй Цзыюэ было пустым:

— Ээ....

Шэнь Ци: «...»

После того, как они некоторое время молча смотрели друг на друга, Шэнь Ци, который, наконец, нашел Сюй Цзыюэ, снова решил отступить. В любом случае это уже произошло, так что злиться сейчас было бессмысленно.

— Отныне ты можешь спать только со мной.

Сюй Цзыюэ почувствовал из слов Шэнь Ци, что он, похоже, имел в виду «спать вместе» с Сюй Цзыюэ, просто лежа вместе на кровати, чтобы заснуть.

Это было не то... о чем он думал.

Если бы это было так, он мог бы опровергнуть это без колебаний, но это не было... Он слишком забегал вперед или у маленькой куклы... не было таких желаний?

— Что касается ответа для тебя, у меня есть свои способы. — Шэнь Ци отвел Сюй Цзыюэ от мусоросжигательного завода и поднялся на лифте на второй этаж.

Крики со второго этажа достигли ушей Сюй Цзыюэ, как только лифт достиг его. Сюй Цзыюэ стоял в лифте, не желая выходить.

Шэнь Ци на мгновение опешил. Затем он поднял руку и нажал кнопку закрытия.

В его голосе было немного сожаления и обиды:

— Я забыл.

Хотя он помнил только, что Сюй Цзыюэ боялся темноты, когда они были на лестнице, он мысленно отметил, что всегда должен учитывать реакцию Сюй Цзыюэ, прежде чем что-то делать.

Если Сюй Цзыюэ не хотел этого слышать, значит, он этого не услышит.

Шэнь Ци нажал кнопку тринадцатого этажа.

— Что ты забыл? Ты хотел подняться на второй этаж? Зачем? — хотя его голос тоже слегка изменился после того, как он услышал это, это было не так уж плохо. Ему просто нужно было время, чтобы прийти в себя.

Итак, Сюй Цзыюэ шагнул вперед и нажал кнопку второго этажа. Но к этому времени лифт уже достиг тринадцатого.

— В этом нет необходимости. Тринадцатый этаж подойдет. — Шэнь Ци не ответил на его вопрос.

Но когда они поднялись на тринадцатый этаж, Шэнь Ци повел Сюй Цзыюэ прямо в комнату.

Стены в этой комнате были плотно заполнены всевозможными конечностями, а посередине стоял верстак, заполненный различными инструментами и незаконченной ногой. Все эти конечности были пропорциональны человеческому телу...

— Это...

— Это протезы. Но после их прикрепления они работают даже лучше, чем оригинал.

Такая работа действительно подходила здешнему Шэнь Ци...

Когда Сюй Цзыюэ оглядел комнату, он краем глаза увидел, как Шэнь Ци взял ножницы и поднес их к своему вытянутому языку.

Сюй Цзыюэ бросился к нему быстрее, чем успел подумать, чтобы выхватить ножницы. Он был так потрясен, что больше не мог контролировать выражение своего лица:

— Что ты делаешь?!

Шэнь Ци несколько раз моргнул и сказал с улыбкой:

— Таким образом, ты не сможешь зачистить игру.

Сюй Цзыюэ посмотрел на Шэнь Ци одновременно с гневом и отчаянием... Он спрятал ножницы за спину, чтобы Шэнь Ци не взял их снова.

— Что случилось? — и всё же этот человек, казалось, не думал, что с этим что-то не так.

Сюй Цзыюэ опустил глаза. Он не осмеливался взглянуть на Шэнь Ци:

— Ты... даже если ты это сделаешь, если другие НПС ответят, я могу уйти.

Рука, протянутая, чтобы взять ножницы у Сюй Цзыюэ, замерла и медленно опустилась.

— В таком случае... им тоже следует отрезать языки.

Сюй Цзыюэ быстро взглянул на Шэнь Ци в шоке.

— Я просто шучу. — Шэнь Ци посмотрел на Сюй Цзыюэ, — Если это так, то ты можешь просто перестать встречаться с другими — это нормально?

Если это так, то это ничем не отличается от того, как это было в Деревне Гуманоидов.

Сюй Цзыюэ обнаружил, что застрял в бесконечном цикле. Но если он не прорвется через это, ситуация будет плохой... Если он будет заперт и сможет всё время видеть только одного человека... даже если бы это было лицо, которое нравится фейсконщику, как он, он не смог бы этого сделать.

Сюй Цзыюэ положил ножницы обратно на стол. Шэнь Ци взглянул на них, но больше не делал никаких движений, чтобы взять их.

Сюй Цзыюэ подумал об этом и смог выдавить только одну фразу:

— Ты знаешь о других Шэнь Ци?

Шэнь Ци кивнул:

— Я... пришел из седьмого санатория. Ты понимаешь, что это значит?

— Я видел двух других Шэнь Ци.

— Они позволили мне прийти сюда.

— Ты — данные. Ты думаешь, что можешь оставаться со мной, как человек, до самой смерти, но даже если ты больше не кукла, ты не состаришься, как я.

Шэнь Ци, казалось, догадался, что Сюй Цзыюэ собирался сказать это:

— Тогда я могу превратить тебя в куклу, и мы сможем навсегда... — затем он вспомнил, что произошло после того, как Сюй Цзыюэ превратили в куклу.

Сюй Цзыюэ ненавидел это.

Сюй Цзыюэ отвернулся:

— Вот почему то, что ты говоришь, просто невозможно... Даже если ты запрешь меня, запретишь мне встречаться с кем-либо ещё и не скажешь этого сам, в конце концов ты останешься один.

Шэнь Ци молча поджал губы.

В комнате на минуту, а может, и на две, воцарилась тишина.

— Я тебе не нравлюсь. — Шэнь Ци посмотрел на Сюй Цзыюэ и вспомнил радость, которую он испытал, когда тот выбрал его из тысяч кукол в музее. Думая об этом сейчас, он чувствовал, что всё это было шуткой.

— Ты мне... — Шэнь Ци резко остановился, — Я готов умереть вместе с тобой, но ты не хочешь жить со мной.

Он повторил:

— Ты не хочешь жить со мной.

Сюй Цзыюэ не мог не поднять глаза, чтобы посмотреть на Шэнь Ци, но он встретил только Шэнь Ци, смотрящего на него глазами, полными боли и горя.

Следы слез на его щеках были чем-то, чего никогда не было, когда он был куклой, но теперь, когда он стал человеком, он может плакать.

Но даже в этом случае он не был тем, кого хотел Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ не любил врать, но самой большой его ложью было «ты мне нравишься». Он чувствовал, что, вероятно, был не единственным, кто был обманут, но даже несмотря на всё это, он не хотел, чтобы Сюй Цзыюэ показал, что это была ложь.

Было бы лучше, если бы он продолжал обманывать его.

— Я не лгал тебе. — Сюй Цзыюэ беспомощно поднял руку, чтобы вытереть влажные пятна слез на лице Шэнь Ци, но как только они были стерты, их заменили новыми. Человек перед ним продолжал беззвучно плакать.

Человек, проливающий слезы, явно не был тем, что часто можно увидеть, но это сильно огорчало Сюй Цзыюэ.

— Я действительно не лгал тебе. Я пытаюсь придумать решение, и именно поэтому я пришел сюда. — Сюй Цзыюэ поднял обе руки и помог вытереть слезы Шэнь Ци. Однако его объяснение, казалось, было бесполезным, потому что Шэнь Ци продолжал плакать.

Через некоторое время глаза Сюй Цзыюэ покраснели от беспокойства. Он мог только беспомощно опустить руки:

— Я солгал тебе... но... Я не лгал, что ты мне нравишься. Я также кое-что пообещал остальным. Я действительно хочу найти решение для этого.

— Если ты являешься данными, то мне просто нужно получить твои данные, или если ты можешь получить свои данные, и мы можем изменить их сами, чтобы ты больше не контролировался системой. Как это звучит?

Наконец заговорил Шэнь Ци, который всё это время молчал.

— Как мне их получить?

Сюй Цзыюэ посмотрел в глаза Шэнь Ци, которые внезапно загорелись после того, как постепенно потемнели ранее, и на мгновение не смог ответить ему.

Эти заплаканные ресницы слегка трепетали, и маленькие слезинки слегка стряхивались с каждого моргания.

— Как мне их получить?

Шэнь Ци спросил снова.

Его голос был очень мягким, но, к счастью, место, где он и Сюй Цзыюэ находились в этот момент, также было очень тихим. Было так тихо, что даже если голос был мягким, Сюй Цзыюэ мог услышать слабую дрожь в его словах.

— Я... пытаюсь понять это. — Сюй Цзыюэ на самом деле не осмеливался встретиться взглядом с Шэнь Ци. Эти глаза, смотревшие на него, были слишком целеустремленными, слишком серьезными. Но то, что он сказал, было правдой, и он чувствовал, что должен посмотреть ему в глаза, чтобы выразить свою искренность.

Но даже если Сюй Цзыюэ знал, что то, что он сказал, не было ложью, глядя на Шэнь Ци, он не мог не чувствовать себя виноватым.

— Сейчас слишком много переменных. Пока ничего не подтверждено, я не могу ничего обещать. Просто мои инстинкты подсказывают мне, что есть возможность, и это может быть единственная возможность.

Шэнь Ци опустил глаза и тихо глубоко вздохнул. Словно выражая своё беспокойство, его длинные и загнутые ресницы слегка дрожали, отбрасывая слабую тень под глазами.

Шэнь Ци больше не смотрел на Сюй Цзыюэ глазами, от которых у него сжималось сердце. Он опустил их и некоторое время смотрел в одну точку на полу, прежде чем спросить:

— Ты хотел убедить меня, используя свою интуицию?

Услышав вопрос Шэнь Ци, Сюй Цзыюэ понял, что, возможно, он снова сказал что-то не так. Но... он действительно только что сказал то, что у него было на уме. Однако в подобной ситуации это действительно может показаться неубедительным.

Напротив, это могло даже ещё больше спровоцировать человека перед ним.

— Я... — Сюй Цзыюэ произнес одно-единственное слово, но не смог найти слов, чтобы закончить предложение.

Шэнь Ци не смотрел на него. На этот раз Сюй Цзыюэ смотрел на Шэнь Ци.

Он не упустил ни малейшего изменения в выражении лица Шэнь Ци. Хотя это лицо он видел всего несколько раз в этом мире, он всё ещё мог видеть намеки на маленькую куклу, несмотря на эти тонкие изменения. Увидев Шэнь Ци в таком состоянии, он даже представил себе маленькую куклу, расстроенно опустившую голову.

— Если ты не веришь в меня... Конечно, я также чувствую, что у меня нет большого доверия, но если ты, если ты действительно... — со словами, о которых он, возможно, пожалеет, что произнес их, Сюй Цзыюэ немного заколебался. Однако, когда он столкнулся с таким выражением лица, он действительно не мог не колебаться.

Не говоря уже о том, что человек с таким выражением лица был слишком хорош собой... Маленькая кукольная версия Шэнь Ци на самом деле была чем-то похожа на версию Сунь Мо, но у маленькой куклы был талант заставлять людей чувствовать себя расстроенными. Сюй Цзыюэ мог приписать это только тому, что он был слишком уязвим.

Он слишком часто использовал бы его хрупкую сторону и совсем не стыдился бы этого. Он стоял перед Сюй Цзыюэ, полностью обнажая себя, заставляя других не чувствовать себя плохо из-за него.

— Если ты действительно мне не веришь... Я... я могу остаться. В самом деле! Ты можешь запереть меня и запретить мне встречаться с кем-либо ещё. Но, с другой стороны, я пообещал другим кое-что, так что мне всё ещё нужно разобраться с этим... — голос Сюй Цзыюэ постепенно становился всё тише и тише. Это было не потому, что Шэнь Ци отреагировал, а потому, что Сюй Цзыюэ подумал о версии Сунь Мо в шестом санатории.

Он чувствовал, что вряд ли этот человек отпустит его без претензий.

Если он действительно вернется в шестой санаторий, чтобы убедить его... Он боялся, что тот, вероятно, не отпустит его, и тот, кто здесь, на этом конце, также не будет доверять ему настолько, чтобы позволить ему вернуться в шестой санаторий.

Итак, это действительно была проблема без ответа. У него не было абсолютно никакого способа удовлетворить обе цели.

Не говоря уже о том, что теперь, когда Сюй Цзыюэ вспомнил его, он чувствовал, что... он также не мог полностью отпустить Сунь Мо.

Сюй Цзыюэ чувствовал, что было бы здорово, если бы он знал, как клонировать себя и оставить по одному на каждом конце...

— Хорошо.

Сюй Цзыюэ был ошеломлен.

Было ли это «хорошо» тем, что он имел в виду? Но если это так, то что ему делать с Сунь Мо?

Сердце и разум Сюй Цзыюэ снова были в смятении. Ему даже захотелось несколько раз шлепнуть себя по губам...

— Юэюэ... — Шэнь Ци поднял руки и притянул Сюй Цзыюэ в свои объятия, в процессе прерывая панические мысли юноши, — Я хочу довериться тебе ещё раз.

Он выгнул спину и уткнулся лицом в плечо Сюй Цзыюэ, вдыхая его запах так, что ему показалось, будто он завладел им.

— Ты можешь пойти и получить данные. Я буду здесь... — глаза Шэнь Ци медленно покраснели. Он вспомнил, как ждал его в Деревне Гуманоидов. Это был один год? Два года? Или десять лет? Столетие?

Он больше не мог вспомнить.

Позже он узнал, что те люди, которые приходили сюда, были там только потому, что мир — это игра, и он также узнал, что до тех пор, пока они не зачистят игру, они не вернутся в другой раз.

И вот он решительно сделал свой первый шаг из деревни.

Куда бы он ни пошел, он всегда сталкивался с другими игроками.

Казалось, он покинул деревню в своем игровом мире, но оказался в другом игровом мире... Он остался там и ждал долго, очень долго — пока у него больше не осталось терпения ждать, прежде чем двигаться дальше. Это продолжалось снова и снова.

Это продолжалось до тех пор, пока голос не велел ему оставаться здесь. Только тогда он сможет найти того человека, которого искал всё это время.

И он остался.

Ему было наплевать на игру, и ему было наплевать на свою личность, не говоря уже о правде мира.

Но если мир был фальшивым, и если правила здесь этого не позволяют... Тогда ему придется позаботиться.

— Я буду здесь... ждать тебя. — с большим трудом закончил Шэнь Ци. Но если он продолжит ждать... пока Сюй Цзыюэ не состарится или даже не умрет, сохранит ли он эти воспоминания? И продолжать вечно играть в эту игру, как сейчас?

Он не хотел этого.

Шэнь Ци не хотел смотреть в глаза Сюй Цзыюэ, потому что он мог бы понять эмоции внутри.

Сюй Цзыюэ сказал, что готов остаться. Хотя это не было полной ложью, он мог сказать, что ему не хотелось.

Он не хотел, чтобы Юэюэ делал что-то неохотно...

Ничего.

Хотя Шэнь Ци согласился подождать Сюй Цзыюэ, всё равно было неизбежно, что он не хотел расставаться с ним так быстро, поэтому Сюй Цзыюэ решил остаться на ночь в пятом санатории.

В эту ночь Сюй Цзыюэ крепко обнимал Шэнь Ци, когда они спали вместе в гробу.

Спать в гробу было очень необычно. За исключением щели шириной примерно в ладонь в верхней части, чтобы обеспечить вентиляцию, он был полностью окружен деревянным гробом. Если бы это был кто-то, страдающий клаустрофобией, ему определенно было бы трудно оставаться здесь.

Даже для Сюй Цзыюэ, который не страдал этим, было неудобно лежать в таком узком пространстве.

Свет в комнате был выключен, и вокруг не было других источников света, так что даже если в гробу были промежутки, через которые проникал свет, он ничего не мог видеть.

Он мог чувствовать присутствие другого человека, только полагаясь на свои другие чувства: звук дыхания и тепло, исходящее от тела.

Сюй Цзыюэ не мог уснуть, поэтому он лежал с открытыми глазами, глядя на крышку гроба.

Хотя на самом деле он ничего не видел.

Запах, проникавший в его нос, был только запахом Шэнь Ци. Это заставляло его чувствовать, как будто он полностью окутывал его.

— Не можешь уснуть? — Шэнь Ци зарылся лицом в мягкие волосы Сюй Цзыюэ и глубоко вздохнул, как будто пытался вспомнить его запах.

Голос Шэнь Ци был очень близко. В сочетании с этим небольшим пространством это заставило его не удержаться и несколько раз воспроизвести его в своем сознании.

Надо сказать, что все боссы до сих пор имели превосходную внешность, и у каждого из них был голос, который мог сделать уши «беременными».

Сюй Цзыюэ имел склонность забывать о голосах людей из-за их лиц и обращал на это внимание только в редких случаях, когда они были особенно выдающимися. В нынешней ситуации, когда он ни на йоту не видел лица Шэнь Ци, а голос звучал так близко к его уху, это позволило ему глубже оценить, насколько велик был голос Шэнь Ци.

Это был самый обычный вопрос, но он легко заставил сердце Сюй Цзыюэ забиться быстрее.

Сюй Цзыюэ слегка кивнул с покрасневшими ушами и ответил:

— Да.

Тело, крепко обнимавшее его, продолжало передавать температуру своего тела. Она не была обжигающе горячей, но обладала способностью вызывать у людей беспокойство.

К этому времени покраснели не только уши Сюй Цзыюэ...

Сюй Цзыюэ немного отступил к стене гроба. Это действительно было совсем немного, и это почти не отличалось от того, что было раньше. Он и Шэнь Ци лежали в гробу лицом к лицу так, что было отчетливо слышно дыхание друг друга. Нос Шэнь Ци был чуть выше ушей Сюй Цзыюэ, и Сюй Цзыюэ держали так крепко, что его лицо практически уткнулось в шею Шэнь Ци.

Сюй Цзыюэ чувствовал, что воздух, выдыхаемый из его носа, может, по-видимому, образовать слой тумана на шее Шэнь Ци.

Шэнь Ци нахмурился. Он намеревался найти легкую тему для разговора с Сюй Цзыюэ, но это ощущение на шее заставило его почувствовать себя немного странно.

Пальцы Шэнь Ци дрожали, когда он подавлял те чувства, которые, казалось, не мог понять. Затем он сказал сухим голосом:

— Это немного странно...

Сюй Цзыюэ на мгновение растерялся. Он не понимал, что имел в виду Шэнь Ци. Но когда он слегка приподнял голову, чтобы подумать об этом, Шэнь Ци снова прижал его ко дну и тихо крикнул:

— Не двигайся!

Сюй Цзыюэ застыл. Он нерешительно понизил голос:

— Чт... что случилось? — случилось что-то ужасное?

— Я чувствую себя немного странно...

Когда Сюй Цзыюэ услышал Шэнь Ци, он почувствовал, что в его голосе прозвучал намек на замешательство.

— Что странно? — Сюй Цзыюэ даже начал задаваться вопросом, была ли проблема с системой или данными.

— Тело. — кроме того, Шэнь Ци впервые столкнулся с такой ситуацией. Он поднял руку и прикрыл ею большую часть лица Сюй Цзыюэ.

В темноте выражение лица Сюй Цзыюэ стало ещё более растерянным.

С закрытым лицом воздух, выдыхаемый Сюй Цзыюэ, больше не достигал шеи Шэнь Ци, но ощущение его горячего дыхания на ладони было столь же неудобным для Шэнь Ци.

Сюй Цзыюэ был немного раздражен колебаниями Шэнь Ци. Он оторвал руку мужчины от своего лица и двинулся, чтобы сменить позу:

— Серьезно, в чем дело?

С движением Сюй Цзыюэ Шэнь Ци наконец нашел источник своего дискомфорта. Он тихо застонал и направил руку Сюй Цзыюэ вниз хриплым голосом:

— Здесь... Это неудобно. — если внимательно прислушаться, в его голосе слышались нотки обиды.

Сюй Цзыюэ почувствовал что-то большое.

— ...!!! — в голове у него стало совершенно пусто. Он был так потрясен прямотой Шэнь Ци, что его разум вообще перестал работать.

— Что делать? — Шэнь Ци тяжело вздохнул в ухо Сюй Цзыюэ, — Что это?

Зачем ты положил туда мою руку, если не знал?! Сюй Цзыюэ ошеломленно уставился в направлении лица Шэнь Ци.

В темноте Шэнь Ци слегка улыбнулся.

Сюй Цзыюэ подозрительно спросил:

— У тебя никогда не было этого раньше?

Шэнь Ци ответил смущенным тоном:

— Тело куклы немного отличается от человеческого.

Услышав это, Сюй Цзыюэ счел рассуждения приемлемыми.

Но разве он не был человеком до того, как стал куклой?

Сюй Цзыюэ продолжил:

— Даже до того, как ты стал куклой?

Шэнь Ци покачал головой. Поняв, что Сюй Цзыюэ не может его видеть, он добавил:

— Никогда.

Сюй Цзыюэ мог только неохотно принять это.

С невинностью куклы было нормально, если он не знал об этом. Конечно же, люди были слишком «грязными», и даже эта маленькая кукла была «осквернена».

Сюй Цзыюэ сделал движение, чтобы убрать руку. Когда он это сделал, кончик его пальца случайно коснулся его снова.

Сюй Цзыюэ спокойно откашлялся:

— Это...

— Юэюэ... — у этого голоса был легкий гнусавый звук, как будто говорящий пытался вести себя кокетливо. Этот тон не подходил Шэнь Ци в его нынешнем облике, но он может тронуть сердца большинства людей:

— Я чувствую себя неудобно.

Внутри гроба было тихо около двух или трех секунд. Сюй Цзыюэ остался лежать неподвижно. Шэнь Ци понизил голос и продолжил:

— Ты можешь прикоснуться ко мне?

Сюй Цзыюэ мог только чувствовать, как волна жара пробежала по нему. И лицо, и шея у него горели.

Конечно, жарко было не только в этих местах.

Сюй Цзыюэ почувствовал, как его ладони вспотели от волнения. Он слегка приоткрыл их, когда они задрожали, и упрямо сказал:

— Это неуместно.

Слова Шэнь Ци были настолько откровенны, что Сюй Цзыюэ это показалось довольно страшным.

Шэнь Ци сказал:

— Но когда ты прикоснешься ко мне, я чувствую себя очень хорошо.

Сердце Сюй Цзыюэ колотилось так сильно, что казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Сюй Цзыюэ мог только кивнуть с некоторым волнением:

— Прекрати болтать! Я помогу тебе...

Сюй Цзыюэ чопорно оказал ему свою «помощь». Его действия были немного неловкими, так как он не был знаком с этим, и Шэнь Ци время от времени издавал какие-то странные звуки, заставляя Сюй Цзыюэ ещё больше волноваться.

Сюй Цзыюэ облизнул пересохшие губы. Он так нервничал, что пробормотал:

— Т-ты, прекрати издавать странные звуки.

Шэнь Ци спросил:

— Я не могу?

Сюй Цзыюэ, которого внезапно спросили об этом, не знал, как ответить.

— Дело не в том, что ты не можешь. — просто, когда ты это сделаешь, даже я буду чувствовать себя странно...

Шэнь Ци опустил голову и нежно прикусил мочку уха Сюй Цзыюэ...

Сюй Цзыюэ издал тихий стон. Покалывание распространилось от ушей по всему телу.

— Ты тоже не можешь сдерживаться. — так что перестань просить его об этом.

Сюй Цзыюэ почувствовал, что понял слова Шэнь Ци, но из-за действий Шэнь Ци только что Сюй Цзыюэ быстро сжал ноги вместе.

Тогда ладно.

Он не должен лицемерить.

Шэнь Ци лизнул уши Сюй Цзыюэ:

— Я хочу услышать это снова... Этот звук только что звучал очень хорошо.

Сюй Цзыюэ: Не заходи слишком далеко!

Но поскольку Сюй Цзыюэ не мог отказать ему, Шэнь Ци, естественно, сделал ещё один шаг вперед.

Двое в гробу изрядно вспотели. Шэнь Ци даже применил методы, которым он научился у Сюй Цзыюэ.

Конечно, теперь было невозможно продолжать спать. Они могли только встать, чтобы принять душ и переодеться, прежде чем снова лечь.

И воздух в гробу тоже нужно немного проветрить.

Когда они снова легли, прошло ещё два часа.

Возможно, это было потому, что теперь он чувствовал себя лучше, на этот раз в голосе Шэнь Ци больше не было и следа печали. В этот самый момент Шэнь Ци держал Сюй Цзыюэ в своих объятиях, чувствуя глубокое удовлетворение.

Сюй Цзыюэ вскоре заснул от усталости. Свернувшись калачиком в объятиях Шэнь Ци, он крепко заснул всего через несколько минут после того, как закрыл глаза.

Когда он проснулся на следующий день, Сюй Цзыюэ и Шэнь Ци вместе позавтракали, а затем его отвели на подземный этаж. Расставаясь, Шэнь Ци посмотрел на Сюй Цзыюэ своими темными глазами и предупредил:

— Ты не можешь лгать мне. Я буду ждать, когда ты вернешься.

Сюй Цзыюэ оглянулся на Шэнь Ци и пообещал мизинцем:

— Тогда это обещание.

Шэнь Ци долго смотрел на свой мизинец, прежде чем, наконец, отправить Сюй Цзыюэ к двери, ведущей в четвертый санаторий.

Поход в четвертый санаторий ничем не отличался от предыдущих нескольких раз, за исключением того, что Сюй Цзыюэ чувствовал, что за ним кто-то наблюдает. Однако это чувство исчезло, когда он, наконец, добрался до четвертого санатория.

Вещи, размещенные на подземном этаже четвертого санатория, несколько отличались от предыдущих. Всё пространство пола занимали полки в том же стиле, которые были заполнены стеклянными банками, содержащими различные органы тела.

Сюй Цзыюэ вздрогнул. Однако он не слишком боялся, так как теперь приобрел больше опыта в разных мирах.

Сюй Цзыюэ подбодрил себя. Он пронесся по рядам один за другим, прежде чем, наконец, столкнулся с игроком, одетым в халат для пациентов.

Не только Сюй Цзыюэ, тот игрок, который был поражен внезапным появлением Сюй Цзыюэ, чуть не закричал.

Рот Сюй Цзыюэ работал быстрее, чем его разум. Он тут же выпалил:

— Я игрок!

Сердце игрока ещё не успокоилось от пережитого ранее шока, но эти слова Сюй Цзыюэ мгновенно принесли ему ещё большее облегчение.

Игрок сказал:

— Я думал, что я единственный, кто нашел способ войти... Почему на тебе нет халата пациента? — успокоившись, игрок заметил эту странность.

Сюй Цзыюэ посмотрел на свою одежду... Эта одежда была чем-то, что Шэнь Ци дал ему, чтобы переодеться после вчерашнего купания.

Это были самые обычные футболка и брюки.

Но в этом игровом мире все игроки должны быть одеты в халаты для пациентов.

Мысли Сюй Цзыюэ работали быстро. Вскоре ему удалось найти оправдание:

— Я украл это. Из-за халата слишком очевидно, что я пациент. Как ещё я мог проскользнуть сюда?

— Похоже, у тебя неплохо получается. — он посмотрел на Сюй Цзыюэ и улыбнулся, — Давай объединимся?

Это может быть не очень хорошая идея...

— Я всё ещё жду, когда кое-кто придет. — как Сюй Цзыюэ мог пойти вместе с этим игроком? Естественно, он нашел предлог, чтобы расстаться.

К счастью, этому игроку удалось сбежать после многих трудностей, поэтому он, естественно, не отказался бы от этой возможности только потому, что столкнулся с другим игроком, таким как Сюй Цзыюэ. Он не задержался надолго и вскоре отправился в путь.

Уголки губ Сюй Цзыюэ несколько раз дернулись, когда он наблюдал за удаляющейся фигурой игрока.

На этот раз на этом этаже можно было легко заблудиться из-за плотно набитых полок. Сюй Цзыюэ не спрашивал этого игрока, как выбраться из подземного этажа.

В конце концов, сам по себе этот вопрос был слишком странным.

Более того, Сюй Цзыюэ тоже не очень волновался. Он медленно прошелся по полкам, внимательно оглядываясь по сторонам.

Прежде чем Сюй Цзыюэ успел добраться до выхода с тринадцатого этажа, этот игрок добрался до него первым.

Но его ждал не шанс сбежать, а доктор, который вел группу монстров.

Этот игрок хотел убежать, но страх сделал его ноги мягкими. Не говоря уже о том, что ему всё равно было бы невозможно убежать от этих монстров с его скоростью.

— Нашли сбежавшего пациента. — доктор, ведущий монстров, сказал через радиопередатчик.

После этого доктор что-то выслушал и кивнул:

— Да, хорошо.

Игрок, чье лицо было ярким и солнечным всего несколько мгновений назад, теперь был совершенно тусклым и безжизненным.

Он наблюдал, как доктор поднял руку, и к нему медленно приблизилось чудовище...

— Подожди! Не убивай меня! Есть ещё один игрок, который сбежал отсюда! Он внутри!

Доктор сделал знак монстру остановиться. Он слегка наклонил голову и поднес передатчик ко рту:

— Этот пациент сказал, что есть ещё один пациент, который сбежал.

Человек на другом конце провода что-то сказал, и он кивнул в ответ, прежде чем посмотреть на игрока:

— Где этот пациент?

— Я столкнулся с ним по дороге сюда... Он сказал, что ждет своего спутника, поэтому он не должен быть один.

* * * * *

Сюй Цзыюэ внимательно посмотрел налево и направо, прежде чем выйти. Застигнутый врасплох монстром, он шагнул назад и подсознательно повернулся, чтобы убежать, только чтобы увидеть, что прямо за ним был ещё один.

Сюй Цзыюэ: «...»

Из-за спины монстра появился врач в белом халате. Сюй Цзыюэ некоторое время молчал, прежде чем выдавить улыбку и поприветствовать:

— Привет~

Доктор оглядел Сюй Цзыюэ с ног до головы:

— Из какой ты палаты?

Сюй Цзыюэ не знал, был ли это санаторий. Столкнувшись с подобной ситуацией, он не знал, как ответить:

— Я просто хочу увидеть вашего директора. Я хочу кое о чем... спросить его. — Сюй Цзыюэ, естественно, хотел немного поиграть и посмотреть, знает ли директор о связи между игровым боссом и им самим.

Доктор кивнул.

— Так случилось, что директор тоже хочет тебя видеть. — с этими словами монстры расступились перед ними, позволив доктору отвести Сюй Цзыюэ на тринадцатый этаж.

В то же место, в ту же комнату.

Посмотрев, как доктор уходит, Сюй Цзыюэ встал перед дверью и глубоко вздохнул.

Как только он двинулся, чтобы постучать в дверь, она открылась.

Человек внутри и человек снаружи были ошеломлены.

— Я думал, ты скоро будешь здесь. — человек в комнате с внешностью Шэнь Ци сказал, — Где твой спутник?

Этот Шэнь Ци не делал никаких попыток скрыть своё знакомство с Сюй Цзыюэ. Он говорил с ним так, как будто они друзья, которые знают друг друга много лет.

Хотя у Сюй Цзыюэ всё ещё были некоторые сомнения, он ответил:

— У меня нет компаньона.

— Но человек, который сказал мне, что ты здесь, сказал... что ты не один.

Значит, этот игрок продал его... Сюй Цзыюэ чувствовал, что нашел ответ на вопрос, почему его обнаружили.

Сюй Цзыюэ сказал:

— Я сказал ему эту ложь, потому что не хотел идти с ним.

Шэнь Ци впустил Сюй Цзыюэ в комнату. Директорская комната в четвертом санатории казалась более пригодной для жизни. В отдалении у стены стояла кровать, а в небольшой гостиной стояли диван, журнальный столик и телевизор. Хотя она была не очень большой, она выглядела как полноценный дом.

Этот Шэнь Ци подвел Сюй Цзыюэ к дивану. Затем он налил воды Сюй Цзыюэ, как будто угощал гостя, зашедшего к нему.

— Это...

— В санатории пропал только один пациент. — Шэнь Ци прервал слова Сюй Цзыюэ, — Я очень хорошо знаю.

Он посмотрел на Сюй Цзыюэ и слабо улыбнулся:

— Ты пришел из другого санатория?

Сюй Цзыюэ внимательно посмотрел на Шэнь Ци... Основываясь на его словах только что, Сюй Цзыюэ был ещё более уверен, что этот Шэнь Ци должен иметь какую-то связь с ним.

Но из-за перепутанных данных о боссе Сюй Цзыюэ не мог сказать, какой это может быть босс.

Если он ворвется и совершит ошибку...

Вероятно, будут серьезные последствия.

Поэтому Сюй Цзыюэ просто подтвердил догадку Шэнь Ци и кивнул.

— Хотя я надеюсь, что ты изо всех сил старался найти меня, но это кажется маловероятным... — Шэнь Ци улыбнулся с некоторым разочарованием, — Тебе нужна помощь?

Сюй Цзыюэ не ожидал чего-то подобного. Конечно, он чувствовал, что прямо сейчас должен выяснить, каким боссом может быть Шэнь Ци перед ним.

— Мне действительно нужна помощь, но, как ты уже знаешь, я был в других санаториях и встречался там с другими Шэнь Ци. Вы все выглядите совершенно одинаково, мне трудно сказать, кто есть кто. Но я думаю, что знаю тебя...

Сюй Цзыюэ чуть не выпалил: «Кто ты?»

К счастью, Шэнь Ци понял, о чем хотел спросить Сюй Цзыюэ.

Шэнь Ци улыбнулся и мягко изогнул глаза:

— Я Гу Цзе. По какой-то причине даже после того, как игра закончилась, я не был полностью уничтожен.

Шэнь Ци перед ним был тем самым Гу Цзе, который оставил его покрытым засосами!

Сюй Цзыюэ несколько раз моргнул, обрабатывая эту информацию, а затем снова моргнул.

Глаза Шэнь Ци блуждали по телу Сюй Цзыюэ. Он взял стакан с кофейного столика и медленно сделал глоток, используя стакан, чтобы скрыть изгиб губ. Он спросил:

— Почему такой взгляд? Ты чувствуешь себя неловко, видя меня?

— Это не неловко... — Сюй Цзыюэ бессознательно тоже взял свой бокал и сделал глоток, — На самом деле, судя по времени с моей стороны, я расстался с тобой всего несколько дней назад.

Гу Цзе улыбнулся в ответ:

— Эти твои слова заставляют меня очень завидовать.

Сюй Цзыюэ интуитивно почувствовал какую-то опасность, поэтому тихо заткнулся.

Но Гу Цзе, похоже, не собирался заканчивать разговор. Он поставил свой стакан и неторопливо сказал:

— По сравнению с несколькими днями, я не знаю, сколько времени прошло с моей стороны. — он прижал свою правую руку к левой, — Ты также не знаешь, как мне трудно контролировать себя, когда ты прямо сейчас передо мной.

Сюй Цзыюэ нервно улыбнулся, и по его спине пробежал холодок. Каким-то образом его зрение начало немного затуманиваться.

— С тех пор, как ты пришел сюда... Ты, должно быть, видел других Шэнь Ци?

Сюй Цзыюэ ошеломленно кивнул в ответ.

— Хотя я не знаю, что ты сделал, чтобы они позволили тебе прийти... — Шэнь Ци встал и подошел к Сюй Цзыюэ. Он поймал Сюй Цзыюэ, который больше не мог сидеть прямо, и продолжил:

— Но здесь, если тебе нужна моя помощь, тебе придется заплатить за это. — прошептал Шэнь Ци на ухо Сюй Цзыюэ. Последний, однако, больше не мог нормально слышать звуки из внешнего мира.

Даже если бы он услышал это, он не смог бы понять, что это значит.

Сюй Цзыюэ рухнул в объятия Шэнь Ци и закрыл глаза. Его дыхание было ровным, как будто он только что заснул.

Шэнь Ци опустил голову, точно определил место и глубоко поцеловал его.

Хотя ответа не последовало, чувство, что он наконец-то собирается заключить его в объятия, безмерно наполнило его сердце.

Сюй Цзыюэ чувствовал, что спал очень долго. Он потер затекшую голову и медленно сел. Уголок его губ немного покалывало, так что Сюй Цзыюэ подсознательно лизнул его.

Чувствуется немного опухшим...

Это чувство было похоже на то, которое он испытывал после слишком долгого поцелуя.

И дело было не только в этом.

Его тело было совершенно голым, если не считать обернутой вокруг него простыни.

В этот момент люди Шэнь Ци вошли, толкая тележку с едой. Это было так, словно они заранее рассчитали точное время, когда Сюй Цзыюэ проснется.

Шэнь Ци сказал:

— Я думал, что ты проснешься примерно в это время, поэтому я приготовил для тебя немного еды. — из столовой тележки он достал одну за другой маленькие тарелки и поставил их на кофейный столик. Затем он сел лицом к Сюй Цзыюэ, который всё ещё сидел на кровати с лицом «Кто я? Где я нахожусь? Что случилось?» и улыбнулся:

— Иди сюда и поешь.

Сюй Цзыюэ слегка приподнял ногу... Это чувство пустоты. На нем ничего не было.

Сюй Цзыюэ сухо спросил:

— Где моя одежда?

То, что он получил, было двусмысленной улыбкой:

— Потому что это было неудобно, я снял её для тебя.

Сюй Цзыюэ замолчал: «...»

Гу Цзе расставил посуду и повернулся, чтобы достать набор одежды из шкафа:

— Надень это. Предыдущая всё ещё пахнет другими. Мне это не понравилось, и я выбросил её. — он ясно сказал, что одежда уже выброшена, но всё равно спросил Сюй Цзыюэ, — Это нормально?

Что ещё мог сделать Сюй Цзыюэ? Он мог только кивнуть в знак согласия.

И чтобы иметь возможность чувствовать запах других, может ли его нос быть... Кашлянув, Сюй Цзыюэ быстро перестал воображать. Он быстро надел одежду, которую ему дали под безраздельным вниманием Гу Цзе.

Одевшись, он пошел в ванную, чтобы умыться.

Затем Гу Цзе потащил Сюй Цзыюэ к кофейному столику:

— Ешь.

Только после того, как Сюй Цзыюэ ел до тех пор, пока его желудок не был готов лопнуть, Гу Цзе внезапно сказал:

— Нижнее белье, которое ты носишь, я носил его.

— Кха, кха... угх...

Сюй Цзыюэ поперхнулся.

Гу Цзе протянул Сюй Цзыюэ стакан воды и наблюдал, как тот залпом выпил его. Видя, что он пришел в себя, он добавил:

— Я просто пошутил.

Сюй Цзыюэ повернулся и безжизненно уставился на Гу Цзе.

— Но ты не против чего-то подобного? — Гу Цзе поднял руку и помог Сюй Цзыюэ убрать несколько выбившихся прядей волос за ухо, — Я надеюсь, что ты сможешь принять это. Таким образом, мы сможем быть ещё более близкими.

Сюй Цзыюэ сделал ещё несколько глотков воды, чтобы успокоиться.

Успокоившись, он поставил свой стакан и строго сказал:

— Хотя я уже знал, что ты немного извращенец, похоже, что ситуация ухудшилась?

Гу Цзе, который слышал, как Сюй Цзыюэ сказал это, очень счастливо улыбнулся.

— Ничего не поделаешь... — голос Шэнь Ци был полон беспомощности и нежности, — Мои данные говорят мне, что я не могу жить без тебя.

Сюй Цзыюэ, который притворялся спокойным, больше не мог делать это

В чем разница между этими словами и прямым признанием?

Шэнь Ци наклонился вперед и притянул Сюй Цзыюэ в свои объятия:

— Не хочешь сказать мне, что ты хочешь сделать?

Сюй Цзыюэ отвернулся и положил подбородок на плечо Шэнь Ци:

— Я думал, ты всё знаешь.

— Я только немного догадываюсь. — Шэнь Ци нежно погладил затылок Сюй Цзыюэ, — Исходя из текущей ситуации, зачистить мир не кажется трудным, но поскольку ты не решил остаться в других санаториях, у тебя должно быть что-то, что ты хотел сделать, верно?

— Тогда что, если я скажу, что хочу зачистить мир? Ты позволишь мне?

Шэнь Ци потянул за прядь волос юноши. Сюй Цзыюэ почувствовал некоторое напряжение скальпа, но это не было больно.

— Пока я не заговорю во сне, ты не сможешь отойти от меня.

Сюй Цзыюэ: Хорошо, я понял.

— Тебе не кажется, что этот санаторий немного особенный? Все игроки собираются здесь, и они также могут получить здесь лечение от всех видов болезней. — Сюй Цзыюэ подумал об этом ещё немного, — Это как будто место сбора.

Его поместили в седьмой санаторий, а не в шестой, пятый или четвертый... И затем, принимая во внимание тот факт, что у Шэнь Ци в седьмом санатории не было никаких воспоминаний о нем, Сюй Цзыюэ чувствовал, что этот Шэнь Ци, вероятно, был боссом с наименьшей связью с ним. Здесь были собраны не только игроки, но и все боссы, с которыми он взаимодействовал, даже важные данные о боссах.

— То, что ты сказал, кажется, имеет смысл. Это место действительно немного особенное. Так что же ты собираешься делать?

Сюй Цзыюэ покачал головой:

— Я не знаю. Я просто хочу сначала посмотреть, как обстоят дела в семи санаториях.

— А потом?

Сюй Цзыюэ не мог ответить.

К счастью, Шэнь Ци не стал продолжать расспросы. Он сказал:

— Тогда тебе нужно будет должным образом угодить мне, чтобы я отпустил тебя.

Сюй Цзыюэ прислонился к плечу Шэнь Ци и сменил позу на коленопреклоненную:

— Тогда как ты хочешь, чтобы я доставил тебе удовольствие?

Шэнь Ци поднял руку и положил её на спину Сюй Цзыюэ. Он нежно погладил шею молодого человека:

— Разве ты не знаешь, что мне нравится?

Не то чтобы Сюй Цзыюэ не знал. Просто мысли этого босса были намного более ясными по сравнению с другими боссами. Он уже мог судить об этом только по этим действиям.

Если ему действительно нужно было угодить Шэнь Ци, постыдная игра была неизбежна.

Сюй Цзыюэ потер лицо:

— Хорошо.

Зрачки Шэнь Ци слегка сузились. Уголки его губ приподнялись, показывая явное ожидание.

Сюй Цзыюэ мог только сказать:

— Я не буду говорить слишком много. Просто дай мне несколько бутылок спиртного, чтобы набраться храбрости... кхм...

Шэнь Ци сделал вид, что не расслышал последней части:

— Ты будешь более воодушевлен после выпивки?

Сюй Цзыюэ снова и снова кивал, внутренне думая, что это почти одно и то же.

В санатории не было алкоголя для игроков, но для директора, то есть босса игрового мира, не было ничего невозможного.

И вот, Шэнь Ци очень быстро сумел заполучить в свои руки несколько бутылок алкоголя.

Поскольку он не знал, чего хочет Сюй Цзыюэ, он попросил красное вино, белое вино и пиво.

Сначала Шэнь Ци спросил:

— Что ты хочешь выпить?

Сюй Цзыюэ поднял свой бокал и гордо сказал:

— Давай выпьем их все вместе!

Шэнь Ци был немного удивлен, но сделал, как ему было сказано. Он налил несколько из них в стакан так, что даже если все три были смешаны вместе, это не превышало трех четвертей стакана Сюй Цзыюэ.

На всякий случай Шэнь Ци не хотел, чтобы Сюй Цзыюэ заснул, как только напьется. В конце концов, он уже попробовал Сюй Цзыюэ, пока тот спал.

Сюй Цзыюэ на самом деле не обладал очень высокой толерантностью к алкоголю. Даже если он и пил, то только вскользь со своими одноклассниками, когда он был ещё жив.

Короче говоря, он никогда не пил до опьянения и не впадал в какие-либо пьяные выходки.

Единственный раз это было на круизном лайнере.

Поскольку в то время он был пьян и ему нужно было облегчиться, он случайно попал на хвост Остина... Короче говоря, это было частью его темной истории.

Что касается того, что он будет делать после выпивки на этот раз, Сюй Цзыюэ не был очень уверен.

В любом случае, всё становится проще, как только вы напьетесь.

Как Сюй Цзыюэ с нетерпением ждал, что будет дальше, так и Шэнь Ци с нетерпением ждал, что сделает Сюй Цзыюэ.

Шэнь Ци сидел в стороне, подперев подбородок ладонью. Он спокойно наблюдал, как Сюй Цзыюэ залпом выпил содержимое своего стакана.

Шэнь Ци некоторое время наблюдал за ним и улыбнулся:

— Разве ты не напьешься, выпивая вот так?

Сюй Цзыюэ взглянул на полупустой стакан. Он уже чувствовал легкое головокружение и лихорадку. Он покачал головой:

— Нет, просто немного алкоголя помогает снять напряжение.

Шэнь Ци поднял брови. Он с нетерпением ждал следующих действий Сюй Цзыюэ.

Когда большая часть содержимого попала в желудок Сюй Цзыюэ, он точно определил место на столе, но по какой-то причине его рука не последовала его командам, и стакан был поставлен немного правее того места, где он намеревался его поставить.

С грохотом стакан тяжело опустился на кофейный столик.

Шэнь Ци наблюдал, как щеки Сюй Цзыюэ постепенно покраснели:

— И как? Стал ли ты более смелым?

Сюй Цзыюэ уверенно кивнул:

— Да. — он говорил так, как будто всё ещё был довольно трезв.

Шэнь Ци опустил руку, поддерживающую его подбородок, и небрежно откинулся назад. Он очень соблазнительно улыбнулся:

— Тогда, может быть, ты придешь и порадуешь меня?

Сюй Цзыюэ снова кивнул. Затем он повернулся и сел лицом в противоположную сторону.

Шэнь Ци на мгновение остолбенел.

Сюй Цзыюэ оглядел пустой диван перед собой, прежде чем смущенно покачать головой:

— Нет, нет... Неправильно.

Сюй Цзыюэ не пил до потери сознания, но ему было трудно просто сидеть прямо. Как только он выпрямился, то рухнул обратно на диван.

Сюй Цзыюэ оперся на диван и медленно повернулся лицом к Шэнь Ци, но как только он повернулся, он прищурился и внимательно посмотрел на Шэнь Ци:

— Один, два, три... четыре. — он поднял руку и медленно пересчитал этих Шэнь Ци один за другим, — Тогда кому я должен угодить в первую очередь?

Шэнь Ци вздохнул. Он поднял руку и обхватил ею сзади за шею Сюй Цзыюэ, притягивая его ближе.

— Этому.

В следующее мгновение Сюй Цзыюэ без колебаний подошел к Шэнь Ци и прикусил его губу.

— Сссс...

Шэнь Ци издал тихое шипение боли.

Сюй Цзыюэ не проявил к нему никакого милосердия. Сюй Цзыюэ покусывал нижнюю губу Шэнь Ци до крови.

Шэнь Ци воспользовался этим моментом, чтобы превратить его в поцелуй. Он даже проигнорировал кровь, текущую из его нижней губы, и начал исследовать внутреннюю часть рта Сюй Цзыюэ языком.

Сюй Цзыюэ уже был пьян и растерян, и он чувствовал себя очень одурманенным. Вместе с поцелуем Шэнь Ци, который заставил его задохнуться, Сюй Цзыюэ почувствовал себя ещё более неловко...

Поэтому после того, как Шэнь Ци поцеловал его ещё немного, он заметил, что Сюй Цзыюэ плачет.

Этот человек продолжал плакать, целуя его. Две полосы на его лице были слишком заметны.

Шэнь Ци и Сюй Цзыюэ разделились. Шэнь Ци поднял руку и вытер его лицо:

— Почему ты плачешь? — было ли это потому, что он этого не хотел?

Сюй Цзыюэ шмыгнул носом и обиженно сказал:

— Мне неудобно.

— Где ты чувствуешь себя неудобно?

Сюй Цзыюэ поднял руку, чтобы вытереть глаза, и не ответил на его вопрос:

— Я хочу объятия.

Шэнь Ци улыбнулся и протянул руки, приглашая Сюй Цзыюэ обнять его.

Сюй Цзыюэ ударил по воздуху, как будто пытался оттолкнуть руку Шэнь Ци, но не смог правильно прицелиться. Он сказал:

— Я не хочу, чтобы я обнял тебя. Я хочу, чтобы ты обнял меня.

Шэнь Ци помолчал. Что означало это противоречивое утверждение?

Сюй Цзыюэ снова начал плакать:

— Почему вы все протягиваете руки? — Сюй Цзыюэ почувствовал себя настолько обиженным, что поднял голову и начал причитать, — Почему так много Шэнь Ци???

Шэнь Ци: «...»

Шэнь Ци мог только беспомощно сказать:

— Ты пьян. Ты просто видишь какие-то двойные образы. Есть только один я.

Услышав это, Сюй Цзыюэ энергично вытер лицо рукавом и снова сморгнул слезы. Он начал оглядываться по сторонам.

Шэнь Ци спросил:

— Что ты ищешь?

Сюй Цзыюэ наконец ответил:

— Мне нужен телефон.

— Зачем он тебе нужен?

Сюй Цзыюэ неуверенно встал. Он начал бродить по комнате в поисках одного из них:

— Мне нужно позвонить в школу. Я ещё не отчитывался перед ними.

Шэнь Ци следовал за Сюй Цзыюэ с распростертыми объятиями, боясь, что тот упадет.

Затем он увидел, как Сюй Цзыюэ пошел в ванную, взял бутылку шампуня и поднес её к уху. Он даже начал говорить в него...

Шэнь Ци глубоко вздохнул. Похоже, его план сделать так, чтобы Сюй Цзыюэ удовлетворил его, был разрушен.

Шэнь Ци слушал, как Сюй Цзыюэ разговаривает по «телефону». Сначала он говорил о том, почему он не ходил в школу, а затем это превратилось в то, что он спросил, в какой университет пошли его одноклассники, прежде чем, наконец, перейти на совершенно другой курс...

Шэнь Ци похлопал Сюй Цзыюэ по плечу:

— С кем ты разговариваешь по телефону?

Сюй Цзыюэ на мгновение поднял глаза к потолку и ответил:

— С моей мамой.

И вот Шэнь Ци подыграл ему и сказал:

— Уже поздно. Пусть тетушка поспит.

Сюй Цзыюэ «повесил трубку» и начал хихикать. Когда Шэнь Ци спросил его, почему он смеется, Сюй Цзыюэ хихикнул и сказал:

— Я не смеюсь.

Шэнь Ци кивнул: Хорошо, те, кто пьян, никогда не знают, что с ними что-то не так.

Шэнь Ци сделал движение, чтобы поднять Сюй Цзыюэ с пола в ванной:

— Пол холодный. Давай встанем и посидим снаружи.

Сюй Цзыюэ посмотрел на свои ноги и надул губы. Он обиженно покачал головой:

— Я не могу.

Шэнь Ци не мог угнаться за мыслями Сюй Цзыюэ:

— ...Почему нет?

Глаза Сюй Цзыюэ снова увлажнились. Он в замешательстве посмотрел на Шэнь Ци:

— Мой хвост не может меня поддерживать.

Шэнь Ци тупо посмотрел на Сюй Цзыюэ: «???»

Его данные не говорили ему, как он может справиться с этой ситуацией.

Не говоря уже о том, как, черт возьми, выглядят эти ноги-хвост?

— Мой хвост... вууу... — Сюй Цзыюэ похлопал себя по ноге и всхлипнул, — Он не будет ходить. Он не может этого сделать.

Шэнь Ци опустил голову и наблюдал, как Сюй Цзыюэ покачивает задницей на полу, а затем обнимает одну из своих ног... В этот момент Шэнь Ци почувствовал, что Сюй Цзыюэ слишком чертовски мил.

Шэнь Ци наклонился и погладил Сюй Цзыюэ по волосам:

— Не плачь. Всё в порядке... Если хвост не может, я могу просто нести тебя.

К счастью, Сюй Цзыюэ на этот раз не сделал ничего странного. Он послушно позволил Шэнь Ци отнести себя в постель.

Оказавшись на кровати, Сюй Цзыюэ сразу же откинулся на спину и перекатился, как будто готовясь ко сну. Шэнь Ци тоже думал, что хочет спать. Он взглянул на недопитый алкоголь на столе и почувствовал, что не должен позволять своему маленькому предку прикасаться к ним в будущем.

Когда Сюй Цзыюэ зарылся лицом в простыни, Шэнь Ци погладил его по волосам. Он сказал Сюй Цзыюэ, который уже лежал неподвижно:

— Не зарывайся в простыни. Ты не сможешь дышать...!

«Бах! ...А!»

— ...Угх!

Сюй Цзыюэ яростно вскочил с кровати, чтобы преподнести Шэнь Ци «сюрприз», но в результате их головы врезались друг в друга.

Оба получили некоторые повреждения, но это не было большой проблемой для босса.

С другой стороны, Сюй Цзыюэ плакал.

Он плакал и шмыгал носом, пытаясь успокоить себя:

— Не плачь, не плачь. Ты большой, крепкий мужчина.

Шэнь Ци не знал, смеяться ему или плакать.

Большой, крепкий мужчина Сюй Цзыюэ схватился за голову от боли, изо всех сил стараясь удержаться от слез.

Некоторое время он оставался в таком положении и время от времени шмыгал носом и вздыхал. Шэнь Ци сидел в стороне, наблюдая, как Сюй Цзыюэ разыгрывает эту трагическую пьесу.

Румянец от выпитого распространился с его щек на остальную часть лица и шею. Этот раскрасневшийся взгляд был не очень заманчивым, и на самом деле он больше походил на обезьянью задницу, но Шэнь Ци на удивление всё ещё находил Сюй Цзыюэ странно милым.

Сюй Цзыюэ вздохнул:

— Хaa... Это так больно.

Шэнь Ци подыграл жалобному акту Сюй Цзыюэ:

— Что болит? — развеселившись, он даже потянулся, чтобы погладить Сюй Цзыюэ по лицу.

Сюй Цзыюэ попытался отмахнуться от руки Шэнь Ци, но Шэнь Ци слишком быстро уклонился, в результате чего ударил себя по лицу.

«Хлоп» Это был очень четкий звук.

Шэнь Ци подумал, что Сюй Цзыюэ снова собирается заплакать, но, в конце концов, тот продолжил, как будто он вообще этого не чувствовал. Он пробормотал себе под нос:

— У меня нет денег.

Шэнь Ци спросил:

— На что тебе нужны деньги? — здесь деньги были бесполезны.

— Ты не понимаешь. У дедушки Мао* много преимуществ.

П/п: Мао Цзэдун — революционер и политик, изображен на купюрах.

Шэнь Ци улыбнулся и кивнул в знак согласия:

— Да, да. Много преимуществ.

Сюй Цзыюэ поднял руку и с силой ударил Шэнь Ци в грудь. С раскрасневшимся лицом он выжидающе посмотрел на последнего.

Шэнь Ци посмотрел на руку, лежащую у него на груди. Из своего носа он издал вопросительный звук:

— Хм?

Сюй Цзыюэ хотел что-то сказать, но его мысли были прерваны ощущением, исходящим от его руки. Он некоторое время ощупывал одежду, а затем сжал её несколько раз, прежде чем издать пару смешков.

Глаза Шэнь Ци потемнели. Он толкнул Сюй Цзыюэ на кровать и, не говоря больше ни слова, придвинулся, чтобы поцеловать его.

Сюй Цзыюэ поспешно прикрыл рот рукой:

— Нет! Я не как простая женщина!

Шэнь Ци подумал, что ослышался:

— Ты не кто?

Сюй Цзыюэ повторил:

— Я не как простая женщина!

Шэнь Ци: Похоже, проблема была не в его ушах.

Очень скоро Сюй Цзыюэ отбросил в сторону слова, которые он только что произнес:

— Но это не то же самое, если у тебя есть деньги.

Но слова, которые он отбросил в сторону, были словом «простой», а не «женщина».

Шэнь Ци больше не знал, на что было похоже его собственное выражение лица. Он слез с Сюй Цзыюэ и сказал:

— Если у меня будут деньги, ты сделаешь всё?

Сюй Цзыюэ тоже сел. Его указательный и средний пальцы правой руки были сведены вместе, и он прикоснулся к губам, как будто делал курительный жест. Затем он со вздохом покачал головой:

— В наши дни трудно выжить в обществе, в конце концов.

Если бы не тот факт, что между его пальцами не было сигареты, и тот факт, что его лицо было таким красным, а также это было смешно, Шэнь Ци, возможно, попался бы на это.

Но поскольку Сюй Цзыюэ хотел действовать, Шэнь Ци решил подыграть.

— Значит, это, вероятно, не в первый раз? — попутно он мог бы также подтвердить, как далеко продвинулись другие части данных.

В результате Сюй Цзыюэ поднял другую «некурящую» руку и с сожалением коснулся своего лица. Он покачал головой и сказал:

— Я весь старый и болезненный. Молодой человек, вы первый, кто проявил ко мне интерес.

Шэнь Ци снова замолчал: «...»

Через несколько секунд Шэнь Ци наконец придумал, как продолжить разговор:

— Я найду кого-нибудь, чтобы получить деньги.

Сюй Цзыюэ быстро кивнул:

— Иди, иди!

Итак, Шэнь Ци подошел к телефону у двери и позвонил на пост медсестры, чтобы прислали немного денег.

Когда Шэнь Ци повесил трубку, он обернулся и увидел, что Сюй Цзыюэ уже встал с кровати и как раз допивал оставшееся пиво из бутылки.

Шэнь Ци быстро подошел и выхватил его... На самом деле он хотел, чтобы Сюй Цзыюэ немного отдохнул после этого. Он не знал, что ему делать, если Сюй Цзыюэ выпьет ещё больше.

Сюй Цзыюэ, который был заключен в его объятия, обиженно крикнул:

— Я хочу воды. Я хочу пить.

На этот раз Шэнь Ци не отпустил Сюй Цзыюэ. Он потащил его за собой, налил ему стакан воды, посмотрел, как тот пьет, а затем повел его обратно к кровати. Всё это время он не позволял ему бездельничать.

А потом пришла медсестра с деньгами.

Шэнь Ци лишь приоткрыл небольшую щель в двери. Он не позволил Сюй Цзыюэ заглянуть за дверь или медсестре заглянуть внутрь комнаты.

Держа в руках пачку денег, Шэнь Ци сел рядом с Сюй Цзыюэ и показал ему деньги.

Сюй Цзыюэ протянул руку, чтобы схватить их, но Шэнь Ци увернулся. Сюй Цзыюэ попытался ещё раз, но Шэнь Ци снова увернулся от него.

Сюй Цзыюэ подумал об этом. Он начал расстегивать воротник и кричать:

— Давай!

Шэнь Ци: ...Такого развития событий я не ожидал.

Шэнь Ци подумал, что раз уж всё так сложилось, он может продолжать. В конце концов, он был тем, кто платит... И, судя по всему, Сюй Цзыюэ был пьян и, возможно, более сговорчив и полон энтузиазма.

Когда Шэнь Ци приблизился, Сюй Цзыюэ ослабил одну руку, которая держала его за воротник, и распахнул его перед Шэнь Ци. Он упрямо сказал:

— Заплати одной рукой, а другой делай! — когда он закончил, Сюй Цзыюэ добавил, — Одна банкнота, один раз. Никаких торгов!

Шэнь Ци глубоко вздохнул и попытался сдержаться... но не смог.

Он подпер лоб рукой и передал пачку банкнот. Он сказал беспомощно и несколько разочарованно:

— Возьми это.

Затем Шэнь Ци обнаружил, что наблюдает, как Сюй Цзыюэ радостно пересчитывает деньги. Когда он просматривал толстый сверток, способ подсчета Сюй Цзыюэ был действительно уникальным.

— Раз, два, три, четыре, два, два, три, четыре... Пять, два, три, четыре, шесть, два, три, четыре...

Шэнь Ци нечего было сказать: «...»

Когда у Сюй Цзыюэ закончились силы, прошло больше получаса.

Сюй Цзыюэ лежал в постели, держа свою пачку денег с глупой улыбкой на лице.

Шэнь Ци беспомощно посмотрел на грязную кровать. Он хотел вытащить простыни из-под Сюй Цзыюэ, чтобы прикрыть его, но Сюй Цзыюэ это совсем не понравилось, и он остался лежать поперек кровати, совершенно не желая двигаться.

— С тех пор, как ты отдал их мне, они мои. Ты не можешь прикоснуться к ним... Ты иди вперед и делай всё, что хочешь...

Шэнь Ци немного подождал. Конечно же, Сюй Цзыюэ заснул.

Наконец-то уснул.

Шэнь Ци вздохнул с облегчением. Он оглядел беспорядочную комнату и начал убирать её. Но прежде чем он сделал это, он переместил Сюй Цзыюэ, этого своего маленького предка, на диван.

Убрав постель, он снова отодвинул Сюй Цзыюэ.

Остаток ночи Шэнь Ци наблюдал, как Сюй Цзыюэ крепко спит в постели, допивая оставшийся алкоголь.

Но он, похоже, не мог напиться. Таким образом, Шэнь Ци бодрствовал до тех пор, пока Сюй Цзыюэ не проснулся от своего сна, всё ещё немного ошеломленный.

Как только Сюй Цзыюэ проснулся, его мысли всё ещё были заняты мечтой о доме, наполненном деньгами. Он протер глаза и с радостью поделился этим сном с Шэнь Ци, который сидел на диване рядом с ним.

Шэнь Ци поставил бутылку, которая уже давно была пуста. Он прикончил её задолго до того, как Сюй Цзыюэ проснулся.

Увидев, что Сюй Цзыюэ проснулся и протрезвел, Шэнь Ци почувствовал, что ему пора расплатиться с долгом.

Он взял на себя инициативу попросить несколько напитков и даже намеренно смешал их... Шэнь Ци думал, что Сюй Цзыюэ сделал это, потому что он мог пить, но он не ожидал, что когда тот пьян, с ним будет очень трудно иметь дело. Шэнь Ци не поверит, если скажут, что Сюй Цзыюэ не знал, каким он был, когда пьянел.

Шэнь Ци мягко спросил:

— Хорошо спал?

Сюй Цзыюэ кивнул:

— Довольно хорошо. — когда он проснулся, у него не было никаких воспоминаний о событиях прошлой ночи.

Но Шэнь Ци был счастлив напомнить Сюй Цзыюэ о его выходках.

Шэнь Ци спросил:

— Как прошел твой вчерашний звонок в школу?

Сюй Цзыюэ был смущен:

— А?

Шэнь Ци продолжил:

— Тетя что-нибудь сказала?

Сюй Цзыюэ моргнул, чувствуя, что это звучит немного знакомо.

Затем Шэнь Ци спросил:

— Как чувствует себя твой хвост? Ты сможешь сегодня ходить?

Сюй Цзыюэ: ???

С каких это пор у него появился хвост?

Но почему-то эти слова звучат немного знакомо.

— Старый и болезненный... Сколько тебе лет в этом году? — когда Сюй Цзыюэ заснул, Шэнь Ци повторил всё, что тот говорил. Вспоминая об этом, он иногда издавал пару смешков.

Но чтобы заставить Сюй Цзыюэ вернуть свои долги, Шэнь Ци, естественно, не сказал ему, что нашел это забавным.

После расспросов Шэнь Ци Сюй Цзыюэ постепенно вспомнил события прошлой ночи. Если бы его спросили, о чем он думал в то время, Сюй Цзыюэ тоже не знал!

Он и не знал, что с ним может быть так трудно после того, как он напился!

Взволнованный взгляд Сюй Цзыюэ, когда он говорил о своем сне, исчез. Он виновато опустил голову и робко посмотрел на Шэнь Ци. Всё, чего не хватало в этом его действии, это строки: «Ваше величество, этот раб был неправ».

Увидев виноватый взгляд Сюй Цзыюэ, Шэнь Ци подошел и посмотрел на него сверху вниз.

— Я действительно хотел быть более смелым. — жалобно сказал Сюй Цзыюэ. — Это в первый раз.

Шэнь Ци рассмеялся в гневе. Он ткнул указательным пальцем в лоб Сюй Цзыюэ:

— Этот? Ты всё ещё не протрезвел? Всё ещё думаешь, что ты женщина?

Сюй Цзыюэ внимательно оценил выражение лица Шэнь Ци. Он чувствовал, что дело не в том, что Шэнь Ци не может простить его, поэтому Сюй Цзыюэ воспользовался этим, сменил позу на коленопреклоненную и обвил руками шею Шэнь Ци:

— Разве я не угодил тебе вчера?

Шэнь Ци: «...» Действительно, ты сделал это...

Затем Сюй Цзыюэ прошептал тихим голосом:

— И я сказал, что ты можешь делать всё, что угодно, после игры... разве это не ты ничего не сделал?

Шэнь Ци фыркнул. Он хлопнул Сюй Цзыюэ по талии:

— Ты хочешь сказать, что это я виноват? Одна банкнота за один поцелуй. Одна банкнота за прикосновение... Ты думал, я тебя отпущу?

Сюй Цзыюэ посмотрел наверх. Он чувствовал, что Шэнь Ци был слишком прямолинеен.

Но...

— Так ты хочешь, чтобы я это сделал? — Сюй Цзыюэ радостно встал, — Ты должен был сказать это раньше!

На мгновение Шэнь Ци не понял, почему Сюй Цзыюэ вдруг так разволновался. Но за то время, что эти два предложения прокручивались в его голове, Шэнь Ци наконец понял...

Сюй Цзыюэ, казалось, не думал, что что-то не так. Обращаясь со своим маленьким шу, он должен научиться быть более внимательным. Например...

— Когда я проснулся, тебя не было в постели. Ты не спал прошлой ночью? Это никуда не годится. Тебе следует поторопиться и немного поспать. Ты голоден? Куда мне пойти за едой? Я помогу тебе принести немного?

— ...Замолчи.

Сюй Цзыюэ тут же закрыл рот.

Когда выражение лица Шэнь Ци становилось всё более и более странным, Сюй Цзыюэ, наконец, понял, что, похоже, неправильно понял.

— Секс — это, естественно, приятные ощущения при взаимном согласии. — Шэнь Ци поднялся и нежно ущипнул Сюй Цзыюэ за щеку, — Ты действительно думал, что я тебя отпущу?

Сюй Цзыюэ: Хорошо. Он был взволнован напрасно.

— Но я не ожидал, что у тебя в рукаве столько трюков. — Шэнь Ци взглянул на нижнюю половину Сюй Цзыюэ. Тот быстро прикрылся и настороженно посмотрел на Шэнь Ци.

Шэнь Ци рассмеялся:

— Ты не угодил мне вчера, так не должен ли ты дать какую-то компенсацию? Иначе... — он нежно потер мочку уха Сюй Цзыюэ, отчего часть его шеи почувствовала себя немного щекотно.

— ...В противном случае, я не позволю тебе найти остальных.

Шэнь Ци должным образом продемонстрировал Сюй Цзыюэ, что означает «ты можешь сбежать в первый же день, но ненадолго».

* * * * *

Сюй Цзыюэ был отправлен на подземный этаж с распухшими губами и дрожащими ногами. Он чувствовал себя немного неловко и не мог удержаться, чтобы время от времени не облизывать место во рту, которое немного порвалось. Но каждый раз, когда он лизал это место, Сюй Цзыюэ чувствовал, что внутри у него немного жарко.

Шэнь Ци то и дело наблюдал, как выпячивается щека Сюй Цзыюэ, когда его язык ощупывал её.

Это можно рассматривать как его месть за то, что Сюй Цзыюэ прикусил губу прошлой ночью... Шэнь Ци удовлетворенно улыбнулся.

По сравнению с другими, с этим Шэнь Ци, в котором Гу Цзе занимал большую часть, было не очень трудно иметь дело. По его мнению, поскольку Сюй Цзыюэ смог прийти сюда из седьмого санатория, это означало, что Сюй Цзыюэ смог убедить трех других боссов. Здесь... он чувствовал, что также не сможет отказаться. Лучше было позволить Сюй Цзыюэ достичь своей цели раньше, чтобы он мог быстрее увидеть юношу снова.

Сюй Цзыюэ подошел к третьему санаторию, держась за лицо. Когда он уходил, Шэнь Ци не забыл сказать несколько слов.

— У меня не было возможности попробовать нижнюю половину. Я попробую её в следующий раз.

Ответ Сюй Цзыюэ состоял в том, чтобы просто оттолкнуть лицо Шэнь Ци:

— Твой разум полностью заполнен извращенными вещами... — даже если ты хорошо выглядишь, тебе не следует говорить что-то подобное на публике! Это так, даже если рядом нет третьего человека!

Шэнь Ци серьезно кивнул:

— Полагаю, что так.

— В конце концов, у меня больше нет ничего, что мне нравилось бы. Вот о чем я всё время думаю.

Сюй Цзыюэ: Хорошо, тогда... Значит, это одна из твоих черт.

Сюй Цзыюэ ушел с телом, покрытым красными отметинами. Он мог только надеяться, что следующий Шэнь Ци не захочет тоже сорвать с него одежду.

Когда он шел по коридору, Сюй Цзыюэ был погружен в свои мысли. Шэнь Ци в седьмом санатории должен был иметь часть Остина, в шестом санатории был Сунь Мо, в пятом санатории была маленькая кукла, в четвертом санатории был Гу Цзе... Он воссоединился со всеми боссами, с которыми встречался в предыдущих игровых мирах.

Значит, боссом в третьем санатории должен быть тот, кого он ещё не встречал... Тогда почему бы ему просто не встретиться с ним и не отправиться прямо во второй санаторий?

Как только Сюй Цзыюэ подумал об этом, он толкнул дверь и был встречен Шэнь Ци, стоящим у двери и улыбающимся в ответ...

Судя по всему, он знал, что тот придет, и ждал его.

За этим Шэнь Ци была футуристически выглядящая комната, заполненная мониторами камер наблюдения.

Все стены были плотно заставлены экранами мониторов, и все экраны отображали разные места.

От седьмого санатория до второго санатория был показан каждый уголок. Даже проходы, соединяющие санатории вместе, находились под наблюдением.

Однако Сюй Цзыюэ за всё это время не видел ни одной камеры наблюдения.

Но поскольку все контролировалось, это объясняло, почему этот Шэнь Ци стоял там и ждал его.

У Сюй Цзыюэ не было времени обращать внимание на эти мониторы. Присутствие Шэнь Ци прямо перед ним напомнило ему, что если бы он захотел отправиться прямо во второй санаторий, это было невозможно.

Этот Шэнь Ци многозначительно взглянул на одежду Сюй Цзыюэ. Сюй Цзыюэ даже задался вопросом, было ли у него рентгеновское зрение, потому что он чувствовал, что стоит перед ним голым.

— Это... я... — Сюй Цзыюэ поднял руку и сделал жест, пытаясь дать объяснение, но под всё более знакомым взглядом другого он снова медленно замолчал. По какой-то причине Сюй Цзыюэ почувствовал, что этот Шэнь Ци напомнил ему о том, что было в седьмом санатории.

Другими словами, его темперамент был похож на темперамент Остина.

Этот Шэнь Ци шагнул вперед и внимательно осмотрел Сюй Цзыюэ. Затем он поднял руку и поиграл с его прядью волос:

— Хотя я и поощрял тебя захватить остальных, ты, похоже, переборщил.

Сюй Цзыюэ на мгновение остолбенел. За этим последовало удивление. Его глаза расширились, когда он с недоверием посмотрел на Шэнь Ци перед собой.

Единственным, кто был готов дать себе «зеленую шляпу» и сказать ему что-то подобное, мог быть только... Остин!

Сюй Цзыюэ с удивлением посмотрел на этого Шэнь Ци:

— Остин?

Этот Шэнь Ци кивнул с улыбкой. Его пальцы опустились и коснулись щеки Сюй Цзыюэ. Видя, что Сюй Цзыюэ казался чрезвычайно счастливым, он спросил:

— Ты так счастлив?

Сюй Цзыюэ был слишком взволнован, чтобы обращать внимание на руку Шэнь Ци. В конце концов, он привык к тому, что люди с внешностью Шэнь Ци что-то с ним делают.

Сюй Цзыюэ был так счастлив, что вскочил и бросился на Остина:

— Это действительно Остин!!!

К счастью, босс обладал значительной силой рук и мог твердо поддерживать Сюй Цзыюэ.

Видя, что Сюй Цзыюэ всё ещё ведет себя как ребенок, он пошутил:

— Почему мне кажется, что ты ещё не вырос?

Сюй Цзыюэ обнял его за шею и сказал с усмешкой:

— Потому что прошло совсем немного времени с тех пор, как я расстался с тобой... Ну, наверное, прошло всего несколько месяцев.

Шэнь Ци решительно сказал:

— Я немного завидую тебе.

Эта фраза звучит немного знакомо... Сюй Цзыюэ, однако, отбросил эту мысль на задворки своего сознания и продолжал цепляться за Шэнь Ци, как коала.

Сюй Цзыюэ спросил:

— У тебя здесь так много мониторов... Ты уже знал, что я приду сюда?

— Да. — кивнул Шэнь Ци. Он перенес Сюй Цзыюэ на стул в центре комнаты:

— Как ещё, по-твоему, ты мог пройти по этим коридорам?

— Коридорам?

Шэнь Ци объяснил:

— Коридоры, проходящие между санаториями. Даже если это буду я, это будет нелегко пройти... Но я могу открыть двери для других.

Он был единственным, кто мог контролировать открытие и закрытие дверей между проходами, но цена этого была слишком высока. Он был из тех, кто не стал бы делать то, что стоило бы ему чего-то, если бы не было необходимости.

И поэтому он просто стоял там каждый день... наблюдая за Сюй Цзыюэ, ожидая, когда он придет.

Конечно, если бы Сюй Цзыюэ не обнаружил подземный этаж, он бы попытался рассказать ему об этом.

К счастью, у Сюй Цзыюэ всё ещё была авантюрная сторона.

— Ух ты! Ты потрясающий! — Сюй Цзыюэ преувеличенно похвалил его, а затем изменил ход разговора, — Значит, ты тоже отпустишь меня?

— Ты хотел пропустить то, что делал до того, как пришел? — Шэнь Ци плавно расстегнул пуговицы на воротнике Сюй Цзыюэ, обнажив засосы под ним.

Шэнь Ци поднял брови:

— Хм?

— Не потому ли, что ты сказал... сделать всё возможное... чтобы захватить... — под пристальным взглядом Шэнь Ци голос Сюй Цзыюэ становился всё тише и тише, пока его больше не стало слышно.

Шэнь Ци поднял руку и коснулся губ Сюй Цзыюэ. Пальцами он осторожно приоткрыл рот и прижал язык, чтобы тот больше не мог говорить.

Шэнь Ци многозначительно сказал:

— Ты не можешь отдавать предпочтение одному перед другим, верно?

Он уже воспользовался его ртом. Ещё один... Сюй Цзыюэ попытался утешить себя тем, что это ничего не изменит.

Конечно, в процессе этого он обнаружил, что эти двое на самом деле ничем не отличаются... кхм.

У Сюй Цзыюэ немного болело горло. Он обмяк в объятиях Шэнь Ци, совсем не желая двигаться.

У этих двух людей, похоже, есть особая привычка. Они оба любят ставить на нем метки и всегда специально перекрывали предыдущие... Сюй Цзыюэ чувствовал, что эта форма ревности была очень своеобразной.

Отношения между данными... На самом деле это было непонятно.

Сюй Цзыюэ спросил хриплым голосом:

— Ты можешь видеть здесь только от второго санатория до седьмого?

Шэнь Ци легонько погладил Сюй Цзыюэ по голове:

— Да.

— Тогда как выглядит первый санаторий? — Сюй Цзыюэ было очень любопытно. Ему очень хотелось посмотреть, как выглядят все семь.

— Не знаю. — очень просто ответил Шэнь Ци, — Моё место здесь очень ограничено. Не позволено делать некоторые вещи.

— Что именно?

— Не позволять никому проходить через проходы.

Сюй Цзыюэ наклонил голову, чтобы посмотреть на Шэнь Ци:

— И всё же ты пропустил меня?

Шэнь Ци улыбнулся:

— ...Мои собственные данные были скопированы, так что не имеет значения, будут ли они уничтожены.

Сюй Цзыюэ неодобрительно посмотрел на Шэнь Ци. Затем он начал обыскивать его тело с намеком на беспокойство в голосе:

— Ты чувствуешь себя некомфортно где-нибудь прямо сейчас?

Шэнь Ци покачал головой. Он остановил ищущие руки Сюй Цзыюэ:

— Нет.

Сюй Цзыюэ спросил:

— Значит ли это, что сейчас ты в безопасности?

Ответ Шэнь Ци был не совсем ясен:

— Не совсем. Я предполагаю, что они, вероятно, ещё не нашли способ уничтожить меня.

Сюй Цзыюэ был сбит с толку.

— Ты имеешь в виду — поддерживать себя? — Сюй Цзыюэ подумал об этом. Может ли этот Остин уже иметь специальную возможность прямого доступа к внутренним данным системы?

— Процесс немного сложный. Ты хочешь знать?

Сюй Цзыюэ тут же кивнул. Ему действительно было очень любопытно.

Когда этот Шэнь Ци ещё был Остином с круизного лайнера, он непосредственно уничтожил весь круизный лайнер после того, как Сюй Цзыюэ ушел. В результате этот мир больше не существовал.

Так называемая система не стерла его сознание напрямую. Вместо этого он время от времени чувствовал в себе некоторые изменения.

Это было похоже на добавление новой настройки к персонажу или замену или изменение настройки.

Его постоянно перестраивали.

И он мог только сознательно поселиться в одном из новых миров, чтобы дать себе некоторое время, чтобы приспособиться к изменениям и превратить себя во что-то, что он может контролировать...

Подобно новым вирусам, постоянно заражающим других, он заставлял всё больше и больше данных окрашиваться его меткой. Во время этого процесса он примечательно обнаружил, что некоторые из новых миров имели данные, которые он «запятнал». Они, казалось, находились во владении других людей... другими словами, другими боссами.

И среди них, некоторые, кажется, имеют след Сюй Цзыюэ.

Как будто вирус был не только у него одного.

В то время он думал, что Сюй Цзыюэ будет трудно не выставить себя напоказ перед другими боссами, так что этого следовало ожидать.

Но даже так, он не был очень рад этому в течение некоторого времени.

В конце концов, только после того, как захват был успешным и Сюй Цзыюэ ушел, у этих боссов возникло желание покинуть свой мир.

Вот так он распространял свой опыт и память, как вирус, и это продолжалось до тех пор, пока он не попал в этот третий санаторий. Здесь он понял, что всё было по-другому.

Это место сильно отличалось от других миров.

С одной стороны, это было количество игроков, а с другой стороны, это место могло быть связано с соседними мирами. Хотя обычные игроки будут телепортированы, как только они достигнут подземного этажа. Эта черта была достаточно особенной, чтобы заставить его остаться.

Он будет присматривать за всеми игроками в санаториях. От второго санатория до третьего санатория никого не пощадил.

Но Сюй Цзыюэ найти не удалось.

Это продолжалось до тех пор, пока он не увидел игроков, которые успешно прошли через другие миры.

Что касается того, откуда он это знал, то это также было связано с удачей. Система время от времени вставляла в него какие-то другие воспоминания и забирала часть воспоминаний Остина.

Он загипнотизирует себя.

Точно так же, как резервное копирование телефона перед его переформатированием, даже если система опустошена, резервная копия всегда может быть восстановлена снова и снова.

Поэтому он всегда позволял вновь добавленным данным также «заражаться» вирусом под названием «Сюй Цзыюэ».

Это продолжалось неоднократно.

Познакомившись с игроками из других миров, Остин осознал особенности этого мира.

Зная особую природу этого места, он «скопировал» себя.

Здесь был не один Шэнь Ци. Он выбрал Шэнь Ци из седьмого санатория, который никогда не контактировал с Сюй Цзыюэ.

Если он столкнулся с проблемой, то Шэнь Ци в седьмом санатории может получить всё, что принадлежало «Остину».

И система действительно закончила тем, что поместила Сюй Цзыюэ в санаторий, где Шэнь Ци никогда не контактировал с ним.

Сюй Цзыюэ выслушал описание процесса Шэнь Ци, и, хотя его понимание некоторых из вещей было несколько расплывчатым, он чувствовал, что это было нелегко. Это сделал не только Остин... Сунь Мо и Мо, вероятно, сделали то же самое.

И это привело к нынешней ситуации.

В таком случае, он действительно не ошибся, когда принял Шэнь Ци в седьмом санатории за Остина? Сюй Цзыюэ спросил об этом Шэнь Ци, стоявшего перед ним.

Шэнь Ци подумал об этом некоторое время и сказал:

— Всё ещё есть некоторые различия... Но эти различия трудно определить только при коротком взаимодействии.

В конце концов, он не дал Сюй Цзыюэ определенного ответа.

Можно ли считать Остином того Шэнь Ци, который ничего о нем не помнил — это был трудный вопрос.

Но поскольку с Остином здесь ничего не случилось, этот Шэнь Ци в седьмом санатории был не более чем просто Шэнь Ци.

— Тогда как выглядит Шэнь Ци из второго санатория? — пока Сюй Цзыюэ отдыхал, его глаза блуждали по экранам наблюдения за вторым санаторием.

Но он не мог видеть там Шэнь Ци.

— Выглядит в точности как я. — большой босс точно знал, о чем хотел спросить Сюй Цзыюэ, но намеренно дал ему другой ответ.

И эта внешность Шэнь Ци явно была не первым, которого он видел, но он всё равно должен был сказать: «выглядит точно так же, как я».

Сюй Цзыюэ потянул за волосы рядом с ухом Шэнь Ци:

— Я спрашиваю о его характере и тому подобном.

Шэнь Ци покачал головой:

— Я не знаю. Я его не понимаю.

Сюй Цзыюэ стало ещё более любопытно:

— Ты тоже не понимаешь?

Остин, казалось, имел абсолютный контроль над всем, но когда дело дошло до Шэнь Ци из второго санатория, он сказал Сюй Цзыюэ, что не понимает.

— Мне не нравятся его глаза. — Шэнь Ци опустил голову и осторожно потер пальцем уголки глаз Сюй Цзыюэ. — Как будто он видит все насквозь.

Сюй Цзыюэ предположил:

— У него есть способности к чтению мыслей?! — этот тип суперспособности был чем-то, что его всегда интересовало. Молодые люди всегда будут задаваться вопросом, каково это — иметь суперспособность.

Шэнь Ци сказал:

— Это не так. — он поднял палец и указал на темный экран мониторинга. — Вот, вот где он. Для других камер, даже если свет выключен, камера всё равно может запечатлеть сцену с помощью инфракрасного света. Это просто не работает.

Шэнь Ци опустил голову и увидел, что Сюй Цзыюэ, похоже, не понимает. Он добавил:

— В его комнате, независимо от того, день сейчас или ночь, свет будет выключен, и внутри не будет никакого света.

Сюй Цзыюэ нерешительно спросил:

— Ты имеешь в виду...?

Шэнь Ци кивнул:

— Он должен знать о существовании камер, и он также знает, как помешать другим наблюдать за ним.

— Значит, он никогда не выходит из своей комнаты?»,

— Он всё равно выходил, но очень редко. Вот почему я мало что о нем знаю. — Шэнь Ци виновато посмотрел на Сюй Цзыюэ, — Поэтому я не могу дать тебе больше информации о нем.

Сюй Цзыюэ покачал головой. Он уставился на темный экран монитора.

— Тебе любопытно? — спросил Шэнь Ци.

Сюй Цзыюэ кивнул:

— Я немного удивлен, потому что всё, что ты сказал, так таинственно. Кроме того... Ты сказал, что Шэнь Ци из седьмого санатория — единственный, кто не имеет ко мне никакого отношения, так какие отношения могут быть со мной у того, кто во втором санатории? Мне очень любопытно.

Шэнь Ци посмотрел на Сюй Цзыюэ:

— Разве он не тот, кого ты подцепил? — почему у тебя нет ни малейшего понятия?

— По правде говоря, — надул губы Сюй Цзыюэ, — До сих пор я испытал только пять миров. Я уже видел боссов других миров в предыдущих санаториях, поэтому я не знаю, кто может быть во втором санатории.

— Вот как... Ты испытал только пять миров. — Шэнь Ци опустил голову и слегка усмехнулся, — Я думал, что больше.

Видя, что Шэнь Ци перед ним был в хорошем настроении, Сюй Цзыюэ снова начал играть со смертью:

— Если я заставлю тебя носить слишком много зеленых шляп, твоя голова отвалится.

Улыбка на лице Шэнь Ци постепенно исчезла.

Сюй Цзыюэ... кашлянув, быстро повел себя прилично.

Шэнь Ци тоже мало что знал о первом санатории.

Даже для некоторых других Шэнь Ци, некоторые из его представлений о них были основаны на данных, которые были ему внушены, то есть на воспоминаниях, которые ему дали, когда он пришел в это место. Поскольку Шэнь Ци из третьего санатория отвечал за мониторинг, это позволило ему лучше понять ситуацию.

Память, которую ему внушили, в основном говорила ему, что в общей сложности было семь Шэнь Ци, но он никогда не мог понять, как на самом деле выглядел Шэнь Ци из первого санатория.

И тот, что во втором санатории, тоже был крайне замкнут.

Что Шэнь Ци мог сказать Сюй Цзыюэ, так это то, что, если Шэнь Ци из второго санатория не согласится, он не сможет позволить Сюй Цзыюэ войти в проход, ведущий в первый санаторий.

Он не отвечал там за «ключи».

Если Шэнь Ци из второго санатория действительно имел с ним какие-то отношения... Тогда это не должно быть... слишком сложно...?

Но поскольку система сделала этого Шэнь Ци охранником второго санатория, в нем должно быть что-то особенное?

Сюй Цзыюэ продолжал смотреть на темный экран монитора. Он смотрел и смотрел... И темнота внезапно озарилась!

Сюй Цзыюэ удивленно приподнялся с рук Шэнь Ци.

Он и Шэнь Ци посмотрели друг на друга. Они оба увидели намек на удивление в глазах друг друга.

Экран для этой комнаты во втором санатории даже Шэнь Ци видел, как он загорался всего пару раз. На этот раз это действительно произошло, когда Сюй Цзыюэ выразил сильное желание увидеть.

Шэнь Ци из второго санатория включил свет в своей комнате.

Это была очень простая комната.

Кроме предметов первой необходимости, там действительно больше ничего не было.

Шэнь Ци на экране включил свет и застыл рядом с выключателем.

Сюй Цзыюэ и Шэнь Ци рядом с ним ждали, что он будет делать дальше.

Одна секунда, две секунды, три секунды...

Шэнь Ци на экране поднял руку.

Сюй Цзыюэ затаил дыхание, его глаза сосредоточились на этом Шэнь Ци.

Поднятая рука Шэнь Ци на мгновение замерла, а затем... снова положила её на выключатель.

Сюй Цзыюэ: ???

В следующую секунду...

Экран снова стал черным.

Сюй Цзыюэ был ошеломлен. Что... происходит?

Автору есть что сказать:

Номер 2: Я позволю вам взглянуть...

Юэюэ: С нетерпением жду этого!

Номер 2 *заикается*: Тогда я позволю тебе посмотреть ещё немного...

Юэюэ: *смотрит*

Номер 2 *краснеет*: Хватит!

Этот Шэнь Ци немного странный. Такова была мысль Сюй Цзыюэ.

Что же касается Шэнь Ци, который был Остином — он подумал ещё немного.

Шэнь Ци говорил очень спокойно:

— Несколько ненормально, но информации, которой мы располагаем, слишком мало, поэтому мы даже не можем догадаться, что он пытается сделать.

Даже если он не мог предсказать, он выглядел так, как будто всё было в пределах его досягаемости.

Вероятно, это была аура босса.

Если даже Шэнь Ци не мог догадаться о мыслях Шэнь Ци, Сюй Цзыюэ, естественно, тоже не смог бы этого сделать.

Они не видели, как он вышел из комнаты, так что, вероятно, это означало, что он всё ещё был там. Но по какой причине он снова включал и выключал свет?

Сюй Цзыюэ спросил:

— Разве он не сможет ничего видеть при выключенном свете всё это время?

Шэнь Ци ответил:

— Нет, мы всё ещё можем видеть наше окружение ночью.

Мы, естественно, относилось ко всем Шэнь Ци.

Оказалось, что их глаза также имели функцию ночного видения. Сюй Цзыюэ понимающе кивнул.

Шэнь Ци посмотрел на монитор и глубоко задумался.

Этот акт включения и выключения света был бессмысленным. И это произошло как раз в тот момент, когда Сюй Цзыюэ сидел перед монитором... Он не мог не думать, что за этим кроется нечто большее.

— Ты не отдыхал как следует последние два дня. Отдохни и завтра отправляйся во второй санаторий. — Шэнь Ци, естественно, определил расписание Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ тоже не возражал.

Сюй Цзыюэ мог сказать по словам Шэнь Ци, что у него не было намерения останавливать его.

При этом только Шэнь Ци из второго санатория был для него препятствием.

Сюй Цзыюэ «упражнялся» раньше, поэтому вскоре проголодался. Шэнь Ци послал кого-то за едой для них, и они вместе рассортировали еду перед экранами мониторов.

— Ты всегда так сидишь перед этими экранами? — пока они ели, Сюй Цзыюэ выбрал тему для разговора.

Шэнь Ци кивнул и сказал несколько равнодушно:

— Что-то в этом роде. Я проверил, и нет никакой разницы, спит это тело или нет.

Сюй Цзыюэ посмотрел на Шэнь Ци:

— Подожди минутку... Как долго ты не спал?

Шэнь Ци на некоторое время задумался...

— Не слишком уверен. Наверное, дней десять или около того?

Сюй Цзыюэ оценивающе посмотрел в глаза Шэнь Ци. Они не были налиты кровью, и под глазами не было никаких темных кругов.

— Я бы заснул, если бы чувствовал сонливость, но даже если я не сплю, это не влияет на меня, поэтому меня это не так сильно беспокоило. — на самом деле, с тех пор как он пришел сюда, он почти не спал. С прибытием Сюй Цзыюэ сна стало ещё меньше.

Иногда, раскрывая свою слабую сторону, можно получить некоторые особые награды.

Сюй Цзыюэ поспешно прикончил остатки своей еды, а затем потащил Шэнь Ци в комнату на тринадцатом этаже. Он заставил Шэнь Ци лечь на кровать, а сам лег рядом с ним. По какой причине он это сделал?

Это было не по какой-то конкретной причине. Он просто лежал, рассматривая профиль Шэнь Ци, и уголки его губ не могли не слегка приподняться.

Шэнь Ци, который лежал на кровати, открыл глаза и повернул голову, чтобы посмотреть на Сюй Цзыюэ. Увидев улыбку на его лице, которая всё ещё была скрыта, он спросил:

— Ты собираешься так на меня смотреть? Смотреть, как я сплю?

Сюй Цзыюэ утвердительно кивнул:

— Всё в порядке, всё в порядке. Я не буду тебя беспокоить. Спи.

Остин слегка усмехнулся:

— Тебе действительно нравится это лицо?

— Кхм... Мне нравится всё, что хорошо выглядит...

Шэнь Ци задал Сюй Цзыюэ очень трудный вопрос:

— Это лицо и моё лицо из прошлого. Какое из них тебе нравится больше?

Этот вопрос ничем не отличался от «Если бы мы с твоей матерью упали в море, кого бы ты спас первым»!

Независимо от того, какой ответ вы дадите, это неправильный ответ!

— Мне кажется, я тоже немного хочу спать. — сказал Сюй Цзыюэ и изменил своё положение так, что он сжался в объятиях Шэнь Ци, — Давай спать вместе!

Шэнь Ци: «...»

Сюй Цзыюэ провел перевернутый вверх дном день в третьем санатории. Вздремнув, он естественным образом проснулся посреди ночи.

Когда он впервые проснулся, он не двигался и только медленно открыл глаза. То, что предстало перед ним, было лицом Шэнь Ци, которое выглядело потрясающе со всех сторон.

Он был очень близко, и Сюй Цзыюэ даже чувствовал его дыхание.

Маленькая лампочка у кровати горела. Вероятно, она была включена Шэнь Ци. Сюй Цзыюэ спокойно наблюдал за появлением Шэнь Ци под этим светом... И это продолжалось до тех пор, пока этот спящий красавец не открыл глаза.

В глазах Шэнь Ци не было сонливости:

— Проснулся?

Сюй Цзыюэ издал тихий звук подтверждения. Он явно привел сюда Шэнь Ци, чтобы посмотреть, как тот спит, но, в конце концов, именно он заснул. Он даже не знал, спал ли Шэнь Ци...

— Ночью слишком опасно. Давай подождем до рассвета. — без защиты директора Сюй Цзыюэ было бы очень опасно переходить во второй санаторий. Не говоря уже о том, что он всё ещё не знал, каким человеком был тот, другой Шэнь Ци.

До тех пор, пока он всё ещё может мыслить рационально, Сюй Цзыюэ согласится. Сюй Цзыюэ кивнул и ответил небольшим «хорошо».

— Будет лучше, если ты не будешь в его комнате, когда встретишься с ним. Я не могу следить за ситуацией после того, как выключен свет. — Шэнь Ци не мог удержаться, чтобы не размять несколько мест на Сюй Цзыюэ, пока ему было скучно: — Если ситуация будет выглядить неправильной, я пойду за тобой.

Шэнь Ци говорил как родитель, собирающийся отправить своего ребенка далеко-далеко.

Посреди ночи Сюй Цзыюэ и Шэнь Ци, которые выспались, перекатывались в постели.

К счастью, Шэнь Ци принял во внимание тот факт, что это может быть неудобно для Сюй Цзыюэ, поэтому он не сделал последнего шага.

Но всё остальное, что можно было сделать, было сделано.

Сюй Цзыюэ зарылся лицом в подушку. Его уши были такими красными, что, казалось, из них капала кровь. Вцепившись в подушку обеими руками, он не хотел показывать своё лицо.

Шэнь Ци сидел, скрестив ноги, на кровати, беспомощно наблюдая за Сюй Цзыюэ. Время от времени он протягивал руку, чтобы погладить его по голове.

Шэнь Ци поддразнил:

— Почему ты так легко стесняешься? Куда делось твоё мужество дать мне «зеленую шляпу»?

Сюй Цзыюэ ответил приглушенным голосом, продолжая прятать лицо в подушку:

— Ты не понимаешь! Это не потому, что я стесняюсь!

Шэнь Ци намеренно спросил:

— Если это не потому, что ты стесняешься, то почему?

Сюй Цзыюэ снова замолчал.

Одному богу известно, как он мог оставаться в здравом уме! Это была явная вина Шэнь Ци за то, что он не следовал сценарию! Он задыхался, когда должен был задыхаться, а когда это было не так, он намеренно издавал звук или два рядом с ушами Сюй Цзыюэ. Даже выражение его лица и взгляд были необычайно похотливыми! Сюй Цзыюэ мог только чувствовать, как повышается его кровяное давление и учащается сердцебиение, пока он больше не мог дышать.

Сюй Цзыюэ не мог с этим справиться!

Сюй Цзыюэ, который ещё ничего не сделал, почувствовал, что вот-вот упадет в обморок. Если бы это продолжалось ещё мгновение, всё тело Сюй Цзыюэ покраснело бы.

Поскольку поддразнивание Сюй Цзыюэ приносило ему огромное удовлетворение, Шэнь Ци не слишком сопротивлялся, когда отправил его во второй санаторий. Даже если бы у него и были такие эмоции, он бы их не показал.

Все мысли и эмоции, которые он раскрывал — это в основном те, которые он хотел показать внешнему миру, и его настоящие мысли всегда были скрыты внутри него.

Поэтому, когда Сюй Цзыюэ вошел в дверь, Шэнь Ци оставался там всего несколько секунд, прежде чем вернуться к мониторам. Он проверил на экране номер на тринадцатом этаже второго санатория.

Никого.

Шэнь Ци посмотрел вниз и увидел человека, похожего на него, стоящего в лифте.

Он наблюдал, как этот Шэнь Ци направился прямо к двери, из которой собирался выйти Сюй Цзыюэ.

Как и он, он также присматривал за Сюй Цзыюэ.

*  *  *  *  *

Когда Сюй Цзыюэ открыл дверь, другой человек на другом конце тоже оказался там одновременно с ним. Но с точки зрения Сюй Цзыюэ, казалось, что этот Шэнь Ци ждал его там уже некоторое время.

Даже эта сцена дала Сюй Цзыюэ знакомое ощущение...

Разве не то же самое произошло, когда он добрался до третьего санатория?

Но этот подземный этаж был очень пуст. Вокруг ничего не было, и к тому же было очень тихо.

Сюй Цзыюэ собирался что-то сказать, чтобы посмотреть, каков этот Шэнь Ци...

Но этот Шэнь Ци уже высказался перед ним.

Шэнь Ци сказал:

— Я могу отпустить тебя в первый санаторий.

Сюй Цзыюэ был потрясен!

— Но у меня есть условие.

Сюй Цзыюэ не знал, с чего начать жаловаться.

Знает ли система, что ты так быстро продал её?! Если бы она знала, она, вероятно, не позволила бы тебе охранять её... Кроме того, почему вам всем нравятся условия?

Но это нормально... Быть в состоянии выговориться было лучше, чем ничего.

Подумав об этом, Сюй Цзыюэ быстро кивнул в знак согласия:

— Условия могут быть согласованы. Не хочешь рассказать мне подробности?

Шэнь Ци оглядел пустоту:

— Не здесь. Пойдем в мою комнату.

О нет... Похоже, он действительно знает о камерах наблюдения.

Сюй Цзыюэ не мог найти расположение камер наблюдения. В конце концов, он не видел ни одной за всё это время. Поэтому, даже если бы он хотел послать сигнал другому Шэнь Ци, он не смог бы этого сделать.

Сюй Цзыюэ не чувствовал какие-то плохие намерения у этого Шэнь Ци. Если он чувствовал так, то всё будет хорошо, если он пойдет вслед за ним обратно в его комнату... верно?

Сюй Цзыюэ последовал за этим Шэнь Ци на тринадцатый этаж. По пути они больше никого не видели, но это тоже было вполне нормально. Даже сейчас он чувствовал, что НПС этих санаториев очень таинственны, поскольку они часто появляются и исчезают, как призраки.

Шэнь Ци толкнул дверь. Он поднял подбородок и жестом пригласил Сюй Цзыюэ войти. Как только Сюй Цзыюэ вошел, Шэнь Ци вошел следом за ним, а затем закрыл за ними дверь.

Сюй Цзыюэ был поражен. Он инстинктивно оглянулся...

Но в этой кромешной тьме ему было трудно даже определить местонахождение Шэнь Ци. Он мог полагаться только на свои другие чувства. Он протянул обе руки и огляделся:

— Шэнь Ци?

— Здесь. — Шэнь Ци держал Сюй Цзыюэ за руку.

Сюй Цзыюэ вздохнул с облегчением:

— Почему бы тебе не включить свет? Мне так тяжело... — и разговаривать с кем-то в темноте кажется немного странным.

— Ты уже должен знать, что это единственный способ для него не видеть.

Сюй Цзыюэ был ошеломлен. Уголки его губ неловко дернулись.

— Я не это имел в виду... Хорошо, тогда давай оставим всё как есть. Но поскольку я ничего не вижу, не мог бы ты помочь мне сначала найти место, где можно присесть?

Сказав это, Сюй Цзыюэ почувствовал, что атмосфера вокруг него изменилась к лучшему. Его подвели к кровати и усадили. Как только глаза Сюй Цзыюэ постепенно привыкли к темноте, он смог смутно различить очертания предметов, но это было едва заметно.

Сюй Цзыюэ спросил:

— Каковы условия? Это что-то, что я могу сделать?

Тон Шэнь Ци был уверенным:

— Конечно, ты можешь.

Сюй Цзыюэ стало ещё более любопытно это условие.

Шэнь Ци сказал:

— Моё условие таково: всё, что у них есть, я тоже хочу.

Сюй Цзыюэ: «А?» Он не понимал.

Поэтому Шэнь Ци объяснил Сюй Цзыюэ:

— Я также получаю воспоминания других Шэнь Ци, поэтому я знаю обо всем, что они видят, слышат или переживают. — палец Шэнь Ци нежно погладил пальцы Сюй Цзыюэ. Когда он подвел его к кровати раньше, он не отпустил его руку:

— Так что всё, что у них есть, я тоже хочу этого.

— ...Тогда... ты также знаешь, что случилось с ними в прошлом?

Однако Шэнь Ци покачал головой:

— Я знаю только о тех случаях, когда они находятся в образе «Шэнь Ци», но из твоих разговоров я мог бы сказать, что вы знали друг друга раньше.

Сюй Цзыюэ: Тогда ладно.

Этот Шэнь Ци не имел прямых отношений с Сюй Цзыюэ, но было много косвенных.

Независимо от того, с каким Шэнь Ци взаимодействовал Сюй Цзыюэ, он был вынужден получать воспоминания...

Поэтому каждый день он ничего не делал и просто полагался на воспоминания, которые получал, чтобы скоротать время.

Это продолжалось до тех пор, пока не появился Сюй Цзыюэ... Он поймал себя на том, что испытывает всё большую и большую зависть.

Он явно тоже был Шэнь Ци, но почему он мог только смотреть и слушать?

Сюй Цзыюэ мог догадаться о значении слов Шэнь Ци. Это было что-то вроде «почему у них есть то, чего нет у меня»...

Но...

Теоретически говоря, это действительно была первая встреча Сюй Цзыюэ с этим Шэнь Ци. Другими словами, они на самом деле незнакомцы, встречающиеся впервые.

Если бы они были немного ближе, их можно было бы назвать только знакомыми.

В темноте Сюй Цзыюэ не мог видеть выражение лица Шэнь Ци, поэтому он не мог сказать, что он чувствовал, когда произносил эти слова:

— Хм... «всё, что у них есть, я тоже хочу», относится конкретно к...?

Сюй Цзыюэ подумал об этом и попытался вспомнить, что он делал с этими Шэнь Ци. Благодаря грязным вещам, которые он совершил за последние два дня, чем больше Сюй Цзыюэ думал, тем больше его разум был наполнен непристойными мыслями.

Но Сюй Цзыюэ тоже думал об этом. Нижние пределы этого Шэнь Ци не должны быть слишком низкими, чтобы просить кого-то, кого он встретил только в первый раз...

— То, что ты с ними сделал, я тоже хочу.

Друг мой, тебе не кажется, что ты слишком много говоришь?

Однако Шэнь Ци уже толкнул Сюй Цзыюэ на кровать и начал глубоко выполнять это условие.

* * * * *

Когда всё закончилось, Сюй Цзыюэ сидел голый на кровати. Он чувствовал, что ему не хватает только того, чтобы держать Шэнь Ци на руках, а в другой руке сигарету... Если бы у него было это, он выглядел бы как подонок гун*.

П/п: гун — актив, шоу — пассив.

Однако человек, которого Сюй Цзыюэ обнимал в своих фантазиях, уже встал и начал одеваться. Его поведение казалось ещё более мерзким, чем фантазии Сюй Цзыюэ.

Он даже намеренно включил свет, когда одевался, и выключил его только тогда, когда Сюй Цзыюэ двинулся, чтобы одеться... Как будто он перед кем-то выпендривался. Это лишило Сюй Цзыюэ дара речи.

— Я отведу тебя в коридор.

Шэнь Ци был так прямолинеен, что Сюй Цзыюэ не поверил своим ушам.

Но с этим делом было покончено.

Когда он подошел к лифту, Сюй Цзыюэ попытался начать разговор с Шэнь Ци:

— С системой, позволяющей тебе следить за этим проходом, было бы плохо для тебя, если бы ты позволил мне пройти вот так?

Шэнь Ци покачал головой:

— Ты должен просто беспокоиться о том, сможешь ли ты сделать то, что планируешь, пройдя через неё. Не трать время на беспокойство обо мне.

Он явно очень соблазнительно задыхался на кровати раньше, но теперь, когда они больше не на кровати, он вернулся к своему холодному и равнодушному взгляду и даже не удостоил Сюй Цзыюэ взглядом... Сюй Цзыюэ осторожно почесал щеку:

— Хорошо, тогда... — он заметил небольшой пушок на воротнике рубашки Шэнь Ци. Вероятно, он попал туда, когда они лежали на кровати.

Сюй Цзыюэ тихо протянул руку с намерением мягко напомнить ему об этом.

Но шаги Шэнь Ци остановились...

Сюй Цзыюэ сказал:

— У тебя что-то на шее.

Шэнь Ци очень быстро взглянул на Сюй Цзыюэ, прежде чем сразу же отвел глаза. Он стряхнул пушок с воротника.

Сюй Цзыюэ: Кажется... что-то не так.

Поэтому, когда они вошли в лифт, Сюй Цзыюэ осторожно спросил:

— Почему ты не смотришь на меня?

С самого начала и до сих пор... Сюй Цзыюэ понял, что они действительно не часто смотрят друг другу в глаза!

Шэнь Ци упрямо отрицал это:

— Это не так.

Сюй Цзыюэ попытался проверить это, используя свой мизинец, чтобы зацепить мизинец Шэнь Ци. В тот момент, когда он был зацеплен, Шэнь Ци сразу же отвлекся. Даже его руки больше не размахивали должным образом, когда он шел... Он выглядел как чрезвычайно невинный мальчик.

Это был огромный контраст с образом крутого парня, который он излучал, когда они впервые встретились.

Сюй Цзыюэ почувствовал, что теперь он понял особенности этого Шэнь Ци.

Он был чрезвычайно невинным человеком, но тем, кто очень легко может ревновать. Кто-то, кто, однако, также очень честен по своей природе... Кислый лимон.

Это на самом деле немного мило... Сюй Цзыюэ подумал об этом и спросил:

— Ты знаешь, на что похож первый санаторий?

Шэнь Ци молчал.

— Может, проведем ещё один обмен? — попытался спросить Сюй Цзыюэ.

Шэнь Ци, который, казалось, был немного тронут этим предложением, ответил:

— Каковы условия?

— Ты расскажешь мне, что знаешь о первом санатории, и я дам тебе то, чего нет у других!

Этот Шэнь Ци, который был немного тронут, заколебался. Однако он не колебался, следует ли ему продолжать этот обмен...

Сюй Цзыюэ снова спросил:

— Если ты ничего не скажешь, я приму это как «да»?

Шэнь Ци продолжал молчать. Это можно было принять за молчаливое согласие.

Шэнь Ци уставился на макушку Сюй Цзыюэ. С точки зрения Сюй Цзыюэ, это выглядело так, как будто Шэнь Ци смотрел на него, но и не смотрел. Его бегающие глаза легко вызывали подозрения у других, но если подумать об этом, основываясь на выводе Сюй Цзыюэ ранее... Возможно, это просто его способ ждать, чтобы получить «то, чего нет у других».

Сюй Цзыюэ протянул руку и взял Шэнь Ци за запястье...

Шэнь Ци нервно затаил дыхание.

Сюй Цзыюэ посмотрел на это бледное запястье... и сделал всё возможное, чтобы оставить на нем маленький след от поцелуя:

— Видишь? Раньше я не оставлял следов на других. Как это?

Шэнь Ци покачал головой. Он не стал дожидаться Сюй Цзыюэ и сразу же начал расстегивать пуговицы на воротнике, чтобы показать свою шею:

— Я хочу это здесь.

Сюй Цзыюэ: «...»

Этот ребенок немного милый.

Только после того, как Сюй Цзыюэ закончил оставлять след, он вспомнил, что другой Шэнь Ци определенно мог видеть, что они делают... Это ощущение, что за тобой наблюдают, было одновременно волнующим и постыдным.

Сюй Цзыюэ несколько раз неловко кашлянул, чтобы скрыть своё смущение.

Однако Шэнь Ци, стоявший перед ним, выглядел чрезвычайно довольным.

Как только мужчина удовлетворен, его рот больше не надежен. Вскоре он рассказал Сюй Цзыюэ всё, что знал.

Хотя он знал совсем немного.

И это действительно было совсем немного.

Он сказал Сюй Цзыюэ, что не было никакого «Шэнь Ци», и в первом санатории не было игроков. Если Сюй Цзыюэ хотел что-то там сделать, шансы на это были очень малы... В мире, который полностью состоит из данных, Сюй Цзыюэ не может сделать много такого, что могло бы нанести вред системе.

Сюй Цзыюэ почесал зудящую голову. Он чувствовал, что должен вымыть голову, и его волосы также должны быть немного подстрижены.

Что касается того, что только что сказал Шэнь Ци... Он слышал его, но от него было мало пользы. Это было потому, что он действительно не был очень честолюбив, и у него не было никаких плохих намерений.

В любом случае, у него никогда не было намерений причинить вред системе.

Он просто пытался найти способ сосуществования.

Шэнь Ци провел Сюй Цзыюэ до прохода.

Этот проход ничем не отличался от других. Единственная разница заключалась в том, что это было слишком долго. Сюй Цзыюэ шел целых две минуты, и он всё ещё не видел конца.

Как будто этому не было конца.

Это также было похоже на то, словно система давала человеку, проходящему через этот проход, некоторое время, чтобы пересмотреть своё решение.

Шэнь Ци не мог войти, чтобы сопровождать Сюй Цзыюэ.

Между ними был невидимый барьер. Шэнь Ци сказал, что НПС не разрешалось входить в проход.

Войти могли только игроки.

Сюй Цзыюэ уже давно не разговаривал со своей системой захвата любви, но как только он вошел, система, которая всё это время молчала, наконец-то показала своё присутствие.

[Игрок вошел в опасную зону. Напоминаю игроку, чтобы он быстро сбежал!]

[Игрок вошел в опасную зону. Напоминаю игроку, чтобы он быстро сбежал!]

[Игрок вошел в опасную зону. Напоминаю игроку, чтобы он быстро сбежал!]

Система повторилась трижды. Услышав это, Сюй Цзыюэ замер на месте.

Он спросил пустое пространство перед собой:

— Почему здесь опасно? — поскольку дверь, через которую он вошел в коридор, была теперь далеко, она казалась довольно маленькой. Что касается того, где был выход, Сюй Цзыюэ всё ещё не мог его видеть, но он чувствовал, что было слишком поздно поворачивать назад.

Однако система просто повторилась снова.

Сюй Цзыюэ решил не обращать на это внимания.

Независимо от того, что спрашивал Сюй Цзыюэ, система просто повторяла одно и то же предупреждение. Она по-прежнему не давала ему повода пойти.

Что касается опасности... Конечно, это было опасно. В конце концов, все данные были собраны здесь. Сюй Цзыюэ мог сказать, что это место, вероятно, было очень важным местом.

Пройдя около десяти минут, Сюй Цзыюэ наконец увидел дверь.

На этом пути не было никаких препятствий. Эта дверь стояла там, готовая пригласить его войти.

Дверь, ведущая в первый санаторий, не требовала от него никаких действий, чтобы открыть её. В тот момент, когда Сюй Цзыюэ подошел к двери, дверь открылась очень легко.

И то, что появилось за дверью, оказалось пустой подземной парковкой.

Сюй Цзыюэ колебался несколько секунд. Вместе с всё более громкими предупреждениями системы в его сознании он вошел.

В тот момент, когда его ноги вошли в первый санаторий, сцена перед ним внезапно изменилась и превратилась в пространство, похожее на кубик Рубика. Постепенно всё начало меняться.

Звук системы в его голове исчез.

Сцена того, как всё меняется перед ним, заставила Сюй Цзыюэ почувствовать головокружение. Даже без тряски он обнаружил, что не может твердо стоять на ногах. Он отступил на несколько шагов.

И то, что соприкоснулось с его спиной, было пустотой.

Сюй Цзыюэ быстро обернулся. В тот момент, когда он это сделал, пространство, наконец, открыло другую сцену.

За спиной Сюй Цзыюэ двери, из которой он вошел, больше не было.

В этот момент он почувствовал, как его сердце забилось быстрее.

Нервный, взволнованный, сбитый с толку.

Но он быстро успокоился.

Это было то, что он решил сам, поэтому он должен нести ответственность за последствия, какими бы возмутительными они ни были.

В этот момент ему казалось, что он стоит посреди огромной галактики. Маленькие звезды, плавающие вокруг него, как млечный путь, не были звездами, а состояли из простых 0 и 1. Мало того, вдалеке виднелись меньшие шарообразные галактики.

Но если присмотреться повнимательнее, то можно увидеть, что эти маленькие шарики были обернуты в цепочки чисел, образуя сферическую форму.

При внимательном рассмотрении этот млечный путь, в котором он стоял, в определенных точках разветвлялся и соединялся с другими меньшими галактиками.

Сюй Цзыюэ не мог понять, что он видит, но он чувствовал, что это может быть принципом этого мира.

Оглядевшись, он обнаружил, что цифры, которых он коснулся, медленно приближаются к нему.

Хотя они двигались очень медленно, здесь было слишком много чисел, поэтому Сюй Цзыюэ вскоре обнаружил, что окружен лишь кольцом из них.

И оно медленно становилось всё больше и больше.

Сюй Цзыюэ попытался пройти через него, но эти твари продолжали преследовать его повсюду... Если так будет продолжаться и дальше, он не сможет видеть окружающее.

Сюй Цзыюэ попытался крикнуть:

— Система?

Но ответа не последовало.

Он думал, что у него будет возможность поговорить с центральным мозгом или чем-то вроде того в этой игре ужасов, если он придет сюда. Но он не думал, что окажется в месте, которое, казалось, было главным центром управления всей игрой. Другими словами, он достиг места, которое имеет прямой контроль над всеми играми... Если он изменит некоторые данные здесь, возможно, он сможет что-то изменить. Однако он не мог понять все эти цифры и не знал, с чего начать.

Возможно, потому, что они обе являются игровыми системами, он думал, что будет разумная жизнь, подобная системе захвата любви, с которой он мог бы поговорить.

Он подумал, что, может быть, они смогут общаться.

Но тут ничего не было.

Тут не было людей... или существ, с которыми он мог бы поговорить.

И у него также не было выхода, потому что он даже не мог найти дверь, через которую вошел.

Сюй Цзыюэ почувствовал себя немного подавленным.

Изначально он был готов принять любой исход, но если всё закончится вот так... Он чувствовал, что слишком бездарен.

Похоже, так оно и было на самом деле.

— Если я останусь здесь, я умру с голоду? — сказал Сюй Цзыюэ, подняв руку и коснувшись 0. Как будто он задавал ей вопрос.

Затем он увидел, что 0 ласково ткнулся носом в его палец, неохотно уходя.

Сюй Цзыюэ был озадачен. Он оттолкнул этот номер другой рукой только для того, чтобы увидеть, как этот номер прыгает и плавает вокруг, не уходя. Скорость его была намного быстрее, чем у других, которым потребовалось некоторое время, чтобы последовать за ним.

Сюй Цзыюэ попытался дотронуться до другого... Тот же набор действий был воспроизведен цифрой 1.

Сюй Цзыюэ не знал причины этого. Он просто чувствовал, что это был необъяснимый прорыв.

Когда Сюй Цзыюэ подумал об этом, он заметил, что данные вокруг него собрались вместе. Они начали формировать двумерную человеческую форму.

Хотя он состоял из данных, по форме было видно, что фигура этого человека была не так уж плоха.

— Ты — система? — глаза Сюй Цзыюэ загорелись. Было бы здорово, если бы нашелся кто-то, с кем он мог бы поговорить напрямую.

Строка движущихся данных сделала кивок.

Увидев, что он может общаться с ним, Сюй Цзыюэ почувствовал облегчение.

После этого он рассказал системе о своем происхождении. В конце концов, он всегда думал, что игра в захват любви не имеет ничего общего с игрой в ужасы.

— Я знаю.

Эти два простых слова достигли ушей Сюй Цзыюэ, но не были переданы по воздуху. Вместо этого это был звук, который передавался непосредственно в сознание Сюй Цзыюэ. Голос был холодным и механическим, как у машины, совершенно не похожим на звук, издаваемый человеком.

Системный человек сказал:

— Система захвата любви — это часть меня.

Ему было любопытно, почему «любовь» влияет на решения в игре, которая раскрывает уродливую сторону людей.

Они явно могли бы жить дальше, но они решили умереть ради того, кого любят. Были и такие, кто не хотел жить в одиночестве и предпочел бы покончить с собой, избежав смерти.

Поскольку он многое повидал, ему стало любопытно.

Он обладал интеллектом и был системой, которая управляла всем здесь, но у него не было никого, кто любил бы его.

Он пытался понять, каково это — любить кого-то, но безрезультатно.

Что он должен сделать, чтобы люди научили его этому? И чтобы те, кто встретит его, полюбили его?

Поэтому он изучил другие типы игр и выделил очень небольшую часть из системы, которая затем была использована для формирования простой системы захвата любви.

Для роботов пол не имеет значения. Не было никакой разницы между мужчинами и женщинами.

После освобождения системы, чтобы найти кого-то, кто научит его любви, он больше не обращал на неё никакого внимания.

Поэтому, когда система захвата любви вернулась к нему, он также не обратил на неё слишком много внимания.

Это был ещё один из его многочисленных экспериментов.

Как основная система, он не обращал на это особого внимания, а система захвата любви не торопилась. У них была целая вечность, чтобы медленно найти свою цель и оценить её. Даже если цели не согласны, система захвата любви может только подождать, пока они не умрут.

Но система захвата любви проделала хорошую работу. Это вернуло Сюй Цзыюэ, который ему так понравился.

Он должен был убедиться, что так называемый «игрок» делает правильный выбор в игре и нацеливается на единственного в мире НПС с частью основной системы — самого красивого в игре.

Таким образом, система захвата любви выбрала Сюй Цзыюэ, полагая, что ему определенно понравятся эти НПС.

В конце концов, Сюй Цзыюэ был огромным фесконщиком.

Даже если НПС узнают правду о своей личности, даже если они попытаются подделать свои собственные данные, они также являются НПС, в которых есть часть основной системы, несмотря на то, что они сами этого не знают.

Они будут заражать все другие данные, с которыми они сталкиваются, эмоцией, называемой любовь. В каком-то смысле это было похоже на вирус.

Но это было в основном то, о чем изначально он хотел узнать.

Оставленный без контроля, «вирус» быстро распространялся.

Это продолжалось до тех пор, пока даже основная система не была заражена.

Скорость не была случаем 1+1=2. От одного он распространился на бесчисленное множество других данных, а от этого он распространился дальше на другой набор данных.

В конце концов эта бесконечная сила любви и привязанности стала настолько сильной, что даже он, главная система, больше не мог её выносить.

Он даже не мог выполнить свои первоначальные настройки.

Если игрок, которого привели, смог научить его любить... результатом этого было нежелание возвращать.

Учитывая, насколько развиты были технологии, для него не было невозможным отправить Сюй Цзыюэ обратно в тот момент, когда всё ещё не началось.

Но он не хотел этого делать.

Этого было достаточно, чтобы просто предотвратить захват этих НПС. Но даже данных для этого становилось всё меньше и меньше. Из-за раннего снисхождения систем Сюй Цзыюэ не особенно нуждался в том, чтобы что-то делать, и НПС были привлечены сами по себе.

Даже уровни, предназначенные для того, чтобы помешать Сюй Цзыюэ получить доступ к основной системе, так и не появились.

Возможно, теперь, когда все данные из основной системы доступны Сюй Цзыюэ, это был всего лишь вопрос времени, прежде чем система будет захвачена.

Он не желал видеть Сюй Цзыюэ не потому, что он не мог смириться с таким исходом.

Но потому, что он знал, что не может отказать Сюй Цзыюэ в просьбе.

Если Сюй Цзыюэ попросит уйти... Он, вероятно, действительно выполнит его желания. Возможно, он уничтожит его, потому что не сможет вынести мысли о расставании, или, возможно, он огорчит его, потому что не хочет отсылать его.

Это было не то, чего он хотел.

Но теперь Сюй Цзыюэ стоял перед ним.

Сюй Цзыюэ упоминал другим Шэнь Ци о том, чтобы вынуть данные босса, но это не могло быть сделано. Их нельзя было разделить, и это было невозможно для него.

Не говоря уже о том, что он всё ещё не знал об истинных мыслях Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ этого не знал.

Но он знал, что хочет сделать.

Неожиданно оказалось, что главной системе действительно нравилось смотреть, как другой играет в игру захвата любви... Но это не имело значения.

— Поскольку это часть тебя... тогда я могу перестать играть в эту игру? — когда Сюй Цзыюэ закончил задавать этот вопрос, все текущие данные в кажущемся бесконечным пространстве, казалось, на мгновение остановились.

Сюй Цзыюэ услышал этот голос в своем сознании:

— Ты хочешь уйти?

Уйти?

Сюй Цзыюэ был ошеломлен:

— Я могу уйти? — он знал, что должен быть мертв. Разве уход не означал бы, что он умрет?

На этот раз голосу потребовалось несколько секунд, чтобы ответить Сюй Цзыюэ:

— Твоя игра в захват любви закончилась. Ты можешь выбрать, чтобы уйти... и вернуться в тот момент, когда всё ещё не произошло.

Сюй Цзыюэ не ожидал такого развития событий.

— Тогда... я... Но я не очистил мир санатория? — Сюй Цзыюэ также не знал, почему он сказал что-то подобное.

Он явно зачистил его... Фигура, покрытая данными, уставилась на юношу, но Сюй Цзыюэ не мог сказать, что за ним наблюдают очень внимательно. Он не мог прочитать мысли Сюй Цзыюэ.

Когда основная система сообщила ему об этом, Сюй Цзыюэ больше не знал, чего он хочет.

Сюй Цзыюэ подумал об этом и, наконец, спросил:

— Могу я посмотреть, как поживает моя семья?

Основная система молчала, но в следующую секунду Сюй Цзыюэ увидел, как перед ним на скорости 16х разыгралась сцена. Это произошло очень быстро, но ему не составило труда сказать, что его семья, похоже, смирилась с его смертью.

Для семьи, которая могла вырастить такого персонажа, как Сюй Цзыюэ, было ясно, на что похожа семья.

Но это всё ещё было трудным решением для Сюй Цзыюэ.

— Давай не будем об этом говорить... Я хочу спросить, могут ли боссы, которых я захватил, стать личностью? — если их было много, он боялся, что не сможет этого вынести.

— ... — главная система молчала.

За его спиной было большое количество данных. Они образовывали тело, но их также можно было разделить на бесчисленное множество различных частей.

Но сформировать его не было невозможно, поэтому он ответил:

— Да.

Сюй Цзыюэ не обращал особого внимания на молчание основной системы. Услышав ответ, он вздохнул с облегчением.

— Видишь ли, я слышал, как они говорили, что они похожи на вирусы. Поскольку тебе бесполезно их хранить, почему бы тебе не позволить мне забрать их? Сделай робота или что-то в этом роде и запихни в него свои данные... Но делать это без их согласия может быть нехорошо... — Сюй Цзыюэ замолчал на несколько секунд, прежде чем осторожно предложить, — Но это бесполезно для тебя, верно? Поэтому я думаю, что ты должен подумать о том, чтобы отдать их мне...

Основная система считал, что в мире Сюй Цзыюэ, вероятно, нет роботов, которые могли бы хранить все его данные.

Более того, ему не нравилось тело робота, поэтому он чувствовал, что, вероятно, не согласится.

Не говоря уже о том, что если их забрал Сюй Цзыюэ... У Си Цзыюэ явно не было ничего, в чем он мог бы хранить данные.

Сюй Цзыюэ, который не получил ответа, прикусил костяшку пальца. Он неохотно взглянул на видео, которое всё ещё показывало кадры из жизни его семьи.

Но он не мог сказать, что хотел и того, и другого.

— Я хочу остаться с ними в мире... Это нормально?

Данные, циркулирующие вокруг, двигались немного более хаотично. Фигура стала немного беспорядочной, прежде чем снова вернуться к своему первоначальному виду.

— Ты — человек. Ты умрешь от старости.

Сюй Цзыюэ был ошеломлен... Для него быть старым, в то время как его партнер молод, это было не то, чего он хотел. Может, ему стоит просто вернуться...

В следующую секунду Сюй Цзыюэ снова услышал голос главной системы:

— ...Но если ты готов преобразоваться в данные...

Опыт Сюй Цзыюэ после преобразования в данные был немного странным. Его данные содержались внутри основной системы, но они также были разделены и не были изменены другими данными.

На самом деле, человеком, который больше всего хотел вмешаться в данные Сюй Цзыюэ, был он сам... Например, его рост и размер... Но всё было изменено системой, так что Сюй Цзыюэ мог только с этим согласиться, когда он бродил по разным мирам.

Но поскольку он так долго оставался в главной системе, независимо от того, в каком мире побывал Сюй Цзыюэ, маленькие НПС, которые производятся массово, всегда будут пытаться сблизиться с ним, чтобы установить хорошие отношения.

В этот день Сюй Цзыюэ вошел в игровой мир под названием «Полуночное Кладбище».

В пространстве основной системы оба — и Сюй Цзыюэ, и основная система — будут отображаться в виде данных. Чтобы стать людьми, им нужно было войти в мир, поэтому по сравнению с пребыванием в пространстве системы Сюй Цзыюэ предпочитал жить в этих мирах.

Главным НПС Полуночного Кладбища был ночной сторож. После того, как Сюй Цзыюэ вошел, система автоматически добавила ему дополнительную квоту НПС, и теперь Сюй Цзыюэ взял личность партнера ночного сторожа.

В отличие от обычных ночных сторожей, которые обычно являются пожилыми мужчинами, босс здесь был светлолицым молодым человеком. После того, как Сюй Цзыюэ согласился на преобразование в данные, главная система была счастлива выполнить желания Сюй Цзыюэ в каждом мире... Я могу принять любой внешний вид, который тебе нравится.

Этот раз не стал исключением.

Глаза молодого человека были глубокими и полными любви, когда он смотрел на Сюй Цзыюэ. Черты его лица были четкими и резкими, в то время как его слегка прищуренные глаза излучали намек на холод, но когда он посмотрел на Сюй Цзыюэ и слегка приподнял губы, это чувство полностью исчезло.

— Привет... — игроки, которые уже представились друг другу, не могли не прервать Сюй Цзыюэ, который с энтузиазмом восхищался новым обликом своего возлюбленного. Лидер сказал дрожащим голосом:

— Мы — новые стажеры... Что мы должны делать?

Он не был робким человеком, но его мужество было присуще только нормальному человеку.

Стоя перед темным и тихим кладбищем, где даже не было слышно щебета насекомых, а единственным источником света вокруг был свет, исходящий от телефона НПС, не бояться было просто невозможно.

Даже самые опытные игроки здесь прошли всего две игры.

Как НПС и НПС с наибольшим авторитетом в игре, детали этих игроков были четко отображены.

Их задачей было следить за ночным сторожем, чтобы узнать о его работе в течение следующих трех дней. Их работу можно было бы подытожить как патрулирование кладбища ночью... За исключением первой ночи, когда ночной сторож проведет их вокруг, чтобы ознакомить с маршрутом, следующие несколько ночей будут выполнять они сами.

В эти три дня был только один способ зачистить игру, и это — найти пустую могилу, чтобы войти в неё. Конечно, только один человек может войти в каждую могилу, и единственный способ по-настоящему узнать, пуста ли могила — это проверить урну.

Пустая урна означала бы пустую могилу. Но даже в этом случае было бы довольно трудно найти соответствующую урне могилу на таком большом кладбище, как это.

Не говоря уже о том, что существовала возможность получить некоторые сюрпризы, если они откроют все урны случайным образом.

Сложность этого мира не была низкой.

Из-за того, как была поставлена игра, двадцать игроков перед ними были как компаньонами, так и противниками. Игроки, естественно, не осмелились бы рассказать кому-либо ещё о пустой урне, которую они нашли...

Короче говоря, Сюй Цзыюэ беспокоился за них.

Тот, кто ответил на вопрос игроков, был ночным сторожем-боссом, который не был рад, что его прервали.

— Следуйте за мной, чтобы патрулировать окрестности.

Настройки игрока заключались в том, что они являются студентами, приезжающими сюда для практического опыта, но среди них были даже некоторые, которые выглядели подростками. Увидев его, Сюй Цзыюэ почувствовал, что ему следует просто игнорировать эту обстановку.

Кладбище было очень большим. Место, с которого они начали, находилось перед самым важным здешним кладбищем.

Держа в руках обычный фонарик и одетый в форму охранника, ночной сторож-босс выглядел чрезвычайно красивым. С такой внешностью его не сразу можно было связать с личностью ночного сторожа, чья роль заключается в охране кладбища.

— Мы начнем с патрулирования этой части. Главное, на что нужно обратить внимание — это проверить, нет ли кого-нибудь поблизости. — мужчина объяснил ровным тоном, — Следуйте за мной. Я не буду искать вас, если вы потеряетесь.

Сюй Цзыюэ изначально стоял рядом с ним. Увидев, что он повернулся, чтобы идти впереди, он двинулся, чтобы не отстать, но мужчина действовал раньше него и вместо этого протянул руку, чтобы схватить его за руку. Его тон значительно смягчился:

— Возьми меня за руку. Не теряйся.

Игроки, которые шептались друг с другом, внезапно замолчали. Они тихо оглянулись...

Что происходит с этими двумя НПС?

Игрок Ли Сы прошел через две игры, успешно зачистив обе. Его наблюдательность была хороша, но на этот раз игра не требовала этого, потому что она уже показала им, что им нужно сделать, чтобы зачистить её. Трудность этого мира, однако, не была низкой.

НПС ночной сторож был чем-то вроде руководства для начинающих. Что касается НПС рядом с ним, он, возможно, сможет выудить у него некоторую информацию... Подумав об этом, он обратил внимание на поведение двух НПС и молча добавил примечание: Эти два НПС немного странные.

Ночной сторож говорил очень мало, в то время как игроки продолжали шептаться у него за спиной. Сюй Цзыюэ не мог ясно слышать, но он также хотел присоединиться. Но, конечно, как игроки могли позволить ему сделать это?

Не в силах усидеть на месте, Сюй Цзыюэ слегка пощекотал пальцем ладонь Шэнь Ци.

Имя основной системы может быть выбрано произвольно. Сюй Цзыюэ даже иногда менял способ, которым он зовет его, чтобы посмотреть, как он отреагирует.

Несмотря на это, он реагировал со скоростью суперкомпьютера. Сюй Цзыюэ не смог добиться успеха ни разу.

И основная система была удовлетворена первоначальным состоянием Сюй Цзыюэ, поэтому большая часть данных Сюй Цзыюэ осталась такой же, какой она была... Сюй Цзыюэ чувствовал, что его интеллект не изменился к лучшему даже после того, как стал данными.

Шэнь Ци повернулся и слегка наклонил голову, чтобы посмотреть на Сюй Цзыюэ. Затем он спокойно улыбнулся и ответил, сцепив свой палец с пальцем Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ на мгновение был ошеломлен... Он не заметил выступа под собой и чуть не споткнулся и не упал.

Шэнь Ци вовремя схватил Сюй Цзыюэ и стабилизировал его.

— Вау... Я думал, что упаду и изуродую себя. — Сюй Цзыюэ в страхе взглянул на выступ.

Шэнь Ци покачал головой:

— Ты тоже должен быть осторожен при ходьбе. Не ерзай слишком много.

— Кхм... Это всё твоя вина, что ты такой привлекательный... — Сюй Цзыюэ нашел очень вынужденное оправдание.

Игроки чувствовали, что атмосфера вокруг этой пары НПС была слишком ненормальной. Настроение уже не казалось таким странным и жутким, как раньше.

Они даже чувствовали себя немного оживленными?

Поэтому Ли Сы осторожно спросил:

— Могу я спросить, как долго мы будем так ходить?

Но затем он увидел, что нежный ночной сторож НПС повернулся и холодно посмотрел на него:

— Всё это нужно будет патрулировать.

Темное кладбище было очень большим. После обхода самого главного кладбища у них всё ещё было несколько других мест, где можно было остановиться, включая хранилище для праха, где находятся урны, а также морг. Эти три места, конечно, были самыми важными местами в этой игре.

Им потребовалось много времени, чтобы патрулировать всё кладбище.

И эти игроки-стажеры могли искать пустую урну только тогда, когда они патрулировали ночью... Конечно, были бы и плохие последствия, если бы они не выполнили необходимую задачу патрулирования — думая об этом, они быстро работали над ознакомлением с планировкой кладбища.

Но всё больше и больше они чувствовали, что атмосфера между двумя НПС перед ними была странной... Это было потому, что они остановились и начали говорить такие вещи, как это:

— Меня кусают комары! Почему здесь комары?!

Ночной сторож помолчал несколько секунд.

— Я слышал, что слюна может дезинфицировать и помочь зуду.

— !!! А ты не можешь просто заставить комаров исчезнуть?

— ...Я думаю, что могу использовать метод, который я только что сказал.

И вот так:

— Мне кажется, я видел призрачный свет...

Игрок прошептал:

— Я тоже это видел.

Ночной сторож наклонился и спросил:

— Боишься? — затем он продолжил, прежде чем его спутник успел ответить, — Не волнуйся, я здесь.

— ...Нет, я просто был немного взволнован.

Ночной сторож: «...»

Было также что-то вроде этого:

— Ты так хорошо выглядишь в форме... — слюни~

Ночной сторож был встревожен:

— Что это за странный тон?

— Это чтобы показать, что я не могу не пускать слюни, когда вижу тебя!

— Я так и думал. — усмехнулся ночной сторож, — Похоже, это была хорошая идея.

— Она самая лучшая! Я люблю тебя!

А также это:

— Я устал... Я больше не могу ходить. Я не хочу идти пешком...

Затем ночной сторож спросил:

— Это работа... Тогда... хочешь, я понесу тебя?

Затем ночной сторож присел на корточки перед другим НПС и всю дорогу нес его на спине!

Игроки всё это время были начеку, но ничего не произошло, кроме того, что НПС вели себя немного странно. Некоторые даже начали задаваться вопросом, не возникнут ли опасности позже в игре.

Это продолжалось до тех пор, пока один из них не смог не задать вопрос.

— Гм.... Я хочу спросить, в чем заключается его работа здесь, на кладбище...? — этот человек явно пытался спросить о личности НПС Сюй Цзыюэ.

Сюй Цзыюэ посмотрел на Шэнь Ци, ожидая его ответа. На этот раз Шэнь Ци не был холоден и равнодушен и даже любезно объяснил игрокам:

— Он — моя семья.

— ...Значит, он твой брат? — но даже если они братья, разве не держались за руки и  слюнотечение... немного не перебор?

Шэнь Ци покачал головой и отрицал:

— Нет, он мой любовник.

Группа игроков: «???»

Был ли это скрытый маршрут, специально проложенный в этом мире?

Благодаря тому, что у каждого персонажа в игре была причина для их существования, хотя игроков всё время заставляли кормить собачьим кормом, они не чувствовали себя некомфортно. Они чувствовали, что это могло что-то значить... возможно.

Например, сойдет ли один с ума, если другой пострадает?

В любом случае, именно к такому выводу пришли игроки на данный момент.

После раскрытия их отношений эта пара НПС стала ещё менее сдержанной.

В хранилище для праха семейный НПС сказал:

— Урны тоже такие красивые.

Ночной сторож сказал:

— Хм? Красивее меня?

— Ты слишком легко ревнуешь... Но, конечно, ты всё ещё лучший.

Получив удовлетворительный ответ, ночной сторож повернулся, чтобы посмотреть на урны:

— Какой стиль тебе нравится? Мы можем выбрать один, и я могу достать его для тебя.

Все игроки дружно оглянулись.

Сюй Цзыюэ:

— ...Нет, мне не очень нравится кремация.

Шэнь Ци кивнул. Его следующие слова были шокирующими:

— Тогда мы можем продолжать спать в гробу.

И таким образом, игроки, которые только что немного ослабили свою бдительность, сразу же снова стали бдительными.

Игроки, которых всю ночь заставляли есть собачий корм, были отправлены обратно в общежитие для персонала.

Сюй Цзыюэ последовал за Шэнь Ци в их комнату.

Вернувшись в комнату, Сюй Цзыюэ бросился на кровать и облегченно вздохнул. Затем он спросил:

— Ты снова закрываешь игровую сессию?

Шэнь Ци ослабил галстук и подошел к кровати. Поставив колено на край кровати, он наклонился и безмолвно поцеловал Сюй Цзыюэ.

Слегка горячий поцелуй поднял температуру их тел. Температура в комнате тоже, казалось, повысилась.

Шэнь Ци ослабил хватку на затылке Сюй Цзыюэ и медленно отпустил его. Его голос был немного хриплым:

— Я боялся, что ты испугаешься до слез.

Сюй Цзыюэ облизнул губы, наслаждаясь послевкусием:

— Я не буду. И разве ты не рядом со мной?

— Лжец. — Шэнь Ци ущипнул Сюй Цзыюэ за нос, — В прошлый раз я тоже был явно с тобой.

— Кхм... Это было не то же самое. Это было потому, что я не знал, что ты большой босс. Более того... ты теперь также очень большой~

Слово «большой» имело разные значения.

Шэнь Ци поднял бровь и принял вызов Сюй Цзыюэ.

В общем, он продвигался вперед.

Что касается этих игроков... После того, как они испытали спокойствие первой ночи, их встретили пугающие и ужасные переживания, типичные для игры ужасов.

Но некоторые игроки, казалось, нашли исключение. До тех пор, пока они могут терпеть процесс наполнения собачьим кормом парой НПС и ночного сторожа, они в безопасности.

Это не помогло им зачистить игру, но даже короткий момент спокойствия в игре удовлетворил их.

В конце концов, они без колебаний выбрали собачий корм* в обмен на безопасность.

П/п: наблюдать за чужими любованиями, завидовать влюбленным парочкам.

Это явление часто появлялось в мирах, в которых появлялся Сюй Цзыюэ.

Игроки считают, что это, вероятно, было злым умыслом разработчиков игр по отношению к одиноким собакам.

[ КОНЕЦ ]

- - - - - - - - -

Подписывайтесь на мой профиль, чтобы не пропустить новые переводы ^-^

Страница книги Неправильная игра в интернете

Table of Contents

Арка 1. Средняя школа Шанъян.

1 - 2

1 - 3

1 - 4

1 - 5

1 - 6

1 - 7

1 - 8

1 - 9

1 - 10

1 - 11

1 - 12

1 - 13

1 - 14

1 - 15

1 - 16

1 - 17

1 - 18

1 - 19

1 - 20

Арка 2. Роскошный круиз.

1 - 22

1 - 23

1 - 24

1 - 25

1 - 26

1 - 27

1 - 28

1 - 29

1 - 30

1 - 31

1 - 32

1 - 33

1 - 34

1 - 35

1 - 36

1 - 37

1 - 38

1 - 39

1 - 40

1 - 41

1 - 42

1 - 43

1 - 44

1 - 45

1 - 46

1 - 47

1 - 48

1 - 49

1 - 50

1 - 51

1 - 52

Арка 3. Деревня гуманоидов

1 - 54

1 - 55

1 - 56

1 - 57

1 - 58

1 - 59

1 - 60

1 - 61

1 - 62

1 - 63

1 - 64

1 - 65

1 - 66

1 - 67

1 - 68

1 - 69

1 - 70

1 - 71

1 - 72

1 - 73

1 - 74

1 - 75

1 - 76

1 - 77

1 - 78

1 - 79

1 - 80

1 - 81

1 - 82

Арка 4. Побег из замка.

1 - 84

1 - 85

1 - 86

1 - 87

1 - 88

1 - 89

1 - 90

1 - 91

1 - 92

1 - 93

1 - 94

1 - 95

1 - 96

1 - 97

1 - 98

1 - 99

1 - 100

1 - 101

1 - 102

1 - 103

Арка 5. Седьмой санаторий.

1 - 105

1 - 106

1 - 107

1 - 108

1 - 109

1 - 110

1 - 111

1 - 112

1 - 113

1 - 114

1 - 115

1 - 116

1 - 117

1 - 118

1 - 119

1 - 120

1 - 121

1 - 122

1 - 123

1 - 124

1 - 125

1 - 126

1 - 127

1 - 128

1 - 129

1 - 130

1 - 131

1 - 132

1 - 133

1 - 134

1 - 135

1 - 136

1 - 137

1 - 138

1 - 139

1 - 140

О книге